Играя в Бога

Глава 1

- Хороша! – сказал полковник, задумчиво покачав головой. Впрочем, на девушку он при этом даже не смотрел – его одобрительный комментарий относился к ее медкарте, а отнюдь не внешности. – Идеально подходит по всем показателям! Так что, со стороны родственников проблем точно не будет?

- Нет, нет! – суетливо и даже как-то угодливо ответил начальник тюрьмы, машинально потирая свою мокрую от пота лысину. В помещении и вправду было жарковато, несмотря на работающий на полную мощность кондиционер, но вспотел он вовсе не поэтому – его пугал незваный гость, полковник. Высокий, жилистый, слегка за сорок, с хищным носом. Но самыми страшными были глаза – ледяные, абсолютно безжалостные. И сейчас эти бледно-голубые глаза уставились прямо на него.

- Вы уверенны? – уточнил полковник.

- Да, абсолютно! – заверил его низенький толстячок в скверно сидящем дешевом костюме. – Ни родных, ни близких – за тот год, что она находится в нашем исправительном учреждении, ее даже никто ни разу не навестил! Ни одного посетителя. На нее всем просто наплевать!

- Прекрасно! – полковник наконец-то перевел взгляд на девушку, сидящую по ту сторону непроницаемого стекла – они ее видели, она их нет. Впрочем, сидящую, это не совсем правильно сказано – на самом деле пристегнутую к специальной медицинской кушетке в полусидящем положении. Стройная, на вскидку лет двадцать или что-то около того, вьющиеся каштановые волосы, в меру симпатичная. Карие глаза девушки были широко распахнуты в непритворном испуге. – Тогда, первую фазу операции проведем у вас – если она умрет в процессе, напишете в отчете, что-нибудь про сердечную недостаточность или что-то в этом роде. Если все пройдет нормально – опять-таки, напишите, что заключенная умерла по естественным причинам, а мы заберем ее на базу, для дальнейшей подготовки.

- Но позвольте! – возмутился начальник тюрьмы. – Если будет проверка, и кто-то из проверяющих поднимет такой липовый отчет – то это мою задницу поджарят на костре, а не вашу!

- Тогда, с этим не меру добросовестным проверяющим поговорят мои коллеги из нацбезопасности, - успокоил его полковник. – А вот если вы откажетесь сотрудничать – тогда вашу задницу, как вы изволили выразиться, поджарят намного раньше, учитывая кое-какие ваши грешки. Мы друг друга поняли?

- Да… да, поняли, - сдался коротышка.

- Тогда начинаем! – полковник нажал на клавишу селектора. – Это полковник Саммерс, даю разрешение на введение препарата.

- Что, что вы собираетесь со мной сделать? – его голос услышали не только двое молчаливых медбратьев с характерной армейской выправкой, но и заключенная, пристегнутая к кушетке. – Вы не имеете права! У меня же есть права!

Час назад за ней в камеру пришел тюремный охранник и ничего не объясняя, приказал следовать за ним. Она-то решила, что ее вызывает начальство за какую-то неведомую провинность, но вместо этого ее отвели в медблок, где ее уже ждала парочка крепких санитаров, причем не из местных. После чего, ее без каких либо объяснений, силой привязали к кушетке. И вот в таком положении она провела почти целый час.

- Я не смертница – вы меня с кем-то перепутали! – надрывалась несчастная, безуспешно пытаясь вырваться. – Меня зовут Анна Шепард! Мой срок всего десять лет!

Дело в том, что бедняжка решила, что ее взяли по ошибке, вместо кого-то из заключенных, приговоренных к смертной казни и привели сюда для смертельной инъекции.

Тщетно, никто ее даже не слушал. Правда ей на какую-то секунду показалось, что во взгляде одного из медбратьев промелькнуло что-то отдаленно похожее на сочувствие – да вот промелькнуло и тут же исчезло. Ей ловко закатали рукав, а затем холодная металлическая игла воткнулась ей в вену. Какая-нибудь секунда и все содержимое пластикового шприца оказалось в ее крови.

- И что теперь? – почему-то шепотом спросил начальник тюрьмы.

- Теперь вы можете вернуться к своим обязанностям, а мы ближайшие несколько часов будем ждать результатов, - спокойно ответил ему полковник. Впрочем, так долго ждать не потребовалось.

Спустя где-то полчаса Анна, которая к тому времени уже поняла, что ее не собираются казнить, почувствовала, что с ее телом происходят какие-то изменения – сердце вдруг начало стучать как бешенное, кровь быстрее заструилась по жилам, температура тела резко подскочила.

- Пульс зашкаливает! – прокомментировал показания приборов один из санитаров. – Надо срочно вколоть успокоительное!

- Нет, не надо! – приказал по громкой связи полковник. – Это может повлиять на чистоту эксперимента!

- Но сэр, - попробовал возразить «медбрат», - она же умрет!

- Значит, так тому и быть! – спокойно ответил полковник. – Мы изначально закладывали высокую смертность для участников эксперимента. А эти преступники в любом случае расходный материал. Выполняйте приказ!

- Прости, милая! – шепотом сказал медбрат.

Тело заключенной вдруг выгнулось дугой, она захрипела в конвульсиях, а затем обмякла.

- Ну вот, похоже, и все, - сказал полковник. – Подготовьте тело к транспортировке.

Вот только стоило медбратьям, выполняя его приказ, подойти к казалось неподвижной лежащей на кушетке девушке, как ее карие глаза распахнулись, она резко села и дернула руками. Удерживающие ее веревки мгновенно лопнули – хотя были рассчитаны на крупного, сильного мужчину.

В следующее мгновение кулак девушки полетел прямо в лицо одного из санитаров – тот отлетел на пару метров назад, упал, да так и не поднялся.

- Интересно, - заинтересованно пробормотал полковник. – Очень интересно!

Второй санитар попытался было схватиться за висящий на поясе шокер, да немного не успел. Перехватив его руку, Анна слегка сжала ее, раздался какой-то хруст и вмиг побледневший парень, застонав, выпустил свое оружие. После чего девушка, перехватив поудобней своего противника, который весил чуть ли не два раза больше, чем она, подняла его над своей головой и швырнула в непроницаемое с ее стороны стекло, сквозь которое и наблюдал за ней полковник. То затрещало, покрылось трещинами, но выдержало удар. В отличие от несчастного медбрата безжизненно сползшего на пол.

Анна вздрогнула – раздался резкий сигнал тревоги и где-то вдалеке послышался топот ног в тяжелых ботинках. С ненавистью посмотрела на темную, покрывшуюся трещинами поверхность непроницаемого стекла – ведь именно там, в безопасности, засел невидимка, отдававший приказы ее мучителям. Она даже слышала его тяжелое, взволнованное дыхание. Но до него пока что не добраться, может быть рано или поздно бронированное стекло и поддалось бы ее усилиям, но сейчас на это просто нет времени.

Она кинулась к одному из неподвижно лежащих санитаров и сорвала с его пояса ключи. Мгновение, и дверь в медблок распахнулась. Она кинулась было бежать серыми, казенными, коридорами, но затем застыла в нерешительности. Куда дальше? Дорогу в камеру она, конечно, знала хорошо – но вот как раз туда возвращаться как-то совершенно не хотелось.

Пока она пребывала в нерешительности, на нее выскочили сразу четыре тюремных охранника из числа тех, кто должен был в случае чего подавлять бунты – дубинки, шокеры, к счастью огнестрельного оружия у них не было. Даже не предложив ей сдаться, вся четверка без лишних разговоров набросилась на нее. Видимо посчитали легкой добычей.

От парочки ударов Анне удалось увернуться, зато третий вскользь попал ей прямо по ребрам – и девушка мгновенно рассвирепела. Волна адреналина захлестнула ее – Анна перехватила руку одного из охранников и просто сломала ее о колено. Следующий получил ударом кулака в живот – крупному, накачанному мужчине показалось, что его ударили чем-то металлическим. Он охнул и упал на колени. Размахивающий шокером, и выжидающий удобного момента, чтобы вырубить заключенную, лишился его, и тут же испытал его действие на себе. Мощный разряд прямо с лицо заставил его упасть без сознания.

Четвертый охранник видя, своих валяющихся без сознания и скулящих от боли товарищей, развернулся и кинулся было бежать прочь – но вслед ему просвистела резиновая дубинка. И метко попав в затылок, заставила бедного парня молча рухнуть на пол…

- Как это она пропала? – взгляд полковника Саммерса заставил начальника тюрьмы поежиться от страха. – Тут стены метра четыре высотой, колючая проволока, по которой пропущен электрический ток, и часовые на вышках!

- Мы пока точно не знаем…, - начальник отвел глаза в сторону, как нашкодивший школьник. – Кажется, она сняла униформу с одного из охранников и в суматохе просто вышла через главные ворота…

- Ну и бардак тут у вас! – ноздри полковника с шумом вдохнули и выдохнули воздух. – Удивительно, что еще полтюрьмы следом не сбежало! И где ее теперь искать, скажите на милость?!

- Мы не виноваты…, - тихо сказал толстячок в скверно сидящем костюме, по-прежнему опасаясь смотреть на разбушевавшегося вояку. – Вы нас не предупредили о таком – мы бы заранее приняли меры. И как мы теперь с вами будем оправдываться перед начальством?

- «Мы»? – холодно переспросил полковник, презрительно глядя на своего собеседника. – Нет никаких «мы» - есть вы, который из-за своей полной некомпетентности допустил побег опасной заключенной. И вам, мой дорогой, еще крупно повезет, если вас просто уволят. А то глядишь, и для вас местечко в камере найдется…

- Но вы же обещали! – голос толстячка стал похож на визг резаного поросенка. – Вы сказали, что прикроете меня!

- Я такое сказал? – усмехнулся военный. – Где и когда? Где бумага с моей подписью или иное подтверждение того, что я такое говорил? Это всего лишь ваши досужие домыслы! А мне теперь, по вашей милости, придется срочно собирать отряд коммандос и бросать их на ее поиски. Подумать только, первый удачный эксперимент – и тот благодаря вашей некомпетентности бегает теперь неизвестно где!

- Вам это с рук не сойдет! – начальник тюрьмы с внезапно вспыхнувшей ненавистью посмотрел на своего собеседника. – Вы не свалите все это на меня!

- Посмотрим! – сказал полковник и спокойно удалился…

- Куда? – спросил его личный водитель с короткой армейской стрижкой, носивший на боку табельный пистолет и звание капитана армии в придачу.

- В служебную квартиру, - после некоторого колебания ответил полковник. На базу возвращаться сейчас не было особого смысла – сначала ему еще предстояло найти подопытную. Да, с начальника тюрьмы, конечно, спросят за побег заключенной. Но и с него ведь тоже спросят – за потерю результата сверхсекретного эксперимента, на который министерство обороны уже потратило многие миллионы долларов. Спросят в том случае, если он вовремя не найдет эту девчонку. А вот если найдет… генеральские погоны обеспеченны. Как минимум.

Погруженный в свои думы полковник не заметил, как машина затормозила у входа во вполне обычный жилой комплекс. Впрочем, так оно и было – министерство обороны, а точнее отдел секретных проектов, на который сейчас и работал Саммерс, снимал жилье для нужд своих сотрудников, стараясь не привлекать особого внимания. Поэтому соседями полковника были самые обычные граждане, представители так называемого среднего класса.

Спустя несколько часов, у этому же здания остановился курьер занимающийся доставкой еды, в форменной одежде. Поправив свою кепку, курьер, миновав вращающиеся двери, вошел в вестибюль здания.

- Чем могу помочь? – спросил его, точнее ее скучающий портье.

- Доставка суши для мистера Саммерса, - ответила слегка нервничающая молодая девушка. Видимо то был ее первый день на этой работе.

- Понятно, - ответил портье. – Что ж, проходите.

- А вы не могли бы…, - девушка замялась. – Вы не могли бы сказать номер его квартиры? Дело в том, что я забыла…

- Вообще-то так не полагается… но так уж и быть – 18Д, - усмехнувшись, ответил портье. Честно говоря, девушка ему понравилась и ни малейшего подозрения не вызвала.

Вмиг повеселевшая курьер поблагодарила его и прошла к лифту. Через несколько минут она, натянув кепку пониже и опустив голову, уже звонила в квартиру под номером 18Д.

- Кого еще там принесло? – раздраженно сказал полковник.

- Доставщик еды, - спокойно сказал, посмотрев в дверной глазок капитан, который выполнял обязанности не только водителя, но и телохранителя полковника, когда тот покидал пределы базы.

- Гони его к черту – я ничего не заказывал! – приказал полковник.

Затем он услышал какой-то шум, короткий вскрик и звук падающего тела.

- Капитан? – в ответ была лишь тишина.

Какого черта, подумал полковник. Он рванулся к своему письменному столу, схватил лежащий на нем телефон и набрал какой-то короткий номер. Затем вытащил из ящика стола пистолет и, сняв с предохранителя, передернул затвор.

Тяжесть смертоносного оружия немного успокоила его, и он решил выглянуть из комнаты. Капитан обнаружился лежащий у распахнутой настежь входной двери. Вроде бы живой, впрочем, проверить полковник не успел.

- Отдай мне это! – потребовал чей-то голос, дыша ему прямо в ухо. А к шее, как бы в подтверждение серьезности слов, ему приставили холодный кусок металла.

Это же та девчонка – и сейчас она держит его на мушке! Глаза полковника расширились от изумления, и он без сопротивления позволил забрать оружие из своих обмякших рук.

- Теперь иди обратно в комнату! – приказала она ему. – Только смотри, без фокусов.

Полковник послушно вернулся в комнату.

- Сядь! – он сел в кресло и только тут осмелился посмотреть на нее. И тут же расслабился – она либо забыла, либо просто не знала, что пистолет, который она отобрала у капитана и из которого она сейчас в него и целилась, еще нужно было снять с предохранителя. Его собственный ствол она просто положила на тумбочку. Теперь ему просто нужно тянуть время – помощь он уже вызвал, скоро здесь будет отряд спецназа. И уж тогда-то подопытная никуда не денется.

- Говори – что вы со мной сделали! – ее карие глаза яростно блестели. Пистолет пистолетом, а не нужно забывать, что эта хрупкая на вид девушка может разорвать его голыми руками – он ведь сам видел, как она несколько часов назад уделала охранников и санитаров.

- Несколько лет назад один китайский ученый поставил эксперимент по изменению генома еще не рожденных детей, - секунду помолчав, сказал полковник. – Его осудило не только мировое сообщество, но и его же собственная страна. Казалось, на этом все и закончилось – вот только, как потом оказалось, на самом деле это был лишь один из экспериментов проводившийся под руководством китайского правительства. Еще тогда наши ученые и эксперты в области биотехнологий предупреждали, что Китай может вырваться в мировые лидеры в биотехнологиях. Китайцы, в отличие от цивилизованных стран, не сильно заморачиваются правами человека и готовы ставить любые эксперименты на ком угодно – на заключенных, на добровольцах, на ничего не подозревающих гражданах…

- И какое отношение все это имеет ко мне? – нетерпеливо спросила Анна.

- Два с половиной года назад нашей разведке стало известно, что военные КНР начали сверхсекретную программу по созданию генетически модифицированного солдата – китайские ученые пытались изменить геном уже взрослого, полностью сформировавшегося человека. Сделать его быстрее, сильнее, выносливее, дать ему повышенную способность к регенерации, - невозмутимо объяснил полковник. – Естественно наша страна не могла оставаться в стороне. Но что делать? Ведь в США подобные эксперименты запрещены законом. Годами пытаться провести через Конгресс новые законопроекты? Но за это время китайцы уйдут далеко вперед. И кто знает, что они будут делать со своей армией сверхлюдей? Тогда особая группа в министерстве обороны сформировала тайный отдел спецпроектов, обеспечила его финансированием и…

- И вы начали экспериментировать на людях, на заключенных! – закончила за него Анна.

- И мы начали экспериментировать на заключенных, - послушно согласился Саммерс. – А какой у нас был выбор? Добровольцев ведь мы набрать не могли… А у отбросов общества появился шанс сделать хоть что-то полезное для этого самого общества, послужить своей стране.

- Отбросы?! – Анна с ненавистью посмотрела на сидящего перед ней человека. – Вот кем вы нас считаете?! Ты хоть понимаешь, какую боль мне пришлось испытать? Мне казалось, что у меня кровь закипает в жилах!

- Зато теперь ты намного сильнее, выносливее и быстрее обычного человека – и даже умнее. Ведь по настоящему хорошему солдату нужны не только мышцы, но и мозги – так что, твои когнитивные способности также резко возросли. Зрение и слух обострились. И даже без какой-либо подготовки ты уложила столько народу. Представляешь, что ты сможешь сделать, если тебя обучить, как следует? Как солдата?

- Обучить? Но я не хочу!

- Посмотрим! – усмехнулся полковник.

- Что это? – нахмурилась девушка. – Я слышу какой-то шум!

- Я ничего не слышу! – возразил полковник.

- Мой слух обострился – сам же говорил! – девушка подошла к окну и посмотрела вниз. У входа в здание остановился минифургон, из которого высыпали люди в черном камуфляже с автоматами наперевес.

- Ты меня провел! Пока ты тут убаюкивал меня своими рассказами, к тебе ехала помощь!

- Лучше сдайся! – не обращая внимания на ее ярость, сказал полковник. – Ты конечно хороша, но не настолько. А они, в отличие от тюремных охранников, вооруженные профессионалы.

- Посмотрим! – с угрозой в голосе пообещала девушка, а затем стремительно кинулась прочь.

Взглянула на лифт – тот спускался вниз. И ее обостренный слух уже слышал, как где-то внизу грохочут армейские башмаки солдат поднимающихся по лестнице. Значит, оставался лишь один путь – наверх.

Девушка, перепрыгивая через несколько ступеней сразу, бежала вверх. Всего несколько минут, и нисколько не запыхавшаяся беглянка была на крыше. Но куда дальше?

Анна отчаянно озиралась по сторонам – по крайней мере еще несколько минут в запасе у нее было. Но дальше ее либо застрелят, либо поймают и вновь посадят в клетку. Еще более худшую, чем раньше, из которой она уже никогда не выйдет.

- Нет, никогда! – вздрогнув, сказала вслух девушка. А затем разбежалась и прыгнула…

- Ушла! – с некоторым трепетом в голосе доложил командир группы захвата спустя четверть часа полковнику Саммерсу. – Перепрыгнула на крышу соседнее здания и ушла. Но это ведь невозможно, сэр! – с недоумением и какой-то обидой в голосе добавил он. – Даже олимпийский чемпион не смог бы прыгнуть на такую дистанцию!

- Возможно, майор – для нее возможно! – невозмутимо ответил полковник. – Ничего – мы ее еще поймаем. Рано или поздно. Самое главное, наш эксперимент наконец-то увенчался успехом. Впервые мы смогли сделать работу Бога! И первый сверхчеловек, созданный нами, бродит где-то по улицам этого города… И, клянусь, что скоро, очень скоро, у нее появятся братья и сестры!