Гравитация нулевого спектора

1-3 главы

Глава 1: КОНТРАКТ

Пролог

--------

Говорят, Судьба не говорит с людьми.

Она просто плетёт свои нити, связывая рождения и смерти, встречи и разлуки, победы и поражения. Люди — лишь марионетки в этом бесконечном полотне. Они не видят тех, кто дёргает за нити.

Но это неправда.

Судьба говорит. Просто никто не умеет слушать.

А если научишься — она может предложить сделку.

Кай стоял на краю обрыва и смотрел вниз.

Ветер трепал его чёрные волосы, где-то далеко кричали птицы, а в груди пульсировала тупая, ноющая пустота. Та самая, которая остаётся, когда ты потратил годы на то, чтобы стать сильнее, а в итоге понял: ты просто посредственность.

Двадцать три года. Десять лет тренировок. Тысячи часов медитаций, отработок, попыток.

И что?

Магия гравитации. Редкая, сложная, смертоносная. Полный спектр: притяжение, отталкивание, поля, ускорение, замедление. Целый арсенал.

А толку?

Сверстники давно обогнали Кая. Они вкладывали ману в заклинания и получали результат. Он вкладывал столько же — и получал... ну, чуть больше, чем ничего. Его потолок оказался ниже, чем у других. Он был середняком. Одним из тысяч.

— Ты просто не стараешься, — говорили они.

— Тебе не дано, — говорили другие.

— Займись чем-нибудь полезным, — говорили родители.

Кай старался. Он старался так, что ночами не спал, тренируясь до кровавых мозолей на пальцах. Но талант не притянешь, если его нет. Даже гравитация бессильна против генетики.

И вот он здесь.

Край обрыва. Сто метров до острых камней внизу.

Шаг — и всё закончится. Никакой больше посредственности. Никаких насмешек. Никакой гравитации, которая предала его.

— Ты уверен, что хочешь умереть?

Голос был тихий. Спокойный. Почти ласковый.

Кай обернулся.

За ним стояла девушка. Обычная, если не считать глаз — в них не было зрачков, только глубокая, мерцающая синева, как у ночного неба в горах. Длинные светлые волосы струились по плечам, хотя ветра не было.

— Кто ты? — спросил Кай.

— Ты знаешь, — ответила она.

И он правда знал.

— Судьба?

— Можно назвать и так. Хотя это больше... должность. — Она улыбнулась. Улыбка была тёплой, но от неё веяло холодом вечности. — Я здесь, потому что чувствую твоё отчаяние. Оно... громкое.

Кай усмехнулся.

— И что? Пришла посмотреть, как я прыгну?

— Нет. — Она покачала головой. — Я пришла предложить выбор. Ты можешь умереть. Это твоё право. Но прежде чем ты это сделаешь... скажи, чего ты хочешь на самом деле?

— Чего я хочу?

— Если бы ты мог получить что-то одно. Любое желание. Но только одно. Без компромиссов, без дополнений. Что бы это было?

Кай задумался.

Он ожидал чего-то другого. Искушения властью, богатством, бессмертием. Но она спрашивала просто и прямо.

— Я хочу... — он запнулся, потому что никогда не формулировал это вслух. — Я хочу, чтобы моя магия работала. Не как у всех — лучше. Я хочу, чтобы она слушалась меня. Чтобы я мог делать то, что другие не могут.

Судьба кивнула, будто именно этого и ждала.

— Конкретнее.

— Притяжение, — выдохнул Кай. — Мне не нужно всё остальное. Не нужно отталкивание, поля, ускорение. Мне нужно только притяжение. Но такое, чтобы я мог делать с ним что угодно. Чтобы оно было быстрым, сильным и почти бесплатным.

Тишина.

Судьба смотрела на него своими бездонными глазами, и Кай вдруг понял, что она не просто слушает — она взвешивает его слова.

— Ты готов отдать всё остальное? — спросила она. — Весь спектр гравитации. Все заклинания, все формы, все техники, которые учил годами. Полностью.

— Да.

— Ты понимаешь, что это значит? Ты станешь магом с одной-единственной способностью. Самой базовой. Самой примитивной.

— Понимаю.

— Люди будут смеяться над тобой. Считать тебя слабым, ущербным, безумным.

— Они и так это делают.

Судьба улыбнулась — на этот раз тепло, почти по-человечески.

— Хорошо. Тогда я предлагаю тебе контракт.

Она подняла руку, и между её пальцев замерцал свет — не золотой и не серебряный, а какой-то прозрачный, как чистая вода.

— Ты отдаёшь мне всю свою магию гравитации, кроме одного — притяжения к себе. Взамен я даю тебе две вещи. Первая: твоё притяжение будет стоить ровно одну единицу маны. Всегда. Независимо от того, что ты притягиваешь — песчинку или гору.

Кай кивнул, чувствуя, как внутри разгорается что-то похожее на надежду.

— Вторая: его сила будет в десять раз выше, чем у обычного мага гравитации с таким же запасом маны. Твои десять тысяч маны остаются при тебе. Ты будешь слаб в разнообразии, но чудовищно силён в одном.

— Десять раз? — переспросил Кай.

— Десять. — подтвердила она. — И одна мана за использование. Ты сможешь притягивать себя к врагам, врагов к себе, предметы, пространство... если хватит фантазии.

Кай молчал.

В голове крутились цифры. Десять тысяч маны. Десятикратная сила. Одна мана за действие.

Десять тысяч действий.

— Это безумие, — сказал он вслух.

— Возможно, — согласилась Судьба. — Но ты сам выбрал это. Притяжение. Только притяжение.

Кай посмотрел на свои руки. Обычные руки. Ничего особенного.

Потом перевёл взгляд на обрыв.

— Если я соглашусь... что будет дальше?

— Ты будешь жить. Искать применения своей единственной способности. Или не искать. Твой выбор.

— А если я не справлюсь?

— Тогда умрёшь. Как и планировал. Разница лишь в том, что у тебя будет шанс.

Кай сделал шаг назад от края пропасти.

— Я согласен.

Судьба протянула руку. Свет между её пальцев перетёк на ладонь, формируя прозрачную сферу.

— Тогда контракт.

Кай взял её руку.

Сфера лопнула, и мир вокруг взорвался тишиной.

Ни грома, ни молний, ни вспышек света.

Просто ощущение, что внутри что-то... схлопнулось. Все те заклинания, которые Кай учил годами, все техники, все формы — они исчезли. Растворились, как утренний туман. Осталась только одна ниточка. Тонкая, но прочная.

Притяжение.

Кай поднял руку. Посмотрел на камешек у ног. Мысленно потянулся.

Камешек подпрыгнул и прилип к ладони.

Он чувствовал это. Одну единицу маны, ушедшую из резерва. И силу — несоразмерную, тяжёлую, будто он мог притянуть не только камень, но и весь обрыв целиком.

— Интересно, — сказал Кай.

Судьба стояла рядом и смотрела на него с любопытством.

— Ты не жалеешь?

— Ещё не знаю, — ответил Кай. — Узнаю, когда применю это в деле.

Она кивнула.

— Тогда удачи. И помни: контракт есть контракт. Нарушить его нельзя.

— Я помню.

Судьба сделала шаг назад и начала таять в воздухе, как утренний туман.

— Постой, — окликнул Кай. — Как тебя зовут?

Она обернулась. Улыбнулась.

— Судьба. Просто Судьба. Но если хочешь знать... мои знакомые звали меня Норна. Давным-давно.

И исчезла.

Кай остался один на краю обрыва.

Ветер трепал его волосы. Где-то кричали птицы. А в груди вместо пустоты теперь пульсировало что-то новое. Не страх. Не надежда.

Интерес.

Он посмотрел на свою руку. Разжал пальцы. Камешек упал на землю.

— Что ж, Кай, — сказал он вслух. — Ты только что обменял всё на одно. Посмотрим, во что ты это превратишь.

Он развернулся и пошёл прочь от обрыва.

Прочь от смерти.

Навстречу неизвестности.

ГЛАВА 2: ПЕРВАЯ КРОВЬ

---------------------------

В город Кай вернулся затемно.

Фонари уже зажгли, но они только подчёркивали темноту, выхватывая из неё жёлтые пятна мостовой и редких прохожих, спешащих по домам. Кай шёл медленно, всё ещё чувствуя странную лёгкость в груди — ту самую, что появилась после контракта.

В кармане перекатывался камешек. Тот самый, с обрыва.

Он поймал себя на том, что уже в двадцатый раз проверяет резерв маны. Десять тысяч. Целая десять тысяч. И одна способность, которая жрёт одну единицу за раз.

— Придурок, — сказал он себе под нос и усмехнулся.

Дом встретил его тишиной.

Родители спали. Соседи по комнате — тоже. Кай прошмыгнул на своё место у окна, сел на тощий матрас и уставился в потолок.

Рука сама потянулась к кружке, стоящей на подоконнике. Он представил, как она летит к нему.

Кружка дёрнулась, но осталась на месте.

— Тьфу.

Он попробовал ещё раз. Сильнее.

Кружка подпрыгнула, перевернулась и грохнулась на пол, расплёскивая остатки воды.

— Да твою ж...

— Кай, спать дай! — зашипели с соседней койки.

— Извини.

Кай лёг, закрыл глаза и улыбнулся в темноте. Не получилось. Но дёрнулась. Значит, работает.

Утром его ждал обычный разнос.

— Ты где шлялся весь день? — мать стояла в дверях, поджав губы. — Работу нашёл? Или как обычно — воздух пинаешь?

— Ищу.

— Ищешь он. — Она покачала головой. — Вон, Ленка из пятнадцатой уже второй год при магах состоит. А ты? Двадцать три года, а всё по обрывам шастаешь.

Кай промолчал. Спорить было бесполезно.

В Академию он сегодня решил не идти. Вообще, может, больше никогда не пойдёт. Там всё равно делать нечего — без спектра гравитации он там никто. Посмешище.

Вместо этого он пошёл на рынок.

Толпа, крики, запах жареного мяса и дешёвых лепёшек. Кай любил это место. Здесь можно было затеряться, стать невидимым, просто плыть по течению.

Он остановился у лотка с металлическими безделушками. Колечки, цепочки, какие-то бляхи. Ничего полезного, но глаза разбегались.

— Эй, смотрите, кто пришёл!

Голос он узнал сразу.

Трое парней протискивались сквозь толпу. Впереди — здоровый детина с бычьей шеей и кривой ухмылкой. Грэт. Бывший однокурсник. Тот самый, что любил напоминать Каю о его месте.

— Кай-Неудачник собственной персоной! — Грэт раскинул руки в стороны, изображая радость. — Слышал, ты вчера с обрыва прыгать собрался? Не вышло? Высота мала?

— Отвали, Грэт.

— Ой, какие мы обидчивые. — Грэт шагнул ближе. Двое его прихлебателей встали по бокам, отрезая путь. — Ты чё, правда думал, что мы не знаем? Весь город говорит. Кай пошёл по стопам самоубийц.

— Я не прыгал.

— А чё тогда там делал?

— Дышал воздухом.

Грэт заржал. Толпа вокруг начала оборачиваться.

— Воздухом он дышал. Слышали? Неудачник воздухом дышал. Может, тебе вообще перестать дышать? Освободишь место для нормальных?

Кай сжал кулаки.

— Слышь, — Грэт ткнул его пальцем в грудь. — Я слышал, ты свою магию просрал. Совсем. Говорят, у тебя теперь одна способность — пыль притягивать. Это правда?

Кай молчал.

— Правда! — заорал Грэт, обращаясь к толпе. — Этот гений, этот будущий великий маг гравитации теперь умеет только пыль собирать! А ну-ка покажи! Притяни чего-нибудь!

Кай шагнул назад, но упёрся в лоток.

— Давай, не стесняйся! — Грэт выхватил у торговца горсть мелочи и подбросил в воздух. — Ну! Притяни!

Монетки посыпались вниз, звеня о камни.

Кай смотрел на них и чувствовал, как внутри закипает что-то горячее и липкое. Злость. Стыд. Бессилие.

— Слабак, — Грэт сплюнул под ноги. — Пошли, парни. С этим всё ясно.

Он развернулся и уже сделал шаг, когда Кай поднял руку.

Не думая. Просто рефлекс.

Он представил, как Грэт летит к нему. Всей своей тушей. Прямо сейчас.

А потом случилось то, чего не ждал никто.

Грэта просто сдуло с места.

Он не успел даже вскрикнуть — только мелькнули в воздухе растопыренные руки, и через мгновение его туша врезалась в стену соседнего дома. Метрах в трёх от земли. С таким звуком, будто мешок с мясом бросили об камень.

Толпа ахнула.

Кто-то завизжал. Кто-то выругался. Кто-то просто замер с открытым ртом.

Кай смотрел на свои руки и не понимал, что произошло.

Он хотел притянуть Грэта. Просто притянуть. Чтобы тот подлетел и... и что? Кай не знал. Может, просто схватить за шкирку.

Но Грэт влетел в стену так, будто его катапультой выстрелили.

— А-а-а... — донеслось сверху.

Грэт медленно сползал по стене, царапая её ногтями. Глаза его были выпучены, из разбитой губы текла кровь.

— Ты... — прохрипел он, когда ноги коснулись земли. — Ты что... сдурел?!

Кай шагнул к нему.

Грэт дёрнулся назад, но ноги не слушались — он просто осел обратно на землю.

— Не подходи!

— Я и не подхожу, — тихо сказал Кай. — Я стою.

Он действительно стоял на том же месте. Даже не сдвинулся.

Грэт переводил бешеный взгляд с Кая на стену и обратно. Толпа вокруг гудела, но никто не вмешивался.

— Ещё раз тронешь, — сказал Кай так, чтобы слышали только они двое, — я тебя не в стену притяну. Я тебя сквозь неё протащу. Понял?

Грэт закивал. Быстро, часто, как тряпичная кукла.

Кай развернулся и пошёл.

Толпа расступалась перед ним. Кто-то шептался, кто-то смотрел с любопытством, кто-то с откровенным страхом. Торговец у лотка, чью мелочь Грэт разбросал, крестился вслед.

Кай шёл и чувствовал, как дрожат руки.

Не от страха.

От возбуждения.

Вечером он сидел на том же подоконнике и смотрел на кружку.

Та самая, что упала ночью, стояла на месте. Кай сосредоточился.

Кружка подпрыгнула и плавно перетекла к нему в руку.

— Одна мана, — прошептал он. — Одна.

Он поставил кружку обратно. Потом притянул снова. И снова. И снова.

Каждая попытка стоила копейки. А он чувствовал, как внутри растёт что-то новое.

Не просто сила. Понимание.

Он представил, как завтра пойдёт на пустырь за городом. Будет пробовать снова и снова. Камни, ветки, всё, что попадётся под руку. Будет учиться чувствовать это притяжение, управлять им, делать его точным.

Грэт был первым. Но не последним.

Кай поймал себя на этой мысли и замер.

Раньше он никогда так не думал. Раньше он просто хотел, чтобы его оставили в покое.

А теперь...

Теперь он хотел большего.

Кай посмотрел на свои руки. Обычные руки. Двадцать три года их считали бесполезными.

— Посмотрим, — сказал он тихо.

За окном догорал закат.

ГЛАВА 3: ИСКРА

------------------

За городом, сразу за старой каменоломней, начиналась пустошь.

Кай нашёл это место ещё в детстве — тогда они с пацанами играли здесь в войнушку. Сейчас от тех игр остались только ржавые остовы телег и кучи битого камня. Идеальный полигон.

Он пришёл сюда на рассвете третий день подряд.

— Значит так, — сказал он вслух, обращаясь к груде камней. — Сначала просто поднимаем.

Кай вытянул руку, сосредоточился на булыжнике размером с кулак.

Притяжение.

Камень дёрнулся и через секунду врезался ему в ладонь.

— Ой, твою...

Кай выронил булыжник и затряс ушибленной рукой. Сила была чудовищной. Даже с близкого расстояния камень прилетел так, будто его из пращи запустили.

— Надо расстояние ловить, — пробормотал он. — И амортизировать как-то.

Он попробовал снова. Теперь представил не просто "камень ко мне", а "камень ко мне, но помедленнее, и чтобы в руку, а не в лицо".

Камень подпрыгнул, пролетел метра два и плюхнулся в пыль, не долетев.

— Ближе. Ещё чуть-чуть.

Третий камень прилетел аккуратно, будто кто-то положил его в раскрытую ладонь.

— Да! — Кай сжал кулак. — Одна мана. Одна мана за такое!

Он провозился до обеда. Сначала с камнями, потом с ветками, потом с ржавым колесом от телеги. Колесо было тяжёлым — когда оно прилетело, Кая чуть с ног не сбило. Пришлось учиться держать равновесие, чуть приседать перед "ловлей".

К середине дня он понял несколько вещей.

Первое: он чувствовал каждую трату маны. Не больно, но отчётливо — как лёгкий укол где-то в груди. Десять тысяч таких уколов. Много.

Второе: чем дальше предмет, тем сложнее его контролировать. Камень с пяти метров он ловил идеально. С десяти — уже с трудом. С двадцати — только если очень концентрироваться.

Третье: если сильно захотеть, можно притянуть не просто предмет, а... ну, как будто сам предмет решает, что ему лететь быстрее. Или медленнее. Кай не мог это объяснить словами, но чувствовал — внутри есть какая-то настройка.

А четвёртое пришло уже под вечер, когда он собирался уходить.

Кай смотрел на большой валун метрах в тридцати и вдруг подумал: а что, если притянуть не камень к себе, а себя к камню?

Он никогда раньше так не пробовал. Всё время тянул предметы. Но ведь притяжение — оно на то и притяжение, неважно, что двигается.

— А ну-ка...

Кай сосредоточился. Представил не камень в своей руке, а себя — стоящим у того валуна. И потянул.

Ничего не произошло.

— Не работает? — разочарованно выдохнул он.

Но в тот же миг почувствовал странный толчок. Его качнуло вперёд, будто кто-то невидимый дёрнул за пупок. Самую малость — на полшага, не больше.

— Ого.

Кай уставился на валун. До него всё ещё было далеко, но это... это было движение. Не камня к нему, а его к камню.

— Надо пробовать ещё.

Он потратил ещё час. Учился чувствовать эту "точку притяжения", концентрироваться не на предмете, а на себе в конечной точке. Получалось через раз, рывками, часто он просто падал, потому что инерция сбивала с ног.

Но к закату Кай уже мог уверенно "переместиться" метров на пять. Не быстро, не красиво — просто дёрнуться вперёд, перебирая ногами, чтобы не упасть.

— Рывок, — сказал он, отряхивая штаны. — Назову это рывком.

На четвёртый день он пошёл в город за хлебом.

Деньги кончались, мать с утра опять пилила, что он "целыми днями шастает неизвестно где". Пришлось пообещать, что сегодня найдёт работу. Врёт он или нет — Кай и сам не знал. Но надо было хоть что-то сказать.

Рынок гудел как обычно. Кай пробирался сквозь толпу, когда краем глаза заметил знакомую фигуру.

Грэт.

Тот стоял у мясной лавки с двумя своими прихлебателями. Грэт был бледен, под глазом красовался здоровенный синяк, рука висела на перевязи. Видимо, стена всё-таки оставила память.

Кай отвернулся и сделал вид, что рассматривает глиняные горшки. Грэт его не заметил — и слава богам.

— Держи вора!

Крик раздался неожиданно. Кай обернулся.

Метрах в двадцати от него какой-то мужик в рваной куртке ломился сквозь толпу, растаскивая людей локтями. В руке он сжимал холщовый мешочек — судя по звону, с монетами.

За ним бежал торговец, красный от злости:

— Держи! Ограбили!

Но кто ж будет связываться с вором в подворотне? Толпа шарахалась в стороны, мужик петлял как заяц и явно знал, куда бежать.

Кай посмотрел на вора. Потом на мешочек в его руке.

И вдруг понял, что бежать за ним бесполезно — вор слишком быстрый, юркий, через минуту скроется в переулках.

А если не бежать?

Кай выдохнул. Сосредоточился.

Он представил не мешочек в своей руке. Он представил себя — рядом с вором. Прямо за его спиной. И потянул.

Рывок.

Мир дёрнулся и расплылся.

Кай не понял, что произошло. Секунду назад он стоял у лотка с горшками. А сейчас — он стоял в двух шагах от вора, прямо посреди толпы, и чудом удерживал равновесие, чтобы не врезаться в чью-то тележку.

Вор обернулся. Глаза у него стали круглыми.

— Ты... откуда?..

Кай не ответил. Он просто протянул руку.

Притяжение.

Мешочек вылетел из ладони вора и через мгновение оказался в руке Кая.

— А теперь вали, — сказал Кай.

Вор не стал спорить. Рванул в переулок так быстро, что только пятки засверкали.

Толпа вокруг загудела. Кто-то ахнул, кто-то засмеялся, кто-то начал аплодировать.

— Эй! — Торговец подбежал, запыхавшийся, красный. — Ты... это... как? Откуда ты взялся?! Только что там стоял — и тут!

Кай протянул ему мешочек.

— Твой?

Торговец схватил, развязал, пересчитал монеты трясущимися руками.

— Все... все тут... — выдохнул он. — Спасибо! Спасибо тебе! Как тебя зовут?!

— Кай, — ответил тот и пошёл дальше сквозь толпу.

Люди расступались. Кто-то шептался, кто-то показывал пальцем, кто-то просто смотрел с уважением.

Кай не оборачивался.

Он шёл и чувствовал, как внутри всё гудит. От возбуждения, от страха, от непонимания — что это только что было?

Он сделал это. Он притянул себя. На двадцать метров. За секунду. Сработало.

А главное — в тот миг, когда он рванул, он почувствовал кое-что странное. Будто пространство между ним и вором... сжалось. Совсем чуть-чуть. Будто он ухватился не за точку, а за само расстояние.

— Интересно, — сказал он вслух.

До магазина он дошёл в глубокой задумчивости. Купил хлеба, завернул в холстину. Мать, конечно, снова спросит, где был. Но сегодня у него был ответ.

— Работу искал, — скажет он.

И это будет почти правдой.

Вечером, лёжа на своём матрасе, Кай смотрел в потолок и прокручивал в голове ощущение.

Тот миг, когда расстояние дрогнуло. Когда он попытался притянуть себя и почувствовал, что пространство поддаётся.

Что будет, если развить это?

Что будет, если он сможет притягивать не только себя, но и само расстояние между точками?

Кай закрыл глаза. Перед внутренним взором всё ещё стоял тот миг — рывок, сжатие, пустота.

— Завтра, — пообещал он себе. — Завтра попробую снова.

За окном догорал закат. Где-то далеко,на пустоши за каменоломней, ветер гонял пыль над брошенными камнями.

А в комнате на тощем матрасе лежал парень, который только что понял:его сила — не в том, чтобы притягивать вещи.

Его сила — в том, чтобы притягивать возможности.

Глава 4: Толчок

Пустошь за каменоломней встречала Кая привычной тишиной. Только ветер гонял пыль между ржавыми остовами телег да где-то далеко кричали птицы.

Кай сидел на большом валуне и смотрел на свои руки.

Три дня прошло с того случая на рынке. Три дня он думал о том странном ощущении, когда мешок сам вылетел из руки вора и прилетел к нему.

Это было притяжение. Обычное притяжение. Но тогда я думал только о мешке. А что, если попробовать притянуть что-то другое?

Он спрыгнул с валуна, подошёл к груде камней.

— Ладно. Сначала база.

Кай поднял руку, два пальца нацелились на небольшой булыжник.

Притяжение.

Камень послушно влетел в ладонь.

— Одна мана, — Кай улыбнулся. — Это я умею.

Он отбросил камень в сторону и задумался.

Я притягиваю камни. Они твёрдые, их видно. А если попробовать притянуть то, чего не видно? Воздух, например.

Кай сосредоточился. Представил, что перед его ладонью есть точка, и он притягивает в неё воздух.

Ничего не произошло.

— С первого раза не выйдет, — вздохнул Кай.

Он пробовал снова и снова. Час. Два. Солнце поднялось высоко и начало припекать.

Кай уже хотел сдаться, когда вдруг почувствовал странное сопротивление. Воздух перед пальцами будто стал гуще. А потом лёгкий ветерок дёрнул пыль с земли.

— Есть! — выдохнул Кай. — Я притянул воздух. Чуть-чуть, но притянул.

Он попробовал ещё раз. Теперь уже осознанно.

Я притягиваю воздух в точку перед ладонью. Много воздуха. Пусть идёт сюда.

Пыль у ног зашевелилась, потянулась к его руке. Сначала тонкой струйкой, потом гуще. Воздух вокруг ладони стал плотным, почти осязаемым.

Кай чувствовал, как растёт давление. Воздух внутри невидимой сферы давил на стенки, пытался вырваться.

— А теперь... — прошептал Кай. — Что, если я отпущу?

Он разжал хватку.

Воздух рванул наружу. Не во все стороны — туда, откуда пришёл. Прямо перед Каем взметнулся столб пыли, а через секунду его сбило с ног.

— Ай... — Кай поднялся, отряхивая штаны. — Сильнее, чем я думал.

Он стоял и смотрел на место, где только что был столб пыли. В голове крутилась мысль:

Я притянул воздух в точку. Он там накопился, давление выросло. А когда я перестал его держать — он вырвался туда, откуда пришёл.

Значит, если я притяну воздух перед собой — он полетит от меня. Если притяну за спиной — толкнёт меня вперёд.

Кай развернулся и попробовал притянуть воздух за спиной. Потом отпустил.

Его качнуло вперёд. Слабо, но качнуло.

— Интересно... — глаза Кая загорелись. — Если я притяну воздух прямо перед врагом, а потом отпущу — его снесёт. Если притяну под ногами — подбросит.

Он провозился до вечера. Учился чувствовать, сколько воздуха притягивать, как долго держать, как направлять. Падал, поднимался, снова падал.

К закату Кай уже мог создать небольшой толчок, который сбивал с ног пустую телегу.

Он сидел на земле, тяжело дыша, и улыбался.

— Контракт не нарушен, — сказал он вслух. — Я ничего не отталкиваю. Я просто притягиваю воздух. А дальше — физика.

На следующий день Кай пошёл в город за продуктами. Деньги совсем кончились, мать с утра устроила разнос, пришлось пообещать, что сегодня он точно найдёт работу.

Рынок гудел как обычно. Кай пробирался сквозь толпу, когда краем глаза заметил знакомую фигуру.

Грэт.

Тот стоял у той же мясной лавки с двумя своими прихлебателями. Синяк под глазом почти сошёл, рука уже не висела на перевязи. Но смотрел он теперь на всех иначе — зло, исподлобья, будто искал, на ком сорваться.

Кай отвернулся и сделал вид, что рассматривает овощи. Не хватало ещё связываться с этим идиотом.

— Эй, смотрите! — раздалось за спиной. — Неудачник собственной персоной!

Кай вздохнул. Не повезло.

Грэт уже протискивался к нему сквозь толпу. Двое его дружков замыкали шествие.

— Слышал, ты теперь типа крутой? — Грэт остановился в двух шагах, поигрывая ножом. — По рынку базарят, ты мешок у вора забрал. Прямо герой.

— Отвали, Грэт.

— Не груби старшим, — Грэт шагнул ближе. — Я вот что думаю. Ты меня тогда опозорил при всех. Я теперь авторитет потерял.

— Ты сам себя опозорил, когда полез.

Грэт побагровел.

— Слышь, умник. Давай выйдем за рынок. Там и поговорим. Без свидетелей.

Кай посмотрел на него. Потом на его дружков. Трое. Не бойцы, но если навалятся — придётся туго.

— Не пойду.

— А я не спрашиваю.

Грэт схватил Кая за плечо и дёрнул на себя. И в этот момент Кай вдруг почувствовал странное спокойствие.

Вчера я притягивал воздух на тренировке. Сегодня притяну перед его лицом.

Воздух перед Грэтом сгустился, стал плотным. Тот даже не заметил — слишком был занят тем, что тащил Кая.

Много воздуха. Быстро. А теперь отпускаю.

БУМ.

Грэта снесло с места. Он пролетел метра три и врезался в лоток с глиняными горшками. Грохот, звон, крики.

Толпа ахнула.

Дружки Грэта замерли, не понимая, что произошло. Только что их главарь стоял и тащил Кая — а теперь лежит в обломках.

Кай выдохнул.

— Ещё вопросы есть?

Они покачали головами и быстро ретировались, подхватывая скулящего Грэта.

Кай развернулся и пошёл дальше. Руки слегка дрожали, но не от страха. От возбуждения.

Сработало. То, что я вчера придумал на пустоши, работает в бою.

Он купил хлеба, завернул в холстину и пошёл домой.

Вечером, лёжа на своём матрасе, Кай смотрел в потолок и прокручивал в голове сегодняшний толчок.

— Сначала я притягивал камни. Потом научился притягивать воздух. А теперь воздух сам толкает врагов.

Он улыбнулся в темноте.

— Назову это... отталкиванием. Пусть контракт обижается.

За окном догорал закат.

Глава 5: Разрез

Пустошь за каменоломней встречала Кая утренним туманом.

Неделя прошла с тех пор, как он придумал отталкивание через воздух. Неделя тренировок, падений, новых открытий. Грэт больше не появлялся на рынке, и это радовало.

Но сегодня Кай думал о другом.

Он сидел на том самом валуне, с которого начинал все свои тренировки, и смотрел на груду камней в двадцати метрах.

Я могу притягивать камни. Я могу притягивать воздух в точку и создавать толчок. А что, если притягивать воздух не в точку, а по линии?

Кай спрыгнул с валуна, подошёл к камням. Выбрал самый большой, метрах в пяти.

Он занёс правую руку к левому уху. Два пальца — указательный и средний — смотрели вдоль будущей линии.

Я притягиваю воздух. Но не в точку, а вдоль линии, которую прочерчу рукой.

Кай резко рубанул рукой по диагонали — от левого плеча к правому бедру.

Ничего не произошло.

Кай нахмурился. Попробовал снова. Тот же жест, но медленнее, чувствуя, как воздух стягивается к траектории движения.

Пыль у ног шевельнулась. Тонкая струйка потянулась вслед за рукой.

— Есть, — выдохнул Кай. — Воздух идёт.

Он держал линию, чувствуя, как давление растёт. Воздух вдоль неё становился плотнее, тяжелее.

А теперь отпускаю.

Тишина.

Кай подошёл к камню, осмотрел его. Целый. Ни царапины.

— Не сработало, — вздохнул он.

Но в тот же миг по камню побежала трещина. Тонкая, едва заметная. А потом ещё одна. И ещё.

Камень рассыпался на мелкие куски.

Кай отшатнулся.

Он смотрел на груду обломков и не верил глазам. Только что был целый валун — и вот просто пыль.

Я притянул воздух вдоль линии удара. Он сжался, а потом вырвался. И в момент вырыва... разрез?

Кай попробовал ещё раз. На другом камне.

Замахнулся — рука к уху. Резкое движение по горизонтали. Притянул. Подождал. Отпустил.

Камень стоял целый.

Кай ждал. Три секунды. Пять.

Трещина побежала ровно посередине. Камень развалился на две половины.

— Быстрее, чем в первый раз, — заметил Кай. — Чем сильнее тяну, тем быстрее вырывается.

Он провозился до вечера. Учился контролировать силу притяжения, длину линии, угол удара. Камни трескались один за другим. К закату вся пустошь была усыпана расколотыми валунами.

Кай сидел, тяжело дыша, и смотрел на свои руки.

— Разрез, — сказал он. — Назову это разрезом.

Солнце уже садилось, когда Кай собрался уходить.

Пустошь опустела, только ветер гонял пыль между обломками. Кай закинул пустую сумку на плечо и направился к тропинке, ведущей в город.

Он не заметил, как из-за старой телеги вышел человек.

— Кай, — раздалось за спиной.

Кай обернулся.

Перед ним стоял мужик лет сорока, крепкий, с грубым лицом и коротким мечом в руке. Одет бедно, но взгляд — злой, прищуренный.

— Ты тот самый, что Грэта опозорил?

Кай вздохнул.

— Ты из его дружков?

— Я его дядя, — мужик сплюнул под ноги. — Племяш теперь по дому сидит, выходить боится. Мать плачет. А ты тут тренируешься, как ни в чём не бывало.

— Грэт сам полез, — спокойно ответил Кай. — Я его не трогал.

— Мне плевать, кто первый начал. Ты его опозорил при всём рынке. Значит, ответишь.

Мужик шагнул вперёд, сжимая меч.

Кай посмотрел на него. Потом на меч. Потом на пустошь вокруг.

Никто не увидит. Никто не поможет.

— Ладно, — сказал Кай. — Давай проверим, как разрез работает на металле.

Он занёс правую руку к левому уху. Два пальца смотрели вдоль будущей линии.

— Это ещё что за фокусы? — усмехнулся мужик. — Пальцами грозишь?

Я притягиваю воздух вдоль линии удара. Прямо перед ним. Поперёк меча.

Кай рубанул рукой по горизонтали.

Мужик рванул вперёд, занося меч.

Тонкой. Длинной.

— Умри!

Отпускаю.

Меч просвистел в воздухе. Должен был разрубить Кая пополам.

Но замер в сантиметре от его плеча.

Мужик смотрел на меч. Точнее — на то, что от него осталось. Лезвие переломилось ровно посередине, и верхняя часть упала на землю, воткнувшись в пыль.

— Что... — прохрипел он.

Кай опустил руку.

— Работает, — сказал он будто сам себе.

Мужик попятился. Споткнулся о камень, упал, вскочил и побежал прочь, даже не оглядываясь.

Кай проводил его взглядом. Потом посмотрел на обломок меча, торчащий из земли.

— Завтра попробую на большей дистанции.

И пошёл домой.

Вечером, лёжа на своём матрасе, Кай смотрел в потолок и прокручивал в голове сегодняшний день.

— Сначала я притягивал камни. Потом научился притягивать воздух в точку — получилось отталкивание. А теперь притягиваю воздух вдоль линии удара — получается разрез.

Он улыбнулся.

— Интересно, что будет дальше?

За окном догорал закат.

Глава 6: Инстинкт

Кай шёл по полю и просто дышал.

Без цели. Без плана. Без мыслей о тренировках, рывках и разрезах. Просто шёл, смотрел на небо и чувствовал, как ветер треплет волосы.

Неделя тренировок выжала его досуха. Камни, воздух, притяжение, отталкивание — всё это было в голове днями и ночами. Он даже во сне видел, как два пальца тянутся к цели.

— Надо иногда отдыхать, — сказал он вслух и улыбнулся.

Поле за городом было пустым. Только трава, цветы и далёкие холмы на горизонте. Кай лёг прямо в траву, закинул руки за голову и закрыл глаза.

Солнце грело лицо. Где-то пели птицы. Идеальная тишина.

Он не знал, что за ним следят.

— Вот ты где, — прошептал человек, стоя на холме в ста метрах.

Обычный маг. Лет тридцать. Огненная магия. Средний талант, средние навыки, но самоуверенности — выше крыши.

Он видел Кая в городе. Слышал разговоры про «того парня, который Грэта опозорил». Решил проверить, что это за зверь.

— Полежать решил? — усмехнулся маг. — Сейчас я тебя разбужу.

Он поднял руку. Между пальцев заплясало пламя.

Кай открыл глаза за секунду до удара.

Что-то щёлкнуло внутри. Не мысль — инстинкт. Тот самый, который вырабатывается после сотен часов тренировок, когда тело знает раньше, чем голова.

Он увидел огненный шар. Тот летел прямо в него с расстояния метров двадцать. Красивый, ровный, смертоносный.

Поздно уворачиваться.

Поздно бежать.

Но...

Кай выставил руку вперёд. Два пальца смотрели на летящее пламя.

Притяжение.

Он не думал. Просто сделал. То, что делал тысячи раз с камнями, воздухом. Только теперь цель была огненной.

Шар дрогнул в воздухе. На миг замер. А потом начал стягиваться — не обратно к магу, а в ладонь Кая.

Пламя скручивалось в тугой сгусток, теряя первоначальную форму. Воздух вокруг него дрожал от жара. И через секунду в руке Кая пульсировал новый огненный шар — его собственный.

Маг на холме дёрнулся.

— Что?!

Кай медленно поднялся с травы. Посмотрел на огонь в своей ладони. Чужое пламя, ставшее его оружием.

— Красиво, — сказал он будто сам себе.

Он кинул шар обратно.

Маг едва успел отпрыгнуть в сторону. Огонь врезался в землю там, где он только что стоял, взметнув фонтан искр.

— Ты... как? — выдохнул маг, поднимая руку для второго заклинания.

Но не успел.

Потому что что-то острое, тонкое, почти невидимое вошло ему в бок.

Маг посмотрел вниз. Из его куртки, ровно посередине, сочилась кровь. Разрез был глубокий — от рёбер до пояса.

— Когда?.. — прохрипел он.

Он не заметил, как Кай сразу после броска рубанул рукой по диагонали. Как воздух сжался вдоль линии, рванув следом за огненным шаром, спрятанный за его светом.

Кай уже не стоял на месте. Он рванул вперёд — обычный бег, без рывков, просто быстрые шаги. И вот он уже рядом.

Маг рухнул на колени. Пытался зажать рану, но кровь текла сквозь пальцы.

— Ты... кто ты такой? — выдохнул он.

Кай посмотрел на него сверху вниз. Без злости. Без торжества. Просто смотрел.

— Я тот, кто отдыхал в поле, — сказал он спокойно. — А ты тот, кто решил напасть, ничего не разузнав.

Маг поднял глаза. В них был страх.

— Ты даже не посмотрел, на кого идёшь. Не узнал, что я умею. Не подумал, что будет, если твой же огонь вернётся. Самоуверенность — плохая замена плану.

Кай поднял руку. Два пальца смотрели на шею мага.

— В следующей жизни... если она у тебя будет... запомни: сначала думай, потом кидай.

Разрез.

Тишина.

Кай опустил руку. Посмотрел на тело. Потом на свои пальцы. Они слегка дрожали — не от страха, от адреналина.

— Чёрт, — выдохнул он. — Я даже не планировал это. Всё само...

Он постоял ещё минуту, глядя на поле, на холм, на догорающую траву там, где взорвался шар.

Потом развернулся и пошёл прочь.

Домой. Отдыхать.

Вечером, лёжа на своём матрасе, Кай смотрел в потолок и вспоминал сегодняшний день.

Он хотел просто отдохнуть. А получил бой, в котором тело работало быстрее головы.

— Инстинкт, — прошептал он. — Раньше я думал, что главное — это расчёт. А сегодня понял: иногда расчёт не успевает.

Он улыбнулся.

— Но без расчёта я бы не догадался кинуть разрез следом за огнём.

За окном догорал закат.

Глава 7: Наблюдатель

Город встретил Кая привычным шумом.

Рынок гудел, торговцы зазывали покупателей, где-то ругались пьяные. Обычный день. Никто не обращал внимания на парня, который неторопливо шёл мимо рядов с овощами.

Кай купил хлеба, завернул в холстину и уже собрался уходить, когда краем глаза заметил странное.

Человек.

Он стоял у лавки с рыбой и не смотрел на рыбу. Он смотрел на Кая. Спокойно, без агрессии, но пристально. Будто изучал.

Кай отвернулся и сделал вид, что разглядывает яблоки. Сделал несколько шагов, свернул в переулок.

Через минуту обернулся.

Человек стоял у входа в переулок. Всё так же спокойно. Всё так же смотрел.

Кай ускорил шаг.

Он вышел к пустырю за городом. Месту, где тренировался. Где никто не ходил.

— Ты специально привёл меня сюда? — раздалось за спиной.

Кай обернулся.

Тот самый человек. Лет сорок, седина на висках, одежда простая, но опрятная. Ни оружия, ни угрозы в позе. Только глаза — цепкие, внимательные.

— Кто ты? — спросил Кай.

— Можешь звать меня Артос, — человек слегка наклонил голову. — Я наблюдал за твоим боем.

Кай напрягся.

— Ты был там?

— Был, — спокойно ответил Артос. — Стоял за холмом. Видел всё.

— И не вмешался?

— А зачем? Ты справился. И очень... интересно справился.

Артос сделал шаг ближе. Кай не отступил, но рука сама поднялась, два пальца смотрели на незнакомца.

— Опусти, — усмехнулся тот. — Я не драться пришёл. Я пришёл поговорить.

— О чём?

— О том, что ты сделал с тем магом. Ты притянул его огонь. Сжал в руке. Кинул обратно. А потом полоснул воздухом так, что он даже не понял, откуда смерть пришла.

Артос говорил спокойно, будто перечислял ингредиенты для супа.

— Я прав?

Кай молчал.

— Ты не просто маг, — продолжил Артос. — Ты мыслишь. Большинство магов долбят одной и той же техникой годами. Огненный шар. Ледяная стрела. Молния. А ты... ты используешь то, что есть. Воздух, огонь, расстояние. Ты не учишь новое — ты комбинируешь старое.

Кай опустил руку, но не расслабился.

— Зачем ты мне это говоришь?

— Затем, что такие, как ты, долго не живут.

Артос сделал паузу.

— Тот маг был глупым. Самоуверенным. Но у него были друзья. Знакомые. Учителя. Рано или поздно кто-то спросит: «А где наш общий знакомый?» И когда они найдут тело, они найдут и тебя.

— Ты угрожаешь?

— Нет, — Артос покачал головой. — Предупреждаю. Я видел, как ты дерёшься. Ты быстр, ты умён, но ты один. А против толпы даже гений не выстоит, если не подготовится.

Кай смотрел на него, пытаясь понять, что скрывается за этими словами.

— И что ты предлагаешь? Вступить в твой отряд? Стать твоим учеником?

Артос улыбнулся. Странно, почти тепло.

— Я предлагаю тебе информацию. Имена тех, кто будет искать. Места, куда не стоит соваться. И, если захочешь, пару советов по тому, как выжить, когда на тебя пойдут всем скопом.

— Зачем тебе это?

— Затем, что я тоже когда-то был один, — Артос развернулся и сделал шаг к тропинке. — Подумай. Если решишь — приходи на закате к старой мельнице за рекой. Один. Без глупостей.

Он ушёл так же спокойно, как появился.

Кай остался стоять на пустоши, глядя ему вслед.

В голове крутилась только одна мысль:

Что это только что было?

Вечером, лёжа на матрасе, Кай смотрел в потолок и прокручивал разговор снова и снова.

Артос не врал — это чувствовалось. Но и не договаривал. Зачем ему помогать? Что он хочет получить взамен?

— Идти или не идти? — прошептал Кай.

За окном догорал закат.

Глава 8: Наставник

Кай стоял у старой мельницы и смотрел на заходящее солнце.

Он пришёл. Один. Без глупостей.

Артос уже ждал его, сидя на поваленном бревне. В руках — кружка с водой, на поясе — короткий меч, которого в прошлый раз не было.

— Пришёл, — сказал Артос без удивления. — Садись.

Кай не сел.

— Я не за советами пришёл. Я хочу понять, кто ты и чего тебе надо.

Артос усмехнулся.

— Прямолинейно. Хорошо. Садись, расскажу.

Кай помедлил, но сел на соседний камень.

— Я был таким же, как ты, — начал Артос. — Молодым, самоуверенным, с парой интересных приёмов. Думал, что если я умён, то выживу. А потом на меня вышли трое. Не глупых, не слабых. Они просто задавили числом. Я выжил чудом. С тех пор собираю информацию о тех, кто может либо стать угрозой, либо... союзником.

— И кем я буду?

— Пока не знаю, — честно ответил Артос. — Но вижу, что ты не просто очередной маг с пафосом. Ты думаешь. А это редкость.

Он допил воду и встал.

— Хватит разговоров. Покажи, что умеешь.

Кай поднялся.

— Прямо сейчас?

— А когда? Ночью? Давай, не стесняйся. Кидай свой разрез.

Кай не стал спорить. Рванул рукой по диагонали — воздух сжался, рванул вперёд.

Артос даже не шелохнулся. Он просто сместился на полшага влево, и разрез прошёл мимо.

— Медленно, — сказал он. — Ты думаешь, когда режешь. А думать в бою надо до того, как рука пошла. В момент удара тело должно работать само.

Кай нахмурился.

— Легко говорить.

— Легко. А ты попробуй.

Они провозились до темноты. Артос заставлял Кая повторять разрез снова и снова — с закрытыми глазами, в движении, после кувырка, в прыжке.

— Ты привык стоять на месте и рассчитывать дистанцию, — говорил Артос, уворачиваясь от очередного разреза. — А враг не будет стоять. Он будет бежать, прыгать, падать, вставать. Ты должен резать в любом положении.

Кай падал, вставал, резал. Снова падал.

— Быстрее. Не думай — делай.

К концу тренировки Кай едва держался на ногах. Руки дрожали, спина болела, но в голове прояснилось.

— Ты не учишь меня новому, — выдохнул он. — Ты учишь меня использовать старое иначе.

Артос кивнул.

— Дошло. Твои техники сильны. Но ты привязан к позе, к равновесию, к тому, что ноги стоят твёрдо. А в бою ты можешь оказаться где угодно. На спине. В воздухе.

Кай задумался.

— Как двигаться быстрее? Не рывком, а так... чтобы враг не успевал среагировать?

Артос улыбнулся.

— Хороший вопрос. Ответ ты найдёшь сам. Но я дам подсказку: опора. Ты можешь отталкиваться от чего угодно. Воздух, земля, стена. Главное — чувствовать, куда перенести вес.

Кай кивнул.

— Спасибо.

Артос кивнул в ответ.

— Приходи завтра. Если хочешь, конечно.

Кай развернулся и пошёл к тропинке.

— Постой, — окликнул Артос. — Тот маг, которого ты убил... его имя было Вернон. У него был старший брат. Сильный. Очень сильный. Он уже ищет тебя.

Кай замер.

— И что мне делать?

— Быть готовым, — ответил Артос. — И не стоять на месте.

Он ушёл в темноту, оставив Кая одного у мельницы.

Кай шёл домой и прокручивал в голове слова Артоса.

Брат. Сильный. Ищет.

А потом вспомнил сегодняшнюю тренировку. Про то, как он падал, вставал, резал снова.

Я не стоял на месте. Я двигался. Значит, всё не зря.

Он ускорил шаг.

Ветер стих. Слишком резко.

Кай остановился. Прислушался.

Тишина. Даже сверчки замолчали.

А потом он увидел.

На фоне луны, метрах в тридцати, стоял силуэт. Человек. Высокий. Неподвижный.

Кай не видел лица, только тёмный контур на фоне звёздного неба.

Силуэт не двигался. Просто стоял и смотрел.

Кай замер. Рука сама потянулась вверх, два пальца готовы были резать пространство.

Но силуэт не нападал. Он просто стоял.

Секунда. Две. Пять.

Кай сделал шаг вперёд.

Силуэт не исчез. Он ждал.

Кай шагнул ещё раз. Расстояние сокращалось.

— Ты... — начал Кай.

Но не договорил.

Силуэт рванул вперёд.

Кай выставил руку, но враг уже исчез из поля зрения.

Кай резко обернулся — никого.

Только ветер и темнота.

Кай стоял, тяжело дыша, сжимая пальцы в кулак.

Бой будет.

Скоро.

Глава 9: Боевой опыт

Кай стоял напротив потенциального врага.

— Ты кто такой? — спросил Кай, и в его голосе чувствовалась уверенность.

Враг не ответил. Лишь сделал шаг в сторону Кая.

Тот не стал медлить — пустил разрез в сторону противника, как бы на разведку.

Уклонение.

Враг заметил искажение, перепрыгнул его и тут же контратаковал.

Кай ожидал этого и попытался оттолкнуть врага, сбить его скорость, но не получилось. Враг проскользнул между ног Кая и оказался у него за спиной.

Конец — подумал бы кто угодно. Но не Кай.

Он использовал то, что ему дал контракт.

Притяжение.

Пока враг пытался встать на ноги, Кай притянул его к себе и сделал быстрый разворот, встретив противника ударом в лицо.

Враг отлетел, но недалеко — метров на пять-шесть.

Кай уже анализировал.

Он проскользнул у меня под ногами и выиграл позицию. А что, если сделать то же самое, но быстрее?

Он вспомнил тренировки с Артосом. Тот учил его чувствовать опору, использовать поверхность, а не просто стоять на месте.

Не скользить. Отталкиваться.

Кай побежал на противника. Тот не понял манёвра — просто прыгнул вверх, намереваясь ударить ножом сверху.

Но Кай в последний момент упал на землю, выставив локоть и стопу. Не остановился — наоборот, рванул вперёд, используя гравитационную подушку, которую только что осознал.

Враг пролетел над ним, не успев даже метнуть нож.

Кай уже встал на ноги за его спиной.

Разрез.

На спине противника появилась ровная линия.

Враг замер. Потом рухнул лицом в пыль.

Кай выдохнул. Посмотрел на свои руки. Потом на тело.

Внутри — пустота. Ни гордости, ни страха. Только усталость.

— Бой окончен, — сказал он тихо и развернулся.

Глава 10: Осознание

Кай сидел на краю пустоши и смотрел на заходящее солнце.

Бой с тем противником — скользящим, быстрым, опасным — остался вчера. Тело ещё помнило каждое движение: как враг проскользнул между ног, как Кай поймал его притяжением, как в последний момент родилась та самая гравитационная подушка.

Он выдохнул.

— Новый день. Новый враг, — прошептал он, поднимаясь.

Пустошь встретила его тишиной. Туман стелился по земле, скрывая камни и старые телеги.

Кай сделал несколько шагов и замер.

Из тумана вышел человек.

Крупный. Выше Кая на голову. Плечи — шире, руки — толще. Одет просто, но во всём его облике чувствовалась сила, которая не требует демонстрации.

— Ты Кай? — спросил он. Голос глухой, ровный, без эмоций.

Кай напрягся.

— Кто спрашивает?

Человек не ответил. Сделал шаг вперёд.

Кай отступил, но враг не атаковал. Он просто стоял, давая рассмотреть себя.

Магия. Она не била ключом, не искрила, не рвалась наружу. Она просто была. Окутывала его тело, как вторая кожа, работала постоянно, без остановки.

Кай понял: это не тот, кого можно победить в лоб. Но и отступать некуда.

Он отбросил мысли. Рванул рукой — разрез.

Воздух сжался, рванул вперёд.

Испарился.

Не долетев до врага метра, разрез просто исчез. Растворился, будто его никогда не было.

Кай дёрнулся. Попытался стянуть врага к себе.

Ничего.

Враг стоял на месте, даже не шелохнувшись. Магия Кая просто... растекалась по его защите, не причиняя вреда.

— Что за магию ты используешь? — спросил Кай. В голосе впервые за долгое время проскользнуло опасение.

Враг ответил спокойно. Даже буднично.

— Обычная магия воздуха. Только я обвил ей своё тело. Сделал его непробиваемым для снарядов и слабых атак.

Кай удивился. Настолько просто? И настолько эффективно?

Враг не стал ждать. Рванул вперёд.

Кай ушёл в сторону. Гравитационная подушка подхватила его, протащила над землёй, позволяя проскользнуть под рукой противника.

— Опыт даёт о себе знать, — выдохнул Кай, выходя из манёвра.

Но остановился.

В голове щёлкнуло.

Почему я отключаю подушку после каждого движения? Что, если...

Он подключил вторую ногу.

Пространство под ним дрогнуло, перестроилось. Подушка перестала быть просто толчком — она стала опорой. Кай скользнул в сторону без усилия, развернулся, снова ушёл от атаки.

Гравитационные коньки.

Теперь он двигался быстрее, чем враг успевал реагировать.

Но проблема оставалась.

Магия не проходила. Разрезы гасли. Притяжение не работало. Враг был неуязвим.

Кай уворачивался, скользил, петлял, но понимал: это не может длиться вечно. Рано или поздно он устанет, ошибётся, и тогда...

Я могу стягивать камни. Воздух. Даже чужой огонь.

Мысль пришла неожиданно, но чётко.

Что мне мешает стянуть само понятие пространства?

Кай резко затормозил. Опустил руку к бедру. Ладонь смотрела назад.

Притяжение.

Пространство позади схлопнулось.

На мгновение.

Но этого хватило.

Кая выбросило вперёд с такой скоростью, что мир размылся. Враг приближался слишком быстро — если просто ударить кулаком, защита смягчит удар. Ничего не изменится.

А если...

Кай стянул пространство вокруг кулака.

Не воздух. Не точку. Само расстояние между его рукой и целью.

Кулак вошёл в живот врага, пробивая защиту, как бумагу.

Враг отлетел метров на двадцать. Рухнул на землю, подняв тучу пыли.

Кай тяжело дышал. Смотрел на свои руки. Потом на тело противника.

Я стянул пространство. Не воздух. Не предмет. Саму ткань мира.

Он стоял и пытался осмыслить то, что только что сделал.

Магия воздуха. Магия пространства. Магия, которая работает всегда.

— Я понял, — прошептал он.

Враг не двигался.

Тишина.

Кай упал на колени.

Глава 11: Дом

Кай толкнул калитку и вошёл во двор.

Всё было как всегда: старая яблоня у забора, покосившаяся скамейка, куча дров у сарая. Запах мокрой земли и прелой листвы. Обычный вечер. Слишком обычный.

Он постоял секунду, вслушиваясь в тишину. Никто за ним не следил. Никто не ждал в засаде. Просто тихий двор в конце улицы.

Кай выдохнул и зашёл в дом.

Внутри пахло хлебом и чем-то кислым — то ли щи, то ли каша подгорела. Мать стояла у печи, помешивая что-то в чугунке. Седые волосы выбились из-под платка, руки в муке.

— Явился, — сказала она не оборачиваясь.

Кай молча повесил куртку на гвоздь у двери.

— Есть будешь?

— Буду.

Мать кивнула и продолжила мешать. Кай сел за стол, провёл пальцем по выщербленной доске. Здесь всё было таким же, как в детстве. Та же посуда, те же трещины на стенах, тот же запах.

— Ты где шлялся три дня? — спросила мать, ставя перед ним миску с кашей.

— Дела были.

— Дела у него. — Она села напротив, вытерла руки о фартук. — Я тут с ума схожу, а у него дела.

Кай поднял глаза. Мать смотрела на него — не зло, не с упрёком. Устало.

— Прости, — сказал он.

— Да что с тебя взять, — она махнула рукой. — Ешь давай.

Кай ел молча. Мать смотрела в окно на темнеющее небо.

— Ты на Грэта нарвался? — спросила вдруг.

— Было дело.

— Я слышала, ты его приложил знатно. Вон, весь рынок гудит.

Кай пожал плечами.

— Сам виноват.

Мать усмехнулась.

— Весь в отца. Тот тоже слова не скажет, а сделает так, что мало не покажется.

Кай замер с ложкой у рта. Отец был запретной темой. Всегда.

— Расскажешь? — спросил он тихо.

Мать помолчала. Потом вздохнула.

— Был он магом. Сильным. Не таким, как вы все с вашими огоньками и молниями. Он... чувствовал землю. Камни. Горы. Говорил, что они живые.

Кай слушал, забыв про еду.

— Его убили. Давно. Когда ты ещё маленький был. Я тебе не говорила — думала, зачем тебе это.

— Кто?

— Такие же, как он. Маги. Только им показалось, что он слишком сильный. Слишком не такой.

Мать встала, подошла к окну.

— Ты на него похож. Не лицом — упрямством. Он тоже вечно пропадал, вечно искал что-то. Я злилась, ругалась. А потом его не стало.

Кай молчал.

— Я не знаю, чем ты занимаешься, — продолжила мать, не оборачиваясь. — И знать не хочу. Но если с тобой что случится...

Она не договорила.

Кай поднялся, подошёл к ней. Положил руку на плечо.

— Ничего не случится.

Мать обернулась. Глаза блестели, но она улыбнулась.

— Дурак ты, Кай.

— Знаю.

Они стояли так минуту. Потом мать отстранилась, вытерла глаза краем фартука.

— Ладно. Иди спи. Завтра работы много.

Кай кивнул и пошёл в свою комнату.

Он лёг на знакомый матрас, уставился в потолок. Мысли крутились вокруг отца, вокруг того, что рассказала мать.

Он был магом. Сильным. И его убили за то, что он был не таким.

Кай сжал кулак.

Я тоже не такой.

За окном стемнело. Тишина стояла такая, что было слышно, как скребётся мышь за стеной.

Кай закрыл глаза.

Тук. Тук. Тук.

Три удара. В дверь.

Кай сел на матрасе. Сердце забилось быстрее.

Мать в соседней комнате завозилась, зажгла свечу.

— Кого там носит в такую ночь? — пробормотала она.

Кай уже встал и пошёл к двери.

— Я открою, — сказал он тихо.

Он подошёл к двери, положил руку на щеколду. Замер.

Тук. Тук. Тук.

Снова три удара. Спокойные. Ровные.

Кай выдохнул и открыл.

Глава 12: Названный гость

Кай открыл дверь.

И в ту же секунду мир взорвался болью.

Удар пришёлся в грудь — чудовищной силы, будто таран. Кай пролетел через сени, врезался спиной в стену, но устоял. Ноги прочертили борозды в земляном полу.

Перед ним стоял человек.

Свет луны падал на его лицо — холодное, без возраста, с глазами, в которых не было ни злобы, ни жалости. Только ледяной расчёт.

— Кто ты такой и что здесь забыл? — голос Кая звучал ровно, хотя лёгкие всё ещё пытались поймать воздух после удара.

Человек усмехнулся.

— Я тот, кто ищет и убивает таких, как твой отец. Аномалий.

Аномалия.

Слово повисло в воздухе, врезалось в память.

Кай не стал думать. Ноги сами рванули вперёд. Враг не ожидал такой реакции — Кай врезался в него плечом, вышвыривая на улицу.

Они покатились по траве, вскочили одновременно.

Бой продолжился во дворе.

Кай атаковал первым. Удар, ещё удар, разрез — враг парировал всё. Его движения были быстрыми, выверенными, будто он знал каждое движение Кая заранее.

Не получается. Он слишком опытен.

И тут в голове щёлкнуло.

Я могу стягивать пространство. А что, если стянуть его так, чтобы я оказался у него за спиной?

Кай рванул в сторону, создавая искажение. На старом месте остался мираж — размытый силуэт, который враг атаковал мгновенно.

Но Кай был уже сзади.

Рука взлетела в привычном жесте. Разрез.

Тонкая линия прочертила спину врага по диагонали.

Но тот не упал.

Враг медленно повернулся. На его лице застыло удивление, почти смех.

— Что...

Кай не дал ему договорить.

Пространство позади схлопнулось, выбрасывая Кая вперёд. На подлёте рука уже тянулась к шее врага.

Пальцы сомкнулись.

Кай рванул вверх, взмывая с врагом в небо. Воздух засвистел в ушах, земля ушла вниз.

Он начал раскручиваться.

Отталкивание. Но не воздухом — пространством. Тот же принцип, что в рывке, но вложенный во вращение.

Врага закрутило с бешеной скоростью. Мир вокруг превратился в размытое пятно.

Кай разжал пальцы.

Тело врага устремилось вниз. На мгновение воздух вокруг него схлопнулся, рванул — он пробил звуковой барьер.

Удар.

Земля дрогнула.

Кай уже скользил вниз на гравитационной подушке, мягко опускаясь на землю.

Он подошёл к телу. Враг не двигался. Мёртв.

Кай постоял секунду, глядя на него. Потом развернулся, сел на ближайший камень во дворе.

— Ты проиграл не потому что слабый, — сказал он тихо. — А потому что не учёл того, что я развиваюсь во время самого боя.

Из дома выбежала мать. Застыла на пороге, глядя то на сына, то на тело.

— Кай... что...

— Всё хорошо, мам, — ответил он, не оборачиваясь. — Иди в дом. Я сам разберусь.

Мать помедлила, но послушалась. Дверь закрылась.

Кай сидел на камне и смотрел на звёзды.

— Аномалия, — прошептал он. — Значит, вот кто я.

Глава 13: Осезаемая бездна

Кай сидел на камне во дворе и смотрел на тело врага.

Тот лежал в траве, неестественно вывернувшись после падения. Тишина. Только ветер шуршал листвой да мать всхлипывала где-то в доме.

Аномалия.

Кай прокручивал это слово в голове, но оно не укладывалось. Он просто хотел защитить себя. Своих. Он не выбирал эту силу. Не выбирал контракт. Не выбирал отца, который оказался таким же.

— Я просто хотел, чтобы меня оставили в покое, — прошептал он в пустоту.

Земля под ним дрогнула.

Кай вскочил, но поздно. Под ногами разверзлась чернота — тягучая, глубокая, не похожая ни на что, что он видел раньше. Она схватила его за лодыжки и потянула вниз.

— Кай! — закричала мать из окна.

Он успел увидеть её лицо — белое, испуганное. Успел поднять руку, будто мог её удержать.

А потом тьма сомкнулась над головой.

Он падал.

Вокруг — пустота. Ни света, ни звука. Только свист воздуха в ушах и холод, пробирающий до костей.

Кай попытался призвать магию — ничего. Пространство не поддавалось, не слушалось. Будто его силы здесь не работали.

Где я?

Секунда. Другая. Третья.

Он вылетел на поверхность, как пробка из бутылки. Перекатился по траве, вскочил на ноги.

Перед ним расстилалось поле.

Не его пустошь. Другая. Большая. Пустая. Только ветер да сухая земля.

И человек напротив.

— Привет, — сказал он. Спокойно. Будто ждал. — Я слышал, ты убил моего брата.

Кай не ответил. Всё тело гудело после падения, но он уже поднимал руку для разреза.

Человек исчез.

Не растворился, не отпрыгнул — просто исчез, будто его никогда и не было. А в следующее мгновение Кая сбило с ног ударом в спину.

Он влетел в землю лицом, успел подставить руки, откатился в сторону.

— Быстрый, — заметил враг, появляясь в двух шагах. — Неудивительно, что ты убил брата. Жаль только... он был самым медленным из нас.

Кай поднялся на ноги, стирая кровь с разбитой губы.

— Нас? — переспросил он.

— Тех, кто охотится на аномалий. — Враг улыбнулся. — Тебя искали давно. С тех пор как ты заключил контракт с Судьбой. А теперь, когда ты убил моего брата... ты стал приоритетом.

Кай сжал кулаки. Магия вернулась — он чувствовал её, пульсирующую где-то в груди.

— Я никого не искал. Я просто хотел, чтобы меня оставили в покое.

— Аномалиям не оставляют покоя, — ответил враг. — Их уничтожают.

Он сорвался с места. Кай успел выставить блок, но враг просто обошёл его, оставляя за собой размытый след.

Удар. Ещё удар. Кай едва успевал уклоняться.

— Что, не догоняешь? — голос врага звучал с лёгкой усмешкой. Он даже не запыхался. Для него это была игра.

Кай откатился в сторону, вскочил на ноги. Лёгкие горели, мышцы дрожали. Он не мог так больше.

Он слишком быстрый. Я не успеваю даже подумать.

— Я и не собираюсь тебя догонять, — выдохнул Кай, поднимая голову.

Враг замер на мгновение. Удивился? Или просто ждал очередного провала?

Кай протянул руку. Два пальца вперёд. Ладонью вверх.

— Если я не могу догнать тебя, — сказал он тихо, — то оно точно догонит.

Пространство на кончиках пальцев дрогнуло. Исказилось. Начало стягиваться в точку.

Секунда первая.

Чёрная клякса пульсировала между пальцами, ещё не оформившаяся, нестабильная. Просто пятно тьмы на фоне ночного неба.

Враг дёрнулся.

— Что это?

В его голосе впервые появилось что-то, похожее на страх.

Секунда вторая.

Клякса выровнялась. Стала шаром. И в тот же миг из её чёрной глубины вырвались четыре голубоватых луча.

Они рванули в стороны, очерчивая невидимый радиус. Круг. Идеальный, пульсирующий холодным светом.

Враг попытался уйти, но что-то держало его. Не магия. Не сила. Просто знание — если ты в этом радиусе, тебе некуда бежать.

Секунда третья.

Лучи сомкнулись. Схлопнулись в точку, дальше которой была только бездна.

Кай смотрел на шар между пальцами. Маленький, спокойный, смертоносный.

— Чёрная дыра.

Он стряхнул её с пальцев.

Враг не успел даже понять, что умер. В ту же секунду его существование прекрасилось. Не взрыв, не удар. Просто пустота там, где только что был человек.

Кай упал на колени.

Руки тряслись. Маны не осталось. Глаза слипались.

Он посмотрел на свои пальцы — на них всё ещё мерцали остатки голубоватого света.

— Догнало, — прошептал он и упал лицом в траву.

Глава 14: Пустота

Кай очнулся на руках у матери.

Он не помнил, как упал. Не помнил, как тело перестало слушаться, как глаза закрылись сами. Только пустота. И голос, который сказал: «Догнало».

— Кай! — голос матери был хриплым, будто она кричала долго. — Кай, ты меня слышишь?

Он попытался ответить, но язык не слушался. Тело было чужим. Тяжёлым. Пустым.

Мать тащила его к дому, прижимая к себе, плача и ругаясь одновременно. Кай видел небо над головой — звёзды уже погасли, наступал рассвет.

Сколько я пролежал?

Он хотел спросить, но провалился снова.

Очнулся уже в своей комнате. На матрасе. Сверху — старое одеяло, пропахшее дымом и травами.

Мать сидела рядом, сжимая его руку.

— Три дня, — сказала она, заметив, что он открыл глаза. — Три дня ты был без сознания.

Кай попытался сесть. Не получилось. Тело налилось свинцом, каждый сустав ныл.

— Что со мной? — прошептал он.

— Я не знаю. Не знаю, что ты там делал, но ты... опустошил себя. — Мать сжала его руку сильнее. — Мана не восстанавливается. Совсем.

Кай закрыл глаза. Попытался призвать силу. Ничего. Только тишина там, где раньше пульсировал бесконечный резерв.

— Сколько? — спросил он.

— Ноль. Абсолютный ноль. — Мать выдохнула. — Ты что там сделал, Кай?

Он не ответил. Вспоминал. Чёрная дыра. Три секунды каста. Четыре голубых луча. Щелчок. И пустота.

Сколько это стоило?

Кай открыл глаза, уставился в потолок. В голове сами собой начали всплывать цифры.

Отталкивание — пятьдесят. Каждый раз, когда он отбрасывал врага, толкал себя в воздухе, создавал пространство между собой и атакой.

Удар, пробивающий любую броню — тоже пятьдесят. Каждый раз, когда он стягивал пространство вокруг кулака, чтобы пройти сквозь защиту.

Рывок — десять. Самый дешёвый. Схлопнуть пространство позади, выбросить себя вперёд. Он делал это десятки раз за бой.

Гравитационные коньки — двадцать пять за активацию, и по одной мане каждые три секунды удержания. Он скользил на них почти весь бой.

Разрез — двадцать пять. Дешёво, быстро, эффективно. Он использовал их десятками.

Чёрная дыра — тысяча.

Кай перебирал в памяти каждый момент боя, каждую секунду, каждую трату. И чем дольше считал, тем тяжелее становилось на душе.

— Я убил себя, — прошептал он.

— Что? — мать наклонилась ближе.

— Моя мана. Я потратил её всю. До последней капли. — Кай повернул голову, посмотрел на неё. — Я не знаю, восстановится ли она.

Мать молчала. Глаза её блестели, но она держалась.

— Восстановится, — сказала она твёрдо. — Должна.

Кай не ответил. Знал, что она не понимает. Никто не понимает. Мана — это не просто ресурс. Это часть тебя. Когда она кончается, ты становишься пустым. Не слабым. Пустым.

Он закрыл глаза и провалился в сон.

Следующие дни слились в один. Мать кормила его с ложки, поила отварами, укутывала в одеяла. К соседям никого не пускала. На вопросы не отвечала.

Кай спал, просыпался, снова спал. Иногда ему казалось, что он чувствует ману — слабый отголосок, тень того, что было. Но когда он пытался ухватиться за неё, она ускользала.

На пятый день он впервые смог сесть.

Руки дрожали, голова кружилась, но он сидел. Смотрел в окно на заходящее солнце.

— Как ты? — мать заглянула в комнату.

— Живой.

Она подошла, села рядом.

— Ты так и не рассказал, что там было.

Кай молчал долго. Потом начал говорить. Про портал, про поле, про врага, который двигался быстрее ветра. Про то, как он понял, что не догонит. Про чёрную дыру.

Мать слушала, не перебивая.

— А теперь? — спросила она, когда он закончил. — Что теперь?

Кай посмотрел на свои руки. Всё те же пальцы, всё те же ладони. Только силы в них больше не было.

— Не знаю, — ответил он честно.

Мать встала, подошла к окну.

— Твой отец тоже так говорил, когда понял, что его выследили. «Не знаю, что делать». Но он делал. До самого конца.

— Я не отец, — тихо сказал Кай.

— Нет, — мать обернулась. — Ты сильнее. Потому что ты выжил.

Кай хотел ответить, но в груди вдруг что-то шевельнулось.

Слабо. Едва заметно. Но он почувствовал.

Мана.

Она возвращалась.

Кай закрыл глаза, сосредоточился. Одна единица. Потом ещё. Потом поток, тонкий, как нить, но ровный.

— Что? — мать заметила, как изменилось его лицо.

Кай открыл глаза. Улыбнулся впервые за пять дней.

— Восстанавливается, — сказал он.

За окном догорал закат.

Глава 15: Башня иллюзий

Кай пришёл на каменоломню на рассвете.

Ноги сами принесли его сюда. Место, где всё началось. Где он учился притягивать камни, сжимать воздух, рвать пространство. Где впервые понял, что его сила — не проклятие.

Артос сидел на том самом валуне, с которого Кай когда-то начинал тренировки. Как будто ждал.

— Знал, что придёшь, — сказал он без приветствия.

Кай остановился напротив.

— Ты знал про охотников.

Не вопрос. Утверждение.

— Знал, — Артос не стал отрицать. — Знал, что рано или поздно они тебя найдут. Я надеялся, что позже. Но брат того мага... он пришёл быстрее, чем я думал.

— Ты мог предупредить.

— Мог. — Артос поднял глаза. — И что бы изменилось? Ты бы убежал? Спрятался?

Кай молчал.

— Нет, — ответил за него Артос. — Ты бы остался. Как и сейчас.

Он спрыгнул с валуна, подошёл ближе.

— Охотники на аномалии не оставят тебя в покое. Ты убил их собрата. Для них это приговор. Теперь у тебя два пути.

— Какие?

— Первый: убить их всех. Всех, кто охотится. Каждого. До последнего.

Кай сжал кулаки.

— А второй?

— Спрятаться. Уйти в другое измерение. Затеряться там, где они тебя не найдут.

Тишина.

Ветер гонял пыль между камнями. Где-то кричала птица.

— Я не буду больше убегать, — сказал Кай.

Артос усмехнулся.

— Знал. Сразу знал.

— Тогда говори, как убить их всех.

Артос посмотрел на него долго. Потом кивнул.

— Все они сейчас в одном месте. Башня Иллюзий. Старая крепость за горами. Там их главная база.

— Башня?

— Пять этажей. Каждый — целый полигон. Свои законы, свои условия, свои стражи. Ты не сможешь просто пройти. Тебе придётся адаптироваться. На каждом этаже — один из охотников. Или тот, кто их заменил. Они идеальны для условий своей иллюзии.

— Пять охотников?

— Как минимум. — Артос помолчал. — Я не знаю, что на каждом этаже. Никто не знает. Башня сама создаёт иллюзии под тех, кто входит. Но я знаю одно: они ждут тебя.

Кай нахмурился.

— Откуда?

— Они знают, что ты придёшь. Наверху есть... оружие. То, что поможет тебе раскрыться. На большее, чем сто процентов.

— Что за оружие?

Артос покачал головой.

— Не знаю. Никто не знает. Те, кто пробовал подняться, не вернулись. Но слухи ходят. Говорят, там можно найти ответы. На всё.

Кай смотрел на горизонт.

— И ты предлагаешь мне просто войти? В башню, где меня ждут пять убийц?

— Я предлагаю тебе выбрать свой путь, — ответил Артос. — Ты сказал, что не будешь убегать. Значит, иди. Или не иди. Но если останешься здесь — они придут снова. И в следующий раз не один. И не двое.

Кай повернулся к нему.

— Ты пойдёшь со мной?

Артос усмехнулся.

— Я слишком стар для таких подвигов. И слишком умён, чтобы лезть в башню, где меня ждут. Но я дам тебе кое-что.

Он протянул руку. На ладони лежал небольшой камень. Гладкий, тёмный, с едва заметным свечением изнутри.

— Что это?

— Ключ. От входа. Без него ты не попадёшь внутрь. И... — Артос помедлил. — Если решишь не идти — брось его в реку. Башня не сможет тебя найти.

Кай взял камень. Тёплый. Живой.

— Почему ты помогаешь мне?

Артос посмотрел на него долго. Потом сказал:

— Потому что я тоже когда-то был аномалией. И тоже выбирал между страхом и боем. Я выбрал спрятаться. И до сих пор жалею.

Кай сжал камень в кулаке.

— Где эта башня?

— За горами. Идти три дня. — Артос указал на восток. — Но если ты пойдёшь... будь готов. Башня не прощает ошибок.

Кай кивнул. Развернулся и пошёл прочь.

— Кай! — окликнул Артос.

Он обернулся.

— Не умирай там. Ты первый, кто дал мне надежду, что аномалии могут победить.

Кай не ответил. Просто пошёл дальше. В сторону гор. В сторону башни.

Глава 16: Вулканический гроб

Кай уже почти ушёл с каменоломни, но вдруг голос Артоса окликнул его ещё раз.

— Подожди! — голос прозвучал как последние слова. — Возьми вот это.

Он протянул Каю маленькую сумку.

Кай вернулся.

— Что это?

— Мана. Четыре бутылки по пять тысяч в каждой.

Кай принял сумку.

— Спасибо, я как раз думал о резервах.

Кай пошёл на восток, в сторону башни.

Прошло три дня пути.

— Вот и она, — сказал Кай почти себе под нос.

Он подошёл ближе и сразу почувствовал, что от неё исходит просто неимоверное количество маны.

Вздохнув, Кай вошёл.

Мир тут же поменялся. В голову ударили новые знания: правила башни.

1. Вошедший в случае победы на одном этаже может либо продолжить подниматься, либо уйти.

2. На этаже в случае победы можно оставаться сколько угодно.

3. Поражение означает смерть без права на вторую попытку.

Кай тут же прокрутил все правила ещё раз в голове. Ничего особенного, обычные правила выживания.

Но через мгновение в помещении стало жарче. Мир вокруг изменился — Кай находился как будто внутри пещеры на огромной глубине.

— Мы знали, что ты придёшь, — раздался голос, и тут же показался силуэт.

Обычный парень среднего телосложения. Только он, в отличие от Кая, как будто не чувствовал жара.

Кай не стал тратить время на вопросы. Он сразу же принялся думать, как сбавить жар, который только нарастал.

Может, попробовать победить быстрее, чем сгорю? Нет, не получится. Скорее всего, у него есть прочная броня. А может?

В голове Кая возникла идея.

Может, сжать пространство вокруг тела для подавления жара?

Сработало.

Враг сразу заметил, что область вокруг Кая исказилась.

— Что за фокусы? — спросил он.

— Это не фокусы, а моя способность, — почти без эмоций сказал Кай.

Враг не стал медлить.

— Ты труп, — прозвучало из его рта.

Прежде чем Кай успел осознать ситуацию полностью, его тело само среагировало, сжав пространство снизу для рывка вверх. Слабо, потому что времени на подготовку не было.

Как только Кай посмотрел под себя после рывка, он на полсекунды застыл в удивлении: под ним сейчас был каменный кол, который вырос прямо из земли.

Кай приземлился рядом с острым камнем и сразу ринулся в бой рывком, попутно активировав гравитационные коньки, чтобы не потерять скорость.

Враг тоже не стал медлить и поставил щит, чтобы отбить атаку Кая, но тот в последний момент использовал сжатый удар и пробил его щит насквозь. Враг отлетел, но недалеко. Как Кай и предполагал, у него есть природная броня — такую даже сжатым ударом не пробить.

Противник выставил ладонь вниз и сжал кулак, словно хватая что-то, а потом резко поднял. Инстинкт подсказал Каю:

Уклоняйся.

Кай сделал рывок в бок и увидел, что на месте, где он был только что, возник столб лавы под огромным давлением.

Вот почему я чувствовал жар. Он управляет не камнями, а точнее, не только ими. Его основная способность — лава. А тот камень — это лишь проявление условий башни иллюзий.

Идея пришла Каю неожиданно.

Нужно ослепить его.

Кай рванул в упор к магу. Тот уже ждал его знакомым жестом — ладонью вниз. Он хотел подловить Кая. И подловил бы, если бы не одно но.

Кай, сжав пространство вокруг себя ещё сильнее, оттолкнул от себя его лаву, пролетая через неё. Но это было ещё не всё. Способность, которую Кай использовал всего один раз, сейчас была очень кстати.

Поглощение элемента.

Шар лавы возник в руке Кая так быстро, что враг не успел его даже заметить.

Бросок.

Шар попал прямо в лицо противнику, ослепив его.

Кай тут же сделал рывок за его спину.

— Разрез не сработает, так как у тебя очень сильная броня, но это сработает.

Остановившись, Кай выставил два пальца вперёд ладонью вверх. Сгусток чёрной массы через секунду стал шаром. Ещё через одну голубые лучи очертили радиус в семь метров. Ещё секунда — и щелчок.

Чёрная дыра сорвалась с пальцев Кая и уничтожила врага, который только и мог что увидеть последний миг перед смертью.

Кай упал на колени, но не отключился.

— Выброс маны был слишком большой, но запасы ещё есть, — произнёс Кай себе под нос. — Задержусь немного на этом этаже, чтобы пополнить запас сил.

Глава 17: Зеркальный лабиринт

Кай не знал, сколько времени провёл на первом этаже.

Жар, лава, каменные колья всё это осталось внизу, за пеленой искажённого пространства. Он сидел на холодном каменном полу, прислонившись спиной к стене, и смотрел, как медленно восполняется мана.

Четыре бутылки от Артоса. 20 000 единиц. Плюс то, что наросло само.

Хватит.

Он поднялся. Ноги слушались уже лучше. Глаза привыкли к полумраку.

В центре зала светился портал мерцающая дымка, за которой не было видно ничего. Второй этаж.

Кай вошёл.

Мир перевернулся.

Он стоял в коридоре. Узком, бесконечном. Стены, пол, потолок всё было зеркальным.

Кай шагнул вперёд. Его отражение повторило движение. Потом другое. Потом десятки. Они множились, расползались по стенам, смотрели на него с каждой поверхности.

— Привет, — сказало одно из отражений.

Кай замер.

Отражение улыбнулось. Не его улыбкой — чужой, кривой, опасной.

— Ты думал, будет просто? — спросило оно. — Башня Иллюзий — это не про силу. Это про тебя.

Кай не ответил. Просто поднял руку и пустил разрез.

Отражение рассыпалось на осколки. Но вместо того чтобы исчезнуть, они разлетелись по коридору, умножаясь, превращаясь в новые лица. Все с чертами Кая. Но все разные.

— Ты убил брата Вернона, — сказало одно.

— Ты бросил мать одну, — добавило другое.

— Ты не смог защитить отца, — прошептало третье.

Кай сжал кулак.

— Это иллюзия.

— Это правда, — ответили зеркала хором.

Он рванул вперёд. Рывок, ещё рывок — коридор не кончался. Зеркала множились, отражения нападали, били его же приёмами. Разрезы, сжатия, даже отталкивания — всё, что он умел, возвращалось к нему.

Кай отлетел к стене, прижался спиной к холодному стеклу.

Я сражаюсь с собой. С каждым своим страхом, каждой ошибкой. Их слишком много.

— Сдавайся, — шептали зеркала. — Ты один. Всегда был один.

Кай закрыл глаза.

В голове всплыли слова Артоса: «Башня создаёт иллюзии под тех, кто входит». Не под силу. Под слабости.

Он открыл глаза.

— Вы правы, — сказал он тихо. — Я один.

Зеркала замерли.

— Я один, потому что сам так решил. Я не хотел впутывать других в свою войну. Не хотел, чтобы мать видела, как я убиваю. Не хотел, чтобы друзья становились мишенями.

Кай выпрямился.

— Это не слабость. Это выбор.

Он поднял руку. Два пальца смотрели в бесконечность коридора.

— Вы — мои страхи. Мои сомнения. Мои ошибки. Но вы — не я.

Пространство на кончиках пальцев исказилось.

— А я — тот, кто идёт дальше. Даже когда страшно. Даже когда один.

Кай щёлкнул пальцами.

Не чёрная дыра. Не разрез. Просто импульс. Волна, которая прошла сквозь зеркала, не разрушая их, а возвращая им прозрачность.

Отражения застыли. Потом одно за другим начали исчезать. Не рассыпались просто успокоились, стали обычными зеркалами.

Коридор дрогнул. Стены пошли трещинами, посыпались осколками, обнажая за собой новый зал.

Кай шагнул вперёд.

В центре зала стоял человек.

Невысокий, лысый, в простой тёмной одежде. Без оружия. Без магии. Только спокойный взгляд и лёгкая улыбка.

— Первый, кто прошёл зеркальный коридор без боя, — сказал он. — Интересно.

— Ты страж? — спросил Кай.

— Я — то, что осталось от тех, кто не прошёл, — ответил человек. — Моё имя не важно. Я здесь, чтобы проверить, готов ли ты к следующему этажу.

— Чем проверяешь?

— Тем же, чем коридор. Тобой.

Человек исчез. Кай успел выставить блок удар пришёлся сбоку, сбил с ног, отбросил к стене.

— Быстро, — заметил Кай, поднимаясь.

— Это не скорость, — человек появился перед ним. — Это опыт. Я дрался с сотнями таких, как ты. Знаю все твои приёмы, все слабости, все рефлексы.

Он атаковал снова. Кай парировал, ответил разрезом — человек ушёл в сторону, будто знал, куда полетит линия.

— Видишь? — усмехнулся он. — Я знаю тебя лучше, чем ты сам.

Кай отступил. Дышал тяжело, но спокойно.

Он прав. Он знает мои движения. Он читает меня как книгу.

Но книги можно переписать.

Кай рванул вперёд. Человек приготовился встретить его привычным блоком, но в последний момент Кай изменил траекторию не рывок, а скольжение, гравитационные коньки унесли его в сторону, за спину противника.

Человек обернулся, но Кай уже не был там. Он оттолкнулся от стены, снова сменил направление.

— Ты меняешь стиль, — заметил страж.

— Адаптируюсь, — ответил Кай, проходя сквозь защиту и нанося удар в корпус.

Человек отлетел, но устоял. Улыбнулся шире.

— Хорошо. А это?

Он поднял руку, и вокруг Кая возникло десяток иллюзий его собственных копий. Все готовились атаковать.

— Ты не знаешь, кто из них настоящий, — сказал страж. — А я знаю всё о тебе.

Кай смотрел на копии. Потом закрыл глаза.

Он читает мои движения. Значит, я должен двигаться так, чтобы он не успевал прочитать.

Кай рванул в центр круга. Копии атаковали он уходил от ударов, не смотря, не думая, просто чувствуя. Гравитационные коньки несли его сквозь толпу, рывки выбрасывали из окружения, отталкивание сбивало атакующих.

Он не бил. Он просто двигался. Быстрее, чем мозг успевал просчитывать. Быстрее, чем страж успевал читать.

Кай вылетел из круга, развернулся и пустил разрез не в копии в потолок.

Зал дрогнул. С потолка посыпались осколки зеркал, разлетелись во все стороны, разрезая иллюзии.

Копии исчезли.

Человек стоял в центре, один. Улыбка пропала.

— Ты не победил меня, — сказал он. — Ты просто сломал арену.

— Я сломал твои правила, — ответил Кай. — Ты знаешь мои движения. Но ты не знаешь, что я придумаю в следующую секунду.

Человек смотрел на него долго. Потом кивнул.

— Достаточно.

Он шагнул назад и растворился в воздухе.

Зал начал таять. Стены распадались на светящиеся нити, уходящие вверх.

Кай стоял один, тяжело дыша.

— Второй этаж, — сказал он себе под нос. — Осталось три.

Перед ним открылся портал на третий.

Глава 18: Шопот в тишине

Портал на третий этаж выглядел иначе.

Не мерцающая дымка, а рваная трещина в воздухе, которая пульсировала в такт сердцу Кая. Он шагнул внутрь, готовый ко всему.

Тишина.

Абсолютная, давящая тишина.

Кай стоял посреди пустого зала. Ни стен, ни пола, ни потолка — только серая бесконечность вокруг.

— Третий этаж, — сказал он. Голос утонул в пустоте, не отразившись от несуществующих стен.

Никто не ответил.

Кай сделал шаг. Другой. Гравитационные коньки не работали — не от чего было оттолкнуться. Пространство вокруг не поддавалось, будто его не существовало вовсе.

— Выходи, — позвал Кай.

Тишина.

А потом он почувствовал.

Сначала лёгкое касание — будто кто-то провёл пальцем по затылку. Кай резко обернулся — никого.

Снова. Теперь по шее. Холодное, мокрое, отвратительное.

— Кто здесь? — голос Кая прозвучал громче, но всё так же одиноко.

Из пустоты начала формироваться фигура. Женщина. Бледная, высокая, с глазами без зрачков. Её длинные волосы не падали — они струились вверх, как дым.

— Третий этаж — этаж тишины, — сказала она беззвучно. Кай не слышал слов, но понимал их. — Здесь нет магии. Нет пространства. Есть только я и ты.

— Кто ты? — спросил Кай.

— Тот, кто крадёт голоса, — ответила женщина. — Тот, кто убивает тихо. Тот, чьи жертвы умирают, даже не поняв, что начали умирать.

Она протянула руку. Из её пальцев вырвались тонкие, почти невидимые нити. Они потянулись к Каю, обвивая его запястья, шею, грудную клетку.

Кай попытался сделать рывок — ничего. Пространство не сжималось. Попытался создать разрез — воздух не слушался.

— Я же сказала, — улыбнулась женщина. — Здесь нет магии. Только я.

Нити сжались. Кай почувствовал, как холод проникает под кожу, добирается до костей.

Она не атакует. Она высасывает.

Кай упал на колени.

— Ты сильный, — заметила женщина, подходя ближе. — Обычные умирают быстрее. А ты держишься. Интересно.

Она наклонилась, заглянула в глаза Каю.

— Но не вечно.

Кай смотрел на неё. В голове крутилась одна мысль.

Она сказала, что здесь нет магии. Но я стою. Значит, что-то есть.

Нити сжались сильнее. Холод поднялся к горлу.

Кай закрыл глаза. Сосредоточился не на пространстве, не на воздухе, не на себе.

На ней.

Она — часть этого этажа. Значит, её можно притянуть.

Кай протянул руку. Два пальца смотрели в лицо женщины.

— Что ты делаешь? — она замерла. — Здесь нет твоей магии.

— Ты права, — прошептал Кай. — Но ты здесь есть.

Он сжал пальцы.

Притяжение.

Женщина дёрнулась. Её тело качнулось вперёд, нити ослабли.

— Как? — её голос впервые стал слышен — высокий, визгливый, живой.

— Ты часть этого места, — сказал Кай, поднимаясь на ноги. — А я могу притягивать что угодно. Даже то, что создаёт тишину.

Он рванул на себя снова. Женщина пошатнулась, потеряла равновесие, упала на колени.

— Не подходи! — закричала она.

Кай подошёл. Встал напротив. Посмотрел в её белые глаза.

— Ты забираешь голоса, — сказал он. — А я забираю жизнь.

Он положил ладонь на её голову.

Сжатие. Точка. Вся она — в одну точку.

Женщина не успела закричать. Её тело схлопнулось, исчезло, не оставив даже пыли.

Тишина стала обычной.

Серый мир вокруг начал трескаться, рассыпаться, открывая за собой лестницу наверх.

Кай сплюнул кровь на пол.

— Осталось два этажа

Глава 19: Танец с тенью

Кай поднимался по лестнице медленно.

Ноги гудели, мана пульсировала где-то на дне резерва. Он открыл сумку — три полные бутылки и одна, которую он начал на первом этаже.

Почти половина ушла на том уровне. Если так пойдёт дальше, не хватит.

Он отпил из начатой бутылки, почувствовал, как сила возвращается в мышцы, и двинулся дальше.

Четвёртый этаж встретил его светом.

Ярким, слепящим, бьющим из каждого угла. Кай зажмурился, но свет проникал сквозь веки, заставлял глаза слезиться.

— Четвёртый этаж — этаж света, — раздался голос. Спокойный, мужской, без угрозы. — Здесь нет тьмы. Нет укрытий. Только ты и я.

Кай прищурился, пытаясь разглядеть говорившего.

В центре зала стоял мужчина в белом костюме. Его кожа светилась, волосы были прозрачными, глаза — двумя точками чистого сияния.

— Ты прошёл трёх стражей, — сказал он. — Но я — не они. Я не буду давить тишиной или жарой. Я не буду играть с твоими страхами. Я просто... сломаю тебя.

— Чем? — спросил Кай.

— Светом.

Мужчина поднял руку. Из его ладони вырвался луч — тонкий, ослепительный, быстрее молнии. Кай едва успел уйти в сторону, но луч всё равно задел плечо. Кожа обгорела, запахло палёным.

— Быстрый, — заметил страж. — Но быстрее света не бывает.

Лучи посыпались со всех сторон. Кай уворачивался, падал, скользил по полу, но каждый следующий луч находил его, оставлял на теле новые ожоги.

Я не могу его достать. Он слишком далеко, а лучи не дают приблизиться.

— Сдавайся, — сказал страж. — Я не убиваю сразу. Я даю время подумать. Но чем дольше ты думаешь, тем больше ожогов получаешь.

Кай откатился в сторону, спрятался за выступом стены. Тяжело дышал.

Он контролирует свет. Значит, он контролирует то, что видит.

А что, если ослепить его?

Кай высунулся из-за угла. Страж стоял на том же месте, лениво пуская лучи в его укрытие.

Свет исходит от него. Но если я создам свой...

Кай поднял руку. Сосредоточился не на притяжении, не на сжатии.

На отражении.

Он создал перед собой маленькую точку сжатого пространства — линзу. Луч стража попал в неё, преломился, разлетелся на десятки мелких лучей, осветивших весь зал.

— Что? — страж прищурился.

Кай создал вторую линзу. Потом третью. Зал наполнился светом — чужим, преломлённым, бьющим в глаза.

Страж зажмурился. Потерял ориентацию.

Кай рванул вперёд. Рывок, гравитационные коньки — за секунду он преодолел расстояние, оказался перед стражем.

— Ты... — прошептал тот.

— Свет быстр, — сказал Кай. — Но я быстрее.

Удар. Сжатый, пробивающий любую броню. Страж отлетел к стене, врезался, сполз на пол.

— Как ты?.. — прохрипел он.

— Ты ослепил меня своим светом, — ответил Кай. — А я ослепил тебя твоим же.

Он подошёл ближе. Поднял руку для финального удара.

— Подожди, — выдохнул страж. — Ты сильный. Не убивай. Я открою проход наверх.

— Почему?

— Потому что я хочу видеть, как ты умрёшь на пятом этаже, — улыбнулся страж. — Там тебя ждёт то, что ты не сможешь победить. Ни светом, ни тьмой, ни пространством.

Кай посмотрел на него. Потом опустил руку.

— Открывай.

Страж щёлкнул пальцами. В центре зала открылся портал — чёрный, пульсирующий, живой.

Кай шагнул к нему, но остановился.

Достал из сумки последнюю бутылку маны. Опустошил её залпом.

— Ты не победишь, — сказал страж. — На пятом этаже нет выхода.

— Я слышал это на первом, — ответил Кай. — И на втором. И на третьем.

Он вошёл в портал.

Глава 20 : Даже время не выдержит пустоты

После входа в портал перед Каем распахнулся огромный зал. В центре, на возвышении, стоял последний страж. На его руках было то, ради чего Кай пришёл.

— Я знал, что ты сможешь добраться, — сказал человек, не поворачиваясь. — Я наблюдал за тобой все четыре этажа и вынужден признать: ты силён.

В его голосе прозвучала нотка уважения.

— Но я вынужден тебя огорчить. Здесь твой путь оборвётся.

Он повернулся к Каю, сделал паузу.

— Кай.

— Мне это говорят не в первый раз, — ответил Кай ровно. — Давай проверим, на что ты способен.

Кай не стал медлить. Он сделал длинный рывок в сторону врага, но тот даже не попытался уклониться.

Что-то не так. Почему он не двигается?

Кай приготовился нанести удар, отбросив все сомнения, но в последний момент... промах.

Кай пролетел мимо. Враг остался на месте.

— Что за бред? — прошептал Кай.

Ещё рывок — снова мимо. Потом ещё один — та же история.

— Ты зациклен на мне, — сказал страж, словно давая подсказку. — Постарайся понять, почему ты мажешь.

Понять.

Кай сделал ещё один рывок, но на этот раз смотрел не на противника, а на его действия. И увидел.

Страж сложил пальцы в печать, после чего удар Кая ушёл чуть правее. И это было не всё. Пространство перед ним исказилось — туда же, куда ушёл удар.

Неужели его способность — искажение пространства?

Кай оказался прав.

— Я разгадал твою технику, — сказал он с особой уверенностью. — Ты искажаешь пространство с помощью печати «замочек вниз».

— Да, ты прав, — ответил страж. — Но что это тебе даёт?

Мне это даёт шанс на победу.

Кай снова рванул вперёд. Враг, уже не стесняясь, поставил печать искажения. За долю секунды Кай увидел — пространство пошло влево. Значит, если кинуть разрез чуть правее, то... звонкий звук разреза раздался в зале. Кай пролетел мимо, но заклинание попало.

— Я победил, — сказал Кай, не оборачиваясь.

— Ещё нет, — раздался голос сзади.

Кай обернулся. Голова стража была на месте.

— Но как? — в голосе Кая появился страх. — Я же отрубил тебе башку.

— Да, отрубил, — сказал враг с той же спокойностью. — Но ты забыл про то, что находится у меня на руках.

Кай посмотрел на руки противника.

Перчатки. Это и есть то самое оружие, о котором говорил Артос?

— Самое время раскрыть тебе их суть, — сказал страж. — Я сам до конца ещё не разобрался, но, насколько я понимаю, это оружие способно отзеркалить то, для чего была использована мана.

— Что? — переспросил Кай.

— Знаю, сложная формулировка. Если говорить простым языком — моя техника пространства с помощью них превращается во время.

Кай дрогнул. Впервые перед ним стоял тот, кого он не знал, как победить. Пространство он мог стянуть. Но время?

— И знаешь, что самое интересное? — продолжил враг. — Мне хватит всего одного удара, чтобы стереть твою историю под ноль.

Кай хотел что-то сказать, но вместо этого рванул на врага, не имея другого плана. Он хотел разбить ему голову, чтобы тот не смог применить технику. Но в последний момент перед ударом получил контратаку в спину.

Конец?

Нет.

Он увидел иллюзию. Страж предстал перед ним огромной тенью, которая тут же схватила его и сказала:

— Мне хватит лишь проткнуть тебя пальцем, и ты... нет, твоя история умрёт.

Кай не знал, что делать. Но в последний момент вспомнил одну из тренировок с разрезом.

Чем больше я сжимаю воздуха или пространства, тем более быстрым и смертоносным получается разрез. А что, если...

Он вырвал руку из хватки тени и вынес её над головой, показывая два пальца вверх.

— Что, очередной фокус? — сказал враг, чересчур уверенный в себе. — Ладно, я позволю тебе сделать это последнее заклинание. Удиви меня.

— Знаешь, — тихо начал Кай, глядя прямо в пустоту глаз тени, — я долго думал над этим. Всю дорогу сюда, через лаву, зеркала, тишину и свет, я пытался понять, как победить того, кто сильнее. И в итоге пришёл к выводу: раз я не могу стянуть время, я просто уничтожу его вместе с тобой.

На пальцах Кая вспыхнула белая сфера — не чёрная, как у чёрной дыры, а слепяще-белая, как свет на четвёртом этаже, только в десять раз ярче. Она пульсировала, росла, сжималась, не желая подчиняться, но Кай держал.

— Прощай, — сказал он.

Рука пошла по диагонали.

— Разрез реальности.

Иллюзия рассыпалась в прямом смысле. Тысячи осколков, миллионы — они разлетелись по залу, как битое стекло, и Кай вдруг понял, что видит всё. Каждую деталь. Каждую трещину. Каждое движение врага, который для стерания его истории сложил ту самую печать «замочек вниз».

Кай не стал медлить. На остатках маны, на последнем дыхании, на одной лишь воле он пустил разрез — не в голову, не в сердце, а в руки. По запястьям.

Кисти с перчатками отлетели в стороны.

Враг не успел даже закричать. Кай шагнул вперёд, сокращая расстояние, занёс кулак и вложил в удар всё, что у него оставалось — не ману, не технику, не пространство. А злость за все четыре этажа. За отца, которого убили. За мать, которая плакала по ночам. За себя, который когда-то стоял на краю обрыва и хотел прыгнуть.

Череп врага разлетелся в хлам. Тело отбросило к стене.

Кай стоял над ним, тяжело дыша, и смотрел на свои руки. Они дрожали. Из разбитых костяшек сочилась кровь. Маны не осталось совсем — даже той капли, чтобы проверить, жив ли враг.

Он не стал проверять. Просто опустился на колени, достал из сумки всё, что осталось, и выпил залпом. Жидкость обожгла горло, растеклась по телу теплом, заставила сердце биться быстрее.

Кай перевёл дух. Посмотрел на отрубленные кисти. Снял с них перчатки и надел на себя.

Они были холодными. Тяжёлыми. Чужими.

Но в них чувствовалась сила — не та, к которой он привык, а другая. Глубокая. Древняя.

— Значит, отзеркаливают то, для чего была использована мана, — прошептал Кай. — Интересно.

Он поднялся на ноги. Ноги дрожали, но держали.

Башня начала разрушаться. Иллюзии пропадали, стены падали, пол под ногами трескался и уходил вниз. Кай спустился по сломанным ступеням, перепрыгивая через провалы, цепляясь за выступы, падая и поднимаясь снова.

Он вышел наружу, когда солнце уже садилось.

Обернулся. Башня Иллюзий стояла позади — чёрная, мрачная, но уже не живая. Из её окон больше не струился свет, из её стен больше не сочилась мана.

Кай посмотрел на свои руки. На перчатки. На шрамы, которые останутся навсегда.

— Это только начало, — сказал он тихо.

И пошёл вперёд. Туда, где его ждали новые сражения. Новые враги. Новая жизнь.