Двадцать воинственностей

Глава 1

Поле боя

Поле боя. Окантовка двадцать первого века… Сражается ровно два десятка солдат, причём разнообразных… Каждый своеобразный, несуразный, в общем, думаю, понятно. Я независимый, но непосредственный «выслушавший» историю… К делу.

Сражение начинается в равном количестве боевых сил с двух сторон, то есть, я про людей… десять на десять. Некоторое оружие может быть неизвестно из засекреченности… Буду рассказывать на примерах детских игрушечных бластеров и им подобными предметами и мыслями. О условиях: какое-то местечко в старо-провинциальном южном крае, солнце светит, но за тучами. Рассвело недавно, хотя птиц услышишь в этих местах редко. Но бывают какие-то словно ястребы, не брезгующие «подпитаться» кровью обезьяньей…

Силы вооружений не равны… Так, впрочем, всегда, думаю, происходит у людей: баланс на земле невозможен, может; и может потому-то и считается, что не существует цифры нуль… Хотя, я плох в математике. У каждого индивидуальное… оружие.

Двадцатый

Трудно «замыкать». Причём, даже, не по счёту убийств, или силам в мышцах трицепсов… Считайте, что это словно порядковый номер. Как в футболе! Ну, извиняюсь… грубо говоря, как в футболе.

Это был молодой человек двадцати лет, возможно даже поэтому его так назвали «коллеги» … Неудачное слово. Не суть…

У него был секрет… Он никогда не целовался. Это странно- иметь любовь, но ни разу не целовать. Он был натурален в любви, что ли, так выражусь. Девушек любил. Но «не судьба» была. Отец отправил его. Как «Тарас Бульба», может быть, если сейчас помню правильно. Только вот отец, я, право, даже не знаю: отправился ли сам, либо в другом спецотряде…

Воевали две независимые страны. Операция была очень трудна, что ли… Что каждая из сторон, воюющих, точно не имела представлений о человечностях противника. Своеобразная команда «А» и команда «Б». Только вот предстояло лишь выяснить, кто из них ещё «Первая буква в алфавите» …

Парня нашли в плену, мёртвым. Он… помог своей команде, прыгнув выше двух своих голов. Очень, даже, возможно, что успел поцеловать понравившуюся, если не любимую. Захватившие в плен обычно выполняют такие желания, но точно мне не известно, к сожалению.

Четырнадцатый

Был на поле боя мужчинка, что был… Снайпером. Он верил в Бога, какого-то там изощрённого своего, но никогда его для себя ни о чём не просил и ни разу не плакал.

Я думаю, роль снайпера очень трудна. Твоя задача: видеть детально, как умирают люди, причём, зачастую, моментально. Самое печальное при исполнении задачи… Когда не успел убить противника, убившего собрата. И видеть его смерть первостепенно, своими глазами… Однако им даже нельзя злиться от этого. Это лишь лишняя эмоция, которая отвлекает от дела: мести и борьбы. Получилось даже два.

Я думаю, снайперы очень, очень глубоко в душе, но мертвы, либо на часть мертвы… Видя смерти своих, именно, хочу отметить, детально, очень трудно. И даже смотреть долго на это нельзя им: лишь мельком, и сразу переводить прицел…

Снайпер выжил, потеряв некоторые конечности. Ему понадобилось много времени, чтобы наладить сон. Много времени понадобилось и на то, чтобы найти нужную женщину и… чтобы получилась у него дочь. Милая дочь. Мало о нём знаю- очень таинственная личность, но мне кажется, он, хоть моментами, но приобрёл свой небольшой кусок счастья.

Тринадцатый

Тринадцатый был младшим снайпером противоположной команды. Считал, что проклят, вечно рыдал, виня себя, кроме всех. Причём, моё личное мнение- он был не самым сильным бойцом, но, думаю, снайпером сильнее, чем Четырнадцатый. Товарищи потому его и прозвали такой цифрой. Он мог плакать всегда, кроме секунд, каждых, из тех, что проведены им на поле боя. Слёзы ухудшали видимость глаза. И, убивая, он рыдал в душе… Он верил, кажется, в отца, сына, и святого духа, что ли… Самая, может, туманная личность из всех двадцати.

Он… у него было другой бластер. Снайперский. Более лёгкий, более дешёвый, чем у противников… Убивающий моментально попаданием только в голову, либо в сердце. Он сделал наибольший вклад в сражение из всех участвующих в двух командах, и застрелился.

Седьмой

Седьмой был, наверное, очень одинок, потому что ему крупно везло, чёрт подери! И в карты обыгрывал всегда, но всегда казался глупцом полнейшим. Он и о Дьяволе мог рассуждать в одном предложении со словом «добро», и не убивать противника просто потому, что ему взбрендило убить двух одной пулей. Хотя, за последнее его в основном уважали. Развлекался он только тогда, когда его команда была в безопасности от врага.

Конечно же он был довольно умным, но с большим сердцем. Правда, любил он всех, кроме людей. Почти всех мужчин и женщин он ненавидел куда больше, чем раздавленного собой таракана, или собаку, загулявшую… Кажется, кто-то из бойцов рассказывал, что однажды, когда собаку отправили в тыл со взрывчаткой под боком, словно камикадзе со склерозом; у него… проронилась слеза.

Он выжил, но стал одинок. Пошёл в науку. Кажется, что-то космическое открыл… или филологическое.

Первый

Первый был… Как… Знаете, читали, помните, кто такой Кутузов? Вот первый был Кутузовым в квадрате. Это был ярчайший представитель нового поколения: прекрасно знающий почти все науки- математику, информатику, историю, несколько языков, биологию… С химией были проблемы: бабником был, жиголо. Ну, это по гражданке, по молодости. Так вот.

Он… никого не убил. Его команда… проиграла. Но не войну. Скорее… дружбу. Его решения были прекрасны… Может, для битвы через сто пятьдесят лет, но не в его время. Он выжил и молился каждый вечер за души того боя и всех других… Живущих и не живущих тел, которые осмеяли войны. Думаю, у него есть счастье в конечном итоге, хоть и очень своеобразное.

Эпилог

– Сын! Долбится в дрын… Иди ужинать, всё остыло! – мать позвала с компьютера…

Короче говоря, да. Это лишь виртуальная реальность была описана. Один раунд, одной игры. Блин, никто даже бомбу не поставил. Кто-то умер, а кто-то сохранил оружие в следующий раунд. Короче говоря, … Игроки… Я, вроде бы, тогда взял еду за стол, какой-то суп, или картошку, и… Очень вкусно поел. Насладительно. Хорошая была игра, до сих пор играю с некоторыми её той участниками. Даже с противниками! Иногда мне удивительно радостно, что убийства в «ноликах и единицах» заменяют маньякам и даже просто обычным уставшим «работягам» геймерам насилие в реальности: над собой либо другими людьми.

За незнание военного дела извините, ради Христа. Я лишь маленький участник игрушечного сражения… Не больше. Не пойму, почему оно мне так запомнилось тогда. Это ведь был даже не «соревновательный режим» на рейтинг…