Девушка с татуировкой вуглускра теряет ногу

Глава 1

День рождения закончился резнёй.

Из восемнадцати – по числу лет именинницы – гостей в живых остались только семеро. А нет, уже шестеро. Алиса вытащила меч из тела ещё одного собутыльника.

А с другой стороны, на что она надеялась?

Если честно, на то, что выживших останется намного меньше, человека два или три. Впрочем, людей среди продолжающих дышать противников не было.

Трое рептилоидов с Сатурна прятались сейчас за барной стойкой. Парочка гуманоидных ктулхян стояли у стены, задрав щупальца кверху. Дед-Целлюлит, настоятель некогда разрушенного ею монастыря (настоящее имя старика пиратка так и не запомнила), левитировал сейчас в позе лотоса под потолком салуна. И, вроде бы, не дышал.

Заведение «Вздрюченный койот» было снято Алисой для празднования своего совершеннолетия.

Шею рыжеволосой красотки украшала татуировка «18+», символ самостоятельности и разврата. На обнажённой до самых ягодиц спине расположился ещё один рисунок – венерианский вуглускр-слоноед. Сегодня юная пиратка щеголяла в туфлях из кожи этого редкого хищного грызуна. Рукоять её катаны (расстаться с мечом девушка не смогла, даже надев вечернее платье) обмотана тем же баснословно дорогим материалом.

«Стальной вуглускр» – под таким прозвищем Алиса была известна злой половине обитателей трёх галактик. Добрая половина знать её не желала.

А ещё она находилась в бегах.

– Девочка моя, – сказал ей неделю назад дон Виченцо, великий оябун венерианской якудзы. – Я просил принести мне голову одного утконоида, а не уничтожать целую планету.

Но деньги за контракт всё же выплатил. Однако сейчас наёмные убийцы, посланные благородным доном, преследовали юную пиратку по пятам.

Межгалактическая полиция тоже плотно сидела на хвосте.

Хорошо, когда есть друзья.

Плохо, когда их нет. Сейчас у Алисы друзей не было. Влюблённый в неё гоблин Кирдык уже пятый день находился в психушке. После сражения с тысячным войском клювоносых копейщиков «зелёный» стал шарахаться даже от резиновых утят. Забрать с техосмотра своего гигантского боевого робота юная пиратка тоже не успела.

Но объявленная на тебя охота – это ведь не повод отменить праздник, верно?

– Девочка моя, – сказал ей по межгалактической связи дон Виченцо. – Если ты устранишь несколько неприятных мне персон, то я забуду мелкие разногласия между нами.

И Алиса согласилась.

На праздник она пригласила дюжину рептилоидов (осторожные чешуйчатые никуда не ходили меньшим числом) и троих марсиан-серпентофобов. И те, и другие ненавидели осьминогообразных ктулхян.

Собрать столь взрывоопасную компанию удалось, пообещав подарить свою девственность тому, кто приглянётся красотке больше всех.

Дед-Целлюлит прибыл сам, без приглашения. Он был единственным, кого Алиса действительно была рада видеть: старикан отличался завидным миролюбием. Пиратка надеялась, что объявление о расставании с невинностью аббат не читал, а припёрся исключительно "по старой дружбе".

Мишенью являлись четверо рептилоидных братьев, ненароком перешедших дорогу дону Виченцо. Остальные чешуйчатые являлись телохранителями. Различить их между собой было крайне затруднительно. Марсиан пришло всего трое, но в бою каждый из этих прирождённых бойцов стоил четверых рептилоидов.

– Сам бог ведёт их за собой, – туманно заметил однажды великий венерианский оябун.

Спровоцировать гостей на драку оказалось не сложно. Призывно улыбнулась одному, кокетливо подмигнула другому – и вот уже разгорячённые алкоголем любители невинности крошат друг друга и салун впридачу.

А над ними застыл в воздухе старый монах в оранжевой рясе. Тот в потехе участия не принимал.

Двумя взмахами катаны Алиса расправилась к ктулхянами. Лишние свидетели ей ни к чему. Оставалось добить тройку испуганных рептилоидов.

Раздалось угрожающее шипение. Один из чешуйчатых вскочил на барную стойку и направил на пиратку сразу два длинноствольных револьвера.

Ещё один пижон. Был у Алисы в экипаже любитель старинного огнестрела по прозвищу Ворон. Ключевое слово – был.

Два выстрела слились в один. Но целиться из обоих стволов сразу – такой трюк не под силу даже рептилоидам. Одна из пуль просвистела в нескольких сантиметрах от рыжего локона юной пиратки, другая лишь слегка оцарапала ей левое предплечье.

Через секунду девушка уже была на барной стойке, а клинок её катаны пронзил стрелка насквозь.

Двое других в панике ползли в сторону задней двери.

Прыжок.

Юная пиратка оказывается на спине одного из них, держа меч обратным хватом – лезвием вниз.

Колющий удар.

Клинок вонзается бедняге между лопаток. По полу растекается сиреневая лужа.

Резким движением Алиса отрывает подол платья и бежит за оставшимся противником. Тот уже почти достиг спасительного выхода. В последний момент чешуйчатый оборачивается, в руках у него бластер. И где прятал-то всё это время?

Девушка отталкивается от пола и двумя ногами сразу врезается в туловище рептилоида. Оба вылетают из салуна на улицу.

Противники поднимаются одновременно. Меч описывает дугу и отрубает рептилоиду руку с оружием. Враг валится на колени.

Алиса делает шаг вперёд. Разорванное платье не скрывает ничего. Последнее, что успевает заметить жертва – трусиков на девушке нет.

Взмах катаны.

Покрытая чешуёй голова катится на землю.

Алиса выдыхает. По левому предплечью течёт кровь. Рана оказалась серьёзнее, чем она думала.

– Когда невинность свою готова ты отдать? – раздается над ухом старческий голос.

Дед-Целлюлит блаженно парит на уровне её головы.

– Венерический вуглускр! – ошеломлённо произносит в ответ юная пиратка. – Да я лучше отрублю себе ногу!

– Хорошо, – безмятежно соглашается старый аббат. Руины разрушенного Алисой монастыря вырастают за его измождённой спиной.