Дефекты мироздания

Глава 1

Глава 1. Введение-погружение.

Самое сложное в моём деле, это понять, когда всё закончилось. Пересечь грань легко только в одну сторону. Войти может каждый, а вот выйти самостоятельно получается лишь у единиц. Каверны хитрые штуки. Некоторые даже считают, что у них есть своеобразный разум. Хотя, лично для меня, это больше фантазии тех, кто попал туда впервые. Паника, страх и полное непонимание происходящего рождает своих демонов. Многие, из которых вполне могут обрести реальность в нереальном.

Вот и сейчас я фактически держу на руках мужчину, который, впав в безобразную истерику, совершенно не хочет меня слушать. А ведь без его взаимодействия выбраться нам двоим не получится. Человек должен сам пройти алгоритм модуляции, чтобы сохранить не только тело, но и рассудок. Иначе все мои коллеги уже давно использовали бы принцип “ленивого осла”, когда клиент превращается в безвольный груз, что нужно доставить из точки А в точку Б. Но, видимо, у бытия на этот счёт другие планы, так что приходится работать, как есть. В конце концов, спасение утопающих – дело рук самих утопающих.

— Гражданин, успокойтесь. Я вам помогу, но вы должны слушать меня. И желательно повнимательней, — наконец, не выдержав, встряхнул я заблудца.

Вообще, по инструкции, их следовало называть не иначе, как “лица, попавшие в пространственно-физическую аномалию”. Но, говоря откровенно, кто будет таким заморачиваться? Особенно в критической ситуации. Потому, наше малочисленное сообщество и рождает такие вот словесные кадавры. Да, что, говорить, если мы сами себя называем тудаходами, хотя официальное название профессии звучит, как экспедитор особо ценных биологических (и не только) объектов.

— Ччто-то-то ссслучи-чи-лось? — захлёбываясь соплями, раз за разом повторял мужчина.

— Вы попали в незнакомое место. Уйти отсюда самому не получится. Но я вам помогу. Делайте, как говорю и всё будет хорошо, — как ребёнку, чуть ли не по слогам, вновь объяснил я.

— Нно-нно, я ппросто шёл дддо-мой, — словно не слыша меня, продолжал бормотать он себе под нос.

Сделав пару глубоких вдохов, я постарался успокоиться и не срывать злость на этом тугодуме. В конце концов, он не виноват. Редко бывает так, что заблудец сам провоцирует переход. Чаще играет роль случайность или неудачное стечение обстоятельств. Всё-таки стационарных дефектов довольно мало. Да, и известны они все наперечёт. К тому же рядом всегда обретается дежурный тудаход. А вот мобильных гораздо больше. В них, собственно, чаще всего и проваливается народ.

— Так, ладно давай ещё раз, — с трудом сдерживаясь, чтобы не влупить подзатыльник, снова начал я, — закрой рот и слушай. Хочешь вернуться домой, делай, как я. В точности! Ты понял?

Снова слёзы и дикая пустота в глазах. Похоже, без рукоприкладства не обойтись. Иногда такие “экстремальные” методы воздействия работают лучше, чем тысячи слов.

— Тттам…сссза-за-ди, — уже откровенно дурея от ужаса, прохрипел заблудец.

Даже не оборачиваясь, я знал о ком или о чём, он говорит. Фантики или, если по-научному, невещественные фантомы, это просто визуализированные личные страхи каждого. Здесь, в каверне, они выглядят вполне себе натуралистично и могут довести до икоты даже подготовленного человека. Чего уж говорить о тех, кто впервые сюда попал. Вот только вреда они причинить не могут. По крайне мере, физического. В отношении психики, тут уж предел у каждого свой.

— Это просто иллюзия. Считай, страшный сон наяву. Ничего плохого сделать не может, — успокаивающе произнёс я.

Вот только мужичку было уже совершенно фиолетово. Он верещал, дёргался, пытаясь вырваться, и всячески мешал моему делу. Так я с ним до ночи провожусь. А дефекты после заката, это совсем не то же самое, что до. Как минимум, выползают отклонения, а как максимум… нет уж, считайте меня суеверным, но не стоит упоминать лихо, пока оно тихо.

Спустя пару минут очередных попыток привести этого истеричного заблудца в чувства, я поняли, что пора применять “тяжёлую артиллерию”. Обычно я старался обходиться без применения талантов, слишком много они тратят энергии, да и сам процесс не очень приятный. Но, похоже, сейчас придётся немного пострадать, ради спасения этого бедняги.

Кое-как затащив его в ближайший подъезд, где внутри казалось, что мы вернулись в прошлое лет так на пятьдесят назад, я прислонил его к стене и приступил к процессу. Сейчас главное правильно выбрать вектор и направить туда определённое количество сил. Не хочется остаться слепым или глухим в самый неподходящий момент. Так что, я очень аккуратно “переливал” нутрянку, стараясь получить стабильный, но постепенный эффект.

Ещё раз припомнив, что я ощутил, как только попал в каверну, уже примерно представляю её формацию. Судя по окружению и облику города, это, скорее всего, конгломерат многочисленных воспоминаний и пережитых эмоций. То есть, фактически мир, который существовал только в воображении о счастливом детстве и юношестве. Единое бессознательное, скажут умники из отдела анализа и исследований. Глюки неслучившегося, ответят им тудаходы. Причём обе братии будут правы. Но, каждый по-своему. Так что, сейчас вокруг меня кусок ретроспективной реальности, основанной больше на чувствах и ностальгии, чем на объективной действительности. Поэтому и выглядит тут всё искажённо, размыто и, говоря откровенно, довольно странно. Пока добирались до подъезда, я заприметил вывески с надписью “ЭлектроПродукты”, “ПельмеОвощи” и прочие слившиеся воедино “товарысмешанногопользования”. Одна бочка с квасом, размерами под две (а то и три) бетономешалки, чего стоит. Определённо гипертрофированный кусок чьей-то памяти, когда владелец ещё под стол ходил и видел всё вокруг большим и ярким. А, значит, работаем по пятой схеме. Выделяем, где образы, которые ближе всего к настоящему миру, ориентируемся на маркеры привычности и концентрируемся на сигнальном факторе, исходящем от них. Причём самое трудное, это понять в каком виде он больше всего активен. И пусть кажется, что человеческие чувства ограничены количеством пяти, но даже их вариации друг с другом увеличивают диапазон поиска. А уж, если говорить откровенно, то существует ещё, как минимум, три-четыре “незадокументированных” допа. Одно ощущение положения в пространстве чего стоит. Да, и про ту же хроноцепцию много чего сказать можно. Вот и получается, что недостаточно прислушаться, приглядеться или, например, принюхаться. Нужно уметь использовать и другую сенсорику.

— Пппить…мммож-ннно попппить, — вдруг снова подал голос заблудец.

А я-то думал, что он сознание уже потерял от пережитого. Но нет, по стеночке съехал аккуратно и сидел себе тихонько, пока у меня тут анализ во всю происходил.

— Скоро попьёшь. Потерпи чуток, — не отрываясь от процесса, бросил ему я.

Употреблять что-либо в пищу или любую жидкость в каверне мог только самоубийца или идиот. Ну, или тот, кто оказался здесь в первый раз. Хотя, вроде бы, служба оповещения регулярно проводит информационные пятиминутки в местных СМИ. Тема одна и та же, так что даже ребёнок запомнит, как себя вести, если попал в дефект. Но тут, похоже, мозг отключился полностью. Остались голые рефлексы.

Хм, кажется, что-то наклёвывается. Интуиция вкупе с богатым опытом быстро разобрали очередную задачку по выживанию и выдали свой вердикт. Нужно ориентироваться на тактильные ощущения. Всё остальное будет слишком сильно искажено и перекручено. Раз мы попали в аномалию, связанную с погружением в прошлое, то и самыми сильными триггерами являются чувства, завязанные на воспоминаниях. Запах сдобных булочек, приготовленных мамой, красивая и красочная картинка вокруг, музыка старых групп или просто радио на фоне, ну, и, конечно, вкус какого-нибудь пломбира по пятнадцать копеек. А вот тактилка тут работает так себе. Да и ощущается вторично. Вон, касаюсь стены, а там вместо шероховатости и прохлады, потрёпанной временем зелёной краски, какая-то чересчур гладкая, буквально маслянистая поверхность. Асфальт так, вообще, словно пружинил пока сюда добирались. Значит, усиливаем тактилку и чуток в мускулатуру нутрянки зальём. Подозреваю, что придётся этого дёрганного на себе тащить. Главное, чтобы он допёр, когда я буду объяснять ему алгоритм выхода. Ну, и по дороге пусть всего, чего может касается. Ощущения запоминает и сравнивает насколько они “настоящие”.

Ладно, теперь пора переходить к делу. Понимая, что сейчас будет неприятно, организм заранее дал отмашку всяким гормонам бесконтрольно выплеснуться в кровь, так что меня сначала в жар бросило, а потом и затошнило слегонца. Эх, ну, погнали!

Зрение тут же сузилось до совершенно неприличного размера два на два, а окружающие звуки стали далёкими и чуть слышными. В нос перестал бить аромат свежеприготовленного борща, а во рту поселился странный холодок. Зато мышцы наполнились небывалой мощью, а кожа по всему телу получила невероятную чувствительность. Казалось, я могу подбросить этого задохлика к потолку, и, пока он будет лететь, прощупать папиллярный узор на каждой из его ладоней. Собственно, через минуту, когда моё состояние стабилизировалось, это желание и осуществилось. Разумеется, в более мягком формате. Объяснив задачу заблудцу, я перекинул его через плечо и, выйдя наружу, лёгкой рысцой двинулся вперёд. Обувь, конечно, заранее снял (но, выкидывать не стал. Кроссы, считай, новые, да и стелька индивидуальная) и, завязав шнурки друг с другом, повесил её на шею. Не очень удобно, конечно, но других вариантов особо не было. На вызов дёрнули, когда просто по улице гулял. Да, и зона нестабильности (там, где чаще всего переход в каверну случается) совсем рядом была. Так что переодеться в рабочий комбинезон и взять спецрюкзак не получилось. Минимальный набор специалиста у меня, конечно, был. Но это на самый крайний случай. И я очень надеялся, что этот самый случай сегодня мне не представится. Да, и в будущем желательно тоже. Тудаходы профессия пусть и рискованная, но не катастрофически опасная. Смертность у нас примерно на уровне пожарников. А вот работников, к сожалению, в разы меньше.

— Ты, как там? Держишься? — поинтересовался я у безвольно висящего у меня на плече мужика.

Тот только дёрнул головой и мазнул рукой по фонарному столбу, который был рядом. Ага, помнит значит, что я говорил. Вон дерева (полуберёза-полутополь) по пути тоже коснулся.

— Крепись. Чуток осталось. Я, вроде, верный путь нащупал, — ободряюще бросил я ему.

И, кажется, не соврал даже. Каверна определённо теряла свою активность, и подлинная реальность уверенно вступала в свои права. Вот только это ещё полпути. Самое главное найти алгоритм выхода. Иначе, даже находясь на границе зоны нестабильности, можно вновь вернуться в дефект. Аномалия на то и аномалия, что привычные законы мироздания там либо чудовищно искажены, либо и вовсе не действуют. Выберешь себе контрольную точку для ориентации, скажем вон тот висящий в воздухе дом с ярко-красной крышей, и идёшь к ней. А через полчаса понимаешь, что не приблизился ни на шаг. Или он слева вдруг оказался. Так и наворачиваешь круги, пока силы не кончатся. Потому и существуют схемы или, если по-научному, последовательность алгоритмичных унифицированных действий для возврата к базовому сенсорному измерению. Суть там довольно проста, но иногда очень уж контринтуитивна. Стой, чтобы двигаться. Прыгай, чтобы остаться на месте. Ляг, чтобы не взлететь. И это ещё самое предсказуемое, что может быть. Сейчас же мне придётся ориентироваться только на тактильные ощущения, чтобы нащупать правильный алгоритм действий.

— Спускайся, дружок. Конечная остановка. Вспомни, что я тебе говорил и в точности повторяй за мной. Даже, если тебе покажется, что я творю полную чушь, — на всякий случай, ещё раз выдал я ЦУ заблудцу.

Тот вяло кивнул и, вроде бы, стал поосмысленней. Во всяком случае, взгляд у него перестал быть стеклянным, а лицо чуток расслабилось, убрав дикую гримасу ужаса.

— Мы уже, считай, на самом переходе. Так что, главное тут не упустить правильный момент. Не зевай и ни на что не отвлекайся, — зафиналил я, преступая к подбору последовательности.

Перекрёсток. Светофоры горят багрово-красным, и мимо проносятся чудовищные версии местных автомобилей. Грозные, постоянно гудящие и без водителей за рулём. Наверное, так машину себе представляет ребёнок. Особенно, если родители постоянно его пугали опасностью быть сбитым. Вот и получилась психотравма, оставшаяся в памяти и воплощённая в куске аномальной реальности.

Ага, кажется нашёл. Металл светофорного столба с одной стороны холодил руку, а с другой обжигал. А пешеходный переход стал напоминать эскалатор, ведущий прямо в небо. Я постепенно стал пробовать варианты, основываясь на преобладании тактилки. Короткий стук по мостовой, затем касание светофора тепло/холод и “классики” по белым полоскам, что отчаянно завибрировали под ногами. И пусть со стороны это выглядело диковато, но главное сейчас выбраться отсюда. Да, и зрителей тут особо не наблюдалось. Редко, когда в каверну одновременно попадало больше пары человек. Так что мы продолжали играть в эту странную игру, где победой был выход из дефекта.

— Ещё немного. Давай вот здесь попробуем ползком. А вместо стука дадим пару пощёчин, — проговорил я, наблюдая, как мужчина старается успевать повторять за мной.

И мы снова искали, экспериментировали и взаимодействовали с окружением в самых нестандартных позициях. Пока в какой-то момент пространство вокруг нам не мигнуло, чтобы после оставить двух ползущих вдоль перехода людей, которые ещё и зачем-то ритмично шлепали асфальт вокруг.

Народ, проходящий мимо, этому несказанно удивился, но бросаться к нам никто не стал. Тут и не поймёшь сразу, сумасшедшие, алкаши или наркоманы. Помощи, вроде, не просим, так зачем лезть?

— Получилось! Кажется, получилось, — переходя в сидячее положение, облегчённо выдохнул мужчина.

Счастливая улыбка и скупая мужская слеза, вот лучшие показатели завершения моей сегодняшней миссии. Что ж, значит, и вправду делаю своё дело не зря.

— Спасибо! Вы меня спасли! А я ведь даже не знаю вашего имени, — украдкой, вытирая влагу с щёк, поблагодарил меня он.

— Это моя работа. А имени у нас нет. Только прозвища. Либер. Все зовут меня Либер, — пожимаю плечами я.

Глава 2

Глава 2. Официально-подготовительная.

Уважаемый гражданин, пожалуйста пройдите тест на знание ориентиров при попадании в пространственно-физическую аномалию дефекта структуры реальности. Ваши ответы помогут нам улучшить качество работы службы по спасению и оповещению населения нашего города:

1) Ощущали ли вы беспокойство, тревожность и прочие негативные факторы при нахождении в знакомых вам местах? Выставите баллы от 1 до 10 и кратко опишите ситуацию.

2) Случались ли у вас моменты дежа-вю, которые заставляли вас совершать необдуманные действия? Такие, как изменение привычного маршрута, отмены важной встречи или что-либо подобное. Выставьте баллы от 1 до 10 и кратко опишите ситуацию.

3) Бывали ли у вас жизненные эпизоды, когда вы заблудились в местности, известной вам с детства, а после случайно находили выход? Выставите баллы от 1 до 10 и кратко опишите ситуацию.

4) За последнее время наблюдали ли вы странные и непонятные инциденты, рамки которых выходят за пределы привычной действительности? Выставите баллы от 1 до 10 и кратко опишите ситуацию.

Благодарим вас за участие! Не забудьте направить ответы в комментарии к книге и поставить плюс авторской работе.

֎֎֎֎֎֎֎֎֎֎֎֎

Перво-наперво я проверил действительно ли мы вернулись обратно. Дефекты бывают многослойными и обманчивыми. Кажется, что уже всё и можно выдохнуть, но тут судьба подкидывает тебе ещё один неожиданный поворот. Лично я в такой “изгиб” попадал два раза. Оба момента запомнились мне на всю жизнь. Уж очень тяжко выбирался в реальный мир. Крови и сил тогда каверна выпила у меня немало. Причём, как в прямом, так и в переносном смысле. Выполз еле живой. Так что, не зря говорят, инструкции по безопасности написаны этой самой кровью. Потому сразу же и провёл три базовых теста, сначала с собой, а после и со спасённым. Он, кстати, не роптал и продолжал подчиняться моим указаниям. Хорошо, видимо, мужика проняло.

— Аккуратно надави большим и указательным пальцем по бокам глазного яблока. Чуть расфокусируй зрение и постарайся заметить, если радужный ореол по краям, — объяснял я ему, параллельно сам выполняя проверку.

— Теперь слегка прикуси кожу на тыльной стороне руки и потяни на себя. Понимаю, звучит странно, но такова методичка по контролю синхронизации. Так, если чувствуешь боль, и кожа не продолжает тянуться, то остановись. Ага, хорошо. И последний пункт. Тут придётся и мне поработать.

Резко толкаю его и смотрю, как ловит равновесие. Это одновременная “калибровка” для нас двоих. В каверне пространство вокруг всегда реагирует на разумный объект с другой стороны. Здесь же, реальности наплевать, что там творят эти мелкие козявки, возомнившие себя королями мироздания. Законы физики и прочие константы действуют неукоснительно. Надеяться приходится только на свои рефлексы, мышцы и вестибулярный аппарат.

— Готово. Мы вернулись на все сто процентов, — уверенно сообщаю я, глядя, как он, спотыкаясь, почти падает, но кое-как всё же остаётся на ногах.

Вон даже руку рассадил, пытаясь опереться о мусорную урну, что стоит рядом. Значит, всё в норме. Значит, мир снова стабилен.

— Ладно, я тебя сейчас в ближайший фильтрационный пункт сопровожу и нашим передам. Бумажки всякие подпишешь и свободен, — направляя его в нужную сторону, говорю я, а сам незаметно прохожу последний пункт лично для себя.

Дефект забирает разум, тело, а иногда и жизнь. Но взамен даёт возможность открыть в себе талант. Правда, действует он только внутри аномалии. Так что финальной проверкой для тудахода всегда является понимание, действуют ли ещё его уникальные способности.

Хех, вроде, я такой же, как и был. Обычный человек. Разве что с довольно незаурядным опытом по части путешествий туда и обратно. Ну, и десятком другим шрамов, как на коже, так и в душе.

____________

По регламенту после возвращения из каверны специалисту полагается минимум три дня отдыха. И я с удовольствием воспользовался этим правилом. К тому же, мне выдали внушительную премию, которая определённо требовала, чтобы её потратили и желательно побыстрее. Так что я, отоспавшись в первые сутки, вторые потратил на лёгкий кутёж, который незаметно перерос в полноценную гулянку. Очнулся уже вечером третьего дня и всю ночь потратил, чтобы привести себя в полноценную рабочую форму. Говоря откровенно, спал без задних ног, перед этим употребив пару литров крепкого куриного бульона и заполировав всё отварным картофелем, присыпав похмельную трапезу горстью активированного угля. В итоге, утро встретил довольно бодро и даже смог сделать нехитрую зарядку.

Во время завтрака тихо тренькнул телефон и, ещё не поднимая трубку, я уже знал, что это Бутч. Любитель сочных стейков и острых ножей. Прозвище приклеилось к нему сразу, как только он, вернувшись из дефекта, продемонстрировал нам внушительных размеров тесак, выуженный из несуществующей мясной лавки. Причём Рома божился, что там продавалось не только мясо животных, но и вполне себе продукт иного рода. Уж не знаю, что там у него за версия каверны попалась, но врали в нашей профессии редко. Разве что, преувеличивали иногда. Потому и приняли на веру его рассказ. А учитывая, что он после стал этот “ножик” везде с собой таскать, да ещё и демонстрировать при каждом удобном случае, то второе имя получилось само собой.

— Здоров, боец невидимого фронта! Небось, опять бухал, как чёрт? — радостно поинтересовался он, когда я прижал телефон к уху.

— И тебе не хворать, любитель мяса во всех смыслах, — в его же тоне ответил я.

— Вот за что я люблю тебя, Даня, так за твой неисчерпаемый и острый юмор, — заржал Бутч в ответ.

— Ага, и за интеллектуальные шутки после второй бутылки. Чего звонишь? Случилось что?

— Эх, любитель мёртвых языков, знаешь меня, как облупленного. Значит, если сразу бухать тебя не зову, то обязательно по делу, — снова смешок в трубке.

— А, как ещё? Давай уже колись быстрее. У меня тут яичница стынет.

— Хех, ну, раз с утра жрёшь, то не в запое. В общем, дело не для телефонного разговора. Давай, дуй в нашу берлогу. Там побалакаем, — проговорил он и, не дожидаясь ответа, закончил звонок.

Ну, что за манеры? Сразу видно, “мясник обыкновенный”. У него, кстати, и талант под стать. Бутч может резать нереальность каверны. Без выхода в настоящий мир, правда. Но, кромсать пространство и всё, что попадётся под руку у него получается без проблем. Пока я и остальные тудаходы ищут путь к выходу, пробираясь через не пойми что, этот здоровяк (на самом деле Рома довольно субтильной наружности) просто прорубает себе дорогу напрямик. Сил это, конечно, тратит немерено, но в критических ситуациях выручает неслабо.

Закончив есть, я быстро принял душ и, собравшись, выскочил из дома. Старенькая панелька с двухкомнатной квартирой на пятом этаже, вот и весь комфорт для спеца, что спасает человеческие жизни, минимум, раз в неделю. Может, другую профессию подыскать? Где платят получше и напряга поменьше? Варианты, быть может, и есть, да только сторонятся всё-таки нас. Уж больно у нас мировосприятие специфическое. Да, и поздно уже. Мне вот, считай, третий десяток пошёл, куда уже рыпаться? Тут либо до конца идти (пенсия у нас, как бы ранняя, но, по сути, и на ней вырвать на помощь могут), либо, вообще, начинать не стоило. Так что плывём пока силы есть, а как закончатся просто дрейфовать будем.

Выйдя на улицу, я на секунду задумался. В отдел сначала двинуть, чтобы отметиться или сразу на встречу с Бутчем идти. И туда, и туда полчаса ходу. На такси, конечно, быстрее, но моя автофобия не готова так напрягаться из-за столь маловажных поводов.

Решено, сначала служебные дела, а потом проблемы друзей. Всё-таки, будь что-то серьёзное, Рома сразу бы сказал. А так…может, опять очередные сплетни пересказывать будет, да от себя слухов добавит. Вон в прошлый раз битый час убеждал меня, что скоро нас расформируют и отправят куда подальше. Мол, изобрели какое-то поле, что все дефекты мигом нивелируют и будет вокруг тишь, да гладь. Да, только оказалось, что “сфера напряжённости” может лишь сократить вероятность появления каверн на жалкие пару процентов. Обещали, конечно, довести до ума, но вот уже целый год ни слуху, ни духу. Тонкая эта материя, аномалии, да их производные. Уже, вроде, лет двадцать, как по всей стране бушуют, а вменяемых теорий откуда, что и, как бороться никто и не создал. Одна практика кругом. Да, тудаходы, которые собственной шкурой рискуют. Вот такая наука на переднем крае. Всё собственной мордой пробуешь.

Купив по дороге бутылку минералки, я остановился в парке неподалёку и, наслаждаясь прекрасным весенним днём, опростал её в три глотка. Зубы заломило тут же. Ледяная зараза. А вот нутро приняло сразу. И хорошо так стало. Спокойно. Жизнь, она вот рядом. Из таких приятных мелочей состоит. Ведь завтра и не знаешь, что будет. Может, кирпич на голову упадёт, а, может, из дефекта не вернёшься. Так что живи здесь и сейчас. И кайфуй от таких вот простых моментов.

Закончив философско-экзистенциальный разговор с сами собой, я пошёл дальше. Вон уже и серое здание “конторы” виднеется. Там меня поджидала пятиминутка бюрократии и хмурые лица мелких чинуш, что считают себя защитниками всего города. Неизбежное зло, в общем.

На входе сканер мазнул зеленой сеткой по моему лицу и, тонко пискнув, любезно разрешил мне пройти дальше. Внутри ждал уже человеческий персонал в лице вахтёра Тимофеича. Он поздоровался со мной и, дождавшись, когда я приложу руку к дактилодатчику, кивнул, пропуская в святая святых службы по спасению и оповещению города Н. Вот только от чего именно простой народ не знал. Догадывался, умничал, да фантазировал. Но сухие строки официальных сообщений гласили, что на вверенной им территории могут появляться зоны нестабильности, нахождение в которых может привести к негативному эффекту для здоровья граждан. Этакая обтекаемая и малоинформативная чушь, годная лишь для среднестатистического обывателя. Объяснять больше посчитали ненужным. Паника мол подняться может. Людям итак несладко живётся после Второй с Половиной. Её, кстати, даже войной никто особо не называл. Так череда локальных конфликтов, слегка переросших в крупные. До сих пор кто-то с кем-то продолжает дронами, да ракетами перекидываться. Может, кстати, оттого дефекты и появились. Мир просто задолбался от тупости и агрессивности людей. Решил вот припугнуть. Ну, или просто дырами пошёл от переизбытка человеческого присутствия.

Так, вроде, мой кабинет. Номер тринадцать с подписью консультант-помощник. Там меня уже должны были ждать. Открываю дверь и вхожу. Чтобы с ходу получить в лицо обвинения в полнейшей профнепригодности.

— Данил Сергеевич, позывной Либер, — сухо констатировала упитанная тётка неопределённого возраста, — как объясняться будете? Уже седьмая докладная на вас в этом квартале. Вы там чем, вообще, занимаетесь?

Устало выдохнув, я понял, быстро здесь не закончу. Придётся разбираться, что на меня хотят повесить в этот раз.

Глава 3

Глава 3. Принудительно-освободительная.

Выслушав дико занудную нотацию на тему какие плохие тудаходы, а самый худший из них по имени Данил, я попытался вставить хоть слово. Разумеется, мне такой возможности не дали, а продолжили поливать всю нашу братию с откровенным переходом на личности, подкрепляя завуалированными оскорблениями и сетуя, что приходится работать с такими вот отбросами.

— Послушай, Мария Михайловна! Может уже хва…, — в очередной раз стараюсь я прервать её монолог.

— Нет, не хватит. Данил Сергеевич. Ваш непрофессионализм, хамство и полное неумение работать с людьми окончательно ставят крест на вашей карьере. Боюсь, руководство поручило мне сообщить вам пренеприятнейшую новость, — выдала она с гаденькой ухмылочкой.

Устав пытаться хоть как-то её притормозить, я махнул рукой и сделал вид, что продолжаю слушать. Сам же стал планировать, как проведу вечер. Сегодня меня на дежурство точно не поставят, а, значит, есть варианты более интересные. А то, что там эта тётка бухтит про какие-то не самые хорошие новости, это, вообще, плевать. В конце концов, не уволят же они меня.

— С этого дня вы уволены. Отрабатывать две недели, как вы понимаете, всё равно придётся. Но статья вам, в любом случае, светит нешуточная, — внезапно закончила бюрократша.

Чего? Это, как понимать? Они там с дуба, что ли рухнули!

— На этом разговор закончен. Трудовую и остальные документы вам выдадут по окончании финального рабочего периода. До свидания.

Забив последний гвоздь в крышку гроба, тётка вновь уткнулась в бумаги, лежащие на столе, делая вид, что меня в этой комнате нет. Ну, и хрен с ней! Тут вопросы поважнее появились. Для начала узнать, что, твою дивизию, вообще, происходит? А для этого мне, как минимум, нужно увидеться со своим непосредственным начальником. Ну, или хотя бы с главой нашего районного отдела. Так что я не стал тратить время на эту упёртую чинушу и молча вышел из кабинета.

И, спустя полчаса, в полном афиге присел на стул в комнате отдыха (по сути, “курилка”, но сейчас здесь никого не было), пытаясь понять, что, собственно, происходит. Начальства на месте не оказалось (что было в высшей степени странно) и никто не мог толком сказать, когда они объявятся. Все упорно ссылались на какие-то дела чрезвычайной важности, и я понял, что сегодня точно никого не застану. А, значит, пора сменить приоритеты и двинуться на встречу к Бутчу. В конце концов, может, хоть он что-то знает.

Сказано – сделано. Время обеденное и я, как раз подошёл к нашей берлоге, с бурчащим от голода желудком. Хорошо, что наше постоянное место для встречи, по сути, являлось кабаком (не самого высокого уровня, но излюбленное для тудаходов всего города), где днём как раз можно было хорошо перекусить. Вечером, конечно, тоже можно было подкрепиться, но там вступали в силу свои причуды человеческого сознания. И почему-то, кроме еды организм требовал алкоголя, раскрепощённого поведения и обязательно женской компании. Поэтому в светлое время суток здесь встречались и общались на серьёзные темы (или просто трепали языки), а вот после захода солнца народ полностью сбрасывал маски.

— Ну здорово, морда весовая, — радостно ухмыляясь, поприветствовал меня Роман.

— И тебе не хворать, колбаса пережёванная, — в тон ему ответил я.

— Как ребёнок, честное слово, — махая рукой, приглашал садиться напротив Бутч.

— Так ты первый и начал. Уж не знаю, как можно было так извратить латинское слово либра, которое означает баланс и равновесие, чтобы получилось морда весовая, — делая вид, что не понимаю его, отвечаю я.

— Вот только обижаться не надо. А то совсем детский сад получится. Вон лучше выпей, опохмелись, легче станет.

На подначку я не купился. Ещё не хватало в ряды алкоголиков записаться. Я, может, и выпивал, но меру знал. Да, и почти каждый из тудаходов чем-то, но разгружался после выполненной работы. Психика, она же не железная. Вот наша братия и отдыхала, как могла.

— Давай уже ближе к делу. Зачем звал? Что такого важного случилось? — отодвигая бокал пива и открывая меню, сказал я.

— Хозяин – барин. Кстати, сегодня солянку советую. Прям отрыв башки, сам только что полную тарелку сожрал, — подмигнул Роман, — а дело вот какое. Тебя случайно не уволили, а?

От такого резкого перехода я аж обомлел. Это что такое, вообще, творится? Неужели мой случай не единичный? Что-то очень не так в датском королевстве.

— По глазам вижу, что попал. Не ссы, меня тоже позавчера под зад пнули. Раньше всю эту мелкую хрень прощали или глаза закрывали. А теперь все докладные в одну папочку сложили, все доносы и прочую лабуду припомнили. И, в итоге, оказалось, что я видите ли профнепригоден. Ну, ты понимаешь? Дебил, блин. По-другому и не скажешь. А я ж тоже не дурак. Понимаю, что хрень какая-то подозрительная. Ну, и начал копать. Пару дней хватило… выяснил…весь наш олдовый состав дружно послали в одно место. И это только на нашем районе. В остальных частях города тоже фиг поймёшь, что делается. Я пока с народом общаюсь, но ситуация везде схожая, — быстро выложил суть Бутч.

Осознавая сказанное, я абсолютно не понимал зачем это делается. Они не понимают, что фактически стреляют себе в ногу? Новичков, может, и набрали втихаря, но учить-то их кто будет? Опытных выгнали, а гордость у наших немаленькая. Никто просто так возвращаться не будет. Может, единицы на хорошие бабки клюнут, но большинство на хрен такие приколы пошлют.

— Что-то задумали. Правда, пока не ясно что, — потирая внезапно занывшие виски, бормочу себе под нос я.

— Ага. Сдохнуть они задумали. Или весь город в каверну отправить решили. Я через знакомого уже сводки поднял за ближайшую неделю. Процент заблудцев увеличился почти вдвое. Ты понимаешь сколько там теперь отклонений появится? Кто-то, конечно, подохнет, но некоторые останутся и дефект сделает их дефективными, — Роман хмыкнул от собственного каламбура.

— Но не могут же они просто свернуть программу и забить на то, что люди будут исчезать и становиться отклонениями. В конце концов, учебники все читали. Когда первые аномалии появились, так массовый прорыв спустя год случился. А после отклонения и в реальный мир выходить стали. Армию вызвали, и они уж не разбирались, кто прав, кто виноват. Положили народу кучу. Целые области в карантине были. Повторить что ли хотят? — задумчиво проговорил я.

Вместо ответа Бутч сделал пару глотков пива и задумчиво посмотрел на полупустой графин с водкой. Видимо, пока обедал решил немного расслабиться.

— Я тебе так скажу. Что они там хотят, — он выразительно ткнул пальцем куда-то в потолок, — хрен его знает. Нам об этом точно не скажут. А вот конкретные дела мы уже наблюдаем. Потому у нас фактически остаётся только два варианта. Первый забить и смотреть, как умирают люди. А второй... вписаться в этот блудняк и постараться хоть что-то изменить. Ну, или подохнуть пытаясь. Вот так вот.

После этих слов, он налил себе “беленькой” и, залпом выпив, сочно захрустел солёным огурцом. Мне, значит, даже и не подумал предложить, оболдуй. Я бы всё равно отказался, но приличия-то соблюдать надо.

— Подозреваю, меня ты позвал, чтобы не одному в говно вляпаться?

— Ну, не всё же тебе в масле кататься, да пробухивать казённые деньги. Пора и светлую сторону познать, брат джедай.

— Вот, как заговорил. А тёмные силы получается, как всегда где-то там над нами. Маскируются под хороших, а на самом деле…, — с голодухи тоже взяв себе огурец, высказался я.

— Да ничего они там не маскируются. Делают, что хотят, и никто им не указ. Вон уволили кучу народа по липовым статьям и в ус не дуют, — пожимает в ответ плечами тудаход.

— Ладно, это всё лирика. Что конкретно предлагаешь?

— Хех, для начала накормить твою морду и уже после кумекать вместе. На пустой желудок много не поразмышляешь.

— Дельное предложение! Солянка, значит говоришь…

______________________

Обед плавно перешёл в ужин, так что наш мозговой штурм был подкреплён большим количеством самой различной снеди. Полноценное “боепитание” всегда положительно сказывается на результатах “сражения”. Особенно, когда к нам присоединились Жужжа, Лоб и Тревожник. Каждый не просто человечище, а целая глыба. Опытные, много повидавшие и тоже одним днём отправленные на покой. Видать, Рома подстраховался заранее и оповестил тех, кто вполне мог войти в наш “секретный отряд”. Обсуждение, правда, постепенно перерастало в банальную пьянку, так что, я предложил взять перерыв и завтра встретиться на свежую голову. Поддержали все единодушно, но Тревожник и Жужжа возжелали женского общества, поэтому мы их оставили удовлетворять свои низменные потребности. А сами двинули по домам, по пути продолжая накидывать идей, что делать дальше.

— Ты ещё скажи, что просто выловишь их возле “конторы” и задашь все вопросы, которые накопились, — ехидничая вещает Лоб, потирая свою внушительную лысину.

— Можно и дома подловить. Адресок найти не проблема. Да только, не факт, что ответы получим. Заверещат, что мы психи недоделанные, погонов вызовут, оправдывайся потом. Тут хитрее действовать нужно. Изобретательней! — важно надувая щёки, отвечает Бутч.

Я шёл рядом и молча их слушал. Возможностей получить необходимую информацию и правда было немного. Личное общение почти сто процентов натолкнётся на отторжение и агрессию. Не те это люди, чтобы с ними поговорить и всё выяснить. Уверен, на них тоже надавили, так что вытащить из них хоть что-то полезное будет невероятно трудно. Поэтому придётся идти обходным путём. Жаль только, что наши персоны уже засвечены. А, значит, действовать нужно через третьих лиц. Всякая социальная инженерия, хакеры-шмакеры, да и просто в архивах порыться. Уверен, зацепки найдутся. Там, глядишь и всю картину связать получится.

— Это шо за трио бродячих музыкантов такое? Осёл, петух и собака, получается? — оборвал нить моего раздумья глумливый голос.

— Ахахах, ну ты даёшь, Шило! Петросян отдыхает, — заржал второй не менее гадкий персонаж.

Перед нами стояла парочка из давно забытого племени, живущих по понятиям и ищущих приключений на свою пятую точку. Уж не знаю из каких лохматых годов они выползли, но сегодня у них, видимо, праздник.

— Мужики, пройти дайте. Нам сейчас не до этой херни, — бросил Бутч, двигаясь прямо на них.

— Мужики в поле пашут. Перед тобой люди стоят. Вот и относись уважительно, — мигом меняя тон с нагло-презрительного на хищно-опасный, высказался первый.

— Да, хоть хомо сапиенсы. Разошлись, — бортуя их плечом, продолжает Рома.

— Ты посмотри, какой дерзкий фраер. Похоже, его стоит проучить, — делая шаг назад, говорит тот, кого назвали Шилом.

И тут я понял, что это не случайная встреча. Преступность в городе хоть и имелась, но уж точно не такого примитивного уровня. А, здесь определённо попахивает чем-то не очень приятным. Нас словно поджидали. Уверен, сейчас появятся и остальные участники этого спектакля.

— Братва, тут кое-кто берега попутал. Айда, размяться немного, — выкрикнул второй куда-то себе за спину.

Послышались гортанные выкрики и дробный топот множества ног. Из-за угла вывалилась немаленькая такая компашка рыл в семь-восемь. И наше численное преимущество мгновенно было потеряно.

Бутч и Лоб тоже поняли, что дело нечисто и, переглянувшись, сразу же определили план действий. Мне досталась роль арьергарда. Такие, как эти, не побрезгуют ударить в спину. Потому я, хрустнув костяшками, занял позицию за спинами друзей. Рома же, не мудрствуя, лукаво достал свой знаменитый тесак, а Ваня вытащил кожаный солдатский ремень со здоровенной бляхой и намотал его на кулак. У меня тоже был припрятан “сюрприз”, но я решил оставить его на крайний случай.

— Ну, что, понеслась! — выкрикнул Бутч и рванул вперёд.

Глава 4

Глава 4. Добродетельно-разведывательная.

Сказать честно, я уже давно не участвовал в массовых драках. С школьно-студенческих времён, наверное. Один на один бывало и во взрослой жизни. Редко, конечно. В кавернах, например, больше мозгом и чуйкой работать нужно. Хотя и там иногда нужно применять физическую силу. Причём не только, чтобы таскать на своём горбу всяких заблудцев. Пару раз с отклонениями “повзаимодействовать” случилось. Там не только кулаки в ход пустить пришлось. По инструкции специалистам во время работы в дефекте (да, и обычной реальности, тоже) использовать оружие запрещается. Огнестрельное, так особенно. Но вот кодекс тудахода более гибкий и лояльный к таким моментам. Режущие, дробящие и метательные штуковины вполне себе проходят по рангу мистических или религиозных талисманов. Кто-то носит крестик, кто-то заячью лапку, а я вот кастет и телескопическую дубинку. Сейчас, правда, при мне был только первый “амулет”. Удобно лёгший в ладонь, с красивой гравировкой в руническом стиле. Настоящее искусство, а не какое-то там холодное оружие. Превосходный экземпляр современного переосмысления древних скандинавских мотивов. Так что будем нести культуру в массы. Особенно учитывая, что массы эти какие-то совсем уж невоспитанные и дико агрессивные. Вон даже после парочки сломанных носов, продолжают нелепые попытки донести свою точку зрения на сложившиеся разногласия.

— Гниды! Холодняк уберите! — сплёвывая выбитый зуб, заверещал главарь всей этой шоблы.

Скручивая обратно свой, покрытый чужой кровью, ремень, Лоб только зловеще ухмыльнулся. Дырка в челюстном “заборе” кричащего упыря была его рук делом. А Бутч, так и вовсе картинно взмахнул своим тесаком, приглашая желающих вновь опробовать его остроту.

— Суки ссыкливые! Деритесь по чесноку!

Тут даже я не выдержал и улыбнулся. Кто ещё тут про честность говорить будет. Их, как минимум, в три раза больше, а они ещё ноют, что всё идёт не по плану. Дилетанты, в общем.

— Ладно, парни. Давайте уже заканчивать. Тут разок надавить и побегут шакалы куда подальше, — чуть слышно проговорил я своим.

Они кивнули и тут же перешли из активной обороны в не менее активное нападение. Особо никого не жалея и действуя наверняка. Теперь, если эти придурки не отступят, то дело не закончится мелочью, вроде, разбитого лица и выбитого зуба. Можно и побольше здоровья лишится.

Вот, как раз и первый претендент на премию Дарвина. Лезет вперёд, даже не пытаясь понять, как работает и с чем работает его противник. С ним, кстати, второй такой же. Как и думалось, решили со спины зайти.

Даю подойти чуть поближе, пусть даже размахнётся, как следует. Резкий нырок под руку атакующего, и стандартная комбинация в печень и бороду. Хлёстко, быстро, без вариантов. Бедняга складывается от боли и тут же получает мощный боковой в челюсть. Хрипит, падает. Минус один. Другой, будто не видя, что его напарника сложили в одну секунду продолжает переть напролом. И тут же получает копию блюда своего товарища. Ну, разве что последний удар получается больше апперкотом, чем хуком. Результат, правда, идентичный. Лег полежать и добавки не просит.

Тем временем, Лоб и Бутч размотали ещё трёх, потихоньку прижимая к стенке остальных. Рома так, вообще, перешёл в состояние отбитой ярости и работал в полную силу. Кое-кто не досчитался парочки пальцев, а вон тот идиот без уха, всё ещё пытается строить из себя дерзкого бойца. Тут к нему с другой стороны и бляха подоспела. Теперь голова кровила симметрично. Вот оно настоящее творчество!

Оценив картину боя, я понял, что сейчас самый подходящий момент закончить спектакль и отправить этих горе-бандитов по домам. Ну, или в больничку, если они не совсем ещё дегенераты.

— Прикрой, — бросил я через плечо Бутчу, прыгая вперёд с безумным воплем.

Не берсеркер, конечно, но для местной публики вполне сойдёт. Тем более, нужно больше напугать, чем реально принести урона. Вот и ору, как какой-то психопат, да глаза выпучиваю. Ну, и кулаками махать не забываю, словно мельница.

Хех, вроде, сработало. Рома и Лоб метнулись за мной, принимая игру, так что наше адское трио в конец сломало решимость этой шайки-лейки. Главарь дёрнулся бежать, а за ним и остальные. Даже лежачих поднимать не стали. Зверьё, а не люди. А, если мы раненых на органы пустим? Мы ж отбитые в ноль.

— Ну, и что это было? — поворачиваясь ко мне, интересуется Рома.

Снимаю кастет и аккуратно его протираю уголком рубашки. Прячу в специальный кожаный футляр и возвращаю на пояс. Для каждой вещи своё место. И только после этого отвечаю.

— А это знак. Сигнал, что мы всё делаем правильно, — спокойно говорю я своему другу.

_______________________

Утром мы созвонились с остальными участниками нашей “спецгруппы”, чтобы узнать, как они добрались до дома. Оказалось, что проблемы были только у нас. Видимо, проверочный ход от тех, кто хотел “успокоить” старую гвардию. Что ж, теперь у остальных есть возможность подготовиться к подобного рода неприятностям. Да, и мы решили быть настороже. Кто его знает, что там ещё против нас придумают. Снайпера, может, и не наймут, но вот нож в подворотне вполне ожидаем. Так что, предупреждён, считай, вооружён.

Весь день я составлял план будущих действий и возможных способов получить, как можно больше информации. Получалось, разумеется, так себе. Как-никак моя профессиональная деятельность была направлена немного в другую стезю. А вышка “экономиста” так же не оставила полезных навыков в моём мозгу. Да и было это фиг знает сколько лет назад. Так что, приходилось выкручиваться всеми доступными способами. Я даже нейронке задачу дал, чтобы построила мне нужный алгоритм работы. Ну, и, конечно, выдала она мне полную чушь. Половина размыто, так что, похоже, на предсказания Нострадамуса, а вторая состояла из того, что я сам знал. В общем, забил я на искусственные “мозги” и стал думать своими.

В итоге, уже к вечеру примерно сформировалось нечто, похожее на план, чем я и решил поделиться с остальными при личной встрече. Правда, теперь мы выбрали менее известное нашему прошлому начальству место. Какая-то задрипанная кальянка на краю города. Тревожник божился, что, несмотря на вид, это тихое и спокойное место.

— Коллеги, вы можете быть уверены, что здесь нам не только не помешают, но и, вообще, забудут о нашем существовании при должном подходе к владельцу, — вещал он, когда мы подъехали к нужному месту.

— Ага, а после ещё и забудут, что мы здесь были. Разумный подход. Особенно, если не хочешь, чтобы все знали о твоей любви к “ночным бабочкам”, — подколол его Бутч.

Антон сделал вид, что не расслышал его последней фразы и продолжил.

— Причём стоить наше инкогнито будет вполне себе вменяемо. К тому же, туда входят закуски и напитки. Для желающих можем и кальян организовать.

— Не, у меня от него башка болит, — поморщился Лоб.

— Хорош уже трепаться. Не за этим сюда пришли. Давайте уже зайдём и сядем нормально, — не выдержав, прервал я их “важный” разговор.

Возражение не последовало. Все действительно понимали, что дело важное. Поэтому, пора переключиться с раздолбайства на работу. Пусть и не ту, которой мы занимались последние десять лет. Я, правда, поменьше, но тут не за выслугу лет стаж идёт.

Внутри, как и ожидалось, было аляписто и дешёво. Понимаю, звучит противоречиво, но именно так всё и выглядело. То есть, неон, всякие фотокартины в полстены и прочие изыски подобных заведений присутствовали, а вот нормальных диванов (хотя бы не прожжённых, чем попало) и не шатающихся столиков с липкой поверхностью было исчезающе мало. Благодаря Тревожнику нас, конечно, посадили на вип-места, но и тут комфорт присутствовал на минимальном уровне. Отгороженная от основного зала кабинка и то хорошо.

Минут через пять нам принесли довольно скромный набор закусок и какой-то выпивки (судя по запаху, разбодяженый коньяк и не менее разбавленное пиво), так что стороннему взгляду могло показаться, что мы тут просто собрались побухать, подымить, да подцепить девиц лёгкого поведения. Уверен, что, приходя сюда без нас, Антон и Жужжа как раз таким и занимались.

— Ну, что, господа тудаходы! Все знают зачем мы здесь собрались. Так что давайте, излагайте, что удалось узнать и как будем действовать дальше, — начал наше собрание Бутч.

И вот тут случилось ожидаемое безмолвие. Не то, чтобы всем нечего было сказать. Нет, совсем нет. Скорее, зная нрав каждого и общую традицию “отвечать за слова”, мало кто хотел прослыть обычным балаболом. Одно дело точить лясы во время законного отдыха в расслабляющей атмосфере и совсем другое, когда от сказанного зависит твое и общее будущее. Тут поневоле начинаешь фильтровать сказанное и следить за каждой мыслью, вылетающей из твоего рта.

— Ладно, раз все умников из себя строят, то я начну первым. Так что, готовьтесь кидать тапками, если посчитаете, что несу чушь, — решил я принять огонь на себя.

Все отставили так и не тронутые напитки (негласное соглашение требовало чистого рассудка во время такой важной встречи), сделали заинтересованное лицо и замолчали.

— Собственно, как я и думал раньше, выбора у нас особого нет. Мы, вроде, и профессионалы нужные, но, по сути, все такая же мелкая сошка. В масштабах всей организации, конечно. И пусть на наших плечах держится многое, но бумагомараки власти имеют поболе. Так что действовать придётся обходными путями. Таких я наметил три. Послушайте, обмозгуйте, критикуйте, если захотите. Итак, первое, что нам нужно…

Глава 5

Глава 5. Социально-открывающая

Выложив свои соображения, я замолчал ожидая реакции. И она последовала. Как в формате критики (где к сожалению, никто не предлагал других вариантов), так и в одобрительной оценке.

— Ладно, язык до Киева доведёт и всё такое. Пункт А, это ещё более-менее. Вон Бутч у нас с мужиками за кружкой пива общий язык найдёт, а я и Тревожник с женским сословием поболтаем. Ремонтники, уборщицы и прочие бойцы “невидимого фронта”, это реально может и кладезь всяких слухов, да недомолвок. Тут шансы что-нибудь интересное выудить есть. Вот только будет ли это полезно…сомнения имеются, — вещал Жужжа разбирая моё предложение.

— Насчёт, второго это ж считай криминал наполовину. Отдел кадров прошерстить на предмет официальных документов, та ещё задачка. Да и твоё предложение всё-таки выцепить начальство, тоже мутновато. Но, ладно оставим пока на сладкое, — продолжил он.

— Ага! А самая мякотка взломать сервера или, как в этих киношках самим проникнуть внутрь и скачать всё на флэшку. Гениально, я считаю! Знакомые хакеры или шпионы есть у кого? — поддержал его Бутч, который, вообще-то был инициатором всего процесса.

— Вообще-то есть. Любитель пива и тяжёлого металла по прозвищу Мразь. Раньше был безопасником, потом ушёл на вольные хлеба. Чаще вроде наоборот бывает, способных вычленяют и к себе затаскивают. А он против системы пошёл. Так что, если нужно могу подогнать спеца. За деньгу, конечно работает. Хотя…, если интересная тема, то может и за пару кег напрячься, — внезапно вставил слово обычно молчаливый Лоб.

Мы удивлённо переглянулись. Неожиданный подгон получается.

— Хм, ну тогда с тебя это направление. По финансам скажешь, как договоришься, скинемся, если нужно, — сразу уцепился я за подходящий вариант.

— Тогда первый этап мы на себя берём, — наконец-то конструктивно высказался Бутч поглядывая на Тревожника и Жужжу.

Те согласно кивнули. Да уж, уверен эта троица не забудет и свои интересы удовлетворить параллельно.

— Эх, значит я за отдел кадров отвечаю. Вот только в прошлый раз наших рулей не оказалось на рабочем месте. Боюсь и в этот раз их там может не быть, — пожимаю плечами я.

— Не ссы в компот, эквилибрист безногий! Дружеское плечо рядом, — ухмыляясь подмигнул мне Рома, — поймаем этих доходяг в самом неудобном для них месте. Я справки наведу и подберём нужный момент.

— Вот и хорошо! Каждый при деле. Предлагаю через пару-тройку деньков встретиться и выложить, кто что разузнал. А пока режим радиомолчания, стараемся не отсвечивать. Ну и помните, что на нас может начаться охота. Так что, почаще оглядывайтесь, да и по одному лучше не ходить, — подытожил я.

Посидев ещё минут двадцать и добив принесённые “припасы”, мы вскоре разошлись каждый в свою сторону. Со мной двинулся Бутч, а Лоб прибился к Жужже и Тревожнику.

С Ромой мы дошли до моей улицы, когда у него зазвонил телефон и минуту пообщавшись, он плутовато прищурившись заявил, что ему пора двигать в другую сторону.

— Если что, будем на связи. Постарайся без меня никуда не вляпаться, — сообщил мне он на прощание.

— И тебе того же. В героя не играй, окей?

В ответ Бутч сделал вид, что вытащил свой здоровенный нож и начал кромсать невидимых врагов. Ну, дитё же ещё малое!

Уже подходя к своему дому, я увидел, как через дорогу мерцает знакомый зеленоватый свет. Неужели, каверна? Обычно дежурный экипаж огораживал зону нестабильности и опрашивал прохожих или свидетелей на предмет перехода внутрь какого-либо человека. Уже тогда вызывали спецов по типу меня, и уже на месте решалось требуется ли помощь по спасению возможного заблудца. Бывали и пустые забросы, когда внутри никого не оказывалось. Но, проверка в любом случае требовалась.

Заинтересовавшись, я решил побывать на стороне зевак и посмотреть, что там будет происходить. Есть ли какая-то замена уволенным тудаходам или просто огородили и сидят смотрят на красоту дефектную. Подхожу ближе к оградительной ленте вливаясь в собирающуюся толпу. Каверна хоть и не самое редкое явление, но всё ещё продолжает привлекать внимание зевак. Хотя визуально довольно сложно заметить, где находится граница реальности. Вот вроде бы угол дома и арка, ничего примечательного. Но, чуть присмотревшись начинаешь замечать, что воздух перед тобой слегка дрожит, будто над раскалённым асфальтом. А ровные до этого края здания словно плывут, изгибаясь и сливаясь друг с другом. Можно списать на обман зрения или иллюзию мозга, но знающие люди тут же поймут в чём подвох.

— И давно тут такое? — невзначай спрашиваю я у стоящего рядом парня.

Он уже достал телефон и снимает происходящее. Весь погружённый в процесс, сначала и не услышал моих слов.

— А, что? — наконец отвлёкся и он, — да около часа, наверное. Я сам только подошёл. Дружбан позвонил, сказал аномалия на районе появилась какая-то.

— Ага, спасибо. Кто-нибудь внутрь попал? Не знаешь?

— Кажись, да. Говорят, девчонка какая-то с учёбы шла и прям в арке и исчезла. Бабка из окна заприметил и сразу вызвала кого надо, — не отлипая от телефона сообщил мне парень.

— Ого! Спасателей уже, наверное, вызвали, да? Специалистов каких? — продолжил я допытываться.

— Хм, вроде никого не было. Только эти стоят, да народ отгоняют, — пожал плечами тот.

— Кто же тогда будет девушку вытаскивать?

— Хрен его знает. Можешь у этих сам и спросить. Только резкие они какие-то. Орут на всех, кто ближе подходит. Хорошо хоть снимать ещё не запрещают.

Кивнув в знак понимания, я ещё раз оглядел место происшествия и шагнул обратно. Многие из “конторы” знали меня в лицо. Стоит засветиться уволенному и могут начаться проблемы. Так что, на рожон я лезть не планировал. Но и отпускать ситуацию тоже. Всё-таки есть шанс, что человек пропал. И тут нужно действовать, как можно быстрее. Поэтому, я аккуратно обошёл собравшихся зевак, везде задавая один и тот же вопрос.

Минут через двадцать выяснилось, что девушка действительно была. Зовут Милана, учится в универе на спортфаке. Возвращалась домой привычным путём и вот попала в каверну. Родственников и друзей уже обзвонили. Нигде её нет. Значит, девяносто процентов, что она внутри дефекта. Вот только выручать её оттуда никто не спешил.

Подслушав разговор двух курящих из охранения, я понял, что всё планировали замять к утру. Мол, случайность, все ошиблись, и никто внутрь не попадал. Ну или второй вариант, специалиста отправили, но он никого не нашёл. Подозреваю, что вопросы задавать мало кто будет. А, если что отмажутся, будто тудаход прошёл в каверну попозже, когда народ уже рассосётся. В общем, лапшу навешать они сумеют. Другой вопрос, что заблудца фактически бросят на верную гибель. Дело уже к вечеру и до заката осталось не больше часа-полтора. И если, эта девчонка останется там, когда солнце сядет, то ей обязательно заинтересуются отклонения. Тогда уже обратной дороги не будет.

Напряжённо выдохнув, я принял решение. Плевать, что они там наверху мутят, но просто так человека я не оставлю. Пусть потом хоть дело шьют, хоть к стенке ставят. Похрен! Тудаход я в конце концов или просто лицом посветить зашёл? Вот то-то, и оно!

Выждав момент, когда возле арки соберётся народу побольше, я ввинтившись в толпу пробрался к самому заграждению. Сгорбился, лицо наклонил пониже, а в руке зажал импровизированную “хлопушку”. Вообще, это компактный фальшфейер, который в ходит в набор каждого специалиста. Но, при должной доработке эта штуковина не только даёт яркий свет вкупе с отвратительно пахнущим дымом, но вполне может и бахнуть, отгоняя кого надо. В моём случае наоборот приманивая, кого нужно. Внимание отвлеку и успею прошмыгнуть прямо в зону нестабильности.

Итак, вроде самое время. Никто в мою сторону не смотрит, так что я дёргаю шнур и дождавшись, когда начнётся реакция бросаю свою “петарду” подальше к другому краю заграждения. Секунд пять у меня точно есть.

Шипение, яркая вспышка и последующий микровзрыв надёжно приковали всех вокруг к углу дома. Кто-то сочно выматерился, а парочка женщин истерично завизжали. То, что надо!

Пригибаясь пролезаю под лентой и прижимаясь к стене, быстрым шагом иду в арку. Кажется, меня заметил один из “конторских” и что-то кричит в спину. Ну-ну, давай ещё придурок. Сами помочь не можете, так другим не мешайте. Не оборачиваясь ускоряюсь дальше и перехожу на бег. Знакомое ощущение нереальности затягивает и в следующее мгновение я понимаю, что нахожусь в дефекте. Тот же город, та же улица и полная копия арки, но вокруг уже не привычный мир, а его кривое отражение, где может случиться всё, что угодно.

Вдох – выдох, адреналин всё ещё бушует в крови, но я торможу свою нервную систему переходя в режим баланса и контроля. Наверное, это сродни медитации, но для меня всего лишь рабочее состояние для начала поиска.

Поднимаю взгляд на небо и вижу, как солнце уверенно клонится к закату. У меня есть час, не более. За это время нужно отыскать пропавшую девчонку и вернуться обратно. Иначе… варианты, конечно есть, но все не очень позитивные. Поэтому, ноги в руки и действуем по инструкции. Пункт первый, анализ каверны и прочувствование её формата. Дальше, осмотр окружающего места и намётка возможных точек присутствия заблудца. В моём случае, это дом, где живёт Милана. Она кстати, вообще, могла сначала не заметить, что оказалась в аномалии. И просто пошла дальше по привычному маршруту. Подъезд, этаж, квартира. Так что, мне предстоит быстрая пробежка по ступенькам и крики во всё горло. Надеюсь, девушка окажется поблизости, и поверит мне без ненужной истерики.

Ну, погнали. Подъездов всего пять, дом стандартная девятиэтажка, вполне могу уложиться. Особенно, если мне повезёт. А, если нет… что ж, всегда есть талант. Но, его я привык оставлять на самый крайний случай.

Глава 6

Глава 6. Адаптивно-прозревательная.

Я не успевал. Прошло уже полчаса, а проверено только два подъезда. Хорошо, хоть этот дефект оказался “кукольным” и большая часть дверей, как и квартир была бутафорской. Но даже с таким “бонусом” процесс откровенно затягивался. И я, не мудрствуя, лукаво решил использовать талант. Нутрянка была на максимуме, поэтому я влил четверть в “физику” и столько же в слух. Скорость и ловкость передвижения существенно поднялись, а восприятие звуков позволяло выцепить малейший шорох в радиусе пятнадцати-двадцати метров. Так что я продолжил орать и бегать, надеясь, что уложусь в оставшееся время. И только проверив весь дом, я понял, что моя логическая цепочка дала сбой.

Передохнув пару минут и заодно обмозговав, что делать дальше, я двинул обратно на улицу. Здесь больше делать было нечего. Справедливо рассудив, что, возможно, девушка поняла, где оказалась и отправилась самостоятельно искать выход. И, если это так, то выдержке студентки можно было только позавидовать. Одни вот в панику сразу бросаются, а другие пытаются проблему решить.

Попетляв немного по окрестностям, постоянно крича её имя, я внезапно обнаружил зацепку. Женская помада, ярким пятном выделялась на асфальте и тут же притягивала взор. Подойдя ближе, я присел и, подняв золотистый цилиндр, проверил его на реалистичность. Плотность, детали, запах и даже вкус. Кажется, всё норм. Обычная помада какой-то там заграничной марки. Обыденность для нашего мира и настоящий артефакт для этого.

Я уже осознал, что версия каверны, в которую попала Милана, довольно распространённая. По сути, просто задник настоящей действительности. Где всё, на первый взгляд, привычно и знакомо, но стоит только углубиться в детали и сразу понимаешь, что вокруг одна сплошная фальшь. Половина зданий декорации, окна и двери будто нарисованы, а механизмы и автомобили на самом деле просто оболочки с бесцветным монолитом внутри. Это с одной стороны облегчало процесс поиска, но одновременно и вводило в заблуждение. Ведь пока лично не проверишь и не поймёшь, где просто форма, а где ещё есть и наполнение.

Но пора вернуться к нашим баранам. Вернее, к одной бедной заплутавшей овечке. Итак, у нас есть намётка на след. Помаду я нашёл на перекрёстке. Вокруг продолжала безмолвно обретаться бутафория городской жизни, а мне кровь из носу нужно было понять в какую же сторону направилась девчонка. Ну, не в универ же она обратно пошла? Стоп! А, почему нет? Может, решила, что пройдя обратным путём, она так же в нашу реальность и вернётся. Такой мысленный выверт вполне себе оправдан. Так, где она там училась? Спортфак, вроде. У нас такой имеется в двух местах. На Солажарской, в родных пенатах, где и я когда-то учился. Государственный университет имени В. А. Болгарского. И на окраине города в новых корпусах пединститута. Взглянув на уже почти скрывшееся за домами солнце, я понял, что шанс будет только, если я рвану к тому, что ближе.

Перейдя на бег, я тут же рванул вдоль улицы. Там пара кварталов, значит, вполне могу успеть. Если, конечно, не встречу заблудца по дороге. Пустой тротуар отличная трасса для спринтера, в которого я сейчас переквалифицировался.

Метров через триста я заметил впереди одиноко бредущую фигурку, которая постоянно вертела головой вокруг. Хм, похоже, я был прав, и она действительно искала нечто, отличающееся от окружающей местности. Вот только, к сожалению, принцип одинакового входа и выхода в аномалиях не работал. Так что осматривала она всё впустую.

— Эй! Эй, стой! Я помочь пришёл! — заорал я, продолжая бежать.

Студентка дёрнулась и на мгновение застыла. А после, обернувшись и увидев меня, внезапно дала дёру. Да так мощно, что поначалу я даже отстал. Неплохо, значит, на спортфаке молодёжь гоняют.

— Да, погоди ты! Из реальности я! Меня на помощь прислали! — продолжил кричать я, постепенно её нагоняя.

Понимаю, конечно, нервы и всё такое, но мне тоже неохота гоняться за этой студенткой по всей каверне. Вон втопила так, что пятки сверкают. Это я ещё с талантом бегу. Без подпитки уже давно бы отстал.

Ещё через минуту я сократил дистанцию до минимальной и, откровенно заколебавшись успокаивать девчонку голосом, перешёл к действиям. Короткий рывок, и моя рука на её плече. Бесцеремонно дёргаю, заваливая её набок. Падает, катится и снова пытается встать. Бесноватая что ли?

— Угомонись уже! Как там тебя… Милана! Говорю же, без меня не выберешься, — хриплю я, вставая на её пути.

Тяжеловатый марш-бросок получился. Пару километров мы точно пробежали. А я, вообще-то, в бегуны не нанимался. Но вот пришлось переквалифицироваться.

— Кто ты? Почему гонишься за мной? — поднимаясь и выставляя перед собой сумочку, словно оружие, напряжённо спрашивает девушка.

— Ты глухая? Сказал же, помочь хочу. Спец из службы по спасению и оповещению. Позывной Либер. Прислали сюда, когда узнали, что ты пропала в аномалии, — не сдерживая эмоций, отвечаю я.

— Так ты не из этих?

— Из кого этих?

— Ну, твари, монстры, короче…, — испуганно шепчет она.

— А, понял. Это фантомы. Считай, твои личные страхи, которые здесь вполне могут принимать реалистичную форму. Вот только навредить физически не могут. Напугать до усрачки, да. А сделать что-то по-настоящему плохое, нет, — успокаивающе произношу я.

— Значит…, значит они были типа иллюзии, да?

Киваю и, на всякий случай, показываю именную бляху. Вообще, её нужно было сдать при увольнении, но как-то дело не дошло. Вот сейчас пригодилась.

— Либер, — осторожно касаясь ромбовидного символа, говорит Милана.

— Он самый. А теперь давай заканчивать трепать языками. Солнце уже, считай, зашло, а мы всё ещё тут ошиваемся. Пора обратно двигать.

Девушка покорно качнула головой и, вроде бы, немного пришла в себя. Во всяком случае, особой истеричности в ней я уже не видел. Главное, чтобы не мешала пока путь домой искать буду.

Я сделал пару глубоких вдохов-выдохов, потёр лицо и пожалел, что не захватил с собой воды. Да, что тут говорить, мне бы спецрюкзак тудахода точно не помешал. Но имеем то, что имеем.

— Слушай, у тебя попить случайно ничего нет? — на всякий случай, поинтересовался я у заблудца.

— Эммм, вроде, в сумочке энергетик был. Но он тёплый. Я весь день с ним лазила, — роясь в закромах своего “студенческого ранца”, ответила она.

— Да пофиг. Давай, что есть. Глотка от нашей беготни пересохла.

Ух, ну и кислятина. Ладно, на безрыбье и рак раба. Опростав половину пластиковой бутылки, я вернул остатки хозяйке.

— Спасибо! Итак, у нас сейчас слегка критическая ситуация, поэтому слушай меня внимательно и делай, как скажу. Без вопросов, нытья и прочего. Окей?

Снова кивок и глаза, полные надежды.

— Отлично. Мы в каверне, это ты уже знаешь. Войти сюда, как два пальца об асфальт. А вот обратно… тут могут быть трудности. Да ещё и солнце садится. Оставаться здесь в ночное время суток идея так себе. Поэтому у нас есть минут десять, максимум, пятнадцать, чтобы найти выход. Так что двигаем и ищем место повыше, — скороговоркой сообщаю я ей.

Умница! Даже не спросила, а зачем куда-то на верхотуру лезть. А ведь в этом дефекте дальность видимости играет существенную роль. Тут будто в компьютерной игре есть что-то типа глубины прорисовки. Там, где реальный мир краешком сливается в аномалией, “текстуры” и прочие элементы визуализации остаются плотными и насыщенными. Всё же остальное изображено просто схематично. Чисто, чтобы было. Когда ближе подходишь, конечно, каверна добавляет натуралистичности, но в целом такие “недоработки” очень хорошо указывают куда идти не нужно. Причём, пока ты внизу, можно плутать хоть до изнеможения. Ты банально не видишь, где “графика” просаживается.

Ага, вот и подходящая высотка. Надеюсь, тут будет открыт выход на крышу. Ускоряюсь и тяну за собой заблудца. Девчонка покорно переходит на трусцу и двигается чуть за левым плечом.

Дверь в подъезд, неработающий лифт игнорируем, лестница, и пошли этаж за этажом. Хух, проход на крышу имеется. И даже не нарисованный. Выбегаем наверх, и я тут же начинаю осматривать окрестности. Последние лучи заходящего солнца бьют в спину, и я понимаю, что мы не успеваем. Причём, оказывается два подходящих перехода совсем рядом. Один на соседней улице, а второй возле дома, где я догнал студентку. Эх, ну, пара шагов же считай. Знал бы заранее, сразу туда и рванул. А, теперь…

— Кажись, попали, — себе под нос говорю я.

— Вариант вернуться обратно есть, но рисковый. Можно и подождать, но тут не угадаешь. Зоны сместятся и утром их фиг найдёшь, — уже чуть громче, информирую Милану.

— Ты же сам говорил, что ночью тут лучше не оставаться, — испуганно отвечает она.

— Так и есть. Поэтому действуем на опережение. Нужные нам локации я приметил, теперь осталось до них добраться. А потом… в общем, повторяй за мной, какими бы странными мои экзерсисы тебе не показались, — бодро вещаю я, сам понимая, что шансов у нас маловато.

Ещё раз напоследок оглядев чуть размытую картину города с несколькими чёткими и ярками пятнами, что сразу бросались в глаза, я направился к выходу с крыши. Ночь уже вступала в свои права и у нас была крошечная возможность спастись, пока отклонения не вышли из своего логова. В конце концов, им ещё нужно “унюхать” пришлых, добраться и… Что будет дальше, я старался не думать. Оружия у нас с собой никакого нет, так что придётся выкручиваться, как получится. Но, я очень надеялся, что мы всё-таки успеем выйти, прежде, чем нас заметят.