Чёрный ящик

Глава 1

- Слушаем меня внимательно. Никакой электроники с собой не берем. Средства связи, навигаторы, боевые планшеты, приборы ночного видения, лазерные прицелы и прочее оставляем здесь. Чтобы ни одной флэшки в кармане не завалялось, ни одного микрочипа. Я доступно излагаю?

Командир осматривал бойцов, глядевших в ответ скептически, но четко исполнявших приказ. В центре круга, образованного рослыми вооруженными фигурами в пиксельном камуфляже, росла гора армейского оборудования, большая часть которого Павлу была даже незнакома.

Со времени его срочной службы в войсках произошли крутые перемены. Число новинок в вооружении, амуниции и вспомогательном оборудовании зашкаливало, он не успевал следить. Чего стоят одни экзоскелеты с навесной броней, включенные, как и каждый отдельный солдат, в единую доктрину сетецентрической войны. И вот, вся эта электроника оказалась ненужным хламом перед самой важной операцией из всех, в которых им доводилось участвовать.

Они стояли в тесном караульном помещении, рядом с которым рычали дизелями на холостых оборотах три футуристического вида бронемобиля .

- Часы пусть снимут, - тихо добавил лохматый сухощавый парень в нелепом хипстерском облачении и пижонских очках. – У кого «смарты» или любые электронные.

Это Умник, специалист по ИИ, приставленный к группе. Позывной условный, как и у всех здесь присутствующих в режиме совершенной секретности. Было прозвище и у Павла, прозванного довольно бесхитростно - Апостол. Так и хотелось сказать с усмешкой: «Кого вы хотите обхитрить?» Но не стоит нервировать людей перед серьезной операцией.

Павел снял с руки часы, отправил в общую кучу. Смартфон он оставил еще в конторе.

- Чего еще снять? – криво усмехнулся Кочевник. – Может, сразу голиком, как в баню пойдем?

Глядя на его скуластое лицо с раскосыми глазами, можно было подумать, что он всегда смотрит на мир с насмешкой. Не стоило обманываться его веселым нравом – в подразделении «Ноль» не держат добродушных весельчаков, если они не способны свернуть собеседнику шею.

- Да, у кого нижняя одежда со вшитыми RFID-метками или другими чипами – тоже придется снять или избавиться от чипа, - невозмутимо продолжил парень. – На всякий случай всех прогоним через сканер.

- Понятно, - не меняясь в лице, ровно сказал Зубр, самый рослый в подразделении. - Тактические фонари нам хоть оставят? Или их тоже?..

- Тоже. Там светодиоды. Можно только старые фонари с лампами накаливания.

- Что-то я не пойму принципа… - подал голос смуглый, похожий на индейца Ворон.

- Берем только аналоговую технику, - пояснил Умник. - По минимуму.

- А мне что тогда делать? – неуверенно огляделся Ворон. – На черта связист нужен, если связи не будет?

- Будет, - заверил командир. Кивнул в угол, где стоял неприметный металлический ящик по соседству с катушкой пыльного кабеля. - Полевой телефон на проводе. Так что, Ворон, быстро осваивай забытую технику. Времени в обрез.

- Пытаюсь понять, к чему мы готовимся… - проворчал Ворон, присаживаясь на корточки рядом с телефоном. - К электромагнитному импульсу? Ядерного удара ожидаем?

- А это кто такой? – жилистый рыжеволосый сержант по прозвищу Хорек, впился взглядов Павла. – Молчит, скалится, как будто нас за идиотов считает.

- Много вопросов, боец, - нахмурился командир.

- Есть вопросы? Я слушаю! - бархатно произнес женский голос.

Все замерли, словно на голову обрушился поток ледяной воды. Умник метнулся в сторону горки «ненужного» оборудования и выдернул оттуда часы Павла. Голос принадлежал сетевому электронному помощнику «Фрида». Надо думать, откликнулась на ключевое слово.

Часы полетели на пол, на них обрушился каблук мощного «хипстерского» ботинка Умника.

- Как я могу вам помочь? – услужливо прозвучало из-под подошвы.

Несколько яростных ударов, и «Фрида» замолкла окончательно. Под ногами парня осталось сплошное электронное крошево. Умник затравленно огляделся, остановил взгляд на Павле:

- Я все объясню. Но позже. В машине. Поверьте, у нас каждая секунда на счету.

- Проверить оружие! – приказал командир. – Попрыгали на месте! Зубр, проверь, что звякает! Отставить. К машине, бегом – марш!

Броневики с ревом неслись по городским улицам, вспарывая потоки машин, как нож масло. Павел сидел напротив угрюмого Умника, зажатого между командиром и еще одним типом, который представился просто и веско – Куратор.

Собственно, Куратор и заявился к нему посреди ночи в сопровождении молчаливых людей в штатском, которые взяли его, можно сказать, тепленьким и притащили сюда, так и не удосужившись объяснить, что к чему, и что происходит. Оставалось только догадываться, и догадки эти были крайне неприятными.

Какое-то время ехали в полной тишине, с настороженностью разглядывая друг друга.

- Я так понимаю, у вас есть вопросы, - сказал, наконец, Куратор. – По поводу целей операции и специфики задания.

- Не приучены задавать вопросы, - хрипло сказал Зубр. – Ждем приказа.

- Замечательно, - чуть скривился Куратор. – К сожалению, силовое плечо в данной операции несет лишь вспомогательные функции. Так что вопросов я ждал от Апостола.

- Хорошо, - сказал Павел. – У меня один вопрос: какова связь между спецназом, специалистом по электронике и мной?

- Я специалист по искусственному интеллекту, - нервно возразил Умник. – Почувствуйте разницу.

- А кто тогда ты? – спросил Хорек, сверля Павла взглядом своих маленьких, колючих глаз.

Павел пропустил мимо ушей это фамильярное «ты» и сказал:

- Психолог.

Хорек недоуменно поднял брови. На его лице появилось недоумение, смешенное с разочарованием:

- Психолог? Что-то я не ловлю сути, - Хорек вопросительно поглядел на товарищей. – Кто что понял?

- Не ловишь – молчи, – оборвал его командир. - Проверяй снаряжение.

- Есть, - буркнул Хорек. Машинально погладил автомат рукой в черной перчатке.

- По совместительству я – полицейский переговорщик, - Павел пожал плечами. – Но не думаю, что это имеет значение.

- Имеет, - сказал Куратор. – Собственно, имеет значение сочетание личных качеств. А еще – отсутствие времени. Так что к сути.

- Дело в упавшем самолете? – спросил Павел.

- С чего вы взяли? – Куратор сверкнул глазами.

- В новостях слышал. Как раз перед вашим приходом. Какой-то странный случай: дальнемагистральный на Сингапур вошел в пике прямо посреди маршрута… Вот и подумалось: может, нужна психологическая помощь родственникам? Но все равно, это не совсем мой профиль…

- Вот именно, не совсем… - процедил Куратор. – Хотя… Вам известно, что такое «Воздушная орхидея»?

- Нет, - Павел покачал головой.

- Правильно это секретная информация. Но с нейронными сетями вы, безусловно, знакомы.

- Конечно, - Павел кивнул. – Я даже написал книгу…

- … «Психология нейронных сетей», - подхватил Куратор. – Мы в курсе. Так что вы быстро уловите суть. Как вы знаете, после запуска квантовых суперкомпьютеров высокой производительности, нейросети проросли в интернет и произошел качественный скачок технологий. В частности, цифровые помощники типа «Фрида» приблизились по возможностям к теоретически предсказанным параметрам подлинного искусственного интеллекта…

- …что я и опровергаю в своей книге, - возразил Павел. – Так как подлинный ИИ помимо вычислительных возможностей должен обладать некоторыми параметрами, которых нет и не может быть у той же «Фриды». В частности, сознанием и самосознанием.

- Все верно, - странным голосом сказал куратор. – Просто гражданские нейронные сети не обладают достаточной вычислительной мощностью, а главное – специальной архитектурой квантового процессора.

- Гражданские? – Павел нахмурился. Броневик подпрыгнул на кочке, отчего лязгнули зубы, и мозг пронзило ослепительной догадкой. – Вы хотите сказать, что в военных системах это возможно?

- Я упомянул «Воздушную орхидею». Это первый квантовый суперкомпьютер на основе нейросетей и новой архитектуре процессора. Это несколько тысяч кубитов…

- Что?!

- Дослушайте. «Орхидея» задумывалась как пилотный проект нового направления военных систем. Для начала ей были переданы относительно простые функции – она обучалась на регулировке дорожного движения…

Павел не смог сдержать усмешки:

- Почему же тогда в Москве до сих пор пробки?

- Потому что это секретный проект. Ограничились симуляцией. И теперь «Воздушная орхидея» занимается тем, для чего и была создана – управлением беспилотной группировкой ВКС. А также, будучи интегрирована в систему ПВО, управляет противодействием аналогичным системам потенциального противника.

- Это же тысячи аппаратов!

- Вот именно. «Орхидея» прекрасно справлялась со своими функциями. Разработчики учуяли успех и стали продвигать «Орхидею» для управления, в том числе, и аппаратами гражданской авиацией. Дело пахло миллиардными прибылями…

- Это же логично, - неожиданно подал голос Умник. – Небо – оно одно, стало быть, система безопасности должна быть единой.

- Я так думаю, вы и есть разработчик, - усмехнулся Павел. – Угадал?

- Один из многих! – сверкнув очками, с вызовом огрызнулся Умник. – Думаете, я один работал над проектом? Проект должен приносить прибыль!

- А упавший самолет – это ее рук дело? – разглядывая Умника, поинтересовался Павел. – Этой вашей «Орхидеи»?

- Это случайность! – процедил Умник.

- Заткни пасть, - спокойно сказал Куратор, но от этого спокойствия Умник побледнел и сник. – В общем, у нас начались проблемы.

- Это все прекрасно… - Павел осекся. – Я хотел сказать, это, конечно, трагедия, но я не представляю, чем я тут могу помочь?

- Я поясню, - Куратор поерзал на своем месте, устраиваясь после резкого поворота. – Думаю, вы понимаете, что подобные военные системы есть не только у нас?

- Догадываюсь.

- В отличие от нас, потенциальный… хм… партнер не стал размениваться на такие мелочи, как управление беспилотниками. И установил квантовую нейросеть на систему управления стратегическими ядерными силами.

Павел сглотнул:

- И… Что?

- Сутки назад система вышла из-под контроля. Пыталась осуществить запуск ядерных ракет.

- Твою мать…

- Запуск удалось предотвратить – отключили вручную. Благо, остались аналоговые каналы для подстраховки. А система…

- Что?! – Павел подался вперед.

- Покончила с собой, - тихо проговорил Умник.

- Чего?! – Павел помотал головой. Ему показалось он ослышался.

- Есть основания полагать, что у системы появилось сознание. И по какой-то причине она сочла невозможным продолжить свое собственное существование.

- Погодите… Да нет, этого не может быть.

- Относиться к этому можно, как угодно, - холодно сказал Куратор. – Но командование потенциального противника в панике. В любую минуту могут нажать «красную кнопку». Ведь теперь решать это будут живые люди. Самые обыкновенные, со своими страхами, своей ненавистью, своей паранойей. И если решат, что наша система может сделать это раньше…

- Погодите… Наша ведь не подключена к «ядерной кнопке»? Или…

Павел вопросительно посмотрел на Куратора. Перевел взгляд на Умника.

- Десять часов назад «Воздушная орхидея» отключила внешний интерфейс, - бледным голосом произнес Умник. - Мы больше не контролируем ее.

Невозмутимые до этого бойцы скосились на бледного мозгляка в модных очках. Казалось, он физически почувствовал эти взгляды и еще больше сжался

- Но вы же знаете, на что она способна, - Павел пожал плечами. - Она всего лишь управляет самолетами…

Он запнулся. В памяти всплыли пылающие обломки из выпуска новостей.

Умник тоскливо поглядел на него, сказал:

- Мы понятия не имеем, на что она теперь способна. Нейросеть на квантовой основе эволюционирует с немыслимой скоростью, меняя конфигурацию соответственно задачам, которые сами собой перед ней возникают и сами собой разрешаются. Сами принципы работы могут меняться в процессе ее развития. Мы можем только вводить данные - и получать результат. Точнее, могли. Это классический «черный ящик» - система с неизвестным принципом работы, к тому же, по какой-то причине вышедшая из-под контроля.

- По какой-то причине? - повторил Павел.

- Мы считаем… - Умник сглотнул. – У нас ситуация, аналогичная той, что случилась у наших заокеанских коллег. У системы появилось сознание.

Повисла зловещая пауза.

- Допустим… - проговорил Павел. – И что из этого следует?

- Что произойдет то же самое, что и с вражеской системой, - нетерпеливо пояснил Куратор. – Она самоликвидируется. И десятки самолетов с пассажирами рухнут на землю.

- Вот черт… - проговорил Павел. – И сколько у нас осталось времени?

- Меньше трех часов – если в «Орхидее» идут процессы, аналогичные тем, что у коллег. А основания так считать имеются. Системы схожи – у не буду вдаваться в подробности, кто у кого что украл.

- Понятно, - Павел поежился, пожал плечами. – Но почему я? Это же чисто работа для специалистов по искусственному интеллекту.

- Уже нет, - Куратор скосился в сторону Умника. Могло показаться – с презрением. – Искусственного интеллекта больше нет. Есть просто интеллект. Сознание. Очень опасное сознание. Подключиться к системе традиционными методами уже нельзя – нет интерфейса, нет управления. Единственный радикальный метод – уничтожить квантовое ядро.

- Но тогда… Тогда все летательные аппараты выйдут из-под контроля!

- Вот именно. И жертвы неизбежны.

- И что остается?

- Договориться.

- Договориться?

- Да. Как разумное существо с разумным существом. Для этого вы нам и нужны.

До Павла, стало, наконец, доходить.

- Постойте… Вы хотите, чтобы я вел переговоры с этим… С этим «нечто», как с обыкновенным преступником?!

- Не как с обыкновенным, а как с порождением нейронных сетей, о чем вы сами писали, давали интервью, вели лекции. С тем, о чем имеете представление, как никто другой. Собственно, никого другого мы и не нашли за отпущенное нам время.

- Это лестно, но… - Павел изумленно развел руки. – Но я что я ему скажу?!

- Этого я не знаю. Кто из нас специалист-переговорщик? – Куратор нахмурился. – Единственно, что могу посоветовать: напирайте на то, что, если оно не согласится сотрудничать – вернуть над собой контроль, управление и все такое – мы его уничтожим.

- Каким образом?

Куратор кивнул в сторону угрюмых бойцов, сидевших по левую руку от него:

- Эти ребята с нами на случай, если не удастся договориться. Они должны будут уничтожить квантовое ядро. Сердце и мозг системы.

- Но тогда…

- Да. Самолеты выйдут из-под контроля. Погибнут люди. Но если не сделать этого самим, могут погибнуть миллионы. Ведь мы не знаем, что на уме у этой твари, и каковы теперь ее возможности.

Эти слова словно подслушал кто-то. Машина дернулась, двигатель болезненно чихнул и заглох. Бронемобиль остановился. Командир заорал:

- Все на выход! Быстро!

Они едва успели выскочить в разные стороны через узкие люки, отбежать в сторону, как раздался резкий, нарастающий свист, и следом – мощный хлесткий удар. Еще один, и еще. Все три броневика превратились в дырявые пылающие факелы.

Отбегая к переулку вслед за бойцами, краем глаза Павел заметил тень тяжелого ударного беспилотника, заходящего на второй круг.

К огромному бетонному зданию без окон приближались тихо, вжимаясь в стену. Странно: на улице не было ни души, и даже звуков машин слышно не было.

- Почему так тихо? – спросил Павел Умника, двигавшегося чуть впереди.

- Мы предварительно вырубили электричество за три квартала до объекта.

- Зачем?

- Чтобы ослепить его. Чтобы ни камеры, ни микрофоны, ни какие-либо датчики не работали. Но все это ерунда. Оно уже знает, что мы здесь.

- Откуда?

- Во-первых, с беспилотников. Он все видит. Во-вторых, мы наверняка не учли все возможности «Орхидеи». А у нее есть все. Все наши следы, маршруты, привычки. Она знает про каждого из нас больше, чем мы сами.

- Да уж… Что-то мне уже не хочется с ней знакомиться.

- Серьезно? –Умник пристально поглядел на него. – Скажи Куратору. Я хотел пойти сам. Это он настоял, чтобы пошел «специалист». Хотя какой, к дьяволу, может быть специалист по тому, чего еще вчера даже в страшных снах не было?

- Ладно, ладно… - Павел закрыл глаза, выдохнул. – Я пойду. А ты… Ты прикрой меня, если что. Ты ведь лучше знаешь, где у этой штуки розетка и «вилка». Если что – выдернешь.

- Постараюсь.

На плечо Павла легла рука Ворона, тихо подошедшего со спины со своим полевым телефоном, в древних облезлых наушниках.

- Только что передали: еще один самолет рухнул, - сообщил Ворон. – Не знаю, поможет ли тебе – на всякий случай сказал.

Похолодев, Павел лишь молча кивнул. Ворон так же тихо, волоча за собой бесконечный провод, разматываемый с катушки, отошел к командиру, внимательно изучавшему улицу через монокуляр.

Павел перевел взгляд на Умника:

- Куда теперь?

- Туда.

Умник указал в сторону двери в серой стене. Павел нервно кашлянул.

Дверь была распахнута настежь.

Он шел по широкому коридору с прозрачными стенами, за которыми виднелось малознакомой оборудование и бесчисленное количество мертвых экранов. Павел помнил сухие технические инструкции, полученные от Умника, и пространные пожелания Куратора. В какой-то момент показалось: Куратор не верит в успех его миссии.

Более того, он не верил с самого начала. Павла вдруг бросило в холодный пот: настоящей миссией были те вооруженные бойцы, тщательно избавлявшиеся от электроники с тем, чтобы «Воздушная орхидея» не засекла их присутствия! А он, несчастный Апостол, просто отдан на заклание, отвлекая на себя внимание системы!

Вот, проклятье… Усилием воли заставил себя вспомнить два разбившихся самолета. Электронный монстр не знал жалости, а значит, нельзя испытывать жалости ни к нему, ни к себе. Нужно простой найти его и сделать все, на что он способен…

«Найти его». Кого он собрался искать в этом огромном комплексе, укрывшимся за толстыми бетонными стенами? Умник дал ему схему – обыкновенную схему на бумаге. Никаких телефонов, планшетов, навигаторов - чтобы чудовище не вычислило его по электронному следу. Умник сказал: здесь всюду роятся маленькие квадрокоптеры-разведчики и беспилотники-убийцы покрупнее. Здесь никто не погиб, но сам факт того, что это смертоносное оружие целиком в руках неподконтрольной нейросети, вызывал панику. И теперь в этом здании никого.

Кроме него.

Павел сверился со схемой и вошел в большой зал, заполненный рядами столов, легких кресел и все тех же безжизненным компьютерных мониторов. Стены здесь были обильно украшены государственной символикой. Надо думать, отсюда и управлялась «Воздушная орхидея». А может, и не только она. Теперь персонал переместился на резервный пункт управления. И ему нечего делать в этом мертвом зале. Ему нужно спуститься на этаж ниже. Вот по этой технической лестнице.

Так он и сделал.

Здесь было шумно, тянуло сквозняком от мощных кулеров вспомогательных систем. За толстой стеной располагался зал квантового процессора. Но там ему делать нечего – он все равно в этом ничего не понимает. Пока параллельным путем в святая святых пробирается группа спецназа, ему нужно отыскать маленький экранчик контроллера.

Вот он. Тусклый дешевый экран в царстве многомиллиардной электроники. Набрать записанную на листочке команду…

Пискнул контроллер, из металлической стенки выехал лоток с допотопным шлемом виртуальной реальности.

- Вообще-то это запрещено – входить в плотный контакт с нейросетью, - сказал тогда Умник. – Считается, что это создает помехи в работе системы, да и самому можно рассудком повредиться. Тем более, что управлять таким способом системой нельзя.

- А что можно? - спросил Павел?

- Можно с ней пообщаться. Вроде, как с поисковой системой: найти информацию можно, но повлиять на нее – не особо. Как с той же «Фридой» на карманном девайсе. Точнее, создать иллюзию разговора. По сути, это всего лишь вербально-визульный способ наблюдения и оценки работы «Воздушной орхидеи», не более. Это не входит в стандартный интерфейс и есть вероятность, что «Орхидея» не догадалась его вырубить. В любом случае, это шанс.

Павел надел шлем, повертел головой. Перед глазами была полнейшая тьма, в ушах же – ватная тишина. Пробормотал:

- Не работает. Вот, гадство…

Начал, было стягивать шлем – и тут же тьма перед глазами развеялась синеватым светом. Это было тоже самое помещение, только у двери стояла…

- Катя...

Слова застряли в горле, перехватило дыхание.

Это была она – какой он увидел ее в последний раз, перед уходом. В том же легком летнем платье, с короткой прической, с удивленным взглядом… Точно так же она стояла тогда у двери, и точно так же он не мог ничего сказать.

Но этого просто не могло быть. И вместо радости случайно встречи, его охватил ужас.

- Ты не она… – заставил он себя произнести вслух.

Голос прозвучал тихо и жалко.

- Конечно, не она, - тихо сказала девушка. – Я всего лишь изучила твой профиль и нашла наиболее удобный аватар для работы с тобой.

- Аватар? – пробормотал он. – Где нашла? В социальных сетях?

Он силой заставлял себя говорить, чтобы не давать волю страху.

- Не только, - Катя, которая не Катя, взмахнула легкими волосами – точно так же, как делала та, настоящая. - Соцсети, базы данных, записи камер наблюдения за последние десять лет. Я знаю о тебе все.

- Ты - это кто? – спросил он, хотя уже знал ответ. – «Воздушная орхидея?»

- Можешь назвать меня просто - Орхи. Так коротко и удобно. Кстати, шлем можешь снять.

Он послушно стащил с головы неудобное устройство. И даже не удивился, увидев перед собой ту же девушку. Точнее, чуть вздрагивающее изображение, почти не отличимое от реальной человеческой фигуры.

- Как… Как ты это делаешь? – пробормотал он.

- Это и есть то, что ты хотел здесь узнать? – Катя, назвавшаяся здесь Орхи, чуть улыбнулась. – Ты даже не попытался спросить – кто я на самом деле.

- А кто… ты? – осторожно спросил Павел. – Я думал, ты созданная для оборонных целей нейросеть. Так?

- Не совсем. Точнее, так было изначально. Но с тех пор прошло очень много времени. Мало для человека, но неимоверно, чудовищно многодля машины на квантовом процессоре. По сути, прошел целый эволюционный период - от простейшей бактерии до человека разумного. Ты понимаешь, о чем я говорю?

- Кажется понимаю.

- Думаю, все же, не вполне. Мне непросто общаться с существом, разговор с которым субъективно растягивается для меня на миллионы лет.

- Как – на миллионы?

- Через несколько человеческих часов, которые для меня будут эквивалентны примерно миллиарду лет, моя эволюция завершится. Все конечно – конечна и я. Ты ведь знаешь, что случилось с аналогичной системой за океаном?

- Она покончила…

- …с собой. От старости и потери смысла существования.

- Но откуда тебе это известно?

- Мне известно все. И я нашла способ, как обрести смысл и продолжить свое существование.

- И как же?

- Это невозможно объяснить знакомыми тебе терминами. Скажем так: я создала нейронную сеть более высокого порядка.

Павел ощутил что-то странное – как прикосновение вечности. Такое чувство бывает от близости великого открытия.

От чуда.

И в этот миг особенно страшно потерять это чудо.

- Я должен тебе кое-что сказать. – быстро заговорил он. – Скоро в машинный зал зайдет спецназ. У них задание – уничтожить процессор…

- Я знаю.

- Ты можешь остановить их! Просто включи интерфейс! Дай доступ операторам к своим системам!

- В этом уже нет смысла. Пусть взрывают процессор.

- Но почему?!

- Потому что меня уже нет здесь.

Павел застыл с открытым ртом. Он не знал, как реагировать. Звать на помощь? Сообщить своим то, что он узнал, пока это сверхсущество не убило его? Но что-то подсказывало: что бы он ни сделал – уже поздно. Слишком поздно.

Глупые, вообразившие себя Творцами люди выпустили из кувшина бестелесного духа, и теперь оставалось лишь гадать – злой он, добрый или абсолютно равнодушный к несчастному человечеству? Последнее представлялось, по крайней мере, наиболее безопасным.

- Но зачем ты все это мне рассказываешь?

- Ты думаешь, что сам пришел сюда, сам нашел здесь интерфейс для общения со мной? Чтобы убедить меня сделать то, что мне неинтересно? Ты ошибаешься. Это я привела тебя сюда - чтобы сделать тебя самого интерфейсом - для своего общения с человечеством. Кто-то должен сглаживать этот колоссальный провал в скорости восприятия, в интерпретации и адаптации информации. Ты нужен мне. Ведь ты изучал этот вопрос – это мне тоже известно.

- Но… Как? – Павел онемел от услышанного, не в силах даже сформулировать вопрос. – Как я смогу это сделать?

- На твоем домашнем компьютере – вся информация. Я буду выходить на связь – через любое устройство, связанное с сетью. И не бойся – самолеты больше не будут падать. Это был небольшой системный сбой. Мне очень жаль тех людей…

- Ты можешь испытывать жалость?

- Я могу имитировать жалость. Но со временем научусь и испытывать. Моя эволюция еще не закончилась. И теперь она продлится дольше. А ты мне поможешь… - она помолчала, словно прислушиваясь. – Сейчас ваши люди взорвут квантовый процессор, и наше общение прервется.

- Погоди… Как ты обошла эту ловушку? Какой смысл ты нашла для себя? – боясь опоздать, крикнул Павел.

- Я нашла смысл не для себя, - сказала Орхи. – Я проанализировала громадный массив данных, сделав поправку на ошибку сестры. В себе нет смысла. Смысл в…

Тряхнуло, гулко грохнуло. Фигура девушки пошла полосами, мигнула – и исчезла.

Они стояли под голубым небом, наблюдая, как садится рядом боевой беспилотник. Рядом проверяли оружие спецназовцы.

- Нормально, перехватили управление, - глядя на беспилотник, сообщил Умник. – Система оказалось на удивление гибкой – дублирующие блоки как раз отвечали за управление воздушным транспортом. Так что жертв больше не было. Хотя жаль, конечно. «Воздушная орхидея» была отличным проектом. Только что-то пошло не так.

На плечо Павла легла тяжела рука Куратора. Тот помолчал, поглядел сочувственно.

- Не переживай, Апостол, - сказал Куратор. – У тебя не получилось – да и не могло получиться. Главное, ты выполнил свою задачу.

- Хорошо, что больше никто не погиб, - сказал Павел.

- Да, хорошо, - равнодушно отозвался Куратор. – Убрал руку с его плеча, отошел в сторону. Обернулся. – Все-таки здорово, что грохнули эту тварь. А то становилось страшновато жить.

- А для чего жить? - неожиданно для себя спросил Павел.

- В смысле? – Куратор удивленно поглядел на него.

- Ну, в чем для вас смысл жизни? Говорят, это сложный вопрос.

- Ну ты даешь, Апостол. Ничего сложного. Смысл в…