Алан: Чужая Земля

Глава 1

Воняло здесь так же, как в любом другом порту на любой другой планете. Перегретый пластик, дешёвый синтетический антисептик из туалета, пот и — кажется, дохлая крыса где-то под сиденьем. Клип вжался в кресло, стараясь дышать ровно. Нейросеть на периферии зрения услужливо высветила уровень заряда поясной батареи — 94%. Стандартный SOL-блок на десять мегаджоулей. Хватит на пару дней, если не гонять лишнего.

Рядом заёрзал мужик в дешёвом синтетическом пиджаке. От него пахло кислым потом и страхом. Лысеющий, с испариной на лбу. Типичный представитель фауны экономических рейсов. Хотел что-то сказать, но Клип скосил глаза — мужик сглотнул и отвернулся к иллюминатору.

Правильно, — подумал Клип. — Меньше слов — меньше проблем.

За толстым стеклом полыхало. Теплозащита жрала энергию, превращая трение в багровое зарево. Красиво. На войне красивым бывает только то, что убивает. Рука сама нашарила в подлокотнике батончик. «Лесные ягоды». Соя, химия, водоросли. Желудок цапнул порцию и тут же заурчал, требуя добавки. Генетика. Дед называл это «ценой прогресса». Проект закрыли, а ген, закреплённый в семье Корвиных, остался. Солдаты получались отличные. Жить с ними в быту — невозможно.

— Эй, служивый, — мужик в пиджаке всё же не удержался. — Ты это... того. Жуёшь постоянно. Проблемы с желудком? У меня есть...

Клип медленно повернул голову. Посмотрел. Спокойно, как смотрят на пустое место. Мужик снова сглотнул.

— Не бери в долг у местных, — сказал Клип тихо, почти ласково. — Не суйся в схемы, где обещают быструю прибыль. Здесь за это стреляют. Быстро и без суда.

Мужик замер, потом часто закивал и уставился в иллюминатор. Больше он не заговаривал.

Посадка прошла штатно. «Медея» чихнула гравикомпенсаторами, выпустила опоры, и в салон ворвался настоящий воздух Кессалии: пыль, нагретый солнцем пластик посадочной полосы, дешёвый метан от атмосферных буксиров. И поверх всего — тонкий, холодный след: снег и хвоя. Клип почувствовал, как сжалось в груди.

Пятнадцать лет.

Космопорт Тереции. Внутренний терминал. Пахло теперь ещё и жареным соевым мясом из автоматов, и той особой атмосферой упадка, когда коррупция въедается в бетон глубже любой радиации.

Очередь на паспортный контроль ползла медленно. Клип осматривался, сканировал. Нейросеть фоном выводила лица, сверяла с открытыми базами. Зал когда-то был белым. Теперь — трещины, грязные потёки, мигающие голограммы. Богатые — в чистых комбинезонах с логотипами корпораций — шли через отдельный коридор. Пустой, стерильный, с улыбчивыми сотрудниками. Бедные толкались здесь.

Социальная сегрегация в чистом виде. Девятое тысячелетие, а справедливость так и не изобрели.

— Эй! — полицейский с бляхой в виде облезлого дракона ткнул пальцем. — Давай сюда.

Клип шагнул к стойке. Документы — в сканер. Полицейский глянул на экран, потом на Клипа. Лицо дёрнулось. Надменность сменилась удивлением.

— Ветеран? — спросил он тише. — Контрактный корпус. Глубокое внедрение.

— Был.

— Слышал про вас. — Полицейский говорил быстро, нервно. — У вас там нейросети форсированные, да? Говорят, SOL-блоки прямо в батарейный отсек вживляют, чтоб автономность выше была.

— Вживляют тем, кто на постоянке. — Клип расстегнул пояс, показал стандартный разъём. — У меня гражданская. Ставлю сменные. Двое суток держит.

— А в симуляторе у меня батарея за час садилась, — парень даже забыл про скуку. — Я на «хищнике» летал, так там без подзарядки вообще никак. Сто SOL-блоков за час выжирал, если режим форсажа включать.

— Симулятор — не война. — Клип смотрел прямо. — Там тебя не убьют, если нейросеть вырубится. Здесь — убьют. В первую очередь свои, если не успеешь перезарядиться.

Парень понимающе кивнул. Пробил документы. Глаза снова расширились.

— Так вы из «Кобры»? — прошептал он. — Спецоперации? Там же...

— Проблемы?

— Нет-нет! — Полицейский поспешно поставил штамп. — Проходите. Добро пожаловать... домой.

Клип забрал документы, пошёл к выходу. Сзади уже орали: «Эй, остальные, мать вашу, не задерживаем!»

Бюрократическая машина работает без сбоев: слабых давить, перед сильными пресмыкаться.

Зона выдачи багажа. Три его контейнера — герметичных, из армированного пластика, с биометрическими замками — выехали по отдельной ленте. Маркировка «Дипломатическая почта» сработала: сканеры молчали.

Клип проверил замки. Всё на месте. Внутри — его война. Нанофабрика, собранная по частям на станции «Гефест-3». Полтора терабайта кода для взлома и защиты. Химия. Оружие. Всё смазано спецсоставом, чтобы не светиться на сканерах. Отдельно, в свинцовом контейнере, лежали три запасных SOL-блока по тысяче гигаджоулей каждый. На чёрном рынке такая батарея тянула на полторы тысячи кредитов. Здесь, на Кессалии, могли и на две.

— Корвин?

Голос сбоку. Негромкий, настойчивый. Клип обернулся. Мужчина в дорогом пальто из натуральной шерсти. На лице — профессиональная улыбка чиновника. В глазах — нервы. Нейросеть Клипа фоном вывела: пульс 120, зрачки расширены, мелкая дрожь в пальцах.

— Таможня Особого района. Разрешите взглянуть на документы. Ещё раз.

— Я уже прошёл таможню.

— Это общая. А я представляю Особый район. — Улыбка стала шире, нервнее. — Ваша ферма в горной зоне. Особая юрисдикция. Формальности.

Клип присмотрелся. Чиновник боялся. Не просто нервничал — боялся. Не Клипа. Того, кто послал.

— Кто тебя послал?

Чиновник вздрогнул.

— Я... не понимаю. Я представитель...

— У тебя пульс сто двадцать. — Голос Клипа ровный, скучающий. — Ты вспотел, хотя здесь прохладно. Зрачки расширены. Ты боишься. Меня или того, кто дал задание. Говори.

Чиновник оглянулся. Шагнул ближе, зашептал быстро:

— Слушай, ветеран... Не суйся ты в горы. Там Синдикат. Местные серьёзные люди. Они не любят, когда кто-то начинает бизнес без их доли. Совсем не любят. Продай ферму. Корпорации дадут хорошие деньги. Уедешь на курортную планету. SOL-блоков хватит на всю жизнь.

— Кто конкретно?

— Не могу! — Чиновник затравленно зашептал, чуть не плача. — Если скажу — меня... сам понимаешь. Но люди серьёзные. Очень. Они контролируют всю горную зону. Воду, минералы, логистику — всё их. У них свои дроиды, своя нейросетевая защита, свои люди в Совете. Если пойдёшь против — трупом всплывёшь. И SOL-блоки твои никому не понадобятся. Они там Kerr-блоками с наёмниками расплачиваются, у них реакторы на станциях...

— Имя.

— Зачем?

— Чтобы знать, к кому прийти, когда разберусь с этими «серьёзными людьми». — Клип улыбнулся одними уголками губ. — Ты меня предупредил. Я помню помощь.

Чиновник побледнел. Губы стали белыми.

— Ты... псих? Они же Синдикат! У них связи, у них своя армия! У них красные искины на охране периметра!

— У меня тоже была армия. — Клип перебил. — Только она лучше стреляла. И нейросети у них были не хуже. Имя?

— Ксан, — выдохнул чиновник. — Ксан Бертран. Я тут... мелкая сошка. Передаю, что велят. Не убивай меня... У меня жена, дети.

— Живи. — Клип хлопнул его по плечу. — До встречи.

Развернулся и покатил тележку к выходу. Синдикат. Kerr-блоки. Красные искины. Значит, война будет не только с бюрократией.

Он вышел из стеклянных дверей и остановился.

В лицо ударил холодный, чистый воздух. Запах хвои и снега. А в паре метров, на стоянке для служебного транспорта, стояла она.

Трина.

Клип замер. Вцепился в ручку тележки. В голове, привыкшей мгновенно обрабатывать информацию, стало пусто. Звеняще, абсолютно пусто.

Она стояла, кутаясь в длинное пальто из тонкой, дорогой шерсти цвета мокрого асфальта. Ветер трепал её волосы — тёмные, с рыжеватым отливом. Те самые. Лицо изменилось. Исчезла юношеская округлость, появились тонкие линии у губ, линия подбородка стала жёстче. Но глаза остались теми же. Серо-зелёные. Холодные. Оценивающие.

Нейросеть Клипа попыталась считать её статус, но наткнулась на блок — глушалка, личный шифратор высокого уровня. Глава администрации района. Ещё бы.

Она смотрела прямо на него. Не отрываясь.

Трина сделала шаг вперёд. Потом ещё один. Подошла близко. Запах её духов — тонкий, сложный, цветочный с древесными нотками. «Forbidden Rose». Она всегда любила эту марку. Только раньше покупала дешёвую синтетику за десять кредитов флакон. Сейчас — настоящий экстракт. Стоимостью в хороший аэромобиль.

— Здравствуй, Алан, — сказала она.

Голос изменился. Стал глубже, увереннее, с лёгкой хрипотцой. Голос женщины, привыкшей отдавать приказы, к которой приходят на приём по записи и которую боятся подчинённые.

— Трина, — выдохнул он. Собственный голос показался чужим, хриплым. — Ты... откуда узнала?

— Я глава администрации района. — Она чуть склонила голову, в жесте сквозила привычная снисходительность. — Мне докладывают о прибытии всех ветеранов с боевым опытом. А уж таких, как ты... — Она помолчала. — Почему не позвонил?

Прямой вопрос. В лоб. Как она умела.

Клип промолчал. Что он мог сказать? Что боялся? Что пятнадцать лет — пропасть? Что привык, что всех, кого любил, война отнимала?

— Я... только прилетел, — сказал он наконец.

— Вижу. — Трина оглядела его с ног до головы. Потрёпанная армейская куртка, удобные разношенные ботинки, трёхдневная щетина. Взгляд задержался на лице. — Выглядишь так, будто только что из рейда. Нейросеть не садится?

— Нормально. Блок сменил на подлёте. Часов на сорок хватит.

— Хочешь есть? — Она усмехнулась. — Ты всегда хотел есть. Твой дурацкий метаболизм.

Неожиданно. Она помнила эту мелочь. Клип почувствовал неприятный укол — то ли надежды, то ли сожаления.

— Хочу, — признался он. — Очень.

— Тогда поехали. — Она кивнула на аэромобиль. — Я отвезу. По дороге поговорим. У меня есть информация. Не очень приятная.

— Контейнеры?

— Мои ребята доставят. — Она махнула рукой. Из здания вышли двое в форме администрации, подхватили тележку. Клип заметил, как один из них покосился на маркировку «Дипломатическая почта», но ничего не сказал.

Клип помедлил секунду. Разведчик в нём, та часть, что не спала никогда, забил тревогу: зачем чиновнице высшего ранга лично встречать ветерана? Просто старая дружба? Нет. Трина Блэквуд ничего не делала просто так.

— Садись, не бойся. — Трина открыла дверцу. — Я не кусаюсь. У меня просто есть к тебе разговор.

Он сел. Салон — натуральная кожа, полированное дерево, климат-контроль, фильтрующий даже запахи города. На панели управления мигал индикатор заряда: аэромобиль питался от двух промышленных SOL-блоков, заряда хватило бы на месяц непрерывной работы. Трина села за руль, машина бесшумно взмыла в воздух.

Несколько минут летели молча. Трина влилась в воздушный поток, ловко лавируя между аэромобилями и грузовыми дронами. Клип смотрел в окно. Под ними проплывал Тереций: грязные серые многоэтажки Нижнего города, потом зелёные кварталы Среднего. А далеко наверху, у самой стратосферы, поблёскивали зеркальными куполами башни Стратос-Сити. Там жила элита, купаясь в искусственном солнце и чистом воздухе, питаемом от гигантских станционных резервуаров фазонита.

— Красиво? — спросила Трина, перехватив его взгляд.

— Контрастно.

— Это Кессалия. — Она усмехнулась. — Планета контрастов. Наверху — золотые унитазы и вечный праздник жизни. Внизу — крысы жрут друг друга, чтобы выжить. А знаешь, что самое смешное?

— Что?

— Что элита наверху точно так же жрёт друг друга. Только с помощью юристов и нейросетевых взломов, а не ножей. И дерьма там не меньше. Просто оно пахнет по-другому. Там у них Kerr на реакторы, а у нас SOL на обогрев. Вся разница.

Клип посмотрел на её профиль. Тонкий, чёткий, как вырезанный.

— Ты изменилась.

— Жизнь заставила. — Она пожала плечами. — Когда твои родители погибают при взрыве на фабрике, когда тебе восемнадцать, а на руках двухлетняя сестра, когда ты не знаешь, чем кормить её завтра и хватит ли SOL-блоков в батарее, чтобы оплатить квартиру, — быстро меняешься. Становишься практичной. Расчётливой.

— Я не знал, — тихо сказал Клип.

— А должен был? — Она резко повернула голову. — Ты был на войне. Там было не до новостей с захолустной планеты. Я понимаю.

Она не обвиняла. Констатировала факт. От этого было ещё больнее.

Аэромобиль начал снижение. Трина направила его к посадочной площадке перед небольшим, но дорогим рестораном в Среднем городе. Вывеска светилась мягким голографическим огнём: «Старый маяк».

— Здесь кормят по-настоящему, — сказала она, глуша двигатели. — Не синтетикой. Настоящее мясо, настоящие овощи. Хозяин держит ферму за городом, сам выращивает. Не чета вашим армейским пайкам.

Они вошли внутрь. В зале пахло жареным мясом, свежими травами, специями. У Клипа свело скулы от голода. Сели в угловой кабинет, отгороженный от основного зала полупрозрачными ширмами. Трина сделала заказ, не глядя в меню — она здесь явно часто бывала.

— Я привезла тебя не только поесть, — сказала она, когда официант — не дроид, а живой парень в белой рубашке — удалился. — У меня есть для тебя информация. И она тебе не понравится.

— Я слушаю.

— Твоя ферма. — Трина откинулась на спинку стула, изучая его взглядом. — Она в горной зоне. Это территория, подконтрольная Синдикату. У них там базы, лаборатории, производства. Они контролируют всё — от воды до воздуха. Если ты начнёшь там что-то делать, они это увидят в первый же день.

— Я знаю. Меня уже предупредили. — Клип вспомнил перепуганного Ксана. — Какой-то чиновник в порту, Ксан Бертран. Сказал то же самое. Сказал, что у них красные искины на охране периметра и наёмники на Kerr-блоках.

Трина приподняла бровь.

— Ксан? Мелкая сошка, бегает по поручениям. Но не врёт. У Синдиката действительно есть доступ к серьёзным ресурсам. Красный искин, пусть и не самого высокого уровня, они потянут. А Kerr... — Она помолчала. — Kerr они получают по своим каналам. Напрямую с чёрных дыр не лезут, слишком дорого, но скупят у старателей на Фронтире и перепродают с наценкой втридорога. У них своя логистика.

— И что ты собираешься делать?

— Работать. Растить рыбу. Дед оставил мне технологии. Это никому не мешает.

— Технологии? — Трина подняла бровь. — Какие технологии?

— Замкнутый цикл. Биохимия. Дед был гением. Если я правильно всё настрою, моя ферма будет производить тонны рыбы в год, не загрязняя окружающую среду. Это экологично и выгодно.

Трина задумалась. В её глазах мелькнул расчёт.

— Это интересно. — сказала она. — Очень интересно. Но Синдикату плевать на экологию. Им важно, чтобы ты платил. Или убирался. Ты готов платить?

— Нет.

— Тогда готовься к войне.

— Я солдат. — Клип пожал плечами. — Война для меня не в новинку.

— Это не та война, Алан. — Трина подалась вперёд, и в её голосе появилась страстность, которой он не ожидал. — Здесь не будет линии фронта и понятной цели. Здесь будут подставы, ложные обвинения, убийства через подставных лиц, давление на близких. Они раздавят тебя бюрократией, если не смогут убить. Ты видел Горный комитет? Это их люди. Торн — их марионетка. Они заморозят твою заявку на полгода, потом отклонят. А когда ты начнёшь работать без разрешения, вызовут полицию и арестуют тебя за незаконное предпринимательство. И это только начало.

Официант принёс еду. Клип с трудом заставил себя не наброситься на тарелку. Он ел медленно, обдумывая её слова. Мясо было настоящим, сочным, с кровью. Он почти забыл этот вкус.

— А ты? — спросил он. — Ты можешь что-то сделать?

Трина усмехнулась.

— Я могу попытаться прикрыть тебя бюрократией. Но у меня ограниченные ресурсы. И если Синдикат поймёт, что я тебе помогаю, они объявят войну и мне. Я не готова рисковать всем ради... — она запнулась. — Ради старой дружбы.

— Я и не прошу, — сказал Клип. — Я сам справлюсь.

— Алан... — она положила ладонь на стол, рядом с его рукой, но не коснулась. — Зачем ты вернулся? Правда. Не про деда, не про ферму. Зачем?

Он посмотрел на её руку. Тонкие пальцы, безупречный маникюр. Рука женщины, которая давно не знала физического труда. Наверное, SOL-блоки в её батарее заряжают слуги.

— Я не знаю, — честно ответил он. — Наверное, искал место, где можно остановиться. Война заканчивается, а ты продолжаешь бежать. Ищешь тихую гавань. Дом.

— И нашёл?

— Пока нет.

— А я? — тихо спросила Трина. — Я для тебя кто?

Вопрос повис в воздухе, тяжёлый и опасный. Клип поднял глаза. В её взгляде не было кокетства или надежды. Там был холодный интерес исследователя. Она изучала его, проверяла его реакцию, просчитывала варианты.

— Ты — единственное, что я помнил все эти годы, — сказал он медленно. — Твоё лицо, твой голос. Ты была тем, ради чего хотелось вернуться.

— А вернувшись, понял, что я стала другой.

— Другой, — согласился он. — Но не чужой.

Трина долго молчала, глядя на него. Потом убрала руку и откинулась на спинку стула.

— Ты наивный, Алан. — сказала она. — Это плохо для того, кто собрался воевать с Синдикатом. Но, может быть, именно это тебя и спасёт.

— Почему?

— Потому что они не ожидают, что кто-то будет играть честно. Они привыкли к циникам и продажным людям. Ты для них — загадка. А загадок они боятся.

Она встала, собираясь уходить. Клип тоже поднялся.

— Трина, — окликнул он её. — Спасибо за информацию. И за ужин.

Она обернулась. На мгновение в её глазах мелькнуло что-то похожее на прежнюю теплоту.

— Будь осторожен, Алан. И не доверяй никому. Даже мне.

Она ушла, оставив его одного. Клип стоял и смотрел ей вслед, пока она не скрылась за дверью. В голове было пусто и звонко. Пятнадцать лет он запрещал себе думать о ней — и вот она, реальная, живая, пахнущая цветами и властью. И всё равно — чужая. Недосягаемая. Часть той самой системы, которую он презирал.

На улице быстро темнело. Клип вышел из ресторана и глубоко вдохнул прохладный воздух. Организм снова требовал еды — ужин был вкусным, но недостаточно калорийным для его метаболизма. Он достал из кармана батончик, впился зубами, с наслаждением жуя синтетическую массу, которая для нормальных людей была несъедобной.

— Привыкаешь к местной кухне? — раздался насмешливый голос из темноты.

Клип обернулся. На скамейке, укрытая в густой тени, которую отбрасывала колонна, сидела девушка. Молодая, лет девятнадцать-двадцать, в дешёвой застиранной куртке и дырявых джинсах. Худое бледное лицо с острыми скулами, тёмные круги под глазами, коротко стриженные тёмные волосы. Она встала, подошла ближе, и он увидел её руки. Вся кожа от локтя до запястья была в шрамах — старых, неровных, от ожогов.

Нейросеть Клипа попыталась считать её статус — ничего, пусто. Ни имплантов, ни нейросети. Чистый человек. На Кессалии таких называли «нули».

— Не жую синтетику уже пять лет, — ответил Клип, дожёвывая батончик. — Но здесь выбора нет. Если хочешь настоящей еды, надо платить, а у меня пока только армейские запасы.

— С возвращением, — усмехнулась девушка. — Ты Клип, да? Алан Корвин, позывной Клип?

Клип напрягся. В одно мгновение тело подобралось, глаза сузились. Откуда она знает позывной? Нейросеть переключилась в боевой режим, но противник был один и без оружия.

— Кто ты? — спросил он спокойно, но в голосе появился металл.

— Меня зовут Зоя, — девушка не испугалась его тона. — Я племянница Ксана. Того, что в космопорту тебя встречал.

— А, — Клип расслабился, но не до конца. — Предупредительный чиновник.

— Он не чиновник, он шестёрка, — Зоя сплюнула на асфальт с отвращением. — Служит у мафии за мелкие подачки. Бегает, передаёт, шпионит. Но он мой дядя, плохого не посоветует. Он сказал, ты псих и собираешься воевать с Синдикатом в одиночку.

— Я собираюсь растить рыбу. — поправил Клип.

— Одно другому не мешает, — Зоя усмехнулась, и в этой усмешке было столько горечи, что Клип невольно проникся к ней интересом. — Слушай, Клип... Корвин... Я здесь выросла, в Нижнем городе. Я знаю, что такое Синдикат, не понаслышке. Моего отца они убили, когда я была мелкой. Просто убили, потому что он отказался платить дань за свою мастерскую. Сказали — несчастный случай, взрыв. А я видела, как они уходили.

Она замолчала, сглотнула. Потом решительно закатала рукав куртки до конца, обнажая все шрамы.

— Меня саму... это они меня учили быть послушной. — голос её дрогнул, но она взяла себя в руки. — Когда мне было шестнадцать, меня схватили и три дня держали в подвале. Требовали, чтобы я работала на их лабораторию — ремонтировала технику. Я отказалась. Они жгли меня, резали, топили в грязной воде. Я молчала. Потом сбежала. С тех пор живу в Нижнем городе, скрываюсь, меняю кварталы, ночую где придётся. Если они узнают, что я жива — убьют сразу. Мне терять нечего.

Клип долго смотрел на неё. На шрамы, на глаза, в которых горела не боль, а холодная, застарелая злость. Такие либо ломаются, либо становятся опаснее боевых дроидов.

— И чего ты хочешь от меня? — спросил он прямо.

— Работы, — ответила Зоя так же прямо. — Не здесь, не на мафию. У тебя. Ты будешь ферму поднимать — тебе нужны будут люди, которые умеют работать руками. Я умею чинить технику — любую, от древних движков до современных систем. Отец научил, а после смерти я сама доучивалась, потому что иначе не выжить. Я знаю горы, знаю, где можно спрятаться, знаю, как обойти блокпосты Синдиката. Я умею молчать. Возьми меня.

— Чем докажешь, что не стукачка?

Зоя усмехнулась и показала шрамы:

— Стукачкам такие подарки не делают. Стукачки получают деньги и новую жизнь. А я получила это. Если я тебя сдам, они меня убьют в ту же секунду, как только ты исчезнешь. Я для них — беглая собственность. Мне некуда идти, кроме как с тобой. Или в могилу.

Клип задумался. Девчонка говорила правду — ложь он чувствовал за версту, навык, отточенный годами допросов и вербовок. Она была отчаянием, злостью и надеждой, сжатыми в один тугой комок.

— Завтра в восемь утра у космопорта, — сказал он наконец. — Поможешь мне загрузить контейнеры в грузовик. Поедем на ферму, посмотрим, что там. Если не сбежишь по дороге и не подведёшь — может, и возьму. Есть будешь за мой счёт. Работать — руками.

Зоя расплылась в улыбке — редкой, искренней, осветившей её измождённое лицо.

— Не сбегу, — пообещала она. — Спасибо. Я приду.

Она развернулась и быстро, бесшумно, как тень, скользнула в темноту, растворившись среди грязных улиц Нижнего города. Клип смотрел ей вслед, чувствуя странную смесь надежды и тревоги. Ещё одна жизнь, за которую он теперь отвечает. Ещё одна душа, вплетённая в его судьбу.

Он снял комнату в ближайшей гостинице — дешёвом ночлежном доме для транзитных пассажиров. Грязная вывеска, узкий коридор, пахнущий плесенью и дешёвым синтетическим алкоголем. Комнатка оказалась крошечной: узкая койка с продавленным матрасом, пластиковый стол, стул, душ и туалет в одной кабинке. Зато чисто. И тихо — если не считать далёкого гула города и редких сигналов аэромобилей за окном.

Клип скинул куртку, бросил её на стул. Проверил уровень заряда поясной батареи — 82%. Можно не менять. Достал из кармана армейский нож, покрутил в руке и положил под подушку. Лёг на койку, закинул руки за голову, уставился в потолок — облупившуюся побелку, сквозь которую проступали пятна сырости.

Мысли не давали покоя. Трина. Какая она стала... Она была так близко сегодня, и в то же время бесконечно далеко. Холодная, расчётливая, опасная. Она явно что-то скрывала, чего-то боялась. Её слова о Синдикате, о том, что с ними нельзя воевать — это был не просто совет. Это было предупреждение. Или проверка?

Почему она приехала? Неужели просто из-за старой дружбы? Нет. Трина ничего не делала просто так. Ей что-то нужно было от него. Но что?

Он закрыл глаза. Сон не шёл. В голове мелькали обрывки воспоминаний. Дед, Эрвин Корвин, в своей лаборатории, пропахшей химикатами и озоном. «Ты особенный, Алан, — говорил он, глядя на внука поверх очков. — Но особенный — это не всегда хорошо. Иногда это значит — один против всех».

Потом — лица сослуживцев, которых он спас в том бою на станции «Галилей». Сержант Вега, с простреленной рукой, смотрит на него с благодарностью. И лица тех, кого спасти не удалось. Их было больше. Они приходили во сне, молчаливые, укоризненные.

Потом — Трина. Но не сегодняшняя, холодная и чужая, а прежняя. Она стоит на крыше, ветер треплет её волосы, и она говорит: «Вернись». Глаза её блестят.

— Я вернулся, — прошептал он в темноту. — Только поздно.

Где-то в горах, над его будущей фермой, шумел водопад. Вода падала с пятидесятиметровой высоты, разбиваясь в мелкую водяную пыль, которая искрилась в лунном свете. Холодная, чистая, насыщенная кислородом вода, несущая жизнь.

А в бункере, врезанном в скалу на другом конце горного массива, человек с седыми висками и тяжёлым взглядом смотрел на голографическую карту, где горела новая точка. Ферма в ущелье Ветров. Владелец — Алан Корвин, позывной Клип.

— Ветеран глубокого внедрения, — пробормотал Деймон Кроу, изучая данные. — Три боевых звезды. Отказ от повышения из-за принципов. Интересный экземпляр.

— Легат предлагает прижать его сразу, — сказал Серж, стоящий у двери. — Пока не обжился. Показать силу, чтобы знал своё место.

— Нет, — Кроу покачал головой. — Пока нет. Посмотрим, что он будет делать. Если умный — договоримся. Если нет... — он помолчал, глядя на точку на карте. — Если нет, тогда ты пошлёшь людей. Он мне покоя не даёт, этот ветеран.

Он откинулся в кресле, массируя переносицу. Воспалённые от недосыпа глаза смотрели устало. Сорок восемь лет. Двадцать из них — в бегах, в криминале, в постоянной войне за выживание. Иногда он сам не понимал, кто он теперь — солдат, бандит, бизнесмен или просто живой мертвец.

— Легат пусть занимается своими делами, — сказал он. — Я сам решу, когда и как.

Серж пожал плечами и вышел. Кроу остался один. Он снова посмотрел на карту, на точку, обозначающую ферму.

— Ну, здравствуй, сосед, — прошептал он. — Посмотрим, кто ты на самом деле. И посмотрим, на чьей ты стороне.

Глава 2

Утро в Тереции наступило серое, промозглое. Мелкая морось висела в воздухе, оседая на пластике и бетоне, смешиваясь с выхлопами атмосферных буксиров и запахом дешёвого синтетического топлива. Клип стоял у ворот грузового терминала, вглядываясь в поток людей. Нейросеть фоном выводила уровень заряда — 78 процентов. Хватит на день, если не гонять лишнего.

Ровно в восемь из-за угла появилась Зоя. Та же дешёвая куртка, дырявые джинсы, но волосы влажно блестели — видимо, умылась под уличной колонкой, на щеках появился слабый румянец. Остановилась в двух метрах, соблюдая дистанцию. Привычка затравленного зверька.

— Не опоздала, — сказала она.

— Вижу. — Клип кивнул на ворота. — Контейнеры внутри. Нам нужен грузовик-вездеход с усиленной подвеской. На фазонитовых батареях, не на метане. Тут пункт проката за углом. Справишься?

Зоя усмехнулась.

— Я на таком с двенадцати лет гоняю. Отец учил. Там движок на два SOL-блока, если старые — жрёт как не в себя. Надо проверить уровень заряда, а то в горах встанем. У тебя запасные есть?

— Есть три. По тысяче гигаджоулей каждый. — Клип похлопал по поясной сумке. — Если что, перекинем.

Они прошли к пункту проката — обшарпанному ангару, где за пластиковым столом сидел толстый мужчина и чистил ногти маленьким ножом. Увидев Клипа, он лениво поднял взгляд.

— Чего надо?

— Грузовик-вездеход. На фазоните. На сутки.

— Тысяча кредитов залог, пятьсот — аренда. Блоки — за отдельную плату, если сядете.

Клип положил на стол стопку мятых купюр — физические кредиты, которые он обменял ещё в порту. Мужчина оживился, спрятал деньги и кивнул на дальний угол ангара.

— Третий справа. Ключи в замке зажигания. Заряд — восемьдесят процентов, блоки старые, но рабочие. Если сдохнете в горах — сами виноваты.

Зоя уже скользнула к машине, открыла капот, запустила руку в недра. Клип подошёл следом.

— Два старых куба, — сказала она, не оборачиваясь. — Один показывает восемьдесят, второй — шестьдесят два. Если по прямой — доедет. Но в горы... — она покачала головой. — До гор доедет, если не гнать. Обратно — не знаю. Но если застрянем, я починю. У тебя запасные блоки с собой?

— В контейнерах. Сейчас заберём.

Через полчаса они грузили три герметичных контейнера в кузов. Зоя оглядела технику с видом знатока, постучала по обшивке, заглянула под днище.

— Хлам, — вынесла вердикт. — Гравитаторы на шестьдесят процентов износа, подвеска убита, движок чинили кустарным способом. Но если заплатили пятьсот — нормально. Для наших целей сойдёт.

Они сели в кабину. Зоя за руль, Клип — рядом, положив на колени автомат, собранный за пять минут из деталей в контейнере. Зоя покосилась на оружие, но ничего не сказала. Машина взревела, вздрогнула и, подняв облако пыли, выехала с территории терминала.

Город провожал их равнодушными взглядами пустых окон. Трущобы Нижнего города тянулись километрами — серые многоэтажки с облупившейся краской, оборванные кабели, мигающие голограммы дешёвых забегаловок. Люди шли по улицам, сгорбившись, глядя под ноги. Крысиная возня, — подумал Клип. — Каждый сам за себя.

— Рассказывай, — сказал он, когда трущобы остались позади и дорога вырвалась на свободное пространство, петляя между холмами.

Зоя не отрывала взгляда от дороги. Руки на руле лежали уверенно, но Клип заметил, как чуть заметно подрагивают пальцы.

— Что рассказывать?

— Всё. Про отца. Про то, как выживала. Про Синдикат. Чем больше я знаю, тем меньше вероятность, что ты меня подставишь.

— Логично, — Зоя усмехнулась, но усмешка вышла горькой. — Отец, Игнат, держал мастерскую в Нижнем городе. Ремонтировал всё, от бытовых дроидов до гравидвигателей. Был честным, умелым, уважаемым. Когда Синдикат пришёл в наш район — это было лет десять назад, — они начали собирать дань со всех мастерских. Кто платил — работал дальше. Кто не платил — исчезал.

— Отец отказался?

— Он не то чтобы отказался, — Зоя сжала руль сильнее. — У него просто не было денег. Мы едва сводили концы с концами, мать работала на текстильной фабрике за гроши. А дань требовали каждый месяц, и сумму называли такую, что хоть продавай мастерскую. Отец просил отсрочку, пытался договориться. Они прикидывались добрыми — давали месяц, потом ещё один. А потом...

Она замолчала. В кабине повисла тишина, нарушаемая лишь шумом двигателя и шорохом шин по гравию.

— Взрыв.

— Взрыв, — эхом отозвалась Зоя. — Я была в школе. Прибежала — от мастерской ничего не осталось. И от отца тоже. Полиция сказала — утечка газа, несчастный случай. Но я видела их. Двоих, в серых плащах, они стояли через дорогу и смотрели, как горит. Когда я подбежала, они уже ушли.

— Ты заявила?

— Кому? — Зоя резко повернула голову, в глазах полыхнула злость. — Полиции, которая у них на зарплате? Судьям, которые их крышуют? Я пыталась. Меня никто не слушал. Сказали — иди, девочка, не мешай, мы разберёмся. Через месяц дело закрыли за отсутствием состава.

Дорога пошла в гору, становясь уже и извилистее. Аэромобили встречались реже, уступая место тяжёлым грузовикам и редким патрульным машинам. Нейросеть Клипа фоном сканировала частоты, отмечая подозрительные сигналы. Пока чисто.

— А мать?

— Мать не выдержала, — голос Зои дрогнул, но она быстро взяла себя в руки. — Начала пить. Сначала понемногу, потом каждый день. Я пыталась её остановить, но она только плакала и говорила, что без отца жизнь кончена. Через год её не стало. Официально — цирроз. А по факту — она просто не захотела жить.

— Сколько тебе было?

— Пятнадцать.

Клип смотрел в окно на проплывающие мимо серые скалы, поросшие редким кустарником. Он видел много смертей, много сирот, много сломанных судеб. Но каждый раз, когда слышал такое, внутри что-то сжималось. Не от жалости — от злости. От бессильной ярости перед системой, которая перемалывает людей, как жернова.

— А как выживала после?

— Как все. — Зоя пожала плечами. — Воровала, пряталась, ночевала в подвалах. Потом они меня поймали. — Она замолчала, потом вдруг резко выдохнула. — Не хочу об этом. Просто знай: я ничего им не сказала. Ни про дядю Ксана, ни про кого. Молчала, пока они жгли. А потом сбежала.

Клип кивнул. Больше он не спрашивал.

Они въехали в зону предгорий. Дорога сузилась до одного полотна, с одной стороны — скалистая стена, с другой — обрыв, внизу которого шумела горная река. Над головой нависали серые тучи. Воздух стал чище, холоднее, пахнущий хвоей и снегом.

— Красиво здесь, — неожиданно сказала Зоя. — Я в горах редко бывала. Всё время в городе, в этой каменной коробке. А тут... дышится по-другому.

— Дышится, — согласился Клип. Он смотрел на знакомые с детства очертания скал, и сердце билось ровнее, спокойнее. Дом. Почти дом.

— Расскажи о себе, — попросила Зоя. — Ты ветеран, это понятно. Но как ты дошёл до жизни такой? Ферма, война... почему вернулся?

Клип задумался. Обычно он не отвечал на такие вопросы. Но этой девчонке, со шрамами на руках и злостью в глазах, почему-то хотелось сказать правду. Или хотя бы её часть.

— Дед вырастил, — начал он. — Родители погибли, когда мне было десять. Официально — несчастный случай на производстве. Дед всегда подозревал заказное убийство. Он работал биоинженером, кибернетиком, разрабатывал технологии для военных. А потом отказался передать свои наработки каким-то людям из оборонки. Через месяц родители погибли.

— И ты думаешь, это связано?

— Дед был уверен. Он искал доказательства, но не нашёл. А когда мне исполнилось восемнадцать, он умер. Сердечный приступ. Здоровый, крепкий старик, который никогда не жаловался на сердце, — и вдруг приступ.

— Тоже подозрительно.

— Подозрительно, — согласился Клип. — Но доказательств нет. Я завербовался в контрактники, потому что нужно было заработать. Ферма после смерти деда пришла в запустение, мародёры растащили всё, что можно. Чиновники требовали налоги за землю, которой я не пользовался. Я улетел, чтобы вернуться и всё восстановить.

— И вернулся, — Зоя посмотрела на него с уважением. — Не все возвращаются.

— Не все, — эхом отозвался Клип.

Машина взобралась на очередной перевал, и перед ними открылась долина. Внизу, в окружении скал, укрытых редким лесом, виднелись развалины. Несколько полуразрушенных зданий, остатки теплиц, заросший сорняками пруд. И над всем этим — шум водопада. Вода падала с отвесной скалы, разбиваясь в пену, и этот звук был единственным живым звуком в долине.

— Вот она, — тихо сказал Клип. — Ферма. Дом.

— Выглядит... печально, — осторожно заметила Зоя.

— Это поправимо.

Она сбавила скорость, осторожно ведя машину по разбитой, заросшей тракторной колее. Кусты хлестали по бортам, камни стучали по днищу. Вдруг Зоя резко затормозила.

— Там что-то есть, — сказала она, вглядываясь вперёд. — У дома.

Клип напряг зрение, нейросеть подсветила картинку. У развалин главного здания стоял чей-то вездеход — помятый, старый, но на ходу. Рядом копошились две фигуры.

— Мародёры? — спросила Зоя.

— Или разведка Синдиката. — Клип перевёл автомат в боевой режим. — Глуши двигатель. Дальше пешком.

Они вышли из машины. Клип жестом показал Зое оставаться на месте, а сам скользнул в кусты, обходя развалины с фланга. Нейросеть работала в пассивном режиме, улавливая звуки. Двое у дома возились с дверью — пытались взломать замок. Один держал в руках резак, питаемый от переносного SOL-блока. Второй, с автоматом наперевес, оглядывал окрестности.

Дилетанты, — подумал Клип. — Выставили бы наблюдателя на холм, а не пялились по сторонам.

Он бесшумно приблизился на двадцать метров, лёг за валуном. Прицелился. Короткая очередь — и часовой с автоматом рухнул, не успев даже вскрикнуть. Второй дёрнулся, выронил резак, но Клип уже был рядом. Удар прикладом в затылок — и мародёр ткнулся лицом в землю.

Клип обыскал их быстро, профессионально. Ничего интересного — дешёвое оружие, пара старых SOL-блоков, немного кредитов. На лицах — печать наркоты и хронического недоедания. Местные шакалы.

— Чисто, — крикнул он в сторону, где осталась Зоя. — Выходи.

Зоя появилась из кустов, сжимая в руке какой-то арматурный прут. Увидела трупы, побледнела, но смолчала. Подошла, посмотрела на одного из мародёров.

— Знаю его, — сказала она тихо. — Это Шкет. Из шайки Борова, промышлял на Свалке. Они сюда забрели случайно, скорее всего. Ферма стоит заброшенная, вот и решили поживиться.

— Повезло, что не нарвались на засаду Синдиката, — Клип пнул тело. — Тащи их в кусты. Потом вернёмся, закопаем. Нечего здесь вонь разводить.

Вдвоём они оттащили тела в овраг за домом. Клип проверил периметр — больше никого. Вернулись к вездеходу мародёров. В кузове валялся всякий хлам, но нашлось и полезное: ящик с инструментом, несколько канистр с водой, пара старых одеял.

— Забираем, — решил Клип. — На ферме всё равно пусто, пригодится.

Они зашли в дом. Внутри — запустение. Мебель разбита, стены исписаны граффити, в углах — мусор и следы костров. Но каменные стены стояли крепко, и даже печь, сложенная дедом, не разрушилась. Клип провёл рукой по шершавой поверхности, и на мгновение ему показалось, что он слышит голос деда: «Крепкая, Алан. На века».

— Жить можно, — сказал он, оглядывая гостиную. — Если крышу починить и окна вставить.

— Ты серьёзно? — Зоя с сомнением посмотрела на дыру в потолке, сквозь которую виднелось серое небо. — Здесь же дубак будет. Зимой замёрзнем. И блоки сядут на обогрев за неделю.

— Утеплим, — коротко ответил Клип. — Пошли дальше. Проверим мастерскую и генератор.

Мастерская — почти целая, с остатками инструментов и верстаком. В углу стоял старый, покрытый пылью агрегат — термоядерный генератор, питаемый SOL-блоками. Клип открыл крышку, заглянул внутрь.

— Дедовский. Тяжёлый, но надёжный. Если запустить, энергии хватит на всё хозяйство.

— Чем запускать? — Зоя ткнула пальцем в пустой отсек для блоков. — SOL нужны. У тебя есть?

— В контейнерах. — Клип кивнул в сторону вездехода. — Три блока по тысяче гигаджоулей. Этого на полгода хватит, если экономить.

— А если Синдикат придёт? — Зоя посмотрела на него в упор. — Они же узнают, что ты здесь. Что тогда?

Клип помолчал. Потом достал из кармана маленький прибор — анализатор сигнатур, привезённый с войны. Включил, поводил им в воздухе. Прибор запищал, показывая слабый, но чёткий сигнал.

— Дрон, — сказал он. — В трёх километрах к востоку. Висит в воздухе, смотрит на нас.

Зоя побледнела.

— Синдикат?

— Скорее всего. — Клип убрал анализатор. — Значит, они уже знают. И будут действовать. Вопрос — как.

Он вышел из мастерской, оглядел горы. Где-то там, в бункере на другом конце хребта, человек с седыми висками смотрел на голографическую карту. Деймон Кроу. Или его пёс Легат.

— Что будем делать? — спросила Зоя.

— Готовиться. — Клип достал из контейнера ещё один автомат, протянул Зое. — Держи. Стрелять умеешь?

— Умею, — она взяла оружие, проверила магазин. — Отец учил. Но в людей не стреляла.

— Научишься, — коротко сказал Клип. — Если придётся. А сейчас — работать. Нужно осмотреть все постройки, проверить, что осталось. И найти место для засады.

— Засады?

— Они придут. Может, сегодня, может, завтра. Но придут обязательно. Мы должны быть готовы.

Зоя кивнула, сжала автомат. В её глазах был страх, но и злость — та самая холодная, застарелая злость, которую Клип заметил ещё вечером.

Они обошли все постройки. Теплицы — скелеты из металла и битого стекла. Пруд для рыбы — заросший тиной, но вода в нём была, чистая, холодная, из водопада. Клип зачерпнул ладонью, попробовал на вкус.

— Идеально. — Он кивнул. — Дед не зря выбрал это место. Кислород, температура, минеральный состав. Если запустить мальков и настроить биофильтры, через год тут будет тонна форели.

— Откуда ты всё это знаешь? — удивилась Зоя.

— Дед учил. Он говорил: «Рыба — это не просто еда, это экосистема». — Клип усмехнулся. — Я тогда не понимал, а теперь пригодилось.

В сарае нашли старые запчасти, двигатель от какого-то агрегата, куски металла. Зоя покопалась в железе, и её глаза загорелись.

— Хлам, но кое-что можно использовать, — сказала она. — Если есть нанофабрика, переплавим и сделаем новое. Из этого металла можно напечатать крепления для ловушек.

— Есть, — подтвердил Клип. — В контейнере. Только энергия нужна. Генератор проверим.

Они вернулись к генератору. Клип открыл панель управления, подключил тестер. Нейросеть помогла считать параметры — старый, но живой. Вставил один из запасных SOL-блоков. Генератор загудел, засветился индикаторами, и в мастерской зажёгся тусклый свет.

— Есть контакт! — Зоя улыбнулась, впервые по-настоящему, без горечи. — Работает, чертяка!

— Это только начало, — сказал Клип. — Завтра подключим остальное. И поставим ловушки.

— А сегодня?

— Сегодня — ночуем здесь. Я в доме, ты в мастерской. Если что — кричи. — Он протянул ей рацию, простую, на открытых частотах. — Дальность — километр. Если услышишь странное — сразу вызывай.

Зоя кивнула, взяла рацию. Клип вышел во двор, достал из контейнера ещё один прибор — датчик движения. Разложил вокруг дома четыре штуки, настроил на нейросеть. Теперь любое приближение на полкилометра будет отмечено на интерфейсе.

Вечерело. Солнце садилось за горы, окрашивая небо в багровые тона. Водопад шумел громче, наполняя долину ровным, успокаивающим гулом. Где-то вдалеке закричала птица. Клип сидел на крыльце, проверял оружие, перебирал магазины. Зоя вышла, села рядом, положила автомат на колени.

— Алан, — вдруг спросила она. — А почему ты мне помогаешь? Я же тебе чужая. Могу оказаться стукачкой, могу сбежать, могу подставить. А ты взял меня, кормишь, разрешаешь здесь быть. Почему?

Клип долго молчал. Он смотрел на закат, и в багровых лучах видел отражение своих мыслей.

— Потому что ты выжила, — сказал он наконец. — Потому что у тебя шрамы на руках, а ты всё равно здесь, не сломалась. Потому что мне нужны люди, которым можно доверять, а ты не врёшь. Я чую ложь.

— И всё?

— Этого достаточно.

Зоя кивнула, утирая глаза — то ли от ветра, то ли от чего-то другого.

— Спасибо, — повторила она. — За то, что дал шанс.

Они сидели молча, слушая водопад. Где-то в горах завыл зверь, и этот звук, такой дикий и древний, казался предупреждением. Клип думал о том, что дрон Синдиката уже засёк их. Значит, скоро будет встреча. Исход которой неизвестен.

Ночью ей приснился кошмар. Она снова была в том подвале. Запах сырости, горелой плоти, крики. Они смеялись, тыкали в неё раскалённым железом, а она кричала, но никто не слышал. Потом лицо одного из мучителей приблизилось, и она узнала его — тот самый, с блокпоста, который смотрел на неё сегодня утром.

Она проснулась в холодном поту. Сердце колотилось, руки дрожали. Села на своей лежанке в мастерской, обхватила колени руками. Водопад шумел за стеной, и этот звук постепенно успокаивал.

Дверь скрипнула. На пороге стоял Клип.

— Не спится? — спросил он тихо.

— Кошмар, — выдохнула она. — Приснилось... старое.

Он молча подошёл, сел рядом на ящик. Ничего не сказал, просто сидел и смотрел в темноту. Через минуту Зоя почувствовала, как дыхание выравнивается, страх отступает.

— Спасибо, — прошептала она.

— За что?

— Что не лезешь с расспросами. Просто... рядом.

— Бывает, — ответил он. — У меня тоже. Иногда они приходят. Лица тех, кого не спас.

— И что ты делаешь?

— Сижу. Смотрю на водопад. Думаю о том, что завтра нужно сделать. Это помогает.

Они сидели так до рассвета, молча, слушая шум воды. Когда небо на востоке начало светлеть, Клип поднялся.

— Завтра будет трудный день. Поспи ещё час. Они придут. Я знаю.

Он вышел. Зоя легла, закрыла глаза и на этот раз уснула без снов.

На блокпосте Синдиката, врезанном в скалу на другом конце горного массива, дежурный сменил картинку на экране. Дрон, зависший над фермой, передавал изображение: двое у костра, потом фигура, идущая к дому.

— Докладывай, — раздался голос из динамика.

— Новичок на ферме. С ним девка, местная, похоже. Сидят у костра. Приехали на старом вездеходе. Привезли контейнеры.

— Наблюдай. Легат хочет знать всё. Он уже выдвигается.

Экран погас. Дрон бесшумно развернулся и улетел в темноту, но Клип, стоявший у окна, успел заметить его инфракрасную сигнатуру на интерфейсе нейросети.

Он улыбнулся одними уголками губ.

— Ну, давай, — прошептал он. — Посмотрим, кто кого.

Глава 3

Утро на ферме началось с тумана. Он пришёл с рассветом, густой и белый, как парное молоко, затопил долину, скрыл водопад, скалы, даже ближайшие кусты. Мир сузился до нескольких метров вокруг дома, и в этой белой мгле звуки приобретали особую отчётливость — каждый шорох, каждый крик птицы, каждый удар сердца.

Клип стоял на крыльце, вглядываясь в молоко. Планшет в руках показывал картинку с дронов — те, поднявшись выше тумана, передавали чёткое изображение окрестностей. Ничего подозрительного. Нейросеть фоном выводила уровень заряда поясной батареи — 73 процента. Стандартный SOL-блок на десять мегаджоулей садился медленно, но верно. Хватит на день, если не гонять лишнего.

Зоя вышла из дома, зябко кутаясь в старую армейскую куртку, которую Клип дал ей вчера. Посмотрела на белую стену, нахмурилась.

— Ни хрена не видно, — сказала она. — Если они решат напасть сегодня, мы их заметим только когда они в дверь постучат.

— Дроны видят сверху, — ответил Клип, показывая планшет. — Туман только у земли. Если они пойдут, мы узнаем заранее.

— А если у них есть глушилки? Или свои дроны, которые собьют наших?

— Есть, — согласился Клип. — Поэтому я не сплю. И ловушки ставил с учётом.

Он спустился с крыльца, обошёл дом, проверяя датчики, разложенные по периметру. Четыре сигнальных мины на тропах, две звуковые ловушки в кустах, один тепловизор на восточном склоне. Всё питалось от отдельных SOL-блоков — маленьких, ёмкостью по сто мегаджоулей каждый. Если противник не дурак, первым делом попытается вырубить энергию.

Зоя пошла следом, молчаливая и сосредоточенная. В руках она сжимала автомат, который Клип дал ей накануне. За ночь она, кажется, ни разу не стреляла, но ствол держала уверенно.

За вчерашний вечер они успели немного — установили несколько сигнальных мин на дальних подступах, разложили дополнительные тепловизоры, настроили дронов на автоматическое патрулирование. Но этого было мало. Очень мало против хорошо вооружённой группы, которая знает местность и имеет поддержку.

Клип вернулся в дом, развернул на столе карту местности, загруженную в планшет. Зоя встала рядом.

— Смотри, — он ткнул пальцем в точку на восточном склоне. — Здесь единственная удобная тропа, по которой можно подойти скрытно. Если они пойдут, то скорее всего здесь. Мы поставили там две звуковые мины и тепловизор. Если мину обезвредят, тепловизор всё равно сработает.

— А если они пойдут с другой стороны? — спросила Зоя.

— С запада — отвесная скала. С севера — открытое плато, они будут видны за километр. С юга — дорога, по которой мы приехали, там пост Синдиката. Если они пойдут открыто, значит, не боятся. Значит, у них много людей и тяжёлое оружие. Или поддержка с воздуха.

— И что тогда?

— Тогда мы будем отбиваться, — просто ответил Клип. — И надеяться, что Кроу сдержит своё слово и не даст Легату развернуться.

— Ты веришь Кроу?

— Нет, — усмехнулся Клип. — Я верю, что ему выгодно пока не трогать меня. Этого достаточно. Кроу — бывший военный, он понимает цену войны. Легат — его пёс, но пёс может сорваться с цепи.

Они замолчали, глядя на карту. За окном туман начинал редеть — солнце поднималось выше, пробивая белую пелену. Где-то в горах завыл зверь, и этот звук, такой дикий и древний, казался предупреждением.

— Алан, — вдруг спросила Зоя, — а что, если они возьмут нас измором? Окружат, перекроют дороги, не дадут уйти? У нас еды на неделю, воды сколько угодно, но патроны… их не бесконечность. И SOL-блоки сядут.

— Знаю, — Клип посмотрел на неё. — Поэтому мы не будем сидеть в осаде. Если поймут, что мы здесь, они придут быстро. Легат не станет ждать. Он захочет доказать свою силу. И мы встретим его. А если блоки сядут — у нас есть дедовский генератор и запасные кубы в контейнере.

— Ты так уверен, что мы победим?

— Нет, — честно ответил Клип. — Но я уверен, что умру, но не сдамся. И тебе советую настроиться так же. Легат знает, что я ветеран. Он будет осторожен. Это даст нам время.

Зоя сглотнула, но кивнула.

— Хорошо. Я поняла.

День тянулся медленно, в напряжённом ожидании. Клип проверял оружие, перебирал боеприпасы, настраивал дронов. Зоя возилась с техникой, пытаясь улучшить систему фильтрации воды, но мысли её были далеко. К вечеру туман рассеялся окончательно, открыв долину в прозрачном осеннем свете. Водопад шумел, с гор тянуло холодом.

Около пяти часов вечера пискнул коммуникатор. Сообщение от неизвестного абонента, зашифрованное простым армейским кодом. Клип открыл, прочитал, и лицо его стало жёстче.

— Что там? — спросила Зоя.

— Ксан, — ответил Клип. — Пишет, что хочет встретиться. Говорит, важно. Срочно.

— Где?

— У старой метеостанции, в горах. Говорит, один. Пишет, что у него есть информация о Легате.

— Это ловушка, — сразу сказала Зоя. — Он работает на Синдикат. Они заставят его…

— Может быть, — перебил Клип. — А может, он действительно хочет помочь. Ты сама говорила, он твой дядя. И он знает, что я с тобой. Это меняет дело.

— Он слабый, — с горечью сказала Зоя. — Он всегда был слабым. Если они надавят, он сломается. Но… если это правда, если он знает что-то про Легата…

— Значит, пойду один. И буду осторожен.

— Я с тобой!

— Нет, — отрезал Клип. — Ты останешься здесь. Будешь следить за датчиками и дронами. Если что — уходи в подвал и не высовывайся. Я вернусь. Это приказ.

Зоя хотела возразить, но встретила его взгляд и поняла — бесполезно. Она только кивнула и отошла к пульту управления дронами.

Клип проверил оружие, взял с собой минимум — пистолет, нож, небольшой дрон-разведчик в рюкзаке, два запасных SOL-блока для нейросети. Вышел в сгущающиеся сумерки и быстро зашагал вверх по тропе, ведущей к метеостанции.

Старая метеостанция находилась в получасе ходьбы от фермы, на небольшом плато, откуда открывался вид на всю долину. Когда-то здесь работали автоматические датчики, передававшие данные в центр, но после закрытия станции всё пришло в запустение. Сейчас это были лишь ржавые развалины да пара уцелевших стен, обвешанных старыми антеннами.

Клип подошёл осторожно, используя камни как укрытие. Запустил дрона — тот бесшумно облетел развалины и передал картинку. Внутри одного из помещений сидел человек. Один. Ксан. Рядом с ним на стене мигал старый фонарь, питаемый от дешёвого SOL-блока.

Клип выждал ещё пять минут, проверяя окрестности на предмет засады. Нейросеть сканировала инфракрасный спектр — никого. Только ветер гуляет среди развалин да шуршит ржавым железом. Он убрал дрона, поднялся и вошёл внутрь.

Ксан сидел на ржавой бочке, ссутулившись, и при виде Клипа вздрогнул всем телом. Руки его дрожали, на лице застыл страх.

— Ты пришёл, — выдохнул он. — Я боялся, что не придёшь. Зоя с тобой?

— Зоя на ферме. Что случилось? — без предисловий спросил Клип. Рука его лежала на пистолете, нейросеть сканировала пульс Ксана — зашкаливает.

Ксан оглянулся, хотя вокруг никого не было, и заговорил быстрым шёпотом:

— Легат собирает людей. Человек двадцать, может больше. Он хочет напасть на твою ферму сегодня ночью. Я слышал разговор — он в бешенстве после того, как ты прогнал его мародёров. Кроу запретил ему, но Легат сказал, что плевать на Кроу, что он сам себе хозяин. У них есть дроны, глушилки, ЭМИ-гранаты. Они подготовились.

— Где они собираются?

— На старой базе за перевалом. Там шахта, они там оружие хранят. Сегодня вечером они будут готовиться, а в полночь выступят. У них два вездехода и один лёгкий гравилёт для поддержки с воздуха.

— Откуда ты знаешь?

— Меня посылали с бумагами, я слышал, — Ксан нервно сглотнул. — Я же шестёрка, меня не замечают. Думают, я пустое место. Но я понял, что это конец. Если они нападут и убьют тебя, Зоя останется одна. А она… она моя племянница, единственная родная душа. Я не хочу, чтобы она погибла. Я уже одну сестру потерял.

Клип смотрел на него. Трусливый, мелкий, продажный — но сейчас в его глазах было что-то похожее на решимость. И боль.

— Спасибо, — сказал Клип. — Ты рискуешь. Если они узнают…

— Знаю, — Ксан горько усмехнулся. — Если узнают, что я тебя предупредил, меня убьют. Но если ты погибнешь, Зою тоже убьют. Так что выбора нет. Я уже старый, мне терять нечего, кроме неё.

— Иди домой, — сказал Клип. — Сиди тихо. Если всё получится, я тебя прикрою. И запомни: ты ничего мне не говорил. Понял?

Ксан кивнул, встал и быстро, оглядываясь, зашагал вниз по тропе, то и дело проваливаясь в темноту. Клип смотрел ему вслед, пока тот не скрылся за скалами. Потом достал коммуникатор и набрал сообщение Кроу на тот самый канал, который дал Трине: «Легат готовит нападение сегодня ночью. Двадцать человек, гравилёт, дроны с глушилками. Ты в курсе?»

Ответ пришёл через минуту. Короткий, жёсткий: «Знаю. Он действует без моего приказа. Я не могу вмешаться открыто — мои люди разбегутся, если узнают, что я пресёк своего. Но могу дать совет: будь готов. И не убивай его, если сможешь — пусть живёт, чтобы я с ним разобрался сам. Держись, ветеран. Если выживешь — поговорим».

Клип усмехнулся, убрал коммуникатор и быстро зашагал обратно. Времени оставалось мало. Часа четыре, может, меньше.

На ферме его встретила взволнованная Зоя. Он кратко пересказал разговор с Ксаном, опустив детали про Кроу. Зоя побледнела, но взяла себя в руки.

— Сколько у нас времени?

— Часа четыре, может меньше. Надо готовиться. У них дроны и глушилки — значит, нашу связь они вырубят первым делом. И гравилёт — это проблема.

— Что будем делать?

— Менять тактику. — Клип развернул карту. — Они пойдут с востока, как мы и думали. Но с гравилётом они могут высадить группу с тыла, за скалы. Значит, надо прикрыть и западный фланг.

Они работали как заведённые. Клип переставлял ловушки, активировал все дроны, заряжал оружие. Зоя проверяла датчики, устанавливала дополнительные заряды в сигнальных минах. К полуночи ферма превратилась в маленькую крепость. Но Клип знал: против двадцати хорошо вооружённых людей и гравилёта этого мало.

— Слушай, — сказал он Зое, когда всё было готово. — Если начнётся бой, ты сидишь в подвале и не высовываешься. Я буду снаружи. Если я упаду — не выходи. Жди, пока они не уйдут. Потом бери запасные блоки и уходи через старую штольню. Карта у тебя в планшете.

— Я могу стрелять, — возразила она. — Я училась. Я не буду сидеть в подвале, как крыса.

— Стрелять и воевать — разные вещи. — Клип положил руку ей на плечо. — Ты нужна мне живой. Если я погибну, ты должна будешь выбраться отсюда и рассказать всё Трине. Она поможет. Ты поняла?

— Алан…

— Это не обсуждается. — Он посмотрел ей в глаза. — Обещай.

— Обещаю, — прошептала она.

Они сидели в темноте, прислушиваясь к ночи. Водопад шумел ровно, заглушая дальние звуки. Дроны патрулировали периметр, передавая картинку на планшет. Время тянулось бесконечно. Нейросеть Клипа работала в экономичном режиме, отслеживая сигналы.

В час ночи на экране замигали точки. Много. Шли с восточной тропы, быстро, не скрываясь. За ними — ещё одна группа, обходящая с запада. И в небе — тёплая точка гравилёта, зависшего в трёх километрах.

— Идут, — сказал Клип. — В подвал. Быстро. И выключи все приборы, кроме пассивных. Они включат глушилки — наша электроника их выдаст.

Зоя метнулась в дом, захлопнула за собой люк. Клип остался один. Он проверил автомат, гранаты, занял позицию за большим камнем в ста метрах от дома. Сердце билось ровно, спокойно. Адреналин вошёл в кровь, обострив чувства. Нейросеть переключилась в боевой режим, выводя на периферию зрения дистанцию до целей и примерный расход боеприпасов. Он снова был на войне.

Первые ловушки сработали, когда бандиты подошли к восточной тропе. Звуковые гранаты взорвались оглушительным воем, смешав строй нападающих. В темноте заметались фигуры, послышались крики, мат. Но тут же в небе замигали огни — гравилёт включил прожектора, заливая долину светом.

— В атаку! — заорал чей-то голос. — Они там! Вперёд! Глушилки на полную!

Клип почувствовал, как связь с дронами пропала — глушилки вырубили все частоты. Но он уже открыл огонь. Короткие очереди, прицельные, экономные. Двое упали. Остальные залегли, открыли беспорядочную стрельбу в сторону, откуда вёлся огонь. Пули взвизгивали над головой, высекали искры из камней.

Клип сменил позицию, перекатился за другой валун. Снова очередь. Ещё один бандит упал, схватившись за ногу. Но их было много, и они подходили с флангов. Гравилёт снизился, и из него ударил луч — мощный прожектор, за которым последовала очередь из крупнокалиберного пулемёта. Камни вокруг Клипа разлетались в щебень.

— Чёрт! — выругался он, отползая. — У них авиаподдержка!

Он достал из-за пояса ЭМИ-гранату, выдернул чеку и швырнул вверх, в сторону гравилёта. Вспышка, и гравилёт, потеряв управление, закачался и начал снижаться, пытаясь сесть. Пилот успел выровнять машину, но стрельба прекратилась.

Но бандиты уже были близко. Клип видел их фигуры, мелькающие между камнями. Стрелял, менял позицию, снова стрелял. Вокруг свистели пули, взрывались гранаты. Нейросеть отсчитывала оставшиеся патроны: два магазина, потом ещё один, потом в обойме.

Он почувствовал резкую боль в боку — рикошет? Пуля? Не до того. Главное — не останавливаться. Он отполз за скалу, перевёл дух, проверил магазин. Половина патронов кончилась. А бандитов всё ещё было много.

Вдруг с запада донеслись взрывы — ловушки Зои сработали. Крики, паника. Но основные силы уже подходили к дому. Клип видел, как фигуры в темноте окружают постройки. Гравилёт, чихнув двигателями, снова поднялся в воздух, заходя для новой атаки.

Не успеваю, — понял Клип. — Слишком много.

— Зоя! — крикнул он в коммуникатор, надеясь, что глушилки не добивают до подвала. — Активируй все ловушки! Все, какие есть! И не выходи!

— Уже! — раздался её голос, пробившийся сквозь треск помех.

Вдалеке ухнуло — звуковые гранаты сработали на восточной тропе. Потом ещё и ещё. Крики, паника. Но гравилёт уже нависал над домом, готовясь открыть огонь. Клип собрал последние силы, рванул наперерез, стреляя по прожектору. Попал — гравилёт качнулся, луч погас, но пулемёт продолжал молотить вслепую.

Клип упал, перекатился, выпустил последнюю обойму в сторону гравилёта. И вдруг в небе вспыхнуло — гравилёт взорвался, разлетевшись огненным шаром. Клип не понял, что произошло. Но в следующую секунду из темноты ударили новые выстрелы — прицельные, экономные, профессиональные. Бандиты заметались, пытаясь понять, откуда стреляют.

Из темноты вышли фигуры в камуфляже. Человек пять. Они двигались слаженно, прикрывая друг друга, зачищая сектор за сектором. Клип узнал стиль — армейский. Старый, но надёжный.

— Свои! — крикнул он, поднимаясь. — Кто вы?

— Люди Кроу, — ответил один из них, подходя ближе. — Он приказал вмешаться, когда понял, что Легат не остановится. Мы успели как раз вовремя. Ты как?

— Жив, — прохрипел Клип, чувствуя, как кровь заливает бок. — Легат?

— Ушёл, гад. С остатками своих. Но мы его зацепили. Думаю, теперь он заляжет на дно. Надолго.

Клип почувствовал, как сознание покидает его. Последнее, что он увидел, — лицо Зои, выбежавшей из дома, и чьи-то руки, вкалывающие ему в вену какой-то препарат.

Он очнулся через два дня. Лежал на кровати в доме, заботливо укрытый одеялом. Рядом сидела Зоя, бледная, с красными от недосыпа глазами. Увидев, что он открыл глаза, она вздрогнула и бросилась к нему.

— Алан! Ты жив! — она обняла его, и он почувствовал, как она дрожит.

— Жив, — прохрипел он. — Воды.

Она подала кружку, он с жадностью выпил. Нейросеть показывала уровень заряда — 12%. Последний блок почти сел.

— Что случилось? — спросил он. — Где те люди?

— Ушли, — ответила Зоя. — Сказали, что Кроу прислал их. Они перевязали тебя, сказали, что рана не опасная, пуля прошла навылет, не задела органы. Оставили лекарства и ушли. И ещё передали.

Она протянула ему коммуникатор. На экране было сообщение от Кроу: «Легат залёг на дно. Но он не успокоится. Будь готов. И ещё — спасибо, что не убил его. Я сам с ним разберусь. Твой должник, Кроу. P. S. Хороший бой, ветеран».

Клип усмехнулся и убрал коммуникатор. Должник. Хорошо. Пригодится.

— Легат?

— Ранен, но ушёл. Кроу сказал, что теперь он вне закона. Что объявит награду за его голову. — Зоя помолчала. — Алан, я… я убила человека. Того, что лез в окно. Я выстрелила из твоего запасного пистолета. И не чувствую ничего. Ни страха, ни сожаления. Только пустоту. Это нормально?

Клип посмотрел на неё. В её глазах был не вопрос, а мольба. Мольба о том, чтобы он сказал, что она всё ещё человек.

— Нормально, — сказал он. — Потому что ты защищала. А чувство придёт потом. Или не придёт. Но ты не стала монстром. Ты просто сделала то, что должна была.

Она кивнула, уткнулась лицом в его плечо и заплакала. Тихо, без всхлипов, просто слёзы текли по щекам. Клип обнял её и сидел так, пока не стемнело.

Через два дня он уже мог ходить. Зоя возилась у пруда, запуская в него первую партию мальков, которую привезли люди Кроу в благодарность за помощь. Рыба плескалась в чистой воде, и это зрелище было успокаивающим, почти мирным.

— Алан, — окликнула его Зоя. — Иди смотри. Они плавают!

Он подошёл, встал рядом. Маленькие серебристые рыбки сновали в прозрачной воде, и солнце играло на их чешуе. Нейросеть показывала уровень заряда нового SOL-блока — 94%. Жизнь налаживалась.

— Жизнь, — сказал он. — Начинается.

— Да, — улыбнулась Зоя. — Начинается.

Где-то в горах завыл зверь, но здесь, на ферме, было тихо и мирно. Война не кончилась, но первый бой был выигран. И впереди была надежда. А в бункере на другом конце хребта Деймон Кроу смотрел на карту и думал о том же, о чём думал каждый вечер: как выжить в этом мире и не потерять себя окончательно. Рядом стоял Серж и ждал приказа.

— Пока ничего не предпринимаем, — сказал Кроу. — Пусть Легат думает, что я его не вижу. Когда он ошибётся, мы его накроем.

— А если он ошибётся слишком поздно?

— Значит, будем ждать. — Кроу повернулся к Сержу. — Ты что-то хотел?

— Я хотел сказать, что люди недовольны. Говорят, ты слишком мягок с этим ветераном.

— Люди могут говорить что угодно, — отрезал Кроу. — Я здесь решаю. Этот ветеран мне нужен живым. Пока нужен.

Серж кивнул и вышел. Кроу остался один, глядя на карту.

— Ну, держись, ветеран, — прошептал он. — Скоро начнётся настоящее веселье. Ты ещё не знаешь, во что ввязался.

Глава 4

Неделя после боя пролетела как один день. Тяжёлый, въедливый, с мозолями на руках и болью в налитых свинцом мышцах. Но когда Клип вечером садился на крыльцо и смотрел, как Зоя возится у пруда с мальками, внутри разливалось что-то тёплое, давно забытое. Похожее на покой.

Рана в боку заживала медленно, но верно. Нейросеть каждое утро выводила на периферию зрения уровень регенерации — семьдесят два процента, потом семьдесят восемь, потом восемьдесят пять. Ещё неделя, и можно будет забыть про бинты. SOL-блоки в поясной батарее приходилось менять каждые два дня — организм тратил уйму энергии на восстановление. Хорошо, что запасных блоков было достаточно: три по тысяче гигаджоулей, привезённых с собой, плюс два трофейных, снятых с трупов мародёров.

Зоя оттаяла. Исчезла прежняя затравленность, расправились плечи, даже шрамы на руках, казалось, побледнели. Она много работала, но в перерывах могла рассмеяться какой-нибудь шутке, могла задумчиво смотреть на закат, могла просто сидеть рядом и молчать, и это молчание не было тягостным. Клип смотрел на неё и думал о том, как сильно она изменилась за эти недели. Из затравленного зверька, готового укусить любого, кто приблизится, она превращалась в уверенную, сильную девушку, которая знает себе цену.

Однажды утром, когда они завтракали на крыльце, на дороге показалась старая раздолбанная «Нива» на гравитационной подушке. Машина плюхнулась на поляну, подняв облако пыли, и из неё вылез пожилой мужчина в потертом армейском кителе. На поясе у него висел старый, ещё механический пистолет, и Клип машинально отметил, что оружие не заряжено — предохранитель снят, но магазин, скорее всего, пуст.

— Сильван, — представился он, протягивая руку. — Сосед твой, ежели можно так сказать. В трёх километрах отсюда моя фазенда.

Клип пожал руку. Ладонь у старика была сухая, мозолистая, крепкая. Нейросеть фоном вывела: пульс в норме, признаков обмана нет.

— Слышал про тебя, — продолжил Сильван. — Весь район гудит. Приехал ветеран, отшил легатовских шавок, да ещё и Кроу его не тронул. Ты, парень, или гений, или psychopath. Или просто везучий.

— Или просто повезло, — усмехнулся Клип. — Заходи, поешь с нами.

— Не откажусь. — Сильван полез в кузов, достал мешок. — Вот, Мира передала. Овощи свои, не синтетика. И сало. Настоящее, домашнее. А то у вас тут, поди, одни батончики армейские.

Зоя оживилась, принялась разбирать гостинцы. Клип кивнул, приглашая старика к столу. Нейросеть отметила, что мешок с продуктами не содержит ничего опасного — обычная еда.

Сильван сел, оглядел ферму цепким взглядом.

— Дед твой, Эрвин, царство ему небесное, хороший был человек. Я его лет тридцать знал. Умнейший мужик. И ферма у него цвела. А после смерти всё прахом пошло. Мародёры, налоги, Синдикат...

— Знаю, — коротко ответил Клип. — Я затем и вернулся.

— Один? — Сильван кивнул на Зою, которая уже скрылась в доме с мешком. — Девчонка местная, я слышал. Говорят, талантливая. Только битая жизнью.

— Это не моё дело, — сказал Клип. — Работает — и ладно.

— Правильно, — Сильван одобрительно хмыкнул. — Не лезь в чужую душу, пока не попросят. Моя Мира такая же была, когда я её из города вытащил. Тоже вся в шрамах, вся в обидах. А ничего, оттаяла. Теперь вон, пироги печёт.

Он помолчал, глядя на водопад.

— Ты с Кроу не спеши дружить, — вдруг сказал он. — Он, конечно, не зверь, как Легат. У него кодекс свой. Но бандит есть бандит. Сегодня он тебя не тронул, завтра — передумает. Должник — это хорошо, но долги в этом мире редко отдают по-честному.

— Я знаю.

— Знаешь, а дальше что? — Сильван прищурился. — Заявку в Горный комитет подал?

— Подал. Ещё до всего этого. Через терминал в порту.

— Ну, так они тебе её год рассматривать будут. А то и два. Торн там заправляет, а он с Кроу в доле? С Кроу — может, и нет, но с Легатом точно. Ты его людям по морде дал, он тебе это припомнит. Через бумажки. Им, чинушам, только дай повод.

— Посмотрим.

— Смотри, — Сильван поднялся. — Ладно, пойду. Мира ждёт. Если что надо будет — обращайся. Инструмент там, запчасти, совет стариковский — всё, чем богаты. У меня есть старый генератор на SOL-блоках, если ваш встанет — помогу.

— Спасибо, — сказал Клип. — За сало отдельно.

Сильван усмехнулся, махнул рукой и уехал, оставив после себя запах бензина и табака.

Зоя вышла из дома, жуя морковку.

— Добрый дядька, — сказала она. — Я таких не встречала. В городе все или бандиты, или жертвы. А этот — просто человек.

— В горах люди проще, — ответил Клип. — Здесь выживать надо, а не интриговать. Хотя и тут свои уроды есть.

— Ты про Легата?

— Про него и про тех, кто за ним стоит. Он не сам по себе. У него есть хозяин. Кроу.

Зоя помолчала, потом села рядом.

— Алан, а что, если они вернутся? Легат ранен, но не убит. Кроу сказал, что он залёг на дно, но это ненадолго. Он захочет отомстить.

— Вернётся, — спокойно сказал Клип. — Обязательно. Поэтому мы будем готовы.

— Как?

— Укреплять ферму. Делать запасы. Учиться воевать. Ты уже умеешь стрелять, но этого мало. Надо понимать, как они думают, как двигаются. И надо узнать, кто такой Кроу на самом деле. И что ему нужно.

— Научишь?

— Научу.

Они сидели молча, глядя на воду. Клип думал о том, что сказал Сильван. О Кроу, о Торне, о бюрократической машине, которая уже запустила свой механизм. Надо было что-то делать. Идти в город. Встречаться с Триной. Искать союзников.

Но сначала — работа.

День пролетел незаметно. Клип возился с нанофабрикой, настраивал её под новые задачи. Это был компактный станок, работающий от SOL-блоков, способный печатать любые детали из металлолома. Дед собрал его по чертежам ещё двадцать лет назад, и он до сих пор работал. Зоя колдовала над насосами и фильтрами для пруда. К вечеру они оба вымотались, но результат был налицо: вода в пруду стала прозрачнее, мальки активнее, а в мастерской появилось несколько новых полезных деталей, напечатанных из старого металлолома.

— Знаешь, — сказала Зоя, когда они сидели у костра, — я никогда не думала, что это так... успокаивает. Возиться с железками, чинить, делать что-то полезное. В городе я только выживала, а здесь — живу.

— Это называется дом, — ответил Клип.

— У меня никогда не было дома, — тихо сказала она. — После смерти отца — только улица.

— Теперь есть.

Она посмотрела на него долгим взглядом.

— Ты странный, Алан. Все вокруг только и думают, как бы нагреть, обмануть, урвать. А ты — просто делаешь. И никого не боишься.

— Боюсь, — усмехнулся он. — Просто не показываю.

— Чего?

— Что не справлюсь. Что подведу тех, кто на меня рассчитывает. Что ты, — он кивнул на неё, — снова останешься одна.

Она отвернулась, но Клип заметил, как блеснули её глаза.

— Не останусь, — сказала она. — Если что — я сама за себя постою.

— Знаю.

Ночью Клип долго не мог уснуть. Лежал на койке, слушая шум водопада, и прокручивал в голове разговор с Сильваном. Торн. Горный комитет. Бюрократия. Он знал эту породу. Они не стреляют, не нападают по ночам, но могут задушить медленно, через бумажки, штрафы, суды. И если у Торна есть связи с Синдикатом, то рано или поздно они ударят именно с этой стороны.

Утром он принял решение. Надо ехать в город. Встретиться с Триной. Узнать, что происходит с его заявкой. И, возможно, найти способ надавить на Торна.

— Зоя, — сказал он за завтраком. — Я поеду в Тереций. Нужно разобраться с документами.

— Я с тобой.

— Нет. Ты останешься здесь. Присмотришь за фермой. Если кто придёт — уходи в подвал и жди. Я вернусь через день-два.

— Алан... — начала она, но встретила его взгляд и замолчала. Только кивнула.

Через час он уже сидел в старом вездеходе, проверял уровень заряда батарей. Два блока показывали шестьдесят и семьдесят процентов — до города хватит, если не гнать. На обратную дорогу придётся искать зарядку или покупать новые блоки. На счету у него было около пяти тысяч кредитов — остаток с последнего контракта, плюс трофейные деньги, снятые с мародёров. Должно хватить.

Дорога до города заняла два часа. Клип вёл машину осторожно, поглядывая на зеркала — нет ли слежки. Нейросеть сканировала частоты, отмечая подозрительные сигналы. Всё было чисто.

Он припарковался на окраине и пешком дошёл до здания администрации. Серое массивное сооружение с гербом Федерации на фронтоне внушало уважение и одновременно — тоску. Бюрократическая машина работала здесь без сбоев.

Трина ждала его в своём кабинете. Она была в строгом деловом костюме, волосы убраны в тугой пучок. Ни следа той девчонки, с которой он когда-то воровал яблоки. На столе перед ней мигал голографический экран с какими-то графиками.

— Садись, — сказала она, не поднимая головы от планшета. — Читай.

Клип взял планшет, пробежал глазами текст. Официальный отказ. «Отсутствие экологической экспертизы. Неполный пакет документов. Рекомендуется повторная подача через шесть месяцев». Внизу стояла подпись — Торн, председатель Горного комитета.

— Это Торн, — сказал он.

— Это Торн, — подтвердила Трина, наконец поднимая глаза. — Он специально затягивает. Хочет, чтобы ты или заплатил, или ушёл. Или чтобы Легат успел разобраться с тобой по-своему.

— Я не заплачу.

— Знаю. Поэтому я нашла другой вариант.

Она протянула ему ещё один планшет. На экране было письмо от судьи Эстер.

«Уважаемая Катрина Блэквуд. Ознакомившись с материалами дела гражданина Корвина, я нахожу основания для пересмотра решения Горного комитета. Предлагаю встретиться для предварительного обсуждения. С уважением, судья Эстер».

— Она согласна помочь? — удивился Клип.

— Она ненавидит Торна, — усмехнулась Трина. — У них старые счёты. Эстер — одна из немногих честных судей на этой планете. Если она возьмётся за дело, у тебя есть шанс. Но ей нужны доказательства.

— Что для этого нужно?

— Встретиться с ней. Завтра в полдень. Я договорилась. И принести всё, что у тебя есть на Торна и его связи с Синдикатом. Записи, документы, свидетельства. Что-нибудь найдётся?

Клип вспомнил о папке, которую когда-то дал ему Ксан. И о разговорах с Кроу.

— Может быть, — сказал он. — Есть кое-что. Но нужно проверить.

— Хорошо. Завтра расскажешь ей. — Трина помолчала, глядя на него. — Алан, будь осторожен. Торн уже знает, что ты здесь. Мои люди видели его людей у здания суда. Они следят.

— Я заметил.

— И ещё... — она запнулась. — Кроу выходил на связь. Сказал, что Легат залёг на дно, но это ненадолго. И что он, Кроу, не будет тебе мешать, пока ты не трогаешь его бизнес. Но если ты начнёшь войну с Торном, это может задеть и его. Будь готов к тому, что он выберет сторону.

— Я знаю.

Трина кивнула, и в её глазах мелькнуло что-то похожее на прежнюю теплоту.

— Тогда до завтра. Я пришлю адрес.

Клип вышел из кабинета, чувствуя на спине её взгляд. Тяжёлый, изучающий, полный невысказанных слов.

На обратном пути он думал о Трине. О том, какой она стала. О том, что между ними теперь — пропасть из пятнадцати лет, чужих смертей и вынужденных компромиссов. Можно ли её перепрыгнуть? Или они навсегда останутся по разные стороны?

Грузовик взбирался в горы, стрелка заряда батареи медленно ползла вниз. Клип посмотрел на индикатор — шестьдесят три процента. На обратную дорогу хватит, если не гнать. Но надо будет найти зарядную станцию в городе.

Вдруг пискнул коммуникатор. Сообщение от Кроу.

«Торн активизировался. В курсе твоей встречи с Триной. Будь готов к провокациям. Легат залёг на дно, но его люди рыщут. Не подставляйся. И помни: ты мой должник, но это не значит, что я буду тебя прикрывать вечно».

Клип усмехнулся. Кроу, кажется, всерьёз взялся его опекать. Или просто следил за каждым шагом.

Он убрал коммуникатор и вдавил педаль газа. Надо было успеть до темноты.

Ферма встретила его тишиной. Зоя сидела на крыльце с автоматом на коленях — видимо, всё это время караулила. Рядом с ней лежал запасной SOL-блок для подзарядки рации.

— Живой, — выдохнула она, увидев его.

— Живой.

Он сел рядом, достал батончик, откусил. Зоя смотрела на него с тревогой.

— Что там?

— Завтра встреча с судьёй. Торн давит, но есть шанс. Нужны доказательства. У меня есть кое-что, но надо проверить.

— Ты справишься?

— Посмотрим.

Они сидели молча, глядя на закат. Где-то в горах завыл зверь, и этот вой, такой знакомый за последние недели, уже не пугал. Он был частью этого места, таким же естественным, как шум водопада.

— Алан, — вдруг спросила Зоя. — А что, если у нас ничего не получится? Если они нас задавят?

— Тогда будем драться до конца.

— Я не о том. Я о том, что... — она запнулась. — Что будет с нами? С тобой и со мной?

Клип посмотрел на неё. В её глазах был страх, но не перед смертью. Перед одиночеством.

— Мы будем вместе, — сказал он. — Что бы ни случилось.

— Обещаешь?

— Обещаю.

Она улыбнулась и прижалась к его плечу. Водопад шумел, унося их тревоги в темноту. Нейросеть Клипа фоном отсчитывала проценты заряда, но он не обращал внимания. Главное было здесь и сейчас.

Глава 5

Утро следующего дня выдалось морозным и ясным. Иней покрывал камни и пожухлую траву, водопад шумел глуше обычного — видимо, где-то в верховьях начало подмораживать. Клип стоял на крыльце, проверяя снаряжение, и слушал, как Зоя возится в доме, собирая ему перекус в дорогу.

— Два батончика, вода, консервы, — перечисляла она, заглядывая в рюкзак. — Хватит? И запасной SOL-блок для нейросети, на всякий случай.

— Хватит, — ответил Клип. — Я быстро. Встречусь с судьёй и назад.

— Ты так и не поел нормально, — Зоя вышла на крыльцо, протягивая ему термос. — Вот, чай. Настоящий, Сильван дал. Не синтетика. И сало взял, Мира просила передать.

Клип взял термос, кивнул.

— Спасибо.

— Алан... — Зоя замялась. — Ты осторожнее там. В городе. Трина сказала, за тобой следят.

— Знаю.

— Я не о бандитах. Я о Трине. Она... она другая. Я видела, как она на тебя смотрела.

Клип посмотрел на неё. В глазах Зои была не ревность, а тревога. Настоящая, искренняя.

— Я помню, — сказал он. — Вернусь.

Он сел в грузовик, проверил уровень заряда батарей — восемьдесят один процент. Два блока, один старый, один трофейный. Нейросеть вывела на периферию зрения маршрут до города, оценочное время в пути и расход энергии. Два часа туда, два обратно, плюс час на встречу. Должно хватить, если не включать обогрев салона.

Зоя стояла на крыльце, кутаясь в куртку, и смотрела вслед, пока машина не скрылась за поворотом.

Дорога до города была пустынной. Клип ехал, поглядывая на зеркала, сканируя эфир, прислушиваясь к нейросети. Ничего подозрительного. Только редкие грузовики и патрульные дроны в небе. На одном из поворотов он заметил чёрный фургон, припаркованный у обочины — без опознавательных знаков, с затемнёнными стёклами. Нейросеть зафиксировала слабый сигнал сканирования — кто-то пытался считать его данные. Клип отключил внешние передатчики, оставив только пассивный приём. Фургон остался позади.

Уже следят, — подумал он. — Торн не теряет времени.

В город он въехал около одиннадцати. Оставил грузовик на платной стоянке на окраине Среднего города, расплатился двумя кредитами через нейросеть и пешком направился к зданию суда. Трина прислала адрес: не главное здание, а небольшой особняк в старом районе, где жили чиновники и судьи ещё с колониальных времён.

Особняк судьи Эстер стоял в глубине сада, окружённый высоким каменным забором с автоматическими воротами. Клип нажал кнопку вызова, камера сканировала его лицо, сверяясь с базой данных.

— Проходите, — раздался механический голос домового искина. — Вас ждут.

Ворота бесшумно открылись. Клип прошёл по дорожке, мимо заснеженных кустов, и поднялся на крыльцо. Дверь открыла сама Эстер — женщина лет пятидесяти с седыми волосами, собранными в пучок, и умными, пронзительными глазами.

— Алан Корвин? — спросила она.

— Да.

— Заходите.

Внутри было уютно — старинная мебель, книги на полках, картины на стенах. Пахло кофе и деревом. На столе мигал голографический экран с какими-то документами. Эстер провела его в кабинет, указала на кресло, села напротив.

— Трина много рассказывала о вас, — начала она без предисловий. — Но я хочу услышать от вас самого. Всё. Без утайки.

Клип кивнул и начал рассказывать. О деде, о родителях, о возвращении, о ферме, о Синдикате, о нападении Легата, о Кроу, о Торне. Обо всём, что имело отношение к делу. Эстер слушала молча, изредка задавая уточняющие вопросы. Когда он закончил, она долго сидела неподвижно, глядя в окно.

— Вы понимаете, против кого идёте? — спросила она наконец.

— Понимаю.

— Синдикат — это не просто банда. Это система. У них люди в Совете Губернаторов, в полиции, в судах. Даже я, при всей моей репутации, не застрахована от давления.

— Я знаю.

— И всё равно хотите бороться?

— Это моя земля. Моя ферма. Я не отдам её бандитам. И у меня есть человек, который на это надеется. — Он вспомнил Зою на крыльце. — Я не могу её подвести.

Эстер смотрела на него долго, изучающе. Потом кивнула.

— Хорошо. Я возьмусь. Но предупреждаю: будет трудно. Торн опытный игрок, у него связи. Нам понадобятся доказательства. Документы, свидетельства, записи.

— У меня есть кое-что, — Клип достал планшет. — Здесь записи разговоров с людьми Легата, с чиновниками. Видео с поста Синдиката. Данные о том, как они требовали взятку. Нейросеть фиксировала всё автоматически.

Эстер просмотрела материалы, и в глазах её мелькнуло удивление.

— Вы записывали? Осознанно?

— Привычка. Разведчик должен фиксировать всё. Особенно когда знаешь, что противник может использовать бюрократию.

— Это хорошо. Это очень хорошо, — она задумалась. — Но Торн не дурак. Он будет всё отрицать, скажет, что записи сфабрикованы. Нам нужно что-то более весомое. Документы, свидетели.

— Есть свидетель. Ксан Бертран, чиновник. Он работает на Синдикат, но он предупредил меня о нападении Легата. Думаю, если пообещать ему защиту, он может дать показания.

— Ксан? — Эстер удивилась. — Знаю его. Мелкая сошка, бегает по поручениям. Но если заговорит... Это риск. Его могут убить. Синдикат таких не прощает.

— Я попробую уговорить. Он дядя Зои, девушки, которая теперь со мной. Ради неё он может рискнуть.

— Попробуйте. А я пока подготовлю запросы. Первое предварительное слушание назначу на послезавтра. Надо дать Торну понять, что мы не шутим. И надо, чтобы вы были готовы к удару — они могут попытаться убрать свидетеля до суда.

Они обсудили детали ещё около часа. Клип чувствовал, что нашёл союзника — умного, осторожного, но решительного.

На прощание Эстер сказала:

— Берегите себя, Корвин. И Трину берегите. Она хорошая женщина, хотя и пытается казаться циничной. И не доверяйте нейросети на все сто — в городе полно глушилок и ловушек для таких, как вы.

— Постараюсь.

Выйдя от судьи, Клип направился к дому Ксана. Адрес ему дала Зоя — старый район Нижнего города, где жили те, кто не мог позволить себе лучшее. Узкие улочки, грязные подъезды, запах помоев и дешёвой еды. Нейросеть сканировала окружение, выявляя потенциальные угрозы: двое подростков у подворотни (не опасны), пьяный мужик на скамейке (не опасен), подозрительный тип в тени арки (наблюдает, пульс выше нормы, руки в карманах). Клип сделал вид, что не заметил, и свернул в переулок. Зашёл с тыла, обогнул дом и через чёрный ход поднялся на третий этаж. Дверь открыл сам Ксан. Увидев Клипа, он побледнел.

— Ты? Зачем? Я же всё сказал! Если узнают...

— Надо поговорить, — Клип шагнул внутрь, закрывая дверь. — Спокойно. Я не враг.

Квартирка была маленькой, заставленной старой мебелью. Пахло лекарствами и одиночеством. На столе стояла наполовину пустая бутылка дешёвого синтетического спиртного, рядом валялись какие-то бумаги.

— Чего тебе? — Ксан опустился на стул, руки его дрожали. — Если узнают, что ты здесь, меня убьют. И тебя, и меня.

— Не узнают, — пообещал Клип. — Я проверил. Тот тип в арке — он от Торна? Следит за домом?

Ксан вздрогнул.

— Откуда... да, от Торна. Они уже два дня пасут. Я даже выйти боюсь.

— Значит, времени мало. Слушай, мне нужна твоя помощь. Суд. Против Торна. Ты можешь дать показания.

Ксан замахал руками.

— Ты с ума сошёл! Я же шестёрка! Они меня сотрут в порошок! Ты видел, что они делают с теми, кто против них?

— Видел, — спокойно ответил Клип. — Но если ты не скажешь, они всё равно тебя убьют. Рано или поздно. Ты слишком много знаешь. И ты слишком слаб, чтобы быть полезным. Таких, как ты, они убирают без сожаления. Особенно после того, как ты предупредил меня. Если узнают — ты труп.

Ксан побледнел ещё сильнее.

— Ты... ты просто пугаешь меня.

— Я говорю правду. Подумай. У тебя есть шанс помочь нам, и тогда, если мы победим, ты будешь под защитой. Судья Эстер — честный человек. Она не даст тебя в обиду. И Зоя будет в безопасности. Ради неё.

— Эстер? — Ксан задумался. — Я слышал о ней. Говорят, неподкупная. Но... как она защитит меня? У неё нет армии.

— Будет. Я позабочусь. И Кроу обещал помочь. Если Торн сядет, Кроу станет легальным игроком. Ему это выгодно.

Ксан долго молчал, глядя в пол. Потом поднял глаза.

— А если я откажусь?

— Тогда я уйду. И ты останешься один. С ними.

— Ты жесток.

— Я реалист.

Ксан вздохнул, потёр лицо руками. Потом вдруг встал, подошёл к старому шкафу, достал потрёпанную папку.

— Вот, — сказал он, протягивая её Клипу. — Здесь всё, что я знаю. Документы, имена, даты. Я собирал их годами, на всякий случай. Думал, может, пригодятся, если придётся бежать. Тут и про Торна, и про Легата, и про Кроу. И про поставки Kerr-блоков на чёрный рынок. Торн через Синдикат продаёт их корпорациям на Фронтире, а отчётность рисует другую.

Клип открыл папку, пробежал глазами. Там были копии контрактов, записи разговоров, фотографии встреч Торна с Легатом и другими людьми Синдиката. И упоминания о Kerr — стратегическом ресурсе, оборот которого контролировала Федерация.

— Это то, что нужно, — сказал он. — Спасибо.

— Не за что, — горько усмехнулся Ксан. — Всё равно мне теперь не жить. Если не они, так совесть замучает. Но ты... ты присмотри за Зоей. Обещай.

— Обещаю.

— И вот ещё, — Ксан протянул ему маленький ключ-карту. — Там, в камере хранения на вокзале, ячейка 247. Там второй комплект, на всякий случай. Если со мной что-то случится...

— Не случится. Мы тебя вытащим. Завтра утром приедет машина, я отвезу тебя к Эстер. Она обеспечит охрану.

Ксан кивнул, но в глазах его была обречённость. Клип понимал: этот человек уже попрощался с жизнью. Но другого выхода не было.

Выйдя от Ксана, Клип снова заметил подозрительного типа в арке. Теперь их было двое. Они курили, делая вид, что не смотрят, но нейросеть зафиксировала, как один из них незаметно нажал на коммуникатор.

Докладывают, — понял Клип. — Времени мало.

Он быстро зашагал к стоянке, петляя по переулкам, чтобы сбить слежку. Нейросеть прокладывала маршрут, отмечая безопасные проходы. Через полчаса он был у грузовика. Заряд батарей упал до пятидесяти процентов — пришлось включить обогрев, чтобы не замёрзнуть в машине. Он достал из сумки запасной SOL-блок, заменил разряженный. Нейросеть показала 94%. Теперь хватит.

Он выехал из города, держась окольных улиц. На выезде его остановил патруль — двое полицейских с собаками-дроидами, сканирующими машины на предмет контрабанды. Клип предъявил документы, нейросеть подтвердила личность. Полицейский долго смотрел на экран, потом махнул рукой — проезжай.

Торн уже подключил полицию, — подумал Клип. — Значит, суд будет жёстким.

На ферму он въехал, когда уже смеркалось. Зоя встретила его на крыльце, с автоматом на коленях.

— Живой, — выдохнула она.

— Живой. — Он сел рядом, достал батончик, откусил. — Что у нас?

— Всё тихо. Дроны ничего не засекли. Но я слышала странные звуки со стороны перевала. Как будто техника работает.

— Легат не успокоился, — сказал Клип. — Готовится. А может, и не он. Торн тоже может ударить.

— Что будем делать?

— Ждать. И укрепляться. Завтра приедет машина, заберёт Ксана к судье. Потом суд. Если всё получится, Торн сядет.

— А если нет?

— Тогда будет война. Настоящая.

Они сидели молча, глядя на закат. Водопад шумел, унося их тревоги в темноту. Где-то в горах завыл зверь, и этот вой, такой знакомый, теперь звучал иначе — как предупреждение.

Ночью Клип долго не мог уснуть. Лежал, глядя в потолок, слушая шум водопада. Нейросеть работала в фоновом режиме, сканируя эфир, проверяя датчики по периметру. Всё было тихо. Слишком тихо. Он думал о том, что сказал Кроу: «Легат залёг на дно. Но он не успокоится». Значит, скоро будет новый удар. И на этот раз — более подготовленный. А теперь ещё и Торн со своей бюрократией.

Надо было найти союзников. Трина в администрации, Эстер в суде, Кроу в горах — но Кроу бандит, ему нельзя доверять. Этого мало. Нужны люди, которые умеют воевать. Нужно оружие, боеприпасы, дроны, системы защиты. И деньги. Всё это стоит кредитов, а кредиты кончаются.

Он закрыл глаза. Завтра будет новый день. И новые проблемы.

Утром пришло сообщение от Ксана: «За мной следят. Не выходите. Я сам доберусь». Клип выругался. Набрал номер — абонент недоступен.

— Чёрт, — сказал он вслух. — Они его взяли.

Зоя побледнела.

— Что будем делать?

— Ехать в город. Быстро.

Он схватил автомат, проверил запасные SOL-блоки. Зоя молча встала рядом.

— Я с тобой.

— Нет. Ты останешься здесь. Если мы не вернёмся к вечеру — уходи в подвал и вызывай Кроу. У тебя есть его частота?

— Есть.

— Действуй по обстановке. Если кто придёт — не геройствуй. Прячься.

— Алан...

— Зоя, — он положил руку ей на плечо. — Я вернусь. Обещаю.

Она хотела возразить, но встретила его взгляд и кивнула.

Клип сел в грузовик и выехал в ночь. Нейросеть работала на полную мощность, сканируя эфир, отслеживая угрозы. Впереди была дорога, полная опасностей. Но он знал одно: если он не успеет, Ксана убьют. А без Ксана рухнет всё дело.

Глава 6

Ночь опустилась на долину непроглядной чернотой. Тучи закрыли луну и звёзды, и только фары грузовика вырывали из темноты куски серого бетона дороги. Клип вёл машину на пределе возможного, нейросеть работала в форсированном режиме, сканируя местность и прокладывая оптимальный маршрут. Батарея показывала пятьдесят четыре процента. На обратную дорогу могло не хватить, если придётся гнать так же быстро. Но выбора не было.

Он вызвал Ксана по коммуникатору. Тишина. Ещё раз. Снова тишина. Только автоматическое сообщение оператора: «Абонент недоступен или находится вне зоны действия сети».

— Чёрт, — выдохнул Клип и вдавил педаль в пол.

Грузовик взревел, подпрыгнул на ухабе, но удержался на трассе. Нейросеть пересчитала расход энергии: если так продолжать, батарея сядет на подъезде к городу. Придётся искать зарядную станцию или покупать новый блок на чёрном рынке.

Он отогнал эту мысль. Сначала — Ксан.

В Нижний город он въехал около одиннадцати вечера. Улицы были пустынны, только редкие пьяные прохожие да патрульные дроны, лениво сканирующие окрестности. Клип оставил грузовик в двух кварталах от дома Ксана, заглушил двигатель. Батарея — сорок один процент. На обратную дорогу не хватит. Значит, придётся решать проблемы по порядку.

Он вышел, прислушался. Тишина. Только далёкий гул города и вой сирены где-то на окраине. Нейросеть переключилась в пассивный режим, сканируя инфракрасный спектр. Ничего.

Улицы Нижнего города пахли сыростью, дешёвым синтетическим алкоголем и ещё чем-то кислым, въевшимся в стены старых домов. Нейросеть вывела на периферию зрения карту местности, отметила троих подозрительных типов в подворотне справа. Клип сделал вид, что не заметил, но руку положил на нож под курткой. Типы проводили его взглядами, но не тронули. То ли почуяли опасность, то ли ждали кого-то другого.

Дом Ксана стоял в глубине двора, окружённый такими же обшарпанными пятиэтажками. Подъездная дверь была взломана, домофон вырван с корнем. Клип поднялся на третий этаж, стараясь ступать бесшумно. Нейросеть сканировала звуки: где-то наверху плакал ребёнок, в соседней квартире ссорились двое, а из-за двери Ксана доносилась тишина. Слишком тишина.

Он достал пистолет, проверил магазин. Прижался ухом к двери. Ни звука. Тогда он нажал на ручку — дверь была не заперта.

Внутри царил разгром. Стол перевёрнут, стулья разбросаны, содержимое шкафов вывалено на пол. В воздухе пахло порохом и кровью. Клип включил фонарь на коммуникаторе, осветил комнату.

Ксан лежал у стены, скорчившись в неестественной позе. Лицо было в крови, но грудь поднималась — жив.

Клип опустился рядом, проверил пульс. Слабый, но есть. Нейросеть быстро просканировала тело: множественные ушибы, два сломанных ребра, черепно-мозговая травма. Кровотечение внутреннее, но не критичное.

— Ксан, — позвал он тихо. — Ксан, слышишь меня?

Чиновник открыл глаза. В них плескался животный страх.

— Они... они пришли, — прохрипел он. — Искали документы. Я не сказал. Не сказал, где они.

— Молодец, — сказал Клип, доставая аптечку. — Сейчас я тебя подниму, и мы уйдём. Сможешь идти?

— Ноги... не чувствую ног...

Клип посмотрел вниз. Ноги Ксана были вывернуты под неестественным углом — позвоночник повреждён. Нейросеть подтвердила: перелом позвоночника в поясничном отделе. Даже если выживет, навсегда останется инвалидом.

— Чёрт, — выдохнул Клип. — Ладно, понесу.

Он взвалил Ксана на плечо, стараясь не причинять лишней боли, и двинулся к выходу. В подъезде было тихо, но нейросеть зафиксировала два сигнала на первом этаже — кто-то ждал внизу.

Клип остановился, прислушался. Шаги, приглушённые голоса. Как минимум двое. Возможно, те самые, что пытали Ксана и теперь ждут, не вернётся ли кто-нибудь за ним.

— Тихо, — шепнул он Ксану. — Сейчас будет шумно.

Он осторожно опустил чиновника на лестничной площадке между этажами, достал пистолет и двинулся вниз, стараясь ступать бесшумно.

Двое стояли у входа, курили и переговаривались. Один — здоровый, с бычьей шеей, второй — пониже, вертлявый. Оба при оружии, но расслаблены. Ждали.

Клип вышел из тени бесшумно, как кошка. Первый даже не успел обернуться — удар рукояткой пистолета в висок отправил его в глубокий нокаут. Второй дёрнулся, потянулся за оружием, но Клип уже был рядом. Короткий удар в горло, захват, бросок — бандит рухнул на пол, хрипя и пытаясь вздохнуть.

Клип обыскал обоих, забрал оружие, коммуникаторы, SOL-блоки из карманов. Потом поднялся к Ксану, взвалил его на плечо и вышел во двор.

— Сейчас будет больно, — предупредил он. — Терпи.

— Я... я потерплю, — прошептал Ксан.

Грузовик стоял на месте. Клип уложил Ксана на заднее сиденье, подключил ему инъектор с обезболивающим и сел за руль. Батарея — тридцать восемь процентов. До фермы — два часа быстрой езды. Не хватит.

— Ладно, — сказал он сам себе. — Будем решать проблемы по мере поступления.

Он выехал из города, держась окольных улиц, чтобы не нарваться на патруль. Нейросеть сканировала эфир, отмечая полицейские частоты. Всё было чисто.

Через полчаса батарея упала до двадцати пяти процентов. Клип остановился у придорожного кафе, которое работало круглосуточно. Такие заведения обычно имели зарядные станции для клиентов.

В кафе было пусто. Только сонный бармен за стойкой да двое дальнобойщиков, молча жующих синтетическую еду. Клип подошёл к стойке.

— Мне нужно зарядить грузовик, — сказал он. — Сколько стоит?

Бармен лениво глянул на него.

— Тысяча кредитов за полную зарядку. Или отдашь свой блок в залог, получишь заряженный за пятьсот.

Клип задумался. SOL-блок в грузовике — старый, но рабочий. Если оставить его в залог, получит заряженный, но неизвестно какого качества. С другой стороны, тянуть на двадцати пяти процентах до фермы — самоубийство.

— Давай за тысячу, — сказал он. — И мне нужен ещё один блок про запас. Есть?

— Есть, — оживился бармен. — Новый, сертифицированный, тысяча сто гигаджоулей. Пять тысяч кредитов.

— Дорого.

— Фронтир, начальник. Здесь всё дорого. Сами знаете, Kerr вообще не сыщешь, а SOL тоже не валяется.

Клип достал коммуникатор, перевёл деньги. Бармен кивнул на дверь в подсобку.

— Там зарядная станция. Подключишь сам. Блок в ящике у стены.

Клип вышел, подключил грузовик к станции. Нейросеть показала время зарядки: сорок минут до полного. Он вернулся в кафе, взял кофе и сел за столик у окна, откуда был виден грузовик.

Через десять минут в кафе вошли трое. Типичные бандиты — кожаные куртки, агрессивные лица, оружие на поясах. Они оглядели зал, остановили взгляд на Клипе, потом на грузовике за окном. Переглянулись.

Клип допил кофе, поднялся и вышел к машине. Зарядка шла, батарея показывала шестьдесят процентов. Он отключил кабель, сел за руль и тронулся с места, краем глаза заметив, как троица выскочила из кафе и запрыгнула в старый фургон.

— Началось, — пробормотал он и вдавил педаль.

Погоня длилась минут двадцать. Фургон был быстрее на прямых участках, но грузовик лучше держал дорогу на поворотах. Клип уходил в горы, где фургону было сложнее маневрировать. Нейросеть прокладывала маршрут, отмечая опасные участки, возможные засады, точки для отрыва.

На очередном повороте он резко затормозил, развернул грузовик поперёк дороги, перекрывая проезд. Выскочил, вскинул автомат. Фургон вылетел из-за поворота, водитель не успел среагировать — врезался в борт грузовика и замер, дымя разбитым радиатором.

Клип подошёл, открыл дверцу. Трое внутри были живы, но оглушены.

— Валите отсюда, — сказал он. — Пока я добрый.

Они выбрались, держась за ушибы, и, не оглядываясь, побежали вниз по дороге. Клип запрыгнул в грузовик, проверил батарею — сорок два процента. От удара пострадал левый борт, но двигатель работал.

Он поехал дальше, оставив разбитый фургон на дороге.

На ферму они въехали уже под утро. Зоя выбежала на крыльцо с автоматом, но, увидев Клипа, опустила оружие.

— Живой! — выдохнула она. — А это кто?

— Ксан. Его пытали. Помоги занести.

Вдвоём они перенесли чиновника в дом, уложили на кровать в маленькой комнатке. Зоя принесла аптечку, воду, чистые бинты.

— Что с ним? — спросила она, глядя на безжизненные ноги Ксана.

— Позвоночник сломали. — Клип сел на стул, устало потёр лицо. Нейросеть показывала 18% заряда — последний блок почти сел. — Если выживет — останется калекой.

— Это из-за документов?

— Да. Торн узнал. Искал компромат. Ксан молчал.

Зоя посмотрела на дядю, и в глазах её мелькнуло что-то — то ли жалость, то ли уважение.

— Он слабый, но не предатель, — тихо сказала она. — Я всегда это знала.

— Теперь знаешь точно, — ответил Клип.

Он достал из кармана документы, которые дал ему Ксан, — папку с бумагами и ключ-карту от ячейки. Положил на стол.

— Здесь всё. Имена, даты, контракты. Даже про Kerr-блоки. Торн продавал их на Фронтир через Синдикат. Если это обнародовать, ему крышка.

— Ты поедешь к судье?

— Завтра. Сначала надо привести Ксана в порядок и убедиться, что за нами не следят.

Зоя кивнула, взяла документы, пробежала глазами.

— Здесь есть про Кроу, — сказала она вдруг. — Смотри: поставки Kerr на его станцию. Он покупал у Торна.

Клип взял папку, перечитал. Действительно, в документах значилась компания-посредник, которая, судя по всему, принадлежала Кроу.

— Значит, они связаны, — медленно сказал он. — Кроу и Торн. Не напрямую, но через Синдикат. И Кроу знал, что я иду против Торна. Знал и молчал.

— Зачем?

— Ждал, чем кончится. Если бы я проиграл, он бы остался с Торном. Если выиграю — он на моей стороне. Умно.

— И что теперь?

— Теперь у нас есть рычаг. Кроу не захочет, чтобы его имя всплыло в связи с Торном. Особенно после того, как он обещал мне помочь. Значит, он будет вынужден поддерживать нас. Или хотя бы не мешать.

Зоя помолчала, потом спросила:

— А если он решит убрать нас, чтобы скрыть концы?

— Может, — согласился Клип. — Но тогда он потеряет лицо перед своими. Легат и так уже рыщет. Если Кроу предаст меня, его люди разбегутся. Он это понимает.

— Сложно всё.

— Война — она всегда сложная.

Они сидели молча, глядя на спящего Ксана. За окном занимался рассвет. Водопад шумел, смывая следы ночной гонки.

— Алан, — вдруг сказала Зоя. — Я хочу тебя кое о чём попросить.

— О чём?

— Научи меня воевать. По-настоящему. Не просто стрелять, а тактике, разведке, всему, что умеешь ты. Чтобы в следующий раз я не сидела в подвале, а была рядом.

Клип посмотрел на неё. В её глазах была решимость.

— Зачем?

— Затем, что я не хочу быть обузой. Если придётся драться, я хочу быть полезной. Не просто ждать и надеяться, что ты вернёшься.

Клип помолчал, потом кивнул.

— Хорошо. Начнём завтра.

Зоя улыбнулась.

— Спасибо.

— Не за что. Ты уже спасла меня однажды. Теперь моя очередь.

Она хотела ответить, но вдруг замерла, глядя в окно.

— Алан, там что-то есть.

Клип мгновенно подобрался, выхватил пистолет, выглянул в окно. На краю долины, у самого леса, мерцал огонёк. Не костёр — слишком ровный, слишком яркий. Фонарь.

— Кто-то идёт, — сказал он. — Один.

— Легат?

— Не похоже. Слишком открыто.

Он вышел на крыльцо, вглядываясь в темноту. Фигура приближалась — человеческая, в тёплой куртке, с рюкзаком за плечами. Когда она подошла ближе, Клип узнал его.

— Сильван, — выдохнул он. — Ты чего в такую рань?

Старик подошёл, тяжело дыша. Лицо его было бледным, встревоженным.

— Алан, беда, — сказал он, останавливаясь в двух метрах от крыльца. — Легат объявился. У меня на участке. Требует, чтобы я сказал, где ты. Грозит сжечь дом, если не скажу. Мира там, одна.

Клип напрягся.

— Сколько их?

— Человек пять. И техника — два вездехода. Они блокировали дорогу к моему участку. Я еле ушёл через старую тропу.

— Давно?

— Час назад. Если не вернусь, они начнут.

Клип посмотрел на Зою. Та уже стояла с автоматом, готовая к бою.

— Я пойду, — сказал он. — Ты остаёшься с Ксаном.

— Алан...

— Зоя, — перебил он. — Ты нужна здесь. Если это ловушка, и они пойдут на ферму, кто её защитит?

Она хотела возразить, но встретила его взгляд и кивнула.

— Я быстро, — сказал Клип, проверяя оружие. — Сильван, веди.

Они ушли в темноту, оставив Зою на крыльце с автоматом и тревогой в глазах. Водопад шумел, заглушая шаги. Где-то в горах завыл зверь.

Глава 7

Сильван шёл быстро, не оглядываясь. Старик двигался по тропе так уверенно, будто всю жизнь только и делал, что петлял между скал в темноте. Клип едва поспевал за ним, стараясь ступать бесшлунно и не потерять проводника из виду. Нейросеть работала в экономичном режиме, экономя остатки заряда — после замены блоков было 82%, но кто знает, сколько ещё придётся бегать.

— Далеко? — спросил Клип шепотом.

— Ещё минут десять, — отозвался Сильван, не сбавляя шага. — Тропа выведет прямо к скале за моим домом. Оттуда видно всё.

— Они знают про тропу?

— Нет. Только я и Мира. Мы её ещё когда ставили, чтоб от налогов прятаться.

Клип кивнул. Хорошо. Хотя бы небольшое преимущество.

Они поднялись на гребень, и Сильван замер, прижавшись к камню. Клип встал рядом, выглянул из-за укрытия. Внизу, в лощине, горели огни. Два вездехода стояли у дома Сильвана — старые, но мощные машины, с усиленной бронёй и пулемётами на крышах. Вокруг них копошились фигуры. Клип насчитал шестерых, но могло быть больше — часть могла быть внутри.

— Где Мира? — спросил он тихо.

— В доме, — голос Сильвана дрогнул. — Я видел, как они её завели. Свет горел в окне, потом погас.

— Жива. Иначе бы не стали тушить свет.

Сильван сжал кулаки, но смолчал.

Клип достал из рюкзака дрон-разведчик — маленький, почти игрушечный, с бесшумными винтами. Запустил его, наблюдая за картинкой на планшете. Дрон облетел дом, передал тепловую карту. В доме — двое. Один в дальней комнате, второй у входа. Снаружи — четверо, двое у вездеходов, двое патрулируют периметр.

— Легата не вижу, — сказал Клип. — Может, внутри.

— Что будем делать? — Сильван смотрел на него с надеждой.

— Ждать. Они будут ждать тебя. Значит, у нас есть время.

Клип отключил дрон, чтобы не светиться, и прижался к камню, наблюдая. В голове прокручивал варианты. Шестеро. У него — автомат, три магазина, пистолет, нож. И старик, который умеет стрелять, но без оружия. Плохой расклад.

— Сильван, у тебя дома есть оружие?

— Есть. Старая винтовка, в подполе. И пара гранат, ещё с войны остались.

— Доступ к подполу есть?

— Только изнутри. Если они не нашли...

— Значит, надо, чтобы они отвлеклись.

Клип снова включил нейросеть, пытаясь прикинуть дистанцию. До дома метров триста. Если идти напрямую, заметят сразу. Если ползти по кустам, можно подобраться метров на сто. Но пулемёты на вездеходах прошьют кусты за минуту.

Вдруг внизу раздался крик. Один из бандитов у вездехода замахал руками, указывая на что-то в стороне. Клип вгляделся. Из леса выходила фигура — высокая, в плаще, с автоматом наперевес. Легат.

Он подошёл к вездеходу, перебросился парой фраз с бандитами, потом направился к дому. У двери остановился, достал что-то из кармана — коммуникатор, судя по жесту. Через минуту из дома вышли двое, таща за собой Миру. Женщина была бледна, но держалась прямо.

Легат подошёл к ней, что-то сказал. Мира покачала головой. Тогда Легат поднёс к её лицу коммуникатор — видимо, показывал что-то. Мира снова покачала головой.

— Что он делает? — прошептал Сильван.

— Торгуется. Хочет, чтобы она сказала, где ты. Или где я.

Легат вдруг резко развернулся и пошёл к вездеходу. Один из бандитов подтолкнул Миру к дому. Дверь захлопнулась.

— Они её не убьют, — сказал Клип, хотя уверенности не было. — Пока ты не вернёшься, она нужна им живой.

— Я должен идти.

— Подожди. Есть идея.

Клип достал из кармана маленький прибор — глушилку ближнего радиуса, трофей с прошлого боя. Включил, настроил на частоты, которые использовали бандиты. Теперь связь между ними будет работать с помехами. Но надолго ли?

— Сильван, ты можешь спуститься к оврагу справа? Там густые кусты. Если они увидят тебя, поднимут шум. Я в это время зайду с другой стороны.

— Они меня сразу застрелят.

— Не сразу. Им нужно знать, где я. Ты скажешь, что я на ферме. Потом беги в кусты. Я прикрою.

Сильван посмотрел на него долгим взглядом, потом кивнул.

— Если меня убьют... присмотри за Мирой.

— Не убьют. Давай.

Сильван скользнул вниз по склону, исчезая в темноте. Клип переключил нейросеть в боевой режим, проверил оружие и начал обход. Он двигался быстро, но осторожно, используя каждую складку местности. Глушилка работала, но неизвестно, заметили ли они.

Минут через пять он был в ста метрах от дома, за грудой камней. Отсюда было видно вездеходы — они стояли метрах в двадцати друг от друга, пулемёты на крышах смотрели в разные стороны. Один из бандитов курил, сидя на подножке. Второй ходил вдоль дома.

Вдруг с другой стороны раздался крик. Сильвана заметили. Бандиты засуетились, пулемётчик развернул оружие. Клип рванул к ближайшему вездеходу, вскочил на подножку, оглушил курильщика ударом приклада. Пулемётчик обернулся, но Клип уже был рядом — очередь в упор, тело сползло на землю.

Из дома выбежали двое. Клип укрылся за вездеходом, открыл огонь на подавление. Бандиты залегли, начали стрелять в ответ. Пули взвизгивали над головой, высекали искры из металла.

— Сильван! В дом! — крикнул Клип, перезаряжаясь.

Старик уже бежал к крыльцу, пригибаясь. Дверь была открыта. Он влетел внутрь, и через секунду оттуда донеслись выстрелы — старая винтовка заработала.

Клип бросил гранату в сторону второго вездехода, где засели двое. Взрыв, крики. Он перекатился, сменил позицию, снова открыл огонь. Ещё один бандит упал. Оставшиеся двое попытались отступить к лесу, но Клип достал их длинной очередью.

Тишина. Только звон в ушах и запах пороха.

Клип поднялся, подошёл к дому. На крыльце стоял Сильван, бледный, с дымящейся винтовкой в руках. Рядом с ним — Мира, живая, но испуганная.

— Легат? — спросил Клип.

— Ушёл, — ответил Сильван. — Как началась стрельба, он прыгнул в вездеход и уехал. Тот, что дальше стоял.

Клип выругался. Осмотрел тела — ни одного знакомого лица. Только наёмники.

— Надо уходить, — сказал он. — Скоро сюда нагрянут или его люди, или полиция. Собирайте вещи, берите что нужно. Поедете с нами.

Мира кивнула, скрылась в доме. Сильван остался на крыльце, глядя на дымящиеся останки вездехода.

— Спасибо, Алан, — сказал он тихо. — Ты рисковал.

— Мы в расчёте. Вы меня предупредили, я вас вытащил.

— Что теперь?

— Теперь — суд. И война. Легат не успокоится, пока не убьёт меня. Или я его.

Они двинулись обратно, по тропе, через горы. Мира шла молча, только иногда оглядывалась на свой дом, оставшийся внизу. Сильван нёс рюкзак с вещами и старую винтовку.

На ферму вернулись под утро. Зоя встретила их на крыльце, с автоматом наготове. Увидев Миру, облегчённо выдохнула.

— Жива? Слава богу.

— Жива, — ответила Мира, и вдруг заплакала. Зоя обняла её, повела в дом.

Клип сел на крыльцо, достал батончик. Руки дрожали — адреналин отпускал медленно. Нейросеть показывала 34% заряда. Надо менять блок.

Сильван присел рядом, достал флягу, протянул.

— Выпей. Легче станет.

Клип сделал глоток — обжигающая жидкость прочистила горло. Водка, настоящая, не синтетика.

— Что дальше? — спросил Сильван.

— Суд завтра. Если Ксан выживет и сможет говорить, у нас есть шанс.

— А если нет?

— Тогда будем воевать.

Сильван кивнул, глядя на горы.

— Знаешь, я ведь тоже когда-то воевал. Давно. Думал, что всё кончилось. Ан нет, война сама тебя находит.

— Всегда находит, — согласился Клип.

В доме зажгли свет. Зоя возилась с Ксаном, Мира помогала. Клип смотрел на звёзды, и думал о том, что Легат ушёл. Значит, будет новая атака. И maybe в следующий раз он придёт не с шестью, а с двадцатью.

Пискнул коммуникатор. Сообщение от Трины: «Торн узнал о документах. Завтра на суде будет прессинг. Будь готов. И ещё — у меня проблемы. Ларсен вышел. Он ищет меня».

Клип перечитал три раза. Ларсен — бывший муж Трины, которого она посадила. Вышел. Значит, теперь у неё свои проблемы.

— Чёрт, — выдохнул он.

— Что там? — спросил Сильван.

— Всё сложно. Но это уже мои проблемы.

Он поднялся, зашёл в дом. Зоя обернулась.

— Что-то случилось?

— Трина в опасности. Надо ехать.

— Сейчас? Ты только вернулся.

— Успею. За Ксаном присмотри. И за всеми.

Зоя хотела возразить, но встретила его взгляд и кивнула.

Клип проверил оружие, заменил SOL-блок. Нейросеть показала 96%. Хватит. Вышел на крыльцо, сел в грузовик. Двигатель завёлся с пол-оборота.

— Алан! — окликнула его Зоя. — Вернись.

— Обещаю.

Глава 8

Город встретил его запахом мокрого бетона и выхлопами атмосферных буксиров. Клип въехал в Тереций на исходе ночи, когда небо на востоке только начинало сереть. Дорога от фермы заняла два с половиной часа — он гнал машину на пределе, не жалея ни подвески, ни остатков заряда в SOL-блоках. Сейчас батарея показывала двадцать три процента. На обратную дорогу не хватит. Но это потом.

Он припарковался на той же стоянке, что и в прошлый раз, расплатился наличными — нейросеть не светил. Выйдя из грузовика, проверил оружие, заменил поясной блок на свежий. Нейросеть перезагрузилась, выводя на периферию карту города и последнее сообщение от Трины: «Ларсен вышел. Он ищет меня. Старая турбаза за Чёрным перевалом. Приезжай один».

Старая турбаза. Значит, прячется.

Он поймал такси — старый, дребезжащий аэромобиль с водителем-андроидом, у которого давно не меняли мимические программы. Лицо дроида застыло в вежливой улыбке, но голос звучал ровно, без эмоций.

— Куда, гражданин?

— Чёрный перевал. К старой турбазе.

Андроид моргнул — видимо, сверялся с картой.

— Это за городом, в горах. Зона слабого покрытия сети. Дополнительная плата — двести кредитов.

— Сто пятьдесят.

— Сто семьдесят пять.

— Договорились.

Аэромобиль взмыл в воздух, вливаясь в поток утреннего транспорта. Клип смотрел в окно на просыпающийся город. Люди спешили на работу, дроны-курьеры сновали между зданиями, где-то внизу открывались кафе. Нормальная жизнь. Для тех, кто не знает, что такое война.

Через полчаса город остался позади. Аэромобиль летел над серпантином горной дороги, петляя между скалами. Сеть начала пропадать — индикатор связи на панели мигал, показывая «слабый сигнал».

— Дальше только на досветовом, — сообщил андроид. — Ориентировочное время прибытия — двадцать минут.

Клип кивнул. Нейросеть переключилась в автономный режим, загружая карту местности из памяти.

Турбаза появилась из-за поворота неожиданно. Несколько старых деревянных домиков, окружённых высокими соснами. Когда-то здесь отдыхали горожане, но теперь строения выглядели заброшенными. Только в одном из них горел свет.

Аэромобиль опустился на заснеженную поляну. Клип расплатился, вышел. Андроид развернулся и улетел, оставив его одного в тишине.

Тишина здесь была особенная — густая, звенящая, нарушаемая только шумом ветра в кронах. Клип огляделся, положил руку на пистолет и направился к домику со светом.

Дверь открылась до того, как он постучал. На пороге стояла Трина. Без обычного делового костюма, в простом свитере и тёплой куртке, с распущенными волосами. Она выглядела усталой, но спокойной.

— Заходи, — сказала она тихо. — Быстро.

Внутри было тепло. В углу гудела печка, питаемая от небольшого SOL-блока. На столе лежал пистолет и несколько разряженных батарей. На кровати — раскрытый планшет с картами.

— Ларсен? — спросил Клип, садясь на табурет.

— В городе. Ищет меня. У него люди, связи, деньги. — Трина села напротив, сцепила руки в замок. — Он поклялся меня убить.

— Почему не обратилась в полицию?

— Смеёшься? У него там свои люди. Если я появлюсь в городе, меня убьют раньше, чем я дойду до участка.

Клип помолчал, глядя на огонь в печке.

— Документы у меня, — сказал он. — Ксан дал. Там всё — Торн, Синдикат, даже Кроу засветился. Если передать это судье Эстер, завтра Торн сядет.

— Если доживёшь до завтра. Ларсен знает, что ты мне помогаешь. Его люди уже спрашивали о тебе в порту.

— Я заметил.

Трина подняла на него глаза. В них была усталость и что-то ещё — может быть, страх, может быть, надежда.

— Алан, я не прошу тебя оставаться. Это моя война. Но если ты можешь... прикрой меня на сутки. Завтра утром я уеду. В другую систему, подальше отсюда.

— Куда?

— На Фронтир. Там меня не найдут.

Клип посмотрел на неё долгим взглядом. Пятнадцать лет. Она была той, из-за кого он хотел вернуться. И вот она здесь — просит защиты.

— Я останусь, — сказал он. — Но не на сутки. Пока Ларсен не сдохнет или не сядет.

Трина вздрогнула.

— Ты не обязан...

— Знаю. — Он перебил. — Рассказывай. Где он, сколько людей, что за связи.

Она рассказала. Ларсен вышел неделю назад, сразу нашёл старых подельников. У него человек десять, может больше. Базируется в Нижнем городе, в старом складском районе. Планирует удар сегодня ночью.

— Откуда знаешь?

— У меня там человек. Рискует, но передаёт. Ларсен хочет взять меня живьём. Потом — убить медленно.

Клип кивнул. В голове уже прокручивал варианты. Десять человек, складской район, ночь. Плохо. Но можно использовать.

— У тебя есть оружие, кроме этого? — он кивнул на пистолет.

— Ещё винтовка. В шкафу. И несколько гранат.

— Хорошо. Сейчас ты останешься здесь. Я съезжу в город, проверю обстановку. К ночи вернусь.

— Алан...

— Трина, — он поднялся. — Я не дам тебя убить. Не в этот раз.

Она хотела что-то сказать, но промолчала. Только кивнула.

Клип вышел из домика. Снег пошёл сильнее, заметая следы. Он достал коммуникатор, набрал сообщение Кроу: «Ларсен в городе. Ищет Трину. Можешь дать людей?»

Ответ пришёл через минуту: «Не могу. У меня свои проблемы. Но могу дать информацию: Ларсен закупал Kerr у Торна. Есть запись. Пришлю».

Kerr. Опять Kerr.

Клип убрал коммуникатор и зашагал к дороге. В голове созревал план. Если Ларсен связан с Торном, значит, можно ударить сразу по двум фронтам. Но для этого нужно, чтобы Трина дожила до суда.

Он поймал попутку — старенький грузовик с фермером, который вёз овощи на рынок. Фермер оказался разговорчивым, всю дорогу жаловался на налоги и дороговизну SOL-блоков. Клип слушал вполуха, думая о своём.

В город вернулся к обеду. Сразу направился к зданию суда. Эстер должна была быть там.

Она сидела в своём кабинете, заваленном бумагами. Увидев Клипа, отложила планшет.

— Вы? Я думала, завтра.

— Дело срочное. — Клип положил на стол папку с документами. — Здесь всё. Торн, Синдикат, поставки Kerr. И кое-что про Кроу.

Эстер пробежала глазами первую страницу, и лицо её стало мрачнее.

— Это бомба. Если обнародовать, полетят головы не только в комитете. Даже в Совете Губернаторов.

— Когда сможете использовать?

— Завтра на суде. Но... — она посмотрела на него. — Вы понимаете, что после этого Ларсен придёт за вами с удвоенной силой?

— Понимаю.

— И за мной тоже.

— Знаю. Поэтому у меня есть просьба.

— Какая?

— Дайте мне адрес, где вы будете ночевать сегодня. Я пришлю человека. Для охраны.

Эстер улыбнулась — устало, но благодарно.

— Вы не перестаёте меня удивлять, Корвин. Хорошо. Вот адрес. Там старый дом, я там редко бываю. Никто не знает.

Клип взял адрес, кивнул и вышел.

На улице быстро темнело. Он направился к стоянке, но на полпути остановился. Нейросеть зафиксировала слежку. Двое, в штатском, идут за ним, не скрываясь. Люди Ларсена.

Клип свернул в переулок, ускорил шаг. За спиной раздались шаги — они побежали. Он рванул вперёд, перепрыгнул через забор, приземлился в грязный двор. Сзади выстрелы — пули взвизгнули над головой.

Глупо, — подумал он, укрываясь за мусорными баками. — В центре города, средь бела дня.

Он достал пистолет, высунулся на секунду — двое бежали по переулку. Короткая очередь, один упал, второй залёг. Клип не стал ждать, рванул дальше, через проходные дворы, прыгая через заборы. Нейросеть прокладывала маршрут, выводя на карту безопасные проходы.

Через десять минут он выскочил к набережной. Здесь было людно, гуляли парочки, работали уличные кафе. Он смешался с толпой, замедлил шаг. Погоня отстала.

Он дошёл до стоянки, сел в грузовик. Батарея — пятнадцать процентов. Надо зарядить. Он подключился к терминалу, заплатил за экспресс-зарядку. Двадцать минут.

В голове прокручивал события дня. Ларсен знает, что я в городе. Значит, на ферму нельзя возвращаться — приведу хвост. Зоя справится. Ксан под присмотром.

Он набрал сообщение Сильвану: «Если кто придёт — уходите в подвал. Я задержусь».

Ответ пришёл быстро: «Понял. Держись».

Зарядка закончилась. Клип отключил кабель и выехал из города. В зеркалах заднего вида горели огни Тереция. Город, который никогда не спит. И где всегда найдётся враг.

Глава 9

Снег усилился, когда Клип подъезжал к турбазе. Фары грузовика выхватывали из темноты косые струи, похожие на трассерные очереди. Он заглушил двигатель за полкилометра до домиков, дальше пошёл пешком, проваливаясь в снег по щиколотку. Нейросеть работала в пассивном режиме, сканируя инфракрасный спектр. Вокруг — никого. Только тепло от домика Трины светился на дисплее оранжевым пятном.

Он постучал условным сигналом — три коротких, пауза, два длинных. Дверь открылась сразу.

— Живой, — выдохнула Трина, втягивая его внутрь. — Я уже думала, тебя там...

— Пытались, — коротко ответил Клип, стряхивая снег с куртки. — Двое. В переулке у суда. Одного зацепил, второй сбежал.

— Значит, знают, что ты здесь. — Трина побледнела, но голос оставался ровным. — Ларсен не будет ждать ночи. Он придёт сейчас.

— Сколько у нас времени?

— Час. Может, меньше. Люди Ларсена уже на подходе. Мой человек передал — они выехали из города полчаса назад. Три машины.

Клип подошёл к окну, осторожно выглянул. Темнота, снег, ни огонька. Идеальная погода для засады. И для нападения.

— Что у нас есть?

Трина открыла шкаф. Внутри висела старая армейская винтовка, пара гранат, несколько магазинов к пистолету и два запасных SOL-блока для обогревателя.

— Маловато, — констатировал Клип. — Но для обороны сойдёт.

Он быстро оценил позицию. Дом стоял на открытом месте, метрах в пятидесяти от леса. Единственное преимущество — подвал с отдельным входом сзади.

— План такой. Я встречаю их снаружи, работаю на опережение. Ты сидишь в подвале. Если услышишь стрельбу близко — не высовывайся. У тебя есть мой запасной пистолет?

— Есть.

— Держи наготове. Если в дом ворвутся — стреляй сразу, не раздумывая. Они будут не одни, у них могут быть дроиды-разведчики.

— Алан, — Трина взяла его за руку. — Ты не обязан...

— Обязан, — перебил он. — Я уже говорил. Не в этот раз.

Он вышел, прикрыв дверь. Снег всё валил, заметая следы. Клип обошёл дом, выбрал позицию за старым бетонным блоком, оставшимся от какой-то стройки. Отсюда просматривалась единственная дорога к турбазе. Нейросеть переключилась в боевой режим, заряд SOL-блока — 78%. Должно хватить.

Он ждал. Минуты тянулись бесконечно. Только снег шуршал по куртке, и где-то далеко ухала сова. Потом в наушнике раздался сигнал — Трина вызвала по рации.

— Алан, они на подходе. Три машины, остановились в километре. Высаживаются.

— Вижу.

Нейросеть уже засекла тепловые сигнатуры. Двенадцать человек, рассредоточиваются веером, идут к дому. Опытные, не новички. У двоих на плечах — дополнительные источники тепла, похоже на турели или тяжёлое оружие.

Плохо. Если у них гранатомёты, дом разнесут за минуту.

Клип переключился на другой канал — частоту, которую дал Кроу. Включил передачу.

— Кроу, если слышишь — Ларсен здесь. Двенадцать стволов. Мне бы помощь.

Тишина. Только помехи.

Не успеет. Или не захочет.

Первые фигуры показались из-за поворота дороги. Шли осторожно, пригибаясь, используя деревья как укрытие. Клип замер, сливаясь с бетонным блоком. Нейросеть подсветила цели.

Сто метров. Восемьдесят. Пятьдесят.

Он выстрелил первым. Короткая очередь — двое упали. Остальные залегли, открыли ответный огонь. Пули взвизгивали над головой, высекали искры из бетона. Клип перекатился, сменил позицию, снова очередь. Ещё один.

Но их было много. Они обходили с флангов. У двоих в руках блеснули стволы гранатомётов.

Сейчас начнётся.

Клип рванул к дому, на ходу стреляя по силуэтам. Граната ухнула слева, взрывной волной его бросило на снег. В ушах зазвенело, нейросеть на секунду моргнула, перезагружаясь. Он поднялся, отполз за угол дома.

Из темноты вышли трое. Он выстрелил почти в упор — двое упали, третий успел нырнуть за дерево. Клип сменил магазин, краем глаза заметил движение у задней двери. Подвал. Там Трина.

Он рванул туда, но дорогу перерезали двое с гранатомётами. Один уже прицелился в дом.

— Нет!

Клип выстрелил, но поздно. Граната ушла в окно. Взрыв разнёс стену, дом охнул и начал оседать.

— Трина!

Он бросился вперёд, стреляя на ходу, не целясь. Кто-то упал, кто-то закричал. Он влетел в дым и пыль, провалился в пустоту — пола под ногами не было. Очнулся в подвале, придавленный обломками.

Рядом кто-то шевелился. Трина. Живая.

— Ты цела? — прохрипел он, пытаясь встать.

— Кажется... да. Алан, они идут.

Сверху слышались шаги, голоса. Ларсен кричал:

— Найти её! Живьём, суки!

Клип вывернулся из-под досок, нащупал пистолет. В магазине оставалось три патрона. У Трины — её пистолет, полный.

— Сколько у тебя?

— Две обоймы.

— Значит, будем драться.

Они затаились в углу подвала, среди рухнувших балок. Сверху светил фонарь, шаги приближались. Ларсен спустился первым, за ним ещё двое.

— Трина! Я знаю, ты здесь. Выходи, и я обещаю быструю смерть. Будешь прятаться — буду резать медленно, по кускам.

Клип выстрелил. Ларсен дёрнулся, упал, но тут же вскочил — пуля только зацепила плечо. Ответный огонь из трёх стволов заставил их вжаться в обломки.

— Глупо, ветеран, — крикнул Ларсен. — Очень глупо. Теперь вы оба умрёте.

Вдруг сверху раздался новый звук — стрельба, крики, потом рёв двигателей. Кто-то ворвался в дом сверху. Ларсен обернулся, выругался.

— Какого чёрта?!

Голос, который Клип узнал бы из тысячи.

— Ларсен! Ты думал, я не узнаю, что ты торгуешь Kerr с Торном за моей спиной?

Кроу.

Ларсен замер, потом выстрелил в потолок. В ответ — длинная очередь, и один из людей Ларсена рухнул. Второй побежал вверх по лестнице, но там его встретили.

Кроу спустился в подвал с двумя своими людьми. В руках у него был автомат, лицо — злое, сосредоточенное.

— Ларсен, ты конченый. Я дал тебе шанс, когда ты пришёл ко мне. А ты продал меня Торну. За Kerr. За гребаную энергию.

— Кроу, послушай...

— Нет. Ты уже всё сказал. — Кроу выстрелил. Ларсен упал, не успев даже вскрикнуть.

Кроу повернулся к Клипу и Трине. Посмотрел на них долгим взглядом, потом кивнул.

— Живы? Хорошо. Вставайте. Надо уходить, пока сюда не нагрянула полиция. Или ещё кто.

Клип помог Трине подняться. Она была бледна, но держалась.

— Спасибо, — сказал он Кроу.

— Не за что. Мы в расчёте. Ты не убил Легата, я спас твою женщину. Квиты.

— Она не моя женщина.

— А мне всё равно. — Кроу усмехнулся. — Пошли. У меня есть вертолёт. Отвезу вас, куда скажете.

Они выбрались из руин. Снаружи снегопад усиливался, заметая следы боя. Три трупа лежали у крыльца, ещё двое — у дороги. Остальные, видимо, сбежали.

Вертолёт стоял на поляне — старая, видавшая виды машина, с усиленной бронёй и пулемётом на борту. Кроу помог Трине забраться внутрь, сам сел за штурвал.

— Куда?

— В город, — сказала Трина. — К судье Эстер. Завтра суд.

Кроу кивнул, поднял машину в воздух. Снег бил по стёклам, но двигатель работал ровно, питаемый от двух мощных SOL-блоков.

— Значит, завтра Торн сядет? — спросил Кроу, не оборачиваясь.

— Если повезёт, — ответил Клип.

— Повезёт. Я тоже буду там. Как свидетель. У меня есть кое-что на Торна. Записи его разговоров с Ларсеном. Про Kerr, про поставки. Думаю, судье будет интересно.

Клип посмотрел на Трину. Та улыбнулась — впервые за долгое время.

— Спасибо, Кроу.

— Я же сказал — мы в расчёте.

Вертолёт летел над горами. Внизу проплывали заснеженные вершины, где-то далеко уже виднелись огни города. Клип откинулся на спинку кресла и закрыл глаза. Завтра суд. А сегодня — маленькая победа.

Но он знал: война не кончена. Легат всё ещё где-то в горах. Торн ещё на свободе. И кто знает, что принесёт завтрашний день.

Вертолёт мягко коснулся посадочной площадки. Кроу выключил двигатели, повернулся к ним.

— Выходите. Мне пора. У меня свои дела.

— Увидимся завтра? — спросил Клип.

— Обязательно. — Кроу усмехнулся. — Я же сказал — буду свидетелем.

Они вышли. Вертолёт взмыл в небо и исчез в снежной мгле. Трина взяла Клипа за руку.

— Пойдём. Надо найти ночлег.

— К Эстер?

— Нет. К ней сейчас нельзя. Если Ларсен знал про неё, там могут быть люди. Есть одно место. Старая квартира, где я жила до всего этого. Там безопасно.

Глава 10

Утро перед судом выдалось морозным и ветреным. Низкие тучи неслись над городом, цепляясь за шпили небоскрёбов. Клип стоял у окна старой квартиры Трины, вглядываясь в серую мглу. Нейросеть показывала уровень заряда — 94%, новый блок, поставленный на рассвете. Трина возилась на кухне, пытаясь сварить кофе в древней турке, найденной в шкафу.

— Ты уверен, что Кроу придёт? — спросила она, не оборачиваясь.

— Сказал, что придёт. Ему терять нечего. Торн его кинул, Ларсен мёртв. Кроу теперь заинтересован, чтобы Торн сгнил в тюрьме.

— А если его убьют по дороге?

— Кроу? — Клип усмехнулся. — Его уже сто раз пытались убить. Он живуч, как таракан.

Трина разлила кофе по кружкам, поставила одну перед Клипом. Он сделал глоток — обжигающе горячий, настоящий. Не синтетика.

— Откуда?

— Запасла ещё с тех времён, когда жила здесь. — Она села напротив. — Алан, что будет после суда? Если Торн сядет...

— Если сядет, то Синдикат лишится покровителя. Легат останется один. Кроу его достанет.

— А мы?

— Мы вернёмся на ферму. Зоя там, Ксан... надо их забирать. Нельзя оставлять одних.

Трина посмотрела на него долгим взглядом.

— Я с вами.

— Трина...

— Я не прошу. Я говорю. Мне некуда идти. Ларсен мёртв, но у него могли остаться люди. В городе меня будут искать. На Фронтире я никому не нужна. А на ферме... может, пригожусь.

Клип молчал. Потом кивнул.

— Собирайся. После суда сразу выезжаем.

Они вышли из дома, когда часы показывали половину десятого. До здания суда шли пешком, держась в тени домов. Улицы уже заполнились народом, но никто не обращал на них внимания. Двое в потрёпанной одежде, мужчина и женщина — обычные горожане.

Здание суда встретило их серым гранитом и толпой журналистов. Клип протолкнулся сквозь неё, предъявил пропуск на входе. Металлодетектор пискнул, но охранник махнул рукой — проходи.

Зал суда был полон. В первом ряду сидел Торн в дорогом костюме, окружённый адвокатами. Рядом с ним — несколько человек из Синдиката, с наглыми лицами. За ними — журналисты, зеваки. В углу, у стены, стоял Кроу. Он был в простой куртке, без охраны, но его присутствие чувствовалось — на него косились, но никто не решался подойти.

Эстер вошла ровно в десять. Все встали.

— Слушается дело по иску Горного комитета к гражданину Корвину Алану, — объявила секретарь. — А также по обвинению гражданина Торна в коррупции и связях с организованной преступностью.

Торн дёрнулся, но адвокат положил руку ему на плечо.

Первым вызвали Клипа. Он рассказал о нападениях, о документах, о том, что Торн требовал взятку. Эстер слушала внимательно, изредка задавая вопросы. Адвокаты Торна пытались сбить его, но Клип отвечал спокойно, чётко.

Потом вызвали Кроу. Когда он поднялся, в зале прошелестел шёпот. Кроу — легенда, бандит, который никогда не давал показаний.

— Гражданин Кроу, — начала Эстер. — Вы подтверждаете, что располагаете информацией о сделках гражданина Торна с чёрным рынком?

— Подтверждаю. — Голос Кроу звучал ровно, без эмоций. — У меня есть записи его разговоров с Ларсеном, ныне покойным. Торн поставлял Kerr-блоки на Фронтир через подставные компании. Оплата шла на счета в офшорных зонах.

— Это ложь! — закричал Торн. — Он бандит, ему нельзя верить!

— Успокойтесь, — стукнула молотком Эстер. — Гражданин Кроу, у вас есть доказательства?

Кроу достал из кармана маленький кристалл-накопитель.

— Здесь всё. Даты, суммы, имена. И записи разговоров.

Адвокаты Торна засуетились, пытаясь оспорить, но Эстер уже вызывала эксперта для проверки.

Пока шла экспертиза, Клип смотрел на Торна. Тот сидел белый как мел, пальцы его дрожали. Знает, что проиграл.

Эксперт подтвердил подлинность записей. В зале поднялся шум. Торн вскочил, попытался бежать, но конвойные схватили его.

— Гражданин Торн, вы арестованы по обвинению в коррупции и незаконной торговле стратегическими ресурсами, — объявила Эстер. — Дело передаётся в федеральный суд.

Торна увели. Адвокаты что-то кричали, журналисты ломились к выходу. Клип выдохнул. Получилось.

Трина подошла к нему, сжала руку.

— Мы сделали это.

— Не мы. Эстер и Кроу.

Кроу уже шёл к выходу. Клип окликнул его.

— Спасибо.

— Я же говорил — мы в расчёте. — Кроу остановился. — Но это не конец. Легат ещё жив. Он не простит тебе Торна.

— Знаю.

— Я пришлю людей на ферму. На всякий случай. А ты... береги себя.

Он вышел. Трина смотрела ему вслед.

— Странный он. Бандит, а поступки... человеческие.

— Бывший военный. Такие не забывают, что такое долг.

Они вышли из здания. На улице моросил дождь. Клип достал коммуникатор — пропущенный вызов от Зои. Он набрал номер.

— Зоя? Что случилось?

— Алан, — голос Зои был напряжённым. — У нас проблемы. Легат объявился. Он взял Ксана. Требует, чтобы ты приехал один. Иначе убьёт.

— Где?

— В старых штольнях за Чёрной горой. Говорит, что знает это место. Алан, у них дроиды, тяжёлое оружие. Не езди...

— Я приеду. Сиди на ферме, не высовывайся. Я сам разберусь.

— Алан...

— Обещаю, вернусь.

Он отключился. Трина смотрела на него с тревогой.

— Легат?

— Да. Взял Ксана. Требует меня.

— Я с тобой.

— Нет. Ты поедешь на ферму. Присмотришь за Зоей. Я постараюсь быстро.

— Алан, это ловушка. Он убьёт тебя.

— Может быть. — Клип уже шагал к стоянке. — Но если я не поеду, он убьёт Ксана. И Зоя этого не переживёт.

Он сел в грузовик, проверил батарею — 82%. Хватит до гор. На заднем сиденье лежал автомат и пара гранат. Мало. Но выбора нет.

Дорога до Чёрной горы заняла два часа. Клип гнал машину на пределе, не жалея подвески. Нейросеть прокладывала маршрут, отмечая опасные участки. Горы надвигались серой стеной.

Штольни находились в старом заброшенном руднике. Когда-то здесь добывали руду, теперь — пристанище бандитов. Клип оставил грузовик в полукилометре, дальше пошёл пешком. Автомат на изготовку, нейросеть в боевом режиме.

У входа в штольню стояли двое. Они курили, переговариваясь. Клип снял их бесшумно, ножом. Прошёл внутрь.

Тоннель уходил вглубь, слабо освещённый переносными фонарями. Пахло сыростью и порохом. Где-то в глубине слышались голоса. Клип двигался осторожно, прижимаясь к стене.

Вдруг свет залил тоннель. Прожектор.

— Стоять, ветеран! — раздался голос Легата. — Бросай оружие, или твой дружок сдохнет.

Клип увидел Ксана. Тот сидел на полу, связанный, с мешком на голове. Рядом стоял Легат с пистолетом у виска заложника.

— Бросай, я сказал!

Клип положил автомат на пол. Нейросеть лихорадочно искала выход. Вокруг, в полумраке, угадывались фигуры — человек десять, не меньше. И два боевых дроида с тускло горящими оптическими сенсорами.

— Умный мальчик, — усмехнулся Легат. — А теперь поговорим. Ты уничтожил Торна. Ты убил Ларсена. Ты впутал Кроу в свои дела. Зачем?

— Они сами впутались.

— Не умничай. — Легат пнул Ксана. Тот застонал. — Я хочу знать одну вещь: где документы? Где компромат на Синдикат?

— У судьи.

— Врёшь. У судьи только копии. Оригиналы у тебя. Где они?

Клип молчал. Легат подошёл ближе, приставил пистолет к его голове.

— Говори, или я вышибу тебе мозги. А потом добью твоего дружка.

— На ферме, — сказал Клип. — В подвале, в тайнике.

— Вот так-то лучше. — Легат убрал пистолет. — Сейчас мы поедем на твою ферму. И ты всё отдашь. А потом... потом я решу, что с тобой делать.

Он махнул рукой, и двое бандитов схватили Клипа. Надели наручники, обыскали. Нейросеть пискнула, сообщая о потере связи — глушилка.

— Ведите, — скомандовал Легат.

Их вывели из штольни, затолкали в вездеход. Клип сидел, прижавшись плечом к Ксану. Тот мелко дрожал, но молчал.

— Держись, — шепнул Клип. — Я что-нибудь придумаю.

Глава 11

Вездеход трясло на ухабах. Клип сидел, прижавшись плечом к Ксану, и пытался оценить обстановку. Нейросеть глушили, но базовые функции — пульс, давление, внутренний хронометраж — работали. Семнадцать минут езды от штольни. Если они поехали через перевал, до фермы ещё полчаса. Значит, есть время.

Ксан мелко дрожал, но молчал. Сквозь мешок на голове было плохо видно, но Клип чувствовал, как тот пытается держаться.

— Эй, ветеран, — раздался голос Легата спереди. — Не ссы, я тебя пока не убью. Ты мне нужен, чтобы открыть тайник. А потом... потом посмотрим.

Клип не ответил. Он лихорадочно прокручивал варианты. На ферме Зоя и Трина. У Зои есть автомат, у Трины — пистолет. Если они увидят колонну, спрячутся в подвал. Но Легат не дурак — вышлет разведку, дронов. Надо как-то предупредить.

Он пошевелил руками. Наручники — старые, механические, без электроники. Если бы нейросеть работала, можно было бы попробовать подобрать код, но глушилка глушила всё. Оставалась только физика.

— Легат, — сказал он громко. — А ты не боишься, что Кроу придёт? Он обещал защищать ферму.

— Кроу? — Легат рассмеялся. — Кроу сейчас занят. У него свои проблемы. Я позаботился.

— Например?

— Например, я послал ему весточку, что ты мёртв. А твою подружку, Трину, уже ищут люди Ларсена. Кстати, спасибо, что прикончил его — меньше конкурентов.

Клип стиснул зубы. Значит, Трина в опасности, даже не зная об этом. Но она сейчас на ферме. Или уже уехала?

Вездеход остановился. Послышались голоса, хлопнули дверцы.

— Приехали, — сказал Легат. — Выводите.

Клипа вытолкнули наружу. Он увидел знакомую долину, водопад, дом. Всё как обычно. Только у крыльца стояли двое бандитов с автоматами. И дрон кружил над поляной.

— Где тайник? — Легат подошёл вплотную.

— В подвале. Под лестницей.

— Веди.

Клипа подтолкнули к дому. Он вошёл внутрь. В гостиной было пусто, но на столе стояла чашка с недопитым чаем. Зоя была здесь недавно.

Он спустился в подвал. Там было темно, пахло сыростью. Клип указал на старый сундук в углу.

— Там. Под двойным дном.

Легат махнул рукой, и двое бандитов начали ворочать сундук. В этот момент Клип почувствовал, как что-то изменилось. Воздух стал другим. Нейросеть, несмотря на глушилку, уловила слабый сигнал — знакомый код. Зоя.

Он не подал виду. Легат подошёл к сундуку, заглянул.

— Где? Я ничего не вижу.

— Сейчас, — сказал Клип, и в этот момент свет погас.

Полная темнота. Выстрелы. Крики. Клип рванул в сторону, нащупывая стену. Руки в наручниках мешали, но он знал этот подвал как свои пять пальцев. За баками с инструментами был лаз в старую штольню, о которой знали только он и дед.

Он нырнул туда, пролез в узкий проход, задел что-то головой, но продолжил двигаться. Сзади стрельба стихала.

Через минуту он вылез с другой стороны дома, в кустах. Снег заметал следы. Он оглянулся. У дома горел вездеход, мелькали тени. Кто-то кричал.

— Алан!

Голос Зои. Она выскочила из-за дерева с автоматом.

— Живой! Быстро, за мной!

Они побежали в лес. За спиной взревели двигатели — второй вездеход пытался уйти, но тут же раздался взрыв. Мины, — понял Клип. — Зоя успела поставить.

Они добежали до старой штольни, где когда-то дед хранил запасы. Зоя открыла люк, они спустились внутрь.

— Трина? — спросил Клип, отдышавшись.

— В подвале. С Ксаном. Я её успела предупредить, когда увидела колонну. Она вытащила Ксана через запасной выход.

— А Легат?

— Не знаю. Видела, как он бежал к лесу. Но там я поставила растяжки.

Клип выругался. Если Легат ушёл, он вернётся. Снова.

В штольне было темно, но Зоя зажгла фонарь, питаемый от маленького SOL-блока. Клип осмотрел руки — наручники всё ещё висели на запястьях.

— Дай чем-нибудь перекусить.

Зоя протянула ему кусачки. Он перекусил цепь, освободился.

— Умно придумала с отключением света.

— Я не отключала. Это Трина. Она нашла в подвале старый рубильник и дёрнула, когда вы вошли. А я уже снаружи ждала.

Клип кивнул. Хорошая работа.

— Сколько их было?

— Двенадцать, кажется. Двое у вездеходов, остальные — с тобой. Мы положили шестерых. Остальные, может, ушли.

— Легат ушёл. Это плохо.

— Он ранен. Я видела кровь на снегу.

Клип задумался. Раненый Легат — ещё опаснее. Он захочет отомстить, приползёт даже на последнем издыхании.

— Надо уходить. Всех собрать и уходить. На время.

— Куда?

— К Кроу. Он обещал помочь. Сейчас он единственный, кто может дать нам убежище.

— Ты доверяешь бандиту?

— Нет. Но выбора нет. Легат знает каждую тропу в этих горах. Если он выжил, он будет преследовать нас, пока не убьёт. Кроу — единственный, кто может его остановить.

Они поднялись наверх. Тина уже вытащила Ксана из подвала. Тот был бледен, но в сознании.

— Жив, дядь? — Зоя подбежала к нему.

— Жив... калека, но жив, — прошептал Ксан.

— Сможешь идти?

— Нет.

Клип подхватил его, взвалил на плечо.

— Я понесу. Зоя, прикрывай. Трина, замыкаешь.

Они двинулись в лес, подальше от горящих машин. Снег падал густыми хлопьями, заметая следы. Где-то в горах завыл зверь. Или это был вой сирены на блокпосте Кроу.

Клип шёл, чувствуя, как силы покидают его. Но останавливаться было нельзя. Легат где-то там, в темноте. И он не успокоится, пока не закончит начатое.

— Алан, — тихо сказала Трина, идя рядом. — А что, если Кроу откажет?

— Тогда будем драться. Как всегда.

Они шли всю ночь. К рассвету вышли на старую дорогу, ведущую к базе Кроу. Впереди показались огни — пост охраны. Из темноты вышли двое с автоматами.

— Стоять! Кто такие?

— Алан Корвин. Кроу ждёт.

Охранник поднёс коммуникатор, что-то сказал, потом кивнул.

— Проходи. Тебя проводят.

Они вошли на базу. Кроу встретил их в своём штабе — обшитом деревом помещении с картами на стенах и голографическим экраном.

— Живой, — сказал он, глядя на Клипа. — А я уж думал, Легат тебя достал.

— Почти. Но ушёл.

— Знаю. Мои люди видели его у перевала. Ранен, но жив. Ищет тебя.

— Дай нам убежище. Хотя бы на пару дней.

Кроу посмотрел на Трину, на Зою, на Ксана, которого положили на лавку.

— Много вас. Но... — он помолчал. — Ладно. Оставайтесь. Только без глупостей. Мои люди будут следить.

— Спасибо.

— Не за что. Легат — моя головная боль. Если он тебя убьёт, он станет ещё наглее. Так что ты мне нужен живым. Пока нужен.

Клип кивнул. Он знал цену таким словам.

Их разместили в отдельном блоке — несколько комнат с койками, душ, столовая. Ксану вызвали врача, того самого, что лечил людей Кроу. Трина и Зоя ушли в свою комнату, молчаливые, уставшие.

Клип остался один. Сидел на койке, смотрел в стену. Нейросеть показывала 12% заряда — последний блок почти сел. Он достал из рюкзака новый, заменил. Процесс занял минуту.

В дверь постучали. Вошёл Кроу.

— Не спишь?

— Нет.

— Разговор есть.

Клип поднял глаза.

— Легат объявился у восточных склонов. Собрал остатки своих. Человек десять. Готовится к атаке.

— На тебя?

— И на тебя. Он знает, что вы здесь. Мои люди перехватили его связь. Он хочет штурмовать базу.

— Когда?

— Завтра ночью.

Клип встал.

— Значит, будем готовиться.

— Я не для того тебя спасал, чтобы ты погиб в моём штабе. — Кроу усмехнулся. — У меня есть план. Хочешь поучаствовать?

— Говори.

— Мы выйдем к нему навстречу. Устроим засаду. Ты знаешь его повадки. Поможешь.

Клип помолчал, потом кивнул.

— Хорошо. Но мои люди останутся здесь. Под охраной.

— Договорились.

Кроу вышел. Клип посмотрел на карту на стене. Горы, тропы, блокпосты. Где-то там, в темноте, крался Легат, точа нож.

Скоро всё кончится. Тем или иным способом.

Глава 12

База Кроу гудела как растревоженный улей. Люди готовились к ночной атаке, таскали ящики с боеприпасами, проверяли оружие, настраивали дроидов. Клип сидел на крыльце одного из модулей, наблюдая за этой суетой. Нейросеть показывала 94% заряда — новый блок, последний из запаса. Хватит на сутки активной работы. Если не случится чего-то экстраординарного.

— Кофе будешь? — Трина вышла из модуля с двумя кружками. Протянула одну Клипу. Настоящий, не синтетика — видимо, у Кроу были свои запасы.

— Спасибо.

Она села рядом, прислонившись плечом к его плечу. Молчали. Внизу, на плацу, Кроу раздавал указания своим людям. Рядом с ним стояли два дроида — тяжёлые, боевые, с тускло горящими оптическими сенсорами. На груди у них были закреплены дополнительные SOL-блоки — питание для усиленной брони и оружия.

— Красивые, — сказала Трина, кивнув на дроидов. — Сколько, думаешь, стоят?

— Каждый тысяч по двести, не меньше. Плюс обслуживание, плюс блоки. Дорогое удовольствие.

— А у Легата такие есть?

— Были. Два мы подорвали, один уцелел. Видела вчера, как он уходил — с собой его тащили.

Трина помолчала, глядя на горы. Солнце садилось за вершины, окрашивая снег в розовый цвет. Красиво, если не думать о том, что скоро здесь начнётся бойня.

— Алан, — сказала она тихо. — Ты думаешь, мы выживем?

— Я думаю, что сделаю для этого всё.

— Это не ответ.

— Другого нет.

Она вздохнула, отпила кофе.

— Знаешь, я ведь никогда не думала, что снова тебя увижу. Когда ты улетел, я решила, что ты либо погиб, либо забыл. А ты вернулся.

— Не забыл.

— Я знаю. — Она повернулась к нему. — Но ты изменился.

— Война меняет.

— Не только война. Ты стал... жёстче. Холоднее. Раньше ты хотя бы улыбался иногда.

Клип посмотрел на неё. В её глазах была грусть, но не упрёк. Просто констатация.

— Ты тоже изменилась.

— Я? Я стала тем, кем должна была стать. Чтобы выжить.

— Ты выжила.

— Да. Но иногда я смотрю на себя в зеркало и не узнаю. И не знаю, хорошо это или плохо.

Сзади послышались шаги. Подошла Зоя. Она была в куртке, с автоматом за плечом, коротко стриженные волосы растрепались на ветру.

— Кроу зовёт. План обсуждать.

Клип поднялся, протянул Трине пустую кружку.

— Идём.

Они спустились в штаб. Внутри было накурено, пахло потом и машинным маслом. Кроу стоял у голографической карты, окружённый своими командирами. Увидев Клипа, кивнул.

— Ветеран, подходи. Смотри сюда.

Карта показывала окрестности базы. Красными точками были отмечены позиции Легата — по данным разведки, он засел в трёх километрах к востоку, в старом карьере.

— У него двенадцать человек, — начал Кроу. — Один дроид, тяжёлый. Два гранатомёта. Плюс пара вездеходов с пулемётами. И глушилки — наши каналы связи они перекроют в первый же момент.

— План? — спросил Клип.

— Мы разделимся на три группы. Первая — основная, заходит с фронта, имитирует атаку. Вторая — обходит с фланга, через старую штольню. Третья — резерв, здесь, — он ткнул в точку за карьером. — Твоя задача — быть во второй группе. Ты знаешь штольни, там темно, узко, дроиды не пройдут.

— А Легат?

— Легат будет в центре, командует. Надеюсь, мы его возьмём живым. Он мне нужен. Живой, понял?

Клип кивнул.

— Твои люди? — спросил он, имея в виду Трину и Зою.

— Останутся здесь. Под охраной. База укреплена, продержится час-два, если что.

— Этого мало.

— Хватит. Мы быстро.

Клип сомневался, но спорить не стал. Кроу лучше знал свою территорию.

— Выступаем через час. Как стемнеет. Легат начнёт, когда луна взойдёт — ему нужен свет для дроидов. Значит, у нас есть время занять позиции.

Они разошлись. Клип вернулся к модулю, где ждали Трина и Зоя. Кратко обрисовал план.

— Я с тобой, — сразу сказала Зоя.

— Нет. Ты остаёшься здесь.

— Алан, я умею стрелять. И я не хочу сидеть в подвале, когда ты там...

— Зоя, — перебил он. — Там будут профессионалы. Легат знает эти горы, у него дроиды. Если ты пойдёшь, мне придётся отвлекаться на тебя. Я не смогу драться в полную силу.

Она хотела возразить, но встретила его взгляд и опустила глаза.

— Ладно. Но если вы не вернётесь к утру, я пойду сама.

— Договорились.

Трина молчала, только сжала его руку на прощание.

Клип проверил оружие, взял два запасных магазина, гранату. Нейросеть переключилась в ночной режим. Вышел из модуля.

В горах было тихо. Луна ещё не взошла, и темнота стояла абсолютная. Только внизу, у штаба, горели огни. Клип присоединился к группе Кроу — человек десять, все в тёмной одежде, с автоматами. Двое тащили гранатомёт.

— Пошли, — скомандовал Кроу.

Они двинулись вверх по тропе, стараясь ступать бесшумно. Через полчаса вышли к старой штольне — чёрной дыре в скале. Кроу остановился.

— Дальше вы. Мы зайдём с фронта, когда услышите взрывы. Удачи.

Клип кивнул и нырнул в темноту.

Штольня была узкой, сырой. Нейросеть включила инфракрасную подсветку, но стены оставались холодными — только впереди, метрах в пятидесяти, брезжил слабый свет. Выход.

Он двигался осторожно, каждый шаг проверяя. За ним шли двое бойцов Кроу — молчаливые, опытные. Через десять минут они упёрлись в решётку, за которой виднелось небо. Клип прислушался. Снаружи голоса, лязг металла — лагерь Легата.

Он выглянул. Карьер был как на ладони. Внизу горели костры, стояли вездеходы. Люди суетились, готовились к выходу. Легат стоял у одного из костров, отдавал приказы. Рядом с ним замер дроид — тот самый, тяжёлый, с пулемётом на плече.

Клип оценил дистанцию. Метров двести. Если стрелять сейчас, можно снять Легата, но дроид успеет открыть ответный огонь. Нет, надо ждать сигнала.

В наушнике раздался голос Кроу:

— Мы на позиции. Как услышите взрывы — начинайте.

— Понял.

Минуты тянулись бесконечно. Клип смотрел, как внизу суетятся бандиты, как Легат садится в вездеход. Скоро.

Взрывы грянули неожиданно. Сразу три — гранатомёты Кроу ударили по лагерю. Вездеход Легата подпрыгнул, загорелся. Люди заметались, закричали. Дроид развернулся, открыл огонь в сторону, откуда стреляли.

— Пошли! — крикнул Клип и рванул вниз.

Они ворвались в лагерь с тыла, стреляя на ходу. Двое бандитов упали, не успев даже обернуться. Клип искал глазами Легата. Тот выбирался из горящего вездехода, держась за плечо — ранен.

— Легат! — крикнул Клип. — Сдавайся!

В ответ — очередь из автомата. Клип укрылся за камнем, ответил. Дроид развернулся к ним, но тут с другой стороны ударил гранатомёт — прямым попаданием снёс дроиду голову. Машина замерла, рухнула на землю.

Легат побежал к лесу. Клип рванул за ним. Расстояние сокращалось. Ещё немного — и он догонит.

Вдруг Легат остановился, повернулся. В руках у него была граната.

— Стой! — крикнул Клип. — Не делай глупостей!

— Глупостей? — Легат рассмеялся. — Я уже мёртв, ветеран. Но и ты со мной.

Он выдернул чеку. Клип бросился в сторону, упал за камень. Взрыв — и тишина.

Когда он поднялся, Легата не было. Только воронка и кровавые ошмётки на снегу.

Подошёл Кроу, тяжело дыша.

— Готов?

— Готов, — ответил Клип, глядя на дымящуюся воронку.

— Жаль. Хотел его живым.

Клип молчал. Война закончилась. Но легче от этого не стало.

Они вернулись на базу под утро. Трина и Зоя встретили их у ворот. Зоя бросилась к Клипу, обняла. Трина стояла рядом, улыбаясь сквозь слёзы.

— Всё кончено? — спросила она.

— Да, — ответил Клип. — Легата больше нет.

Кроу хлопнул его по плечу.

— Ты справился, ветеран. Теперь ты мне не должен. Мы в расчёте.

Клип кивнул. Слова были не нужны.

Глава 13

Утро на базе Кроу встретило их запахом свежего хлеба и дыма от печных труб. Клип сидел на лавке у входа в модуль, наблюдая, как над горами поднимается солнце. Нейросеть показывала 67% заряда — за ночь блок подсел на обогреве. Он достал из рюкзака последний запасной, заменил. Старый убрал в сумку — на станции у Кроу была зарядка, может, удастся реанимировать.

Из модуля вышла Зоя. Она была бледна, под глазами тени — не спала всю ночь. Села рядом, молча протянула кружку с чаем.

— Ксан как? — спросил Клип.

— Плохо. Раны гноятся, температура. Врач Кроу сказал, что нужны нормальные нанодроиды, а у них только самое простое. Если в ближайшие дни не вывезти в город, может не выжить.

Клип помолчал. В городе сейчас было небезопасно — Торн арестован, но его люди могли искать мести. Однако Ксан умирал.

— Поговорю с Кроу. У него есть связи, может, найдёт транспорт.

— Алан... — Зоя замялась. — Спасибо тебе. За всё. За дядю, за меня... если бы не ты...

— Если бы не ты, меня бы уже не было. — Он посмотрел на неё. — Мы в расчёте.

Она хотела ответить, но из-за угла вышла Трина. Вид у неё был посвежевшее — видимо, выспалась. В руках она держала планшет.

— Кроу зовёт. Говорит, есть разговор. И новости из города.

Они направились к штабу. Внутри было людно: Кроу сидел за столом, рядом стоял Серж и ещё двое командиров. На голографическом экране висела карта района с отметками.

— Ветеран, — кивнул Кроу. — Садись. Новости есть.

Клип сел. Трина и Зоя остались стоять у входа.

— Торн официально под следствием. Эстер передала все документы в столицу. Говорят, его этапируют сегодня. — Кроу усмехнулся. — Быстро сработали. Без тебя бы не вышло.

— Что с остальными?

— Люди Легата разбежались. Кто-то пытался уйти на Фронтир, кто-то залёг на дно. Мои люди пару групп перехватили, остальных ищут. Но главное — Синдикат остался без головы. Торн сидит, Легат мёртв, Ларсен тоже. Теперь местные кланы будут драться за власть. Нас это не касается, пока они не лезут на нашу территорию.

— Ксану нужна помощь, — сказал Клип. — В город его нельзя, слишком опасно. У тебя есть связи с медиками?

Кроу задумался, постучал пальцем по столу.

— Есть один знакомый. Вольный врач, живёт в горах, недалеко отсюда. Берёт оплату SOL-блоками или натурой. Лечит всех, вопросов не задаёт. Если договориться, он может приехать.

— Договаривайся. Я заплачу.

— Хорошо. Серж, свяжись с Доктором. Скажи, срочно.

Серж кивнул и вышел. Кроу повернулся к Клипу.

— А теперь о тебе. Что дальше?

— Вернусь на ферму. Работы много.

— Ферма... — Кроу покачал головой. — Место хорошее, но теперь оно станет известно. Ты уничтожил Легата, посадил Торна. Синдикат не простит. Рано или поздно кто-то захочет отомстить.

— Я готов.

— Знаю. Но дело не только в тебе. Твои люди — девчонка, бывшая чиновница, калека. Они не выживут в осаде, если нагрянут.

Клип молчал. Кроу был прав.

— У меня есть предложение. — Кроу подался вперёд. — Иди ко мне. Не как наёмник, как партнёр. Мне нужен человек, который умеет воевать и которому можно доверять. Будешь командовать моей охраной. Жильё, еда, оплата — всё будет. Твои люди тоже устроятся. Девчонка вон техник отличный, пусть у меня в мастерской работает. Чиновница может с бумагами помогать. А калека... ну, присмотрим.

Клип посмотрел на Трину и Зою. Трина покачала головой, но промолчала. Зоя сжала кулаки.

— Я подумаю, — сказал Клип.

— Думай. Время есть. Но недолго. Скоро здесь начнётся передел, и мне нужны будут надёжные люди.

Они вышли из штаба. Трина сразу заговорила:

— Ты не пойдёшь к нему, Алан. Он бандит. Рано или поздно его убьют, и ты с ним.

— А у тебя есть другой вариант?

— Вернуться в город. Я ещё не всё потеряла. Могу восстановиться в администрации, если Эстер поможет.

— А Ксан? Ему нужна медицина, а не политика.

Зоя вмешалась:

— Алан, я не хочу у Кроу. Он... другой. Но и в город я не могу. Меня там убьют.

— Значит, надо искать третий вариант.

Они вернулись в модуль. Ксан лежал на койке, бледный, с капельницей. Рядом сидел пожилой мужчина в потрёпанной куртке — видимо, тот самый Доктор. Он возился с аппаратом, подключённым к локтевому сгибу Ксана.

— Заражение сильное, — сказал он, не оборачиваясь. — Если бы не мои старые запасы, парень бы не дожил до вечера. Нужны нанодроиды-регенераторы, курс на три дня. У меня есть, но они дорогие.

— Сколько? — спросил Клип.

— Тысяч тридцать кредитов. Или десять SOL-блоков по тысяче гигаджоулей.

Клип достал из рюкзака два оставшихся блока — один почти полный, другой полупустой. Плюс у Зои был один. Три блока — три тысячи гигаджоулей. По курсу это около трёх тысяч кредитов. Ничтожно мало.

— У меня нет таких денег.

Доктор пожал плечами.

— Тогда ничем не могу помочь. Могу дать антибиотики, но это лишь отсрочит. Парню нужна серьёзная терапия.

Он собрал инструменты и вышел. Зоя села рядом с дядей, взяла его за руку.

— Алан, — сказала она тихо, — он умирает. Я вижу.

Клип вышел на улицу. В голове крутились цифры. Тридцать тысяч кредитов. Где их взять? Работа у Кроу? Но это означало стать частью его банды. Или рискнуть и съездить в город, попытаться занять у Эстер или Трины? Но Трина сама без гроша, Эстер может помочь, но её деньги — казённые, не для спасения какого-то Ксана.

Он вернулся в штаб. Кроу всё ещё сидел за столом, изучая карту.

— Ты, — сказал Клип. — Твой доктор запросил тридцать тысяч.

— Знаю. Он всегда так запрашивает. — Кроу усмехнулся. — Но торговаться можно. У него слабость — он любит старые армейские вещи. У тебя есть что-нибудь с войны?

Клип задумался. В контейнерах на ферме остались кое-какие трофеи: несколько армейских ножей, пара гранат, старый тактический шлем с усиленной защитой. Но это не потянет на тридцать тысяч.

— Есть кое-что, — сказал он. — Но нужно на ферму съездить.

— Успеешь. Легата больше нет, дороги свободны. Но будь осторожен — шакалы везде.

Клип кивнул и вышел. Зоя ждала его у модуля.

— Еду на ферму, — сказал он. — За вещами. Присмотри за Ксаном.

— Я с тобой.

— Нет. Одна останешься здесь, так безопаснее.

— Алан, не надо меня опекать. Я уже не та девчонка из подвала.

— Знаю. Поэтому и прошу: останься. Если что случится, ты сможешь защитить Ксана лучше, чем я.

Зоя хотела возразить, но встретила его взгляд и кивнула.

Клип сел в старый вездеход — тот самый, на котором они приехали. Батарея показывала 40% — вчера ночью он не зарядил. До фермы хватит, обратно — вряд ли. Придётся искать зарядку.

Он выехал с базы. Дорога петляла между скал, снег искрился на солнце. Где-то впереди виднелись следы недавнего боя — чёрные пятна на снегу, обгоревшие останки вездехода. Клип объехал их стороной.

Через час он был на ферме. Дом стоял целый, но следы налёта были видны повсюду: выбитые стёкла, следы пуль на стенах, сгоревший сарай. Клип обошёл двор, проверил подвал — тайник был нетронут. Внутри лежали те самые вещи: ножи, гранаты, шлем, ещё пара полезных мелочей. Он собрал всё в рюкзак.

Вдруг снаружи послышался шум мотора. Клип насторожился, достал пистолет, выглянул в щель. К дому подъезжал старый фургон — местный, судя по ржавым бортам. Из него вылез Сильван.

— Алан! — крикнул он, увидев Клипа. — Живой! А я думал, вас всех...

— Живой, — Клип убрал пистолет, вышел. — Ты как здесь?

— Да вот, решил проверить, цела ли ферма. Смотрю — следы, стрельба... Думал, вас уже нет. Мира дома, переживает.

— У нас всё нормально. Ксан ранен, нужна помощь. Мы у Кроу.

— У Кроу? — Сильван присвистнул. — Ну ты даёшь. Ладно, не моё дело. Чем могу помочь?

— Мне нужно зарядить вездеход. У тебя есть зарядка?

— Есть, старая, от трактора. Поехали, зарядим.

Клип перегнал машину к участку Сильвана. Пока блоки набирали заряд, они сидели на крыльце, пили чай с травами. Мира суетилась у печи, поглядывая на гостя.

— Слышал, Легата больше нет, — сказал Сильван. — Правда?

— Правда.

— Ну и слава богу. Зверь был, не человек. А Кроу... с ним, говорят, можно договориться. Он хоть и бандит, но слово держит.

— Держит, — согласился Клип. — Но работать на него... не знаю.

— А куда тебе деваться? Ферма твоя теперь — мишень. Синдикат без головы, но остались мелкие шавки. Они увидят, что ты один, и налетят.

Клип молчал. Сильван был прав.

Через час вездеход был заряжен. Клип попрощался, пообещал заехать, когда будет возможность. На базе его ждали с новостями.

Кроу встретил его у ворот.

— Доктор согласился на сделку. За твои железки и ещё пять тысяч кредитов он сделает курс. У тебя есть пять тысяч?

— Нет.

— Я дам в долг. Под проценты. — Кроу усмехнулся. — Шучу. Бери так. Считай это платой за то, что ты убрал Легата.

Клип кивнул. Они прошли в медпункт, где Доктор уже колдовал над аппаратурой. Увидев рюкзак с трофеями, он оживился, долго рассматривал ножи, проверял баланс.

— Хорошие вещи, армейские. — Он отобрал два ножа и шлем. — Этого хватит. Плюс пять тысяч. Но я их потом отдам, если будут проблемы.

— Будут, — коротко ответил Клип.

Доктор ввёл Ксану нанодроиды, подключил капельницу. Через час температура спала, дыхание стало ровнее. Зоя не отходила от дяди, держала его за руку.

К вечеру Ксан пришёл в себя. Открыл глаза, увидел Зою, слабо улыбнулся.

— Живой, — прошептал он.

— Живой, дядь. Всё хорошо.

— Алан?..

— Здесь я, — Клип подошёл ближе.

— Спасибо... я всё помню. Ты вытащил меня. И от пыток, и оттуда.

— Не за что. Ты тоже рисковал.

Ксан закрыл глаза, провалился в сон. Доктор сказал, что это нормально — организм восстанавливается.

Ночью Клип сидел на крыльце, глядя на звёзды. Рядом села Трина.

— Что теперь? — спросила она.

— Не знаю. Кроу предлагает работу.

— А ты?

— Я солдат. Другого я не умею.

— Умеешь. Ты умеешь растить рыбу, чинить технику, дружить. И любить, кажется, тоже.

Он посмотрел на неё. В темноте её глаза блестели.

— Ты останешься? — спросил он.

— Если ты позовёшь.

— Зову.

Глава 14

База Кроу просыпалась поздно. Солнце уже поднялось над восточными пиками, растопив иней на крышах модулей, когда Клип вышел из своего блока. В руке он держал три SOL-блока — трофеи с последней стычки. Один, в пластиковом корпусе с облупившейся маркировкой, показывал на встроенном индикаторе 94% заряда. Два других — старые, потрескавшиеся, с остатками энергии 30 и 45 процентов.

Он присел на корточки у зарядной станции, встроенной в стену модуля. Станция гудела на низких оборотах, перерабатывая энергию от стационарного генератора, питаемого, в свою очередь, от шести промышленных SOL-блоков, сложенных в углу технического ангара. Клип вставил самый слабый блок в разъём, подождал, пока загорится зелёный индикатор. На дисплее высветилось: «Зарядка: 6 часов до полного. Текущий уровень: 45%».

— Долго, — пробормотал он.

— Для старых блоков — норма, — раздался голос сзади. Клип обернулся. Подошёл Серж, правая рука Кроу. В руках он нёс ящик с инструментами. — У нас тут станция небыстрая, зато надёжная. Ещё с тех времён, когда Кроу только обустраивался. Генератор на шесть кубов, но блоки ставим любые, хоть с мусорки.

— А Kerr где заряжаете? — спросил Клип, просто чтобы поддержать разговор.

— Kerr? — Серж усмехнулся. — У нас его почти нет. Только то, что удаётся выменять у сталкеров с Фронтира. Да и зачем? Варп-двигателей у нас нет, порталов тоже. Так, пара дроидов жёлтого уровня, и те на SOL работают. Kerr — это для больших игроков, для корпораций. Мы тут люди простые.

Он ушёл в ангар, оставив Клипа наедине с мыслями. Для больших игроков. Торн был большим игроком. Ларсен пытался стать. Легат — мелкая сошка, но с амбициями. Все они дрались за Kerr, за контроль над потоками энергии, за влияние. А в итоге оказались здесь, в горах, где настоящая валюта — старые SOL-блоки и пара-тройка заряженных кубов в запасе.

Клип достал из кармана маленький тестер, подключил к самому новому блоку. Прибор показал: «Ёмкость: 980 ГДж из 1000 номинальных. Циклов: 47. Состояние: хорошее». Почти новый. На чёрном рынке такой потянет на полторы тысячи кредитов. Может, даже на две, если продавать не здесь, а в городе.

Он отложил блок в сторону, переключился на два других. Старые, с множеством циклов, ёмкость упала процентов на 20-30. Но всё равно — триста-четыреста гигаджоулей в сумме. На них можно зарядить всё оружие, рации, дронов, и ещё останется на обогрев на пару ночей.

— Алан, завтракать иди! — крикнула Трина из модуля.

Он поднялся, забрал блоки, направился внутрь. В комнате пахло жареным хлебом и синтезированным кофе. Трина стояла у стола, разливая по кружкам. Зоя сидела на койке рядом с Ксаном, кормила его с ложки какой-то жидкой кашей. Ксан выглядел лучше — щёки порозовели, глаза смотрели осмысленно.

— Доктор сказал, через неделю сможет сидеть, — сказала Зоя, заметив взгляд Клипа. — А там, может, и на костылях попробует.

— Хорошо, — Клип сел за стол, взял кружку. — Главное, чтобы инфекция не вернулась.

— Не вернётся, — подал голос Ксан. Голос был слабый, но твёрдый. — Нанодроиды работают, я чувствую. Тепло по телу идёт, значит, чистят. Спасибо вам, Алан. Я в долгу не останусь.

— Оставайся в живых, это будет лучший долг.

Трина села напротив, пододвинула тарелку с хлебом.

— Что дальше? — спросила она. — Кроу вчера опять заходил. Говорит, предложение в силе.

— Я помню.

— И что ты думаешь?

Клип отпил кофе, поморщился — синтетика, хоть и с добавками. Настоящий кончался, видимо, Кроу приберегал его для особых случаев.

— Думаю, что выбора у нас немного. Ферма теперь известна. Если туда сунутся шакалы, отбиваться придётся нам самим. А нас — четверо, если считать Ксана. Плюс Сильван с Мирой, но они не бойцы.

— У Кроу здесь безопасно, — заметила Зоя. — Я вчера ходила в мастерскую, смотрела, что у них есть. Там дроидов штук десять, все боевые, правда, старые модели. И ремонтная база приличная. Если что, они могут отбиться от небольшой армии.

— Ты в мастерской была? — удивился Клип.

— Ага. Познакомилась с местным техником, дядькой лет пятидесяти. Он показал, где что лежит. Говорит, работы много, а людей не хватает. Если я соглашусь у них работать, обещал платить по двести кредитов в день плюс харчи.

— И ты согласилась?

— Пока нет. Ждала тебя.

Клип посмотрел на неё. В глазах Зои была решимость, но и вопрос — ты как, командир? Он понял: она не хочет уходить, но и не хочет быть обузой. Работа техника здесь, на базе, даст ей независимость и безопасность.

— А ты, Трина? — спросил он.

Трина пожала плечами.

— Я могу с бумагами помочь. Кроу, кажется, ведёт какие-то записи. Вчера его люди притащили ящик с документами, сказали, что это из офиса Торна. Кроу хочет разобраться, кто ещё замешан. Если я возьмусь систематизировать, может, узнаем что-то полезное.

Клип задумался. Зоя в мастерской, Трина в архивах, Ксан на поправке. А он сам?

— А ты, Алан? — спросил Ксан, словно прочитав его мысли. — Что будешь делать?

— Не знаю, — честно ответил Клип. — Кроу зовёт командовать охраной. Это значит — стать частью его банды. Стрелять в людей, которые ему мешают. Может, даже в тех, кто ни в чём не виноват.

— Ты уже стрелял, — тихо сказала Трина.

— Стрелял. Но там была война. А здесь... здесь всё сложнее.

Разговор прервал гул двигателей снаружи. Кто-то прилетел. Клип вышел на крыльцо. На посадочной площадке опускался старый транспортник — видавший виды, с заплатками на бортах, но с мощными двигателями, работающими на SOL-блоках. Из него вышли трое: двое в камуфляже, с автоматами, и третий — худощавый, в штатском, с планшетом в руках.

Кроу уже ждал их у штаба. Он перебросился парой фраз с прилетевшими, потом махнул рукой в сторону Клипа. Те направились к нему.

— Алан Корвин? — спросил штатский. Голос у него был сухой, официальный.

— Я.

— Меня зовут Вега. Майор Вега, федеральная служба безопасности. Мы хотели бы поговорить.

Клип напрягся. Федералы. Это было неожиданно.

— О чём?

— О Торне, о Синдикате, о Kerr-блоках, которые шли на Фронтир. И о вас.

Трина вышла из модуля, встала рядом. Вега окинул её быстрым взглядом.

— Катрина Блэквуд? Рад видеть. Мы наслышаны о вашей роли в этом деле.

— Моя роль была небольшой, — холодно ответила Трина.

— Скромность украшает. Но не будем на улице. Пройдёмте в штаб, там всё обсудим.

Они вошли в здание. Кроу уже сидел за столом, развернув голографическую карту. Жестом пригласил садиться. Вега и его люди устроились напротив.

— Итак, — начал майор. — Ситуация следующая. Торн арестован, его дело передано в столицу. Легат мёртв, Ларсен тоже. Но это только верхушка. Нам нужно знать, кто ещё стоял за этими поставками. Кто давал деньги, кто организовывал логистику, кто принимал Kerr на Фронтире.

— Зачем вам это? — спросил Клип. — Федерация обычно не вмешивается в дела окраин.

— Раньше не вмешивалась. — Вега усмехнулся. — Но когда объёмы Kerr, уходящего на чёрный рынок, начинают измеряться сотнями блоков в месяц, это уже не окраинные разборки. Это угроза экономике. Мы хотим накрыть всю сеть.

— И вы думаете, мы знаем?

— Думаем, что у вас есть документы. Ксан Бертран, ваш... друг, собирал их годами. Мы знаем это. Мы знаем, что вы передали часть судье Эстер. Но нам нужны оригиналы. Всё, что у вас есть.

Клип молчал. Трина сжала его руку под столом.

— Что мы получим взамен? — спросила она.

— Защиту. Легальные документы для вас и ваших людей. Возможность уйти с фермы без страха, что завтра придут мстить. И, если хотите, работу. В федеральной службе всегда нужны люди с вашим опытом.

Клип посмотрел на Кроу. Тот сидел с каменным лицом, не вмешиваясь.

— Документы у меня, — сказал наконец Клип. — Часть на ферме, часть здесь, в рюкзаке. Но я не отдам их просто так.

— А что вы хотите?

— Гарантии. Что мои люди будут в безопасности. Что нас не тронут ни местные бандиты, ни ваши коллеги, если мы вдруг не понравимся. И что Кроу... — он кивнул в сторону бандита, — не пострадает за то, что дал нам убежище.

Кроу удивлённо поднял бровь, но промолчал.

Вега задумался.

— Кроу... — он посмотрел на него. — Мы знаем, что вы не участвовали в поставках Kerr. Ваш бизнес — мелочёвка, SOL-блоки, охрана, пара дроидов. Вы нам не интересны. Если пообещаете больше не связываться с крупными игроками, мы закроем глаза на ваше прошлое.

— Обещаю, — усмехнулся Кроу. — Мне и своего хватает.

— Тогда договорились. — Вега протянул руку Клипу. — Завтра утром прилетит наш транспорт. Заберёт вас и документы. А пока... отдыхайте. Вы это заслужили.

Они вышли. Кроу проводил их взглядом, потом повернулся к Клипу.

— Ты рисковал, ветеран. Мог бы просто отдать бумажки и свалить.

— Ты дал нам кров. Я помню.

— Ладно. — Кроу поднялся. — Считай, что мы теперь квиты. Но если что, моя база всегда открыта для тебя. И для твоих людей.

Он вышел. Трина взяла Клипа за руку.

— Ты сделал правильный выбор, — сказала она.

— Надеюсь.

Вечером они сидели на крыльце, глядя на закат. Горы пламенели в багровых лучах. Где-то внизу гудел генератор, заряжая блоки. Зоя возилась в мастерской, помогая местным техникам чинить дроида. Ксан спал, укрытый одеялом.

— Алан, — вдруг сказала Трина. — А что, если мы действительно уедем? В столицу, под защиту Федерации. Там можно начать всё заново.

— Ты хочешь?

— Не знаю. Но я устала бегать и прятаться. Устала бояться, что за углом ждёт убийца. Здесь, на окраине, всегда так. А там... там другая жизнь.

— Там другая война, — ответил Клип. — Бюрократия, интриги, законы. Ты это знаешь лучше меня.

— Знаю. Но там хотя бы не стреляют.

Глава 15

Транспорт федералов появился на рассвете. Клип сидел на крыльце модуля, допивая уже остывший синтезированный кофе, и наблюдал, как тёмная точка в небе медленно превращается в очертания корабля. Старый, но мощный — такие он видел на войне, когда федералы прилетали на инспекции. Четыре двигателя, работающих на SOL-блоках, усиленная броня, десантный отсек человек на тридцать. На бортах — опознавательные знаки Федеральной службы безопасности и едва заметные царапины от попаданий.

— Красивый, — сказала Зоя, выходя из модуля. Она уже была в своей старой куртке, с небольшим рюкзаком за плечами. — Сколько, думаешь, жрёт блоков в час?

— На досветовых — около сотни гигаджоулей, — ответил Клип, не оборачиваясь. — Если в варп пойдут, там уже Kerr нужен. Но эти вряд ли — короткие перелёты, им SOL хватает.

Корабль плавно опустился на посадочную площадку, подняв тучу снежной пыли. Двигатели затихли, аппарель с шипением опустилась. Первыми вышли двое в камуфляже, с автоматами — те же, что вчера прилетали с Вегой. За ними показался сам майор.

— Готовы? — спросил он, подходя.

— Да, — Клип поднялся. — Документы у меня. Люди здесь.

Трина вывела Ксана, который опирался на костыли — Доктор смастерил их из старых труб. Ксан выглядел бледным, но держался. Зоя взяла его под руку.

Из штаба вышел Кроу. Подошёл, протянул руку сначала Клипу, потом Трине.

— Смотрите там, в центре, не пропадите, — сказал он. — Там другие законы. Но если что — моя база всегда открыта.

— Спасибо, — Клип пожал руку. — За всё.

— Не за что. Мы в расчёте. — Кроу перевёл взгляд на Зою. — А ты, девчонка, если надумаешь, приходи. Мастерская всегда ждёт.

Зоя кивнула, но промолчала.

Погрузка заняла полчаса. Люди Кроу помогли затащить вещи — рюкзаки, остатки блоков, два ящика с инструментами, которые Зоя упросила взять. Клип отдельно передал Веге папку с документами — те, что Ксан собирал годами.

— Здесь всё, — сказал он. — Оригиналы. И записи с нейросети, где Торн обсуждает поставки.

Вега бегло пролистал, кивнул.

— Хорошо. В столице этим займутся. А пока — располагайтесь. Перелёт займёт около четырёх часов. Часть пути пройдём в стратосфере, чтобы не светиться.

Они поднялись на борт. Внутри корабль оказался тесным, но функциональным. Ряды кресел вдоль бортов, отсек для груза, в углу — медицинский модуль с капельницей и парой коек. Клип усадил Ксана поближе к стене, сам сел рядом. Трина и Зоя устроились напротив.

Корабль взлетел плавно, но мощные двигатели наполнили салон гулом. За иллюминаторами замелькали горы, потом облака. Клип смотрел, как база Кроу исчезает внизу, и думал о том, что, возможно, больше никогда сюда не вернётся.

— Страшно? — спросила Трина, перехватив его взгляд.

— Не страшно. Странно.

— Я понимаю. Четыре года я жила в городе, а сейчас, когда уезжаю, чувствую, что оставляю что-то важное. Хотя там было много дерьма.

— Дерьмо везде есть. Вопрос, сколько его.

Один из федералов — молодой парень с нашивками сержанта — принёс воду и пайки. Зоя оживилась, разглядывая упаковку.

— Настоящее мясо? — спросила она, вскрывая консерву.

— Синтезированное, но близко к натуральному, — ответил сержант. — Для личного состава стараемся.

— А у нас на Фронтире пайки были с таким количеством сои, что корове бы хватило.

Парень усмехнулся, но ничего не сказал, отошёл.

Через час полёта, когда горы остались далеко позади, а под ними расстилалась бескрайняя снежная равнина, в салон вышел Вега. Сел на свободное место рядом с Клипом.

— Поговорить надо, — сказал он негромко. — О том, что дальше.

— Я слушаю.

— Документы, которые вы передали, уже ушли в аналитический центр. Предварительная оценка — они действительно могут помочь накрыть всю сеть. Но есть нюанс.

— Какой?

— Некоторые имена, которые там фигурируют, связаны не только с криминалом. Есть пара человек из администрации президента. Не напрямую, но через подставные компании. Если мы начнём их трогать, начнётся политическая возня.

— И вы хотите, чтобы мы помогли?

— Хотим, чтобы вы были рядом. Как свидетели. Ваши показания, особенно ваши, — он кивнул на Трину, — могут стать решающими. Вы знаете структуру местной власти, вы работали с Торном. Вы понимаете, куда смотреть.

Трина нахмурилась.

— Я ушла из администрации. У меня нет доступа.

— Доступ мы дадим. Временный, под контролем. Но если вы согласитесь сотрудничать, вам будет предоставлена защита и жильё в столице. Работа, если захотите.

Клип посмотрел на Трину. Та молчала, обдумывая.

— А мы? — спросила Зоя. — Мы тоже свидетели?

— Вы? — Вега перевёл взгляд. — Вы можете остаться в столице или уехать куда пожелаете. Ваш дядя, Ксан, нуждается в лечении. В столице хорошие госпитали, с настоящими нанодроидами, а не теми, что у Доктора на базе. Мы можем это организовать.

Зоя посмотрела на Ксана. Тот слабо кивнул.

— Оставайся, — прошептал он. — Здесь безопасно.

— Я не хочу быть обузой.

— Ты не будешь, — вмешался Клип. — Мы все там будем. Вместе.

Трина взяла его за руку.

— Алан, ты уверен? Ты всегда говорил, что не хочешь в центр.

— Я говорил, что не хочу воевать за чужие интересы. Но сейчас... сейчас это наш интерес. Если мы не поможем, через год сюда придут новые Торны и Легаты. И тогда всё начнётся сначала.

Вега кивнул.

— Разумно. Я дам вам время подумать. До вечера. Завтра утром нас ждёт встреча с моим начальством. Тогда и решите.

Он поднялся и ушёл в кабину пилотов.

Оставшееся время пролетело незаметно. Клип смотрел в иллюминатор на проплывающие облака, иногда перекидываясь парой фраз с Триной. Зоя возилась с каким-то прибором, найденным в отсеке — видимо, не удержалась. Ксан дремал, подкачиваемый лекарствами.

Корабль пошёл на снижение, когда внизу показались огни огромного города. Столица Федерации простиралась на десятки километров, переливаясь миллионами огней. Высотные здания упирались в облака, между ними сновали аэромобили и грузовые дроны. На окраинах виднелись промышленные зоны с гигантскими ангарами и электростанциями, питаемыми от станционных резервуаров SOL-блоков.

— Красиво, — выдохнула Зоя, прижимаясь к иллюминатору.

— И страшно, — добавила Трина. — Я здесь была пару раз. Огромный муравейник.

Корабль опустился на посадочную площадку одного из административных зданий. Вокруг было чисто, аккуратно, ни одного случайного прохожего. Только охрана с дроидами на входе.

— Добро пожаловать в столицу, — сказал Вега, выходя из кабины. — Прошу за мной.

Они спустились по трапу. Холодный, но чистый воздух ударил в лицо. Клип огляделся — ни пыли, ни гари, только запах озона от работающих неподалёку генераторов.

— Здесь всегда так? — спросила Зоя.

— Всегда, — ответил Вега. — Системы очистки работают круглосуточно. За этим следят.

Их провели внутрь здания, через пост охраны, где сканеры проверили документы и нейросети. Клип заметил, как один из дроидов-охранников задержал на нём взгляд — видимо, проверял данные.

В лифте поднялись на двадцать пятый этаж. Длинный коридор, комнаты с номерами. Вега остановился у двери с табличкой «Временное размещение».

— Здесь вы переночуете. Завтра в восемь утра за вами зайдут. Отдыхайте. Еда в холодильнике, связь внутренняя — через терминал. Если что-то срочное — нажмите кнопку вызова.

Он ушёл. Клип вошёл внутрь. Небольшая квартира из трёх комнат, кухня, санузел. Чисто, стерильно, пахнет пластиком и чистящими средствами.

— Как в больнице, — прокомментировала Зоя, скидывая рюкзак.

— Зато безопасно, — ответила Трина, открывая холодильник. — О, даже настоящее молоко есть.

Клип подошёл к окну. Город простирался внизу, переливаясь огнями. Где-то там, среди этих огней, скрывались те, кто стоял за Торном и Легатом. Те, кому теперь придётся отвечать.

— Алан, — позвала Трина. — Иди есть.

Он обернулся. Зоя уже сидела за столом, наворачивая синтезированное мясо с гарниром. Ксан лежал на диване, укрытый пледом, и смотрел на них с благодарностью.

— Иду.

Он сел за стол, взял тарелку. Трина положила руку ему на плечо.

— Ты сделал правильный выбор, — сказала она.

— Посмотрим. Завтра решим, насколько правильный.

В окно светила луна. Где-то внизу гудел город, живущий по своим законам. А здесь, на двадцать пятом этаже, четверо людей, прошедших через ад, пытались поверить, что это действительно конец.

Но Клип знал: такие истории редко заканчиваются по-настоящему. Всегда остаётся кто-то, кто захочет отомстить. Всегда остаётся тень.

Глава 16

Город не спал. Далеко за полночь огни столицы горели так же ярко, как днём — рекламные голограммы сменяли друг друга на фасадах небоскрёбов, аэромобили бесшумно скользили в воздушных коридорах, где-то внизу гудели поезда маглева. Клип стоял у окна, глядя на это море света, и никак не мог привыкнуть к тишине. Здесь, на двадцать пятом этаже, звуки города почти не проникали — только лёгкая вибрация от работающих систем жизнеобеспечения.

— Не спится? — Трина вышла из спальни, закутавшись в плед. Подошла, встала рядом.

— Не могу. Слишком тихо.

— На базе Кроу было громче?

— Там хотя бы генератор гудел. А здесь... как в вакууме.

Она прижалась к его плечу.

— Я тоже не сплю. Думаю о завтрашнем дне. Вега сказал, нас будут допрашивать.

— Знаю. Это нормально.

— А если они решат, что мы не нужны? Отправят обратно?

— Не отправят. У них есть документы, есть мы. Им нужны живые свидетели, а не бумажки.

Трина вздохнула.

— Ты всегда так уверен?

— Нет. Просто привык рассчитывать на худшее.

Они стояли молча, глядя на город. Где-то внизу, в портовом районе, вспыхнул яркий свет — видимо, разгружали очередной транспорт с SOL-блоками. Клип представил, как тысячи кубов укладывают в хранилища, чтобы потом отправить их на электростанции, заводы, в жилые кварталы. Энергия, текущая по венам города. А где-то на Фронтире такие же блоки заряжают старые вездеходы и обогревают лачуги. И никогда эти два мира не пересекутся.

— Иди спать, — сказал он. — Завтра тяжёлый день.

— А ты?

— Ещё постою.

Она кивнула и ушла. Клип остался один.

Утро началось с резкого сигнала внутренней связи. Клип открыл глаза — нейросеть показывала 6:47. Он спал всего пару часов, но организм уже переключился в боевой режим. Вскочил, натянул куртку.

— Подъём, — сказал он, проходя в комнату, где спали Зоя и Трина.

Через полчаса они были готовы. Ксан остался в квартире — ему пока нельзя было ходить. Вега прислал за ними двоих конвоиров, те же, что вчера. Провели через лабиринт коридоров к лифту, спустились на восемнадцатый этаж, где располагался офис федеральной службы.

В приёмной было людно. Люди в форме и штатском сновали туда-сюда, дроиды сновали между столами, разнося папки и планшеты. Пахло пластиком, кофе и озоном от работающей техники.

— Подождите здесь, — сказал конвоир. — Майор Вега скоро подойдёт.

Они сели на жёсткий диван у стены. Зоя крутила головой, разглядывая обстановку. Трина достала планшет и делала вид, что читает новости. Клип сканировал помещение, отмечая выходы, камеры, охранников.

Через десять минут дверь открылась, и вошёл Вега. С ним был ещё один мужчина — высокий, седой, в идеально сидящем костюме. На груди — значок федеральной службы, но более высокого ранга.

— Гражданин Корвин, госпожа Блэквуд, — начал Вега. — Позвольте представить генерала Рубина. Он курирует расследование.

Генерал кивнул, не протягивая руки. Окинул всех цепким взглядом, задержался на Зое.

— Молодая, — сказал он. — Сколько вам?

— Двадцать два, — ответила Зоя, не моргнув глазом.

— А выглядите на восемнадцать. Жизнь на Фронтире?

— Жизнь в Нижнем городе.

Генерал усмехнулся, но ничего не сказал. Жестом пригласил следовать за ним.

Их провели в большой кабинет с длинным столом и голографическими экранами на стенах. На одном из них висели какие-то схемы, на другом — фотографии людей. Клип узнал Торна, Ларсена, ещё несколько лиц, мелькавших в документах Ксана.

— Садитесь, — генерал указал на стулья. Сам сел во главе стола. Вега остался стоять у входа.

— Мы изучили ваши документы, — начал Рубин. — Впечатляет. Особенно записи с нейросети. Это именно то, что нам не хватало для возобновления дела.

— Дело уже было закрыто? — спросила Трина.

— Было. Три года назад. Тогда не хватило доказательств, и Торн вышел сухим из воды. Теперь у нас есть всё.

— И что дальше? — Клип смотрел прямо на генерала.

— Дальше — суд. Но не здесь, в столице. Там, где у Торна нет связей. Мы готовим процесс в закрытом режиме. Ваши показания будут ключевыми.

— А мы? Мы будем под защитой?

— Конечно. Для этого вас сюда и привезли. У нас есть безопасное жильё, свидетелям оно положено. Но есть одна проблема.

Трина напряглась.

— Какая?

— Сегодня ночью была попытка взлома нашего сервера. Кто-то пытался получить доступ к материалам дела. Мы отразили атаку, но это значит, что ваши враги знают, что вы здесь.

— И что вы предлагаете? — Клип уже просчитывал варианты. Уйти? Спрятаться?

— Усилить охрану. И ускорить процесс. Заседание назначено на завтра. Вы дадите показания утром, и к вечеру Торн будет в камере. После этого мы решим, что с вами делать дальше.

Зоя переглянулась с Клипом. Тот кивнул.

— Мы согласны.

— Отлично. — Генерал поднялся. — Вега проводит вас обратно. До завтра никуда не выходите. Еду принесут.

Они вышли в коридор. Вега шёл впереди, чуть быстрее обычного. Клип заметил, что тот постоянно оглядывается по сторонам, словно ждёт нападения.

— Что-то не так? — спросил он тихо.

— Всё так. Просто... не нравится мне эта попытка взлома. Слишком нагло. Слишком быстро.

— Думаете, у них есть люди здесь?

— Не знаю. Но будьте начеку.

Они прошли через пост охраны, поднялись на лифте. Двери открылись на их этаже. В коридоре было пусто. Вега довёл их до квартиры, проверил замок.

— Внутри есть кнопка тревоги. Если что — жмите. Мои люди будут здесь через минуту.

— Спасибо, — сказала Трина.

— Не за что. До завтра.

Он ушёл. Клип закрыл дверь, включил все замки.

— Ну и дела, — выдохнула Зоя. — Мы только приехали, а уже в осаде.

— Это нормально, — ответил Клип. — Торн не сдастся просто так. У него везде связи.

Ксан лежал на диване, бледный, но смотрел бодро.

— Я слышал, — сказал он. — Завтра суд. Вы справитесь.

— Мы справимся, — поправила Трина.

День тянулся медленно. Клип проверил оружие — пистолет, нож, пара гранат, которые он незаметно пронёс с собой. Нейросеть сканировала коридор на предмет подозрительных сигналов. Всё было чисто.

К вечеру принесли еду — контейнеры с горячим ужином, настоящим мясом и овощами. Зоя набросилась на еду, как будто не ела неделю. Трина ела аккуратно, маленькими кусочками. Клип почти не притронулся — аппетит пропал.

Ночью он снова стоял у окна. Город сиял огнями, но теперь эти огни казались враждебными. Где-то там, в темноте, прятались враги. Ждали момента.

— Алан, — позвала Трина из спальни. — Иди спать. Завтра рано вставать.

— Иду.

Он лёг на кровать, но сон не шёл. В голове прокручивались варианты завтрашнего дня. Суд. Показания. Возможная атака. Он продумывал каждый шаг, каждое слово. Когда сон всё же сморил его, было уже за полночь.

Утро началось с сигнала тревоги. Нейросеть взвыла, выводя на периферию: «Внимание! Несанкционированное проникновение!» Клип вскочил, схватил пистолет. Из коридора доносились шаги — быстрые, уверенные.

— Трина! Зоя! В комнату, быстро!

Он выбежал в коридор как раз в тот момент, когда дверь с грохотом слетела с петель. В проёме стояли трое в чёрной форме, с автоматами. Не федералы — другие. Наёмники.

Клип выстрелил первым. Двое упали, третий отпрянул назад. Из коридора донеслись крики, ответный огонь. Клип укрылся за стеной, перезарядился. Краем глаза заметил, как Трина вытаскивает Зою и Ксана в дальнюю комнату.

В коридоре появились новые фигуры. Клип открыл огонь на подавление, но их было слишком много. Не продержаться.

Вдруг с другого конца коридора ударили новые выстрелы — знакомые, автоматные очереди федералов. Крики, топот, взрывы гранат. Через минуту всё стихло.

Клип осторожно выглянул. В коридоре валялись тела наёмников, а среди них стоял Вега с дымящимся автоматом.

— Живы? — крикнул он.

— Да.

— Быстро, за мной. Здесь небезопасно.

Он вывел их через запасной выход, по лестнице вниз, на подземную парковку. Там ждал бронированный транспорт.

— Садитесь. Отвезём вас в здание суда. Там безопасно.

— Что это было? — спросила Трина, тяжело дыша.

— Люди Торна. Он знал, что вы здесь. Видимо, у него информатор в нашей службе. Но теперь это неважно. Главное — вы живы.

Машина рванула с места, вылетела на улицу. В окнах мелькали дома, площади, перекрёстки. Через десять минут они были у здания суда — серого, массивного, с колоннами и флагами.

— Выходите. Вас проводят.

Их встретили вооружённые охранники, провели через металлодетекторы, долго проверяли документы. Наконец, они оказались в зале ожидания.

Через час их вызвали. Клип давал показания первым. Рассказывал о нападениях, о документах, о разговорах с Кроу. Судья слушал внимательно, задавал уточняющие вопросы. Адвокаты Торна пытались перебивать, но их быстро осадили.

Потом выступила Трина. Рассказала о своей работе, о связях Торна с чиновниками, о том, как он покрывал Синдикат. Её показания были особенно ценны — она знала систему изнутри.

Зоя рассказывала о своей жизни, о том, как Синдикат убил её отца, как её пытали. Голос её дрожал, но она держалась.

К концу дня судья удалился на совещание. Клип сидел на скамье, чувствуя, как силы покидают его. Трина держала его за руку. Зоя прижималась к ней.

Вернулся судья.

— Суд постановил: признать гражданина Торна виновным по всем пунктам обвинения. Приговор — пожизненное заключение в колонии строгого режима.

В зале поднялся шум. Торн что-то кричал, его адвокаты разводили руками. Клип смотрел на всё это и чувствовал только пустоту. Кончено.

Они вышли из здания. На улице их ждал Вега.

— Поздравляю, — сказал он. — Вы сделали это.

— Что теперь? — спросил Клип.

— Теперь вы свободны. Можете остаться в столице под защитой программы защиты свидетелей, можете уехать куда хотите. Федерация оплатит переезд и обеспечит новыми документами.

Клип посмотрел на Трину, на Зою, на Ксана, которого вывезли на коляске.

— Мы подумаем.

— Думайте. У вас есть неделя.

Они сели в машину. Город проплывал за окном. Огни, люди, дроиды. Другая жизнь.

— Алан, — сказала Трина. — Я хочу домой.

— На ферму?

— Да. Где водопад, где горы. Где мы были вместе.

Зоя кивнула.

— Я тоже. Там хотя бы всё понятно.

Ксан слабо улыбнулся.

— А мне всё равно. Главное — с вами.

Глава 17

Генератор чихал и плевался искрами уже третью минуту. Клип стоял по колено в снегу, всунув голову в открытый технический люк, и пытался понять, почему старый дедовский агрегат отказывается принимать новый SOL-блок. Нейросеть услужливо подсвечивала схему, но контакты окислились, и даже её подсказки не помогали.

— Может, проще новый купить? — раздался голос сзади.

Клип вытащил голову, обернулся. Зоя стояла на крыльце, закутанная в ту самую старую армейскую куртку, что он дал ей в первый день. В руках она держала две кружки с паром.

— За такие деньги? — он вытер руки ветошью, принял кружку. — Новый промышленный блок на тысячу гигаджоулей стоит как полгода нашей жизни. Этот дед собирал сам, ещё по старым чертежам. Должен работать.

— Должен — не значит будет. — Зоя присела на корточки рядом, заглянула в люк. — Контакты подварить надо, и, кажется, контроллер сдох. Видишь, индикатор моргает жёлтым?

— Вижу. У тебя есть, чем варить?

— В мастерской есть старый сварочник, на SOL-блоках. Сильван дал, пока нас не было. Я его уже опробовала.

— Опробовала? — Клип улыбнулся. — Нашла, где применить?

— Ага. Дроида одного подлатала, которого Кроу отдал. Помнишь, тот, старый, с разбитой головой? Я ему новый сенсор поставила из запчастей. Теперь бегает по двору, снег чистит. Правда, туповат, но для уборки сойдёт.

Клип отхлебнул чай. Тёплый, с мятой — Мира привезла перед отъездом. За те две недели, что они провели в столице, ферма не развалилась только благодаря Сильвану и его жене. Они топили печь, проверяли ловушки, даже подкормили выживших мальков в пруду.

— Трина где? — спросил он.

— В доме, с Ксаном. Он сегодня первый раз сам сел. Без костылей, представляешь? Доктор из столицы прислал какие-то новые нанодроиды, сказал, через месяц встанет.

— Хорошо. — Клип допил чай, поставил кружку на снег. — Ладно, давай варить.

Они перетащили сварочник к генератору. Зоя ловко орудуя инструментом, зачистила контакты, подправила плату контроллера. Через полчаса генератор загудел ровно, без перебоев. На индикаторе загорелся зелёный — блок принял заряд.

— Готово, — Зоя вытерла руки о штаны. — Работает.

— Спасибо.

— Не за что. Ты меня учил, вот я и учусь.

Они вернулись в дом. Внутри пахло хлебом и какими-то травами — Трина освоила местную кухню. Она стояла у плиты, помешивая что-то в кастрюле. Ксан сидел в кресле у окна, с планшетом в руках. Увидев Клипа, отложил планшет.

— Новости читаю, — сказал он. — Торна этапировали в центральную тюрьму. Пишут, что его адвокаты подали апелляцию, но шансов мало.

— Апелляцию? — нахмурился Клип.

— Формальность. С такими доказательствами не отмажутся. Даже если пересмотрят, срок не уменьшат. Пожизненное есть пожизненное.

Трина обернулась:

— Садитесь за стол. Обед готов.

Они ели молча, каждый думал о своём. За окном медленно падал снег, водопад шумел глухо, приглушённо — видимо, где-то в верховьях начало подмораживать.

— Алан, — вдруг сказала Зоя. — А что мы дальше делать будем? Ну, ферму восстановим, рыбу вырастим... а потом?

— Потом будем жить, — ответил он.

— Это я понимаю. Но как? Здесь, в горах, мы отрезаны от всего. Если что случится, помощь не дождёмся. Кроу далеко, федералы ещё дальше.

— Ты хочешь обратно в город?

— Нет! — Зоя помотала головой. — Ни за что. Здесь спокойно. Но... может, связь какую-то наладить? Чтобы в случае чего вызвать помощь?

Клип задумался. Она права. Ферма в глуши, до ближайшего посёлка два часа на вездеходе. Если нагрянут бандиты, никто не успеет.

— Есть идея, — сказал он. — У Кроу есть старый ретранслятор. Спросить, может, отдаст. Поставим на вершине, будет связь с его базой и с городом.

— А он отдаст?

— Попросим. Мы ему Легата убрали, он нам должен.

Трина усмехнулась:

— Вы с Кроу теперь как братья. То должны, то квиты.

— Не братья, но уважение есть. В нашем деле это дорогого стоит.

После обеда Клип вышел во двор. Снег перестал, небо прояснилось, и на западе, над горами, засияло холодное зимнее солнце. Он обошёл периметр, проверил ловушки, дронов. Два из трёх работали, третий, тот самый, что Зоя починила, исправно утрамбовывал снег у крыльца.

Вернувшись, застал Трину на крыльце. Она сидела, закутавшись в плед, и смотрела на закат.

— Красиво, — сказала она, когда он сел рядом.

— Да.

— Алан, я хочу тебе кое-что сказать. — Она повернулась к нему. — Я остаюсь здесь. Насовсем.

— Я знал.

— Знал? — она удивилась. — Откуда?

— Ты бы не вернулась, если бы не решила.

Трина улыбнулась.

— Ты меня изучил.

— Пятнадцать лет не прошли даром.

Они сидели молча, глядя, как солнце медленно опускается за горы, окрашивая снег в розовые тона. Где-то вдалеке завыл зверь, но теперь этот звук не пугал — он был частью этого места, таким же естественным, как водопад.

— Алан, — снова заговорила Трина. — А что, если мы когда-нибудь устанем от этой тишины? Захотим в город, к людям?

— Тогда поедем. Никто нас не держит.

— Держит. — Она взяла его за руку. — Ты держишь.

Он хотел ответить, но с востока донеслось низкое гудение. Знакомое. Варп-сигнатура.

Клип вскочил, вглядываясь в небо. На горизонте, едва заметная, разгоралась точка — вход в атмосферу.

— Корабль, — сказал он. — Идёт на посадку.

— К нам?

— Не знаю. Но направление — на долину.

Он рванул в дом за автоматом. Зоя уже была на крыльце, Трина прижималась к стене.

— Спрячьтесь в подвал, — скомандовал Клип. — Если что, сидите тихо.

Точка росла, превращаясь в очертания небольшого транспортника. Он шёл низко, явно намереваясь сесть где-то рядом. Клип прикинул траекторию — поляна перед фермой.

— Поздно прятаться, — сказал он. — Уже заметили.

Корабль опустился на снег, подняв тучу искрящейся пыли. Двигатели затихли, аппарель опустилась. Изнутри вышел человек в форме — не военной, но с нашивками федеральной службы.

— Алан Корвин? — крикнул он, подходя.

— Я.

— У меня для вас сообщение. От генерала Рубина.

Он протянул планшет. Клип взял, пробежал глазами. Текст был коротким:

«Корвин. Торн мёртв. Убит в камере сегодня утром. Официально — самоубийство, но наши люди считают иначе. Сеть не перекрыта. Будьте осторожны. Если что — вызывайте. Рубин».

Клип перечитал дважды.

— Что там? — спросила Трина, подходя.

— Торна убили.

— Как?

— Не важно. Важно, что его люди не успокоятся.

Он повернулся к посыльному:

— Передайте генералу: спасибо. Мы начеку.

— Обязательно. — Пилот козырнул и ушёл обратно в корабль. Тот взмыл в небо и скрылся за облаками.

Зоя вышла из подвала, увидела лица и поняла: что-то случилось.

— Что теперь? — спросила она.

— Теперь мы снова в игре, — ответил Клип. — Только теперь без правил.

Глава 18

Ретранслятор Кроу оказался древней моделью, собранной ещё до того, как фазонит стал стандартом. Клип сидел на корточках, изучая маркировку на корпусе — серая краска облупилась, но цифры читались: «Модель Р-7, 6213 год, энергопотребление 15 ГДж/ч, диапазон 500 км». Рядом возилась Зоя, пытаясь подключить к нему запасной SOL-блок через переходник, сваренный из того, что нашлось в мастерской.

— Он жрёт как не в себя, — сказала она, глядя на индикатор. — Если включить на полную, блока на тысячу гигаджоулей хватит на три дня.

— А если в экономичном режиме?

— Можно растянуть на неделю. Но тогда дальность упадёт километров до ста.

— Хватит. Главное, чтобы до базы Кроу доставало.

Они возились уже второй час. С утра Клип решил, что ставить ретранслятор нужно на восточном склоне, оттуда открывался лучший обзор. Зоя вызвалась помочь, и теперь они вдвоём тащили тяжеленный ящик по заснеженной тропе.

— Стоп, — сказал Клип, останавливаясь. — Давай передохнём.

Они присели на валун. Внизу, в долине, виднелась ферма — крошечные коробочки домов, струйка дыма из трубы. Трина, наверное, готовила обед, Ксан читал новости. Обычная картина, если не знать, что за каждым поворотом может ждать смерть.

— Алан, — Зоя отдышалась, — а зачем нам вообще эта связь? Кроу далеко, федералы ещё дальше. Если нападут, они не успеют.

— Успеют, если мы продержимся пару часов. А с ретранслятором мы сможем вызвать их сразу, как только заметим угрозу. Дроны у нас есть, ловушки тоже. Пара часов — реально.

— А если они придут с гравилётами? Тогда минуты.

— Значит, надо думать, как защититься от гравилётов. — Клип посмотрел на небо. — У тебя есть идеи?

Зоя задумалась.

— Можно поставить мины с лазерным наведением. Я видела такие у Кроу. Они реагируют на тепловые сигнатуры и подрываются, когда цель в зоне поражения.

— Есть они у нас?

— Нет. Но можно сделать самодельные. В мастерской полно взрывателей, а корпуса можно напечатать на нанофабрике.

— Долго?

— Дня два, если работать без перерыва.

Клип взвесил. Два дня — это терпимо. Легат мёртв, Торн тоже, но его люди могут объявиться в любой момент.

— Делай. Я помогу, чем смогу.

Они поднялись и потащили ретранслятор дальше. Через полчаса добрались до площадки — ровного уступа на склоне, откуда открывался вид на всю долину и перевал. Клип достал тестер, проверил уровень сигнала.

— Здесь. Ставь.

Зоя открыла ящик, начала раскладывать инструменты. Клип тем временем вбил в мёрзлую землю четыре штыря для крепления антенны. Работали молча, только ветер свистел в ушах да где-то внизу ухал водопад.

Когда ретранслятор был установлен и подключён к блоку, Зоя включила питание. Загорелся зелёный индикатор, антенна медленно повернулась, сканируя горизонт.

— Есть контакт, — сказала она, глядя на экран тестера. — База Кроу отвечает. Сигнал чистый.

— Отлично. Теперь попробуй вызвать федералов.

Она переключила частоту, ввела код, который дал Вега. Через минуту динамик ожил:

— Федеральная служба, приём. Назовите себя.

— Алан Корвин, ферма в ущелье Ветров. Проверка связи.

— Принято, Корвин. Ваш сигнал зарегистрирован. Ждите подтверждения.

Через пару минут пришёл ответ:

— Корвин, вас слышим. Канал связи открыт. В случае экстренной ситуации вызывайте на этой частоте. Ближайший патруль в вашем районе — через два часа после вызова.

— Понял. Спасибо.

Зоя отключила передатчик.

— Два часа, — сказала она. — Это лучше, чем ничего.

— Лучше, — согласился Клип. — Пошли назад. Холодно.

Спускались быстрее, чем поднимались. Внизу, у дома, их ждала Трина. Она стояла на крыльце, кутаясь в пальто, и махала рукой.

— Там это... — начала она, когда они подошли. — Ксан говорит, что по новостям передали: в столице задержали ещё пятерых, связанных с Торном. Но один из них сбежал при этапировании.

— Кто? — спросил Клип.

— Какой-то Тимур Рахимов. Говорят, правая рука Торна по финансам.

Клип помрачнел. Рахимова он помнил по документам Ксана — тот организовывал поставки Kerr на Фронтир, имел связи с наёмниками.

— Значит, он где-то здесь. Или скоро будет.

— Думаешь, он придёт?

— Обязательно. Такие не прощают.

Они вошли в дом. Ксан сидел в кресле, с планшетом в руках. Увидев Клипа, покачал головой.

— Плохие новости, Алан. Рахимов — не просто финансист. Он бывший военный, служил в частях специального назначения. У него и связи, и деньги, и опыт.

— Откуда знаешь?

— Я же собирал досье. Там было про него. Он воевал на Фронтире, потом перешёл к Торну. Говорят, лично участвовал в нескольких операциях против конкурентов.

Клип сел за стол, налил себе чай.

— Сколько у него людей?

— Не знаю. Но раз сбежал, значит, не один. У него наверняка есть свои.

— Значит, будем готовиться. Зоя, сколько у нас взрывчатки?

— Две мины, три гранаты, немного пластита для ловушек.

— Мало. Нужно больше.

Трина подала голос:

— Я могу съездить в город, купить. У меня есть связи в администрации, могут помочь с документами.

— Опасно.

— А сидеть и ждать — не опасно? Если Рахимов придёт, нам понадобится всё, что можно достать.

Клип задумался. Трина права. Но и отпускать её одну — риск.

— Бери Зою. Вдвоём быстрее. И не светитесь. Купите всё необходимое и сразу назад.

— А если нас остановят?

— Скажете, что едете за запчастями для фермы. У вас есть документы?

— Есть, от Кроу. Он выправил нам местные паспорта.

— Тогда всё. Завтра утром выезжайте. Я останусь с Ксаном и подготовлю дом.

Ночь прошла спокойно. Клип почти не спал — проверял ловушки, переставлял датчики, заряжал оружие. Под утро задремал на час, но вскочил от сигнала нейросети: кто-то приближался.

Он выскочил на крыльцо с автоматом. Но это был не враг. По тропе от базы Кроу шёл Серж, за ним ещё двое с ящиками.

— Здорово, ветеран, — крикнул Серж, подходя. — Кроу послал. Говорит, узнал про Рахимова. Прислал помощь.

— Что в ящиках?

— Взрывчатка, детонаторы, три дроида-разведчика. И пара гранатомётов с запасом выстрелов.

Клип облегчённо выдохнул.

— Спасибо. Передай Кроу — я его должник.

— Он сказал, что не надо. Вы Легата убрали, этого тоже уберёте. Вместе.

Серж и его люди разгрузили ящии ушли. Клип смотрел на горы. Где-то там, за перевалом, собирал силы Рахимов. Но теперь у них было оружие, связь и союзники.

Война продолжалась. Но теперь они были готовы.<｜end▁of▁thinking｜>Глава 18

Ретранслятор Кроу оказался древней моделью, собранной ещё до того, как фазонит стал стандартом. Клип сидел на корточках, изучая маркировку на корпусе — серая краска облупилась, но цифры читались: «Модель Р-7, 6213 год, энергопотребление 15 ГДж/ч, диапазон 500 км». Рядом возилась Зоя, пытаясь подключить к нему запасной SOL-блок через переходник, сваренный из того, что нашлось в мастерской.

— Он жрёт как не в себя, — сказала она, глядя на индикатор. — Если включить на полную, блока на тысячу гигаджоулей хватит на три дня.

— А если в экономичном режиме?

— Можно растянуть на неделю. Но тогда дальность упадёт километров до ста.

— Хватит. Главное, чтобы до базы Кроу доставало.

Они возились уже второй час. С утра Клип решил, что ставить ретранслятор нужно на восточном склоне, оттуда открывался лучший обзор. Зоя вызвалась помочь, и теперь они вдвоём тащили тяжеленный ящик по заснеженной тропе.

— Стоп, — сказал Клип, останавливаясь. — Давай передохнём.

Они присели на валун. Внизу, в долине, виднелась ферма — крошечные коробочки домов, струйка дыма из трубы. Трина, наверное, готовила обед, Ксан читал новости. Обычная картина, если не знать, что за каждым поворотом может ждать смерть.

— Алан, — Зоя отдышалась, — а зачем нам вообще эта связь? Кроу далеко, федералы ещё дальше. Если нападут, они не успеют.

— Успеют, если мы продержимся пару часов. А с ретранслятором мы сможем вызвать их сразу, как только заметим угрозу. Дроны у нас есть, ловушки тоже. Пара часов — реально.

— А если они придут с гравилётами? Тогда минуты.

— Значит, надо думать, как защититься от гравилётов. — Клип посмотрел на небо. — У тебя есть идеи?

Зоя задумалась.

— Можно поставить мины с лазерным наведением. Я видела такие у Кроу. Они реагируют на тепловые сигнатуры и подрываются, когда цель в зоне поражения.

— Есть они у нас?

— Нет. Но можно сделать самодельные. В мастерской полно взрывателей, а корпуса можно напечатать на нанофабрике.

— Долго?

— Дня два, если работать без перерыва.

Клип взвесил. Два дня — это терпимо. Легат мёртв, Торн тоже, но его люди могут объявиться в любой момент.

— Делай. Я помогу, чем смогу.

Они поднялись и потащили ретранслятор дальше. Через полчаса добрались до площадки — ровного уступа на склоне, откуда открывался вид на всю долину и перевал. Клип достал тестер, проверил уровень сигнала.

— Здесь. Ставь.

Зоя открыла ящик, начала раскладывать инструменты. Клип тем временем вбил в мёрзлую землю четыре штыря для крепления антенны. Работали молча, только ветер свистел в ушах да где-то внизу ухал водопад.

Когда ретранслятор был установлен и подключён к блоку, Зоя включила питание. Загорелся зелёный индикатор, антенна медленно повернулась, сканируя горизонт.

— Есть контакт, — сказала она, глядя на экран тестера. — База Кроу отвечает. Сигнал чистый.

— Отлично. Теперь попробуй вызвать федералов.

Она переключила частоту, ввела код, который дал Вега. Через минуту динамик ожил:

— Федеральная служба, приём. Назовите себя.

— Алан Корвин, ферма в ущелье Ветров. Проверка связи.

— Принято, Корвин. Ваш сигнал зарегистрирован. Ждите подтверждения.

Через пару минут пришёл ответ:

— Корвин, вас слышим. Канал связи открыт. В случае экстренной ситуации вызывайте на этой частоте. Ближайший патруль в вашем районе — через два часа после вызова.

— Понял. Спасибо.

Зоя отключила передатчик.

— Два часа, — сказала она. — Это лучше, чем ничего.

— Лучше, — согласился Клип. — Пошли назад. Холодно.

Спускались быстрее, чем поднимались. Внизу, у дома, их ждала Трина. Она стояла на крыльце, кутаясь в пальто, и махала рукой.

— Там это... — начала она, когда они подошли. — Ксан говорит, что по новостям передали: в столице задержали ещё пятерых, связанных с Торном. Но один из них сбежал при этапировании.

— Кто? — спросил Клип.

— Какой-то Тимур Рахимов. Говорят, правая рука Торна по финансам.

Клип помрачнел. Рахимова он помнил по документам Ксана — тот организовывал поставки Kerr на Фронтир, имел связи с наёмниками.

— Значит, он где-то здесь. Или скоро будет.

— Думаешь, он придёт?

— Обязательно. Такие не прощают.

Они вошли в дом. Ксан сидел в кресле, с планшетом в руках. Увидев Клипа, покачал головой.

— Плохие новости, Алан. Рахимов — не просто финансист. Он бывший военный, служил в частях специального назначения. У него и связи, и деньги, и опыт.

— Откуда знаешь?

— Я же собирал досье. Там было про него. Он воевал на Фронтире, потом перешёл к Торну. Говорят, лично участвовал в нескольких операциях против конкурентов.

Клип сел за стол, налил себе чай.

— Сколько у него людей?

— Не знаю. Но раз сбежал, значит, не один. У него наверняка есть свои.

— Значит, будем готовиться. Зоя, сколько у нас взрывчатки?

— Две мины, три гранаты, немного пластита для ловушек.

— Мало. Нужно больше.

Трина подала голос:

— Я могу съездить в город, купить. У меня есть связи в администрации, могут помочь с документами.

— Опасно.

— А сидеть и ждать — не опасно? Если Рахимов придёт, нам понадобится всё, что можно достать.

Клип задумался. Трина права. Но и отпускать её одну — риск.

— Бери Зою. Вдвоём быстрее. И не светитесь. Купите всё необходимое и сразу назад.

— А если нас остановят?

— Скажете, что едете за запчастями для фермы. У вас есть документы?

— Есть, от Кроу. Он выправил нам местные паспорта.

— Тогда всё. Завтра утром выезжайте. Я останусь с Ксаном и подготовлю дом.

Ночь прошла спокойно. Клип почти не спал — проверял ловушки, переставлял датчики, заряжал оружие. Под утро задремал на час, но вскочил от сигнала нейросети: кто-то приближался.

Он выскочил на крыльцо с автоматом. Но это был не враг. По тропе от базы Кроу шёл Серж, за ним ещё двое с ящиками.

— Здорово, ветеран, — крикнул Серж, подходя. — Кроу послал. Говорит, узнал про Рахимова. Прислал помощь.

— Что в ящиках?

— Взрывчатка, детонаторы, три дроида-разведчика. И пара гранатомётов с запасом выстрелов.

Клип облегчённо выдохнул.

— Спасибо. Передай Кроу — я его должник.

— Он сказал, что не надо. Вы Легата убрали, этого тоже уберёте. Вместе.

Серж и его люди разгрузили ящики и ушли. Клип смотрел на горы. Где-то там, за перевалом, собирал силы Рахимов. Но теперь у них было оружие, связь и союзники.

Глава 19

Клип не спал вторые сутки. Нейросеть давно переключилась в экономичный режим, оставив только базовые функции: пульс, дыхание, сканирование периметра. Глаза слезились от ветра, но он продолжал сидеть на чердаке дома, прижимаясь к стене и глядя на экран планшета, куда дроны передавали картинку.

Четыре часа утра. Тина и Зоя должны были вернуться ещё затемно. Последнее сообщение пришло два часа назад: «Выехали. Будем через полтора часа». С тех пор — тишина.

Ксан внизу возился с аппаратурой, пытаясь восстановить связь. Ретранслятор на склоне работал, но коммуникатор Трины не отвечал. Либо глушилки, либо...

— Алан, — голос Ксана из динамика внутренней связи. — Дрон засёк движение на южной дороге. Два тепловых сигнала. Идут к нам.

Клип переключил канал. На экране медленно ползли две точки — пешком, без техники. Не похоже на Трину с Зоей. Те бы ехали на вездеходе.

— Вижу. Держи их на прицеле.

Он спустился вниз, проверил автомат. Ксан сидел в кресле, бледный, но спокойный.

— Если это Рахимов, он не один. Значит, основные силы где-то рядом.

— Знаю. — Клип вышел на крыльцо, вглядываясь в темноту. Луна спряталась за тучи, только звёзды давали слабый свет. Две точки приближались медленно, но уверенно.

Он достал бинокль с ночным режимом, настроил. Через минуту различил силуэты — двое, в гражданской одежде, без оружия на виду. Шли, спотыкаясь, словно тащили что-то тяжёлое.

— Странно, — пробормотал он.

Вдруг один из них поднял руку и помахал. Знакомый жест.

— Зоя? — Клип не поверил своим глазам. Он включил фонарь, посветил. Действительно, Зоя и Трина. Без вездехода, пешком, в изодранной одежде.

— Алан! — крикнула Зоя, ускоряя шаг. — Помоги!

Он рванул к ним, на ходу оглядывая окрестности — не засада ли. Подбежал, подхватил Трину, которая почти падала от усталости.

— Что случилось? Где машина?

— Засада, — выдохнула Трина. — В десяти километрах отсюда. Они ждали на дороге. Мы успели съехать в кювет и уйти пешком, но вездеход потеряли.

— Кто?

— Люди Рахимова. Человек восемь, на двух вездеходах. С дроидами. Они нас не преследовали — видимо, решили, что мы не выберемся.

Клип подхватил обеих, повёл к дому. Внутри Ксан уже разливал горячий чай, доставал аптечку.

— Рахимов знает, что вы здесь, — сказал он. — Если они не пошли за вами, значит, готовят удар. Ждут подкрепление или темноты.

— Сколько у нас времени? — спросила Зоя, отогревая руки о кружку.

— Рассвет через два часа. Если они пойдут, то либо на рассвете, либо ночью. Ночью им сложнее, у нас тепловизоры.

Клип молчал, прокручивая варианты. Восемь человек, два вездехода, дроиды. У них — двое бойцов (он и, может, Зоя), Ксан не в счёт, Трина будет прикрывать тыл. Плюс помощь от Кроу, но они ещё в пути.

— Зоя, ты видела, какое у них оружие?

— Автоматы, пара гранатомётов. У дроидов — пулемёты на турелях.

— Тяжело.

Внезапно пискнул коммуникатор. Сообщение от Сержа: «Мы на месте. Залегли в километре к востоку от вас. Ждём».

Клип облегчённо выдохнул.

— Кроу прислал людей. Десять человек. С ними два дроида.

— Значит, силы почти равны, — сказал Ксан.

— Если Рахимов не приведёт ещё.

Клип развернул карту, набросал план. Серж и его люди займут позиции на восточном склоне, перекрывая возможный подход. Сам он с Зоей встретит врага с фронта. Трина останется в доме, прикрывать Ксана и следить за связью.

— Если начнётся, не высовывайся, — сказал он Трине. — Твоя задача — вызывать подмогу, если нас задавят.

— А если задавят? — она смотрела ему в глаза.

— Тогда бегите в подвал. Там есть запасной выход в штольню. Карта у Ксана.

Она кивнула, но по глазам было видно — не побежит.

Рассвет медленно разгорался за горами. Клип и Зоя залегли в ста метрах от дома, за грудой камней. Холод пробирал до костей, но нейросеть грела — последние проценты заряда уходили на обогрев.

— Алан, — шепнула Зоя. — Я боюсь.

— Нормально. Все боятся.

— Ты тоже?

— Я уже отбоялся. Теперь просто делаю.

Она усмехнулась, поправила автомат.

— Научил ты меня, конечно. Но если я сейчас облажаюсь...

— Не облажаешься. Ты справишься.

В наушнике раздался голос Сержа:

— Вижу движение. Четыре вездехода, идут с юга. Человек пятнадцать, три дроида.

— Принял.

Клип сжал автомат. Пятнадцать. Перевес.

— Зоя, когда начнётся, стреляй только по дроидам. Людей оставь мне.

— Поняла.

Вездеходы вынырнули из-за поворота, поднимая снежную пыль. Они шли медленно, осторожно, явно ожидая засаду. За ними бежали фигуры в тёмном — люди Рахимова.

Первый выстрел прогремел со стороны Сержа. Один из вездеходов клюнул носом, задымил. Люди засуетились, начали рассредоточиваться. Клип открыл огонь, целясь в тех, кто пытался занять позиции.

Бой закипел мгновенно. Пули свистели над головой, взрывы гранат сотрясали воздух. Дроиды палили из пулемётов, но Зоя метко сняла одного, второго подбил Серж. Третий укрылся за подбитым вездеходом и продолжал стрелять.

Клип сменил позицию, перекатился за другой камень. Рядом разорвалась граната — его оглушило, но нейросеть компенсировала, выводя из ступора. Он поднялся, увидел, как трое врагов бегут прямо на него.

Очередь. Двое упали, третий залёг. Клип добил его из пистолета.

— Алан! — крикнула Зоя. — Справа!

Он обернулся. Дроид, оставшийся без управления, вдруг ожил и развернул пулемёт в их сторону. Клип рванул к Зое, упал на неё, закрывая собой. Очередь прошила камень, взметнув снег и крошку.

— Жива? — спросил он.

— Да.

Он поднялся, бросил гранату в сторону дроида. Взрыв — и машина замерла.

Бой стихал. Со стороны Сержа доносились последние выстрелы, потом тишина. Клип огляделся: вокруг валялись тела, дымились останки вездеходов. Люди Кроу выходили из укрытий, пересчитывали потери.

— Чисто, — раздался голос Сержа в наушнике. — Рахимова нет. Ушёл.

Клип выругался. Снова ушёл.

Он поднялся, помог Зое встать. Девушка дрожала, но держалась.

— Ты как?

— Нормально. Впервые в таком... но нормально.

— Молодец.

Они вернулись к дому. Трина выбежала навстречу, обняла Клипа.

— Живой!

— Живой. Рахимов сбежал.

— Это не конец.

— Знаю.

Серж подошёл, тяжело дыша.

— Трое наших ранены, один убит. У них — восемь трупов, остальные разбежались. Рахимов ушёл на юг, в сторону перевала.

— Догоним?

— Нет смысла. Он знает местность, уйдёт. Будет готовить новый удар.

Клип посмотрел на горы. Где-то там, в темноте, крался враг. Но сегодня они выстояли.

— Спасибо, Серж. Передай Кроу — мы его должники.

— Передам. — Серж развернулся и ушёл к своим.

Клип обнял Трину, притянул Зою. Они стояли втроём, глядя на дымящиеся останки боя. Война продолжалась, но сейчас можно было просто дышать.

— Идём в дом, — сказал он. — Чай пить.

Они вошли внутрь. Ксан уже кипятил воду, на столе лежала развёрнутая карта.

— Рахимов ушёл, — сказал Клип, садясь. — Но он вернётся.

— Значит, надо готовиться, — ответил Ксан. — И в следующий раз не дать ему уйти.

Трина разлила чай.

— Алан, а что, если мы сами пойдём за ним?

— Сейчас? С уставшими людьми? Нет. Сначала разведка. Узнаем, где он прячется, сколько людей, какое оружие. Потом решим.

Зоя кивнула.

— Я могу запустить дронов на поиски. У нас три разведчика, они облетят все окрестности.

— Делай.

Она ушла в мастерскую. Клип смотрел ей вслед и думал о том, как изменилась эта девчонка. Ещё месяц назад она боялась собственной тени, а сегодня стреляла в дроидов и не дрогнула.

Война меняет всех. Но некоторых — в лучшую сторону.

Глава 20

Серж ушёл на рассвете, забрав раненых и убитого. Клип стоял на крыльце, глядя, как колонна вездеходов тает в снежной мгле. Восемь трупов нападавших остались лежать там, где их настигла смерть — закапывать не было ни сил, ни времени. Зоя обещала, что к вечеру снег заметёт следы, и ферма снова станет белым пятном на карте.

В доме пахло перекисью и кровью. Трина перевязывала Зое руку — та всё-таки зацепила осколком, когда укрывалась от дроида. Пустяк, но кровоточило сильно.

— Сиди смирно, — ворчала Трина, накладывая повязку. — Нервные окончания целы, кость не задета. Заживёт.

— Я знаю, — Зоя морщилась, но не от боли — от злости. — Рахимов ушёл. Опять.

Клип вошёл, стряхнул снег с куртки.

— Ушёл, значит, вернётся. Вопрос — когда и с кем.

Ксан отложил планшет, подкатил кресло ближе.

— Я прогнал записи с дронов за последние три часа. Они засекли движение на южном склоне, за перевалом. Там старая штольня, где раньше прятался Легат. Тепловых сигналов нет, но дрон заметил следы вездеходов — свежие, сегодняшние.

— Значит, он там.

— Или уже нет. Мог оставить ложный след.

Клип задумался. Легат использовал штольни как базу, Рахимов мог поступить так же. Но Рахимов умнее, он не станет сидеть в одной норе, зная, что его ищут.

— Зоя, дроны ещё на ходу?

— Два. Третий я разобрала на запчасти, он слишком долго чиниться.

— Запускай оба. Пусть облетят южный склон, но не приближаются к штольне. Только наблюдение с дистанции. Если там засада, дроны нам ещё пригодятся.

Она кивнула и вышла в мастерскую. Трина закончила перевязку, подошла к Клипу.

— Алан, мы не можем вечно отбиваться. Рано или поздно их станет слишком много.

— Знаю.

— Может, уйти? Кроу предлагал...

— Кроу далеко. Если мы уйдём, ферма достанется им. А потом они придут за нами и туда.

Трина вздохнула.

— Ты прав. Просто... я устала.

— Я тоже. Но выбора нет.

В мастерской загудел станок — Зоя заряжала блоки для дронов. Клип вышел во двор, проверил ловушки. Всё было на месте, но снег подтаял, и кое-где провода оголились. Он поправил, замаскировал заново.

Вернувшись, застал Зою за планшетом. Она показывала картинку с дрона:

— Смотри. Южный склон, старые штольни. Следы есть, но тепла нет. Похоже, они ушли.

— Или сидят в глубине, где тепло не пробивается.

— Может быть. Но дрон засёк вот это.

Она увеличила изображение. На снегу, в сотне метров от входа в штольню, виднелись странные пятна — чёрные, оплавленные.

— Что это?

— Похоже на выхлоп от гравилёта. Или от мощного генератора. Если они использовали Kerr-блоки для какого-то оборудования, остаётся такая отметина.

Клип присмотрелся. Действительно, следы были необычными — снег не просто растаял, а испарился, оставив чёрный налёт.

— Kerr жжёт иначе, чем SOL. У него другой спектр излучения.

— Значит, у Рахимова есть доступ к Kerr. Это плохо.

— Очень плохо. Kerr-оружие — это не автоматы. Гранатомёты на метрическом напряжении могут разнести дом одним выстрелом.

Зоя побледнела.

— Что будем делать?

— Думать. — Клип сел за стол, развернул карту. — Если у них Kerr, значит, у них есть деньги и связи. Рахимов не один. За ним стоит кто-то ещё.

— Кто?

— Те, кто не сдался после дела Торна. Может, другие чиновники, может, корпораты с Фронтира.

В разговор вмешался Ксан:

— Я тут порылся в своих старых записях. У Торна был партнёр, некий Султанов. Он занимался логистикой, поставками Kerr через Фронтир. После ареста Торна Султанов исчез. Думаю, он мог нанять Рахимова, чтобы убрать свидетелей.

— Где он может быть?

— Не знаю. Но если он связан с Рахимовым, то, скорее всего, тоже где-то рядом. На Фронтире или в горах.

Трина, молчавшая до этого, вдруг подала голос:

— У меня есть одна идея. Эстер звонила сегодня утром. Она сказала, что в столице неспокойно. Кто-то пытался взломать её базу данных, но система защиты отбила. Она думает, что это люди Султанова.

— Значит, они ищут информацию о нас.

— Или хотят уничтожить улики. Торн сидит, но его сообщники на свободе.

Клип встал, подошёл к окну. Снегопад усилился, заметая следы недавнего боя.

— Надо менять тактику. Сидеть и ждать — самоубийство. Рахимов умнее Легата, у него ресурсы. Мы должны ударить первыми.

— Как? — спросила Зоя.

— Найти его базу и уничтожить. Пока он не собрал всех.

— Но мы не знаем, где он.

— Знаем. Штольни — только одна из точек. Если у них есть Kerr-генераторы, они не могут быть далеко от источника энергии. А в этих горах только два места, где можно добыть Kerr: заброшенная станция на перевале и старый рудник за Чёрной горой.

Ксан оживился:

— Точно! В руднике когда-то добывали руду для экспериментов с метрическим напряжением. Там могли остаться запасы. Если Рахимов их нашёл...

— Значит, идём туда.

— Один? — Трина вскочила. — Это безумие!

— Не один. С нами пойдут люди Кроу и, возможно, федералы. Но сначала разведка.

Клип достал коммуникатор, набрал сообщение Сержу: «Нужна встреча. Срочно. Возьми людей, кто знает горы. Место — старый рудник за Чёрной горой. Завтра на рассвете».

Через минуту пришёл ответ: «Будем».

— Зоя, сколько у нас дронов?

— Два работают. Третий почти готов, если поднажать.

— Делай. Они пойдут с нами.

— Я тоже пойду, — сказала Зоя. — Я знаю эти горы.

— Трина останется с Ксаном. Если мы не вернёмся через сутки — уходите к Кроу.

Трина хотела возразить, но встретила его взгляд и кивнула.

До вечера они готовились. Зоя возилась с дронами, Клип перебирал оружие, заряжал блоки. Ксан пытался выудить из сети ещё информацию о Султанове. Трина молча сидела у окна, глядя на снег.

Ночью Клип не спал. Лежал на койке, слушая, как воет ветер, и думал о завтрашнем дне. Рудник за Чёрной горой был опасным местом — старые выработки, обвалы, а теперь ещё и вооружённые люди.

— Не спишь? — Трина подошла, села на край койки.

— Не могу.

— Я тоже. — Она взяла его за руку. — Алан, я боюсь. Не за себя — за тебя.

— Я вернусь.

— Обещаешь?

— Обещаю.

Глава 21

В четыре утра ферма напоминала потревоженный муравейник. Серж привёл десять человек — молчаливых, с нашивками Кроу на бронежилетах, при автоматах и гранатомётах. Двое тащили ящик с дроидами — лёгкими разведчиками, похожими на металлических стрекоз. Клип проверил свой автомат в последний раз, заменил SOL-блок в поясной батарее — нейросеть показала 98%. Этого должно хватить на день активной работы.

Зоя вышла из мастерской с двумя отремонтированными дронами. Один нёс на себе камеру ночного видения, второй — тепловизор. Она протянула Клипу пульт управления.

— Дальность — два километра, если без помех. Если включат глушилки, сдохнут сразу. Я поставила защиту от перехвата, но против направленного импульса не попрёшь.

— Понял. Сама как? Готова?

— Готова. — Зоя поправила автомат, висящий на плече. Лицо её было сосредоточенным, без тени вчерашней усталости.

Трина стояла на крыльце, кутаясь в куртку. Ксан выкатился в кресле к двери, держа планшет.

— Я буду отслеживать ваши сигналы, — сказал он. — Если что — вызову федералов.

— Жди до последнего, — ответил Клип. — Они прибудут через два часа, а у нас может не быть двух часов.

— Знаю. Но если ситуация критическая, я рискну.

Клип подошёл к Трине, обнял.

— Я вернусь.

— Ты обещал.

— Я помню.

Серж нетерпеливо кашлянул.

— Ветеран, пора. Светает через час, нам надо занять позиции до рассвета.

Они вышли. Колонна из трёх вездеходов двинулась на юг, к Чёрной горе. Клип сидел в головной машине рядом с Сержем, вглядываясь в мелькающие за окном скалы. Нейросеть прокладывала маршрут, отмечая опасные участки.

— Сколько идти? — спросил он.

— Два часа, если без остановок. Дорога старая, разбитая, но вездеходы пройдут. У них блоки на семьсот гигаджоулей, зарядки хватит туда и обратно.

— А если они нас встретят на полпути?

— Тогда будем драться. — Серж усмехнулся. — Не впервой.

Через час колонна остановилась. Впереди, в свете фар, виднелся узкий проход между скал — естественные ворота в долину, где находился старый рудник. Серж махнул рукой, и двое его людей выскользнули из машин, ушли вперёд разведчиками.

— Ждём, — сказал он.

Клип достал планшет, запустил дрона. Тот бесшумно поднялся в воздух, передавая картинку. С высоты долина просматривалась хорошо: заброшенные постройки, несколько полуразрушенных зданий, тёмный провал штольни. Ни огонька, ни движения.

— Чисто, — сказал он.

— Не нравится мне это, — буркнул Серж. — Слишком тихо.

Через десять минут вернулись разведчики.

— Вход в штольню открыт, — доложил один. — Следы свежие, вездеходы заезжали. Но внутри тихо, как в могиле.

— Засада? — спросил Клип.

— Может быть. Или они ушли через запасной выход.

Серж принял решение:

— Заходим. Первая группа — я, ветеран и Зоя. Вторая — прикрывает вход. Если через полчаса не вернёмся или услышите стрельбу — уходите, вызывайте подмогу.

Они двинулись к штольне. Внутри пахло сыростью и машинным маслом. Стены были укреплены старыми балками, кое-где торчали оборванные кабели. Нейросеть Клипа включила инфракрасную подсветку, высвечивая холодные стены и тёплые следы недавнего присутствия людей.

— Они здесь были, — шепнула Зоя. — Видишь, на полу масляные пятна. Свежие.

— Вижу.

Они углубились в штольню метров на сто. Тоннель расширился, превращаясь в подземный зал. В центре стояли два вездехода — те самые, что участвовали в нападении. Рядом громоздились ящики с маркировкой «Kerr — осторожно, метрическое напряжение».

— Вот оно, — выдохнул Серж.

Внезапно свет погас. Полная темнота. И почти сразу — вой сирены, за которым последовал оглушительный грохот. Вход в штольню обрушился.

— Засада! — крикнул Клип, хватая Зою за руку. — Назад!

— Куда назад? Там завал!

В темноте вспыхнули лучи фонарей — люди Сержа включили освещение. Но в следующую секунду из глубины штольни ударили автоматные очереди. Двое бойцов упали.

— Ложись! — заорал Клип, увлекая Зою за ящики.

Началась стрельба. Пули взвизгивали, высекая искры из металла. Люди Сержа отвечали, но противник был в укрытии, а они — на открытом пространстве.

— Сколько их? — крикнул Серж, перезаряжаясь.

— Не вижу! — ответил Клип. — Но бьют с трёх сторон!

Он выглянул из-за ящика, успел заметить вспышки выстрелов. Прицелился, дал очередь. Кто-то вскрикнул, стрельба на мгновение стихла.

— Зоя, дрон! — крикнул он.

Девушка быстро запустила одного из разведчиков. Тот взмыл под потолок, осветил зал. На экране планшета проявились фигуры — человек десять, засевших за старым оборудованием.

— Вижу их! — Зоя передала картинку Сержу. Тот скорректировал огонь.

Бой продолжался ещё несколько минут. Люди Кроу дрались отчаянно, но численный перевес был на стороне противника. Когда стихла последняя очередь, Клип огляделся. Из десяти бойцов на ногах осталось четверо. Серж был ранен в плечо, но держался.

— Чисто, — сказал он, оглядывая зал. — Но мы в ловушке. Выход завален, связь не пробивается.

Клип попробовал коммуникатор — тишина. Глушилки работали на полную мощность.

— Есть другой выход? — спросила Зоя.

— Должен быть, — ответил Клип. — В старых штольнях всегда есть запасные. Надо искать.

— Я знаю, где, — вдруг раздался голос из темноты. Все обернулись. Из-за штабеля ящиков вышел человек. Высокий, в дорогом костюме, с пистолетом в руке. — Султанов, — представился он. — А вы, я так понимаю, тот самый ветеран.

Клип медленно поднял автомат.

— Не стреляйте, — усмехнулся Султанов. — У меня для вас предложение.

Глава 22

Клип медлил. Палец на спусковом крючке замер, нейросеть лихорадочно просчитывала варианты. Султанов стоял в десяти метрах, пистолет был опущен, но на лице играла странная полуулыбка — не надменная, скорее усталая.

— Предложение? — переспросил Клип, не опуская оружия. — После того, как ваши люди только что пытались нас убить?

— Мои люди? — Султанов усмехнулся. — Вы ошибаетесь, ветеран. Те, кто на вас напал — люди Рахимова. Я здесь совсем по другому делу.

— Врёшь, — выдохнул Серж, прижимая руку к раненому плечу. — Я видел твою рожу в документах. Ты партнёр Торна.

— Был партнёром. Пока Торн не решил, что я слишком много знаю и могу стать опасным. — Султанов шагнул ближе, но Клип предостерегающе вскинул ствол. Тот остановился. — Рахимов нанял меня, чтобы я помог ему с логистикой. А когда я отказался, он объявил на меня охоту. Я чудом ушёл от его людей вчера ночью. Спрятался здесь, в штольне, где раньше была моя явка. А утром услышал стрельбу.

— И ты просто сидел и ждал?

— Ждал, пока вы перебьёте друг друга. Рационально, согласитесь.

Зоя выступила вперёд, направив на Султанова автомат.

— Откуда нам знать, что ты не врёшь?

— Ниоткуда. — Султанов пожал плечами. — Можете меня пристрелить. Но тогда вы никогда не узнаете, где Рахимов держит свой главный склад с Kerr-блоками и сколько у него людей на самом деле.

Клип опустил автомат на несколько сантиметров.

— Говори.

— Сначала вытащите меня отсюда. У меня нет оружия, нет связи, и я уже сутки не ел. Взамен я расскажу всё, что знаю. О Рахимове, о его связях, о том, кто ещё стоит за этим делом.

Серж сплюнул кровь на пол.

— Ветеран, не верь ему. Такие как он — шакалы. Переметнутся при первой возможности.

— Возможно. — Клип посмотрел на Зою. — Что скажешь?

Девушка задумалась, потом кивнула.

— Пусть живёт. Пока. Если врёт — пристрелим позже.

— Решено. — Клип убрал автомат за спину. — Султанов, ты идёшь с нами. Дёрнешься — умрёшь первым. Где запасной выход?

— В конце зала, за теми ящиками. Там старая вентиляционная шахта, ведёт на поверхность, к восточному склону.

— Откуда знаешь?

— Я финансировал ремонт этого рудника пять лет назад. Торн хотел использовать его как склад для Kerr. Знаю здесь каждый угол.

Серж оставил двоих людей прикрывать тыл, остальные двинулись к ящикам. За ними действительно обнаружился узкий лаз, уходящий вверх под углом. Клип посветил фонарём — шахта уходила метров на тридцать, заканчиваясь решёткой.

— Зоя, лезь первой. Если там чисто, свистни.

Она ловко вскарабкалась по скобам, через минуту добралась до решётки. Та поддалась с третьего удара ногой. Свежий воздух ударил в лицо.

— Чисто! — крикнула она вниз.

Выбирались долго. Раненые шли с трудом, Серж бледнел на глазах, но держался. Султанов лез молча, ни разу не попытавшись улизнуть. Клип замыкал группу, настороженно прислушиваясь — не начнут ли люди Рахимова прочёсывать штольни.

На поверхности их встретил холодный ветер и серое небо. До вечера оставалось часа три. Вездеходы, оставленные у входа, скорее всего, были захвачены или уничтожены. Но Серж знал здесь каждую тропу.

— Есть старая лесовозная дорога, — сказал он, опираясь на автомат. — Километрах в двух к западу. Если успеем до темноты, там можно вызвать подмогу.

— Успеем, — отрезал Клип. — Султанов, не отставай.

Они двинулись через лес. Снег был глубокий, проваливались по колено. Зоя шла первой, прокладывая путь. Раненые бойцы помогали друг другу. Клип держался рядом с Султановым, готовый в любой момент выстрелить.

— Зачем ты пошёл на сотрудничество с Торном? — спросил он, когда они остановились на короткий привал.

— Деньги, конечно. — Султанов усмехнулся, отдышался. — Когда тебе предлагают долю в бизнесе, который приносит миллионы, сложно отказаться. Я не знал, что Торн работает на Синдикат. Думал, просто коррумпированный чиновник. Оказалось — хуже.

— А когда узнал?

— Слишком поздно. Когда Рахимов пришёл ко мне с предложением убрать вас. Я отказался, и он сразу понял, что я стану проблемой.

— И ты сбежал.

— Я попытался. Они были быстрее. Пришлось прятаться.

К вечеру они вышли к старой лесовозной дороге. Серж достал аварийный маячок, включил его.

— Кроу услышит. Через час-два пришлют транспорт.

Они сидели на поваленных стволах, глядя, как темнеет небо. Раненых перевязали, Султанову дали воды и сухарь. Зоя прижалась к Клипу, дрожа от холода.

— Ты как? — спросил он.

— Нормально. Просто... устала. И зла на этого Рахимова. Из-за него мы чуть не погибли.

— Погибнут ещё многие. Но не сегодня.

Через полтора часа в небе показался транспортник Кроу — старый, грузовой, с усиленной бронёй. Сел прямо на дорогу, подняв тучу снега. Из люка выскочили люди с носилками.

— Быстро, — скомандовал пилот. — Здесь небезопасно.

Их погрузили за пять минут. Транспортник взмыл в небо, унося подальше от Чёрной горы. Клип смотрел в иллюминатор на уходящие вниз скалы и думал о том, что сегодня они потеряли людей, но приобрели неожиданного союзника.

Султанов сидел в углу, глядя в пол. Зоя спала, положив голову на плечо Клипа. Серж, перевязанный, дремал на носилках.

— Ветеран, — пилот обернулся. — Кроу сказал, чтобы я доставил вас на базу. Там разберёмся.

— Хорошо.

Транспортник летел над горами, и внизу, в темноте, изредка вспыхивали огоньки далёких посёлков. Клип закрыл глаза. Война не кончилась. Рахимов был где-то там, готовил новый удар. Но сегодня они выжили.

Глава 23

Транспортник Кроу чихнул двигателями и тяжело опустился на посадочную площадку базы. Люк открылся, и в лицо ударил холодный ветер, смешанный с запахом перегретого пластика и машинного масла. Клип спрыгнул первым, помог выбраться Зое, затем раненым. Сержа сразу подхватили санитары — рана в плече выглядела скверно, он потерял много крови.

Султанов вышел последним, оглядываясь с любопытством человека, который впервые видит базу контрабандистов изнутри.

— Неплохо, — прокомментировал он. — Мощные генераторы, хорошая система обороны. Кроу знает своё дело.

— Заткнись и иди, — бросил один из бойцов, подталкивая его стволом.

Клип направился к штабу. Трина уже бежала навстречу, на ходу вглядываясь в его лицо, пытаясь понять, жив ли он, цел ли.

— Алан! — она обняла его, прижалась, и он почувствовал, как она дрожит. — Я чуть с ума не сошла. Ксан сказал, что ваш сигнал пропал, потом пришло сообщение от Кроу, что вы попали в засаду...

— Жив, — коротко ответил он, обнимая её в ответ. — Потеряли людей. Серж ранен.

— Я видела. — Трина отстранилась, вытерла глаза. — Кто это с вами? — кивнула на Султанова.

— Долгая история. Потом расскажу. Где Ксан?

— В штабе, с Кроу. Там какое-то совещание.

Они вошли в штаб. Внутри было накурено, пахло синтетическим кофе и разогретым пластиком пайков. Кроу сидел за столом, развернув голографическую карту окрестностей. Рядом с ним стоял Ксан в своём кресле, бледный, но сосредоточенный. Увидев Клипа, Кроу поднял голову.

— Ветеран. Докладывай.

Клип кратко обрисовал ситуацию: засада в штольне, гибель людей, появление Султанова, запасной выход и эвакуация. Кроу слушал молча, только желваки ходили на скулах.

— Шестеро моих людей, — сказал он, когда Клип закончил. — Шестеро. И Серж ранен. За это Рахимов ответит.

— Ответит, — согласился Клип. — Но сначала нужно понять, где он и сколько у него сил.

Кроу перевёл взгляд на Султанова, который стоял у входа под присмотром двух бойцов.

— А это кто?

— Султанов. Бывший партнёр Торна. Говорит, что Рахимов охотится за ним.

— Говорит? — Кроу усмехнулся. — Я таких говорунов знаешь сколько перевидал? Половина сейчас в земле лежат, вторая половина — в моих списках на ликвидацию.

— Я не вру, — подал голос Султанов. — И могу доказать.

— Чем?

— Информацией. Я знаю, где у Рахимова основная база. Не штольни, не временные стоянки, а настоящий склад с Kerr-блоками, оружием и людьми. Там же его штаб.

Кроу подался вперёд.

— Где?

— Сначала гарантии. Я хочу жить. И не в тюрьме, не на Фронтире. Нормальная жизнь, под защитой.

— Ты в положении, чтобы торговаться?

— В моём положении торговаться — единственное, что остаётся. — Султанов усмехнулся. — Если вы меня убьёте, Рахимов всё равно найдёт способ добраться до вас. А если оставите в живых, я помогу его остановить.

Кроу посмотрел на Клипа. Тот кивнул.

— Пусть говорит. Если информация подтвердится, решим.

Султанов подошёл к карте, ткнул пальцем в точку далеко на юге, почти у самого Фронтира.

— Здесь. Старая военная база, заброшенная ещё до того, как фазонит стал стандартом. Там мощные генераторы, подземные ангары, своя система связи. Рахимов обосновался там месяц назад, сразу после смерти Торна. У него человек пятьдесят, тяжёлое вооружение, дроиды, два гравилёта. И запас Kerr-блоков, которых хватит на год активных боевых действий.

Кроу присвистнул.

— Пятьдесят? Серьёзно.

— Серьёзнее некуда. Он готовится к войне. Не только с вами — со всеми, кто может угрожать его бизнесу. Торн был только вершиной. Под ним — целая сеть, и Рахимов теперь её контролирует.

— Откуда ты знаешь?

— Я сам помогал её строить. Пока не понял, что Торн использует меня как расходный материал.

Трина вмешалась:

— Допустим, мы тебе верим. Но пятьдесят человек — это не банда Легата. Это армия. У нас нет таких сил.

— У вас есть я, — сказал Султанов. — Я знаю расположение постов, коды доступа к генераторам, слабые места в обороне. Если ударить правильно, можно зачистить базу за ночь.

Кроу задумался. Потом повернулся к Клипу.

— Ветеран, что скажешь?

— Скажу, что выбора у нас нет. Рахимов не остановится, пока не уничтожит всех, кто связан с делом Торна. Мы, Ксан, Трина, ты — все в списке. Если не ударим первыми, он соберёт силы и раздавит нас поодиночке.

— Твои люди?

— Пойдут со мной. Если, конечно, ты дашь людей.

Кроу усмехнулся.

— Я уже дал. Десять человек полегло из-за этого ублюдка. Ещё двадцать пойдут добровольно. Остальные будут прикрывать базу.

— Этого мало.

— Знаю. Но у меня есть связи с федералами. Вега обещал поддержку, если мы найдём Рахимова.

Клип удивлённо поднял бровь.

— Ты связался с федералами?

— А ты думал, я только бандит? — Кроу усмехнулся. — У меня свои интересы. Если Рахимова уберут, федерация закроет глаза на мои дела на Фронтире. Всем выгодно.

— Когда?

— Завтра ночью. Вега пришлёт отряд спецназа и один гравилёт с поддержкой. Мы выступаем в полночь.

Остаток дня прошёл в лихорадочных сборах. Зоя возилась в мастерской, доводя до ума последних дроидов. Клип проверял оружие, перебирал боеприпасы, менял блоки в нейросети. Трина помогала Ксану с координацией — тот развернул временный командный пункт в углу штаба, отслеживая передвижения и связь.

Султанов сидел в отдельной комнате под охраной, но вел себя спокойно. Ему принесли еду, воду, даже разрешили пользоваться планшетом — под присмотром, конечно.

Вечером Клип вышел на улицу. Небо затянуло тучами, снегопад усилился. Идеальная погода для скрытного передвижения. Он стоял, глядя на горы, и думал о завтрашнем дне.

— Алан.

Он обернулся. Подошла Трина. Встала рядом, взяла за руку.

— Я пойду с вами.

— Нет.

— Я не спрашиваю разрешения. — Голос её был твёрд. — Я умею стрелять. Я знаю этих людей. Я имею право.

Клип посмотрел на неё долгим взглядом.

— Ты можешь погибнуть.

— Могу. Но если ты погибнешь, а я останусь, я себе этого не прощу.

Он молчал. Потом кивнул.

— Хорошо. Держись рядом со мной.

Она улыбнулась, прижалась к нему.

— Спасибо.

— Не за что. Только... если начнётся стрельба, слушай меня беспрекословно. Поняла?

— Поняла.

Они стояли так, пока снег не начал заметать их следы. Где-то в горах выл зверь. Или это ветер гулял в ущельях.

В одиннадцать вечера база загудела. Люди грузились в вездеходы, проверяли оружие, перекрикивались. Кроу лично руководил погрузкой. Рядом с ним стоял Султанов — теперь уже без охраны, в новом комбинезоне, с планшетом в руках.

— База в пятнадцати километрах отсюда, — говорил он, показывая на карте. — Подход только с севера, через лес. Остальные стороны простреливаются. У них три поста наружного наблюдения, дроиды-патрульные и минные поля.

— Мины? — переспросил Кроу.

— Да. Противопехотные, старого образца, но рабочие. Я знаю проходы.

— Веди.

Колонна двинулась в полночь. Десять вездеходов, два грузовика с боеприпасами, один гравилёт — старый, но мощный, с усиленной бронёй. Клип сидел в головной машине рядом с Кроу. Зоя и Трина — в следующей.

Дорога петляла между скал, фары выхватывали из темноты снег и камни. Нейросеть Клипа работала в боевом режиме, сканируя окрестности. Пока было тихо.

Через час колонна остановилась. Впереди, в трёх километрах, виднелись огни базы — редкие, тусклые, но различимые даже сквозь снегопад.

— Дальше пешком, — скомандовал Кроу. — Вездеходы остаются здесь, под охраной. Гравилёт поднимем, когда начнётся.

Они выгрузились. Пятьдесят человек, включая бойцов Кроу, отряд федералов (десять человек в камуфляже с нашивками Веги) и небольшая группа Клипа. Султанов шёл впереди с прибором ночного видения.

— Первый пост, — шепнул он. — Два человека, пулемёт. Обходим слева.

Они двинулись через лес. Снег скрипел под ногами, но ветер заглушал звуки. Клип держался рядом с Триной, краем глаза следя за Зоей. Та двигалась уверенно, автомат наготове, глаза горят.

Первый пост сняли без шума — двое бойцов Кроу подобрались сзади и прикончили часовых ножами. Второй пост оказался сложнее — там сидел дроид. Пришлось ждать, пока он отвлечётся на патрулирование, и только тогда пройти.

Третий пост был пуст. Султанов нахмурился.

— Странно. Должны быть.

— Может, сменили график? — предположил Кроу.

— Может. Но мне это не нравится.

Они подошли к базе вплотную. Огромное здание, вросшее в скалу, с массивными воротами и антеннами на крыше. Внутри горел свет, слышались голоса.

— По моему сигналу, — скомандовал Кроу. — Султанов, открывай ворота.

Султанов подошёл к панели управления, подключил свой планшет. Через минуту ворота бесшумно поползли в сторону.

— Внутри, — выдохнул он. — Быстро.

Они ворвались внутрь. И тут же поняли, что попали в ловушку. Из темноты ударили автоматные очереди, сверху посыпались гранаты. Люди Кроу заметались, пытаясь укрыться.

— Назад! — заорал Клип, увлекая Трину и Зою за бетонный блок. — Это засада!

Рахимов ждал их.

Глава 24

Пули взвизгивали, высекая искры из бетона. Клип прижал Трину к полу, накрыв собой, и краем глаза видел, как люди Кроу падают один за другим. Ловушка захлопнулась — Рахимов знал, что они придут, и подготовил встречу.

— Зоя! — крикнул он, перекрывая грохот. — Дроидов в воздух!

Девушка, лежавшая за соседним блоком, уже колдовала над пультом. Два уцелевших разведчика взмыли под потолок, осветив зал инфракрасными прожекторами. На планшете проявились фигуры — не меньше тридцати, засевших на верхних ярусах, за колоннами, в проёмах.

— Вижу! — крикнула она. — Три группы, справа и слева!

Клип перекатился, выглянул. Автоматная очередь заставила его вжаться обратно. Рядом тяжело дышал Кроу, перевязывая простреленную руку.

— Долго не продержимся, — прохрипел он. — Надо прорываться к выходу.

— Нет! — вмешался Султанов. Он лежал ничком, зажимая голову руками, но вдруг поднял лицо, бледное, но решительное. — Если выйдем, они перебьют нас снаружи. Надо вглубь, к складам. Там есть запасной выход через старую штольню.

— Ты уверен?

— Да! Я же строил это! За складами — служебный тоннель, он выведет на восточный склон. Рахимов о нём не знает.

Кроу выругался, но кивнул:

— Веди!

Султанов пополз вдоль стены, указывая путь. Клип подхватил Трину, махнул Зое. За ними двинулись уцелевшие бойцы — человек двенадцать, не больше.

Огонь не стихал. Пули крошили бетон, рикошетили от металлических балок. Один из бойцов вскрикнул и осел, схватившись за ногу. Товарищ подхватил его, потащил дальше.

— Сюда! — Султанов свернул в узкий коридор, заваленный ящиками. — Здесь!

Клип выглянул за угол. Впереди, в конце коридора, виднелась массивная дверь с красной маркировкой «Kerr — опасно». Рядом с ней замер дроид — тяжёлый, с турелью на плече.

— Зоя, дрон! — крикнул Клип.

Девушка мгновенно отреагировала. Её разведчик спикировал на дроида, ослепив его вспышкой. Тот на секунду замер, и этого хватило — Клип выскочил, дал длинную очередь. Дроид рухнул, заискрив.

— Открывай! — рявкнул он Султанову.

Тот дрожащими пальцами воткнул планшет в панель управления. Дверь со скрежетом поползла вверх.

— Внутрь! Быстро!

Они ворвались в складское помещение. Здесь громоздились штабеля ящиков с маркировкой «SOL» и «Kerr». В углу гудел генератор, питая систему охлаждения. Пахло озоном и машинным маслом.

— Тоннель вон там, — Султанов указал на дальний угол, заваленный пустыми контейнерами.

Вдруг свет погас. Включилось аварийное освещение — тусклые красные лампы.

— Они перекрыли питание, — выдохнула Зоя. — Генератор сдох.

— У нас есть свои блоки, — Клип похлопал по поясу. — Но надолго не хватит.

Кроу тяжело опустился на ящик.

— Мы в ловушке. Если они войдут, перебьют всех.

— Не войдут, — вдруг сказал Султанов. Голос его звучал странно — обречённо, но твёрдо. — Я задержу их.

— Ты? — Кроу усмехнулся. — С чем?

— Здесь есть Kerr-блоки. Если их подорвать...

— Ты с ума сошёл! — Трина вскочила. — Взрыв разнесёт полгоры!

— Не разнесёт, если сделать правильно. — Султанов подошёл к штабелю, указал на маркировку. — Эти блоки низкой ёмкости, они дают локальный выброс метрической энергии. Взрыв будет сильный, но ограниченный. Я знаю, как это сделать. Я же финансировал разработку.

Клип смотрел на него. В глазах Султанова не было страха — только усталость и решимость.

— Зачем тебе это?

— Затем, что я достаточно натворил в этой жизни. Хочу умереть не как крыса, а как человек.

— Ты не должен...

— Должен. — Султанов оборвал. — У вас нет выбора. И у меня нет. Идите. Я взорву, когда они войдут.

Кроу поднялся, подошёл к нему, положил руку на плечо.

— Ты храбрый человек, Султанов. Жаль, что мы встретились так поздно.

— Иди уже. — Султанов отстранился, начал возиться с детонаторами.

Клип повёл группу к тоннелю. Зоя оглянулась на прощание, но ничего не сказала. Трина сжала его руку.

Они вошли в узкий лаз. Позади, из складского помещения, донеслись крики — люди Рахимова ворвались. Потом — оглушительный грохот, и стены содрогнулись. Тоннель затрясло, сверху посыпалась пыль.

— Бегом! — крикнул Клип.

Они побежали, спотыкаясь, поддерживая раненых. Сзади нарастал гул — взрыв разогревал воздух, волна приближалась. Впереди показался слабый свет — выход.

Клип выскочил первым, втянул за собой Трину, потом Зою, бойцов. Они упали в снег, хватая ртом холодный воздух.

Гора позади них вздрогнула, и из штольни вырвался столб пламени. Взрывная волна смела снег с ближайших скал, но до них не достала.

— Живы? — спросил Клип, оглядывая группу.

Все, кто успел выйти, были живы. Раненые, контуженные, но живые. Султанова среди них не было.

— Он остался, — тихо сказала Зоя. — Он спас нас.

Кроу поднялся на ноги, держась за простреленную руку.

— Надо уходить. Скоро сюда придут.

— Куда? — спросил один из бойцов.

— К вездеходам. Если они уцелели.

Они двинулись через лес. Ночь стояла тёмная, только звёзды пробивались сквозь тучи. Шли молча, каждый думал о своём. Клип держал Трину за руку, не отпуская.

Через час вышли к месту, где оставили вездеходы. Те стояли на месте, целые и невредимые — видимо, люди Рахимова не успели их найти.

— Загружаемся, — скомандовал Кроу. — И убираемся отсюда.

Они разместились в машинах, и колонна тронулась в обратный путь. Вездеходы прыгали на ухабах, но никто не жаловался. Слишком многие сегодня не вернулись.

Клип сидел рядом с Зоей, прижимая к себе Трину. Голова гудела, нейросеть показывала 7% заряда — последние проценты ушли на обогрев и поддержание жизнедеятельности. Он отключил всё, кроме базовых функций, и закрыл глаза.

— Алан, — тихо сказала Трина. — Мы победили?

— Не знаю. — Он посмотрел в окно на догорающие вдали огни базы. — Но мы выжили. Пока.

Зоя молчала, глядя перед собой. Её руки дрожали, но она сжимала автомат так, словно это был единственный якорь в реальности.

— Он был не таким уж плохим, — вдруг сказала она. — Султанов. Я думала, такие, как он, только предавать умеют.

— Люди меняются, — ответил Клип. — Когда приходит время.

Колонна ползла по ночной дороге. Впереди, в темноте, уже брезжил рассвет. База Кроу ждала их с теплом, едой и медикаментами. Но покой не приходил — впереди было ещё много дел.

Рахимов мёртв, но его люди могли остаться. Торн сидел в тюрьме, но его сеть всё ещё существовала. Война не закончилась, она просто перешла в другую стадию.

— Завтра разберёмся, — сказал Кроу, когда они въезжали на базу. — Сегодня — отдыхать.

Глава 25

База Кроу встретила их тишиной, нарушаемой только воем двигателей подъезжающих вездеходов и приглушёнными стонами раненых. Рассвет разгорался медленно, нехотя, словно и сам не желал видеть то, что осталось от отряда. Из пятидесяти человек, ушедших в рейд, вернулось двадцать три. Остальные остались там, под обломками базы Рахимова, вместе с Султановым, который предпочёл взорвать себя, чем сдаться.

Клип вышел из вездехода и первым делом проверил уровень заряда нейросети. Остаточные 4% мигали красным, требуя немедленной замены блока. Он механически расстегнул пояс, вытащил почти пустой SOL-куб, бросил в ящик для утилизации. Из рюкзака достал новый — последний из запасных, ёмкостью в тысячу гигаджоулей. Вставил в гнездо, дождался, пока индикатор загорится зелёным. Нейросеть перезагрузилась, выводя на периферию стандартную диагностику: пульс 112, давление повышено, уровень кортизола зашкаливает. Организм всё ещё в режиме боя.

— Надо поставить на зарядку остальные, — сказала Зоя, подходя с охапкой разряженных блоков. Лицо у неё было серым от усталости, на щеке запёкся порез, которого Клип раньше не замечал. — Тут штук десять, почти пустые. Если их не реанимировать в ближайшие часы, окончательно сдохнут.

— Ставь в очередь, — ответил он, кивая на зарядную станцию у стены ангара. — Кроу, сколько у нас запасных?

Кроу, поддерживая раненую руку, подошёл к ним. Лицо его, обычно непроницаемое, сейчас было серым от потери крови, но глаза смотрели ясно.

— В хранилище есть ещё двадцать новых блоков. И один старый, на пять тысяч гигаджоулей, для генератора. Но это неприкосновенный запас.

— Уже не неприкосновенный. — Клип кивнул на раненых, которых грузили на носилки и уносили в медотсек. — Им понадобится энергия для регенераторов.

— Знаю. — Кроу поморщился, перехватывая руку поудобнее. — Доктор уже готовит аппаратуру. Но блоки — не главная проблема. Главная — это то, что мы потеряли половину людей. Рахимов мёртв, но его люди... их было больше, чем мы думали. Если кто-то из них уцелел, они могут захотеть отомстить.

— Не захотят. — Кроу покачал головой. — Они наёмники. Им платили, они работали. Теперь заказчик мёртв, платить некому. Разбегутся.

— Надеюсь. — Клип посмотрел в сторону гор. Там, за перевалом, всё ещё курился дым — взрыв был такой силы, что его было видно за десятки километров. Султанов не пожалел ни себя, ни врагов.

Трина вышла из медотсека, вытирая руки окровавленной тряпкой. Подошла, прислонилась к стене рядом с Клипом.

— Двоим нужна срочная операция, — сказала она устало. — Доктор сказал, что без нормальных нанодроидов они не выживут. У нас есть запас?

— Есть, — ответил Кроу. — Но мало. Штук пять капсул, на самый крайний случай.

— Это крайний случай.

Кроу кивнул и, прихрамывая, направился к складу. Трина взяла Клипа за руку.

— Ты как?

— Жив. — Он посмотрел на неё. В свете утра она казалась призрачно-бледной, но глаза горели всё тем же огнём, что и пятнадцать лет назад. — А ты?

— Я уже не знаю, — тихо ответила она. — Столько смертей за один день. Султанов... я не думала, что он на это способен.

— Люди способны на многое, когда терять нечего.

Зоя вернулась от зарядной станции, волоча за собой тяжёлый кабель. Воткнула его в ближайший вездеход, проверила индикатор. Блоки медленно набирали энергию.

— Алан, — сказала она, не оборачиваясь. — У нас проблема. Один из дронов записал что-то странное перед тем, как взорваться. Я прогнала запись.

Она протянула планшет. На экране, сквозь помехи, было видно, как из бокового тоннеля базы Рахимова выезжает небольшой гравилёт. Он взлетел за минуту до взрыва и скрылся в облаках.

— Кто-то ушёл, — выдохнул Клип.

— Похоже на то. — Зоя увеличила изображение. — Маркировки нет, но по силуэту — частный транспорт, класса люкс. На таких летают богатые чиновники или корпораты.

— Рахимов не мог улететь. Он был внутри, мы его видели.

— Значит, кто-то другой. Может, его заместитель. Или связной.

Клип выругался сквозь зубы. Опять.

— Надо найти, куда он полетел.

— Уже ищу. — Зоя переключила на другую запись. — Дрон засёк траекторию. Он взял курс на юго-восток, в сторону Фронтира. Там сплошная необитаемая зона, километров на пятьсот. Может, у него там база, а может, просто уходит.

— Или ловушка, — добавила Трина.

Клип молчал, глядя на застывший кадр. Гравилёт, уходящий в облака, казался символом всего, что они не успели закончить. Война с Рахимовым была выиграна, но битва, похоже, только начиналась.

— Нужно сообщить федералам, — сказал он наконец. — Пусть проверят. У них есть спутники, радары. Если гравилёт сядет где-то на Фронтире, они его засекут.

— А если нет? — спросила Зоя.

— Тогда будем искать сами. Но не сегодня.

Он убрал планшет, повернулся к Трине.

— Идём в медотсек. Посмотрим, чем можно помочь.

Внутри было тесно и душно. Пахло антисептиком, кровью и озоном от работающих регенераторов. Доктор — пожилой мужчина с вечно усталыми глазами — колдовал над двумя ранеными, подключёнными к аппаратам. Над ними светились голографические экраны с показателями жизнедеятельности.

— Ещё немного, — бормотал он, — и мы бы их потеряли. Хорошо, что привезли вовремя.

— Сколько им нужно времени? — спросил Клип.

— Дня три, если не будет осложнений. Нанодроиды делают своё дело, но ресурс ограничен. — Он кивнул на небольшой контейнер, где лежали пустые капсулы. — Осталось всего две. На всех не хватит.

— Значит, будем экономить.

Клип вышел наружу. Солнце уже поднялось выше, растопив иней на крышах модулей. Люди Кроу разбирали трофеи, чистили оружие, перевязывали друг друга. Кто-то курил, сидя на ящиках. Кто-то молча смотрел в горы.

Кроу сидел на крыльце своего штаба, перебинтованный, с кружкой в руке. Увидев Клипа, кивнул.

— Садись, ветеран. Выпей.

Клип взял кружку — в ней оказался настоящий кофе, не синтетика. Сделал глоток, чувствуя, как тепло разливается по телу.

— Что дальше? — спросил он.

— Не знаю. — Кроу пожал плечами. — Рахимов мёртв, его база уничтожена. Но если кто-то улетел, значит, история не закончена.

— Ты думаешь, это кто-то из его верхушки?

— Возможно. Или просто курьер, который вёз деньги. Но в любом случае, нам нужно быть готовыми.

— Я всегда готов.

Кроу усмехнулся.

— Знаю. Ты, ветеран, вообще никогда не расслабляешься. Это хорошо. Но иногда нужно просто жить.

Клип посмотрел на него.

— Ты о чём?

— О том. — Кроу кивнул в сторону медотсека, где остались Трина и Зоя. — У тебя есть люди, которым ты нужен. Не только как солдат, но и просто... как человек. Не упусти это.

— Я не упускаю.

— Упускаешь. Ты всегда в бою, даже когда боя нет. Думаешь, я не вижу? У тебя глаза как у волка — вечно ищут врага. А враг не всегда снаружи.

Клип молчал. Кроу был прав, но признавать это не хотелось.

— Я подумаю, — сказал он наконец.

— Думай. А я пока посплю. Если что — разбудите.

Он ушёл в штаб. Клип остался один на крыльце, глядя на горы. Где-то там, за перевалом, уходил в небо гравилёт с неизвестным пассажиром. Где-то там начиналась новая глава.

Но сейчас, в это утро, можно было просто сидеть и смотреть на снег. И слушать, как где-то вдалеке шумит водопад.

Зоя вышла из медотсека, села рядом. Молча протянула руку, и он взял её.

— Алан, — сказала она тихо. — Я боюсь, что это никогда не кончится.

— Кончится, — ответил он. — Когда-нибудь.

— Ты правда так думаешь?

— Нет. Но надеюсь.

Она улыбнулась устало и прижалась к его плечу.

— Этого достаточно.

Глава 26

Три дня после взрыва базы Рахимова прошли в тягучем, нервном ожидании. База Кроу гудела как улей — лечили раненых, чинили технику, пересчитывали потери. Из двадцати трёх вернувшихся двое умерли в первую же ночь — слишком тяжёлые ранения, даже нанодроиды не помогли. Ещё трое оставались в критическом состоянии, и Доктор не давал гарантий.

Клип почти не спал. Нейросеть давно переключилась в экономичный режим, но он сам не мог отключиться — каждые несколько часов проверял посты, дронов, связь с федералами. Вега обещал подключить спутники к поиску гравилёта, но пока ничего не сообщал.

— Алан, — Зоя вышла из мастерской, вытирая руки ветошью. — У нас проблема.

Он обернулся. Девушка выглядела усталой, но сосредоточенной — за эти дни она почти не выходила из мастерской, восстанавливая трофейных дроидов и копаясь в обломках электроники, которые привезли с базы Рахимова.

— Какая?

— Я нашла кое-что в памяти одного из разбитых дроидов. Того, что мы подобрали у входа в штольню.

Она протянула планшет. На экране был список — длинный перечень имён, дат, сумм. Клип пробежал глазами первые строки и похолодел.

— Это...

— Платежи. От Рахимова. Кому-то в столице. И не только в столице. Смотри.

Она пролистнула дальше. Там были названия корпораций, имена чиновников, даже несколько фамилий из федеральной службы безопасности.

— Вега знает?

— Нет ещё. Я только что расшифровала. Данные были сильно повреждены, пришлось восстанавливать вручную. Дроид, видимо, вёл скрытую запись всех финансовых операций.

Клип посмотрел на список. Если это правда, то сеть Рахимова простиралась гораздо дальше, чем они думали. И взрыв базы мог ничего не решить — просто убрал верхушку, но корни остались.

— Надо показать Кроу. И Веге. Но Веге... не факт, что можно верить.

— Думаешь, он может быть в списке?

— Не знаю. Но проверять нужно осторожно.

Они направились в штаб. Кроу сидел за столом, изучая карту. Рука его была на перевязи, но выглядел он бодрее — сказывалась молодость и крепкое здоровье.

— Что там? — спросил он, увидев их лица.

Клип молча протянул планшет. Кроу читал долго, лицо его становилось всё мрачнее.

— Вот это да, — сказал он наконец. — Здесь половина столичной администрации. И двое из Совета Губернаторов.

— И один из федералов, — добавила Зоя. — Смотрите, строка 47.

Кроу нашёл, присвистнул.

— Полковник Громов. Начальник аналитического отдела. Если он в деле, то Вега... не факт, что он чист.

— Что будем делать? — спросил Клип.

— Надо копировать. Много копий. И спрятать в надёжных местах. Если эти люди узнают, что мы знаем, они нас сотрут в порошок.

— Уже знают. — Зоя показала на экран. — Дроид передавал данные в реальном времени. Возможно, они уже в курсе, что мы их расшифровали.

Кроу выругался.

— Тогда времени мало. Нужно уходить.

— Куда?

— На Фронтир. Там нас не достанут. У меня там связи, схроны. Пересидим, пока всё уляжется.

— А федералы?

— А что федералы? Если их начальство в списке, они скорее помогут нас убить, чем защитят.

Клип задумался. Кроу был прав. Но уходить сейчас, бросив всё... ферму, которую он восстанавливал, людей, которые на него рассчитывали...

— Алан, — тихо сказала Трина, входя в штаб. Она стояла в дверях и, судя по лицу, слышала разговор. — Если нужно уходить, я с тобой.

— И я, — добавила Зоя.

Клип посмотрел на них. Две женщины, которые доверили ему свои жизни. Ксан в медотсеке, ещё не окрепший после ранений. И список, который мог уничтожить их всех.

— Хорошо, — сказал он. — Уходим. Но не все.

— Что значит — не все? — нахмурилась Трина.

— Кто-то должен остаться и передать данные тем, кому можно доверять. Если все уйдём, информация пропадёт.

— И кто останется?

— Я. — Голос раздался от двери. Все обернулись. В проёме стоял Ксан, опираясь на костыли. Лицо его было бледным, но глаза горели решимостью. — Я останусь. Меня они не тронут — я инвалид, бывший чиновник. Скажу, что ничего не знаю.

— Ксан, ты не выдержишь...

— Выдержу. — Он перебил Клипа. — Я уже почти умер однажды. Больше не боюсь. А вы нужны там, на Фронтире. Чтобы потом вернуться и прижать этих ублюдков.

Трина подошла к нему, обняла.

— Ты с ума сошёл.

— Может быть. — Он усмехнулся. — Но это мой выбор.

Клип молчал. Потом кивнул.

— Хорошо. Ксан остаётся. Мы уходим сегодня ночью.

Они собрались быстро. Вездеходы загрузили блоками, оружием, провизией. Кроу отдал приказ своим людям — кто хотел, мог уйти с ними, кто предпочитал остаться — оставался. Большинство выбрало уйти — слишком велик был риск, что федералы нагрянут с минуты на минуту.

Зоя взяла с собой все записи, все расшифрованные данные. Спрятала их в нескольких местах — в тайниках вездеходов, в личном рюкзаке, даже в нейросеть загрузила копию, зашифрованную своим кодом.

— Если что случится со мной, — сказала она, — данные не пропадут. Их можно будет восстановить.

Клип обнял Трину, потом Ксана.

— Держись. Мы вернёмся.

— Возвращайтесь. — Ксан пожал его руку. — Я буду ждать.

Колонна тронулась в полночь. Пять вездеходов, один грузовик с боеприпасами, два дроида-разведчика в воздухе. Клип сидел в головной машине, глядя, как в зеркалах заднего вида тают огни базы Кроу.

— Алан, — сказала Трина, сидевшая рядом. — Ты думаешь, мы когда-нибудь вернёмся?

— Вернёмся. — Он посмотрел на неё. — Обязательно.

Вездеходы уходили в ночь, в сторону Фронтира. А сзади, на заснеженной базе, остался Ксан — маленькая фигурка на крыльце, машущая рукой.

Где-то в горах завыл зверь. Или это ветер гулял в ущельях.

Война не кончилась. Но начиналась новая глава.

ЭПИЛОГ

Три месяца спустя.

Фронтир встретил их холодом и равнодушием. Посёлок, где они осели, назывался просто — Станция 7. Несколько десятков домов, пара ангаров, захудалый космопорт и бескрайняя снежная равнина вокруг.

Клип сидел на крыльце своего нового жилья — бывшего складского помещения, переоборудованного под жильё. В руках он держал старый, потрёпанный планшет с последними новостями из столицы.

Коррупционный скандал разразился через месяц после их бегства. Анонимные источники слили в сеть данные, которые Зоя так тщательно расшифровала. Полетели головы — трое губернаторов, дюжина чиновников, полковник Громов и ещё несколько федералов. Вега уцелел — его имя в списке не значилось, и он даже получил повышение за «раскрытие заговора».

Ксан выжил. Его не тронули — инвалид в коляске, бывший мелкий чиновник, не представлял угрозы. Он регулярно выходил на связь, передавая новости и прося не возвращаться — пока рано.

Кроу обжился на Фронтире, открыл небольшую мастерскую по ремонту техники. Его люди разбрелись кто куда — кто тоже осел, кто подался дальше, вглубь необитаемых территорий.

Зоя работала в той же мастерской, чинила дроидов и вездеходы. Трина устроилась в местную администрацию — небольшую, почти игрушечную, но хоть какая-то работа.

— Алан, — Трина вышла на крыльцо, села рядом. — Ты опять смотришь новости?

— Да.

— Что там?

— Тишина. — Он убрал планшет. — Всё затихло.

— Это хорошо?

— Не знаю. Может, они просто ждут.

Она взяла его за руку.

— Мы справимся. Мы всегда справлялись.

— Справлялись, — согласился он. — Но цена...

— Знаю. — Она прижалась к нему. — Но мы живы. И мы вместе.

Где-то в небе промелькнула тень — патрульный дрон, местный, не опасный. Клип проводил его взглядом и вдруг заметил вдали, на горизонте, едва различимую точку. Гравилёт. Шёл низко, явно направляясь к посёлку.

— Трина, — сказал он, вставая. — В дом. Быстро.

— Что там?

— Гость.

Он достал автомат, проверил магазин. Точка приближалась, превращаясь в очертания небольшого транспортника. Знакомый силуэт.

— Не стреляйте! — раздался голос из динамика, когда корабль завис над посадочной площадкой. — Свои!

Из люка вышел человек в форме федеральной службы. Вега.

— Корвин! — крикнул он, спрыгивая на снег. — Чёрт возьми, как же я вас искал!

Клип опустил автомат, но не убрал.

— Зачем?

— Затем, что у меня есть новости. И предложение. — Вега подошёл, тяжело дыша. — Сеть Рахимова уничтожена не полностью. Остались те, кто улетел на том гравилёте. Мы их нашли. Они на Фронтире, в трёхстах километрах отсюда. Собирают новых людей, готовят удар.

— И ты хочешь, чтобы мы помогли?

— Я хочу, чтобы вы закончили то, что начали. У меня есть люди, оружие, поддержка. Но без вас — без того, кто знает их повадки, — мы не справимся.

Клип посмотрел на Трину, вышедшую на крыльцо. На Зою, появившуюся из мастерской. На свои руки, всё ещё сжимающие автомат.

— Дай подумать, — сказал он.

— Думай. — Вега кивнул. — У меня есть время до утра.

Он ушёл к кораблю. Клип остался стоять на снегу, глядя на горизонт, где скрылся гравилёт.

— Алан? — Трина подошла, взяла его за руку.

— Я пойду, — сказал он.

— Я знаю.

— Ты со мной?

— Всегда.

Он обнял её, прижал к себе.

— Тогда завтра выступаем.

Война не кончилась. Она просто ждала нового дня.