#24. Истерика

Глава 1

— Я возвращаюсь, — Шыфрам положил Йашну на ступеньки. Очень нежно. Как будто она была жива. Повернулся лицом к выходу и как боксер между раундами хрустнул шейными позвонками, медленно наклонив голову налево. Хрустнул еще раз, наклонив направо. Невесело улыбнулся.

— Не глупи, — Грэм схватил его за рукав.

— Увези ее, — одной рукой он перехватил руку саппорта, второй вложил в нее кристалл с информацией, третьей похлопал по плечу, — ты выполнил работу.

И Шы вернулся. Карманная армия третьего человека в дзайбатцу ждала его. Они заняли позиции и были готовы к бою. Ты уже уходишь, а враг думает, что только пришел. Это Грем придумал. Отличный план, если бы не случайный враг по пути к выходу. Вот он, лежит у стойки с метательным ножом в глазу. Это он убил её. Шы вытащил свой нож. Единственный нож, который он потратил за последние семь операций. Теперь у него снова был полный комплект. Когда у людей случается истерика, они хватаются за голову и кричат. У него хватило бы рук, чтобы еще и размахивать ими. Наверно поэтому его истерики выглядели иначе.

Дальше он считал израсходованные ножи. Четыре на пожарной лестнице. Шесть в коридоре до поворота. Еще четыре после поворота, но в отличии от предыдущих, он кинул их одновременно в разные цели. На ресепшене его ждали профессионалы. Только один нож достиг цели. К этому моменту человек, потерявший смысл всей своей жизни, обычно падает на пол и начинает кататься. Он достал три своих двуручных клеймора.Вращался, рубил, перехватывал, выбрасывал на всю длину полутораметрового меча, использовал как противовес, чтобы кинуть свое огромное тело в сторону. Когда закончился этот дикий танец смерти, он зашел в кабинет к третьему человеку в дзайбатцу. В этом месте человек, который катается по полу, начинает захлебываться слезами — его душит горе. Шы остановился в дверях.

— Почему? — спросил его маленький пузатый мексиканец.— Вы совершили ошибку, — Шы чувствовал, что последний телохранитель, которого он даже не видит, уже готов его убить.

— Какую? — мексиканец говорил кратко, но без суеты. Знает цену своих слов. Страх в нем отдаленно чувствовался, но в интонации его не было. Хорошая административная выучка.

— Убили ее, — обвинение прозвучало, приговор был вынесен. Он уже выбрал казнь. Метнёт в него клейморы. Каким бы опытным ни был телохранитель, шансов спасти хозяина у него нет. Осталось выбрать момент.

— Где? — в голосе администратора ничего не изменилось, но ощутилось сочувствие.

— В вестибюле.

— Мои люди не выходили дальше лестниц, — исчезло ощущение страха, голос стал уверенным. Это снова был опытный администратор. Без эмоций и лишних впечатлений.

— У выхода.

— Не мой человек, — повторил мексиканец, дозируя слова.

— А кто тогда? — Шы даже не подумал, что спрашивает у того, кто не должен знать ответа.

— Тот, кто знал, что вы там пойдете, — и все же это ответ.

— Грэм, — Шы не произнес этого вслух.

И вот наступает время, когда окончательно захлебнувшись горем, человек лежит в полном опустошении.— Нирвин, у нашего гостя появились неотложные дела. Проводи к выходу.