1ая галактическая война

часть первая книги "1ая галактическая война":Закат Вечного Солнца

Состояние галактики

Межзвёздный Альянс ещё существовал — формально.

Флаги продолжали развеваться над орбитальными столицами, дипломатические каналы работали, а протоколы заседаний исправно архивировались в хранилищах Солнечной Директории. Но за внешним порядком уже шли процессы, которые нельзя было остановить ни речами, ни подписями под соглашениями.

Альянс задумывался как система равновесия. После Эпохи Распада он должен был стать щитом — от войн, от экономических коллапсов, от новых диктатур. Однако со временем этот щит оброс позолотой, а его держатели — долгами, обязательствами и страхом потерять власть.

Солнечная Директория была сердцем Альянса. Самым богатым, самым населённым и самым влиятельным его членом. Именно здесь принимались решения, которые остальные миры должны были исполнять. Формально — коллегиально. Фактически — директивно.

К началу 3274 года по Единому календарю финансовые отчёты Директории выглядели пугающе даже для самих кураторов. Дефицит перекрывался новыми займами, займы — эмиссией, а эмиссия — ростом налогового давления на периферию Альянса. Пограничные системы платили за роскошь центральных миров, за гигантские купольные города, за флот, который всё реже выходил в патрули и всё чаще стоял у парадных орбит.

Конфедерация Свободных Планет возникла именно там — на периферии.

Сначала как экономический союз, затем как координационный совет, а позже — как полноценный политический субъект. Её миры не были богаты. Но они были дисциплинированы. У них не было дворцов — зато были верфи. Не было титулов — зато была ответственность.

Главным принципом КСП стала прозрачность. Бюджеты публиковались. Командиры отчитывались. Чиновники не имели права владеть частными корпорациями. Это раздражало Директорию сильнее, чем любые лозунги.

— Они подают плохой пример, — говорили в залах Совета Альянса.

— Они подрывают доверие к системе.

На самом деле они подрывали иллюзию.

Первый серьёзный конфликт произошёл из-за логистики.

Альянс потребовал от КСП передать часть транспортного флота под «временное централизованное управление» — якобы для стабилизации рынков. КСП отказалась. Юридически — на основании устава. Фактически — потому что понимала: корабли не вернутся.

Ответом стали санкции. Ограничения на доступ к гиперкоридорам, заморозка расчётных узлов, задержки поставок оборудования двойного назначения. Всё это подавалось как «технические меры».

Конфедерация не ответила сразу.

Она перестроила маршруты. Запустила собственную расчётную систему. Усилила пограничные патрули. И впервые за всю историю публично заявила:

«КСП оставляет за собой право коллективной самообороны».

Фраза была сухой. Но её услышали все.

В Совете Альянса начались закрытые заседания.

Военные доклады снова стали длиннее дипломатических. Аналитики отмечали рост боеготовности флота КСП, модернизацию наземных сил, переход промышленности на мобилизационные рельсы — без объявления тревоги, без лозунгов.

Солнечная Директория ответила привычно: показной уверенностью.

Парады. Речи. Уверения, что «никакой войны не будет». Но одновременно были активированы старые планы давления — от провокаций на границах до поддержки оппозиционных групп внутри миров Конфедерации.

Именно тогда произошло то, что позже назовут точкой невозврата.

На орбите нейтральной системы Хадар-9 был задержан конвой КСП. Формально — за нарушение таможенного режима Альянса. Фактически — силой. Один из кораблей получил повреждения. Погибли люди.

Директория назвала это «инцидентом».

КСП — «враждебным актом».

Впервые за десятилетия звёздные карты начали перекрашиваться в штабах.

Впервые слова «превентивные меры» и «ограниченная операция» перестали быть теорией.

Межзвёздный Альянс ещё существовал — но уже трещал по швам.

Война не начиналась.

Она просто становилась неизбежной.

Начало конца

Напряжение росло.

Солнечная Директория, ранее известная как хранитель порядка и страж галактики, постепенно сама становилась её врагом.

Формально миры находились под её контролем. Но на самом деле — давно нет.

На мирах севернее центра формально сохранялась власть «Великого Солнца» — так называли Солнечную Директорию, — однако фактически она там отсутствовала. Север почти полностью кишел пиратами, которые грабили и захватывали планеты одну за другой.

Пиратство существовало всегда. Оно возникает тогда, когда сходятся несколько причин:

— слабость центральной державы на её территориях;

— отсутствие порядка;

— экономические трения и конфликты за торговлю.

И первое, и второе, и третье — всё это присутствовало.

Солнечная Директория была слаба. За многие годы казнокрадства и политического разлада накопилась прежде всего первая проблема. Армия деградировала. Конфликтов не было сотни лет. Политикам было не до поддержания боеспособности войск — их интересовало лишь хищение всё больших сумм. Сотни лет армия не видела нормального финансирования. Она поддерживалась хоть как-то только за счёт личных средств офицеров и генералов.

Центр давно перестал быть центром.

Именно поэтому пиратов не могли остановить уже многие годы.

Отсутствие порядка?

Это было постоянное состояние Директории.

Свобода мысли существовала. Но сводилась она к одному — как украсть ещё пару миллионов из казны. Антикоррупционные органы давно умерли. Сенат не собирался уже около ста лет. Помогла ли свобода слова? Нет. Ты мог говорить что угодно, но твои мысли всё равно вращались вокруг одного — как бы прикупить ещё одну планету.

Вот что представляла собой Директория.

Конфликты за торговлю существовали — и не только с КСП. Но ни в одном из них Директория так и не одержала победы. Таково было состояние «Вечного Солнца» — ещё одного имени Директории.

А что происходило на западных и восточных территориях?

На Западе Уходящего Солнца давно существовали племена اسم محارب عظيم. Они обосновались там давно и, как и пираты, легко вытесняли Директорию. Формально планеты считались принадлежащими Директории, но фактически находились под контролем اسم محارب عظيم. Каждый год новая система отходила к ним, а силы Директории не могли ничего сделать.

Племена اسم محارب عظيم стали ярким примером того, как недоразвитая цивилизация легко побеждает развитую.

Их вождь — اسم الآمر. Самый смелый во всей галактике. Он вёл свою армию лично. Он всегда был первым в строю. Бой для него был так же естественен, как для других — вода.

Недавно اسم الآمر объявил Хумуль и взял секторную столицу — сектор Иань, после чего сумел выбить Директорию ещё с двух планет. После объявления Хумуля за ним пошли все.

Хумуль — это зов, по которому западные племена объединяются ради великой цели. В случае اسم الآمر этой целью стало взятие секторной столицы.

На Востоке находилась КНП — противовес загнившей Директории. Спящий медведь. Там существовала дисциплина. Армия была армией — со строгим подчинением. Флот был небольшим: у Директории кораблей было на сотню больше. Но у КНП было главное — порядок.

Юг ничем не примечателен.

Директория крепко держалась за его золотой запас. Огромные залежи золота находились именно там. Поэтому любые племенные или сепаратистские движения подавлялись жестоко.

Но самое интересное было в другом: в подавлении участвовали только солдаты КНП — за большую плату. Армия самой Директории была слишком слаба.

КНП

КНП никогда не стремилась казаться великой.

На звёздных картах она занимала скромное место — несколько десятков систем, плотный, аккуратно очерченный сектор без излишеств и громких названий. Ни роскошных столиц, ни бесконечных орбитальных колец, ни парадов, которые транслировались бы на половину галактики. Для внешнего наблюдателя КНП выглядела тихо. Почти незаметно.

Именно это вводило в заблуждение.

Государство возникло как реакция. Не как бунт, не как революция, а как отказ. Отказ от политики Директории, от её долгов, от её иллюзий и от её слов. КНП строилась медленно, осторожно, без резких шагов. Каждый мир принимался не по идеологии, а по способности жить по правилам.

Правил было немного.

Но они соблюдались.

В КНП не существовало культа личности. Командиры не были героями экранов. Политики не становились богатыми. Армия не была инструментом давления — она была инструментом защиты. И самое важное: в КНП никто не делал вид, что войны больше не будет.

Армия Конфедерации была небольшой.

По численности — несравнимой с силами Солнечной Директории. Флот уступал ей в количестве кораблей, тоннаже и формальной огневой мощи. Но каждый корабль КНП выходил в строй полностью укомплектованным. Каждый экипаж проходил подготовку, а не «службу». Каждый офицер знал, что его приказы будут исполнены — и что за них придётся отвечать.

Здесь не было парадной боеспособности.

Была настоящая.

Финансирование армии шло регулярно. Не по остаточному принципу, не «в следующем бюджете», а как обязательство государства перед самим собой. Учения проводились постоянно. Доктрины обновлялись. Ошибки не замалчивались — их разбирали.

КНП не искала конфликтов.

Но и не избегала их.

Внешне Конфедерация напоминала спящего зверя. Она не демонстрировала силу, не угрожала, не вмешивалась в чужие войны. Но каждый аналитик, хоть раз изучавший её внутренние отчёты, понимал: если КНП поднимется — это будет не вспышка, а удар.

Особое внимание уделялось мобилизационному потенциалу.

Промышленность могла за короткое время перейти на военные рельсы. Гражданские верфи имели двойное назначение. Торговые суда — резервные экипажи. Даже навигационные сети строились с учётом возможной войны.

В Директории это называли паранойей.

В КНП — ответственностью.

Политическая система Конфедерации была простой и жёсткой. Решения принимались долго, но исполнялись быстро. Не было бесконечных комитетов, но были чёткие уровни ответственности. Коррупция не исчезла полностью — её не существует ни в одном государстве, — но она не была системой. За неё наказывали не показательно, а эффективно.

Именно поэтому КНП вызывала раздражение.

Она не нарушала законов Альянса.

Она не выступала с громкими заявлениями.

Она просто существовала — и своим существованием показывала, что Директория не является единственным возможным порядком.

Когда на юге Директория начала подавлять мятежи, именно солдаты КНП выполняли эту работу. За плату. Без лозунгов. Без флагов. Чётко и холодно. Это было выгодно всем — кроме самой Директории. Потому что каждый раз становилось очевидно: её собственная армия больше не способна даже на это.

КНП видела всё.

Пиратство на севере. Племена на западе. Золото юга. Долги центра. Она не вмешивалась — но учитывала.

Спящий медведь не закрывает глаза.

Он просто ждёт момента, когда вставать станет необходимо.

И когда этот момент наступит, уже не будет важно, сколько у кого кораблей. Будет важно лишь одно — кто готов к войне по-настоящему.

Первый галактической важности приказ

День был обычным.

Солнце светило ровно, безмятежно, будто в галактике не существовало ни долгов, ни войн, ни ультиматумов.

В столице Солнечной Директории улицы центра утопали в золоте — если смотреть только на центр. Позолоченные фасады, сверкающие вывески, дорожное покрытие с вкраплениями редких металлов. Всё было создано, чтобы внушать ощущение величия.

Но стоило опустить взгляд — и иллюзия исчезала.

Граждане шли по этим улицам в ободранных рубашках, с пустыми карманами, с лицами людей, давно забывших, что значит жить, а не выживать. Элиты находились выше — в буквальном смысле. Над городом, в орбитальных комплексах и верхних уровнях мегаструктур, они купались в роскоши, недоступной для народа. Пиры, золото, власть без ответственности.

Контраст был привычным.

И потому — не вызывал протеста.

В мирах Конфедерации Свободных Планет всё выглядело иначе.

Здесь не было золотых троп и сияющих башен. Серые, угрюмые улицы тянулись между плотно стоящими домами, выстроенными в одну линию, без украшений и показной красоты. Горожане носили простую, но целую одежду. Они не были истощены, но и не выглядели счастливыми. Это были люди, живущие в мире, где радость не обещали — но и не отнимали последнее.

Элита существовала.

Но она не возвышалась.

Оба мира жили спокойно.

До этой ночи.

— Генерал!

— Что, Эксун?

— К вам телеграмма.

— Дай сюда.

Зисирус раскрыл сообщение. Он читал молча, но с каждой строкой выражение его лица становилось всё жёстче.

— Нужно срочно собрать Совет генералов КСП.

— Созвать приказываете?

— Да. Немедленно. Скажи — срочно.

— Есть.

Кабинет №3.

Зисирус открыл дверь. Коллеги уже были на местах. Генералитет ждал.

Он сел, сложил руки на столе и произнёс:

— Дорогие коллеги. Очевидно, что Солнечная Директория направила нам требования. Иначе я бы не созывал вас этой ночью.

Он вывел текст на экран.

— Цитирую:

«Я, канцлер Солнечной Директории, отправляю вам требование: разрешить провоз грузов через вашу территорию, а также разместить на вашей территории войска ради безопасности. Прошу внять моим требованиям. Отказ будет расценён как сопротивление сюзерену, то есть война.»

В зале повисла тишина.

— Ввести их армию на наши территории? — резко сказал один из генералов. — Лучше смерть, чем оккупация.

— Да. Да. Да! — раздалось сразу с нескольких сторон.

Зал наполнился криками одобрения, тяжёлым гулом голосов.

— Значит, решено, — спокойно сказал Зисирус. — Требования мы не принимаем. Но ответить придётся. Что напишем?

Генералы долго сидели молча.

А затем кто-то, почти буднично, произнёс:

— «Ты — бомж, небрачный сын. За кредит на трассе посидевший.

Сын сатаны и посол болезни аутизма.

Ты слизняк безребетный.

Чтоб гореть тебе в аду.

Чертила галактическая.

Позорная собачка.

Чертила волосатая, с огромным нажратым животом.

Хадак ты ледяной.

И просто дегенерат.

Милости просим пойти паровозиком в пукан.»

На секунду в зале повисла тишина.

А потом он взорвался.

— Давай напишем!

— Именно так!

— Отправляйте!

Рёв одобрения прокатился по кабинету.

Зисирус медленно кивнул.

— Хорошо. Отправить канцлеру Солнечной Директории. Без правок. Под ответственность Совета генералов.

Приказ был отдан.

Сообщение ушло.

И именно в этот момент война стала не вопросом времени,

а вопросом формы.

Первый выстрел

Война началась не с объявления.

Она началась с приказа, переданного по закрытому каналу, без флагов и речей.

Целью Солнечной Директории стала пограничная планета КСП — промышленный мир второго пояса, без столичного значения, но с узловым логистическим центром. В Директории считали его слабым местом. План был прост: быстрый десант, демонстрация силы, захват узла — и давление на Конфедерацию.

Они недооценили главное: КСП не держала «слабых мест».

Директория высадила экспедиционный корпус численностью почти в двадцать пять тысяч человек. Тяжёлая пехота, бронетехника, авиационная поддержка. Наступление планировалось прямое — широким фронтом, с расчётом на численное превосходство и психологический эффект.

КСП встретила их тишиной.

Ни паники. Ни суеты.

Только пустые позиции.

Когда директоратские части вошли в зону посадочных плато, началось.

Сначала — глушение связи.

Затем — точечные удары по офицерским узлам.

Потом — огонь.

Подразделения КСП не шли в лоб. Они дробили противника. Отсекали роты, перерезали пути отхода, били с флангов и исчезали. Использовалась рельефная оборона, заранее подготовленные огневые мешки, перекрёстный огонь малых мобильных групп.

Директория наступала массой.

КСП воевала структурой.

Каждый солдат КСП знал сектор ответственности, маршрут отхода и точку повторного контакта. У директоратских частей связь с командованием рушилась уже через первые часы. Приказы не доходили. Координация терялась.

Когда Директория попыталась ввести бронетехнику, она попала под заранее рассчитанные зоны поражения. Противотанковые расчёты работали спокойно, без спешки. Удары наносились не по корпусу, а по системам управления и ходовой части.

Через тридцать шесть часов бой был окончен.

Потери были подсчитаны точно.

КСП потеряла 1 142 человека.

Директория — более 28 000 убитых, раненых и пропавших без вести.

Соотношение — один к двадцати пяти.

Планета осталась под контролем КСП.

Экспедиционный корпус Директории перестал существовать.

Но настоящий удар пришёл из космоса.

Через трое суток после наземного поражения флот Солнечной Директории вошёл в систему Рем-Хадор, рассчитывая взять реванш. Два линкора, семь крейсеров, сопровождающие суда. По всем расчётам — подавляющее превосходство.

КСП вывела навстречу пять крейсеров.

Всего пять.

Это сочли отчаянием.

На самом деле — это был расчёт.

Крейсеры КСП не выстраивались в линию. Они разделились на две группы и начали манёвр на границе сенсорного поля. Использовались ложные сигнатуры, резкие скачки импульсов, перегрузка датчиков противника.

Когда директоратские линкоры начали разворот для залпового удара, КСП ударила первой.

Не по корпусам.

По системам.

Первый залп — глушение сенсоров.

Второй — уничтожение командных антенн.

Третий — точечные удары по энергетическим узлам крейсеров сопровождения.

Флот Директории оказался слеп.

КСП не вступала в перестрелку на дистанции. Крейсеры входили короткими рывками, били и уходили, постоянно меняя вектор. Каждый манёвр был синхронизирован. Каждый корабль знал, где находятся остальные.

Когда линкоры попытались развернуть главный калибр, было уже поздно. Их энергетические контуры были нестабильны, щиты работали с перебоями. Два последовательных удара — и первый линкор потерял реактор. Взрыв был мгновенным.

Второй линкор попытался отойти.

Не успел.

Крейсеры КСП зашли с мёртвой зоны и вывели из строя двигатели, после чего добили корабль концентрированным огнём по оси корпуса.

Оставшиеся крейсеры Директории попытались отступить. Но система была уже перекрыта. По одному, без суеты, их уничтожили.

Бой длился двадцать семь минут.

Итог:

— 2 линкора Директории уничтожены

— 7 крейсеров уничтожены

— КСП не потеряла ни одного корабля

Повреждения были.

Потерь — нет.

Когда отчёты легли на столы аналитиков, стало ясно: это была не удача. Это была демонстрация.

КСП показала, что количество больше не решает.

Что дисциплина важнее золота.

Что спящий медведь не встаёт зря.

После этой ночи в Солнечной Директории больше не говорили о «карательной операции».

Теперь говорили о войне.

И впервые — с сомнением.

Первое наступлениеЮжный удар

3300 год. Начало полномасштабной войны.

КСП вступила в неё с холодной, почти пугающей уверенностью.

Они говорили просто: «Мы выстоим. Несмотря ни на что».

Двадцать тысяч солдат против миллиона.

Цифры были не в их пользу, но война никогда не решалась одними цифрами.

В Директории это понимали слишком поздно.

Командование КСП приняло решение нанести удар по югу — не из-за славы, не ради демонстрации силы, а ради экономики. Южные системы были сердцем директоратских финансов: золото, редкие металлы, транспортные узлы. Без них Директория могла воевать, но не могла долго.

«Солнце, светившее слишком ярко, должно погаснуть», — говорили в штабе.

Для операции была собрана ударная группировка:

5 000 солдат, 500 артиллерийских орудий, 200 единиц бронетехники.

Против них — южная армия Директории:

около 300 000 солдат, 1 000 орудий, до 1 000 единиц бронетехники.

Лобовая атака означала бы самоубийство.

Командование операции было поручено генералу Зисирусу — лучшему полководцу КСП. Он сразу отверг прямое наступление. План был прост по форме и смертельно сложен в исполнении.

Один корпус — 1 000 солдат, 100 орудий, 50 бронемашин — должен был выйти вперёд и имитировать основное наступление. Шумно. Открыто. Уверенно.

Пока Директория стягивает силы к центру, фланги неизбежно ослабеют.

И тогда основные силы КСП ударят сбоку, замкнув кольцо.

Цель — уничтожение южной армии и прорыв по всей линии систем:

Харбин, Тифт, Фагон, Ладогон.

Ночь столкновения

Ночь весны 3300 года была обманчиво тёплой.

Звёзды висели низко, будто склоняясь к тем, кто собирался умереть.

Передовой корпус КСП вышел вперёд медленно, не прячась. Огни техники резали темноту, артиллерия говорила громко — слишком громко для настоящего удара. Это была наживка. Шумная, тяжёлая, нарочито уверенная в себе.

Директория ответила так, как всегда отвечают те, кто привык верить в число.

Сначала — грохот.

Потом — движение масс.

Орудия вспарывали ночь, взрывы катились по равнинам Харбина, и казалось, что сама планета содрогается от тяжести чужой самоуверенности. Солдаты Директории шли вперёд плотными волнами, стягиваясь к центру, где, как им казалось, решалась судьба юга.

Они не заметили, как тьма по краям стала гуще.

Когда первый удар с флангов пришёлся в тыл, это не выглядело как начало боя.

Это было похоже на закрывающуюся дверь.

Подразделения КСП двигались почти без света. Узлы связи гасли один за другим, тыловые базы вспыхивали короткими, злыми пожарами. Приказы терялись, командиры оказывались отрезанными, броня разворачивалась слишком медленно.

Кольцо сжималось.

В центре директоратская армия всё ещё наступала — и именно поэтому погибала. Их артиллерия стреляла по пустоте, их численность мешала им же самим.

К утру Харбин стал тишиной.

Не победой — тишиной после расчёта.

После падения Харбина операция развивалась стремительно.

Системы Тифт и Фагон были заняты практически без организованного сопротивления — именно там находились основные золотодобывающие комплексы. Финансовый поток Директории оборвался за считанные часы.

Ладогон удержался, но оказался изолирован.

Потери сторон были несоизмеримы:

КСП:500 солдат,50 артиллерийских орудий,10 единиц бронетехники.Директория (южная армия):фактически уничтожена как организованная сила.

За одну ночь Директория лишилась южной армии и основного источника дохода.

Война не закончилась.

Но впервые стало ясно — она может быть проиграна.

Дипломатическое поражение но для кого?

Юг был утрачен и обескровлен окончательно.

После ночной операции и гибели южной армии Директория потеряла контроль над системами Харбин, Тифт и Фагон. Добыча золота остановилась, транспортные коридоры были перерезаны, гарнизоны либо капитулировали, либо были брошены без снабжения.

Ладогон ещё числился директоратским, но фактически держался за счёт инерции и старых складов. Финансовые потоки иссякли, и центр впервые столкнулся с нехваткой средств даже на содержание собственных структур. Южное направление перестало существовать как опора государства.

Запад перешёл под власть племён اسم محارب عظيم.

После договорённостей с КСП племена закрепились в ключевых точках сектора, заняв столицы систем, узлы связи и переходы. Директоратская администрация была вытеснена без масштабных боёв.

Формально планеты ещё числились в составе Директории, но фактически подчинялись вождям племён. Имя اسم الآمر стало символом новой власти Запада. Каждый год Директория теряла там очередную систему, не имея ни сил, ни воли для ответа.

Север был отдан пиратам.

КСП обеспечила их золотом и информацией, после чего северные территории погрузились в хаос. Пираты не удерживали планеты — они разрушали инфраструктуру, грабили склады и уничтожали флотские базы.

Север перестал быть управляемым пространством. Для Директории он превратился в зону постоянных потерь и неконтролируемых угроз.

Восток оставался за КСП.

Там не происходило боёв, не вспыхивали мятежи и не менялись флаги. Восточные территории были закрыты, организованы и находились под строгим контролем.

Пока Директория теряла армии и доходы, КСП сохраняла порядок и накапливала силы, не вмешиваясь напрямую.

К концу кампании положение стало очевидным.

Директория сохраняла лишь центр, окружённый утратами и чужой властью.

КСП не спешила наносить решающий удар. Ситуация работала на неё сама.

svobodni ljudje

Западные территории, недавно занятые племенами اسم محارب عظيم, были официально включены в состав Племенного союза Запада — нового образования, возникшего на осколках Солнечной Директории. Формально власть была установлена, флаги водружены, границы обозначены.

Но за пределами ключевых миров остались планеты, о которых никто не вспомнил.

Планета Кахази.

Дальний мир Сэворона, сектор Ала-9 — самый западный сектор Запада. Планета на отшибе. Здесь люди жили как придётся. Армия существовала лишь по названию, а завтрашний день не сулил ничего, кроме голода и неопределённости.

А что происходит с народом, который не знает, что будет завтра?

Рождается недовольство.

Бунт вспыхнул быстро. Над планетой подняли собственный флаг.

Так появилось государство — Казакия.

Политическое устройство Казакии было простым и вольным.

Весной 3302 года, 26 числа, было утверждено Народное собрание. Люди со всей планеты сходились в зал, чтобы решать общие вопросы. Здесь каждый оставался человеком.

Улички с выпивкой, песнями и танцами. Свобода быть собой.

Приказов не было — был закон.

Не жестокий, но необходимый.

Рамок почти не существовало. Делай, что хочешь, но за всё приходится платить — как в жизни, так и в политике.

Появление независимого государства не устроило КСП. Было предложено сдаться.

Созвали народный совет.

— Что ж, братья казахи, — прозвучал голос. — Сколько лет мы живём, столько и отдадим за свободу. А живём мы здесь свою жизнь!

Из КСП письмо, братцы. Требуют сдаться и войти в состав Племенного союза Запада. Ну что, братцы, что делаем?

— Да туда, откуда они пришли, их! В жопу! — выкрикнули из толпы.

Зал взорвался одобрением.

Начали создавать армию.

Казахскую.

Армия была такой же, как и образ жизни народа — вольной. Не в смысле отсутствия дисциплины, а в способе ведения войны.

Никакой бронетехники — лошади.

Казакия располагалась на планете Сифилисту. По всей планете тянулась система рек Умбанга — Гонка-Чанда. Основную часть территории занимали леса.

В лесах бронетехника была бесполезна. Конница быстрее выходила на позиции, там спешивалась и вступала в бой.

Когда началось вторжение КСП, армия Казакии ушла в леса.

Основной ударный кулак КСП формировался для прорыва за реку Умбанга — Гонка-Чанда.

Движение началось ночью, в конце весны 3302 года.

Лес встретил колонны тишиной.

Бронетехника шла уверенно, рвала корни, давила почву, но с каждым километром вязла всё сильнее. Связь начинала пропадать, порядок нарушался.

А потом лес заговорил.

Казахи появились внезапно — словно выросли из самой земли.

Гранаты летели под днища машин, РПГ били с флангов, самодельные заряды взрывались в узких проходах.

Пехота КСП была связана боем заранее и не смогла прийти на помощь.

Выстрелы пушек и лазеров постепенно стихли.

К рассвету остались лишь дым и горящий металл.

Утро было спокойным.

Но не мирным.

Вечером КСП начала второе наступление.

Теперь — двумя танковыми кулаками.

Металл снова пошёл вперёд, прожекторы резали темноту, будто пытаясь подчинить ночь.

Но ночь не отступила.

Леса вновь приняли сторону хозяев. Колонны теряли направление, техника застревала, а удары приходили оттуда, где их не ждали.

Казахи не держали линию фронта — они были везде и нигде одновременно.

Второе наступление окончилось провалом.

Третье наступление началось ночью.

Его ознаменовала точная стрельба по штабу.

К счастью для Казакии, генералы КСП в тот моментЗападные территории, недавно занятые племенами اسم محارب عظيم, были официально включены в состав Племенного союза Запада — нового образования, возникшего на осколках Солнечной Директории. Формально власть была установлена, флаги водружены, границы обозначены.

Но за пределами ключевых миров остались планеты, о которых никто не вспомнил.

Планета Кахази.

Дальний мир Сэворона, сектор Ала-9 — самый западный сектор Запада. Планета на отшибе. Здесь люди жили как придётся. Армия существовала лишь по названию, а завтрашний день не сулил ничего, кроме голода и неопределённости.

А что происходит с народом, который не знает, что будет завтра?

Рождается недовольство.

Бунт вспыхнул быстро. Над планетой подняли собственный флаг.

Так появилось государство — Казакия.

Политическое устройство Казакии было простым и вольным.

Весной 3302 года, 26 числа, было утверждено Народное собрание. Люди со всей планеты сходились в зал, чтобы решать общие вопросы. Здесь каждый оставался человеком.

Улички с выпивкой, песнями и танцами. Свобода быть собой.

Приказов не было — был закон.

Не жестокий, но необходимый.

Рамок почти не существовало. Делай, что хочешь, но за всё приходится платить — как в жизни, так и в политике.

Появление независимого государства не устроило КСП. Было предложено сдаться.

Созвали народный совет.

— Что ж, братья казахи, — прозвучал голос. — Сколько лет мы живём, столько и отдадим за свободу. А живём мы здесь свою жизнь!

Из КСП письмо, братцы. Требуют сдаться и войти в состав Племенного союза Запада. Ну что, братцы, что делаем?

— Да туда, откуда они пришли, их! В жопу! — выкрикнули из толпы.

Зал взорвался одобрением.

Начали создавать армию.

Казахскую.

Армия была такой же, как и образ жизни народа — вольной. Не в смысле отсутствия дисциплины, а в способе ведения войны.

Никакой бронетехники — лошади.

Казакия располагалась на планете Сифилисту. По всей планете тянулась система рек Умбанга — Гонка-Чанда. Основную часть территории занимали леса.

В лесах бронетехника была бесполезна. Конница быстрее выходила на позиции, там спешивалась и вступала в бой.

Когда началось вторжение КСП, армия Казакии ушла в леса.

Основной ударный кулак КСП формировался для прорыва за реку Умбанга — Гонка-Чанда.

Движение началось ночью, в конце весны 3302 года.

Лес встретил колонны тишиной.

Бронетехника шла уверенно, рвала корни, давила почву, но с каждым километром вязла всё сильнее. Связь начинала пропадать, порядок нарушался.

А потом лес заговорил.

Казахи появились внезапно — словно выросли из самой земли.

Гранаты летели под днища машин, РПГ били с флангов, самодельные заряды взрывались в узких проходах.

Пехота КСП была связана боем заранее и не смогла прийти на помощь.

Выстрелы пушек и лазеров постепенно стихли.

К рассвету остались лишь дым и горящий металл.

Утро было спокойным.

Но не мирным.

Вечером КСП начала второе наступление.

Теперь — двумя танковыми кулаками.

Металл снова пошёл вперёд, прожекторы резали темноту, будто пытаясь подчинить ночь.

Но ночь не отступила.

Леса вновь приняли сторону хозяев. Колонны теряли направление, техника застревала, а удары приходили оттуда, где их не ждали.

Казахи не держали линию фронта — они были везде и нигде одновременно.

Второе наступление окончилось провалом.

Третье наступление началось ночью.

Его ознаменовала точная стрельба по штабу.

К счастью для Казакии, генералы КСП в тот момент сидели в баре, уверенные, что сопротивление сломлено.

На этот раз бронетехнику не пустили. Пошла пехота.

Но лес КСП знала плохо.

В темноте солдаты терялись, сбивались с маршрутов, путались в чащобе.

А затем из тумана раздавался топот копыт.

Кони вырывались из тени, удары были короткими и смертельными, и так же быстро всё снова растворялось в ночи.

К утру третье наступление рассыпалось само собой.

На следующий день в штаб Казакии пришло письмо… сидели в баре, уверенные, что сопротивление сломлено.

На этот раз бронетехнику не пустили. Пошла пехота.

Но лес КСП знала плохо.

В темноте солдаты терялись, сбивались с маршрутов, путались в чащобе.

А затем из тумана раздавался топот копыт.

Кони вырывались из тени, удары были короткими и смертельными, и так же быстро всё снова растворялось в ночи.

К утру третье наступление рассыпалось само собой.

На следующий день в штаб Казакии пришло письмо…

, лидер КСП, обращаюсь к вам, ми лорд, достойный из достойных, с моими скромными требованиями.

Прошу принять формальный вассалитет от Западного племенного союза. Армия и политика остаются независимыми, однако формально вы будете являться его вассалом.При будущих переделах границ вам будут отведены дополнительные земли.

Мы выводим войска.

Вы вступаете в наш альянс — вместе мы будем силой.

С глубочайшим уважением,

Зигридунт»

В штабе вспыхнули бурные споры.

Одни видели в предложении спасение, другие — скрытую угрозу. Говорили долго, громко, перебивая друг друга, пока не стало ясно: решение будет принято здесь и сейчас.

На следующий день Казакия официально стала

Казахской державой Запада.

Завершающий аккорд

После гибели Юга, после разграбленного Севера и распавшегося Запада Солнечная Директория существовала лишь формально. Карты всё ещё рисовали границы, архивы всё ещё хранили печати, но реальной власти больше не было. Оставался Центр — перегруженный, испуганный, разрозненный.

КСП входила в Центральное кольцо не как освободитель и не как захватчик. Она входила как неизбежность.

Наступление было спланировано в деталях. Не единый удар, а серия последовательных срезов. Сначала — внешние узлы связи. Потом — транспортные коридоры. Затем — командные контуры. Центральное кольцо лишалось не планет, а способности мыслить как единое целое.

Флоты КСП двигались группами малой и средней численности. Они избегали лобовых столкновений, вынуждая силы Директории распыляться. Там, где враг собирал массу, КСП исчезала. Там, где враг ослаблялся, следовал точный удар.

Орбита за орбитой гасла.

Директория пыталась ответить числом. В бой шли корабли старых серий, недоукомплектованные экипажи, соединения без общей связи. Приказы приходили с опозданием, штабы противоречили друг другу, офицеры действовали вслепую. Центр, привыкший управлять из кабинетов, не умел воевать в условиях постоянного давления.

Начались первые крупные наземные сражения.

Города Центрального кольца, выстроенные для демонстрации величия, оказались непригодны для обороны. Широкие площади становились ловушками, стеклянные комплексы — источниками хаоса. Бои шли за узлы энергоснабжения, за станции связи, за транспортные хабы. Каждый объект был важнее символов.

Именно тогда стало ясно: элиты уходят.

Частные старты происходили без объявлений. Корабли взлетали под прикрытием гражданских рейсов, с отключёнными маяками. Сенаторы исчезали первыми. За ними — финансовые кланы, затем высшие чиновники. Те, кто десятилетиями говорил о долге и порядке, не собирались умирать за умирающее государство.

Центр пустел изнутри.

КСП продолжала наступление, несмотря на растущие потери. Командование понимало: остановка сейчас означает поражение. Но именно в этот момент война перестала быть региональной.

Вселенский суд вынес решение.

Обвинение не касалось морали, не касалось истории и не касалось реального положения дел. Лишь формулировка: нарушение статьи №3 — право государства на территориальную целостность. Формально Директория всё ещё существовала. Этого оказалось достаточно, чтобы признать КСП агрессором.

Приговор был приведён в исполнение немедленно.

В пространство КСП начали входить силы извне. Переходы открывались в глубине тыла, рядом с промышленными мирами, у узлов снабжения. Флоты не несли символики Директории — это были силы иных галактик, действующие под мандатом суда.

Всего — девяносто пять галактик.

Удары наносились точно и без эмоций. Верфи горели первыми. Затем — энергосистемы. Потом — центры управления. КСП впервые за всю войну оказалась в положении обороняющейся стороны.

Наступление в Центральном кольце продолжалось, но уже под угрозой полного окружения.

Так война против умирающей Директории превратилась в войну против Вселенной.

И стало ясно:

пути назад больше нет.

запад.начало войны и первая битва с КСП

3300 год.

Операция на Харбин-2 началась без объявления.

Красная планета уже считалась второстепенной. Бури разрывали поверхность, песок поднимался до орбиты, и любое присутствие там было борьбой не с врагом, а с самой средой.

Но именно туда вошёл флот вмешательства.

3 линкора.

500 фрегатов.

около 10 000 единиц лёгкой авиации.

Слишком много для обычной операции.

Слишком точно для случайного удара.

Харбин-2 относился ко второму уровню.

Это означало:

— фрегаты строить можно

— линкоры — нет

— полноценного стратегического флота — нет

Но это никогда не было гарантией выживания.

Первыми вошли фрегаты.

Они развернулись на орбите без паузы, сразу начиная захват контроля над коридорами связи.

И в этот момент стало ясно — планета не будет сопротивляться стандартно.

Она будет ломать структуру боя.

Конфедерация Свободных Планет пыталась действовать по привычной схеме.

Малые группы.

Рассеивание.

удары по узлам управления.

Но Харбин-2 не позволял удерживать систему боя.

Бури резали сенсоры.

Связь рвалась.

Координация распадалась быстрее, чем успевали корректировать приказы.

Линкоры вошли позже.

Без спешки.

И сразу начали срезать ключевые точки:

— орбитальные станции

— ретрансляционные узлы

— энергетические контуры фрегатных групп

Флот действовал впервые за войну как единое целое.

КСП попыталась удержать структуру.

Но система уже не собиралась обратно.

Фрегаты теряли управление.

Лёгкая авиация исчезала в буре.

Орбитальная сеть распадалась на отдельные участки.

К утру бой был завершён.

Харбин-2 взят.

Полностью.

Орбитальный контроль перешёл к силам вмешательства.

Наземные узлы сопротивления были подавлены в течение суток.

Флот КСП отступил, не сумев восстановить единую систему управления в секторе.

И именно здесь произошло главное.

Запад потерял не планету.

Он потерял узел связи региона.

В штабах КСП это зафиксировали коротко.

Без формулировок.

Без эмоций.

«Узел Харбин-2 утрачен.»

Впервые за всю войну стало ясно:

КСП может терять не территории.

А структуру.

Наступление на столицу

Утро 3301 года предвещало лишь одно: то, что союзный межгалактический флот начнет свое движение. После прорыва на Западе флот КСП был вынужден отступить и присоединиться к верфям Нейберга, что на Севере. Там, на орбите планет второго типа, которые кольцом проходят, держась на орбите Земли, стоит гордость флота КСП. Линкоры 1, 2, 3-го типов, фрегаты и легкая авиация. Стоят они на пополнении вооружения, а также на техобслуживании. Гиганты километровой длины и 100 метров ширины, имеющие в своем арсенале 1000 турболазеров, 10 000 турелей и 100 000 лучей плазменного типа. Лучи используются, конечно, для сбития малой авиации, а турболазеры — для фрегатов и линкоров. Турели же используются для воздушной обороны Оси корабля. Ось корабля — ось по Y-координате, проходящая в центре корабля, от нее считается длина. 2-й тип имеет 950 турболазеров, 100 000 турелей и 50 000 лазеров. А третьего типа — около 800 турболазеров, 1000 турелей и 200 000 лазеров.

Но отступление оголило Запад. Увидев это, межгалактический флот под командованием Бишера прорвал секториальную оборону, пробившись и уничтожив примерно 400 фрегатов. Главное сражение произошло возле планеты Элизиум-2. Тогда ночью 3310 года (9 лет продвижения флота Бишера) Бишер встретил основные силы: три линкора первого типа, шесть второго и двадцать третьего, а также около 1000 фрегатов. Конечно, флот Бишера имел несоизмеримо больше сил: около 100 линкоров первого типа, 200 второго и 600 третьего, а также 200 000 фрегатов. Но флот, вставший у него на пути, не хотел сдаваться. Задача Янса — задержать и подбить как можно больше кораблей.

Бой начался с того, что разведгруппа Бишера, состоящая из 10 линкоров первого типа, 20 второго и 100 третьего, а также 1000 фрегатов, зафиксировала положение флота КСП. Но флот под командованием Гейренга (флот КСП) не хотел сдаваться. Начался бой. Понятно, что разведгруппа быстро перемолола флот КСП. Но тут, неожиданно для тактиков и командования Бишера, астероиды ожили. Сзади на них были прикреплены движки, а с планет вышли «Страйкеры-6» — ракеты типа «земля-космос», имеющие 10 ядерных зарядов, а также плазменные турели, что позволяют им обороняться от тех, кто хочет их уничтожить. Астероиды сзади, «Страйкеры» спереди. Три «Страйкера» были сбиты, но два долетело и одновременно с астероидами врезалось в разведгруппу. С тех пор от нее не было вестей. Но началось полномасштабное наступление, в ходе которого флот КСП был разбит, пленных не брали. А планеты в данном секторе были захвачены с помощью орбитального удара и одновременным наземным наступлением.

часть вторая книги "1ая галактическая война":Битва за Терру

14 планет до земли..

после прорыва на западе положение для КСп стало критическим.после прорыва возле верфей нейберга стало ясно что земля открыта.Ксп прекрасно понимала то чт опроход до земли отрыт чт оповлечет за собой необратимые последствия в виде прохода до столицы.стало ясно чт опобеда потребуте больших жертв…просле захода флота бишера в солнечную систему Ксп приняла доктрину выжженой земли.ведь победа должна быть любой ценой.Жители на планетах обитаемых и тероформирвоанных(марс,венера)евакуировлаись на землю и тоднвоременно на планетах были заложены термичесике заряды какие бы разорвали планеты в случае их подрыва.также марс был полностью фортефицирован.каждый метр давался бы большой кровью.И конечно Бишер навязал сражение на марсе…

Битва за Марс

Ночью 3310 года началось наступление армии Бишера на Марс. Марс — колыбель Земли. Он центр многих исследований, как технологических, так и другого типа. Отдать его — значит отдать центры управления и главные научные станции. КСп решила дать бой.

Бишер имел численность армии в 100 миллионов десанта (на все планетарные операции). А орбитальные и планетные силы обороны КСп едва достигали 10 миллионов. Важно заметить: один полк армии Бишера вмещал в общей сложности (если брать команды техобслуживания и экипажи техники) 2,5 миллиона солдат — это стандартная цифра для полка. Так же и один полк КСп вмещал 2,5 миллиона солдат — это так называемый «золотой» (или огневой) стандарт. Но они не решили отступить. Они решили биться, и даже не за КСп, а за свой дом. За Землю, ведь понимали: прорыв Марса оголяет Землю для удара сил Бишера. Все понимали, что не выживут, но цель была задержать, вымотать и убить как можно больше противника. Дезертиров не было; если и пытались брать в плен силы Бишера, силы планетарной и орбитальной обороны те взрывались вместе с гранатой.

Ниже будет представлена карта Марса:(К сожалению, придется присмотреться по указанному сайту)

Восток

Запад

север

юг. (снимки Марса взяты с: galactic.name)

Высадка сил Бишера произошла ровно в 2:00 на востоке в регионе Amazonis Planitia. Там находились силы второго и первого полков, а также ряд укреплений и фортификационных сооружений «Едир-4». В битву с вторым и первым полком вступили третий и пятый полк армии Бишера. Вооружение примерно было равным.

Первый бой произошел в 2:01. Он не был затяжным, но дал понять Бишеру намерения сухопутных и орбитальных сил Марса. Бойцы второго полка планетарно-орбитальных (сухопутных) сил: произошла перестрелка, в ходе какой потерь не было и результат оказался ничейным.

А первый крупный бой на Amazonis Planitia произошел в 2:10 возле форта «Сиерра-1». Первый батальон второго полка вступил в бой с третьим батальоном третьего полка армии (десанта) Бишера. В ходе боя были убиты 500 000 человек со стороны КСп и 600 000 человек со стороны Бишера, однако «Сиерра» была взята. Остатки батальона отступили севернее. Позже были добиты, однако на 200 000 погибших погибло 345 000 человек со стороны армии Бишера.

Далее началось полномасштабное наступление. Центральная оборона пала уже примерно в 7:24. Потери КСп: полностью уничтожен второй батальон второго полка КСп (700 000 человек) и первый батальон третьего полка армии Бишера (900 000 человек, и с четвертого батальона еще 100 000 умершими и 200 000 ранеными).

После прорыва центра было решено отвести северную планетарно-орбитальную оборону Марса, и южную, и восточно-западную к хребту Valles Marineris. Там отряды постепенно окопались и были готовы дать бой противнику. Бишер решил пойти к столице Марса в секторе Terra Meridiani, и ему пришлось столкнуться с первым батальоном второго полка сил планетарно-орбитальной обороны. Батальон дал бой, однако погиб. Второй полк составлял только четвертый батальон. Но Бишер тоже потерял полностью батальоны второй и четвертый, полностью уничтожив силы третьего полка.

Дорога к столице была открыта. После коротких боев возле Xanthe Terra и Margaritifer Terra проход к столице был открыт. Однако первый полк решил не отступать. Решил погибнуть, чтобы унести с собой побольше. Первые часы боя (15:40–18:30) Бишер не мог продвинуться ни на метр в безуспешных атаках, потеряв половину пятого батальона. После прибыло еще четыре полка на помощь Бишеру. С их помощью ровно в 21:23 была взята столица. Никто не сдался в плен среди сил КСп. А один полк уничтожил примерно три.

Но Марс был взят. После Бишер подавил остатки сопротивления на севере и на юге, а точнее в районах Planum Australe, Noachis Terra. Важно отметить героичность остатков планетарно-орбитальной обороны Марса. Остатки собрались и решили ждать последний бой в секторе Aonia Terra, там же и погибли. Однако 200 000 человек убили 560 000 человек. Стойкость духа и сила воли, не больше.

А на севере последний бой дали 90 000 человек возле сектора Planum Boreum. Было использовано всё: от саперных лопат до кусков льда. Они все погибли, однако совершили подвиг, какой будет хранить история, убив 200 000 человек и уничтожив уже четвертый батальон из всех десантных сил. А точнее, добив, потому что начали уже на юге в секторе Aonia Terra их братья по крови.

В общем, потери сторон:

КСп: 2 полка. Бишер: 4 полка.

КСп показала силу духа и стойкость, однако Марс был взят, а дорога на Терру открыта.

Битва за Венеру

После прорыва Марса флот Бишера вышел к Земле. Однако он принял решение не сразу брать Землю, а отрезать её от логистических путей. Логистические пути проходили от Земли к Марсу и к пространственным воротам, через которые корабли как гражданского, так и военного назначения прыгали в асимметрическое пространство (фактически проходили через границу пространства, локально разрывая его; тем самым их выкидывало туда, где была вбита Ордкоордината).

Карта Венеры.(К сожалению, придется присмотреться к указанному адрессу:

Ордкоордината — примерное место назначения выхода корабля из асимметрического пространства. Она может настраиваться ровно по трем величинам: x, y, z. Учитывается сила разрыва, и за формулой считывается, куда выкинет корабль. А Эндкоордината — откуда вышел корабль. Например, когда настраивается логистический путь перевоза оружия, говорится: «Эндкоордината — [столько-то, то есть x, y, z], Ордкоордината — [столько-то]».

Но второй, не менее важный логистический путь проходил от Земли к Венере и к венерским фазовым воротам. Цель Бишера была ясна: в космической схватке уничтожить ворота и, конечно, оккупировать планету. Для ясности места дальнейших боевых действий ниже будет прикреплена карта Венеры (на момент операции, то есть 21 марта 3311 года).

В ночь на 21 марта флот Бишера начал атаку на фазовые врата. Силы в виде пятидесяти линкоров 1-го типа и ста 2-го типа, а также около 100 000 фрегатов. Силы КСП были сосредоточены на Венере, поскольку там остался единственный логистический узел: около 10 линкоров 1-го типа, двухсот линкоров 2-го типа и 50 000 фрегатов.

Бой развернулся, когда в 1:05 командующий флотом заметил приближающиеся сигнатуры кораблей противника. Поскольку Бишер имел численное преимущество, КСП решило использовать тактику окружения. После катастрофы Арк-9 огромное количество обломков и взрывчатки было на орбите Венеры, создавая своеобразное кольцо вокруг планеты. Поскольку радары у всех кораблей работают по принципу нахождения металла (поскольку это единственный метод обнаружения, доступный в космосе: за температурой невозможно, за посыланием радиоволн, конечно же, тоже), силы флота КСП расположились в этих обломках. Флот Бишера двинулся вперед, однако он не обнаружил кораблей противника. Фазовые врата стояли за планетой, так что Бишер решил обогнуть Венеру, выйти к фазовым вратам и захватить их.

КСП решило ждать. Можно было с помощью пушки на Земле УМА (Устройства межпланетной атаки — пушка, которая имеет мощность, чтобы взорвать целую планету) проатаковать флот, однако заряд решили приберечь, поскольку один выстрел обходится в десятки миллиардов кредитов и огромное количество энергокристаллов. И тут командующий флотом Иринг Гембер придумал идею: когда флот будет совсем близко к фазовым вратам, обойти их с тылу, одновременно взорвав залпом ворота. Взрыв такой мощности почувствуется даже на Венере, устроив потепление от высвобожденной энергии на 10 градусов с левой стороны, а с правой — пять. А флот, попавший под этот взрыв или его самая близкая часть, будет уничтожен.

Однако Бишер вперед выставил фрегаты. Но приказ был один: любой ценой нанести как можно больше потерь врагу. В 1:30, когда флот стоял вплотную к вратам и уже начали лететь десантные капсулы, флот КСП вышел из обломков. Шквал выстрелов полетел на корабли противника, и главное — основной заряд с линкоров в фазовые врата. Капсулы десанта Бишера вмещали в себя 10 человек, а всего их было отправлено 6 000 000.

Ворота взорвались, на мгновение осветив как второе солнце поверхность Венеры и ослепив все корабли поблизости. Средняя температура на Венере была 15 градусов, теперь стало 25. Однако народ был заранее с неё эвакуирован через фазовые врата (до взрыва) в другую систему. 60 000 фрегатов, из которых пускались капсулы, были уничтожены, как и капсулы. Общие потери противника составили махом 60 000 000 солдат и 150 000 звездного экипажа, а также были взорваны 34 корабля линкора 1-го типа и 66 линкоров 2-го типа. Флот был временно дезорганизован, и флот КСП перешел в атаку. В ходе часовой схватки флот КСП отступил, и от него в целом ничего не осталось, однако они сумели уничтожить еще 25 000 фрегатов, 23 линкора 2-го типа и 10 линкоров 1-го типа.

После этого ровно в 2:00 Бишер начал наземную операцию по захвату Венеры. Её охраняла одна дивизия КСП (1-я дивизия имени Петра Семенова). Солдаты срочной подготовки, в среднем возраст — примерно 20–21 год.

Ровно в 2:01 десантные силы Бишера (а именно было выделено 50 000 000 человек, то есть 20 дивизий) высадились в регион Alpha (см. карту Венеры), в то время как силы КСП заняли и окопались, создав недоступную крепость в регионе Ovda, где находилась столица. Были установлены ловушки, минные поля, а также созданы окопные точки, то есть бункеры. В 2:49 Бишер уже закончил оккупацию планеты, и остался только регион Ovda, где создавали постоянные проблемы силы КСП.

Первая попытка штурма была произведена в 4 утра и не увенчалась успехом. Танки Бишера не смогли пройти минные поля, а саперы не смогли к ним подойти из-за бункеров. Тогда Бишер накрыл всё авиацией и бомбами. Бункеры сломались, а город превратился в горящее месиво. Древние часовни падали, давя здания. Начался настоящий хаос, однако дивизия выжила, перегруппировалась и стала оказывать сопротивление уже в горящем городе. За первую попытку атаки Бишер понес потери в размере 5000 человек, то есть 1-й, 2-й и 3-й батальоны.

Солдаты КСП организовали оборону в городе, создав тайные проходы, пока Бишер готовил наступление. И когда Бишер зашел в город, никого уже не было. Солдаты, исследуя город, то и дело подрывались на минах (которые не успевали разминировать саперы, однако в большинстве случаев мины просто были контактные и при любом контакте взрывались). Силы КСП создали своеобразные негорящие зоны на крышах, потушив огонь либо просто обложив себя бетоном, и на головы сбрасывали гранаты и коктейли Молотова.

К 10 утра солдат оставшейся КСП стало 1000 (из 2 500 000 изначальных), однако они не сдавались. Патроны кончились, но они шли смертниками, бежали с гранатами на толпы войск Бишера, а некоторые, когда их окружали, просто взрывали себя. Задача была не выжить, а убить как можно больше врага. Когда всё кончилось, остатки сил (100 человек) собрались возле потайного бункера внутри дома. Все они понимали, что им не выжить. Всё кончилось, но у них были саперные лопатки и ледорубы. Решение было ясно. Они понеслись в атаку. Войска Бишера, ошеломленные, не увидели, как те сократили дистанцию, и началось рукопашное мясо. Каждый из сотни солдат КСП дрался до последней капли крови. Героизму не было предела.

Однако уже к 12:00 (они дали последний бой в 11:40) все погибли. За всё время боя в городе Бишер потерял 20 000 солдат, тем самым потеряв две дивизии (5 000 000 солдат). А КСП понесло потери в размере 2 500 000 солдат. Однако в итоге Венера была взята, а Земля отрезана и фактически окружена. Но КСП не собиралось сдаваться или отступать. И в завершение этого была выдана директива номер 1: «Ни одного шага назад».

Земля или смерть!

«Ни шагу назад!» — таков был приказ. Каждый на Терре помнит, как офицеры в серых мундирах и черных глянцевых фуражках с двумя горизонтальными молниями ехали по городу и лишь повторяли солдатам: «Ни шагу назад!». Терра была последним оплотом КСП и всего человечества. Ее падение означало бы смерть центральности и государственности. А без централизации КСП не смогла бы воевать, ведь только на железной дисциплине держалась ее армия.

Бишер после занятия Венеры принял решение не идти в лоб на Терру, ведь это была бы гарантированная смерть. Он обрезал все торговые пути (те немногие, что остались после взятия Марса и Венеры) и устроил фактическую блокаду. В 3314 году эскадра Бишера, состоявшая из 6 линкоров первого типа, 11 линкоров второго типа и 15 тысяч фрегатов, подошла к планете. Силы были малы, однако с верфей захваченных планет уже сходили новые корабли, к тому же флот КСП в земном секторе был почти полностью уничтожен. В общем, конкуренции Бишеру никто составить не мог.

Первый год осады Терре пришлось тяжело. Голод достиг своего пика. Все запасы были съедены, каждая крошка хлеба контролировалась правительственными и орбитальными силами. Начался массовый голод почти во всех крупных городах: люди умирали миллионами, а армия истощалась. На второй год начала гибнуть сама армия. Потери среди гражданских достигли 50 миллионов, а среди военных — 10 миллионов.

И тогда Бишер решил атаковать. Ночью 3316 года он начал высадку на Пиренейском полуострове. В распоряжении Бишера было 10 полков (22,5 миллиона солдат). Операция началась, когда в небе над Мадридом раздались первые выстрелы из МП-23РК — длинноствольных автоматов десанта Бишера, стреляющих энергетическими сгустками. КСП имела на оборону Земли всего 5 полков (12,5 миллионов солдат), из которых боеспособными были только два.

КСП решила сосредоточить оборону на своем центре в Порт-Элизавете (Южная Африка). Когда засекли десантные силы Бишера, было принято решение о тактике «окончательной выжженной земли». В Мадриде были заложены заряды. Бишер высадился ровно в 4 утра. Но вместо Мадрида и продовольствия он увидел лишь разрушенный город. Из-за суровой зимы продвижение шло медленно. Бишер занимал все новые города, однако так и не встретил людей: все жители были эвакуированы в Северную и Южную Америку.

Первый полк КСП расположился возле Стамбула, а третий, четвертый и пятый — возле Центрально-Европейской равнины. Подготовка «Городов-бастионов» была завершена только в Европе — это были твердыни, окруженные стенами, силовыми щитами и энергопушками.

Первый бой произошел в Варшаве. К тому времени Бишер уже потерял тысячу солдат. Когда он в надежде на провизию вошел в Варшаву, пятый полк КСП застал его врасплох. Из густой тьмы раздался звук пиликания, и когда четвертый полк Бишера осознал, что происходит, было уже поздно: здания обрушились на передовую группу. Бои шли ровно три часа, в течение которых пятый полк был уничтожен, но перед этим он стер с лица земли третий и четвертый полки Бишера. Солдаты КСП оборонялись героически, складывая баррикады из камня.

К тому времени в командовании Бишера нарастал кризис: огромные потери не радовали вселенских командиров. Бишер пытался убедить их, что они «вот-вот возьмут Землю», и ему дали один день. Тогда он принял решение высадиться в ЮАР, так как обнаружил главный штаб сопротивления в Порт-Элизавете, где находился второй, самый боеспособный полк. Бишер выделил пять полков. Сражение началось утром 21 мая 3316 года. Силы Бишера высадились в 10 километрах от штаб-квартиры. Силы КСП расположились полукругом, заложив заряды в городе. Намеренно выманив части противника, они спровоцировали Бишера на атаку. Тот пошел в лоб, переведя два полка в обход с фланга. Солдаты КСП только этого и ждали: когда силы Бишера подошли к окраинам, были запущены спрятанные в земле ракеты. Удар получился сокрушительным: три полка атаки погибли, а два других, увидев это, отказались воевать и сдались.

Казалось, полный разгром. Но Бишер не стал церемониться: адмирал отдал приказ о ядерной зачистке сектора. Ракета, выпущенная из Мадрида, попала точно в цель. Правительство и император КСП погибли в миг. Солдаты были в шоке. Утром следующего дня Бишер проатаковал второй полк, полностью его разгромив, а также сломив сопротивление еще двух полков на Европейской равнине. Остался один полк, который укрылся на Камчатке, рассчитывая выжить в экстремальных холодах. Бишер занял почти всю планету.

И тут в радиоэфире раздался голос: — Поскольку старое правительство мертво, я, Роберто Агрин, призываю вас к изменениям. Я заявляю, что спасу человечество. Я создаю новую партию на руинах старой — партию человеческого превосходства. Посмотрите, что ксеносы сделали с вашими домами, с вашими женами, и скажите: хотите ли вы конца? Я думаю, нет. Люди — единственная достойная раса, остальные — лишь пыль под ногтями человечества. Я буду координировать удары и спасу нас от уничтожения.

После этого заявления в эфире повисла тишина. Никто до сих пор не верил, что Роберто снова заговорит: его партию ранее изгнали в ходе кризиса. Солдаты последнего полка решили дать бой. И случился бой возле Ямска, который изменил ход истории. Солдаты дрались храбро, но их силы таяли. Товарищи умирали на руках, но они шли вперед.

И тут объявился Зисирус. Он воевал в Центральном кольце, но, услышав, что стало с Террой, сразу примчался обратно со своим «Железным орденом». Когда КСП только появилось, армия состояла из людей и мехов (роботов), но после кризиса их решили разделить. Для мехов создали ордена, многие работали за плату. И только «Железный крест» Зисируса не брал денег — им было важно воевать за Терру.

Это были огромные роботы в литом сплаве брони, которую не могли пробить ни огнеметы, ни миниганы. Они высадились в Испании и быстро завладели ею, разбив силы Бишера. Численность «Железного креста» достигала 3 миллионов. Противник видел, как на него идет железная стена. Когда силы Зисируса подошли к Мадриду, Бишер сбежал, оставив свои войска на произвол судьбы. Вскоре новые люди — мобилизованные с деоккупированных территорий — присоединились к освобождению. Миллионы шли в бой стеной: штыки, зеленая экипировка (стандартный камуфляж, коричневые сапоги и шлемы).

Через год Терра была освобождена. Однако силы Бишера при отходе разрушили города, как и КСП до них, поэтому потери среди гражданских были огромны. Среди военных сил: 12,5 миллионов со стороны КСП и 22,5 миллиона со стороны Бишера. На Терре начался продовольственный кризис, но утром 3320 года состоялся парад в честь победы. Трубы гремели, барабаны стучали, и солдаты монотонно шли по площади. И именно в этот момент Роберт произнес свою речь:

— Человечество выживет, если оно едино! Так восславим и увековечим в скорби падших братьев! Старое правительство проиграло, потому что не могло объединить народ ради одной цели! Мы будем мстить. Я объявляю идею человеческого реваншизма! Нет места инопланетянам! Только человек! ЧЕЛОВЕК ПЕРВЫЙ! За человечество!

После этих слов улицы взорвались хлопками и слезами. Хлопками — в честь того, что люди восстают, слезами — в честь тех, кто отдал жизнь ради этой минуты, ради будущего. Тех, кто будет вечен в памяти человечества… миллионов жертв ради того момента, когда Бишер был остановлен.

Эпилог

Бишер разбит. Он сбежал, а его флот был уничтожен после подрыва Марса и Венеры, где заранее были заложены мощные заряды. У КСП больше не осталось внешних противников: Солнечная Директория за эти годы окончательно сдалась без боя, и сражения за Центральное кольцо не потребовалось. «Вечное солнце» погасло, и теперь под контролем КСП находится вся Галактика.

На Севере процветает пиратство, на Западе доминируют племена اسم محارب عظيم, а Казакия остается под протекторатом. Центр Галактики и Восток полностью находятся под железной хваткой КСП и всего человечества.

Однако у КСП появилось немало новых проблем. Марс и Венера взорваны, из-за чего уничтожены важнейшие технологии и главные торговые пути. На самой Земле уцелели лишь немногие участки. Но война на этом не заканчивается… Впереди — долгие годы кровопролитной борьбы.