Обложка книги Левитан и Софья Кувшинникова
Биографии и Мемуары

Левитан и Софья Кувшинникова

0.00 оценок 0 отзывов0+

Великий художник Исаак Ильич Левитан (1860–1900) был известным сердцеедом и страстно нравился женщинам. Красавец с пылающим взором разбил немало сердец и сам мучился любовным недугом.Его роман с Софьей Петровной Кувшинниковой оставил след в классической литературе, натолкнув Чехова на один из лучших своих рассказов — «Попрыгунья».

Запыхавшись, он переступил порог, и вся решимость пропала.

О книге

Великий художник Исаак Ильич Левитан (1860–1900) был известным сердцеедом и страстно нравился женщинам. Красавец с пылающим взором разбил немало сердец и сам мучился любовным недугом.Его роман с Софьей Петровной Кувшинниковой оставил след в классической литературе, натолкнув Чехова на один из лучших своих рассказов — «Попрыгунья». Жена полицейского врача Софья Кувшинникова — незаурядная пианистка, одаренная художница, чьи работы приобретал П. М. Третьяков, хозяйка салона, где собирались знаменитости. Темноглазая, смуглая, с фигурой Афродиты, по воспоминаниям современников, она привлекала своей неповторимой оригинальностью.Книга писателя Ивана Евдокимова (1887–1941), произведения которого высоко ценил Горький, прежде всего биография души удивительного русского пейзажиста.

Читать фрагмент

Читать ещё

Иван ЕвдокимовЛевитан и Софья КувшинниковаВенок мертвымВесна 1938 года стояла холодная. Сирень медленно набирала бутоны.Крепкие и упругие, они долго не расцветали. Распустилась сирень в самом конце мая. От холода она, даже и расцветшая, почти не пахла.В один из этих дней в настежь раскрытые ворота старого еврейского кладбища за Дорогомиловской заставой в Москве вошли старик и старуха. Он бережно и нежно вел свою подругу, и оба они несли по большому букету махровой сирени: он — лиловой, она — белой. Позади, за воротами, осталось шумное Можайское шоссе, разноцветные вереницы несущихся по нему легковых и грузовых машин, оглушительная трескотня мотоциклов, гремящие телеги и таратайки из пригородных колхозов. Здесь, на этой длинной прямой аллее, была какая-то удивительная тишина. Старики шли неторопливо, уверенно и молча. Он немного по-стариковски шаркал подошвами, спутница сохранила еще лег…

Иногда самые важные истории начинаются с первой страницы.
Ваше мнение

Оцените книгу

Один читатель может поставить только одну оценку.

Обсуждение

Комментарии 0

Комментарии гостей публикуются после проверки модератором.