Житіе Сидора Жестянкина, крѣпостного инженеришки

1. Сказъ о Самокатѣ-Самопалѣ

Глава I. Чудо-Мастерская подъ Потолкомъ Казармы

Въ имѣніи графа Тупоумова-Негораздова, гдѣ даже лошади ходили строемъ, жилъ-былъ крѣпостной механикъ Сидоръ Жестянкинъ. По ночамъ, прячась отъ старосты, онъ паялъ въ чуланѣ подъ потолкомъ Самокатъ-Самопалъ - чугунный велосипедъ съ трубой, стрѣляющей вареньемъ.

И Говорящаго Жука, твердящаго: «Не тупи, начальство!»

Однажды графъ, услышавъ грохотъ, вломился съ крикомъ:

— Это что за безобразіе?! Ты, холопъ, смѣешь умничать? Завтра же пріѣдетъ инспекторъ изъ Петербурга — генералъ Пустозвоновъ! Спрячь свое железячье, а то сошлю въ Сибирь паять сосульки!

Глава II. Свободный Инженеръ и Шпіонъ въ Кринолинѣ

Наутро явились двое.

Вольный инженеръ Карлъ Шпрухель, нѣмецъ съ усами, закрученными, какъ дымъ изъ трубы, и съ чемоданом, обернутымъ трехцветной бандеролью: «Секретные чертежи. Не кантовать!».

И съ нимъ баронесса Амалія фон-Шпигель въ кринолинѣ, гдѣ подъ юбками прятались миниатюрныя безпроврлочныя телеграфы.

— Я куплю ваше изобрѣтеніе! — сказалъ Карлъ, суя Сидору золотой. — Въ Пруссіи такой самокатъ назовутъ «Wunderrad»!

Сидоръ сіе отвергъ съ неголованіемъ, бросивъ монету въ царскую водку.

— А я… я просто восхищена вашимъ геніемъ! — ахнула баронесса, незамѣтно прикрѣпляя къ Говорящему жуку шпіонскую муху.

Глава III. Экзаменъ для Парового Ума.

Пріѣхалъ генералъ Пустозвоновъ, мужъ съ лицомъ, какъ недопаяный утюгъ:

— Гдѣ твой самокатъ, холопъ? Покажи, какъ онъ стрѣляетъ!

Сидоръ, дрожа, запустилъ машину. Самокатъ рванулъ, выпаливъ вареньемъ въ портретъ государя. Генералъ покраснѣлъ:

— Это что?! Бунтъ?! Варенье — оружіе умниковъ! Конфисковать!

Тутъ Жукъ зашипѣлъ:

— Не-ту-пи-на-чаль-ство! Не-ту-пи-и-и…

Генералъ, швырнувъ Жука въ каминъ в купѣ съ шпіонской мухой, заоралъ:

— Механика — подъ арестъ! Нѣмца — выпороть за... за... да выпороть и все тутъ, пущай своему кайзеру жалуется! Баронессу пригласить на чай!

-Глава IV. Бѣгство на Воздушной Топкѣ.

Ночью Сидоръ, выкраденный "Вольными Кочегарами" (тайнымъ обществомъ паровозниковъ и пароходниковъ), бѣжалъ на воздушной топкѣ — печкѣ съ пропеллеромъ.

— Летимъ въ Нижній Новгородъ! — кричалъ глава кочегаровъ. — Тамъ Выставка Запрещенныхъ Изобрѣтеній! Твой самокатъ станетъ звездой!

А въ это время баронесса, подпоивъ генерала чаемъ каркадэ, вскрыла сейфъ и нашла… чертежъ унитаза съ самоочисткой тайнымъ золотаремъ, въ особомъ бачкѣ помѣщающемся (разработка графа для конкурса «Гигиена Имперіи»).

Глава V. Эпилогъ

Черезъ мѣсяцъ.

Сидоръ открылъ подпольную мастерскую, гдѣ ковалъ желѣзныхъ пчелъ для доставки запрещенныхъ книгъ.

Карлъ Шпрухель запатентовалъ «Вареньемётъ», но прогорелъ — пруссаки предпочли бомбометы.

Генералъ Пустозвоновъ получилъ орденъ «За подавленіе умниковъ» и унитазъ съ графскимъ гербомъ.

Баронесса же продала чертежи унитаза французамъ, и теперь въ Парижѣ его зовутъ «La chaise russe» (русскій стульчакъ).

А графъ Тупоумовъ до сихъ поръ ищетъ Сидора, крича:

— Вернись! Я тебя прощаю!

Ибо безъ него даже дверь скрипитъ, какъ не смазанная, но съ сарказмомъ)

Примѣчаніе:

Сказъ сей учитъ: техника сильнѣе тупости, но слабѣе кринолина. А прогресса не остановить, даже если начальство засунетъ пробку въ клапанъ.

2. Подводная чугунка

«Сказъ о Подводной Чугункѣ и Генералѣ, Который Запутался въ Пузыряхъ»

Глава I. Проектъ «Бездна-Воскресеніе»

Сидоръ Жестянкинъ, бѣглый крѣпостной механикъ, скрывался въ заброшенной лодочной станціи на Волгѣ. Тамъ, питаясь сухарями и злобой на начальство, онъ выковалъ подводный локомотивъ «Молотобоецъ» съ винтомъ изъ косъ.

А къ нему вагоны-пузыри, прикованные цѣпью бубликрвъ, дабы пассажиры не улетѣли въ водную высь какъ пробки.

— Эхъ, кабы проложить путь отъ Астрахани до Петербурга подъ водой! — мечталъ Сидоръ. — Ни генераловъ, ни шпіоновъ… одна рыба да свобода!

Но мѣстный рыбакъ предупредилъ:

— Осторожнѣй! Говорятъ, въ омутѣ живетъ Генералъ-Медуза — начальникъ подводнаго гарнизона. У него лицо — какъ квашня, а усы — щупальцами!

Глава II. Шпіоны съ Англійскимъ Акцентомъ и Самурайскимъ Мечомъ

На станцію явился мистеръ Джасперъ Бульбокъ, англичанинъ съ зонтомъ-перископомъ и кривой улыбкой:

— Дорогой Сидоръ! Ваша подводная чугунка обанкротитъ нашъ «Титаникъ»! Продайте идею, а то… — онъ щелкнулъ зонтомъ, выпаливъ конфетти съ угрозами.

Ему вторилъ самурай Кири-Мару, шептавшій:

— Же-се-тян-ки-на-санъ! Японскій императоръ дастъ вамъ гору рис… рис… рисованныхъ чертежей!

Сидоръ, хлопнувъ дверью, крикнулъ:

— Идите къ Генералу-Медузѣ! Онъ вамъ и чугунку продастъ, и Волгу въ бутылки разольетъ!

Глава III. Битва съ Царствомъ Водяной Глупости

Когда «Молотобоецъ» въ первый разъ нырнулъ, вагоны-пузыри засверкали, какъ мыльные шары. Составъ двинулся противъ течѣнія.

Но изъ ила выползъ Генералъ-Медуза съ свитой:

— Стой! Ты нарушаешь Правила Подводнаго Движенія**, пунктъ 666: «Запрещено двигаться безъ письменнаго одобренія карася»!

— Какого карася?! — взревелъ Сидоръ.

— Вотъ этого! — Генералъ вытащилъ изъ-подъ мундира рыбину съ печатью на лбу.

Тутъ самурай Кири-Мару, подкравшись, рванулъ цѣпь вагоновъ. Пузыри стали отрываться и всплывать, унося пассажировъ, коими были три пьяныхъ матроса и козелъ.

Глава IV. Ремонтъ на Днѣ

Сидоръ, затянувъ пробоину водорослевымъ пластыремъ, изъ коего японцы крутятъ свои рисовыя шарики, придумалъ:

— Вагоны цѣплять не бубликами, а виноградными гроздьями, кои грузинцы зовут чурчхэлою, ибо они хоть и мокрѣе, зато вкуснѣе.

Но Генералъ-Медуза, обвивъ локомотивъ щупальцами, оралъ:

— Всѣ изобрѣтатели — враги порядка! Я тебя…

Не договорилъ. Мистеръ Бульбокъ, выстрѣливъ зонтомъ, запустилъ въ него механическую голландскую селедку — та впилась генералу въ лобъ, превративъ его въ обычную медузу, вскорости издохшую отъ прѣсной воды и ряски.

— Теперь вы должникъ Британской короны! — ухмыльнулся англичанинъ. — Подпишите контрактъ…

Сидоръ швырнулъ ему бутылку съ надписью «Воздухъ свободы» (пустую) и двинулъ рычагъ. «Молотобоецъ» рванулъ впередъ, оставивъ шпіоновъ въ пузырѣ съ козломъ.

Глава V. Эпилогъ, или Дорога, Которую Не Поймать

Теперь Подводная Чугунка стала легендой.

Крестьяне в праздники спускаютъ на воду тыквы-лодки, шепча: «Сидоръ, выручай!».

Генералы боятся здесь мыться, дабы не превратиться въ медузъ.

Шпіоны ловятъ водяного козла по всему міру, но тотъ, говорятъ, объявился въ Парижѣ и громитъ кабаре.

А самъ Сидоръ якобы строитъ Воздушную Конку — поѣздъ, летящій на облакахъ изъ паровыхъ проклятій. Но это уже другая исторія…

Примѣчаніе:

Сказъ сей учитъ: подводная дорога надежнѣе сухопутной, ибо начальство плаваетъ хуже карася. А бублики всегда можно съѣсть въ случаѣ голода.

3. Сказъ о воздушной конкѣ

«Сказъ о Воздушной Конкѣ и Тайнѣ Парящаго Губернатора»

Глава I. Чертежъ на Облачномъ Пергаментѣ

Сидоръ Жестянкинъ, скрываясь отъ генерала Пустозвонова - теперь уже «Адмирала Воздушныхъ Тучъ», - обосновался на старой ветряной мельницѣ.

Тамъ, питаясь мякишемъ отъ грозовыхъ пироговъ, онъ вычертилъ Воздушную Конку — поѣздъ, летящій на пару отъ кипящей обиды, и къ ней вагоны-купола изъ паутины и смолы, дабы пассажиры не выпадали, а прилипали къ сидѣньямъ.

— Эхъ, кабы долетѣть до Москвы, минуя земныхъ дураковъ! — мечталъ механикъ.

Но мѣстный пастухъ предупредилъ:

— Осторожнѣй! Надъ Рязанью видели Губернатора-Аэростата — тотъ паритъ въ небѣ, собирая дань вѣтромъ!

Глава II. Союзъ Вольныхъ Трубочистовъ и Шпіонка-Аэронавтка

Къ Сидору явились нежданные гости - Союзъ Вольныхъ Трубочистовъ во главѣ съ Макаркой Сажейкинымъ:

— Поможемъ построить Конку! Мы знаемъ всѣ трубы Имперіи — хоть до Луны протянемъ рельсы!

Принесла свою фигуру и мадемуазель Эленъ Де-Вѣтръ, аэронавтка въ платьѣ изъ картъ, с бубновыми дамами на цітерныхъ мѣстахъ:

— Мой дирижабль «Легкомысленный» разбился. Одолжите вагонъ-куполъ! И я одолжу вамъ… секретъ пороха, который не взрывается!

Сидоръ, подозрительно покосившись на француженку, согласился — но покамѣстъ приковалъ ея цѣпью къ печной заслонкѣ.

Глава III. Первый Полетъ

Когда Конка взмыла, завывъ гудкомъ изъ самоварной трубы, съ облаковъ спустился Губернаторъ-Аэростатъ въ шляпѣ моднаго пропеллернаго фасону:

— Стой-ка! Вы нарушаете Воздушный Уставъ, глава 13: «Всѣ изобрѣтатели обязаны падать строго внизъ, отнюдь не взмывая!»

— А вы не пробовали падать вверхъ? — крикнулъ Сидоръ, швыряя въ него мѣшкомъ сажи отъ Вольныхъ Трубочистовъ.

Губернаторъ, чихнувъ, выпустилъ изъ рукавовъ канцелярскихъ летучихъ мышей — тѣ принялись грызть паутинныя стѣны вагоновъ.

Тутъ мадемуазель Эленъ, перепиливъ цѣпь заколкой, прыгнула въ облако:

— Au revoir, les fous! (чао, придурки!) Вашъ секретъ — въ моихъ рукахъ!

Глава IV. Битва за Паръ и Спасеніе на Обратной Сторонѣ Вѣтра

Сидоръ, понявъ, что паръ отъ обиды заканчивается, рванулъ эксцентрикъ отчаянія — механизмъ, превращающій бюрократическіе документы въ горючее.

— Кидайте сюда указы! — оралъ онъ, бросая въ топку «Постановленіе о запретѣ птицамъ пѣть выше сажени».

Конка рванула вверхъ, пробивъ облако, гдѣ оказался… Міръ Наизнанку (массаракшъ).

Тутъ дождь идетъ снизу вверхъ, чиновники говорятъ правду, а налоги платятся сами собой!

Губернаторъ-Аэростатъ, взлетѣвъ вслѣдъ, закричалъ:

— Кощунство! Здѣсь даже взятки невозможны!

И лопнулъ отъ возмущенія.

Глава V. Эпилогъ, или Воздушная Почтовая Вѣтка

Вернувшись, Сидоръ продалъ чертежи Конки Союзу Трубочистовъ — тѣ открыли маршрутъ «Москва-Небо», где за билеты платятъ звѣздной пылью.

Мадемуазель Эленъ объявилась въ Парижѣ, гдѣ продаетъ потогонный аэрозоль «Русскій паръ отъ обиды» въ парфюмерныхъ флаконахъ съ резиновой грушей.

Генералъ Пустозвоновъ назначенъ «Главнымъ Смотрителемъ Облаковъ» — сидитъ на горѣ Казбекъ и тычетъ палкой въ небо, крича: «Не одобрено!»

А Міръ Наизнанку… Говорятъ, туда можно попасть черезъ печную трубу, если трижды обернуться противъ вѣтра. Но Сидоръ предпочитаетъ не рисковать — вдругъ тамъ и вправду справедливость?

Примѣчаніе:

Сказъ сей учитъ: небо — не преграда для упрямства, а паръ отъ обиды — лучшѣе топливо.

А Сидоръ уже мастеритъ «Шибко умную Избу», гдѣ печь сама бѣгаетъ за дровами.

4. Сказъ о подземной диверсіи

«Сказъ о Подземной Диверсіи и Желѣзномъ Кротоловѣ»

Глава I. Тревога въ Репоградово

Въ селѣ Репоградово, гдѣ даже куры несли яйца въ формѣ репки, случилось бѣдствіе: всю репу повыдергали изъ земли. Вернѣе, втянули подъ землю, что страшнѣе.

Мужики, собравшись у сгоревшаго колодца, роптали:

— Это жъ рука иностранной нечисти! Вчера — морковь, сегодня — репа, завтра… Господи, даже думать страшно!

Староста Кузьма Толоконный, прозванный такъ за умъ, сравнимый съ пустымъ горшкомъ, ударилъ кулакомъ въ навозную кучу:

— Сказываютъ, подъ полями рыщутъ кроты-диверсанты! Надобно звать Сидора Жестянкина — пусть ихъ желѣзной рукой накажетъ!

---

Глава II. Сидоровъ Планъ и Тайна Подземнаго Шпіона

Сидоръ, услышавъ о бѣдѣ, явился съ чертежемъ «Кротолова-Вихреспаса».

— Сей агрегатъ будетъ рыть ходы, ловить кротовъ да запирать ихъ въ бочку съ укоризной!

Но въ ту же ночь въ сарай къ изобретателю пробрался таинственный незнакомецъ въ плащѣ изъ барсучьихъ шкуръ:

— Гутенъ тагъ, герръ Жестянкинъ! Я есть баронъ фонъ-Клубензухъ, агентъ Пруссіи! Прекратите стройку, а то… — онъ щелкнулъ тростью, изъ которой выпалъ миниатюрный кротъ въ очкахъ и съ блокнотомъ.

— Видите? Наши кроты обучены не только репу рвать, но и чертежи воровать! Сдавайтесь!

Сидоръ, швырнувъ въ барона банкой съ квашеной капустой, заоралъ:

— А ну, маршъ въ свою нору, прусская крыса!

Глава III. Битва въ Недрахъ

Спустившись подъ землю на «Кротоловѣ», коий бурчалъ, какъ разгнѣванный медвѣдь, Сидоръ обнаружилъ сеть тоннелей съ указателями: «На Берлинъ — 500 саженей». Черезъ 500 саженей стоялъ такой же указатель, далѣе еще и ещё...

Кроты-диверсанты въ прусскіхъ мундирчикахъ таскали репу въ вагонетки съ гербомъ одноглавого орла.

Плуги-шпіоны, притворяясь сломанными, передавали врагу секреты урожая.

— Ахъ вы, твари подземныя! — взревелъ Сидоръ, запустивъ механизмъ. «Кротоловъ» завылъ, затягивая кротовъ въ мѣшокъ съ надписью «Для возврата отправителю».

Но тутъ явился баронъ фонъ-Клубензухъ на механическомъ калифорнійскомъ червѣ съ пушкой, стрѣляющей картофелемъ:

— Сдавайся, русскій кулибинъ! Твоя репа теперь наша!

Глава IV. Репное Оружіе и Позоръ Барона

Сидоръ, недолго думая, вытащилъ секретное оружіе — свѣжую репу сорта «Громобойка», выращенную на молитвахъ и чистомъ навозѣ. Швырнувъ ее въ пушку барона, онъ вызвалъ заторъ.

— Что за чортъ?! — заоралъ баронъ, пытаясь выбить репу шпагой.

Тутъ подоспѣли мужики съ вилами и серпами, кои, услышавъ грохотъ, спустились въ тоннель:

— Ага! Прусскій гадъ! Да мы тебя…

Не успѣли докричать. Кроты-диверсанты, узрѣвъ хозяевъ репы, взбунтовались:

— Насъ обманули! Обящали горы чернозема, а дали лишь прусскій песокъ!

Переметнувшись на сторону Сидора, кроты засыпали барона землей, оставивъ на поверхности лишь его шляпу съ перомъ.

Глава V. Слава Репному Фронту

Теперь въ Репоградово кроты служатъ въ Народной гвардіи, роя канавы противъ новыхъ диверсантовъ.

Плуги-шпіоны перекованы на орала, кои клянутся въ вѣрности царю и Отечеству.

Баронъ фонъ-Клубензухъ сидитъ въ запупинской тюрьмѣ, сочиняя мемуары «Майнъ кротъ, или Какъ я проигралъ войну репы».

А Сидоръ уже строитъ «Самоходную Оранжерею», гдѣ овощи растутъ сами, слѣдуя за солнышкомъ, да еще и частушки поютъ.

Но слухъ идетъ, что австрійскій шпіонъ подослалъ тыкву-диверсантку по кличке Гарбуз…

Примѣчаніе:

Сказъ сей учитъ: даже крота можно обратить на путь правды, если пообѣщать ему черноземъ. А репа сильнѣе прусской стали!

5. Сказъ о желѣзномъ кенгуру

«Сказъ о Желѣзномъ Кенгуру и Послѣдней Пружинѣ Совѣсти»

Глава I. Прощаніе съ Россіей, или Козелъ въ Каютѣ

Сидоръ Жестянкинъ, уставъ отъ генераловъ, шпіоновъ и даже вольныхъ трубочистовъ, рѣшилъ:

— Плюну на все! Подаюсь въ Австралію! Тамъ, сказываютъ, и кенгуру умѣютъ паять, и дождь идетъ вверхъ ногами!

Собралъ в чемодан пружинк отъ Воздушной Конки - на память; и чертежъ Самоходной Избы - продать за бутылку рому.

Козелъ Гоша - не разлучался съ нимъ со временъ подводной чугунки - расположился въ отделѣніи для чемодановъ.

На прощанье мужики Репоградова подарили медальонъ въ видѣ репки съ надписью: «Отъ русской тоски — австралійскимъ ветрамъ».

Глава II. Встрѣча съ Духомъ Бумеранга

По прибытіи въ Портъ-Заблужденій (Сидней) Сидоръ встрѣтилъ здешняго аборигена Джурингару.

— Ты паяльникъ везешь? — спросилъ тотъ, тыча пальцемъ въ чемоданъ. — Намъ надо оживить Камня-Динго! Онъ… — Джурингару крутанулъ бумерангомъ, — …пересталъ кусать лунныхъ кроликовъ!

Сидоръ, не долго думая, привинтилъ къ камню семизубыя шестеренки изъ медальона — Динго зарычалъ и погнался за собственнымъ хвостомъ, высекая искры изъ сосѣдняго валуна "Сердце Австраліи".

— Теперь ты нашъ братъ по пружинамъ! — засмѣялся Джурингару. — Открываемъ Бюро «Жестянка & Духъ»!

Глава III. Изобрѣтенія, Которыя Никому Не Нужны, Но Всѣмъ Смѣшны

Въ бюро родились и встали въ витрину:

Бумерангъ-Возвращатель Долговъ — самъ находилъ должниковъ, билъ ихъ по лбу и возвращался с деньгами.

Болванчикъ для переговоровъ съ медвѣдями-коала — кричалъ: «Хопъ! Мѣняю детали на эвкалиптъ!»

Лодка изъ Коры, гребущая противъ теченія времени, но лишь до вчерашняго утра, дабы с пользой похмѣлиться.

Однажды явился британскій капитанъ Чарльзъ Пузингтонъ съ ультиматумомъ:

— Закрывай лавочку! Твои изобрѣтенія нарушаютъ Законъ О Королевской Нелѣпости!

Сидоръ, натянувъ на голову шляпу-невидимку изъ перьевъ попугая, шепнулъ:

— А тебѣ не кажется, капитанъ, что ты уже опоздалъ… на сто лѣтъ впередъ?

Глава IV. Великая Битва съ Роботомъ-Коалой

Капитанъ, обозленный, выпустилъ робота-коалу на эвкалиптовомъ спирту съ паровымъ кулакомъ:

— Уничтожь бюро!

Но Сидоръ, вспомнивъ опытъ борьбы съ прусскими кротами, заманилъ коалу въ ловушку — банку съ нѣжинскіми огурцами!

Роботъ, попробовавъ, застрялъ въ циклѣ «Соленость не вычисляется… ошибка… ошибка…».

Джурингару, пустивъ бумерангъ, сбилъ шляпу капитана въ океанъ. Тотъ, прикрывъ лысину ракушкой, сбѣжалъ, клянясь запретить въ Англіи даже слово «жестянка».

Глава V. Пружина, Которая Все Помнитъ

Сидоръ Жестянкинъ остался въ Австраліи.

Бюро «Жестянка & Духъ» стало легендой. Аборигены дарятъ ему пѣсни о шестеренкахъ, а кенгуру носятъ дѣтенышей въ сумкахъ изъ паяной жести.

Пружина отъ Конки виситъ надъ входомъ, напоминая: «Россія далека, но совѣсть — вотъ она, скрипитъ».

Козелъ Гоша женился на валлаби, наплодилъ потомства и открылъ таверну «У Гибридовъ».

А на родинѣ ходятъ слухи, будто Сидоръ изобрѣлъ машину вѣчнаго счастья, но спряталъ ее въ пустынѣ, ибо счастье — оно тихое, какъ ходъ кенгуру въ валенкахъ.

Послѣсловіе

Сказъ сей — конецъ исторіямъ, но не конецъ изобрѣтеніямъ. Ибо даже въ Австраліи найдется русская пружина, готовая скрипнуть: «А что, если…»