Записки Дарио Модена

Отряд Неуязвимых

Историк Дарио Моден рассказывает об отряде воинов, чья слава некогда гремела по всей Элладе. Эти мужи не принадлежали ни к одному полису, жили обособленно у подножия Пинд, по другую сторону от Фессалии, и сами выбирали себе вождей. Эллины, постоянно ведшие между собой войны, нередко призывали суровых наемников, и те, полностью оправдывая щедрую плату, не раз решали исход сражений и судьбы целых городов. Греки прозвали их Неуязвимыми, поскольку почти никто не мог похвастаться не только тем, что убил одного из этих могучих людей, но и что видел, как они падали замертво.

Шло время, отряд становился все крупнее и сильнее. Кузнецы изготовляли для него самую прочную броню, оружейники затачивали самые острые мечи и копья, самые крепкие, ловкие и выносливые бойцы стекались со всех земель, чтобы вступить в его ряды. Видя, как процветает их дело, Неуязвимые запрашивали все более высокую цену и все чаще грабили, жгли и опустошали чужие дома и поля. Греция же молчала, ибо страшилась пиндских наемников и их железной поступи. И не было силы, способной одолеть сего свирепого пожинателя плодов и богатств страны.

Но вот однажды в лагерь Неуязвимых явился изгнанный из Фив тиран Эвфемион. Этот хитроумный правитель сумел присвоить себе единоличную власть над полисом, но пал жертвой собственной алчности. Открыто грабя землепашцев, ремесленников, знатнейших и богатейших горожан, в своей низости он дошел до осквернения храмов. Увидев такое святотатство, народ не стерпел и прогнал тирана и его приспешников.

Теперь Эвфемион намеревался вернуть себе власть. Войско его не было ни большим, ни опытным, потому он прибег к помощи самых испытанных воинов Эллады, при появлении которых враги трепетали и обращались в бегство. Однако те приняли изгнанника холодно, ведь за душой у него не было ни таланта золота.

- Зачем нам идти за тобой, коли ты не способен содержать даже подобающую положению свиту? - усмехались они, указывая на двух старых слуг, покорно тащившихся за хозяином.

- И свита, и почет вернутся ко мне, раз город будет взят, - увещевал Эвфемион.

- Какой нам прок в том? Фивы тобой разорены и нескоро еще оправятся. Твоя казна скудна, а мы знаем себе цену.

Долго думал Эвфемион, прежде чем молвить снова. Пустил он в ход свое хитроумие:

- Казна моя, и правда, исхудала, воины, - признал он. - И все же я найду, чем отплатить. Я отдам вам Фивы на три дня, и вы поступите с городом так, как захотите. Затем я вновь стану правителем и буду царствовать так долго, что мне позавидуют даже древние герои.

Загорелись глаза неуязвимых. Никто не предлагал им доселе столь высокую плату. Три дня могли они собирать дань с поверженного города и забрать из него столько, сколько смогут унести. Посовещались мужи (ибо так заведено у них было - решать все вместе) и приняли предложение Эвфемиона. Войско выдвинулось в тот же день и вскоре подступило к стенам Фив. Прославленный город стойко отражал натиск, но когда на штурм ворот двинулись Неуязвимые, защитники дрогнули и стали спасаться бегством.

Город пал, и наемники в тот же вечер заняли его, не впустив и не выпустив никого. Тут же принялись они грабить и разживаться добром, не глядя, у кого и что берут. Теперь горожанам казалось, что Эвфемион был с ними добр, и сами боги наслали на древний полис кару. Многие со стен молили тирана войти в город и остановить насилие, но тот оставался глух к их просьбам.

Так прошел первый день. На второй Эвфемион послал доверенного слугу через тайный ход в город, чтобы сообщаться со старейшинами. Им было сказано, что воины захватили Фивы по собственному почину, что они обратились против своего покровителя и грозятся убить всякого, кто приблизится к воротам. Эвфемион скорбел о судьбе горожан, но не мог ничего предпринять без их помощи - так неравны были силы. Выслушали старейшины посланника и протянули руку обидчику - так тиран и народ сообща решили наказать алчных воинов.

На третью ночь, когда обескровленный город не мог сомкнуть глаз, а солдаты вовсю пировали, упиваясь несказанным богатством, началось восстание. Порядком охмелевшие стражи были перебиты, и воины Эвфемиона впущены в город. Затем толпа ворвалась в акрополь и напала на разомлевших грабителей. Еще до наступления рассвета все Неуязвимые были перебиты.

Вероломный Эвфемион вошел в город победителем, но и ему не суждено было долго править, как он того желал. Спустя месяц жители, возмущенные новыми поборами, покончили с корыстолюбивым тираном. После этого был введен обычай, согласно которому все чужеземцы обязаны оставлять оружие за стенами. Этим Фивы продемонстрировали, что не покорятся ни одному человеку, пришедшему к ним с мечом.