Властвуй по праву

Глава 1

— Думаю, нам пора улетать.

— Ты чего, Ром? Мы только наладили нормальную жизнь, моя Веста беременна, куда лететь? Зачем?

— Мне тесно здесь. Эта планета сжимает тиски вокруг моего горла.

Брат недоуменно посмотрел на него, а потом окинул взглядом пейзаж. Дымчатые горы постепенно окрашивались сиреневым под светом Перенны, луны, что светила только на иды. Взгляд Рэма бежал вдаль, с восторгом охватывая острые скалы, необычайно высокое небо и озёра с чёрной водой. Когда-то они боялись даже приближаться к ней, зачерпнуть рукой, а теперь знали — она дарит спокойный сон и отдых телу.

— Мы бежали от ужасов войны и нашли здесь свободу. Вся планета наша. Что мучает тебя?

Ром закрыл глаза и сжал кулаки, будто изо всех сил сдерживая себя.

— Здесь не свобода, здесь смерть, — едва прошептал он, но брат все же услышал.

— Смерть? Брат, что за глупости. Выбери себе женщину из тех, что прилетели с нами и женись, это прогонит все печали.

— Идиот! — вспылил Ром, — Взять себе женщину, вот всё, что тебя интересует. Сделать ребёнка. Что ты дашь этому ребёнку? Смерть! Нас слишком мало. Горстка людей на пустой планете. Нам не заселить её, не создать общества, не построить городов. Маленькая обреченная община. Нам нужна другая кровь.

— Другая кровь поглотит нас.

— Эта планета поглотит нас.

Ром отвернулся, заканчивая разговор и широким, резким шагом начал спускаться по насыпи. В душе клокотала ярость. Не первый раз Ром заводил этот разговор, но его мало кто поддерживал. Они нашли спокойный уголок и принялись ворковать в нём, как глупые голуби. Не думая о будущем и довольствуясь малым.

На этой планете не было библиотек и театров, не было акведуков, форумов и храмов. Ничего. Кроме пещер, пригодного в пищу зверья и этой проклятой чёрной воды. И им этого хватило! Хватило, чтобы довольствоваться жизнью. Свобода! Его просвещенный брат называет эту звериную жизнь, свободой. Он отдал последние остатки разума своей Весте на хранение. Около сотни человек, большинство мужчины. Их ждёт вырождение. Лучше уж было умереть в войне.

Ром стоял осматривая корабль. Их община пряталась в пещеры и спала, когда солнце было так яростно, как нынче, но ему было всё равно, он не собирался больше здесь оставаться. Сколько полетят с ним?

— Мой народ! Я принял решение. Завтра я улетаю. Улетаю на поиски другой планеты. Места, которое подойдёт достойным сынам и дочерям, а не дикому зверью. Места, которое сможет стать нашим будущим, а не могилой. Я зову вас с собой. Прочь от покоя, но навстречу совершенству.

— Мы можем сделать это место достойным, господин!

— Нас слишком мало.

— Прилетят другие!

— Может да, а может нет. Вы можете надеяться на милость богов или добиться этой милости сами. Для того ли наши предки творили корабли, изучали движение небесных тел и законы сфер, чтобы их потомки ютились в пещерах? Решайтесь.

Община гудела. Замужние женщины умоляли мужей подумать, им было жаль бросать то, что они уже назвали своим домом. Дети жались к материнским ногам, большинство из них появилось уже здесь и не знало, что такое полёт. Им было страшно. Рэм лишь покачал головой, осуждая брата. Он не верил, что кто-то поддержит эту смешную затею, а одному Рому с кораблём не справиться. "Брату всегда было сложно смириться с действительностью, — подумал Рэм, — но со временем ему станет легче".

Утро следующего дня было ясным. Местное солнце белым пятном маячило над горизонтом, делая всё предельно чётким и в то же время нереальным. Скалы белыми клыками обнажились навстречу восходу, а чернота озёр будто стала ещё гуще. Ром, своим широким шагом, уверенно шёл к кораблю. За ним шла почти половина общины. Это стало ударом для Рэма.

— Ты сошёл с ума! — Рэм бросился наперерез и поймал брата за рукав широкого одеяния. — Что ты творишь! Я не дам тебе улететь!

— Почему? — голос Рома был холоден, как снег их родной планеты.

— Это наш единственный корабль, вы не можете его забрать.

— Он вам не нужен, разве нет? Лекарства мы вам оставим. Не все, конечно, часть, но вам хватит.

— Он наша надежда, корабль ещё может пригодиться!

— Уже пригодился. Отойди, Рэм. Каждый из нас сделал выбор.

— Нам не выжить без вас.

— Милостью богов, прилетят другие, — криво усмехнулся Ром и по его глазам стало понятно, что ни в чью милость он не верит. — Отпусти меня, брат.

Ром выдернул рукав и продолжил путь к кораблю.

— Я не отпущу тебя!

Рэм бросился ко входу на корабль и закрыл его собой.

— Не отпущу! — продолжал кричать мужчина, пока брат молча и спокойно подходил к нему.

Они встали друг напротив друга. Одинаковые глаза, кудри цвета здешних озёр, одни на двоих жесты. Близнецы, схожие во всём, кроме взглядов.

— Ты нужен мне, — прошептал Рэм.

— А ты мне, — тихо ответил Ром.

— Останься, прошу.

— Прошу, давай улетим.

И один на двоих ответ: "Нет".

Ром плотно сжал веки, будто стараясь не заплакать.

— Видят боги, я этого не хотел.

Кинжал глубоко вошел в плоть брата. Тело, такое знакомое во всех его чертах, такое родное, обмякло и упало к ногам Рома. Где-то позади истошно закричала женщина. Ром стоял глядя на брата. Он сам умер в этот момент. Не его ли труп теперь лежит перед ним, ни его ли собственная кровь течёт по ступеням корабля. Единственный оставшийся из братьев ощущал себя так, будто у него вырвали сердце, но у него ещё будет время оплакать потерю. Сейчас нужно уходить.

— Заберите Весту и уходим.

Несколько мужчин, из тех, что решили остаться, преградили путь защищая беременную женщину.

— Веста никуда не пойдёт!

— Она жена моего брата, я позабочусь о ней.

— Так же как о нём?!

— Так же, как он бы заботился о ней. Достаточно крови на сегодня. Мы не собирались мешать вам в вашем выборе, пора и вам уважать наш.

Ром поднял труп брата на руки и вошёл в корабль больше не оборачиваясь.

Старик сидел в мягком, чуть левитировавшем над землёй кресле. Весенний ветер задувал под складки белой тоги. Он так и не привык, что именно весной здесь все деревья будто в огне. Или крови. Мужчина, а нынче старик, отдал высокую цену за то, что имел, но он сделал всё для своих людей. Нашёл народ, который принял их как родных. Мир, который мог развиваться. Их идеи проросли в нём, укоренились. Поначалу они были никем, горстка беглецов, но на благодатной земле прорастают и более слабые семена. А он нашёл благодатную землю. Философ, советник, глава города, затем царь. Череда унижений, войн, коварства. Череда тонких решений, мудрых стратегий, решительных действий. Все мужчины, прилетевшие с ним, нынче в сенате. Мудрые мужи, которым заглядывают в рот. Старик усмехнулся. Он сделал многое не только для них. Теперь и люди этого мира для него свои. Они благодарят его за процветание. Воспевают при жизни. Кто-то и проклинает. Это тоже правильно. Но час пришёл.

— Позовите Тита! — крикнул старик, его голос был по-прежнему полон силы.

Слуга тут же юркнул в коридор и помчался исполнять приказ.

— Ты звал меня, дядя?

Волосы Тита чёрными кудрями спадали на плечи. Молодой мужчина почти ничего не взял от матери и многие думали, что он сын Рома, а не племянник.

— Кости твоего отца лежат в основании этого города, Тит.

— Я знаю, мать так и не простила тебя за это.

— Что мне до её прощения, если я сам себя не простил. Но поступать по чести, не всегда значит поступать правильно, Тит. Я дал нам будущее и знаю, что отдал за это. Теперь время твоих уроков и твоих решений, племянник. Отдаю тебе титул, властвуй по праву. Мне же пора уходить к твоим родителям.

Старик закрыл глаза и умолк навсегда. Ром всегда уверенно шёл к цели. Теперь он достиг последней из них.