Ужасы Оймякона

Глава 1

Начало ужасов

СССР, Сибирь, посёлок Оймякон,1938 год.

‌Предисловие: Поселок Оймякон - это самое холодное место на планете. Правда никто ещё об этом не знает. Жители этого поселка хотят уехать, но военные оградили границы этого города,сказали это экстренно важно.

Более 80 тысяч людей оказалось в заперти. Недавно наступила зима,и зима очень холодная, холоднее чем раньше,в газетах говорится, что при температуре -80⁰C даже обычный вздох должен стать ледяным в ту же секунду, но на самом деле на улице 1 метр снега и метели, бесконечный туман, и, похоже дождь.

Даже раньше жители Оймякона выживали с трудом, а сейчас, при аномальном холоде, никто даже на улицу не может выйти,более 10 слоев одежды не помогают, открытая кожа - гипотермия.

В газетах пишется что эвакуация невозможна из за рядов причин, но жители Оймякона не верят, а учёные твердят, что скоро все закончится.

‌Женя, обычный ребенок в обычной сибирской семье, ему 10, он любит корабли и хочет стать в будущем моряком, он очень амбициозный и очень высокомерный. Каждый день он родителям твердит, что будто за окном кто то ходит, и говорит, что снится ужасы, какие то белые люди забирают его, а потом он просыпается. Родители ему не верят, они пытаются выжить на запас еды, воды и дров, для хорошего отопления.

Власти советского союза не хотят тратится на такие регионы, потому что это экономически не выгодно, благо, отец Жени является главой якутской мафии, и находится он в Якутии, там тоже самое, эти ужасы преследуют всю Сибирь, и неизвестно, может быть такое и в других странах, но власти молчат.

У Жени на ночёвке был Влад, Дима, Федор и Маша, все они были очень хорошими друзьями, но когда они пришли на ночёвку, заснули и проснулись, то увидели — что домой уже не вернутся, кроме Жени, он уже дома.

Женя завел тему про ужасы, и все сказали то что тоже видят ужасные сны. Какая то сила в этом поселке, будто жители уходят в бесконечный туман, и никто не возвращается, об этом сказал Владимир, который увлекался погодой, и был ботаником. Он видел, как его бабушка вышла, ее шея искривилась, и она ушла в бесконечный туман — это было когда аномальный холод начал возрастать.

Правда, какая то сила действует на жителей, например мама Маши повесилась, а ее отец был учёным, и говорил, что бы после 12 декабря она никогда не уходила, а сегодня как раз таки 15, и похоже, отец говорил правду.

Дима говорил,что из леса доносился шепот, был этот шепот неразборчивый, и он звал Дмитрия, но Дима ментально сильный, поэтому существо или существа не смогли его завербовать. Лишь Федор ничего необычного не замечал, и это было странно, потому что у Федора была смуглая кожа, а сейчас он бледный как вампир, это очень странно, и ему об этом сказали друзья, но он будто проигнорировал.

Этот 2 день прошел незаметно, и весь день ребята говорили о симптомах и каких то аномальных вещах, а Федор не понимал о чем они. Так они и сидели до утра 16 декабря, и решили завалиться все вместе спать, по решению Федора, потому что он внезапно закатил истерику, и сказал что нужно идти спать. Все легли спать, никак Федор не мог уснуть. Его охватило какое то проклятие,и он начал слушать голоса в голове. Его разум начал искривляться, и он, будто зомбированный, начал идти к входной двери, он, почти вышел из дома, задел вазу и разбил ее. Похоже,это услышал только Влад, и он пошел на звуки, он пришел на звук, и увидел, что Федор уходит. Влад хотел его отправить обратно в кровать, но уже поздно. Влад начал смотреть в окно, и увидел, как полностью белоснежное существо вылезло из снега, и вытащило клешню, этой клешней существо проткнула Федора, и очень быстро унесло Федора под полутораметровый снег.

Всем ребятам было по 10 лет, и Влад очень сильно забоялся этого, что аж с криком побежал обратно в кровать. Все будто мертвые, никто не просыпается. Он подёргал Машу, и она не проснулась. Он лег обратно в кровать, и похоже, эти существа всемогущие - умеют влиять как и психологически,так и физически. Потеря Федора стала чем то критическим для Влада, он не смог уснуть.

Ближе к вечеру ребята проснулись, и Влад им все рассказал. Они поговорили, и все сошлись на том, что существа всемогущие, и похоже либо играются с ними, либо у них есть какой-то иммуннитет.

«Почему именно Федора забрали, а нас нет? Существо могло сжечь дом или зайти, но оно выманило Федора и там его и убило». Теории не кончались.

Ребята поели, поговорили на обычные темы, и в 3 часа ночи они заканчивая темой про загадочную погоду и все эти ужасы, засыпают. Завтра — 17 декабря они хотят провести расследование. Теории ребят ничем не подтверждены.

Ледяное чрево

17 декабря. Влад рассказал всем о Федоре, и Маша, не раздумывая, предложила пойти на разведку. Они накинули на себя всё, что только можно было найти: несколько старых курток, шерстяные платки, варежки, шапки, — и, захватив керосиновую лампу, вышли в белое месиво тумана. На улице было настолько затуманено, что стоило отойти на шаг — и человек исчезал, будто его поглотила пустота. Они решили держаться за руки, чтобы не потерять друг друга. Как вдруг справа они увидели следы, будто кого-то тащили. Маша предложила пойти по следам, и Влад согласился.

Они шли по мёртвым улицам, никого не было, из-за тумана не было видно даже домов, только ты и твой друг. Это было очень страшно, и ребята долго шли по следам, им было сложно и холодно одновременно. В один момент следы прекратились, а Маша упала в обморок. Видимо, детский организм не выдержал обморожения. Влад еле-еле взял её и понёс. Дальше он увидел странно выкопанную пещеру и удивился — ведь этой пещеры никогда не было, и она не могла появиться так быстро, но он всё же пошёл в пещеру, ведь больше не было вариантов.

В пещере было тихо и не было никакого света, Влад очень сильно перепугался, но увидел вдалеке огонёк. Это был костёр, и это был лучший подарок. Теперь он без сил положил Машу возле костра и сам сел возле него. Каким-то магическим образом это и правда сделало облегчение — Владу стало жарко, а Маша проснулась. Она встала, но неожиданно набросилась на Влада. Маша будто была суперзлодеем из сказок — удерживала и начала кусать. Её зубы смогли пробить несколько слоёв одежды и дошли до кожи. Влад не хотел её бить, но пришлось, это всё равно ему не помогло. Она кусала и била ногтями, хотя нет, это были длинные когти.

После этого он вспомнил, как Дима научил брать на удушающий приём из борьбы. Он еле как выбрался, этим поплатился тем, что у него всё лицо осталось окровавленным. Дмитрий всё-таки смог взять Машу на удушающий. Она упала, и когти начали уменьшаться. Он увидел письмо, которое, судя по всему, выпало из кармана куртки Маши, пока они боролись. Он удивился, почему же Маша взяла его с собой? Взяв его в руки, он будто почувствовал приток силы и воли. Открыв письмо, он увидел, как отец Маши ей отправил письмо, там было написано:

«Дорогая Машенька, я знаю, что много тебе напоминаю, но это нужно для тебя же. 12 декабря — это день, когда никто не должен выходить на улицу. НИКТО! Предупреди своих друзей. Я уехал, целую и надеюсь, ты вспомнишь про это письмо. Люблю, твой отец».

Влад испугался. 12 декабря — это то, когда эта аномалия началась. Видимо, отец Маши знал об этом всём, но, похоже, ни разу не говорил Маше, когда это закончится. И тут его окатил ужас. Он услышал звуки далеко из темноты пещеры. Он убрал письмо обратно Маше в карман и приготовился защищаться, а звуки продолжались. Вдруг Маша проснулась, и звуки ушли.

— Влад, что случилось? Что было? — сказала испуганная Маша.

— Неважно. Нам нужно идти дальше, — ответил окровавленный Влад.

Дальше они идут за звуками, которые слышал Влад.

— Я лишь помню, как мы пришли к странной пещере, и... я уснула? Я проснулась здесь. У меня жутко болит голова... — твердит Маша.

Влад в ответ кивнул, и они пошли дальше. Они пришли в тупик, где увидели странные наскальные рисунки. На всех них были нарисованы странные белые человечки — это было ужасом для ребят. Они хотели уже уходить, но вдруг тот самый тупик начал открываться. Когда он открылся, оттуда выкатилась голова Федора, без глаз. Это был максимальный ужас, который смогли испытать ребята. На адреналине Влад кинул лампу, и он с Машей мгновенно выбежали, даже не успев закричать.

За ними кто-то погнался, но они не увидели кто из-за темноты. Костёр, на который они бежали, внезапно потушился. Они бежали, бежали, но не могли найти выход. Они запутались. Тот, кто за ними гнался, явно не горел добрыми намерениями — он ужасающе кричал.

Вскоре Влад и Маша начали задыхаться, и Маша споткнулась. Влад поднял её, и Маша начала хромать. Они слышали, что монстр вроде как далёко, но он приближался. Влад нащупывая нашёл уголок и спрятался вместе с подругой. Они сидели в темноте, прижавшись друг к другу. Существо не уходило. Оно дышало где-то рядом, иногда царапало камни, но не приближалось. Влад не знал, сколько прошло времени — минуты или часы. Он только чувствовал, как холод пробирается сквозь одежду, и как Маша дрожит рядом. Осталось надеятся на помощь Бога.

Тем временем ребята думают, где же их разведка? Прошло 4 дня, а их так и нет. Похоже, идти за Федором была не самая лучшая идея. Те ребята, которые остались, надеялись лишь на то, что Влад и Маша вернутся.

Мертвый свет

Прошло уже 6 дней с тех пор, как Маша и Влад ушли на разведку. Женя и Дима больше не могли сидеть сложа руки. Они решили выйти на поиски, чего бы это ни стоило.

— Слушай, Женя, ты и вправду хочешь пойти туда? — спросил Дима, глядя на друга.

— Я знаю, что Влад и Маша справятся. Я не хочу идти туда и рисковать. Ты слышал рассказы Влада? Хочешь побыть героем?

— Ты не знаешь, о чём говоришь, Дима, — ответил Женя, сжимая кулаки.

— Они не смогут без нас. Шесть дней прошло. Они, возможно, уже мертвы.

— Вот именно что мертвы! — повысил голос Дима.

— Ты тоже хочешь пойти, чтобы твоя мать горевала о тебе?

— Думай как хочешь, а я пошёл.

Женя начал собираться. Он натянул на себя всё, что только можно было найти, и взял пистолет, оставшийся от отца. Перед уходом он зашёл в комнату матери — попрощаться. То, что он увидел, заставило его замереть.

Вся комната была залита кровью. Мать лежала на полу, бездыханная, будто её растерзали. Живот разорван, повсюду иконы.

— ДИМА! ИДИ СЮДА СКОРЕЕ! — Женя сорвался на крик

— Что такое? Ты переду... — Дима вбежал в комнату и застыл.

— ЧТО ЭТО С ТВОЕЙ МАТЕРЬЮ?!

— Я САМ НЕ ЗНАЮ... КТО БЫ ЭТО НИ БЫЛ, Я ДОЛЖЕН ОТОМСТИТЬ...

— НЕ СМЕЙ МСТИТЬ! ЭТА ИГРА ДЛЯ ДУРАКОВ!

Женя рванул к выходу, но на мгновение задержался у двери.

— Ты со мной, Дима?

— Ладно, насрать... пойдём! — сдался тот.

Дима быстро собрался, и они вышли в метель. Женя шёл уверенно, сжимая в кармане холодный пистолет.

— Смотри, Дим. Я пистолет отца взял, — сказал он.

— Ты сдурел? Ты кого-то убивать собрался?

— Да. Они убили моего последнего родственника. Остались только ты, и, может быть, Влад с Машей.

Дима промолчал.

Они не знали, куда пошли Влад и Маша, поэтому свернули направо — туда, где обычно гуляли. Среди заснеженных домов они вдруг наткнулись на пещеру, которой раньше здесь никогда не было. Она словно выросла из земли.

— Зайдём, покричим, — решил Женя.

— Вдруг они там.

На их зов из глубины пещеры отозвался голос Влада.

Тем временем Маша шла рядом с Владом, глядя на его разорванную одежду и окровавленное лицо.

— Влад, ты уверен, что нам нужно идти? — спросила она.

— На тебе раны... открытая кожа... я слышала про гипотермию. Ты замёрзнешь насмерть!

— Ты мне их сделала! — резко крикнул он на Машу.

— Что? — недоумённо ответила она

— Не притворяйся, что не помнишь! — его голос дрожал от боли.

— Ты разорвала мне куртку и лицо!

— Такого не было! — Маша отшатнулась.

Влад оттолкнул её и пошёл вперёд, на свет, который вдруг появился в конце коридора. Но стоило им подойти ближе, как этот свет начал плавиться. Вместо выхода перед ними открылся багровый пейзаж — раскалённая земля, чёрное небо, огненные реки. Жара ударила в лицо.

Она хотела позвать Влада, но тот уже шёл прямо в это пекло, будто его звали.

И вдруг она увидела впереди Женю и Диму. Они стояли и манили её рукой, но их силуэты искажались, руки вытягивались, становясь неестественно длинными, а лица плавились. Два силуета засмеялись низкими голосами.

Маша рванула в сторону. Она бежала по коридорам, спотыкаясь, задыхаясь от жара и ужаса, пока звуки смеха не затихли.

Тем временем Женя и Дима пробирались по тёмной пещере.

— Жень, похоже, это чьё-то логово, — прошептал Дима, оглядываясь.

— И здесь никого нет. Да и холодно. Может, вернёмся?

— Нет, — отрезал Женя.

— Никакого пути назад уже нет. Вон, гляди, там ещё проход. Может, они там.

— А может, хватит?

— Нет!

Они пошли дальше. Вскоре на пути возникла большая каменная арка.

— Мы зайдём сюда, — сказал он.

— Это самая большая пещера. Разделимся — так быстрее найдём их.

— Ты дурак? Какой разделимся? Здесь опасно!

Но в этот момент из глубины донёсся голос Маши.

— Слышишь? — Женя посмотрел на друга.

— Поэтому мы разделимся.

— Хорошо... — сдался Дима.

— Только будь осторожен.

— И ты.

Они разошлись.

Маша брела одна, почти без сил. В темноте ей мерещились огни — то яркие, то тусклые. Она бросалась к ним, но каждый раз это оказывался обман.

Она совсем отчаялась, но вдруг нащупала в кармане письмо отца. Она не читала его раньше . Дрожащими пальцами разорвала конверт, прочитала и разрыдалась.

И вдруг услышала звук. Он шёл не из темноты, а откуда-то сверху.

Маша пошла на этот звук.

Скоро впереди появился настоящий свет. А в нём стоял Женя.

— Женя! — выдохнула она.

— Привет, Маша! — облегчённо выдохнул он.

— Мы с Димой разделились, чтобы найти тебя...

Из-за поворота показался Дима.

— Привет, Маш! А где Влад? — спросил он.

— Он... ушёл в глубину... — еле выговорила она.

— Будто загипнотизированный.

— Как? Зачем?

Не успел Дима договорить, как из темноты раздался страшный крик. Кто-то бежал к ним.

Ребята рванули к выходу, который запомнил Женя. Они бежали, спотыкаясь, задыхаясь. Им казалось, что тьма гонится за ними.

Но вот — свет, снег, морозный воздух. Они вылетели из пещеры, упали на колени и обернулись.

На пороге стоял Влад. Но это был не Влад. Его тело было изуродовано — левая рука отсутствовала, в животе зияла глубокая рана. Лицо бледное, глаза закатились. Вместо голоса — хрип.

— Влад, пошли! — закричал Женя, бросаясь к нему.

Но Маша схватила его за шкирку и рванула назад. Дима подхватил обоих, и они втроём выскочили за порог. Грохот камней заглушил всё.

Когда они обернулись — Влад исчез. Только пустота.

А из метели вышла фигура в военной форме и маске.

— Быстро садитесь в машину! — приказал голос.

— Сейчас комендантский час. Вы не знали? БЫСТРО!

Ребята влетели в машину и впервые за долгое время почувствовали тепло. Военный завёл двигатель.

— Какой у вас адрес, дети? — спросил он.

— Макрово, 27, — ответил Женя.

— Отвезу. И не выходите из дома. Сейчас идёт эвакуация, — бросил водитель.

Он довёз их до дома и уехал.

В доме, пустом и тихом, ребята переглянулись. Женя показал Маше тело матери. Она чуть не упала. Они решили убрать комнату, чтобы полицейские, когда приедут эвакуировать, не нашли тело. Вместе они спрятали мать в гроб.

Они остались совсем одни. Без родителей, без поддержки. Лишь отец Жени который уехал, неизвестно что с ним,и отец Маши. Но они в других городах.

Они решили отдохнуть после самого тяжёлого дня. Но перед сном Маша спросила:

— А почему тот военный не эвакуировал нас?

Никто не ответил. Стояла гробовая тишина.

Пепел руны

28 октября 1945 года.

Ребятам уже по семнадцать. Они давно привыкли к холоду, к постоянной нехватке еды, к тому, что каждый день может стать последним. Сущностей становилось всё больше — они выползали из трещин в мёрзлой земле, появлялись из тумана, копились в тенях. Вечная мерзлота, которая раньше была просто зимой, теперь разрасталась, словно живая. Даже воздух стал тяжелее, будто дышал не кислородом, а чьим-то древним, ледяным дыханием.

Жители Оймякона наконец наладили связь с внешним миром. По радио и в газетах передавали, что Вторая мировая война закончилась. Мир ликовал, но до этого забытого посёлка новости долетали с опозданием, как эхо далёкого взрыва. Война обошла Оймякон стороной — ни немцев, ни японцев здесь не было. Только холод. Только существа. Только они трое.

Маша и Дима стояли у заледеневшего окна.

— Дим, слушай, может быть, мы поедем в другой город? — спросила она, не оборачиваясь.

— Как? — усмехнулся Дима.

— Город закрыт. Не заехать, не выехать. Помнишь того военного? Он же оказался сущностью. Женя его застрелил. Военный хотел нас вывести до этого, но мы не пошли.

— Да, — тихо сказала Маша.

— После этого Женя стал почти психом. Он никому не верит.

В комнату зашёл Женя. Он выглядел старше своих семнадцати — глаза запали, скулы заострились, в руке он сжимал старый отцовский пистолет, который так и носил с собой.

— Ну что вы тут делаете? — спросил он, оглядывая их.

— Тут приехал какой-то учёный. Я не знаю, по какой мерзлоте он прошёлся, но он хочет вас видеть.

Учёный вошёл — высокий, худой, с сединой на висках и уставшими глазами. Он выглядел как человек, который слишком долго искал правду и нашёл её слишком поздно.

— Ну здравствуйте, — сказал он, снимая перчатки.

— Мне нужно вам рассказать обо всём.

— Хорошо, рассказывайте, — ответил Женя, не опуская пистолет.

— Мы вас слушаем, незнакомый учёный.

— Итак, слушайте меня, — учёный сел на стул и сложил руки.

— Вы знаете тех существ. Вы выжили. Мало кто выжил — только вы и ещё пара человек по всему посёлку. Я приехал за вами, чтобы исследовать пещеры. Только так можно спасти мир. Нам нужно найти секретную руну — она остановит этот хаос.

— Что за руна? — спросил Женя.

— Оранжевый артефакт. Светящийся. На нём — символы. Если её активировать, существа исчезнут.

Учёный показал примерные рисунки символов.

— О, я видел такие рисунки, — сказал Женя. Когда искал Машу. Дима мне помогал. И по рассказам Маши там тоже были настенные рисунки.

— Значит, вы её видели, — учёный оживился.

— Поехали туда. Сейчас.

Они быстро собрались. Женя проверил пистолет и патроны. Маша натянула старую куртку. Дима взял фонарь. Учёный завёл машину — старый, но всё ещё ходячий грузовик. Они сели, и он повёз их по заснеженным улицам к чёрному провалу пещеры.

Учёный спросил:

-Все фонари взяли?

Ребята ответили, что все взяли свои.

По дороге учёный расспрашивал их — про существа, про ловушки, про время, которое в пещере текло иначе. Он записывал их ответы в потрёпанный блокнот.

Когда они приехали, вход в пещеру оказался завален — глыбы льда и камней навалились у входа, словно кто-то специально замуровал её.

— Почему она завалена? — удивился учёный.

— Мы не знаем, — ответил Дима.

— Нужно откапывать. Быстро.

Они копали почти до вечера. Руки замёрзли, лопаты скользили по льду, но они разобрали завал. Когда последний камень отвалился, из пещеры пахнуло холодом — не тем, что снаружи, а более древним, густым, как дыхание земли.

— Входим, — сказал учёный.

Они залезли внутрь. В темноте стены казались живыми, а звук шагов тонул в глухой тишине. Они прошли глубоко, то и дело останавливаясь, чтобы осветить стены — искали рисунки и руны.

— Это то самое место? — спросил учёный, остановившись у стены с вырезанными символами.

— Да, — ответил Женя.

— Стойте... мы потеряли Диму.

Он обернулся. Димы не было. Только пустая темнота позади.

— Дима! — крикнул Женя.

— Дима, отзовись! — добавила Маша.

Но в ответ — только глухой гул, как будто пещера поглотила их голоса.

Учёный резко обернулся к ним и приложил палец к губам.

— Тихо, — прошептал он.

— Если кто-то пропал, не кричите. Это привлекает их.

Они замерли. И вдруг из темноты вышел мальчик. Невысокий, худой, с бледным лицом. Маленький Влад — таким, каким он был семь лет назад. Он посмотрел прямо на Женю и поманил его рукой.

— Женя... иди сюда...

— Влад? — выдохнул Женя.

— Иди...

Он сделал шаг. Потом второй. Маша хотела схватить его, но он уже исчез во тьме, уходя за призраком.

— Женя, стой! — крикнула она, но он не остановился.

— Останься здесь, — сказал учёный Маше.

— Я должен сказать тебе правду.

Маша обернулась к нему. В свете лампы его лицо казалось знакомым — слишком знакомым.

— Не бойся, — сказал он.

— Я твой отец. Помнишь меня?

— Я тебе не верю, — прошептала она.

— Ты монстр. Ты хочешь нас убить.

— Нет, — он снял очки.

— Посмотри на меня. Это я.

— Мой отец мёртв!

— Я не умер. Я уехал, чтобы остановить эксперимент. База была на Аляске. Мы бурили вечную мерзлоту, нашли их и пытались использовать как оружие. Но они вырвались. Мы перебили большую часть, но они начали разлагаться, и их кровь превращалась в радиацию — она убивала всё живое за секунды и замораживала всё вокруг. Это передаётся по воздуху, по воде, через снег. Теперь заражена вся Сибирь, Аляска, Канада, Япония.

Маша смотрела на него, и внутри всё кипело.

— Ты бросил меня, — сказала она.

— Ты ушёл, когда я была ребёнком. А теперь хочешь, чтобы я поверила тебе?

— Маша, я хочу спасти мир!

— Я не хочу тебя знать! — закричала она и, развернувшись, побежала в темноту.

— Постой! — крикнул он, но не двинулся с места.

— Нет, папа! — донеслось из темноты.

Он остался один. Вдохнул, выдохнул и вдруг услышал за спиной хрип. Медленно обернулся. В свете лампы показалась тень, и тут же длинная когтистая рука схватила его за горло. Лампу выбило, и на мгновение вспыхнули искры. Глухой звук рвущейся ткани, хруст, и всё стихло.

Тем временем Дима шёл в полной темноте, потеряв ориентацию. Его фонарь мигал и гас, оставляя лишь слабые отблески.

— Вы где, ребята? — крикнул он.

В ответ — тишина. А потом голос, почти шёпот:

— Привет...

— Кто здесь?

— Женя, не узнал?

— Ты потерялся?

Голос приближался. Дима поднял фонарь, и свет выхватил фигуру. Но это был не Женя. Фигура исказилась, стала выше, шире, из неё полезли тени, и она рванула к нему.

Дима побежал. Ноги проваливались в ледяную крошку, воздух обжигал горло, сердце колотилось. Он бежал долго, пока впереди не появился настоящий свет — и настоящий Женя.

— Дим, ты чего тут?

— За мной сущность!

— Тут никого нет, — сказал Женя, осматриваясь.

Дима перевёл дух. И правда — пустота. Только тишина и каменный пол.

— Оторвался, — выдохнул он.

— Где Маша?

И тут она вышла из темноты, запыхавшаяся, с красными глазами, но живая.

— Не пугайтесь, — сказала она.

— Я не такая страшная.

Они хотели обняться, но вдруг из темноты раздался хрип. По камням, волочась, вышел учёный. Его тело было изломано, одежда разорвана, руки неестественно вывернуты. Глаза — пустые, но рот шевелился.

— Маша... — прохрипел он.

— Ты не спасла меня...

Она отшатнулась.

— Чего?

— Существуют... взрослые особи... и молодые...

Он упал. И в ту же секунду из темноты вышли копии — Федор, Влад, их собственные искажённые отражения. Они стояли молча, глядя пустыми глазами.

— Это что такое? — спросил Женя.

И вдруг голос — низкий, тягучий, вибрирующий в стенах:

— Это вы... и ваши друзья... Вы не поддались моему плану... Вам пора умереть!

Фигуры двинулись к ним. Существа кидались, но не касались.

— Женя, бежим! — крикнула Маша.

— Я не хочу бежать, — ответил он, поднимая пистолет.

— Я хочу дать отпор.

— Так поплатись за это! — прогремел голос.

Из тьмы вышла взрослая особь — высокая, сутулая, с длинными руками и кожей, похожей на замёрзший лёд.

Женя выстрелил. Пуля пробила плечо. Сущность вздрогнула, но пошла дальше. Вторая пуля — в грудь. Она шатнулась. Третья — в голову. Сущность замерла, зашипела и начала плавиться, оставляя после себя лишь чёрную лужу, которая шипела на камнях.

Они рванули к выходу, не оглядываясь. Вылетели наружу, упали в снег, задыхаясь. И тут же увидели — небо на горизонте окрасилось в огненно-оранжевый цвет. Ядерный гриб поднимался над землёй, словно сам ад разверзся.

— Быстро в машину! — крикнул Женя, хватая их за руки.

Они запрыгнули в грузовик. Женя за руль не сел — он просто выжал газ, направляя машину прочь, подальше от гриба, подальше от пещеры, подальше от всего.

Впереди была только белая, бесконечная метель. И тишина.

Последний круг

Ребята остались одни. Учёного не было. Дима, ещё с малых лет умевший заводить любую машину без ключей, быстро замкнул провода под панелью. Двигатель взревел, и грузовик рванул вперёд, разрезая снежную пелену.

Они ехали молча. Каждый думал о своём. Маша сжимала в кармане письмо отца. Женя смотрел вперёд, не отрывая взгляда от белой пустоты. Дима вёл машину, изредка поглядывая на приборную панель.

А потом пришёл взрыв.

Звук не долетел — просто мир схлопнулся в яркую вспышку, и сознание погасло, как свеча, задутая ветром.

Очнулись они уже в тишине. Глухой, тягучей, неживой. Грузовик стоял среди сугробов, но двигатель молчал. Дверь со стороны водителя была вырвана — словно кто-то с силой высадил её изнутри. Или снаружи.

— Что... тот ядерный гриб повлиял на ситуацию? — Дима потёр голову, оглядываясь.

— Видимо... — Женя приоткрыл глаза. В голове гудело, но он заставил себя сесть.

Маша очнулась последней. Когда она пришла в себя, в её взгляде была та же пустота, что и в снегу за окном. Они вышли из машины. Холод уже не казался таким острым — скорее, он стал частью их самих. Метель стихла, но вокруг царила мёртвая тишина.

Дима заглянул под капот и присвистнул:

— Двигателя нет. Просто испарился. Как будто его кто-то достал и унёс.

Женя оглядел горизонт. И увидел её — старую, знакомую пещеру. Ту, что появилась из ниоткуда семь лет назад. Ту, где начался этот ад.

— Это последний зов, — сказал он глухо.

— Нам туда.

Они спустились вниз. Внутри было темно, как в могиле. Женя проверил пистолет — в магазине оставалась последняя обойма. Патронов было мало, но выбора не оставалось. Они брели по коридорам, теряя счёт времени, пока не упёрлись в стену, которая оказалась порталом.

Тусклое свечение лилось изнутри. Они шагнули в него.

А там — стояли их копии. Те же лица, та же одежда. Те же глаза, но пустые. Женя сжал пистолет, готовый стрелять. И тут из темноты выскользнула молодая особь — быстрая, гибкая, почти беззвучная.

Он выстрелил. Одна пуля. Тварь рухнула в судорогах.

— Бежим, — бросил он.

— Назад!

Но портал уже закрылся. Каменная стена сомкнулась за ними. Тишина стала полной

— ЧТО? КАК НАМ ВЫБРАТЬСЯ? — голос Маши сорвался на истерику.

— Никак, — ответил Женя. Он сказал это без злости. Просто констатировал факт.

Они оказались в логове. Везде, куда ни глянь, шевелились тени. Везде слышалось дыхание. Но в центре этой тьмы, на каменном выступе, лежала она — оранжевая, светящаяся. Руна.

— Мы нашли её! — воскликнул Дима. Голос сорвался на радостный визг.

— Она была в портале!

— Это не повод для радости, — холодно отозвался Женя.

— Ты что, не понимаешь? Это спасение!

— Понимаю. Но ты гордишься собой, как ребёнок. А это место убивает гордецов.

Конфликт повис в воздухе, как нож.

— Хватит! — вмешалась Маша.

— Это из-за меня...

— Что? — повернулся к ней Дима.

— Я... Я бросила его. Учёный был моим отцом. — Её голос дрожал.

— Женя, я знаю, что твой отец тоже погиб... я читала газеты. Но я... я отдала нашего спасителя на съедение. Он пришёл, чтобы помочь нам, а я развернулась и ушла. Он умирал, а я убегала. — Она сглотнула.

— Простите меня...

— ЧТО ТЫ ГОВОРИШЬ?! — Дима ударил её по лицу.

— ТЫ ЗНАЛА?!

— Остановитесь... — устало попросил Женя.

— ПОДОЖДИ! ОНА НАС ПРЕДАЛА!

Громко выстрел — пуля вошла в ногу Димы.

— А-а-а! Ты что творишь?!

— Ты лишила нас спасения, — сказал Женя, глядя на Машу.

— Ты заслуживаешь этого.

Он вытащил из кармана скомканную газету.

— Пока мы ехали, я нашёл это. Там написано, что Гитлер сбросил ядерные бомбы на Азию и Россию. Он уничтожил мир. А ты молчала. Ты — надоедливая женщина. Ты — мразь.

Он выстрелил ей в живот.

— ОСТАНОВИСЬ, ЖЕНЯ! — закричал Дима.

— Я видел, как вы сюсюкались спереди, пока я спасал вас. Это место для выживания, а не для любви. Ты помнишь, Маша, что сделала с Владом? Ты кусала его, как дикая. А вдруг это повторится? А вдруг ты тронешься?

Он выстрелил ей в голову. Раз — и тело осело на камни.

— Вот ты и сделал это, — прошептал Дима.

— Ты следующий, — ответил Женя.

Но на них напали монстры. Женя отстреливался, пока патроны не кончились. В магазине осталось ровно пять пуль.

— Дима, стой.

— Что тебе нужно?

— Ты думал, я не заметил?

Женя выстрелил — опять в ногу.

— АЙ! ЗА ЧТО?! — Дима вскрикнул с сильной болью падая на землю

— За всё.

Ещё два выстрела. Тело Димы окончательно упало рядом с Машей.

— Лежите вместе, сукины дети.

Женя остался один. Он стоял посреди тьмы, сжимая руну в руке. А потом из мрака раздался голос.

— Привет снова.

— Ну, привет, — ответил Женя.

— Ты думал, я забыл, как ты звучишь? Я тебя застрелил. Ещё хочешь?

— Женя, не нужно этого делать.

Выстрел. Голос вздрогнул.

— Женя! Я просил!

— Ты меня собираешься напугать Димой и Машей? Не получится. Они мертвы. Я сам их убил.

— А ты собираешься воевать со всем миром?

— Да. Они погибли из-за тебя.

— Они погибли из-за тебя. Я — вождь своего народа.

— Ты — вождь своего дерьма. — Женя сплюнул.

— Знаешь... это я убил твоего отца.

— Мне всё равно. — Женя усмехнулся.

— Ты слышишь? ВСЁ РАВНО! Ты сделал меня психом. Ты сделал меня монстром. Я справился с тобой раньше — справлюсь и сейчас.

Из темноты вышли копии. Изуродованные, окровавленные, мёртвые — но стоящие. Дима. Маша. Учёный. И ещё тени, которых Женя уже не помнил.

— Ты не победишь нас, — сказал голос.

— Увидим.

Взрослая особь вышла на свет. Она ударила его по ногам — и Женя почувствовал, как ноги перестали его слушаться.

Он упал. Но в руке всё ещё была руна.

Он поднял её, и оранжевый свет ударил по монстру — как удар тока, как солнечный ожог. Тварь закричала, отшатнулась, закрывая лицо. Её кожа начала трескаться, будто от жара.

— Что это?! Что ты сделал?! — заорала она.

— Это конец, — сказал Женя.

Он кинул руну — она врезалась в грудь монстра и засияла. Тело существа начало разлагаться прямо на глазах, превращаясь в пепел.

Но Женя уже смотрел на пистолет.

— Ты оставил меня без ног. Без друзей. Без семьи. — Он улыбнулся — сухо, пусто.

— Ты думаешь, я хочу жить?

Он приставил дуло к виску.

— Спасибо, что научил меня ненавидеть.

Он нажал на спусковой крючок...

Это история о том, как человечество начало войну против себя. Мы искали врага вовне — и создали его внутри. Ядерные бомбы не убили монстров — они сделали их сильнее. Монстры не уничтожили мир. Мы уничтожили его сами. И когда последний человек выстрелил в себя — на планете остались только они.

Новая цивилизация победила старую. Потому что она умела выживать. Потому что она не знала жалости. Потому что люди заслужили этот конец.

Спасибо, за прочтение.

Конец.