Северный князь

Глава 1Свои лучшие пьесы Тикамацу Мондзаэмон нашёл во сне. Разумеется, сами истории автор “Самоубийства влюблённых на острове небесных сетей” брал из хроник и рыночных пересудов, но разглядеть тонкую нить верного повествования удавалось только на мелководье вечерней полудрёмы.Мысль вспыхивала в голове, как чешуя промелькнувшей форели и в следующая секунду тонкая жилка была у него в руках. Буквально на один выдох Тикамацу видел себя настоящего, — в тёмной комнате, затянутой паутиной переплетающихся нитей-карм человеческих судеб, он, почему-то в чёрной рясе монаха традиции дзен-сото, скручивал сюжет из несчастных персонажей. Они считали себя живыми, но это, конечно, была та самая иллюзия, про которую поётся в Алмазной Сутре. Живее, чем сама жизнь была пьеса, а они — не больше, чем скелетом, и их слёзы и смерть скрепляли её воедино.Важней, чем десять тысяч миров, было не упустить саму заду…