Продавец снов

Глава 1

Глава 1. «Добро пожаловать в «Лавку снов».Февраль. «Самое время для того, чтобы поехать на море, просто великолепно, Джозеф!» -подумал я с сарказмом. Но сегодня я был разбит и поехал на поезде туда, куда по всей видимости, звало меня сердце. Я шел по холодному покрытому снегом пляжу, в лицо бил до дрожи пронизывающий ветер. Чувство опустошенности и разбитости наполняло меня. К тому же всего 10 утра, а я уже был пьян. Я не пошел на работу в этот день, сил не было ни душевных, ни физических. Я позвонил и сказал Юджину, своему напарнику, что отравился, ничего не поделать…. Наткнулся на кафе, летом прекрасное. И сейчас, сидя на ступеньках заброшенного летнего кафе «Фламинго», пил и смотрел вдаль, холодный ветер дул мне в лицо, волосы разлетались, как птицы. Сегодня сейчас мне хотелось умереть. Ровно четыре года назад умерла моя Элизабет. В тот день я не смог ее спасти, даже быть рядом, и теперь вынужден влачить жалкое существование, ставшее никчемным, утратившим всякий смысл, в полном одиночестве. «Как разбушевалось море» - подумал я, когда волны соленой воды попали мне на лицо. Отпил еще глоток рома. «Что ж, становится совсем невыносимо гулять, даже алкоголь не спасает от собачьего холода. Отличное время ты выбрал, Джозеф, если решил умереть от переохлаждения» - обратился я сам к себе. Встал и медленно побрел к станции, так как идея напиться на море провалилась. Я замерзал…И вот стою на станции и топчу снег, вымещая на нем всю свою смуту душевную. Наконец-то подошел мой поезд, еду в город. Смотрю в окно: мимо проплывают деревья, поля, какие-то одинокие дома. Так и не отпустило. Поездка к морю не успокоила, а только разбередила старые раны. Я вспомнил, как мы катались на коньках с Элизабет на большом озере, и как я боялся, что мы можем провалиться под лед. А она все смеялась и говорила: «Эй, чего ты боишься? Лед толстый, нас выдержит!». Мне вспомнилось, как уставшие от катания, мы пили чай из термоса и смотрели на звезды. Зимой темнеет рано. И если небо чистое, то звезды видно очень ясно. Особенно в январе. Она старалась научить меня узнавать созвездия, а я все так и не мог понять, как она их находила их. И придумывал свои названия, абсолютно нелепые. Она смеялась и говорила: «Джозеф, зачем ты постоянно выдумываешь, не бывает такого созвездия!» Сейчас я все отдал бы за такие моменты. Как же я сожалею, любимая, что не смог сохранить тебя. Я вышел из поезда, слезы катились по моим щекам. Мне казалось, я абсолютно один и никто не в силах понять мою боль. Не выдержал, достал свое «лекарство», бреду по незнакомым местам, пью и не пьянею, только вот тело стало подводить. Редкие прохожие неодобрительно смотрели мне вслед. Плевать! Сегодня все равно!Наконец я устал, захотелось передохнуть, покурить. Присел на крыльцо одного из домов, куда дошел, не помню как. Попытался закурить, но ветер и снег были сегодня моими врагами. Попытался встать, чтобы уйти в безветренное место, однако ром сыграл свою игру с моим сознанием…Я его просто потерял. Упал возле дома, даже не знаю где, но – мистика… Этот дом перевернет всю мою жизнь.

Сознание возвращалось неохотно, тьма медленно отпускала меня из своих объятий. С трудом открыл глаза. «Ох, как же все болит!!!» - голова кружилась, а тело ныло от боли. Когда я окончательно открыл глаза, то осознал, что лежу в чем-то, напоминающем капсулу. С трудом поворачивая голову, попробовал осмотреться. И так. Комната имеет круглую форму. И этот свет. Он мне непонятен, он пугает меня. Неестественный, очень яркий. Моя попытка встать провалилась.

Стекло. Капсула имеет купол. Ни открыть, ни сдвинуть я его не могу!!! Меня охватила паника. «Что это? Что происходит? Где я?» Еще раз осторожно поворачивая разламывающуюся голову, осмотрелся. Что ж, я тут не один, уже легче. В комнате еще 6 капсул, в них спали люди. «Куда я попал?- подумал я. Зачем здесь я и все эти люди?» Глупые мысли рождала больная голова. Последнее, что я помнил - это как пил ром на крыльце какого-то дома, потом захотел закурить...

Попытка выбраться из ловушки опять провалилась, но мои усилия не были напрасны – толкая и стуча по стенкам капсулы, я, видимо, затронул какие-то секреты, сработала сигнализация, во всяком случае, мне так показалось в тот момент – звук будильника! – вот, что это напомнило. Когда в детстве надо было просыпаться в школу.

Открылась дверь, скрытая в стене. Появившийся мужчина был очень высокий, седовласый, лет пятидесяти.

- С возвращением, мой друг! Добро пожаловать в «Лавку снов»! Позвольте представиться – меня зовут Ленди. Я - врач-психолог-психотерапевт. Занимаюсь той областью личности человека, которая сегодня мало изучена. Не волнуйтесь, вам не причинят вреда. Напротив, я позабочусь о вас. Но давайте по порядку. Я сейчас открою капсулу и выпущу вас, мой друг. А потом отвечу на все ваши вопросы. Идет?

- Идет.

Зеленый сигнал на экране капсулы показал, что она открыта. Крышка сдвинулась в сторону, я медленно и осторожно приподнялся. Сознание вернулось ко мне еще не полностью, но тело меня слушалось, и глаза мои ясно видели. Что ж, уже хорошо.

Выбравшись, я осмотрелся. Бог мой! Что это за место? Круглая комната оснащена, как медицинский кабинет диагностики: семь капсул радиусом расходятся от центра комнаты. Каждая имеет монитор. Диаграммы, лучи, разноцветные линии – синие, красные, желтые. Периодически вспыхивают непонятные сигналы. Все странно и таинственно. В центре комнаты «командный пункт» управления этими кроватями-капсулами. Потом я узнал, что каждый человек спит и видит свой, личный, очень личный сон. Сновидения подбирал Ленди, следуя запросам клиента и его эмоциональным состоянием. Сны корректировались, приносили облегчение бедолагам.

- Ну как, осмотрелись? Интересно?

- Да уж, что я здесь делаю и как сюда попал?

- Следуйте за мной, - голос доктора звучал доброжелательно.

Мы прошли через зал, вышли в длинный коридор. Ничем не примечателен. Вот только портреты на стенах мне были не знакомы, а по логике должны были висеть портреты известных врачей. Я когда-то интересовался медициной, той частью, где вопросы касались психологии поведения, наследственных признаков, пороков и повреждений личности. В целом, известных ученых в этой области я узнал бы.

Мы прошли в небольшую комнату с тусклым светом и ярко красными стенами, которые напоминали своим рисунком кратер вулкана. Ленди предложил мне чая, я взял кружку и мой новый друг начал рассказ.

Он рассказал, как услышал звук у себя на крыльце, что когда он вышел, то увидел меня, спавшего у него на пороге, и решил внести меня в дом, чтобы я не умер от переохлаждения. Так как я в забытье звал Элизабет и корил себя за ее потерю, то он решил «подлечить» меня своим методом.

Глаза же у Ленди были умные, смотрел он внимательно и слушал собеседника так, что я выложил ему всю свою историю.

И вообще, он стоит того, чтобы о нем рассказать подробнее. Своим мягким, грудным голосом Ленди располагал к себе собеседника. Умение слушать и знание человеческой натуры привели его к мысли открыть салон по оказанию услуги сна человеку. Но это не просто сон, а воплощение мечты человека о радости, покое и счастье. Умело собрав желания, потребности разных людей, доктор Ленди научился находить «ключик» к каждому пришедшему страдальцу.

Свой салон он назвал "Лавка снов". Ленди был продавцом снов!!! И весьма успешным.

Еще он был педант и чистюля. Обожает классические костюмы. Красный галстук и до блеска начищенные туфли – вот вам и портрет Ленди. Его костюм всегда в идеальном состоянии, стрелки на штанах идеально отглажены, красный галстук - ровно посередине рубашки, как будто он вымеряет это расстояние по линейке.

- Тебе, кстати, мой друг, не очень то и хотелось возвращаться в наш мир из мира снов. Я конечно, понятия не имею, кто такая Элизабет, но из-за неё ты упорно боролся с моей программой сна, когда я пытался тебя пробудить. Видишь ли, длительное пребывание в мире грез может привести к серьезной перегрузке организма.

- А какой смысл у меня был возвращаться? - ответил я Ленди. - В этом мире у меня нет ничего и Её уже не вернуть! В твоей лавке я смог выстроить тот мир, которого жаждало мое сердце. Во сне все идеально, и от того возвращение мне так противно!

- Тебе стоило бы свыкнуться, и жить в реальном мире - с упреком сказал Ленди.

- Реальность? Какая мне радость от неё, если все, что вдохновляло меня и давало сил, разрушилось как карточный домик. Я горестно замолчал.

- А впрочем, благодаря таким, как ты, и процветает мой бизнес. Кстати, заплати сто двадцать пять долларов, ты же не думаешь, что твой отдых бесплатный, – с улыбкой посмотрел на меня Ленди.

Я расплатился и ушёл прочь...

Выйдя из лавки снов, я увидел на пороге Хани.

- Хани! Как ты здесь оказалась? Ты сбежала из дома? И как ты только умудряешься меня найти? - удивленно воскликнул Джозеф.

На самом деле я знал ответ на этот вопрос,Хани - белая волчица. Эта порода была прирождёнными следопытами, стоило им запомнить запах, и они его никогда не спутают, след берут, находясь за пару километров, без труда! Прирождённый следопыт, который при любых условиях найдёт кого угодно. Настолько тонким нюхом обладала Хани. Я был рад, что она смогла отыскать меня. Хани так же была рада мне и стремилась облизать мое лицо, когда я присел на корточки, чтобы ее обнять!

- Ох, Хани, ты же знаешь как я тобой дорожу, пожалуйста, не сбегай больше из дома, даже на мой поиск.

Джозефсвоей мощной рукой обнял ее за шею, уткнувшись в белоснежную шерсть, прикрыл глаза и прошептал - Я очень тебя люблю, я не могу тебя потерять.

Хани издала скулящий звук.

- Ну, все, пошли домой!

Мы шли вместе, и я думал: как же так вышло, что в этом мире не осталось никого родного? Меня все время тянет в сон, где я подобно творцу, выстраиваю свой сценарий жизни. Где я и Элизабет и не прощались вовсе, и от того на душе было так противно. Я остался зол на весь свет, что не сохранил ту, что так любил и обещал оберегать. Сегодня все, что у меня осталось - это мои сны и моя белая волчица.

- Хани, - спросил я свою волчицу, - ты помнишь день, когда мы забрали тебя из леса домой?

Хани провыла в ответ.

Из воспоминанийДжозефа.

Я и Элизабет гуляли по чудесному, зеленому лесу на окраине Агая. Элизабет любила собирать полевыецветы и ягоды. Иногда она собирала травы, чтобы потом сделать из них «вонючие» палочки, как я называл их. Подобные зажигают в индийских храмах, если я не ошибаюсь, их называют благовониями.

Был теплыймартовский день, солнце припекало, и потому Элизабет гуляла в своем джинсовым сарафане, расшитом маками. Она любила именно эти цветы. Совершено не переживая, что может быть покусана комарами и мошкарой, Элизабет с удовольствием собирала цветы и ягоды. Под нос мурлыкала песенку про солнечный лучик.

Мы гуляли, наслаждались весенним деньком. ВдругЭлизабет заметила волчицу. Таугодила в капкан. В лесу их хватало, шалили браконьеры. Молодая волчицаотчаянно пыталась освободиться, но капкан сильно впился ей в заднюю лапу, механизмкрепко держал свою жертву.

- Садисты - сказала Элизабет, - сейчас, сейчас я тебя освобожу. Она стала медленно подходить к раненомуживотному. Хани стала в боевую позу и начала рычать,

- Элизабет, осторожнее, эта волчица настроена недружелюбно, - тихо сказал я, чтобы не напугать животное.

- Не переживай, милый, я знаю, что нужно делать, если ты помнишь, я закончила ветеринарные курсы, - улыбаясь, ответила мне Элизабет.

Каким-то невероятным способом она смогла расположить к себе Хани, и та позволиласебя освободить. Лапа была повреждена, при всем желании сбежать не вышло бы. Элизабет уговорила меняоставить у нас волчицу, пока ее не выходим. Но за время лечения мы к ней привязались, и она осталась у нас навсегда.

Не спеша мы брели к дому вместе с Хани, идти в эти пустые серые стены не хотелось. Раньше дом пах духами любимой, в стенах звучал ее смех, а теперь пустота и одиночество заполнили собой все. На столе в кухнебольше не стояли свежие цветы, не пахло пирогами и таким уютом, что сердце трепетало каждый раз, когда я возвращался домой.

Я шел, задумавшись, пока чей-то грубый хриплый голос не отвлек меня от мыслей.

- Не найдется ли у вас 2 доллара? - сказал бродяга. Оглянувшись, я увидел мужчину в возрасте, достаточно легко одетого для февраля. Длинное шерстяное пальто совсем прохудилось. Едва ли свитер, одетый на голое тело, мог согреть его. - Вам они счастья не принесут, а я смогу напиться, что принесет мне душевный покой, - хрипловатым голосом сказал мне незнакомец.

- Душевный покой говоришь, - ответил я. - Ну что ж, возьми эти 2 бакса. Хоть кому-то можно так легко помочь.

- А пес у тебя красивый, - не замолкал пьянчужка.

-Да, красавица моя. Только это снежная волчица - последняя представительница своего вида. Боглы (так назывались высшие слои общества, если вам будетпроще, то просто представьте всех этих депутатов и каких-либо представителей вышей касты, и вы получите этих Боглов, именно они превратили в пустыню места обитания волков) сгубили целый вид этих замечательных животных, для нашего с тобой блага. Ведь именно так гласит монограмма на рекламных дирижаблях. Но какое благо мы с тобой получили? – с сарказмом сказал я...

- Да! - подхватил пьянчуга. Эти Боглы отняли у меня работу, из-за них я все и потерял. Посмотри, где я сейчас, а ведь я хороший механик, много кораблей собрал для имперского флота. И чем они мне отплатили? Выкинули, как собаку! Эх... А пес у тебя классный, - снова повторил пьянчуга, вновь назвав Хани собакой. С этими словами он пошел прочь.

Придя с Хани домой и накормив ее, я упал на кровать и думал. Душевное счастье? Когда-то мне приносило его леса, шум рек, пение птиц и звери. Но сейчас Боглы с эрой нанотехнологий не оставили ничего живого, как они утверждали: «Уничтожая леса и природные ресурсы, мы работаем на всеобщее благо». Они создали полностью графически выстроенные парки и леса, так сказать, нанолес. Да, внешне там все выглядит, как в живом лесу, но только я, проведя столько лет в живых лесах, сразу чувствовал всю фальшь, которой они развлекали молодое поколение. Механические куклы в шкурах зверей с точной детализацией повадок того или иного зверя. Да, имитация полная, но меня не проведешь. Живое от игрушки отличить умею. Вот и получается, что тебя с детства учат жить в искусственном мире. Потихонечку все заменяется на подделки, но какие!!!

Пока только сфера чувств осталась сокровищем человека. Искусственное счастье - вот наш удел в эпоху нанотехнологий. Наверное, бутылка спиртного того пьянчуги - единственное живое счастье, которое у нас осталось. Увы... А был ли я счастлив вообще? Да... определено да...

Но я почти забыл это чувство, давно, слишком давно живу один в этом сверхтехнологичном мире.

Глава 2 «Искусственное счастье».

Я проснулся, рядом посапывала Хани, свернувшись калачиком. Скоро рассвет. Надо вставать, собираться и идти на работу, видеть лица и делать вид, что я счастлив, у меня все хорошо, не было никаких сил.

Однако работа – единственное средство, позволяющее получить, пусть и иллюзию встречи со своей любимой. Лавка Ленди стала моим вторым домом, а это недешевое удовольствие.

Отработав смену в цеху, я как обычно, быстрее всех собрался и готов был уехать. Душа моя к работе не лежала, так – средство для получения желаемого, да и жалко оставлять Хани одну. Я уже сел в свой светобайк (летающий мотоцикл с реактивным двигателем на световых частицах), когда голос начальника остановил меня. Мой начальник - мужчина крепкого телосложения, средних лет, неприятной внешности, лицо в шрамах, бывший вояка. Справедливый, верящий в силу армии, то есть подчинение. Иерархия – вот его закон!

-Джозеф, погоди! - крикнул он своим картавым голосом, остановив меня. - Завтра тебе дадут стажера, девушку, очень молодую, постарайся ее не испугать, да и приведи себя в порядок!

Как я не отнекивался, мне все же навязали, буквально всучили, эту стажерку. Я ехал домой и думал: «Девушка, обслуживающая летающие дирижабли - это же абсурд! Ладно... поживем - увидим».

Придя домой, я положил «Мехеджабу» (большая круглая таблетка, при комнатной температуре в течении 7 минут она превращалась в ужин из второго блюда с гарниром) на тарелку. Сегодня мне повезло - это был картофель и мясо Каламео (необычное животное, по вкусу напоминавшее косулю). Единственное, что у них было схожее.

Каламео представляет собой огромных размеров ящерицу с очень острыми когтями на лапах, которые часто используют, для изготовление профессиональных ножей и создания самурайских мечей, для таких чудиков вроде меня, которые еще собирают вещи так сказать «Старой эпохи», как это звучит на современном слэнге. Кожу животного, как правило, пускают на сейфы или на обшивку мебели. Она достаточно прочная, такой диван долго служит своему хозяину. Приняв душ, я поел «Мехеджабу». Хани лежала в своем углу, я специально провел туда. Ей тепло и спокойно.

За окном начиналась буря. Небо стало алым, а это значило, что начнется дождь. Стоит отметить, что дожди у нас были весьма необычные: вода из красных облаков выпадает горячая, кто не успевал укрыться, мог получить серьезные ожоги. Ливни сопровождаются ураганным ветром. Одна радость – длится все это недолго. Поэтому город буквально вымирает во время таких бурь. Такие дожди сопровождаются густым черным пеплом, падающим с неба. Порой во время таких бурь мне казалось, что вот он, и пришел седьмой круг ада Данте.

Обычно звучала сирена, оповещающая весь город о приближение такой бури, но в этот раз никакой сирены не слышал.

Ночь уже наступила, а сна ни в одном глазу. Пришлось пить снотворное.

Надо выспаться, день будет нелегким. Я не очень жалую новых людей, но разве меня кто-то спрашивал. Лекарство подействовало, и я уснул…

Разбудил меня вой Хани. Ого, уже 8-40 утра. Хани минут 5 выла над моим ухом, так как на будильник я не реагировал. Вот блин! У меня осталось ровно двадцать минут, чтоб добраться до работы.

- «Мэджи, кормить Хани».

Мэджи - обслуживающий робот в нашем с Элизабэт доме. Задача Меджи - облегчить работу по дому своему хозяину. Не каждая семьяможет его позволить, но это был подарок нам на свадьбу. Меджи отлично могла справиться с уборкой в доме или выгулом домашнего питомца, а так же приготовить или разогреть еду. Меджи выполнила указание и обратилась ко мне.

-Джозеф, что приготовить вам? - четким механическим голосом спросила Меджи.

-Будь так добра, - ответил я, -завари мне большой стакан рафа и что - нибудь поесть с собой, мэдхенд, например (мэдхэнд – таблетка, растворяющаяся в воде, восполняющая потребность белка на целый день). Думаю, сегодня - это именно то, что мне было нужно.

Я завел свой светобайк и на всех порах помчался на работу, оставив Хани дома с Мэджи. Я летел, превышая скорость, мне опять придет квитанция об оплате штрафа за превышение скорости, но опаздывать мне не хотелось. Да и какой пример я покажу стажерке, будь она неладна! Добравшись на работу и нацепив свою рабочую униформу, я прошел в цех. Подходя к рабочему месту, я ощутил до боли знакомый аромат – аромат духов Элизабет! Это был запах лаванды, корицы, кардамона и жасмина, все это умело сочеталось. Я узнал бы его из тысячи запахов на земле.

- Джозеф, позволь тебе представить молодого специалиста – Мелисса. Она с Саматума, но хорошо знает наш язык, так что думаю сложности не должно быть. А я таращился и не мог справиться со своим дыханием, лицом, и вообще, вид у меня был дурацкий. – Ну, ну, знакомьтесь!

Похлопав меня по плечу, шеф пошел дальше отдавать команды. Вот, блин, командир!

Передо мной стояла Элизабет, точнее мне так показалось. Девушка, стоявшая передо мной, была в точь в точь моя Элизабет, вот только глаза ее были синие-синие, родинка над губой и не было волка на руке.

- Вы так всегда себя ведете, когда видите красивую девушку? спросила меня Мелисса А я онемел, стою, как парализованный.

Выглядела она и правда, эффектно: каштановые волосы, шикарная фигура, соблазнительная, ух. Все в ней было от моей Элизабет. Даже запах!!!

- Нет, - буркнул я. - Просто я не ожидал, что моей помощницей будет женщина.

- То, что я женщина, да еще и красивая, не означает, что я не справлюсь с доверенной мне должностью – сердито ответила Мелисса. - И да, вы так и не представились.

Боже, у нее даже тембр голоса и манера общения от моей возлюбленной. Мне кажется, я схожу с ума!!

- Джозеф. Меня зовут Джозеф! - достаточно спокойносказал я – Я - старший в этом цеху, а значит, буду обучать тебя тонкостям этой работы, не хватало еще,чтоб ты тут что - нибудь испортила. Ступай за мной, сейчас переоденешься.

Платье у неебыло черное приталенное,подчеркивающее фигуру и формы ее упругой задницы.

- О, вы беспокойтесь о том, что на меня будет смотреть и испачкаюсь ли я? – лукаво спросила она. Боже, даже шутит надо мной, как Элизабет , откуда же ты такая взялась на мою голову?!

- Ни к чему, чтоб эти лаботрясы на тебя глазели! Пускай делают свою работу, довольно грубо ответил я. - Это моя работа показывать тебе твои обязанности и обеспечить тебя всем необходимым для ее выполнения. Так что ступай за мной.

- Хорошо, - с улыбок ответила Мелисса.

И улыбка у нее, как у моей драгоценной Лиз. Я явно сходил с ума. Так мы дошли до склада со спецодеждой, и я подобрал ей комплект.

Отработав смену, я был удивлен, с какой юркостью и даже легкостью Мелисса справлялась с работой. Это было весьма удивительно, ведь она ни сколько не женская. Я наблюдал за ней, и каждый раз ловил себя на мысли, на сколько же она на нее похожа. Руки у нее такие грациозные, выразительные, наверное, они такие нежные на ощупь, как и у моей драгоценной. Прозвучал спасительный для меня гудок (все-таки я всей душой ненавидел то, чем зарабатывал на жизнь), и я помчался к своему светобайку. Но, как на зло, в этот день он никак не хотел заводиться – толи я уже его замучил, толи судьба решила поиграть со мной, но как бы то ни было именно в этот момент судьба по-настоящему меня столкнула с Мелиссой.

-Не заводится? – спросила она меня.

-А? – откликнулся я.

-Не заводится? – повторила свой вопрос она.

-Да! Видимо, совсем я ушатал свою старушку.

-Дай-ка глянуть,– оттолкнула она меня и приблизилась к светобайку.

-Ну что ж, попробуй,– с ухмылкой ответил я.

-Тебе нужно поставить охлаждение на протонные трубки – это поможет твоему световому двигателю не перегреваться и немного увеличит скорость. Конечно, если ты не боишься скорости,– смеясь ответила она мне.

– Я слишком много потерял, чтобы чего-то бояться в этой жизни,– достаточно сухо ответил я. Сказать, что я был поражен тем, с какой легкостью она нашла причину моей поломки – это было ничего не сказать. Она удивляла меня все больше и больше, она была очаровательно красивой, стройной, грациозной, и в тоже время она не боялась испачкать руки в масле или выполнять сложную работу. Я не знаю, с какого уголка вселенной она свалилась на меня, но я был рад такому складу событий.

- Откуда ты так хорошо разбираешься в светобайках?– не сдержал любопытства я.

– Да было как-то дело: училась водить у моего отца, у негобыл светобайк , мы часто чинилиего вместе, вот так и запомнила, что да как. На права я тогда так и не сдала, свои были заморочки. Вы явно удивлены, что девушка может и умеет не хуже мужчин все делать?– не переставала издеваться она надо мной.

- Да нет, с чего вы взяли?

– Да у вас на лице написано все, Джозеф.

– От вас ничего не скроешь,– отвечал я.

– А нужно ли что-то скрывать? Разве каждый из нас не заслуживает того, чтобы с ним разговаривали искренне и ничего нескрывали? По мне, так лучше сказать человеку как оно есть, а там он пусть думает, принимать тебя таким, кокой ты есть или нет.

Как интересно она рассуждала, точь-в-точь как моя Элизабет; Лиз тоже считала, что каждый человек заслуживает искреннего к нему отношения, и что если горькая правда может его огорчить, то лучше это все равно озвучить и человек может это исправить, чемулыбаясь, врать ему в лицо.

–Что ж, вы помогли мне с ремонтом светобайка, разрешите я доброшу вас до дома?

–Да, было бы здорово,– отвечала Мелисса,– но честно говоря, идти мне некуда, так как я только прибыла на галактику и еще не успела найти себе жилье. Я думала пока остановиться в "Хельсергофе".

"Хельсергоф" - это хостел для приезжих или учащихся. Не сказать, что плохое место, но для жилья место это было так себе.)

– Ну, видимо, это судьба.– улыбаясь, отвечал я.– У меня большой дом, места хватит нам двоим, еще и останется. Можете остаться у меня, пока не найдете что-то лучше.

Мелисса до последнего отказывалась, говоря, что ей не удобно, что она будет чувствовать себя неудобно, живя у незнакомого мужчины, еще и своего начальника, но я ее уговорил Мы быстро доехали до дома. Встречать нас выбежала Хани, но остановилась на полпути. Учуяв чужой запах, она вздыбилась и напряглась.

– Хани! Это наша гостья - Мелисса, она останется здесь,– обратился я к своему питомцу. Хани фыркнула и подошла ко мне.

– Какая красавица!– воскликнула Мелисса,– это же Мильгафа, или другими словами, снежная волчица; их мало осталось, вам очень повезло.

– Да, повезло,– ответил я.– Напоминание о старой жизни, точнее, все, что от нее осталось. Я пойду, погуляю с Хани, вы пока располагайтесь. И да, вы первая, кто назвал ее правильно - Мильгафой. Обычно люди зовут ее псиной, что в корне не так.

– Люди вообще странные,– как обычно, улыбаясь, ответила мне Мелисса.

Я ушел с Хани, не переставая удивляться, превратностям судьбы. Что же будет дальше?

Вернувшись домой, я показал Мелиссе дом, но попросил не входить в комнату с белой дверью. Это была комната моей возлюбленной, мой очень личный мир. Я, как дракон у башни, охранял и не пускал туда никого, память хотела сохранить хрупкий мирок. Я думаю, Лиз хотела бы этого.

Хани устроилась так, чтобы мы были в поле ее зрения. Она внимательно следила за Мелиссий.

–А мы так и будем молчать?– игриво спросила она меня.– Я вроде гостья, а вы меня не развлекаете,– улыбнулась девушка. Такое ощущение, что улыбка не сходит с ее лица. И это очень располагает.

–Ну... – немного замялся я.– Я, честно говоря, не знаю, что вам рассказать, я уже забыл, как надо ухаживать. Раньше я был намного приветливее, так что прошу простить меня. Я что-то совсем забыл о гостеприимстве. Вы устали, давайте я приготовлю чай. Впрочем, время ужина. Сейчас что-нибудь придумаю

– Спасибо, Джозеф. Давайте я вам помогу.

Я осмотрелся и мне стало стыдно – какую же я грязь развел! Превратил жилище в бомжатник! Ох!

Вообще мой дом неплохой, в нем два этажа. На первом я живу, и он еще туда-сюда, а второй я забросил совсем. На верху Лиз устроила свое гнездышко - картинную мастерскую. Там было здорово. Большое панорамное стекло позволяло рисовать при дневном свете. Сейчас там остались лишь холсты, кисти и тринога, на которую ставился мольберт. Все это покрылось толстым слоем пыли. Я не мог там находиться.

Внутри дом был очень уютным. Обстановка в нем была спартанская, но все было функционально и практично.

- Джозеф, простите, но я не пью чай, если можно, сделайте мне кофе со сливками и ореховым сиропом.

– Хорошо. Удивительно, моя жена любила именно такой кофе. Не думал, что кто-то еще любит так же.

- Ну что вы? Это так вкусно. И пока вы готовите, давайте, я немного наведу порядок. Это будет мой вклад. И конечно, благодарность.

Через два часа все было убрано, дом блестел, ужин был готов.

– Мелисса, пойдемте пить кофе и, наконец-то, поедим. Предлагаю перейти на ты. Зови меня просто Джозеф.

–Хорошо, просто Джозеф,– снова, улыбаясь, ответила она. – Пока ты накрываешь стол, можно я приму душ?

–У входа первая дверь налево, полотенце и все остальное найдешь там. В своей комнате с фиолетовой дверью, найдешь одежду.

Мелисса вышла к ужину в халате Лиз. Ее любимом, голубом с экзотичными цветами. Я не знал, чем он так полюбился Элизабет, но она любила его. Он был похож на платье гейши, и мы не раз представляли, что я самурай, а она гейша из далекого древнего Китая.

– Хорошо выглядишь. Тебе идет.

–Это все, что я нашла в своей комнате, что можно было бы одеть после душа. Очень красивый.

–Да, Элизабет любила удивительные вещи.

– Я много слышу от тебя, Джозеф, про Элизебет, расскажи мне о ней. На баке твоего светобайка... это ведь ее портрет?

–Да, ее,– неохотно отвечал я.– да честно говоря, я не знаю, что тебе рассказать. Пойдем, я лучше покажу.

После ужина, удивляя самого себя, я сам повел ее в самое сокровенное место для меня во всем мире, тот храм, что оберегал и пообещал себе никого туда не впускать. Мы вошли, и Мелисса замерла.

Целая стена была увешена фотографиями Лиз, со стен смотрела Лиз – Мелисса видела себя.

Стеллажи с черепами животных, скелеты драконов, клыки хищников – все это было аккуратно расставлено, у каждого свое место.

– Ты сильно любил свою жену...

– Я не думал, что кто-то сможет понять на сколько, но тебе, кажется, удалось.

– Джозеф, у меня ощущение, что я рассматриваю свои фотографии, только рядом со мной не мой друг, а ты. Мы очень похожи. Правда?

- А с чего ты решила, что девушка на фотографиях мертва? - спросил я Мелиссу,

- Ты давно живешь один и это видно. Я только предположила, прости, если задела твои чувства.

- Ты права. И я был поражен с первой минуты, как увидел тебя, этим сходством. Вот и захотел узнать тебя поближе. Ты – первая, кто зашел сюда после ее гибели.

Оставшийся вечер мы просидели в тишине, слушая музыку и думая каждый о своем.

Глава 3

Так мы и стали жить: я, Хани и Мелисса. Мелисса добросовестно выполняла свою часть договора – содержать дом в порядке. Через неделю его было не узнать: новые занавески на окнах, чистые скатерти и аромат чистоты и свежести вокруг. Стало уютно и тепло. Домой хотелось возвращаться.

–Ты сегодня поздно,– встретила меня Мелисса в один из дней.

–Да, заглядывал к Лэнди.

– А кто это? Давай пригласим его в гости?

–Ну, это мой друг. Он продает сны, у него своя лавка. После смерти жены я часто к нему хожу. Понимаешь, сон – это тот мир, где я все контролирую, выстраиваю его так, как мне угодно, там я счастлив и могу быть вместе с Лиз. А тут? Что у меня осталось тут? Единственная радость, оставшаяся от старой жизни, это моя Хани. Так что Лэнди не совсем тот человек, которого я хотел бы видеть в своем доме.

–Знаешь, Джозеф, а у меня кое-что есть для тебя, я думаю, это то, что сейчас нужно.

Она ушла и вскоре принесла красное яйцо.

–Смотри, Джозеф, она медленно начала нагревать его свечой.

Я смотрел и не мог понять, что она задумала. Вскоре яйцо треснуло, и оттуда показалась пестрая красная птичка. Посмотрев по сторонам, птичка вспыхнула. В прямом смысле этого слова, она сгорела и в то же мгновение обратилась в пепел.

–Что это за фокус?– удивленно спросил я.

–Смотри дальше, Джозеф, это еще не все,– спокойно ответила Мелисса.

Я смотрел, открыв рот – птица восстала из пепла!

–Это феникс, Джозеф,– спокойно объяснила мне Мелисса.– Птица, способная возрождаться из пепла. Так вот, дорогой мой друг, то, что ты видел вначале - это вы с Элизабет. Пепел - это вы, а вот то, что произошло дальше, касается тетя напрямую. Тебе надо научиться жить дальше, ничего не забывая, но жизнь продолжается. И твоя история еще не закончена. Пиши ее дальше с памятью о прошлом, но пиши дальше. Предлагаю назвать птичку Искоркой, пусть она станет символом начала новой жизни.

– Ты думаешь это так просто? По щелчку пальцев на раз, и жизнь твоя изменилась? А если эта боль жжет тебя изнутри, и ты ничего не можешь с этим сделать, тогда как? - крикнул Джозеф, не сдерживая эмоций. Он подошёл вплотную к Мелиссе, между ними возникло напряжение, требующее разрядки. Пристально посмотрел в её огромные синие глаза и не нашёл ответа, вопрос повис в воздухе.....

- Я вижу, что нет! А я терял, и знаешь, в ту минуту я хотел умереть рядом с ней – эмоции захлестнули Джозефа, он не смог сдержать слез.

Мелисса растерялась, таким Джозефа она видела впервые и не понимала, как себя вести!

- Боль не утихает ни на секунду, я помню все до мелочей, я не хочу забывать! – хлопнув дверью, Джозеф ушел.

Проснувшись утром, я понял, что остался один – Мелиссы нигде не было. Как глупо я себя вел вчера, обидел девушку, дурак! Она то чем виновата? Хотела мне помочь, дубина!

Я надеялся, что на работе смогу с ней поговорить. Быстро собрался, выгулял Хани, накормил Искорку и полетел на работу.

На работе ее не было, телефон она не брала, да и эмоджаки (телепатические сообщения) она оставляла без ответа. Я хотел найти ее и извиниться. Но мне сказали, что Мелисса перевелась в другой округ, куда – мне не говорили.

… Прошло около года после нашей размолвки. Я потерял надежду ее найти. Лишь редкие крики Искорки напоминали мне о том, что она была в моей жизни, что все это не мираж.

Однажды вечером раздался звонок в дверь.

Я открыл дверь и остолбенел. Передо мной стояла Мелисса. Это точно была она – те же глаза, та же улыбка, но что-то в ней изменилось.

– Ну, здравствуй, Джозеф,– улыбнулась она. Сколько раз человек может сойти с ума? Я – бесконечно. Молча Мелисса скинула с себя одежду, обнажившись. Я не отрываясь, следил за каждым ее движением. Татуировки! Да, да, именно татуировки! У нее появились свежие татуировки точь-в-точь такие же, как у моей Элизабет. Сколопендра, орхидея, дракон на ребрах, единорог и волк, конечно, волк на плече. Я все их помнил наизусть.

–Вот, держи, Джозеф,– она отдала мне небольшой конверт. – Прочти.

Дрожащими руками я открыл конверт и начал читать.

«Дорогой Джозеф!

Знаю, я ушла от тебя, ничего не объяснив. Знай же, я в жизни тоже потеряла многое: любимого человека, семью, отчий дом – все это забрали Боглы в вовремя войны, так что я прекрасно знаю, каково потерять все, чем дорожил и что любил. Слушая тебя, я поняла, как могу тебе помочь. Я полюбила тебя всем сердцем и очень хочу, чтобы ты был счастлив. Вот тебе мой подарок. Я изменила свою внешность, чтобы быть максимально похожей на Элизабет. Так же я стерла себя как личность, оставив свой разум чистым, как у младенца. Теперь у тебя есть твоя Элизабет. Дорогой Джозеф, у тебя есть второй шанс начать свою жизнь с любимой женщиной. Не упусти его.

Твоя Мелисса».

Я читал письмо раз за разом и не мог поверить в реальность происходящего, но девушка, стоявшая рядом и ждавшая ответа, была живым свидетелем того, что все реально. Я не сплю.

Элизабет... Моя Элизабет стояла напротив меня, я не верил своему счастью! До сегодняшнего дня только у Ленди я мог встречаться со своей любовью, уменьшить боль потери.

«Неужели я опять смогу быть счастлив?» Я боялся поверить. Закрыл и открыл глаза. Девушка не исчезла. Медленно Джозеф подошел к новой Элизабет и нежно обнял.

Так началась совершенно новая история жизни Джозефа Мозера.