Попаданец Виктóр... Часть Первая. Попаданец Виктóр против Гитлера!

Пролог 1

Гитлер сидел на своём "любимом кресле" в берлинском фюрербункере. Красная Армия штурмовала город и фактически заперла фюрера в подземном пространстве между бетонными стенами. От страха он страдал недомоганием уже в течение недели. Непрекращающиеся проблемы с животом не позволяли бывшему лидеру немецкой нации покинуть туалет.

Борман постоянно находился рядом. Мартин Борман, его личный секретарь, подавал необходимые предметы и сообщал новости. На этот раз он принёс неожиданную весть.

— Фюрер, к нам едет ревизор... Igitt! 1) Попаданец Виктор!

— Кто он? — спросил Гитлер с болезненным выражением лица. Он был обезвожен и едва мог говорить.

— Сын прабабушки Сары, который заявил, что отомстит за её смерть и убьёт лично вас!

— Мартин, евреи, что ли, выжили? — в глазах Гитлера были боль, ужас и изумление. Он не понимал, как этот народ остался жив после геноцида, прокатившегося по всем землям Рейха.

— К сожалению, мой фюрер.

— И как он хочет убить меня? Где мои охранные войска? — Гитлер весь трясся и размахивал руками. Было слышно, как он с трудом справлялся с очередным приступом.

— На танке Т-34! С урановыми снарядами! — ответил личный секретарь и протянул бутылку с водой своему фюреру. Гитлер схватил живительную влагу и стал жадно пить. Жажда мучила его.

— Урановые снаряды?! Это же наше wunderwaffe! 2) Откуда оно у евреев? — Выпив воду, фюрер почувствовал себя немного лучше, но продолжал дрожать от напряжения.

— Да, мой фюрер, это наше wunderwaffe! Им вооружены "белые пантеры", которые охраняют ваш бункер! Но я могу только догадываться, откуда наше wunderwaffe у евреев. Их подарили им янки!

— Мартин, я хочу, чтобы этот вопрос был решён как можно быстрее! Иначе величие Рейха будет забыто! — Кричавший Гитлер вдруг сорвался с места и побежал, не надевая штанов. За ним оставался след, свидетельствующий о крайнем изнеможении организма.

На календаре было 29 апреля 1945 года. Красная Армия, вгрызаясь в каждый дом, продвигалась вперёд. Конец Рейха был не за горами, но в эту историю вмешался посторонний фактор – попаданец Виктóр!

1) Тьфу ты!

2) Чудо-оружие

Пролог 2

Утро на озере Киннерет 1) дышало свежестью. Лёгкий ветерок шевелил занавески, наполняя дом ароматом цветущих апельсиновых деревьев. Семейство Тидеман собралось за столом, предвкушая традиционный завтрак. Матушка Сара протянула:

— Витё-о-о-о-к!

Она любила ударение в тянущемся "о-о-о" и при любой возможности делала его. Особенно она обожала так произносить имя своего сына, кормильца всей семьи.

— Кушать подано-о-о! Мацо-о-о-т ждут тебя-а-а!

Виктор, нежась в лучах утреннего солнца, потянулся в шезлонге и раскрыл глаза. Жизнь была прекрасна. Не надо было рано вставать и куда-то бежать, он мог просто сидеть дома, удалённо руководя своей ИТ-фирмой. "Галера" с программистами из бывшего Советского Союза не только тешила самолюбие, но и приносила значительный доход: каждый день на банковские счета фирмы поступала существенная сумма в шекелях, позволяя жить на широкую ногу.

— Да, ма! Сейчас приду!

За столом, помимо Сары, уже сидели отец Григорий, тётя Идель и дядя Айзик. Все, кроме Виктора, щебетали на идише, перемежая его с одесским суржиком, словно оркестр, в котором каждый инструмент играет свою мелодию. На стене, рядом с видом Иерусалима, вышитым крестиком, висела большая семейная фотография в серебряной рамке. Сара и Григорий, сияя улыбками, обнимали молодого Виктора, рядом с ними позировали Идель с мужем и детьми. Все были одеты празднично, лица светились счастьем.

Виктор присоединился к родным, взял кусочек мацы, поморщился. Лепёшка, мягко говоря, не вызывала восторга, но семейные ритуалы - дело святое. Традицию утренней трапезы завела прабабушка Сара, в честь которой и была названа его мать. Прабабка Сара погибла от рук нацистов, пытаясь бежать из варшавского гетто. Люди, которым удалось выжить, передали её последнее желание: "Пусть моя семья всегда ест мацу по утрам и пьёт неразбавленное вино".

— Витенька, ты шо, опять будешь эту гадость грызть? — спросил отец Григорий, наблюдая, как сын отламывает кусочек мацы. — Лучше бы яичницу съел с беконом!

— Гриша, не начинай! — укоризненно вздохнула Сара. — Ты же знаешь, традиция у нас такая, со времён прабабки Сары.

— Ой, мама, ну шо эта за традиция такая? — протянула Идель. — Каждый день мучиться с этой мацой! Лучше бы форшмак сделала, как в старые добрые времена!

Виктор лишь усмехнулся. Он уважал семейные традиции, но с годами ритуал превратился в нудную обязанность. Лица родных выражали скорее страдание, чем благоговение. Даже отец Григорий, стойкий одессит, кривился всякий раз, когда маца оказывалась во рту, а за ней следовал глоток "кошерного, для Песаха". Слова прабабки Сары превратились в обыкновенную нудятину.

Но сегодня у Виктора почему-то зачесалась левая пятка. Сначала он подумал, что это насекомое бегает, но это было не так. Пятка зудила сама по себе.

"Может, это знак?" — подумал Виктор. — "Моя мама, когда у неё зудит левая пятка, всегда в тот же день делает что-то, что хотела сделать всю жизнь. Может, и мне стоит попробовать сделать что-то подобное, чего я хотел с детства".

Он отложил кусок мацы, поставил бокал с вином. Все сидящие за столом разом уставились на того, кто нарушил ритуал. Любимый член семьи впервые в жизни прервал традицию!

— Витя, шо ты делаешь? - тихо спросила тётя Идель. — Надо же помнить наказ Старой Сары.

Виктор вздохнул в ответ, достал смартфон из кармана шорт и сделал видеозвонок по "ТамТаму" своему директору. В голову пришла интересная мысль.

На дисплее появилось жизнерадостное лицо индуса в повседневной офисной одежде.

— Здравствуйте! Есть новые задачи на сегодня? - Индус, он же директор фирмы Виктора, излучал радость на лице от общения со своим боссом.

— Слушай, Бабар. Помнишь, недавно был такой треш-фильм, где некий Хакерманн взломал время? Найди такого в Украине и попроси его построить машину времени. Только не в Киеве. Они там дорогие и хотят много за питьё смузи. Задорого не надо, надо дешевле.

— Хорошо, босс! — индус отдал честь. — Есть какие-нибудь пожелания?

— Да. Пусть поищет это на Реддите или Гитабе. Уверен, там всё есть. Хакерманн тоже нашёл там код. Бесплатный.

Виктор отключил связь и сунул смартфон обратно в шорты. Вся семья отложила еду и молча наблюдала, ожидая объяснений.

Сын матушки Сары вильнул усами и сказал:

— Дорогая семья, сегодня я решил, что пришло время сменить обстановку. Я решил убить Гитлера.

— Да, ты что?! — дядя Айзик наклонился вперёд, к Виктору. — Ты сможешь это сделать?

— Думаю, да, - будущий путешественник во времени был уверен на 100%. — Я хочу наказать за свою прабабушку Сару! Пора есть мацу и пить вино с менее кислыми лицами!

— Молодец! - воскликнул Григорий, широко улыбнулся и захлопал в ладоши. Вся семья последовала примеру отца Виктора.

— У моего сына всё получится! - обрадовалась матушка Сара. Наконец-то её мать будет отомщена.

1) Озеро Киннерет, также известное как Тивериадское озеро или Галилейское море, является пресноводным озером в Израиле, расположенным на северо-востоке страны, недалеко от границы с Иорданией и Сирией. Это самое низкорасположенное пресноводное озеро в мире и второе по величине озеро в Израиле после Мёртвого моря.

Озеро Киннерет имеет большое историческое и религиозное значение. В Новом Завете оно упоминается как место, где Иисус Христос проповедовал, совершал чудеса и набирал учеников. Например, согласно Евангелию от Матфея, Иисус ходил по водам озера Киннерет, успокаивал бурю и чудесным образом умножал хлебы и рыбы, чтобы накормить толпу людей.

Глава 1

Т-34-85 полз по улицам Берлина. На зеленных бортах спереди башни выделялись белый орёл (эмблема Войска Польского) и аккуратная надпись "Мария". Вокруг боевой машины развалины, пожары и трупы. Танк ехал осторожно, иногда останавливался, даже если не было видимого препятствия, вертел башней, а потом продолжал свой путь. Т-34 словно кого-то или чего-то выискивал.

Внутри машины находился очень интересный экипаж. За рычагами сидел механик-водитель Болик Нехребицкий, рядом радист-пулемётчик Здан Ищук. В боевом отделении - заряжающий Лёлик Лорик и наводчик Якуб Новак отвечали за пушку. За ними сидел командир танка - подпоручик Виктор Тидеман. Дополнял экипаж, сидевший между ног Ищука, кобель Рекс, настоящая немецкая овчарка.

Все они сосредоточились на одной цели: как пройти незамеченными к бункеру фюрера. В городе шла настоящая мясорубка, в которой можно было быстро погибнуть, не выполнив главного задания: убить Гитлера.

Благодаря тому, что Рекс когда-то стоял на страже в Вольфсшанце, где долгое время обитал вождь национал-социализма, у собаки развилось фантастическое чутьё на местонахождение фюрера и других известных нацистских деятелей. Когда танк терял правильное направление, кобель вытягивал вперёд морду и гавкал, точно указывая нужный вектор. В то же время Виктор, глядя через командирскую башенку, сравнивал движение с картой в руках. На бумаге содержались крайне секретные данные: расположение войск со всех сторон конфликта. Никто в мире, кроме подпоручика, не имел такой карты.

- Командир, Рекс что-то долго молчит. Неужели мы нашли правильный путь? – спросил Здан, гладя кобелиную голову с высунутым языком.

- Да, вроде да. Но надо быть аккуратным. Вокруг сильные бои. То, что мы нашли проход – это нас направила сама Дева Мария, - откликнулся подпоручик. – Продолжаем движение. Скоро мы должны встретиться с белыми “Пантерами”. Я их чувствую за киломе́тр. Возможно, придётся потратить специальные снаряды.

Речь шла о подкалиберных снарядах с наконечником из гексафторида урана. Они были изготовлены в рамках большого экспериментального проекта, который Советы проводили для создания ядерной бомбы. Об этом проекте мало кто знал, но Тидеману удалось найти контакты и рассказать об интересном применении отходов от создания плутониевой боеголовки. Потребовалось много усилий, чтобы убедить Берию, руководившего сверхсекретным проектом, выделить некоторые ресурсы для создания наконечников к снарядам БР-365П. Пять из них затем вошли в комплект боевой машины командира Виктора, мечтавшего убить Гитлера.

Вообще, для проникновения в прошлое и закрепления себя на нужном месте Виктору потребовалось два реальных года. За это время он несколько раз мотался то в прошлое, то в будущее, чтобы купить как можно больше информации с целью манипуляций реальными персонами. Пришлось даже пойти на хитрость: зайти на приём к Сталину не напрямую, а через поляков, перебежавших на сторону СССР ещё во время испанского кризиса. Прабабушка Сара жила в Польше и там имела очень много друзей, часть из которых оказались добровольцами в Испании и затем перешли на территорию Советского Союза. Этим каналом внедрения и воспользовался на первичном этапе правнук Тидеман.

- Командир, я вижу впереди два белых танка! – сообщил Болик.

Подпоручик отвёл взгляд от карты и посмотрел через приборы. Так и есть. Путь между развалинами домов перегородили белые PzKpfw V Panther. Где-то рядом должны были расположиться фаустпатронщики. Это была примитивная, но очень опасная засада. Тидеман был готов к такому развитию событий.

- Здан, запроси артподдержку. Пусть гаубицы поработают немного.

- Конечно, командир! – Радист щёлкнул тумблером и стал в полудуплексном режиме передавать: – Говорит “Мария”. Квадрат 5-6-7. Появились белые танки. Повторяю, появились белые танки.

Глава 2

Виктор Тидеман прекрасно понимал: чем быстрее артиллеристы откликнутся на его запрос, тем меньше вероятность того, что экипаж машины боевой попадёт под огонь противника. Поэтому подпоручик (а на самом деле генерал-майор Советской Армии под прикрытием) попросил Ставку Верховного Главнокомандования оказать помощь и дать наивысший приоритет. Тому, кто хотел убить Гитлера, после длительного обсуждения выделили несколько батарей МЛ-20, постоянно перемещающихся вслед за танком с убийцами, и пару эскадрилий Ил-2, готовых взлететь в любой момент. Гаубицы-пушки МЛ-20 имели большой угол подъёма ствола, сбалансированные огневые характеристики и могли поражать даже через развалины домов осколочно-фугасными снарядами 3ОФ25 или 3ОФ22. В то же время тройки Ил-2 умели хорошо обрабатывать противника с воздуха неуправляемыми ракетами РС-82 и РС-132.

На этот раз шквал огня последовал после секундной задержки. Настоящий рекорд! Артиллерия сработала чрезвычайно быстро и разом. Всё благодаря отточенным действиям и постоянному хранению зарядов прямо внутри гаубичных орудий (уничтожение батарей от самоподрыва по сравнению с тем, что Гитлер умрёт и война закончится, считалось мелочью).

Снаряды выравнивали ландшафт впереди. Нацистские танки и фаустпатронщики не успели ничего сделать: они отправились в Валгаллу быстрее, чем поняли, что происходит. От взрывов множество тел нацистов подкидывало в воздух - похоже, что в засаде участвовали десятки, если не сотни людей. Одно из тел, пролетев сто-пятьсот метров (такова была сила взрывной волны!), врезалось в броню танка Тидемана и развалилось на куски.

Наблюдая за всем этим при помощи оснащения командирской башенки, Виктор был полон радости. Наконец-то он отомстит за Старую Сару и приблизится к своей мечте: есть мацот с вином без кислого выражения лица!

Но случилось то, чего экипаж Т-34 никак не ожидал. Вдруг что-то ритмично заскребло по броне. Казалось, будто когти некого существа впиваются в металл.

Виктор открыл люк и выглянул наружу. Там было ОНО! Истерзанное тело, прилетевшее несколько мгновений назад, не было обычным - это был зомби-мутант из Аненербе. Даже развалившись на части, существо, созданное сумрачными немецкими оккультистами, продолжало действовать: оно отрастило когти и пыталось двигаться.

Подпоручик несколько раз выстрелил из пистолета. Однако свинцовые пули не помогли. Нужно было принимать более серьёзные меры.

Тогда командир танка забрался обратно в башню и приказал:

- Выпускайте Рекса! Для него нашлась работа.

Здан Ищук открыл аварийный люк и выпустил овчарку. Она выползла из-под машины и запрыгнула на борт.

У Рекса, обученного защищать нацистских лидеров, имелись стальные челюсти и когти. Собака была специально создана для борьбы с любым врагом, включая мутантов, зомби и другие проявления идей евгеники, очень популярных в Европе.

То, что произошло потом, трудно описать словами. Рекс пожирал, разрывая когтями и зубами мутанта. Виктор, снова выглянув из башни, едва сдерживал рвотные позы, наблюдая за происходящим. Боевая овчарка демонстрировала все заложенные в неё программы по уничтожению врагов.

Вместе с последним взрывом гаубичного снаряда собака завершила свою работу. Создание Аненербе полностью находилось внутри желудка Рекса - самого надёжного реактора по перевариванию генно-модифицированного мяса.

Увидев, что путь полностью открыт, лейтенант втянул всеми лёгкими воздух и, чтобы снять накопившееся нервное напряжение, закричал:

- Вперёд, товарищи! Мы должны убить Гитлера!

Глава 3

- Товарищ... wieder falsch1)... мой фюрер, новости с фронта, - Мартин Борман вошёл в небольшой зал заседаний, где висела карта Великой Германии и присутствовал рейхсканцлер.

- Мартин, в чём дело? - Фюрер сидел за столом и, широко раскрыв глаза, смотрел на карту города Берлина. Кольцо окружения большевистскими войсками стягивалось как удавка на шеи.

- Засада против попаданца Виктора провалилась. Двести пятнадцать человек погибли. СС, фольксштурм и гитлерюгенд.

- Почему это произошло? - Гитлер взглянул на своего секретаря. В глазах человека с усами, известного всей планете, горела обречённость. Создавалось ощущение, что ещё чуть-чуть и всё закончится. Ни брак с Евой Браун, ни что-либо другое не помогло бы восстановить уверенность вождя.

- Виктор привлёк мощную артиллерию.

Потервший статус самого влиятельного человека Европы тяжело вздохнул:

- Мартин, сделай что-нибудь, пока я пишу завещание для нации. Не дай этому еврею добраться до меня. Не позволь ему сорвать мои планы.

- Мы сделаем всё, что потребуется, мой фюрер! Хайль! - Борман отдал честь. Он понимал всю серьёзность ситуации и был готов помочь своему начальнику всем, чем мог, понимая при этом, что конец уже близок.

1) Опять не то

Глава 4

Команда Тидемана медленно продвигалась к своей цели. За первой засадой последовали другие. Они приходили все большими волнами. СС, вермахт, фольксштурм, "Гитлерюгенд", Аненербе и туча иных нацистских организаций бросали все свои резервы против танка, направлявшегося убить Гитлера. Это была настоящая мясорубка: 152-мм снаряды гаубиц и ракеты 82- и 132-мм "летающих танков" превращали всех зомбированных нацистской идеологией в фарш, по которому Т-34 пёр вперёд, гремя гу́сеницами. Сама боевая машина напрямую в бою не участвовала — экономила боеприпасы.

Тем временем общая скорость движения падала. Зомби (как в обличие людей, так и других существ) бешено атаковали, сдерживая машину Виктора. Убийство фюрера откладывалось. Нужно было предпринимать что-то. И срочно.

Подпоручик с нашивками Войска Польского молча смотрел через командирскую башенку на вакханалию за бортом и размышлял:

"Неужели так повлияло моё письмо в рейхсканцелярию о том, что я хочу убить Гитлера и отомстить за свою прабабушку Сару? Определённо. Если бы я его не написал, не было бы лагов в реализации плана А. Не мог удержаться, чтобы не доказать себе, что могу бросить вызов самому Гитлеру! Что это значит? Это значит, что если план А замедляется, то должен быть активирован план Б".

Виктор глубоко вздохнул и громким, чётким голосом приказал:

- Применить азот. Мы начинаем ускорение. Всем приготовиться!

Кстати, танк Т34-85, на котором перемещалась группа Тидемана, имел специальную модификацию. На нём стоял особый тюнингованный двигатель В-2-XXX. Переделка заключалась в том, что в движок впрыскивался азот и ингибиторы, которые превращали дизельное топливо в высокооктановый бензин. Для такой поистине фантастической модернизации Т-34 пришлось тайно переправить в родное будущее Виктора. Ингибиторы были поставлены Тидеману израильским стартапом. А все модификации двигателя провели в Харькове "золотыми" руками старых русскоязычных мастеров за 100 “вечнозелёных” в месяц и бутылку самогона.

- Да, пан подпоручик, - сказал Болик Нехрибицкий и повернул кла́пан подачи поистине адской смеси.

Резкое ускорение ощутили все: всех вдавило в ковшеобразные сиденья, словно в них вбили молотком. Только пёс Рекс ничего не почувствовал. У него на шее находился специальный противо-ударно-инерционный гипер-супер-ошейник из далёкого будущего. Да, Виктор продумал всё! Он установил всем членам своей группы специальные жёсткие кресла для стритрейсинга (правда, у командира стояли японские, сделанные в Осаке, а у других - китайские, из деревни Цзяо, хотя внешне сидения ничем не отличались). А поскольку очень переживал за собаку, то перенёсся в XXX век, где выменял на нужное снаряжение несколько статуэток, нарезанных бомжами в одном из городов России за пару "бояршников", выдавая “малые скульптуры” за сверхдорогие антикварные произведения искусства).

Танк мчался ракетой по улицам Берлина. Постоянно высокая кинетическая энергия и специальная броня XXII века (об этом Виктор тоже побеспокоился) позволяли боевой машине пробивать всё не хуже снарядов с наконечником из обеднённого урана и сохранять первозданный вид. Теперь никто и ничто не могло оставить Гитлера в покое!

- Мы точно убьём этого фюрера! - с широко раскрытыми глазами Тидеман хрипел от возбуждения.

Время неумолимо приближалось к 30 апреля 1945 года. До смерти самого известного злодея XX века оставалось ещё чуть-чуть. Виктор буквально летел к этому событию на всей доступной азотной тяге.

Глава 5

Адольф Гитлер и Ева Браун сидели вместе за столом. Это было их первое совместное пребывание в качестве мужа и жены. С момента знакомства в Мюнхене прошло 16 лет. Долгое время они встречались, ухаживали друг за другом, любили и только теперь, спустя стольких годов, вступили в брак. Но, в отличие от обычных новобрачных, на их лицах не было радости. Два уставших человека: один от груза ошибок и неверных решений, а другой...

Фюрер перевёл взгляд с жены на завещание. На столе лежало завещание лидера нации. Лидера, фактически потерявшего и свою страну, и свою жизнь. На бумаге подробно описывалось всё, что Гитлер мог дать Германии сейчас. И что же он мог дать на самом деле? По сути, ничего. Только слова, выполнение которых де-факто считалось необязательным.

Послышался щелчок и вспышка света. Кто-то снимал фотоаппаратом. Однако смотреть на фотографа не хотелось.

- Штиглиц, что вы здесь делаете? - раздался голос Мартина Бормана. - Или мне следует называть вас... как вы себя называете... Макс?

- Ich habe ein Bild für das Archiv gemacht, - последовал ответ на безупречном немецком языке с берлинским акцентом. Голос явно принадлежал мужчине средних лет или даже старше. - Victór Tiedeman ist auf dem Weg zu Ihnen. Er wird in Kürze hier sein1).

Гитлер не выдержал нахальства и поднял лицо, чтобы увидеть наглеца, который сделал снимки для какого-то архива и упомянул самого злостного врага. Но человек исчез. Показалось? Галлюцинации? Однако почему запах одеколона "Красная Москва" так упорно держится в носу? Надо бы выяснить.

- Мартин, кто это был? - прошептал фюрер.

- Штандартенфюрер, то ли Штиглиц, то ли Штирлиц. Советский разведчик. Мы никогда не могли его поймать. Всегда умел выкрутиться.

Гитлер расхохотался.

- Шпион? У нас был шпион?! Ха! Ха-ха-ха! Вот так дела! Ха-ха-ха-ха! - У новобрачного случился нервный срыв.

- Немедленно вызовите врача и подайте Vitamultin2), - приказал бывший секретарь нацистского лидера, а теперь министр по делам партии. Затем через секунду-другую, обдумав дальнейшие действия, добавил:

- И приготовьтесь к штурму жида. Бойня обещает быть кровавой.

1) Я сделал фотографию для архива. Виктор Тидеман уже едет к вам. Он будет здесь в ближайшее время.

2) Vitamultin - особый немецкий лекарственный комплекс.

Глава 6

Т-34 с эмблемами Войска Польского остановился во дворе рейхсканцелярии. Машину окружал пар. Сама она походила на статую из красно-белого металла. Высокая скорость, удары и трение раскалили поверхность танка докрасна.

Тидеман прибегнул к тактической хитрости: он решил атаковать не спереди, а сзади бункера. Во-первых, там меньше охраны. Во-вторых, фюрер не должен был сбежать: Гитлер не стал бы выбегать к наступающей Красной Армии, а попытался бы просочиться незаметно через задний выход. В таком деле, как ликвидация лидера национал-социализма, продумать все возможные шаги противника стоило заранее. Враг отличался коварством и мог в любой момент выкинуть неприятный сюрприз.

Пока Т-34 остывал, экипаж проводил небольшое совещание. Специальная изоляция, размещённая во всех возможных местах, не позволила температуре повыситься внутри, поэтому сохранялась вполне комфортная атмосфера. Убийцы Гитлера нуждались хотя бы в минимальном удобстве. Виктор, знал, что его нынешняя команда - не биопроцедуальные роботы, подобно наёмным программистам в будущем, - и предусмотрел необходимую защиту.

- И так мы на месте. Следующий шаг — штурм, - подпоручик отчётливо выговаривал каждое слово. – Все знают план?

- Да! - в унисон ответила на этот вопрос все подчинённые. Даже пёс Рекс. У него в ошейнике располагался дешифратор мыслей, и все могли слышать, что овчарка хотела сказать людям.

- Однако я напомню, - продолжил командир танка. – Мы вскроем этот бункер. Вначале спецснаряды, а затем фугасные. Дальше я иду один. Я возьму на себя весь основной удар. А вы пойдёте за мной с задержкой в десять минут. Один спецснаряд оставьте в резерве. Он может пригодиться для Гитлера. Ясно?!

- Так, точно! – экипажу всё было понятно.

- Далее, - Тидеман достал записную книжку и глянул в неё. –Хочу заметить: ситуация может измениться в любой момент. Возможны осложнения. В бункере у Гитлера могут жить колдуны. Наш разведчик передал такую информацию. Они выведены евгениками СС. У этих колдунов есть амулеты в форме Вольфсангель. Эти амулеты наводят галлюцинации, порчу и другую психиатрию. Донором стал некий Геральд, живший давным-давно в Польше. Ясно, товарищи?

Команда молча кивнула.

Виктор взглянул на шкалу наружного термометра. Температура брони остыла до приемлемых 45 градусов Цельсия. Наступила пора действовать.

Тидеман с трудом, но надел патронташ, в котором, помимо всего прочего, находились гранаты. Потом проверил пистолет, схватил ППШ, посмотрел на своих солдат и сказал:

- Ну, удачи нам.

Глава 7

Орудие Т-34 било прямой наводкой. Сначала по сторожевой вышке у фюрербункера, затем по самому входу, который прикрывала массивная дверь. Выглядывавший из-за гусениц Виктор Тидеман с интересом смотрел на работу Якуба Новака и Лёлика Лорика. Сержанты были настоящими профессионалами: их снаряды с лёгкостью достигали цели и ложились точно в одно и то же место. Если бы они играли в дартс, это было бы похоже на попадание в яблочко.

А когда-то Лёлик Лорик и Якуб Новак жили мирно в деревне, ходили на охоту и могли бить дичь с завязанными глазами. Но война разрушила их планы, и им пришлось уйти сначала в Сопротивление, а затем в возрождённую польскую армию. Они заменили свои ружья на винтовки и пушки. За годы борьбы с Гитлером бывшие охотники на животных превратились в охотников за головами германских захватчиков, для чего развили навыки снайперской стрельбы из всех видов оружия и на всевозможных соревнованиях, проводимых в часы отдыха или дополнительных тренировок, всегда занимали первые места. А когда они пересели на Т-34, то всего за месяц освоили пушку С-53 и показали выдающуюся точность стрельбы.

Танкисты прекратили вести огонь. Установилась относительная тишина: лишь звуки непрекращающихся боёв за Берлин продолжали раздаваться на заднем плане вдалеке. Виктор, видя, что противник никак не реагирует, начал своё движение по перерытому бомбёжками пространству. Где-то удавалось перебежать, где-то приходилось перепрыгивать, а в некоторых местах - ползти. В конце концов, подпоручик оказался у разрушенного входа в бункер.

Бросив на всякий случай внутрь гранату и подождав, пока заряд взорвётся, Тидеман пролез через оплавленные края остатков двери и попал в темноту. В глазах пошли вспышки. Хотя Виктор знал внутреннюю планировку бункера наизусть и мог ориентироваться даже без света, но сейчас что-то было не так.

Странные звуки? Нет. Странные ощущения на коже? Нет. Тогда что? Запах! Сладкий, пьянящий запах!

С глазами Тидемана начали происходить умопомрачительные вещи: вместо хаотичных вспышек вдруг появилась комната с синими каменными стенами, бетонным серым полом и потолком, на котором висела зелёная лампа, и очень знакомая прямоугольная стальная дверь. Внезапно в руках Виктор увидел пистолет, похожий на Luger P08.

- Чо-о-о-орт! - простонал лазутчик в бункер Гитлера. Колдуны нацистов наложили всё-таки заклятие, и Виктора захватила иллюзия, построенная на воспоминаниях о древней компьютерной игре, которую проходил на i286 12 мгц с 1 мегабайтом ОЗУ и 20 МБ "винтчестером" в детстве на работе отца в Одесском Порту.

Глава 8

Тидеман прислушался к себе. Что-то внутри подсказывало ему о том, что нет другого выхода, кроме как выйти за дверь и попытать счастья там. Следовать своим чувствам или попробовать... "Что попробовать?" – спросил сам себя Виктор. Секунду назад он мог бы закончить свои размышления, но сейчас вдруг понял, что значительная часть памяти отсутствует. Причём почему-то именно та часть, которая была до того момента, как Виктор оказался в комнате. Будто отрезало! Зато внутри головы прозвучала фраза, пришедшая явно из забытого прошлого: "Я должен убить Гитлера!”. Сперва раз, затем второй. Каждое слово пронзало и без того больные мозги длинными раскалёнными иглами. Только кто или что было "этим" Гитлером? Понимание отсутствовало.

"Придётся поддаться своим чувствам и выйти", - мрачно подумал Виктор и подошёл к стальной двери. Та открылась автоматически. Сразу же за ней раздались "Achtung!"1) и "Feuer!"2). Тидеман рефлекторно бросился вперёд, сделал кувырок и выстрелил в две приближающиеся фигуры в зелёном. Они почти синхронно закричали из последних сил:

- Mein Leben!3) - и упали замертво в большом зале, выложенном деревянными досками.

В голове раздался щелчок, а затем нежный, хрипловатый голос: "Да, правнучек, сделай это! Ты должен отомстить за меня! Убей этих нацистов". Сразу же вернулся маленький кусочек памяти: голос принадлежал прабабушке Саре.

- Бабуля, я сделаю это! - Виктор двинулся вперёд, к убитым нацистам, чтобы подобрать выпавшие из них пачки патронов.

Откуда ни возьмись появились овчарки. Они с лаем бежали прямо на Тидемана. Ему пришлось убить и их. И вновь в голове всплыл новый кусочек памяти прошлого: где-то есть собака Рекс в экипировке из XXI века. Почти сразу же зачесалась левая пятка.

- Это — знак! - сказал вслух Виктор, подхватил патроны и двинулся в сторону коридора, в конце которого виднелся большой портрет незнакомого человека с усами и характе́рной причёской. Тидеману всё стало ясно: надо убить побольше нацистов и вернуть себе память. Таков его путь! Путь мстителя!

1) Внимание!

2) Огонь!

3) Моя жизнь

Глава 9

Посреди бетонной камеры, освещаемой единственной лампой на длинном проводе, стоял человек в шлемофоне, ватнике и брюках-галифе, заправленных в кирзовые сапоги. И не просто стоял, а откинув голову назад и опустив руки. Он напоминал перевёрнутую латинскую букву U. Изо рта у него шла пена, а широко открытые глаза были затянуты пеленой. Человеку было худо.

- Герр министр, мы поймали его! - Офицер в форме обергруппенфюрера "охранных войск" стоял у двери камеры и смотрел на заключённого через решётку.

Тот, кого называли "герр министр", находился неподалёку и тоже глядел сквозь стальные прутья. Коричневая форма и повязка с тибетским знаком, знакомая многим на планете, говорили о принадлежности к известной, но теряющей с каждой секундой поклоников, политической партии. - Неплохо-неплохо, Юлиус. Он надёжно обездвижен? - Да, герр министр. Мы подали газ, а затем колдуны сделали работу. - Тогда я доложу фюреру... ой... Адольфу Гитлеру. Адольф Гитлер по-прежнему сидел за столом в небольшом конференц-зале с картой того, что когда-то было Великой Германией. Бывший рейхсканцлер сидел неподвижно. Его глаза светились неестественной добротой. - Мартин, у вас есть хорошие новости? - шевеля одними губами, спросил Гитлер своего бывшего секретаря, а теперь полноправного министра партии. - Да! - На лице Бормана играла радостная улыбка, а в руках находилась раскрытая папка с какими-то документами. - Мы поймали еврея, нагло покушавшегося на вашу жизнь! Есть свежие фотографии узника! - А-а-а. Тот самый Виктор, - человек, которого Тидеман видел на портрете в иллюзии, взял одну из протянутых фотографий, рассмотрел изображение и широко улыбнулся, показав неидеальные зубы - результат употребления Vitamultinа. - Что же, думаю, мы можем подарить ему что-нибудь приятное. Сделай Мартин сам. И приведи мне мою жену. Я хочу напоследок, чтобы она исполнила свой супружеский долг прямо сейчас. Я очень хотел, чтобы она сделала для меня что-нибудь приятное. - О да! Конечно! - засуетился Борман и закрыл папку с бумагами. - Немедленно исполню!

Глава 10

Якуб Новак сидел в командирском кресле и смотрел через стекло в башенке. Снаружи никто и ничто не двигалось. Местность перед бункером выглядела вымершей. Ситуация была интересной и, главное, выгодной.

Новак посмотрел на часы. Они показывали, что прошло чуть больше девяти минут с тех пор, как подпоручик покинул танк. Согласно заранее разработанному плану, экипаж должен был присоединиться к в одиночку штурмующего бункер фюрераТидеману. Как заместитель командира, сокращённо ЗК, Якоб ждал нужное время, чтобы отдать приказ.

- Ну, товарищи, - сказал Новак, наклонился вниз и оглядел всех, кто был в танке. - Пора выдвигаться наружу. Все ли готовы?

- Да, - монотонно ответили находившиеся в машине. При этом Рекс дополнительно гавкнул. Собачий переводчик немедленно сообщил: "Всегда готовы!".

- Лёлик остаётся в машине. Он будет прикрывать нас, как говорят на флоте, главным калибром, - продолжил ЗК. - Остальные готовятся к выходу.

Новак на мгновение задумался. Он вспомнил, как прочёсывал дома в поисках нацистских недобитков и как приходилось подавлять очаги сопротивления. Полученные тогда навыки могли спасти жизнь любому.

- Возьмите побольше гранат. Не забывайте заходить в комнаты вдвоём: сначала граната, потом вы сами. Старайтесь закатывать её, потому что она отскочит назад. И не пытайтесь выдернуть чеку зубами. Иначе вставлять их будет в лучшем случае хирург, а не дантист.

- Конечно, - ответили остальные члены команды одновременно, как всегда, и начали собираться.

ЗК вздохнул и про себя помолился:

" Святой Михаил Архангел! Помоги нам в нашей борьбе и будь нам защитой против злобы и ловушек злого духа. Пусть Бог убьёт его, мы смиренно молим тебя, и, о, Командующий небесными воинствами, силой Божьей низвергни сатану и других злых духов, которые бродят в этом мире, чтобы погубить человеческие души. Аминь".

Молитва Якуба, должно быть, прорвалась наружу, потому что все прекратили сборы и вопросительно посмотрели на ЗК. Новак не растерялся и сказал:

- Да, товарищи, нет ничего стыдного в том, чтобы поминать Бога и Ангелов, когда идёшь против Гитлера, самого страшного существа на нашей грешной земле. Смерть Гитлеру!

Глава 11

Добраться до портрета оказалось нелёгкой задачей. Как только Виктора окружили с двух сторон стены, попёрли когорты нацистов. Из ниш и боковых комнат выскакивали солдаты, офицеры и собаки разных мастей. Крики, лай, стоны и стрельба охватили коридор. Тидеману пришлось одновременно стрелять и совершать поистине фантастические кульбиты, чтобы ни одна вражеская пуля, ни один клык не смогли достичь его. Это было трудно, но необходимо: как только нацист падал на бетонный пол, в мозгу вспыхивали яркой картинкой забытое воспоминание.

Убит офицер СС, и в памяти всплывает история о жизни в Одессе. Разнесён череп прыгающей в попытке укусить овчарки - вспоминается анекдот про Мойшу и Сёму, рассказанный отцом. Вот четыре солдата в коричневой форме, срубленные очередью из MP40 - репатриация, переезд в Израиль, смерть невыдержавшей жары собаки и поиск новой жизни. Один мёртвый нацист – один элемент памяти. Приятно. А ещё приятен голос прабабушки Сары, которая подбадривала и вела вперёд внука: "Виктор, ты обязательно победишь! Только действуй!"

Так Тидеман дошёл до конца коридора. Там его ожидал настоящий босс – киборгоподобный монстр, собранный из частей мёртвых эсэсовцев и воскрешённый с помощью магии. Облачённое в доспехи существо с повязкой на левом глазу держало в руках пушку “Гатлинга” и демонстрировало зловещий набор острых акульих зубов. На пути героя стоял легендарный Отто Скорцени.

Откуда Виктор узнал об этом? Он мысленно возвратился во времена web 1.0, когда на глаза попался комикс под названием "Сталин и Гитлер", где одним из персонажей был тот самый человек, который сейчас наводил на Виктора шесть стволов.

- У тебя нет маршальского жезла и за тобой нет всей мощи советского народа! И поэтому ты умрёшь! - пробормотал монстр и нажал на курок.

И, о, чудо! Ни одна пуля не попала в Виктора. И не потому, что он отпрыгнул. Нет! Между Тидеманом и Скорцени стоял глиняный голем.

- Внучок,он поможет тебе, — в противостояние решила вмешаться прабабушка Сара. - Это защитник еврейского народа Йосель! Он создан раввином Йосефом Таировским для защиты евреев Праги. Я включила его вновь!

Ожившая глиняная фигура вскинула в воздух многокилограммовый кулак и со свистом обрушила на голову продолжающего стрелять Скорцени. Раздался звук лопающегося воздушного шара. Из-под кулака защитника еврейского народа вылетели кровавые ошмётки. Делая последние повороты стволами, "Гатлинг" отлетел в сторону.

- Спасибо, прабабушка, - прошептал Виктор, глядя, как голем, совершивший своё праведное дело, быстро растворяется в воздухе. - Я не забуду твою помощь вовек.

Обойдя останки нациста, Тидеман поднял пулемёт, закинул на плечо ремни поддержки и двинулся к большому портрету на стене. На картине маслом был изображён человек в коричневой нацистской форме, с небольшими усами и зачёсанными направо волосами. Виктор присмотрелся.

"Знакомое лицо, но я не могу вспомнить его имя, - подумал наш герой. - Имя где-то рядом, но в то же время и далеко. Почему я хочу знать, кто он? Странно".

Внезапно изображение на картине закрутилось в водовороте.

- Подпоручик, что с вами?

Виктор вздрогнул. Водоворот заговорил! Более того, появилось стойкое ощущение, что по всему телу бегут капли воды.

- Что ты такое? – Тидеман направил стволы на искажённую картину.

- Я Якуб Новак. И вас чем-то накачали.

Глава 12

Виктор Тидеман лежал с открытыми глазами и ртом на холодном полу тюремной камеры. Шлем был сложен под головой, а гимнастёрка расстёгнута. Якуб Новак сидел на коленях рядом, брал в рот воду из фронтовой фляжки и распылял на грудь командира. Подпоручик весь горел и бредил.

- Спасибо, прабабушка. Я не забудь твою помощь вовек, – побулькало в горле Виктора.

“Кажется, он на́чал приходить в себя, – подумал Якуб. – Раньше он ничего не говорил. Теперь сказал. Надо быстрее его приводить в себя”

– Подпоручик, что с вами? – как можно мягче спросил ЗК.

Виктора скрючило, изо рта пошла рвота. Якуб едва успел развернуть Тидемана набок, чтобы блевотина побежала по бетону, а не по телу.

- Что ты такое? – едва слышно прошептал Виктор, когда его перестало рвать.

- Я Якуб Новак. И вас чем-то накачали.

Тидеман закашлял.

- Якуб, говоришь? Разверни меня, - шёпот подпоручик стал громче.

Новак сделал, что просил командир.

- Дай воды, — произнёс Тидеман ещё более отчётливо.

Замкомандира приподнял голову Виктора и поднёс флягу ко рту. Подпоручик сделал два глотка и рукой отпихнул сосуд в сторону.

- Что случилось? Доклад! – Тидеман смотрел прямо, уставившись в бетонную стену.

Якуб отложил флягу.

- Вы пошли убивать Гитлера, вас схватили, посадили в тюрьму и чем-то накачали. Мы пошли за вами, но, похоже, все сбежали в подземелье. Я остался с вами, а остальных отправил изучать бункер.

Тидеман перевёл взгляд на Новака. Пелена в глазах подпоручика исчезла.

- Гитлер, говоришь? Тот, с усами и зачёсом?

- Да, это он.

- Я должен убить его, — Виктор снова уставился на стену и сжал кулаки. Его голос звучал ясно.

- Который час, Якуб?

- В Берлине сейчас около двух часов.

- Скоро дидлайн, — уверенно сказал Виктор.

- Дидлайн?

Подпоручик закрыл глаза и пояснил:

- Крайний срок. Если мы не убьём Гитлера, никто не убьёт.

- Подпоручик, успокойтесь. Вы бредите, — Новак хотел опустить своего командира, но Виктор сам резко по́днял верхнюю часть тела, посмотрел вновь на Якуба и вытер губы о гимнастёрку.

- Разве у меня бред? – В глазах подпоручика горел огонь. – Это не бред, а стремление. Стремление убить Гитлера! Я должен.

- Командир, вход в подземелье завален, — Новак хотел отговорить от идеи. Чувствовалось, что Тидеман, хотя внешне стал выглядеть лучше, всё ещё нездоров, а пробиться в подземелье не так просто. Нужно было много взрывчатки. Очень много.

- Новак, вызовите танк. Это приказ!

- Но там внизу около двух метров бетона.

- Мы прорвёмся, — подпоручик был убеждён в правильности своих намерений. - На танке специальная броня. Помнишь, как прорывались, когда спешили сюда?

"Точно, — нахмурился Новак. - Машина проходила, как нож сквозь масло".

- Вот то-то! – Виктор поднялся на ноги и начал застёгивать гимнастёрку. Мокрая одежда и тело нисколько не беспокоили. Когда внутри горит огонь мести, всё мелочное отходит на дальний план.

- Хорошо, командир, — кивнул Якуб. – Будь по-вашему.

Глава 13

- Мартин, куда мы идём? - глядя под ноги, Адольф Гитлер тащился по выложенному булыжником полу коридора с высокими сводами и совершенно не понимал, что происходит. Всего пятнадцать минут назад он, бывший лидер Третьего рейха, сидел за столом в бункере и смотрел на пистолет: все надежды рухнули, и желание застрелиться стремительно росло. Но тут внезапный взрыв, вспышка, оглушение, и вот человека, которому рукоплескала вся страна, окружили рослые головорезы в чёрной форме и тащат за подмышки в неизвестность. Охранники? Нет, скорее конвоиры: очень крепкая хватка, нежелание попасть в ритм шага своего подопечного и молчаливый, безжалостный взгляд.

- Адольф, я спасу тебя. Мы летим в Аргентину, - голос идущего впереди министра по делам партии имел непривычно резкую окраску.

- В Аргентину? Зачем? – Гитлер по́днял голову и взглядом упёрся в спину своего соратника. Или уже не соратника? Что-то в нём было странное. Может уверенная походка? Или бьющий в нос запах озона от коричного кителя? Или опалённая макушка головы?

- Адольф, ты нужен. Ты важен. Идеология превосходства, которую ты создал, может существовать вечно. Мы распространим её везде, - в речи Мартина Бормана звучала уверенность. Совсем недавнего такого тона у министра не наблюдалась.

- Где Ева? – бывший фюрер ни слышал голоса жены, что очень волновало. Неужели не спасли?

- Ева Браун мертва, к сожалению. Её намеренно зарезали подручные этого еврея.

Сказанное настораживало. Никто и никогда не докладывал Гитлеру, что русские делали подобное. СС или туземные войска - да. Но советские солдаты - нет.

- Я думал, большевики на такое неспособны.

- Мстители часто сходят с ума.

Бывший вождь замолчал. Он не рассчитывал на потерю своей любимой и остаться в одиночестве. Они обязаны были покинуть этот бренный мир совместно.

Мимо прошёл мужчина, одетый в чёрный деловой костюм и несущий портфель. Во рту горела сигарета. По долетевшему запаху Гитлер понял, что человек курил Lucky. До объявления войны бывший лидер Третьего Рейха часто встречался с американскими дипломатами, и от них нередко исходил тот же табачный аромат.

- Кто это? Американец? – спросил Гитлер.

- Да. Я заключил сделку, - ответил Борман. - Америка - теперь наш друг. Они тоже хотят спасти тебя. Русские для них только ситуативные союзники. Сегодня они вместе, завтра - нет. Америка – создатель теории управляемого хаоса и готова нам помочь.

- Хаоса? Нам? Это как? – бывший нацистский вождь впервые слышал такие термины.

- Они верят в тебя, Адольф, - министр, казалось, говорил о своём.

- Кто верит? – происходящее смахивало на иллюзию и хотелось ясности.

- Те, кто подписывает контракт и едет в...

… И бывший вождь услышал незнакомое название города начинающееся на Б.

- Это где?

- Там, где тебя очень любят.

Ничего не было ясно. Почему американцы вдруг решили помочь? Ведь Адольф Гитлер в глазах западных союзников выглядел самим Сатаной. Что изменилось за последние часы, если не минуты?

Сначала раздался отдалённый взрыв. Затем заходил под ногами пол. С потолка посыпался песок. Рвануло точно что-то мощное. Но все продолжили идти вперёд, не останавливаясь и не меняя направления.

- Виконавець і Вовк зустріньте єврея 1), - на ходу приказал Борман.

- Буде виконано 2), - кто-то проговорил за спиной Гитлера, а потом послышались звуки удаляющихся шагов.

Все слова были сказаны на славянском языке. Он вроде назывался украи́нским. Бывший фюрер не понимал ничего. Откуда в его окружении взялись славяне? Да, некоторые из них помогали Рейху, но они считались крайне ненадёжными и никогда не завозились в Берлин. Туземные войска и мясники, убивающие низшие расы - вот кем они были. Не более того.

Вокруг творилось что-то странное. Очень странное. Сон? Или… "Неужели у меня галлюцинации? - подумал Гитлер. - Или передо мной прямая дорога в ад?"

1) Исполнитель и Волк встретите еврея.

2) Будет исполнено.

Глава 14

Мощный взрыв швырнул Т-34 на бетонный пол, как игрушку. Внутри на мгновение погас свет, запахло горелой изоляцией и какой-то едкой гадостью. Рекс лишь напрягся, вглядываясь в полумрак — боевой пёс был готов к любой опасности.

- Твою дивизию! - заорал Якуб, включая аварийное освещение. - Совсем охренели, гады!

- Лёлик, доложи обстановку! - скомандовал Виктор, осматривая внутренности танка и доставая фонарик из ящика с ЗИП.

- Повреждений нет, - раздался голос Лёлика, - пушка в порядке, боекомплект цел.

- Хорошо, - кивнул Виктор, хотя в темноте никто не мог видеть его кивка, - только тесно стало что-то...

В этот момент в танке вспыхнул яркий луч света. Подпоручик невольно вздрогнул - он случайно нажал на кнопку включения фонарика, который держал в руках.

- Вот чёрт, - пробормотал Тидиман, выключая фонарь, - чуть глаза не выжег.

- Что там у тебя? - спросил Якуб.

- Да фонарик нашёл в ящике, - ответил Виктор, вешая его на пояс, - пригодится.

Тидеман попробовал пошевелиться и понял, что танк наверное намертво заклинило обломками. Виктор попытался открыть люк, но тот не поддавался.

- Завалило, что ли? - обеспокоенно произнёс Здан.

- Сейчас проверим, - Якуб включил двигатель. Танк заревел, но с места не сдвинулся.

- Нет, не завалило. Что-то держит... Или кто-то.

- Что делать будем, пан подпоручик? - спросил Болик, нервно поглядывая на заклинивший люк.

- Ждать, - решил Виктор, - если они хотят нас взять живьём, то сами покажутся. А мы пока приготовимся к тёплой встрече.

Ожидание длилось недолго. Внезапно пол под танком провалился, и Т-34, проломив каменные своды, рухнул вниз, точно в пропасть. Рекс предупреждающе зарычал, вглядываясь в темноту — он явно чувствовал приближение неизвестности.

Очнулись танкисты уже в какой-то тёмной пещере. Свет от случайно включённого фонарик еле пробивал полумрак. Рекс, напряжённый и готовый к бою, показывал мощные клыки.

- Матерь Божья! - выдохнул Якуб, выбираясь наружу через люк.

Остальные последовали за ним. Пещера была огромной, насколько хватало глаз. Стены и пол были сложены из гигантских каменных блоков, покрытых какими-то непонятными знаками. В воздухе стоял запах сырости, плесени и ещё чего-то, не поддающегося описанию. Под обломками бетона виднелись тела в чёрных балахонах.

- Куда нас занесло, пан подпоручик? - спросил Болик, с опаской озираясь. - Церковь, что ли, обвалилась?

Тидеман, прихрамывая, подошёл к стене и провёл рукой по холодным, влажным камням. Они были ровными, тщательно обработанными. Не церковь. И не обычный бункер.

- Gorzej, Bolik, gorzej... - пробормотал Виктор, нахмурившись и подняв с пола амулет в форме волчьей головы. - Chyba trafiliśmy do tych... czarowników...1)

И словно в подтверждение его слов, из тени между каменными блоками выступила фигура в темном костюме. В руке его тлела сигарета, источая аромат дорогого табака.

Рекс напрягся, издав низкое рычание — незнакомец явно вызывал у него подозрения.

- Mr. Tiedeman, - незнакомец сделал затяжку, выпуская клуб дыма, - we meet again. And, as before, I have a proposition for you.2)

1) "Хуже, Болик, хуже... Похоже, мы попали к этим... колдунам..." - на польском.

2) "Мистер Тидеман, мы снова встретились. И, как и прежде, у меня есть предложение для вас" – на английском.

Глава 15

Виктор напрягся, крепче сжимая ППШ. Всё в этом человеке — идеально отглаженный костюм, запах дорогих сигарет и самоуверенный тон — вызывало тревожное чувство узнавания. Словно он уже видел его раньше, но не мог вспомнить где и при каких обстоятельствах.

Рекс, продолжая рычать, медленно обхаживал незнакомца, точно пытаясь определить степень угрозы. Его шерсть стояла дыбом, а из пасти доносилось угрожающее рычание.

Остальные члены экипажа, заметив неладное, тоже пришли в движение. Якуб и Болик инстинктивно двинулись к человеку в костюме, направляя на него стволы автоматов. Лёлик же, выбравшись из башни, пристроился сзади, прикрывая тыл.

— Kim jesteś? — рявкнул Болик на польском, — Czego tu chcesz? 1)

Незнакомец лишь усмехнулся одними уголками губ, медленно выпуская кольцо дыма. Улыбка у него была какая-то неестественная, будто нарисованная.

— Mr. Tiedeman, — произнес он на чистом, с едва уловимым акцентом, английском. — We meet again. 2)

Виктор нахмурился, автоматически переводя фразу про себя. "Мистер Тидеман... мы встречались?". Странно, он бы точно запомнил этого типа.

— Что он говорит? — Здан, не отрывая глаз от незнакомца, обратился к Тидеману.

— Не понимаю, — соврал Виктор, решая пока не светить своим знанием английского, — Какую-то тарабарщину...

— And, as before, — продолжил человек в костюме, игнорируя реплики танкистов, — I have a proposition for you. 3)

— Jaki "proposition"? 4) — не выдержал Якуб, — Ты кто такой вообще? Шпион?

Незнакомец медленно потушил сигарету о стену, демонстрируя своё безразличие к направленным на него стволам. Рекс остановился в паре шагов от него, продолжая рычать и не спуская с него глаз.

— You can call me... — он сделал паузу, вглядываясь в лица танкистов, — an observer. 5)

— "Обсервер"? — повторил Здан, — "Это что ещё за фрукт?

— Observer, — терпеливо повторил незнакомец, словно объясняя детям, — of processes. Processes of... great importance. 6)

— Процессы... — пробормотал Виктор вслух, отстранённо, словно размышляя о чём-то далёком. — Какие ещё "процессы"?

— Processes, Mr. Tiedeman, — голос "наблюдателя" стал тише, интимнее, — that have already begun... 7)

1) "Кто ты? Чего ты хочешь?" — на польском.

2) "Мистер Тидеман, мы снова встретились.." — на английском.

3) "И, как и прежде, у меня есть предложение для вас" — на английском.

4) "Какое "proposition"?" — на польском.

5) "Вы можете называть меня.. наблюдателем" — на английском.

6) "Наблюдатель процессов. Процессов... большой важности" — на английском.

7) "Процессы, мистер Тидеман, которые уже начались..." — на английском.

Глава 16

— Processes, Mr. Tiedeman, — голос "наблюдателя" стал тише, интимнее, — that have already begun...

Эти слова застряли в голове Виктора, отдаваясь тупым звоном в висках. Он чувствовал, как от этого человека, от его слов, веет какой-то необъяснимой угрозой.

— Внучок, — шепнул ему на ухо голос прабабушки Сары, — не верь ему! Он тянет время! Мочи гада, пока не поздно!

Тидеман не успел ни ответить, ни как-то прореагировать на слова прабабушки. Напряжение в пещере нарастало с каждой секундой. Болик, не выдержав, нервно заёрзал на месте.

— Пан подпоручик, — сказал механик, — может, хватит уже болтать? Давайте долбанём по нему!

— А ты понимаешь, о чем он говорит? — огрызнулся Якуб. — Или тебе лишь бы стрелять?

— Да что он там говорит вообще? — нетерпеливо спросил Здан, — Командир, ты ж вроде понимаешь его тарабарщину, переводи давай!

Виктор проклял себя за оплошность. Он так задумался над словом "процессы", что невольно произнёс его вслух. И Здан, старый лис, конечно же, уловил эту оговорку.

— Говорит, что мы совершаем большую ошибку, — мрачно перевёл подпоручик, решив больше не скрывать своего знания английского. — Ошибку, которую нам не исправить.

— Да какое ему дело до наших ошибок?! — взревел Якуб, — Да мы его...

И в этот момент Рекс, поняв, что терпение экипажа лопнуло, с рычанием бросился на незнакомца. Овчарка прыгнула мощно, целясь прямо в горло, но... промахнулась. "Наблюдатель" буквально растворился в воздухе в сопровождении злорадного смеха, оставив после себя лишь облачко сизого дыма и сладковатый запах серы.

Тишина в пещере стала ещё гуще, ещё напряжённее. И в этой тишине особенно громко затикали часы, встроенные в брошенный портфель, который так и остался лежать на полу.

— Bomba! — заорал Лёлик, первым сообразив, что к чему. — Za czołg! 1)

1) "Бомба! За танк!" — на польском.

Глава 17

- За машину! - гаркнул подпоручик, осознавая, что время истекает.

Танкисты бросились к своему стальному укрытию, ища спасения у холодной брони. Рекс метнулся между гусениц, надеясь, что Т-34 убережёт его от взрывной волны.

- Живее! - крикнул Якуб, прижимаясь к борту.

Оглушительный грохот сотряс пещеру, заставляя стены дрожать. Танк вздрогнул, обдавая всех волной пыли и едким запахом взрывчатки. Рекс заскулил, прижимаясь к земле.

- Все живы?! - хрипло воскликнул Якуб, первым приходя в себя.

- Кажется, цел, - отозвался Болик. - А этот...?

- Тс! - Виктор приложил палец к губам, напряжённо вслушиваясь.

Тишина. Лишь капли воды с потолка пещеры нарушали её, да тяжёлое дыхание Рекса.

- Пойду разведаю, - прошептал Виктор, включая фонарик и выбираясь из-за гусениц. - Лёлик, прикрой.

Виктор осветил фонарём место, где стоял "наблюдатель". Там зиял пролом, а мощные каменные блоки превратились в кучу обломков.

- Ушёл... - прошептал Виктор, направляя луч света в пролом, - или указал нам дорогу?

За проломом виднелся узкий проход, едва шире человеческих плеч, уходящий вглубь скалы. Танк туда не пройдёт. Внезапно Тидеман почувствовал зуд в левой пятке. "Знак!" - мелькнуло у него в мыслях. - "Это путь к Гитлеру!"

- Пан подпоручик, - окликнул его Здан, - что там впереди?

Виктор молча просунул голову в пролом, освещая проход фонариком.

- Ничего себе, - присвистнул Здан, подходя ближе. - А я-то думал - тупик!

- Внучок, - снова раздался голос прабабушки Сары в голове у Тидемана, - я же предупреждала - не верь этому типу! Он отвлекает тебя! Фюрер рядом, я это ощущаю! Не дай ему сбежать!

"Гитлер рядом..." - эта фраза ударила Тидемана, как разряд тока. Коридор, предупреждение Старой Сары и зуд в пятке - все указывало на близость цели.

- Возможно, ты права, прабабушка, - пробормотал Виктор, выбираясь из пролома, - но мне кажется, это ещё не последняя наша встреча.

- Встреча? - переспросил Якуб. - Ты его узнал?

Тидеман потёр лицо, пытаясь сосредоточиться. Лицо "наблюдателя", его голос, эта странная манера разговаривать... Все это казалось знакомым. Но откуда?

И вдруг его осенило. Туман рассеялся, и он снова оказался в том зловещем поезде, мчащемся в неизвестность. Вновь услышал спокойный, бесстрастный голос: "Mr. Freeman..." и увидел холодную улыбку над воротом белоснежной рубашки.

- Черт возьми... - прошептал он, - кажется, я его вспомнил. Он вернётся.

- Кто же это?! - не терпелось узнать Здану.

- Скажем так, - медленно произнёс Виктор, - этот субъект не исчезает бесследно.

- Дьявол? - прошептал Якуб, осеняя себя крестным знамением.

- Нечто подобное, - ответил Виктор, указывая на тёмный коридор. - Пойдём пешком. Машина нам больше не поможет.

Глава 18

Подземный коридор, по которому вели Гитлера, казался бесконечным. Каменные стены, тусклое освещение, тяжёлый запах сырости — все это напоминало ему о крипте 1), о загробном мире. "Неужели это мой конец?" — с горечью подумал бывший фюрер. Его шаги отдавались гулким эхом, нарушаемым лишь тяжёлым дыханием охранников. В голове крутились обрывки фраз Бормана: Аргентина, новый мир, теория хаоса... Что все это значило? Куда они его вели?

— Мартин, — Гитлер попытался остановить своего спутника, — куда мы идём? Объясни же, наконец!

Борман, не оборачиваясь, бросил с непривычной резкостью:

— Молчи, Адольф! Скоро увидишь.

Гитлера поразила эта грубость. Никто и никогда не смел так с ним разговаривать. Но что-то в поведении Бормана, в его голосе, в уверенной походке, говорило о том, что он уже не тот человек, которого Гитлер знал все эти годы. "Неужели и он сошёл с ума в эти последние дни?" — с тоской подумал Гитлер.

Вскоре коридор вывел их в громадный подземный ангар, залитый ярким светом прожекторов. В центре ангара стоял серебристый дирижабль, готовый к отлёту. Но не он привлёк внимание Гитлера. Взгляд бывшего фюрера приковали несколько невиданных ему летательных аппаратов у далёкой стены. "Что за дьявольщина?" — промелькнуло у него в голове.

Машины были не похожи ни на один из известных ему самолётов. Слишком приземистые, с одинарным хвостом и непропорционально большим воздухозаборником в носу. Крылья — короткие, треугольной формы, почти как у американских "Тандерболтов", но со странным изломом. А эта необычная расцветка — серо-голубая, с угловатыми пятнами, напоминающая камуфляж, но какой-то слишком... неправильный. "Может, это трофеи? Американские? Или русские?" — подумал с недоумением Гитлер.

В этот момент к ним подошёл человек в незнакомой темно-серой форме. Офицер, судя по погонам. На левом рукаве блестела эмблема — стилизованный сокол. "Славянин", — автоматически отметил про себя фюрер, разглядывая широкие скулы и светлые волосы незнакомца. Что-то в его лице казалось странно знакомым.

— Пане Бормане, машины готовятся к вылету, — отрапортовал офицер. — Чекаем ваших распоряжений.

Борман кивнул и, повернувшись к Гитлеру, сказал:

— Ну что, Адольф, пора в путь! Тебя ждёт новая жизнь. Новая империя.

Фюрер, все ещё не понимая, что происходит, послушно пошёл за Борманом. Но не смог сдержать ещё один вопрос:

— Мартин, а кто это был? Мне кажется, я его где-то видел...

Борман остановился и с улыбкой, казавшейся Гитлеру все более зловещей, ответил:

— Не ломай себе голову, Адольф. Просто призрак будущего. Скоро ты поймёшь, что прошлое — это всего лишь иллюзия. А будущее... будущее принадлежит нам.

1) Кри́пта — в средневековой западноевропейской архитектуре одно или несколько подземных сводчатых помещений, расположенных под алтарной и хоральной частями храма и служащих для погребения и выставления для почитания мощей святых и мучеников.

Глава 19

Проход был настолько тесным, что танкистам приходилось двигаться боком, касаясь плечами шероховатых стен. Виктор вёл группу, а луч его фонаря выхватывал из тьмы причудливые символы и рисунки, нацарапанные на камнях. Здан, идущий следом, невольно содрогался, разглядывая эти изображения: демонические лики, переплетённые змеи, загадочные руны...

— Что за чертовщина? — прошептал он, стараясь не отставать.

— Тише, — осадил его Тидеман, — не накликай беду.

Рекс, напряжённый, неотступно следовал за хозяином. Пёс то и дело останавливался, принюхиваясь, словно чуял неуловимые для человека запахи. Один раз овчарка даже зарычала, но Виктор успокоил её поглаживанием.

Вскоре коридор резко свернул, и перед ними выросла массивная металлическая дверь. Старая, изъеденная ржавчиной, она, казалось, не знала прикосновения человеческих рук веками. Местами металл истлел полностью, открывая взору каменную кладку.

— Я, конечно, могу ошибаться, — пробормотал Виктор, освещая дверь фонарём, — но, похоже, это наследие какого-то старинного замка. Неудивительно, что она намертво заросла ржавчиной.

— Какого замка? — удивился Лёлик.

— В этих местах много крепостей было в старину 1), — пояснил Тидеман. — Большинство давно разрушены, но кто знает, какие тайны хранят их подземелья...

Не дожидаясь ответа, подпоручик схватился за дверную ручку. Дверь издала жалобный скрип, нехотя уступая напору, и неожиданно легко отворилась. За ней зиял тёмный проем, из которого веяло холодом и сыростью.

— Пан подпоручик, берегись! — крикнул Якуб, но было поздно.

Тидеман шагнул вперёд, оступился и с криком исчез во тьме. Фонарик выскользнул из его рук, ударился о каменные ступени и погас.

1) В средние века территория современного Берлина была усеяна замками, крепостями и укреплениями, предназначенными для защиты торговых путей и границ княжеств. Многие из этих сооружений не пережили бурную историю города, уступив место новым постройкам или оставшись забытыми руинами под слоями земли.

В районе Имперской канцелярии, сердце политической власти Германии, также могли находиться следы древних укреплений. Например:

a) Замок Шпреенбург (Spreeburg): Эта первая резиденция маркграфов Бранденбурга располагалась на острове Шпрееинзель, неподалёку от будущей Имперской канцелярии. Разрушенный в XIII веке, он мог иметь подземные ходы и сооружения, тянущиеся к соседним территориям.

б) Берлинский городской замок (Berliner Stadtschloss): Возведенный на месте разрушенных Шпреенбурга и Кёльна, он также мог включать в себя фрагменты старых подземных сооружений. Подземелья Городского замка известны своими тайнами и легендами, и не исключено, что они были связаны с другими подземными ходами в окрестностях.

Берлин неоднократно перестраивался и расширялся, и многие древние постройки оказались скрыты под слоем более поздних сооружений. Теоретически, под Имперской канцелярией и её окрестностями могли находиться фрагменты забытых подземелий, о которых современные историки даже не подозревают.

Глава 20

- Командир! - крикнул Здан, бросившись к краю пропасти, безуспешно пытаясь разглядеть что-либо в густой темноте за дверью. - Дай знать о себе!

Молчание. Лишь слабый звон упавшего фонарика донёсся из глубины.

- Не слышно, - сказал Новак, приближаясь к Здану. - Может быть, он разбился?

- Нам нужно следовать за ним, - решительно сказал Здан. - Якуб, дай свет!

Новак передал свой фонарик, и Ищук осторожно заглянул в отверстие. Луч света осветил каменную лестницу, круто уходящую вниз. На одной из ступеней лежал фонарь Виктора.

- Винтовая, кажется, - прошептал Здан, - и длинная, черт возьми...

- Вперёд, - скомандовал Якуб. - Только осторожно. Рекс, иди с нами.

Танкисты, один за другим, начали спускаться. Рекс, настороженно оглядываясь, держался рядом с Якубом. Стены были холодными и влажными, воздух становился все гуще, наполняясь запахом земли и какой-то металлической примесью, напоминающей запах озона после грозы. Отряд двигался в полной темноте, лишь луч фонарика выхватывал из неё фрагменты ступеней. По мере спуска становилось заметно светлее - в конце лестницы что-то светилось. Подойдя ближе, Болик удивлённо прошептал:

- Что это? Стекло?

- Не похоже, - ответил Лёлик, протягивая руку и касаясь преграды. - Какая-то мягкая... и тёплая.

Танкисты прошли сквозь светящуюся мембрану, и перед ними открылся просторный зал. Воздух здесь был наэлектризован, наполнен странным металлическим запахом, похожим на озон. Источником света служил огромный металлический шар, диаметром метров пять, не меньше, парящий в центре зала. Он сиял холодным, пульсирующим светом, от которого стены дрожали, будто в такт биению гигантского сердца. Вокруг сферы высились странные механизмы и приборы, покрытые мигающими огоньками и иероглифами непонятного назначения. Всё это гудело и потрескивало, наполняя зал тревожной музыкой неведомой технологии. Возле одной из стен лежал подпоручик, без сознания.

- Командир! - Новак подбежал к командиру. - Живой?

Виктор застонал, с трудом открывая глаза. В голове шумело, тело ломило, но кости, к его удивлению, были целы. "Бабушка Сара, - мелькнула благодарная мысль, - это твоих рук дело?". Но ответа не последовало. Подпоручик слышал лишь этот навязчивый гул, словно гигантское сердце билось где-то рядом.

- Кажется, жив, - пробормотал Тидеман, пытаясь сфокусировать взгляд. - Что это за место? Куда мы попали, черт побери?

- Понятия не имею, - ответил Якуб, помогая Виктору сесть. - Но это точно не замок.

Подпоручик оперся на руку наводчика, чтобы встать. Голова все ещё кружилась, но адреналин уже бурлил в крови, придавая сил.

В этот момент пол под их ногами задрожал, и в стене напротив открылся широкий проход, из которого лился яркий свет. Рекс зарычал, оскаливая клыки.

- Мы у цели, - уверенно произнёс Виктор. - Вперёд, товарищи!

Глава 21

Подпоручик решительно шагнул к светящемуся проходу. Яркий свет бил в глаза, заставляя щуриться. Здан и остальные бойцы двинулись следом. Рекс бесшумно скользнул вслед за ними.

- Что там? - осторожно спросил Ищук, вглядываясь в белое сияние.

- Там что-то есть, - уверенно ответил Виктор.

Хотя Тидеман не мог объяснить, откуда эта уверенность, но нутром чувствовал - они на верном пути.

Танкисты вошли в проход. Яркий свет постепенно рассеялся, и отряд оказался в длинном, узком коридоре, выложенном белым кафелем. Стены были абсолютно гладкими, без единого выступа или углубления. Лишь в конце коридора виднелся слабый свет, и оттуда доносился тот самый глухой, пульсирующий гул, который они слышали в предыдущем зале.

- Что это за место? - прошептал Лёлик, озираясь. - На госпиталь похоже...

- Или на какую-то дьявольскую лабораторию, - мрачно добавил Болик.

Виктор молчал, сконцентрировавшись на ощущениях. Он улавливал в воздухе тонкую вибрацию, исходящую откуда-то из глубины коридора. Эта вибрация усиливалась с каждым шагом, влекла его вперёд. Рекс, бесшумно ступая по кафельному полу, держался рядом, его глаза блестели в полумраке.

Они вошли в следующий зал. Он был огромен, с высокими сводами, уходящими в темноту. "Как они могли построить такое под землёй?" - промелькнула у Виктора мысль. В центре зала стоял огромный цилиндрический резервуар, наполненный зеленоватой жидкостью. Внутри резервуара можно было различить человеческую фигуру, обвешанную проводами и трубками. Рядом с резервуаром стояла небольшая тележка с инструментами, будто кто-то только что здесь работал. Фигура не двигалась, но ритмичное пульсирование света и глухой гул, исходящий от резервуара, свидетельствовали о том, что внутри есть жизнь.

- Что это за штуковина...? - прошептал Здан, ошеломлённо глядя на резервуар.

- На какой-то... инкубатор похоже, - медленно произнёс Виктор, приближаясь. - Или на... кокон.

Подпоручик пристально вгляделся в фигуру внутри. Бледное лицо, тёмные волосы, тонкие губы...

- Господи... - прошептал Тидеман. - Неужели это...?

- Кто? - спросил Якуб, подходя ближе.

Тидеман провёл рукой по холодному стеклу.

- Похоже, - пробормотал попаданец, - мы нашли Гитлера.

Глава 22

Борман провёл Гитлера в небольшую комнату, обстановку которой отличала спартанская простота. Стены, окрашенные в бледно-серый цвет, производили впечатление холодных и безжизненных. Металлический стол, пара стульев, тусклая лампа под потолком — ничего лишнего. Отсутствовали портреты, карты, книги, которыми фюрер обычно окружал себя. В воздухе ощущался едва уловимый запах антисептика, смешанный с металлическим ароматом работающих механизмов.

— Присядь, Адольф, — указал Борман на один из стульев, сам же остался стоять. Он беспокойно перемещался по комнате, постоянно оглядываясь на дверь.

Гитлер с трудом опустился на жёсткий стул. Жажда мучила его, голова гудела, а в теле чувствовалась странная слабость, словно все силы внезапно покинули его.

— Мартин, — прохрипел бывший фюрер, — скажите, что происходит! Куда мы летим? Что за это самолёты? И...

Он недоговорил, увидев то, что располагалось в углу комнаты. В кресле, обвешанном проводами и трубками, сидел... он сам. Точная копия самого себя, но бледная, неподвижная, с закрытыми глазами, подобно безжизненной кукле.

— Всемогущий Боже... — выдохнул Гитлер, не веря самому себе — Что это за существо? Кто это?

Борман подошёл к креслу и с фанатическим блеском в глазах произнёс:

— Это ты, Адольф. Точнее... твоя резервная копия.

— Копия?! — Гитлер вскочил со стула, сжимая кулаки. — Что за бред ты несёшь, Мартин?! Кто этот человек?!

Борман проигнорировал его слова и, наклонившись к фигуре в кресле, начал отсоединять провода и трубки. При этом он что-то тихо бормотал себе под нос, словно читал молитву.

— Успокойся, Адольф, — произнёс Борман с ледяным спокойствием, резко выпрямляясь. — Это просто... техническая необходимость. Требуется обновить некоторые... параметры.

Гитлер, ошеломлённый, молча наблюдал за его действиями. В голове царил хаос. Что-то было не так, неправильно. Ему вдруг показалось, что его тело стало каким-то чужим, неуклюжим, будто он управлял им издалека. И этот странный металлический привкус во рту...

— Скоро всё завершится, — бросил Борман, повернувшись к нему. - И для тебя начнётся новая жизнь. Жизнь, о которой ты и не помышлял.

Его глаза горели необычным светом, будто изнутри его освещало невидимое пламя. И Гитлеру, глядя на него, вдруг стало по-настоящему страшно.

Глава 23

Подпоручик тщательно обследовал резервуар, пристально изучая человека внутри. Все сомнения рассеялись: это был Гитлер. Те же черты лица, такая же причёска, те же усы. Однако что-то было не так. Кожа у фигуры в резервуаре была бледной и почти прозрачной, а грудь не поднималась и не опускалась в такт дыханию. Он выглядел... безжизненным. "Копия... клон... что это значит? — задумался Виктор, ощущая, как кровь замерзает в жилах. — Если это копия, то где находится настоящий Гитлер?"

Болик, тем временем, настороженно осматривал небольшую тележку с инструментами, расположенную рядом. Нехребицкий приблизился и, колеблясь, начал изучать её содержимое. Гаечные ключи, отвёртки, кусачки, паяльник... Всё было аккуратно уложено на полках. Механик-водитель взял в руки большой гаечный ключ и повертел его, оценивая вес.

В это время Здан нервно чесал затылок и решил обратиться к остальным:

— А что теперь делать? — спросил он. — Разбить это стекло?

— Не спешите, — Виктор кивнул. — Прежде чем действовать, нам нужно понять, с чем мы имеем дело. И где находится настоящий Гитлер.

— Настоящий? — Якуб в недоумении посмотрел на командира. — Значит, этот... ненастоящий?

— Господи... — прошептал Лёлик, и холодок пробежал по его спине. — Это... это же кошмар!

Тидеман услышал тревогу в голосе Лорика и, указывая на резервуар, сказал:

— Посмотрите внимательнее. Видите трубки, провода? Это неспроста. Мне кажется... — подпоручик задумался, пытаясь найти подходящее выражение. — ...что это некий... двойник.

Болик вдруг осознал, где оказался, услышав слова Виктора. Он резко ожил, вернул ключ на полку с инструментами и сосредоточил внимание на Тидемане:

— Может ли быть, что немцы способны на это? Какая-то нечистая сила!

В этот момент в зале раздалось тихое жужжание, которое всё громче и громче звучало с каждой секундой. На противоположной стене образовалась тонкая трещина, которая стремительно расширилась, превратившись в проём. Из него начали выдвигаться тяжёлые металлические створки.

— Что это за чертовщина?! — воскликнул Здан, хватаясь за автомат.

— Молчать! — приказал Виктор. — Все должны быть готовы к действию!

Створки с глухим стуком сомкнулись, образуя массивную преграду. Потом та с тихим жужжанием распахнулась, и на пороге появился человек в белом халате. Он был худ, с бледным, измождённым лицом, но его глаза горели фанатическим огнём.

— Wer sind Sie? Was wollen Sie hier? 1) — прошипел он на ломком немецком, с явным недовольством осматривая незваных гостей.

Виктор решительно шагнул вперёд, одновременно доставая пистолет из кобуры. К счастью, когда подпоручик падал, оружие не потерялось. Лицо Тидемана было суровым, глаза сузились.

— Wir suchen Adolf Hitler, — холодно ответил он на чистом немецком. — Wo ist er? 2) Отвечай, пока цел!

Человек в халате испуганно вздрогнул, но тут же выпрямился.

— Dummköpfe! — прошипел он, с ненавистью глядя на Виктора. — Der Führer ist nicht mehr der, der er früher war! Bald wird er in einem neuen Körper erwachen! Er wird ein Übermensch sein! Unbesiegbar! Und dann wird die ganze Welt zu seinen Füßen liegen! Ihr seid nichts gegen seine Macht! 3)

— Где он?! — взревел Якуб, шагая к нему с угрожающим видом. — Говори, где настоящий Гитлер!

Но тот лишь улыбнулся, не отводя восторженного взгляда от резервуара с неподвижной копией фюрера. Якуб уже готов был нанести удар, но в этот момент Рекс, почуяв опасность, прижался к земле и с громким рычанием бросился на человека. Тот в последнюю секунду заметил овчарку и быстро отскочил в сторону. В комнате прозвучала сирена, и двери с грохотом захлопнулись. Включилось аварийное освещение.

— Чёрт! — сквозь зубы процедил Виктор. — Мы в ловушке!

В тот же миг Тидеман увидел, как в резервуаре что-то блеснуло. Глаза копии Гитлера были открыты, и на его лице застыла холодная, зловещая улыбка.

1) Кто вы такие? Что вы здесь делаете? — на немецком.

2) Мы ищем Адольфа Гитлера. Где он? — на немецком.

3) Идиоты! Фюрер уже не тот, кем он был раньше! Скоро он воскреснет в новом теле! Он станет сверхчеловеком! Непобедимым! И тогда весь мир будет лежать у его ног! Вы ничего не сможете противопоставить его мощи! — на немецком.

Глава 24

— К дьяволу! — сквозь зубы процедил Виктор, опуская пистолет.

Якуб, не успевший нанести удар, с досадой опустил кулак. Рекс, приземлившись после прыжка, продолжил рычать, не отрывая глаз от человека в халате, который ловко увернулся от четырёхногого танкиста и, отскочив назад, прижался спиной к стене, как дикий зверь, загнанный в угол. В свете мерцающих ламп лицо этого человека стало ещё бледнее и казалось ещё более вытянутым.

— Что делать-то теперь, пан поручик? — спросил Болик, нервно озираясь.

— Искать другой выход, — ответил Тидеман, наблюдая за человеком в халате. — А этот учёный, наверняка, уже вызвал подкрепление.

Виктор быстро осмотрел зал. Стены были металлические, без единой щели. Потолок — высокий, куполообразный, с рядами ламп и вентиляторов, но до них было не добраться. Единственный выход — та самая дверь, которая сейчас была надёжно заперта.

В резервуаре копия Гитлера вдруг шевельнулась. Его голова слегка повернулась, а глаза, холодные и пустые, уставились прямо на Тидемана.

— Чёрт, — прошептал подпоручик. — Он... он шевелится.

— Что?! — Здан подошёл ближе. — Этот двойник ожил?

— Похоже на то, — ответил Виктор. — Но у нас сейчас другие проблемы. Надо найти выход из этой ловушки.

— Тут же всё вентилируется, — сказал Ищук, быстро осматривая стены. — Но двери заперты намертво. Должен же быть какой-то выход.

— Тогда ищите люк, какой-нибудь лаз, — скомандовал Тидеман. — Ловушки без запасных выходов не делаются.

— Я посмотрю у резервуара! — крикнул Болик, кое-что вспомнив, и, схватив гаечный ключ с тележки, бросился к цилиндру с копией Гитлера. Там в полу был люк, привинченный болтами.

В это время учёный, превратившийся в нечто страшное, с пронзительным криком атаковал. Его тело извивалось и пульсировало, словно охваченное невидимым пламенем. Когти на руках учёного выросли и стали ещё острее, а глаза превратились в два горящих уголька. На его груди мерцал странный символ — чёрная свастика, окружённая кругом из молний. Это существо, которое уже нельзя было назвать человеком, бросилось на Нехребицкого.

— Уйди с дороги! — заорал Якуб, отталкивая Болика, и прикладом автомата ударил монстра по голове. Раздался болезненный хруст, создание зашаталось и упало на пол, задёргавшись в конвульсиях. Рекс воспользовался моментом и вцепился зубами в горло монстра.

— В люк! — заорал Виктор, указывая на отверстие, которое успел открыть механик-водитель. — Живо!

Здан и Лёлик помогли Якубу оттащить Рекса от дёргающегося монстра. Болик, выдернув чеку из "лимонки", приготовился кинуть гранату в зал.

— Бросай! — скомандовал Виктор и прыгнул вниз.

Нехребицкий метнул, захлопнул крышку люка и последовал за остальными. Раздался оглушительный взрыв, а затем — ещё один, гораздо мощнее. Лестница задрожала, осыпая их дождём пыли. Сверху донёсся грохот обрушивающихся металлических конструкций.

— Все целы? — спросил Виктор.

— Кажется, да, — отозвался кашляя Ищук. — В ушах звенит... Что там взорвалось?

— Похоже, граната зацепила какой-то баллон с газом или топливом, — предположил Болик. — Хорошо, что мы успели убраться.

— Рекс тоже в порядке, — сказал Якуб, на ощупь обследуя пса. — Только лапа болит, бедняга.

Тем временем Тидеман, внезапно почувствовав сильное желание почесать левую пятку, пробормотал себе под нос: "Убью тебя, Гитлер. Клянусь, я тебя убью. И левая пятка мне в этом поможет."

Глава 25

— Успокойся, Адольф, — произнёс Борман с ледяным спокойствием, резко выпрямившись. — Это лишь... техническая необходимость. Требуется обновить некоторые... параметры.

Гитлер, ошеломлённый, не сразу смог ответить. В голове царил хаос. Что-то было не так, неправильно. Ему вдруг показалось, что его тело стало чужим, неуклюжим, будто он управлял им издалека. И этот странный металлический привкус во рту...

— Скоро всё завершится, — бросил Борман. — И для тебя начнётся новая жизнь. Жизнь, о которой ты и не мечтал.

Его глаза горели необычным светом, словно изнутри его освещало невидимое пламя. И Гитлеру, глядя на него, стало по-настоящему страшно. Он попытался вскочить, однако ноги подкосились, и бессильно рухнул обратно на стул.

— Что со мной... — прошептал бывший фюрер, чувствуя, как слабость накатывает волнами. — Я не...

Борман не стал его слушать. Он быстро достал из кармана шприц с длинной, тонкой иглой и резко воткнул его Гитлеру в шею, прямо под черепом. Бывший лидер вскрикнул от боли, но Борман уже вводил содержимое шприца.

— Что... что вы делаете?! — прохрипел Гитлер, чувствуя, как по телу растекается жгучая боль.

— Не волнуйся, — ответил Борман спокойно. — Это просто небольшая подготовка.

Он отступил на шаг назад и нажал кнопку на шприце. Из иглы выдвинулся тонкий провод, который Борман подсоединил к прибору на столе.

В этот момент бесшумно отворилась дверь. В комнату вошла высокая фигура в длинном чёрном плаще. Лицо скрывал глубокий капюшон. В глазах у Гитлера потемнело, мир вокруг поплыл. "Кто это?" — еле шевельнулась мысль в его отяжелевшей голове.

— Всё готово, — произнёс незнакомец безжизненным, механическим голосом. — Можно начинать.

Борман уверено кивнул.

— Приступайте, пан атаман.

Человек в чёрном плаще подошёл к тому, кого совсем недавно слушали миллионы, и медленно откинул капюшон. Гитлер, стараясь сохранить сознание, вгляделся в лицо незнакомца. "Тот самый офицер! — промелькнула у него мысль. — Славянин из ангара! Но как...?"

Лицо славянина было холодным и жёстким, пронзительные голубые глаза словно видели его насквозь. В руках он держал странный аппарат с мигающими лампочками, напоминавший сложный медицинский инструмент.

— Что происходит, Мартин?! — с трудом выдавил из себя Гитлер.

— Тише, Адольф, — спокойно ответил Борман, его глаза горели холодным огнём. — Это необходимо.

Офицер тем временем включил прибор. Тот загудел, наполняя комнату странной, пульсирующей вибрацией. Из недр аппарата вырвался тонкий луч синего света, направленный прямо в сидящего на стуле бывшего властителя дум немцев.

— Процесс инициализации запущен, — безжизненным голосом произнёс офицер. — Синхронизация данных... перенос сознания...

Гитлер чувствовал, как его разум погружается в хаос. Мысли рассы́пались, словно карточный домик, перед глазами мелькали обрывки воспоминаний, лица, события...

— Что... вы... делаете... — прошептал он, прежде чем тьма поглотила его окончательно.

— Процесс завершён, — отчеканил офицер, выключая прибор. — Объект готов.

Человек в плаще повернулся к Борману.

— Работа выполнена. Можно активировать новую копию.

Борман кивнул.

— Отлично. Отнесите его в ангар, — скомандовал он, указывая на фигуру в кресле. — И приготовьте к отправке в Аргентину.

Двое охранников в форме СС молча вошли в комнату и, подняв неподвижную фигуру из кресла, вынесли её. Борман же подошёл к Гитлеру, который сидел на стуле, по-прежнему без сознания, но его тело уже не было обмякшим. Оно казалось напряжённым, наполненным какой-то сверхчеловеческой силой.

— А теперь займёмся тобой, — прошептал Борман. — Ты станешь нашим оружием.

Глава 26

Спустившись по лестнице из лаборатории, танкисты очутились на небольшой платформе, ведущей в обширную подземную галерею. Стены, облицованные облупившейся штукатуркой, словно хранили молчаливое свидетельство о неумолимом беге времени. Воздух здесь был непривычно свежим, будто работали мощные вентиляционные системы, что казалось странным для старого бункера. Виктор нахмурился, чувствуя несоответствие между обстановкой и чистотой воздуха, в котором был слабый запах озона, указывающий на сложную систему обработки воздушных потоков.

— Где мы? — нарушил молчание Болик, оглядываясь по сторонам.

— Похоже на бункер, но вентиляция, свет... — с сомнением протянул Тидеман, не закончив фразы. Однако после короткой паузы он выдал команду:

— Идём за мной, я думаю, знаю, где мы находимся.

Танкисты последовали за подпоручиком, повинуясь не столько приказу, сколько его уверенности в голосе. Виктор, испытывая всё более настойчивый зуд в левой пятке, решил, что идёт в правильном направлении, и вёл экипаж за собой.

По мере продвижения по коридору, серая штукатурка на стенах уступила место металлическим панелям. Сначала матовым и покрытым слоем краски, но с каждым шагом металл становился всё более блестящим, превращаясь в подобие зеркала. Освещение усиливалось, приобретая холодный, почти хирургический оттенок и сопровождаясь лёгким треском. Пол под ногами был покрыт незнакомым, гладким материалом. Вентиляторы тихо гудели, создавая ощущение прохлады. Галерея оказалась огромной, с высокими сводами и рядами мигающих ламп. Из глубин доносился ритмичный стук, словно билось гигантское механическое сердце.

Внезапно Рекс зарычал, и из динамика ошейника раздался голос:

— Он близко.

Тидеман остановился, оборачиваясь на пса.

— Рекс, ты что-то сказал? — удивлённо спросил Виктор.

— Он идёт, — повторил голос из ошейника.

Подпоручик поднял брови. Четвероногий боец крайне редко использовал свой "переводчик", только в самых критических ситуациях. "Значит, происходит что-то серьёзное", — подумал Виктор, чувствуя, как по коже пробегают мурашки.

Воздух сгустился, точно перед грозой. Якуб невольно сжал кулаки до хруста костяшек. Болик отступил, упёршись в стену. Даже притих Рекс, напряжённо наблюдая за пустым, казалось бы, пространством перед ними.

Внезапно воздух задрожал, и из тонкой, едва заметной ряби появился знакомый человек в тёмном костюме. Высокий и худощавый, он смотрел на них со зловещей улыбкой. В руке незнакомец держал сигарету, дым от которой поднимался, создавая вокруг него мрачную ауру.

— Господин Тидеман, мы вновь встречаемся, — начал он теми же словами, что и в прошлый раз, но теперь уже по-русски. Его голос, спокойный и уверенный, заставил Виктора вздрогнуть.

— Ты что здесь делаешь, сатана?! — прорычал Здан, и в его голосе звучала нескрываемая угроза.

Лёлик же, увидев "наблюдателя", медленно вскинул автомат.

— Уйди с дороги. У меня нет времени на твои игры, — жёстко сказал Виктор, доставая пистолет.

— Время у вас есть. И вы должны меня выслушать, — спокойно произнёс незнакомец, не обращая внимания на то, как на него целятся. — Я пришёл сообщить вам нечто важное.

— Как же, — хмыкнул Лёлик. — Ты хотел нас…

— Ваше стремление убить Гитлера способно уничтожить всё. Прошлое, настоящее, будущее... — прервал его курильщик.

Тидеман напрягся.

— Время — это хрупкая паутина, — продолжил незнакомец, выпуская клуб дыма, — и ваши действия создают в ней разрывы.

"Он знает, — подумал Виктор. — Он в курсе моих путешествий во времени. Но откуда?"

— Есть... другие пути, — тихо произнёс "наблюдатель". — Пути, которые не поставят под угрозу реальность.

— Фюрер должен быть наказан! — убеждённо выкрикнул Якуб, его руки дрожали от едва сдерживаемой ярости. — Он пролил слишком много крови!

Человек в костюме перевёл взгляд на Якуба и широко улыбнулся, демонстрируя свои белоснежные клыки.

— Подумайте хорошенько, — тихо проговорил "наблюдатель", голос его стал ещё более пугающим. — Время на исходе.

Сделав шаг назад, он словно растворился в воздухе, оставив после себя лишь сладковатый запах сигаретного дыма и смутное чувство тревоги.

— Что же делать, пан поручик? — нарушил тишину Болик.

Тидеман задумался. "Что, если он прав? Что, если мои действия и вправду способны разрушить Вселенную?" — пронеслось в его голове. Воспоминания о парадоксах времени, о том, как даже самое незначительное изменение в прошлом может привести к непоправимым последствиям, нахлынули на него с новой силой. Неужели он возьмёт на себя такую ответственность?

Однако в тот момент, когда Виктор начал сомневаться, перед его внутренним взором всплыло лицо Старой Сары. Именно оно напомнило о данной клятве, о взятой миссии. Что такое Вселенная, когда на кону месть за прабабушку? Что важнее возможности пить и есть кошерную пищу, не боясь подавиться? Виктор давно решил для себя эти вопросы, и даже сейчас, несмотря на предостережение о грядущей катастрофе, он не мог сойти с выбранного пути.

— К чёрту эту реальность, — тихо, но твёрдо сказал Виктор. — У нас у всех свои счёты с Гитлером. Двигаемся дальше, товарищи.

Глава 27

Команда Тидемана продвигалась вдоль галереи. Шаги отдавались эхом в пустой комнате, прерываясь едва слышным гулом вентиляции. Отражения в зеркальных стенах создавали ощущение нереальности. Зуд в левой пятке Виктора усиливался, но конца галереи не было видно. Бесконечные ряды отражений и светящихся полос ламп на потолке сливались воедино. Заметив растерянность товарищей, Тидеман остановился.

— Что-то не так? — спросил подпоручик.

— У меня странное ощущение… — пробормотал Здан. — Будто мы уже проходили по этому коридору. Всё это уже было.

— Может, заблудились? — предположил Болик. — Эта галерея бесконечна.

Виктор нахмурился. "Неужели мы и вправду заблудились? — промелькнула в голове тревожная мысль. — Или это ловушка?"

Рекс, шедший рядом с Якубом, вдруг занервничал. Пёс начал беспокойно бегать взад и вперёд, принюхиваясь к стенам.

— Что с ним? — спросил Новак. — Учуял что-то?

Овчарка остановилась возле одной из металлических панелей и начала царапать её лапой.

— Здесь! — раздалось из ошейника. — Здесь что-то есть!

Тидеман подошёл ближе. На первый взгляд — обычные гладкие, металлические панели. Но, присмотревшись, Виктор заметил, что одна из них слегка выступает вперёд. Подпоручик надавил. Металлическая плита с тихим щелчком отодвинулась, открывая узкий проход.

— No proszę! 1) — удивился Болик. — Секретный лаз!

— Молодец, Рекс, — похвалил пса Виктор. — Ты настоящий герой. Как вернёшься, получишь косточку.

Тидеман заглянул внутрь. Туннель был узким и тёмным, но в глубине мерцал слабый свет. В этот момент лейтенант почувствовал резкую боль в левой пятке — будто его укололи иглой. "Это знак, — подумал Виктор. — Нам туда."

— Пошли, — сказал подпоручик. — Посмотрим, куда он ведёт.

Танкисты, один за другим, пролезли в узкий проход и, пригнувшись, двинулись вперёд, кроме Рекса, который уверенно занял место в хвосте колонны, выпрямившись в полный рост. Через несколько минут отряд оказался в небольшом помещении, освещённом тусклым красным светом. В самом центре находился лифт.

— Что это? — спросил Лёлик, с недоумением разглядывая блестящую кабину. — Я таких штук никогда не видел. Какая-то платформа... без тросов и цепей... И свет внутри...

Лорик приблизился к лифту и нежным движением пальцев коснулся стеклянной стены.

— Холодная, — пробормотал Лёлик — И гладкая. Как... как лёд.

Виктор грустно улыбнулся. "Ещё один привет из будущего, — подумал Тидеман. — Слова "Наблюдателя", эта галерея, и теперь этот лифт... Похоже, я зашёл слишком далеко. Но возвращаться уже поздно".

— Это подъёмник, — объяснил Виктор. — Он поднимет нас наверх.

— Наверх? — Болик с интересом посмотрел на потолок. — А куда именно?

— Скоро увидим, — сказал Виктор. — Вперёд.

Танкисты вошли в лифт. Тидеман провёл рукой по гладкой поверхности, ища элементы управления. "Се́нсорная, — подумал он. — Конечно". На дисплее загорелась единственная кнопка, и Виктор нажал на неё. Двери плавно закрылись. Лифт бесшумно тронулся вверх, лишь лёгкий шелест нарушал тишину. Через стеклянные стены начал пробиваться яркий свет. Попаданец невольно поёжился: холод проникал внутрь кабины.

Двери с тихим шипением раздвинулись. Бойцы оказались в огромном ангаре, залитом ярким светом прожекторов. Воздух наполнял оглушительный гул работающих механизмов. Виктор замер. F-16. Американские истребители. Здесь, в Берлине, весной 1945 года. "Как это возможно? — пронеслось в голове подпоручика. — Они же появились только..." Он осёкся, прикусив язык, испугавшись, что выдаст мысли вслух.

Рядом с истребителями суетились техники в незнакомой форме. А неподалёку, на фоне огромной карты с изображением мира, находился Гитлер, окружённый группой людей в чёрной форме. Они замерли неподвижно, опустив головы, как паства перед всемогущим божеством. Фюрер был одет в чёрную форму СС, его лицо было холодным и жёстким, а глаза горели красным светом. Эта картина вызвала у Виктора неприятное чувство дежавю. Где-то он уже видел подобное... Но где? Воспоминание ускользало, растворяясь, как дым.

Адреналин бурлил в крови Виктора. Цель охоты была совсем рядом. Тидеман сжал пистолет в руке и прошептал:

— Вот он, наконец-то.

Глава 28

Виктор прицелился. Сердце подпоручика колотилось в груди, палец застыл на спусковом крючке. Секунда — и звук выстрела разлетелся по ангару, эхом отражаясь от металлических стен и высокого потолка. Пуля промчалась несколько метров и... растворилась в воздухе, оставив после себя едва заметное искажение, подобное миражу над раскалённым асфальтом.

— Что за...? — недоумённо пробормотал Тидеман, пытаясь понять, куда же делась пуля.

В тот же миг люди в чёрной форме, стоявшие вокруг Гитлера, резко повернулись к танкистам и бросились к ним. Они двигались с невероятной скоростью и плавностью, будто были не людьми, а боевыми андроидами. Скинув капюшоны, они обнажили лица. Попаданец с ужасом увидел, что перед ним — женщины. Красивые, холодные и безжалостные. Их глаза вспыхнули синим светом, придавая им вид сложных машин. В руках появилось оружие — небольшие белые пистолеты с острыми гранями и мигающими индикаторами.

— Чёрт! — выдохнул Болик отступая. — Что это ещё за чертовщина?!

— Охрана, — хрипло произнёс Виктор. Он начал осознавать, что слова "наблюдателя" стали стремительно влиять на его планы.

Ангар наполнился звуками сирен и криками убегающих техников. Красный свет замигал под потолком, усиливая хаос и панику. Одна из охранниц оказалась рядом с Виктором, быстрее, чем тот мог что-то предпринять. Её короткая стрижка и выбритые виски подчёркивали жёсткие черты лица, а ледяные, серые глаза пронзали Тидемана насквозь. Сердце подпоручика сжалось от нехорошего предчувствия.

— Du hast es gewagt, den Führer anzugreifen, — сказала она спокойно, но в её словах звучала угроза. — Du wirst dafür bezahlen.1)

Женщина выстрелила. Виктор едва успел увернуться. Пуля пронеслась у его виска и с громким звуком ударилась в металлическую стену ангара, оставив на поверхности небольшую вмятину. Холодный пот прошиб попаданца. "Вот они, — промелькнула тревожная мысль, — Эти аномалии...".

— В бой! — закричал Тидеман. — Нас хотят убить!

Якуб и Здан начали вести огонь из автоматов. Женщины-охранницы двигались с невероятной скоростью и ловкостью, изгибаясь и скользя по стальному полу, пытаясь уклонится от пуль. Их движения были точными и бесшумными, как будто они были сотканы из тени и дыма.

Лёлик, ища укрытия, отскочил в сторону и спрятался за ближайшим ящиком. Он прицелился и выпустил короткую очередь по ногам одной из женщин. Та упала, но сразу же встала и бросилась в атаку. Лёлик успел выпустить дополнительную очередь и смог вынудить противницу отступить.

Болик, вспомнив про гаечный ключ, который прихватил из лаборатории, бросился на одну из женщин. Однако охранница уклонилась от удара с невероятной гибкостью и резким движением ударила механика ногой в грудь. Нехребицкий отлетел назад и с грохотом упал на пол.

Рекс яростно залаял и кинулся на другую женщину. Та, предвидя его атаку, в последний момент отступила на шаг, и пёс пролетел мимо. Прицелившись, она выстрелила. Пуля попала Рексу в лапу, разрывая плоть и кость. Овчарка с глухим рычанием рухнула на пол.

Лорик перезарядил автомат и дал длинную очередь, прикрывая уже Новака, пытавшегося поднять раненого Рекса. Но противницы были слишком активны. Они продолжали атаковать, не давая танкистам ни минуты передышки.

Виктор отчаянно отбивался от двух нападавших на него фурий. Подпоручик выпустил в них оставшиеся патроны из пистолета, заставляя их отступить. Одна из них выстрелила в ответ. Пуля пробила рукав гимнастёрки Тидемана, оставив царапину на предплечье.

В этот момент пол ангара задрожал, и в одной из стен появилась гигантская трещина. С оглушительным грохотом, разбрасывая искры и обломки бетона, в ангар ворвался танк Т-34. Виктор с трудом узнал в этой громадной, искалеченной машине свою "Марию".

Но это был уже не тот танк. Прямо на ходу гусеницы выдвинулись, поднимая корпус машины над землёй. Из бортов появились мощные манипуляторы, напоминающие дополнительные конечности. Дуло пушки угрожающе нацелилось на Виктора. Металл скрежетал и искрился, будто танк перерождался в нечто иное. Трансформация завершилась, и "Maria" превратилась в грозного стального хищника, готового к бою.

— Полиция Времени! — раздался со стороны машины громкий девичий голос. — Вы все арестованы!

1) Ты посмел напасть на Фюрера. Ты за это заплатишь - на немецком.

Глава 29

Внезапно всё вокруг Виктора замерло. Пули превратились в серебристые капли, парящие в воздухе, а искры от выстрелов застыли в пространстве, как звёзды. Люди тоже замерли. Даже гул механизмов утих, окутав ангар в глухое молчание. Виктор, окаменев на месте, чувствовал только громкий стук сердца и жгучую боль в раненой руке. Он был неспособен двигаться, даже моргнуть. Реальность превратилась в холодную, безжизненную фотографию.

"Неужели вся Вселенная против меня?" — переспросил себя Виктор.

В этот момент над трансформированным танком появилось облако голубоватого дыма, которое быстро приняло человеческий облик. Это была голограмма девушки, верхняя часть которой парила в воздухе. Её черты лица, грудь и плечи были чёткими и видны, в то время как остальная часть тела была отсутствующей, как будто обрезана пополам. У неё было строгое, красивое лицо с высокими скулами и пронзительными изумрудными глазами, подчёркнутыми короткими платиновыми волосами, сияющими в красном свете сигнала тревоги. На тонких губах играла едва заметная усмешка.

Молчание прервал холодный, металлический голос:

— Виктор Тидеман, я — Самира Зкскиньски, капитан Полиции Времени. Вам предъявлены обвинения в нарушении Правил Времени. Ваши действия привели к серьёзным искажениям временного континуума, к образованию недопустимой временной бифуркации.

Голос Самиры внезапно утих, и её фигура рассеялась в воздухе, как дымка, оставив лишь эхо высокого голоса. В тот же миг пол под Виктором снова задрожал, и он почувствовал вибрацию под ногами.

С глухим скрежетом металла к потолку начала подниматься платформа, несущая на себе один из истребителей F-16. Но "Мария" мгновенно отреагировала, и её пушка нацелилась на поднимающийся самолёт. Раздался грохот выстрела, однако боеприпас не достиг цели: невидимый барьер защитил истребитель, и снаряд отскочил, упав на хвостовое оперение F-16 внизу, не взорвавшись.

Над "Марией" вновь появилась голограмма Самиры. Её лицо выражало не холод, а ярость.

— Мои предки, вы мне нужны, — сказала полицейская, и её слова звучали не как приказ, а как мольба.

Вдруг мир вокруг Виктора начал расплываться, как будто бы он оказался внутри разливающейся краски. Тидеман испытал лёгкую тошноту, но та быстро прошла. Когда попаданец открыл глаза, то обнаружил себя в большом, круглом помещении, похожем на кабину космического корабля.

Стены комнаты озарялись мягким, голубоватым светом, который наполнял её чувством спокойствия и тайны. В воздухе чувствовались тонкие ароматы, точно пришедшие из другого мира: озон, металл и что-то нежное, похожее на запах цветов. В центре этого уюта, словно прикованная к пространству, висела голограмма Самиры. Её ярко-зелёные глаза сияли тем же необычным светом, что и у тех охранниц в ангаре. Облегающий чёрный комбинезон подчёркивал её стройную, атлетичную фигуру, придавая ей вид воплощения силы и грации.

Виктор осознал, что произошла телепортация, и теперь он находится на борту корабля Полиции Времени. Но как это случилось? И зачем Самира его телепортировала? Вопросы кружили в его голове, однако он ещё колебался их задавать. Подпоручик предпочёл подождать, пока Самира не начнёт разговор сама.

— Где мы? — спросил Новак, оглядываясь по сторонам. Как и Виктор, Якуб и другие члены команды оказались на корабле. Самира телепортировала их тоже.

— Это... неважно, — пробормотал Тидеман, приходя в себя.

— Добро пожаловать на борт "Хроноса", мои предки, — произнесла Самира. Её голос звучал уже не так холодно, в нём появились нотки тревоги. — У нас серьёзные проблемы. Вы нарушили Правила Времени, и это привело к образованию недопустимой временной бифуркации. Мы должны исправить ситуацию, прежде чем она выйдет из-под контроля.

Тидеман посмотрел на бледные, испуганные лица своих товарищей, на раненого Рекса, и понял, что просто уйти отсюда не получится.

— Что конкретно вы хотите от нас? — спросил подпоручик, пристально глядя на Самиру. Он понимал, что капитан Полиции Времени — их единственный шанс на спасение. "Если я хочу выбраться из этой переделки и закончить начатое, — подумал в тот момент Виктор, — мне придётся играть по её правилам."

Эпилог 1

Солнце, пробиваясь через белые жалюзи, оставляло на столе полосатые тени, а ветерок с озера Киннерет доносил лёгкий запах жасмина с балкона. Матушка Сара, как всегда, суетилась у плиты, готовя завтрак. Её муж Григорий, сидя за кухонным столом, нетерпеливо постукивал пальцами по деревянной поверхности.

— Сара, что у нас сегодня на закуску? — голос Григория прозвучал с отчётливым одесским акцентом.

— Ой, Гриша, ты же знаешь, доктор запретил тебе жирное! - ответила Сара не оборачиваясь. — Ешь твою мацу с творогом и не канючь!

Григорий нахмурился, но спорить не стал. В последнее время он чувствовал себя не очень хорошо, да и забота Сары, хоть порой и утомляла, была ему приятна. Дядя Айзик, за всё время завтрака не проронивший ни слова, беспокойно ёрзал на стуле. Взгляд Айзика блуждал по комнате, пока не остановился на семейной фотографии в потёртой серебряной рамке. Снимок был сделан много лет назад, ещё в Одессе. Лица на нём выцвели, будто стремясь раствориться в прошлом. Но улыбки всё ещё лучились теплом, как бы пытаясь удержать ускользающие воспоминания.

— Слушайте, — дядя Айзик заговорил медленно, с трудом подбирая слова, — а кто это на фотографии? — он указал на молодого человека лет двадцати, в светлой рубашке и с задорной улыбкой, стоящего рядом с Григорием.

Григорий резко повернул голову, вопрос его застал врасплох.

— Шо ты, Айзик, с ума сошёл? - удивился он. — Все свои. Не узнаёшь, что ли?

— Та нет, вы поглядите хорошенько! - настаивал дядя Айзик. — Там какой-то молодой человек лишний.

Григорий, ворча что-то про склероз и плохое зрение, подошёл к фотографии. И замер. Рядом с ним на снимке действительно стоял незнакомец. Лицо незнакомое, глаза умные, проницательные, но что-то в нём было неуловимо знакомое, будто призрак давно забытого сна.

— Сара, иди сюда! - окликнул он жену, голос его слегка дрожал. — Ты глянь, кто это у нас на фото?

Матушка Сара с нервной улыбкой подошла к фотографии.

— Ой, - удивилась она. — Так это же Витенька! Мой сыночек!

— Какой Витенька? — не поняла Идель, которая только что вошла в комнату. — Ты шо, Сарочка, уже и родного племянника не узнаёшь?

Сара нахмурилась, всматриваясь в фотографию. "Витенька... Витенька..." — крутилось у неё в голове.

— Витя... Витя... - шептала она, будто пытаясь вытащить из глубин воспоминаний забытое слово. Но память, как испуганная птица, упорхнула, оставив после себя лишь пустоту и смутное чувство тревоги. Кто этот молодой человек, так похожий на её сына? И почему она не может его вспомнить? Сердце Сары сжалось от неясного предчувствия. Что-то происходило, что-то важное и страшное, но она никак не могла разобраться, что именно.

Эпилог 2

Лифт неожиданно тряхнуло, металлический скрежет пронзил нервы. Через прозрачные стены из загадочного материала пробились вспышки огненного сияния. Оно бушевало где-то в глубинах земных недр, окрашивая проносящиеся мимо слои грунта, камня, руды в багровые оттенки. Мозаика цвета и тени напоминала безумный фильм, запущенный на фантастической скорости. На мгновение в этой бешеной гонке появился слой раскалённой лавы, обдав кабину волной жара.

В голове Адольфа Гитлера пульсировала боль, перед глазами всё плыло. "Где я? Что происходит? Неужели мы на Огненной Земле, и это вход в тот самый подземный мир? Или это ад? Наказание за мои грехи?" — обрывки мыслей, как осколки разбитого зеркала, не складывались в единую картину. Фрагменты кошмара вспыхивали в памяти с новой силой: искажённое фанатизмом лицо Бормана, ледяная игла шприца, парализующий ужас. А затем — этот адский спуск в непроглядную бездну, в самое чрево земли. Сердце отчаянно билось, пыталось вырваться из тесной грудной клетки. Дыхание сбивалось. С трудом подавив приступ паники, фюрер заставил себя заговорить.

— Мартин, — голос прозвучал хрипло и неуверенно, — ради всего святого, куда ты меня везёшь? Это и есть Аргентина?

Борман, стоявший у стены, медленно обернулся. В его зрачках, как два уголька в пепле, тлел зловещий огонёк.

— Скоро сам увидишь, Адольф, — прошептал секретарь, и его голос, глубокий, гипнотический, казалось проник в самую душу. — Считайте это моим подарком. Тебе, Адольфу, и... всему миру.

"Подарок?" — мысль отозвалась тупой болью. Интуиция, обострённая животным страхом, кричала: "Беги! Спасайся, пока не поздно!" Но тело не слушалось, превратившись в безвольную марионетку в руках безумия. "Я должен был умереть там, в бункере! Почему я здесь? Что это за место?" — новая волна паники подкатила к горлу.

Резкое торможение бросило его вперёд. Адольф инстинктивно выставил руки, ожидая удара, но его не последовало. Некая невидимая сила удержала кабину на грани пропасти. В тот же миг стена, у которой стоял Борман, исчезла, будто растворившись в воздухе.

Перед глазами вспыхнул яркий свет. На мгновение Гитлер ослеп, потом зрение вернулось, но всё вокруг продолжало кружиться. Его мутило, волна головокружения подкатила к горлу.

— Взгляни, Адольф, вдохни до дна! - Голос Бормана доносился будто издалека.

Самоуверенно нажав на скрытую панель, Борман заполнил кабину необычным воздухом. Он был прохладным, насыщенным ароматом незнакомых цветов и влажной земли, с лёгкой примесью озона. Головокружение усилилось. Гитлер с трудом открыл глаза.

Представшая его взору картина превзошла все возможные фантазии. Огромный подземный мир уходил в необъятную даль. Воздух, тяжёлый и густой, был наполнен неярким, мерцающим светом. Из глубин доносился глухой гул, словно билось сердце гигантского чудовища. Слышался тихий шелест, точно ветер пробегал по листве невиданных деревьев.

Вдалеке курились вулканы, окрашивая небо в багровые тона. Пышные заросли, не знавшие солнца, простирались до самого́ горизонта, скрывая в своих дебрях невиданные формы жизни. Странные птицы с переливающимися, как самоцветы, перьями пари́ли в воздухе, наполняя пространство мелодичными, зловещими криками.

Но внимание фюрера привлекло не это. Внизу, на равнине, расстилалась сеть переливающихся сфер, соединённых между собой вибрирующими нитями. По ним, как жидкость по трубкам, текла лазурная энергия. Ажурные сооружения, напоминающие гигантские соты, меняли цвета, создавая фантастическую, инопланетную картину. Купола были разных размеров: от небольших, похожих на драгоценные камни, до гигантских, напоминавших святилища. Они сияли нежным, колеблющимся светом, отражая все цвета радуги.

— Что... что это? — прохрипел он, чувствуя, как сухость сковывает горло.

— Наш новый дом, Адольф, — произнёс Борман, и в его голосе послышались металлические нотки. — Мир, где сбудутся наши самые смелые мечты.

— Но как...? — прошептал Адольф, цепляясь за последнюю надежду, что это всего лишь сон, кошмар, наваждение.

Борман приблизился, его зрачки казались двумя раскалёнными угольками в мерцающем свете.

— Это Агарти, мой фюрер, — объявил он, и его глаза горели фанатическим блеском. — Древняя цивилизация, которая веками скрывалась от человечества на поверхности. Они владеют знаниями, о которых мы могли только мечтать. Здесь мы найдём силы для возрождения нашей великой нации! Для создания Тысячелетнего Рейха! — его голос прозвучал с новой силой и уверенностью.

Улыбка Бормана была похожа на оскал хищника. "Теперь вы в моих руках, мой фюрер", — словно прошептал его взгляд. Наклонившись к уху Гитлера, он продолжил уже совсем другим, вкрадчивым голосом:

— Адольф... нам выпала уникальная возможность... возможность присоединиться к тем, кто владеет самой великой силой во Вселенной... к Властелинам Времени.