Подробности подступающей жизни...
Глава первая. Подростки.
Часть первая. Подростки.
Сижу я вчера, играю в интернете. Ко мне подходит девочка и говорит:
- Привет!
- Привет, - отвечаю я.
- А ты стенишь Страй Кидс, - Спрашивает девочка.
- Нет. – Отвечаю я.
- Засте́нь их, пж (пожалуйста), - пишет мне в интернете девочка.
- Оке ( О, Кей), - ответил я.
Вместо эпиграфа. Взято из блога. Напечатано с разрешения автора блога.
Иногда, современный русский язык, при обычном, и даже не тестовом его прочтении, приносит мне такие головоломные задачи, что смотришь на первоначальный диалог и понимаешь, что понимаешь в этом диалоге и в самой ситуации только буквы. Знаешь, что эти буквы, определенно, русские.
А вся ситуация развивается дальше довольно интересно. И все пользователи интернета и сайта прекрасно понимают это. И реагируют вполне адекватно, и обсуждают возникшую ситуацию.
И только лишь я одна, ничего не понимая, смотрю, по чужим ответам, смутно, о состоянии дел догадываюсь. И снова, и опять, по - прежнему не понимаю ничего…
Схожее состояние случалось у меня, когда на приличный, хотя и чо́порный немножечко, сайт, выстроенный на несколько архаическом диалекте или подвиде классического испанского языка «Кастельяно», вдруг вваливались шумной толпою десятка полтора португальцев!
Я вспоминаю теперь своё тогдашнее состояние, вернее, нестояние и непонимание!...
Сидишь в два часа ночи перед интернетом и телефоном, отчаянно стараешься не заснуть, потому что только лишь из перешейка Америки Северной там, где Мексика располагается, или же из Южной Америки там, где лежит, примерно, или примерная страна Аргентина, случается интернетное общение с носи́телями испанского языка. Не встречи, но интернет - посиделки с общительными испанцами.
Испанцы решают свои проблемы, проводят неспешные переговоры со мною.
А мне так нужен их разговорный испанский язык!
Я в нашей обычной районной и русской школе волоку́ ребенка - дислексика на семейном образовании! И отвечаю за все двадцать три - двадцать пять школьных курсов - предметов. Всегда только одна, за всё про всё!
И, если обучая свою старшую дочь в десятом - одиннадцатом классе, я ещё трепыхалась не так, чтобы:
- Подайте мне все методички и методики образования, особенно в образовании семейном! Но я, хотя бы, пыталась и спрашивала:
- А как же мне найти методи́чки или мето́дику для всех предметов старших или выпускных классов?
Хотелось мне понять самой и объяснить потом своему ребенку программу старших классов ясно и понятно. И постараться, чтобы он, мой ребёнок тоже понял все эти темы.
И заменить отсутствие лабораторий, экспериментов, реактивов или пробирок и всех других лабораторных работ и опытов, обычным теоретическим знанием из учебников, научных или научно - популярных книг! И оставаться понимаемой преподавательницей всех предметов, понятной и по́нятой! Своим ребёнком - семейником и самой школой!
А с младшим ребенком я понимаю, окончательно, что не готова государственная школа и все большое образование, не понимают они сами суть системы семейного образования. И не хотят работать с нами учителя и преподаватели. А, даже если бы и хотели, то все равно ничем не смогут они мне помочь…
Поэтому я сижу в два часа ночи и сторожу испанца около моего телефонного и мобильного интернета! Быть может он, мой испанец, окажется вдруг общительнее испанцев прочих!
Не станет убегать от той настырной и русской бабы, которая в их драгоценном испанском языке лы́ка не вяжет! Но прочитавши несколько самоучителей классического, испанского языка, пытается подобрать слова для испанского общения.
И хоть как - то не на русском родном языке объясниться!
И я сижу, и я сторожу! И я безнадежно уже в ночном интернете и языко́вых коридорах запутамшись!
Их великолепный и просто Великий Испанский язык давно уже разбился на ряд островков, течений и подтечений внутри самого испанского языка.
Еще немного, и случится так, что из - за обилия диалектных, чаще всего, индейских словечек, заимствованных испанцами в разных частях Америки от индейцев, коренных жителей обе́их Америк, одни испанцы из страны Уругвая будут плохо понимать других испанцев с - под страны Аргенти́ны.
И вся Великая Академия Испанского Языка мало уже что - то может сделать с этими языковыми различиями, как - то с ними, внутри испанского языка, справиться. И эти различия бывают намного более серьезными, чем наши отличия вместо русско - диалектного слова «Чаво» или его изменения в разных областях России на «Чывой - та», вместо литературного слова «Чего?». Которое тоже всё - равно никаким русским жителем до последней буковки правильно не выговаривается!
А долетают нам эти диалектности в различных го́ворах русского языка, как будто бы с - под Парижу, откуда - нибудь из - под Барыша. И только широкая русская душа своей интуицией определяет эти диалект - отличия. И правильно, и без мата, на них отвечает!...
Но мне - то надо сегодня понять, а через день, через неделю, в конце полугодия, иностранный испанский язык в русской школе, не мною, а моим ребенком, правильно сдавать! Английский язык я пока сдавать не могу. Не слышу его английского звучания.
Учила вместе со старшей дочерью, читала книги, да так и не поняла, что умение читать и понимать английскую литературу без словаря, совсем не равнозначно владению иностранным языком в полном объеме. И потому я спряталась в экзотичный испанский язык, что он, как слышится, так и пишется!
И вот теперь, я не только должна в считанные недели научиться понимать и говорить на испанском языке.
Но еще и обучить всем этим умениям своего ребенка, дисгра́фика и дисле́ксика!
..И потому сторожу испанца я, сначала сидя, потом лежа на диване, целую ночь, ко всему полностью готовая!
И грустно вспоминаю, как совсем недавно возился один испанец со мной.
Он был родом откуда - то из Южной Америки. Наши языковые отношения развивались постепенно и пространялись вглубь.
Мужчина расспрашивал, а я старательно понимала языко́вые тонкости. Испанец писал о себе, что он работает для Ютуб.
Снимает сюжеты о животных сельвы, потом их выкладывает в интернете.
В доступном диапазоне испанского языка я восхищалась талантами Мастера!
Потом дикая обезьяна спрыгнула с диких ветвей, в сельве и украла "ка́мара",то есть, камеру.
Маэстро небрежно поинтересовался у меня, "марида" ли я, то есть, замужем ли, в настоящее время.
Я отвечала, с гордостью оттого, что знаю слово, и речь чужую, письменную, поняла:
- Yo estoy marida, то есть, замужем.
Я просто не знала тогда, что надо бы немаридной мне тогда быть.
Тогда бы отношения наши, возможно бы, и продолжились, ради вытягивания из русской женской души денег на новую "ка́мара"…
Ушел мгновенно мой испанец, как яркий представитель испанского языка.
Зато появились десятка полтора веселых португальцев в общем чате. И с ходу обозвали меня фефёлой! Все русские корни во мне возмутились. Словарь языко́вый испанский тоже ничего не объяснял.
И только потом, ла́зая в разных сайтах, я выяснила, что португальцы - натура́лы не обзывали меня, а называли ласкательно, вполне себе приятной девушкой! И эта фефёла была просто их ласковым словом для женщины...
С тех пор, я, хоть и вгрызалась несколько раз так глубоко в языки, что стал португальский язык для ребенка незаметно родным!
И это создала с нами, выдавая аттестат образования, обычная русская школа!
Но все - таки, продолжаю побаиваться непонятных слэнговых слов я…
А здесь и сейчас, в интернете, передо мною продолжал разворачиваться непонятный русский язык:
- Ну, типа, хорошо, О,Кей, - девочка меня в друзья добавила. А сегодня произошла такая ситуация:
- Привет! - Снова пришла девочка в интернет.
- Пр(Привет) - отвечаю я.
- Ты сте́нишь Страй Кидс?
- Нет, я пока их еще не засте́нила, - отвечаю я.
- Ты дура, - не спрашивает, а утверждает девочка. И я, как автор текста, не продвинутый Автор Блога, совсем ничего не понимаю.
Ведь Дурра(durra в оригинальном написании), в переводе с испанского и с двойным раскатистым «Р»("rr") обозначает, скорее похвалу, потому что слово значит: Твердая, упертая!
- Я с тобой больше не дружу! Я выкинула тебя из друзей! - Сообщает девочка.
Перестаю понимать, что же произошло в том блоге, который я сейчас прочитала. И лезу в словари Гугла за объяснениями.
И выясняю, что сте́нить означает любить, фанатеть. А Страй Кидс, группа певцов корейских.
Не я одна не понимаю события в русском интернете без словаря. Особо понимающие новый молодежный слэнг, въезжали в оскорбительную для автора блога ситуацию моментально и предлагали, пока только словесно, переехать подростка КАМАЗом, предлагали с добавлением всем понятного русского мата.
Тогда я сличала свои новые знания по молодежному слэнгу с тем, что мне самой рассказал в ответе на мой о́тзыв - комментарий автор блога. И понимала, наконец - то, что ситуация выглядит так:
- Эта молодая девочка просто еще очень маленькая, совсем подросток, поэтому такая упертая, грубоватая и безапелляционная.
Интернет дает свободу всем, особенно молодежи. И он же добавляет уверенности.
Я, прочитавши блог, даже и на русском языке, совсем переставала понимать, что же он значит. Поэтому подняла
Опера́, вошла в них и перерыла словари в Гугле. И выяснила - таки суть конфликта.
Очень Молодая Дама, совсем подро́сток, не дала времени Автору Блога зацени́ть её любовь к корейской певческой группе. Потому что за один вечер любовь не созревает, проникнуться теплыми чувствами тоже невозможно!
А девочка стала обзываться, удалять из друзей, ставить в полное игнорирование.
Но и прочим, как я теперь понимаю, другим читателям и почитателям Автора Интересного Блога нет очень большого повода искать, например, по всей России или выбирать из всего населения случайно выбранного города Нарьян - Мар, эту Очень Молодую Даму.
И приводить в действие план «Б», а точнее переезжать подро́сточка КАМАЗом…
Сама девочка поумнеет, сама повзрослеет, а если даже и нет, то со временем всё равно вырастет и переменится!...
Глава вторая. Он так хотел поверить...
Часть вторая. ОН ТАК ХОТЕЛ ПОВЕРИТЬ…
…Надо что-нибудь чудесное написать.
Из письма Хорошей Девушки.
Вместо эпиграфа...
...По утренней лёгкой дороге пришла к нему Ассоль. Сидела на подоконнике, болтала в воздухе загорелыми ногами, разговаривала, спрашивала.
Как все Хорошие Девушки, а Ассоль, придуманная им, была, несомненно, очень Хорошей Девушкой, она любила разное, желала странного, скучала без приключений и чудес. Она рассказала усталому чародею немного своих, маленьких, смешных новостей, затем сказала, уже сожалея.
- Меня ждут, мне пора. - Подобрала ноги, перекидывая их через подоконник, перевернулась на месте, крутанулась на подоконнике и спрыгнула, оказавшись уже с другой стороны окна.
Но прежде чем Ассоль исчезла совсем, потерявшись среди его собственных, туманных и неясных фантазий. Чародей увидел рядом с ее хрупкой фигуркой не только силуэт спутника девушки, сдержанного аристократа, верного Графа Грэя, но и что - то ещё, не́что огромное, не страшное, но необъяснимое, что спускалось к девушке в мерцании алых парусов и шелесте шёлковых и блестящих невидимых крыл.
- Это - любовь, - решил чародей. - Это я увидел их любовь, любовь и взаимную привязанность, Очень Хорошей Девушки Ассоль и Графа Грэя. - Затем Чародей передумал и решил. - Нет. Для любви всегда нужны только двое: Мужчина и женщина создают Свои Отношения и выстраивают Собственную Любовь.
Чем становилось в его мыслях, памяти и душе́, то непонятное и громадное, что неожиданно привиделось ему, в отблесках алого шёлка, сияющих розовым светом парусов или громадных шёлковых крыл, чародей пока не знал. И очень болела его бедная голова, задавленная жарким, чугунным грузом воспаления, высокой температуры, бреда. И постоянно смешивались и путались его шероховатые, как наждак, очень тяжёлые и непонятные самому Чародею мысли.
Наверное, Чародей умирал и понимал о себе это.
В горячечном бреду его мысли всё больше и больше путались. Они становились шершавыми, шершавее и мучительнее, чем наждак. И такими навязчивыми, что повторялись они повторялись и влезали в больную голову.
Эти тяжёлые мысли сидели долго внутри больной и усталой головы. И рвали на части её оттого, что не успокаивались и требовали внимания.
Тогда сдавалось и уставало сердце. Оно возмущалось и билось о ребра быстро и часто, затем уставало и останавливало свой бег.
Чародей тогда задыхался и мучился. Но если Медицинская Сестра успевала прибежать или понять, она прибегала с блестящим шприцом, наполненным мутноватым раствором лекарства - камфары.
И вса́живала иглу со шприцом в почти уже ничего не чувствующее тело.
И Чародей вырывался из удушья и приходил в себя под расстроенное или рассерженное ворчание - пришёптывание Медицинской Сестры, что драгоценного лекарства, драгоценной камфары оставалось в больнице так мало!
Однажды, после особенно непонятного, но нельзя сказать, чтобы очень уж скверного сна, Чародей пришел в себя и понял, что смерть прошла мимо него, близко, но стороною...
В то утро вынесли пятерых, неподвижных закостеневших тел, унесённых за ночь из жизни и болезни в смерть, самой смертью и тифом. А он, Чародей, пока в больнице, в палате среди живых оставался и лежал, спасённый может быть, только лишь может быть, той скромной, туманной головкой, которая мерцала среди его бреда, показывалась на миг среди теней в тёмном углу, скользила по стене, затем проявлялась или показывалась у окна. А, может быть, всё это, все видения бывали только лишь бредом воспалённого, больного сознания?...
Теперь температура упала, и закончилась тифозная горячка. Так начиналось выздоровление, тяжелое и длительное, потому что слабый организм не мог бороться и не старался быстро выздоравливать.
Чародей уставал быстро. Впрочем, он вышел из бреда и получил теперь собственные, знакомые ему фамилию, имя и отчество.
Он помнил теперь их свои фамилию и имя, он их не любил. Но добросовестно отзывался, если его звала по фамилии или по имени Медицинская Санитарочка.
Он также не любил свою прошлую жизнь, тоскливую, грубую, скучную, но переменить её пока ещё тоже не мог.
И часто мечтал, потея от слабости холодным потом и лёжа на больничной койке, о жизни другой, яркой и интересной. Непонятные образы, чувства не мучили его больше так, как раньше, в мучительном и больном бреду.
Но было внутри него, сидело что - то, что рва́лось на волю и оставалось, что не высказывалось обычными словами: Обрывок внутри, осколок чего - то, неясное, больно́е ощущение и чувство, что он не сделал того нужного и важного, что ему обязательно нужно сделать...
Мужчины абсолютно ничего не знают и всегда очень мало о себе понимают, потому что всю жизнь учатся или всю жизнь сама жизнь учит их, что надо идти и делать всегда понятную, часто тяжёлую, но абсолютно правильную, известную с детства, мужскую работу...
Совсем недавно Александр Гриневский был болен тифом, сейчас болел невозможностью. Другой стороной грани этой тяжёлой и мучительной болезни - тифа, был бред, который, очень нечаянно, вытащил из глубины сознания те, неведомые раньше Александру Гриневскому возможности или потребности не только его лишь потребности, но и потребность всего остального мира и человечества в фантазии, грёзе и яркой, несбыточной мечте!
Александр Гриневский, по отцу поляк, урождённый польский шляхтич, вместе со своим благородным польским родом, настолько давно обедневший, что и не помнил никто уже в их благородном роду́, какой бывает жизнь не в богатстве, а в обычном доста́тке, Александр Гриневский лежал неподвижно на койке, страдая от недоедания и холода. Но если находил в себе силы размышлять, то не страдал от недостатков еды или других невозможностей, а обдумывал...
Продолжение следует, если успею уложиться в сроки конкурс - челленджа.
Часть третья. Он так хотел поверить... Продолжение и окончание.
...«Долговязый» (Гриневский или писатель Александр Грин) оказался неоценимым подпольным работником. Будучи сам когда - то матросом и совершив однажды дальнее плавание, он великолепно умел подходить к матросам. Он превосходно знал быт и психологию матросской массы и умел говорить с ней её языком.
В работе среди матросов Черноморской эскадры он использовал всё это с большим успехом и сразу же приобрел здесь значительную популярность. Для матросов он был ведь совсем свой человек, а это исключительно важно. В этом отношении конкурировать с ним никто из нас не мог.
Вместо эпиграфа. Цитата взята с интернет - ресурса «Писатели - юбиляры» и является отрывком из воспоминаний Члена ЦК партии эсеров Н. Я. Быховского.
Ах, как же хороши бывали лётчики! Есть нечто необыкновенное в том, что к военным дамы так и льнут. А почему, а потому, что патриотки! - Писал Грибоедов.
И те инструктора́ лётного дела, которые годами крутились на небольших аэродромчиках в глубинах провинциальной России, раз за разом выкручивая там фигуры пилотажа, и смену за сменой возили за собой в учебном самолетике - спа́рке курсантов из разных лётных училищ, когда курсантов привозили на практику.
И посмеивались инструкторы лётного дела, объясняя, объявляя и подсчитывая, за сколько же виражей, поворотов и пе́тель лётного пилотажа, они заставят своего самого выдержанного курсанта рыгать, задавливаясь рвотными массами во время полёта, укачанного до полусознательного состояния .
И свои навыки управления самолетом лётчики - инструктора́, а все они почему - то были украинцами, то есть, хохлами, как ласково называли их в Крыму, на всём протяжении от города Симферополя и до приморского побережья, все свои навыки лётного дела инструкторы переносили на легковую машину.
И старенькая машинка в умелых руках, не бежала, а летела вдаль по шоссе. И чутко отзывалась на каждое движение привычной к штурвалу и скорости руки.
И слушалась руля так, что превращалась вся езда в одно сплошное наслаждение. И ветер пел, пересекая шоссе перед лобовым стеклом легковой машины.
И автомашина отзывалась на малейшее движение руля. Ну, как же тут было не влюбиться в лихого украинца Итвинюка́, пилота - инструктора военных самолетов и этой легковой машины водителя!
Хорошего курортного романа по итогам поездки к дядьке в Крым не вышло. Домой, в Россию я увозила охи, вздохи и полностью разбитое сердце, наполненное сожалениями оттого, что герой моего романа, оказывается, может и должен быть только таким: Интересным, быстрым и, главное, великолепно скоординированным мужчиной!
...Родственники с Крыма приехали к нам погостить следующим летом.
Приехал старый дядька, взял свою взрослую дочь. И прихватил до кучи другого лётчика - инструктора И́щенко.
К тому времени герой моего прошлогоднего романа Итвинюк удачно женился. И очень неудачно недавно разбился. Насмерть, на своей легковой машине, на которой он вёз куда - то свою молодую, беременную, жену.
Жена осталась жива. Разбился сам водитель Итвиню́к.
А наша семья и гости сидели все вместе за столом. Ужинали. Выпивали и ели. Разговаривали.
И я присутствовала. Сидела тихо. Смотрела, наблюдала.
Хотела понравиться лётчику замужняя и взрослая дочь дядьки, женщина тридцати с лишним лет по имени Еня. Наверное, она так кокетничала и старалась выглядеть очаровательной.
Рядом со мною, на столе, лежала её грубоватая и натруженная маленькая рука. Взялась за нее, погладила ни о чём особенном не раздумывая.
И получила от Ени в ответ:
- Нам не до маникюров, мы у себя в Крыму работаем, три раза в год картошку собираем, чтобы вас в России прокормить.
Я промолчала в первый раз в жизни застеснявшись за свой молодежный и яркий маникюр и аккуратные ногти, потому что картошку здесь, в России, мы успевали выращивать только один раз в год. И то уставали во время уборки картофеля так, что руками, перепачканными в земле в те, две недели поспешного картофельного рытья, и прикоснуться ни к чему бывало нельзя.
Грязь засыхала на ладонях и пальцах, она не осыпа́лась, а скоргота́лась и шуршала под пальцами потом так, что мурашки бежали по коже от задницы до спины от неприятного и щекотного неудовольствия. Я снова молчала, си́дючи за столом, потому что возразить - то мне было нечего!
И Еня же прислала потом, после поездки, после всех гостева́ний, из Крыма, подробное письмо. Она в письме рассказывала о делах, родни́лась с нами, интересовалась жизнью нашей, подробно все дела обсуждая.
А мне запомнилась одна фраза из её письма:
- Надо что - нибудь чудесное написать. - И я понимала, что моя троюродная, имеющая троих детей и спокойного мужа, сестра Еня была очень хорошей, только немного староватой девушкой.
Но в каждом возрасте у женщины существует желание не просто понравиться, но найти достойного спутника, без разницы, замужняя она дама, свободная или разведенная.
И видела я потом, однажды, в коридорах социальной защиты населения, как жаловалась женщина, что не могла она получить положенную помощь оттого, что умер слишком рано её спутник, её верный Граф Грэй.
И оставалась женщина совсем одна, без помощи и без поддержки, не возмущенная, а смущенная нечеловеческим обращением с ней собеса!
- Дадим каждой девушке и женщине по верному Капитану Грэю! И пусть Граф приходит спутником к каждой в обрамлении любых парусов! И цвет их нам без разницы, и материал не волнует, и особенности парусного оснащения могут быть любыми!
И первым, кто понял эту Великую Женскую Тоску по Счастью, Чуду и удачному, верному спутнику, был писатель Александр Грин.
Потому что нет ничего страшнее, чем женщина разуверившаяся в жизни, в чуде или в собственном муже оттого, что он не такой, как об этом мечтала её женская измученная душа!
Дадим же в этом случае женщинам всеобщую мечту о чуде! Растиражировали чудо Алых Парусов только в позднее советское время. В каждом городе встречалось кафе или столовая с названием «Алые паруса».
А теперь в современное время в Санкт - Петербурге, отмечают целый праздник выпускников под таким же названием.
И прав был великий и печальный мастер Александр Гриневский, обрубивший свою фамилию более, чем наполовину, ради короткого и литературного псевдонима Александр Грин. Он говорил своей жене, читала как - то в мемуарах Нины Николаевны Грин:
- Рядом с виноградной кистью на нашей виноградной лозе, у стены дома, совсем синий, даже фиолетовый лист. Но если я так в книге напишу, то будут ругаться, мне никто не поверит…
Одно время я бредила книгами Грина, читала их все подряд, продиралась сквозь запутанную и непонятную тоску автора, который и сам не мог понять, отчего он так тоскует. И не пытался или не мог объяснить эту несуразную и непонятную тоску своему читателю.
Потом в большом зале областной библиотеки Дворца Книги я нашла и прочитала ранние рассказы Грина. И ужаснулась их яркой и четкой, всегда бессмысленной, жестокости.
Зачем герой рассказа разбивает камнем стекло в окне, только лишь потому, что молодая и красивая дама играет в чистом, нарядном домике красивую пьесу на фортепьяно? И все - таки, рассказ раннего Грина мне запомнился.
Потом выбирала из рассказов мастера те самые синие или фиолетовые, а не зелёные, листы. И понимала, что Александр Грин - прирождённый художник, которого в свое время не научили рисовать.
Поэтому он, обладая точным взглядом художника, первооткрывает неизвестные ранее события и находит новые краски, описывая своё ви́дение мира литературно. И я никогда не понимаю его, потому что для этого надо быть таким же одарённым мастером, как он.
И, так же, примерно, как не понимаю я живописный язык в литературе Грина, так никогда не понимала события и краски на полотнах еще более великого мастера живописи, Рембрандта…
И все - таки, основное желание Грина я поняла. Спасём женщин и девушек от них самих, пока они не перестоялись, как перекисшее тесто на опаре, пока не скислись, пока не превратились из жаждущих Верных Спутников и ждущих чудесных встреч Ассолей в тех жёлчных бабушек и вредных женщин, которые так обожают скандалить в магазинах или обтаптывать ноги и ругаться потом в трамваях!
И если нельзя обеспечить каждой женщине любых лет преданную любовь в реа́ле, давайте им дадим, хотя бы, мечту о счастье и розовых парусах, морях и яхтах, капитанах и дальних плаваниях! Пусть некоторым, хотя бы, мечта поможет, и вредность у них не проявится!
Грин так хотел поверить Революции, Родине, Женщине. Но Революция, как тот кадавр, хватала, обязывала и бросала, как в топку, свой собственный народ, своих же людей. Сначала в схватках и битвах Гражданской войны. Потом в постоянной выбраковке ненужных и неправильных посреди постоянных чи́сток своих рядов, потому что ни одна Революция не обходится без расстрелов и казней неугодных, не может революция без этого.
Родина тоже постоянно предавала Писателя. И никому - то не нужны стали в эпоху массовой коллективизации, раскулачивания кулаков, переселения или высылки целых народов и их семей, романтические гриновские «бредни».
А женщины уходили просто так. Менялся писатель, сменялось и его женское окружение.
И только одна последняя женщина в его судьбе…
И я не говорю сейчас о третьей жене писателя, Нине Николаевне Грин, пережившей Александра Грина на сорок, почти, лет, точнее, на тридцать восемь.
Когда от Грина отказались все издательства, его жена, Нина Николаевна, охарактеризовала этот период одной фразой:
- Тогда он стал умирать.
И смерть оказалась единственной Прекрасной Дамой благожелательной к Писателю и Чародею... Прибрала быстро и без особых мучений.
А после смерти писателя, лет через десять, стали издаваться и переиздаваться его книги, поплыли по всей стране, отмечая разные события внутри страны, Алые Паруса.
Как жаль, что Чародей этого уже не увидел!...
Глава четвёртая. Лагерники.
Часть четвертая. Ла́герники. С меткой конкурса "Детские лагеря́"...
Сейчас я хочу немного побомбить на одного своего одноклассника, ведь он меня уже конкретно достал своими действиями...
Используется, как эпиграф. Взято двумя первыми предложениями из блога "Ну он просто ходячий red flag" автора KoshkaDark21.
Большие сосны дышали прохладным смолистым ду́хом. Дыхание леса доносилось до крыльца.
И немудрено. Сразу за порогом обычного и рубленого двухквартирного особняка на две семьи начинался вековой сосновый лес.
Шуршал под ногами еловый опа́д всеми своими перепревшими и не перепревшими ещё иголками. Хвойные иглы на соснах сменялись нечасто и очень постепенно. Поэтому иглы, упавшие на землю, успевали закрыться листами и травами, а также вездесущими и тонкими стебельками земляники, что в изобилии раскиданная, по всему лесу, на поляне росла.
И яркими, красными, кровяными, бусинами в летний сезон лежала, раскиданная по всему лесу. Погуще и покучне́е на полянах лесных. Поменьше капель земляничной сладкой крови встречалось в лесной гущине́, около ровных и ма́чтовых сосен, рядом с вековыми деревьями, которые в лесу, конкурируя друг с другом за солнечный свет, всегда ровными и высокими росли.
А ветки, уходящие в сторону и вкось у всех деревьев постоянно отсыхали и отмирали.
Сосна - светолюбивое дерево. Она так же, как и земляника, может терпеть лесную полутень. Но не выносит полного и сильного затенения.
Я выходила на крыльцо, вдыхала невозможно вкусный лесной воздух. И думала, что если бы моя полная воля была, то я бы спустилась сейчас с крыльца, перебрела бы неторопливо через свободную от деревьев полянку, дошла бы до опушки леса и погрузилась бы в увлекательные подростковые дела, сбор мелких, но ароматных ягод созревшей кое - где в лесу земляники. И их немедленное поедание, на месте, не отходя далеко от полянки, от каждого земляничного куста.
Я замечала, что вкусной становится только та ягода, которая, срываясь с куста или стебелька, немедленно отправляется в рот. Вот только с таким подходом, если по ягоды в лес пойдешь, дно банки или бидона, которые для сбора ягод берешь, всегда остаются голыми и ягодами не прикрытыми!
А если увлечешься, откажешься, временно, ягоду жрать, то прибывает ягодный сбор в бидоне быстро. Потом солнце начинает сильнее палить, потом устаешь, потом вдруг бидон незаметно наполняется до краёв, с горлом.
А дома, домой пришедши, пытаешься вынуть из горла бидона горсть ягод, чтобы их съесть.
Теперь уже можно! Теперь уже ягоды много до дому приволо́чено!
И кислой кажется любая ягодка, принесенная домой. Теперь только остаётся перебирать мелкую и душистую землянику на варенье или другие зимние заготовки!
Но посмотрела я вдаль, на уходивший от меня, синеющий зелеными своими верхушками вдали лес, что мне показывался в просветах одинокой шоссейной дороги, спустилась с крыльца, совсем в другую сторону пошла.
Меня ждала сегодня обычная школьная отработка.
В пришкольный огород идти не хотелось. Там Тимка был. Высокий и белобрысый мальчик - подросток.
Сейчас, сегодня, во взрослой, обычной, жизни находясь, я бы сказала, что у него, у моего соученика Тимки, хорошая и гладкая блондинистая прическа всегда была. Тогда же я думала, что у него растут, на его дурной голове, бледные и прилизанные, ко лбу и к маку́шке, волосы.
Мы переехали недавно в это забытое в то время Богом и населенное людьми небольшое село. Единственный на всю округу из деревень и сёл монастырь, лежал в товремя , на окраине села в неопрятных разрухах и полных развалинах...
Я вышла в школу, сменила ее посередине зимы. Шла в новую для себя школу, привычная постоянно менять деревенские или же городские школы, переходить из школы в школу, прибывать из из одной деревни в деревню другую, переезжая вместе с семьей, вслед за отцом.
Не очень - то и волновалась при смене школ, потому что никогда не успевала к новым школьным отношениям привыкнуть. Потому что семья раз за разом срывалась с места, следуя за сельским ветеринаром, моим отцом, даже не успевая, как мухи обсиживают, обсидеть - обжить выделенное нам жилое и новое место.
И я привычно перетаскивалась с места на место, как щенок в своей щенковской корзинке. Подумаешь, завтра придет новая весна. А меня уже здесь, в этой деревне, никогда больше не будет!
Мы, может быть, снимемся погожей весной и ускачем в другую деревню. Поедем ночью, долгой поездкой, на грузовых машинах.
И под колеса грузовика будет стелиться то дорога, то торная, годная для проезда грузовой автомашины лесная тропа, только немного подсвеченная мерцающими и дрожащими сияниями света от столбов света, от лучей электрических фар, что разбивают полную темноту дороги на два шага вперёд перед автомашиной.
А Тимка первым из всех учеников встречал меня на крыльце. Не именно меня, но всех остальных, учеников и учителей. Тимка стоял на школьном крыльце, на пороге в деревенскую и деревянную, низковатую и темноватую, давным - давно срубленную из круглых стволов ровных сосен школу.
И Тимка притоптывал своими валенками по русскому снегу и пел песенку:
- В свой вагон вошла она, улыбнулась из окна…
- Своим хитромудрым умом, заменяя в слове «улыбнулась» слог «лы» на букву «е». И песенка получалась не обычной, а становилась сразу неприличной и ма́терной.
А когда учителей поблизости не было Тимка складывал ладонь особым образом и трещал по ней пальцем другой руки, в универсальном и общепонятном деревенском жесте, мужском деревенском жесте, показывая, как сильно и немедленно он хочет размножаться.
Теперь прошло полгода обучения в новой школе. Наступила и прошла весна.
Начиналось раннее ягодное лето.
И мне не хотелось совсем на эту дурацкую, школьную, отработку идти. Там будет тупая школьная мотыга, тяжелая и неприподъемная, там, на школьном огороде начнётся неухоженная школьная земля.
На этой земле, плохо обработанной постоянно сменяющимися поколениями учеников, как поколениями наследных и потомственных рабов у сибарита и Древне - Римского латифундиста - владетеля, никогда не могло вырасти ничего путного, кроме чахлых кустиков зелени, непонятного вида и назначения. Потому что растения, выращиваемые школьничками на обязательных пришкольных отработках, без особой любви, чувствовали такое, наплевательское к ним отношение.
И тоже не старались... Вырасти, процвести и вы́зреть пришкольные растения путём никогда не могли. И оставались муляжной картинкой Великого и Никчемного Школьного Подвига всех без исключения Ленивых Школьников!
И Тимка будет бегать проме́жду всех междурядий. Не то, чтобы вредить или мотыгу у меня или у моей подружки Инги отбирать.
Но будет этот пацан, обуянный своим дурным характером или своим собственным спермотоксикозом, который только что из ушей у него не лезет теперь, опять петь пошлые или скабрезные песенки, трещать пальца́ми, складывая их в неприличном жесте, объясняя популярно и жестами о том, как ему всего сразу и много, неприличного траха, хочется.
Или вдруг начнет Тимка декламировать очередные скабрезные и неизвестные мне до этого стихи, объявляя, что это ранние стихи Есенина:
- Девочка, не бойся, я не груб, я не стал развратником вдали.
Я пришел к тебе издалека, дай прижаться к девичьей груди!
А моя пришкольная мотыга будет с трудом вгрызаться в утоптанную до крепости асфальта землю школьного огорода. И это стихотворение, неположенное и пошлое для обязательного школьного изучения, будет независимо и самостоятельно от моего сознания вгрызаться в мои уши.
И оставаться там, в моей голове навсегда строчками своего уж - ужасно неприличного содержания!
И какая - то часть моего сознания, совсем непослушная и неподчинённая мне часть, будет увлеченно слушать эту "Ла поэзи́а", потому что нельзя избавиться на школьно - ла́герной отработке, даже и на время, от пошляка́ Тимки.
А с окончанием стиха́, заставляющего сма́чно алеть щеки и уши, уже и нельзя будет точно определить, что за отношение теперь я испытываю к Тимке в дополнение к полному неприятию его и к отвращению?...
И чувствовала я себя матёрой лагерницей, откуда - нибудь из - под Караганды! Пока шла неторопливо, замедляясь каждым своим шагом, по направлению к пришкольному участку, по мере своего приближения...
Куда уж деваться бедному подчинённому ЗеКа. Не хочется отрабатывать норму, как неприподъемный и дурацкий, ежедневный урок.
А все - таки придется, хочется мне этого или не хочется! И от урока этого, почти что лагерного, со всех сторон подневольного или тюремного срока отработки, никто и никогда меня ни за что не освободит!...
Глава пятая. Букет для универсама.
Часть пятая. Букет для... Универсама...
(Хроники полтергейста и полтергейстера).
Право продавать и быть проданным.
Право покупать и быть купленным.
А. Валентинов, М. и С. Дяченко, Г. Л. Олди, «Пентакль».
Я хочу построить дачу
Где, вот главная задача
Только местный комитет
Не даёт пока ответ!...
Из творений поэта Почкина. Из книги А. и Б. Стругацких " Понедельник начинается в субботу". Вместо второго эпиграфа...
…Случилось в Голливуде. Розы алые, затем белые и только потом красно - жёлтые, в цветах и оттенках смешанные, стали появляться охапками и букетами на прикассовых прилавках, полках и столах.
Мир телевидения сошел с ума, а мой полированный ящик телевизора старательно всех поддерживал, передавал мне разные интервью.
Телеоператоры снимали, телеведущие обсуждали и рассказывали. Я выключил телевизор, но в кресле ворочался долго, на диван переходить ленился, поэтому уснуть не мог.
Встал поздно, очнулся в кровати, был переодет в пижаму, носки и тапочки, вскочил на ноги и оказался, как с единственным оружием, с пультом управления, в сжатой крепко, своей правой руке. Я рванулся из спальни в комнату, споткнулся о порог в темноте.
- Василий шутит! - Понял я, постепенно просыпаясь, приобретал возможность рассуждать. Домовому нравится мой крепкий кофе, заваренный «по-турецки» и «по-человечески». Привязанность домовика к крепкому напитку распространяла кофейные запахи волнами по всем комнатам дома, вела меня за собой.
Василий у меня - домовой странный, он, скорее всего, «приблудник». И приблудился он не к дому, а привязался ко мне...
Одно запутанное дело и схожая холостяцкая жизнь постепенно сдружили нас. Васька живет тихо, легко перетаскивается вместе с вещами с одной съёмной квартиры на другую, вредит редко, помогает в меру собственных понятий о возможной вредоносности «домашних» сил.
Домашний мучитель, он спас меня сегодня ночью. Укрыл меня пледом, отключил блок питания телевизора, погасил свет. И всю ночь потом старался, понимал я, сидел Василий надо мною, сторожил, размахивал мохнатой лапкой и навешивал на меня странно - голливудские и розоцве́тные, непохожие ни на что другое, сны...
- Ты только сейчас понимаешь, как перебрал пива вчера вечером! - Стонала и ныла моя бедная голова.
Сидел в кухне на стуле мой домовой Василий, опять решал мои проблемы, искал таблетку анальгина, варил себе и мне кофе и дёргал недовольно мохнатенькой ногой.
Меня не замечал принципиально. Я его, впрочем, моего домовика Василия, тоже.
С утра мой желудок, бунтовал сильно. Я получал от него такие приступы тошноты, после которых сомневаешься в жизни вообще, в здоровье собственном, в частности.
К своему телу начинаешь прислушиваться, сидишь на стуле, с трудом, ничего не ешь и не пьешь, потому что ни глоток, ни кусок, в горло не лезут. И думаешь, как о посторонней о своей собственной усталой печени.
- Я тебя предупреждал. - Было написано на мохнатенькой морде у домового. С довольным видом Васька сожрал второй бутерброд. Я видеть колбасу теперь не мог!
- Сгинь! - Отвечал ему я. - Пропащая нечистая сила!
- Неторопливый Васька под стол ушел обиженный, там, под столом, чем - то шуршался, потом умолк.
Настырно и воркующе пищал короткими трелями домашний, уверенный в себе, телефон.
Я снял с него трубку, я телефоном об пол не стал швыряться, телефон даже не разбил. Как думаю, потому, что телефон был хозяйский, за сохранность телефона я подписался в договоре квартирного найма. И отвечать за ущерб и порчу совсем не хотел...
Поэтому принял звонок, с требованиями по вызову согласился. И молча сидел на стуле, осознавая важность поступившего вызова, смиряясь с необходимостью и дальше жить.
Я в крепкий кофе, что был приготовлен Василием по рецепту "от домового" влил порцию коньяка из подаренной мне благодарным клиентом бутылки. Сам запах кофе и коньяка только понюхал, пить не стал, сменил чашку, оставил весь кофейник на столе.
И вместе с ним - инструкции:
- Василий, не спивайся без меня и не шали! Организуешь мытье посуды и влажную уборку помещения. Квартиру и вещи береги, они у нас дорогие, договорны́е, съемные.
Я, может быть, вернусь с задания, - не сомневался в этом я, но был уста́л и бо́лен, поэтому оставался тихим и задумчивым, знал, Васька из подполья меня внимательно слушает.
- Так вот, я вернусь (если сумеешь, тогда и вернёшься - опять сообщил мне желудок, контролю сознания и мне самому больше не подчинявшийся), мы будем гулять, я в сумке тебя возьму и отнесу в детский парк, чесать хвосты и гривы, копыта чистить прокатным лошадям в конюшне парка! - Ответом мне было недовольное молчание, но я заметил, скатерть под столом шевельнулась.
- Цветы в палисаднике полить, распоряжение оставить забыл! - Догнало меня тихое и ворчливое от Василия. Внимания не обращал, копался с ключами от входной двери. А Васька ворчал. - Я без приказа поливать не могу. Дождёшься, хозяин! Откажут тебе от дома!
Где будешь новую квартиру искать?
И так на краю города, почти уже, как на даче живём! Забились на самые выселки, дальше некуда!
Я прибыл в офис. Холодным ветром мозги проветрились, потом зашевелились или съёжились и стали постепенно покрываться извилинами. Пора было и думать начинать.
Я дал себе очередной, серьезный, неисполнимый в моей жизни зарок - не пить никогда больше на корпоративных вечеринках, даже «на брудершафт», особенно с женщинами! И никогда больше не сосать пивцо в одиночестве!
И после часа изучения материалов о событиях, отправленных в офис факсом, мне многое стало ясным. Я позвонил заказчикам, свидетелям, очевидцам, договорился о встречах.
Екатерины на работе не было. И это было так прекрасно! Моя секретарша - девушка с характером: Простым, спокойным, сильным, чисто русским.
Но не люблю я жить состоянием коня, которого необходимо и обязательно останавливают на скаку!
И понуждают дальше, то бежать, то стоять, как вкопанному!
А, в общем, как начальник, я строг! Отсутствие подчиненных на работе не приветствую.
Сегодняшнего прогула Екатерины, если он вдруг состоится, я решил не замечать!
Работал без напряжения и перерывов, вработался постепенно в тему. Шел третий час, но я еще не понял случившегося.
Очевидцы видели одно, свидетели показывали на что - то прямо противоположное. Тем, у кого были точки зрения, они мешали, как неправильные углы обзора и плоскости пересечения. Отсутствие в объяснениях и выводов, и мыслей, мне также не понравилось потому, что ничего не объясняло...
- Придется выехать на место. - Объяснил себе я. - Из кабинета, сидя в нем безвылазно, ситуацию не поймешь, и разрешить не сумеешь, видимо...
Приехал в «Универсам», доехал быстро, вошел через главный вход и поручил охраннику доложить о себе магазинному начальству. Осматривался, оценивая ситуацию. Она оказывалась непонятной.
Вместо работы с покупателями, в рабочее время, две женщины - охранницы в магазине, а также и приемщица камеры хранения для сумок покупателей и других объемных вещей, перелистывали и рассматривали альбом. И делились своими впечатлениями от фотографий.
Собаки, отснятые неизвестными фотографами в семейные фото, вели себя внутри фотографий жи́во, махали хвостами, мигали глазками, пытались лаять, но глянец фотографий, рамки и закрепленные по углам уголки, гасили посторонние звуки, поэтому альбом с фотографиями был безмолвен и тих.
Для получения и снятия показаний я нуждался в непосредственных свидетелях событий, поэтому прицепился надёжно к большой тележке для покупок, внушающей мне наибольшее доверие, отправился в торговый зал.
Я проходил сквозь ряды товаров и мимо полок универсального магазина, обставленных вещами, такими разными, потом совсем другими. Я видел, что основная масса покупателей относятся к магазину дружелюбно.
Они проходят между товарами, старательно выбирают покупки. И только лишь доверие покупателей спасает предприятие, весь магазин, от немедленного краха.
Впрочем, не всем открывается изнанка блестящих или приятных событий. Осведомители среди покупателей мне встречались тоже: Растерянные и недовольные.
Рассказывала женщина средних лет:
- Я шла по залу, выбирала для покупки товар, обратила внимание на одинаковые цены и ряд одинаково сплавленных в весёлую пирамидку сырков. Я разобралась в ценах, поняла расположение, купила товар. Проверила дома чек и удивилась: Непонятная мне переплата составила полтора - три рубля за брикетик сыра!
Впрочем, это не отразилось на качестве товара, сырки дочь съела. - Мне в разговоре покупательница смущённо дополняла, - я очень близко от этого «Универсама» живу. - Сырки оказались съеденными, но я вернулась в «Универсам» и уточнила: Цена сырка плавленного на этикетке не изменилась.
Я позвала продавщицу и стала объясняться с ней. Девушка оторвала от общего ценника на стеллажике две этикетки, сказала мне, что разберется, затем обещала помочь. Она ушла и очень долго шла с этикетками по магазину. Ко мне она больше не вернулась!
Затем события происходили так. Я двигалась с тележкой в глуби́ны торгового зала. Затем, возвращаясь с покупками, я вновь искала пропавшую девушку - продавщицу. И не нашла!
Зато нашла эльфа! Маскируя ненужные ему в этой реальности крылья, эльф, а точнее, эльфочка, трудилась вокруг прилавка с продукцией. А я приняла эльфийку за человека и даже попросила о помощи!
- Эльф - минчанзингайзер! - Нелюбезно представилась мне эльфийка. - Помощью людям и покупателям не занимаемся!
- Эльфийская принцеса освободила крылья, шарф и коронуи, ослепляя меня сиянием эльфийских драгоценностей, затем провалилась в глубокую и черную внемагазинную дыру, утаскивая следом и за собой остатки стеллажа с невостребованной покупателями продукции компании «Эльф - Корпорейшн».
Вдруг закружилась голова, я опиралась на тележку с покупками. Минутную слабость заметила молоденькая продавщица. Она предложила помощь.
Я ей показывала избранные места своих магазинных похождений, те, что успела снять на телефон, рассказывала о событиях тоже. Мы шли по залу вместе, разыскивали пропавшую продавщицу.
Моя расстроенная голова теперь кружилась сильнее. Я пропустила тот момент, когда моя спутница ускользнула вниз или даже вдаль по узкому и черному коридору.
Она пропадала! Она пропала тоже!
А я спаслась, но с большим трудом, используя тележку, как противовес, тогда и перепугалась, до ужаса, до дрожи, решила, что никогда и никому не расскажу обо всём этом. И ни за что не приду больше никогда покупать продукты в этот магазин!
Боюсь, что не скоро теперь соберусь за покупками в ближайший ко мне «Универсам», в котором появляется «ЧЕРНАЯ ДЫРА», где так просто и легко пропадают люди!
Я выслушал перепуганную покупательницу, простился, прошелся по торговому залу и понял, что моя перепуганная случайная осведомительница - права.
Товары в магазине «Универсам» лежали там, где им вздумается. Они сами притягивали к себе наиболее привлекательные ценники, и самых доверчивых покупателей.
Надзор за качеством товаров не проводился, поэтому некоторые избранные группы (не только покупателей, но и товаров) стоили поистину астрономические суммы. Конфликтов или схватки из - за лучшего места между товарами пока не наблюдалось.
Но постоянные покупатели стремительно покидали магазин. И грозное название «ПЕРЕСОРТИЦА ТОВАРОВ» встречалось в торговых залах на каждом шагу.
Меня догнала ско́рым шагом женщина средних лет, привлекательная и властная. Она приказывала строго:
- Пройдемте. - Мы отправлялись вместе, мы шли по залу вместе, я вслед за дамой средних лет, в увлекательный мир торгового закулисья, складов и товарных подсобок. Шли дальше, мимо касс.
Продавщица у кассы, молодая девушка, чуть угловатая и очень высокая, могла бы быть привлекательной и стильной, если бы стала манекенщицей. Новедь не захотела, не сумела или в модный мир моделей не устремилась.
И стать родной и привычной работа рядового кассира для девушки также не смогла. Она обращалась к моей собеседнице и спутнице за помощью:
- Опять порвался пакет, разбилась дорогая бутылка вина. Пакет тоже наш, был выкуплен пакет - майка новый. Мы будем, по соглашению, заменять?...
Итак, моей спутницей вдруг оказалась не администратор магазина, как понимал сначала я, но заместительница директора в местном Филиале Всей Сети Универсамов. Она говорила кратко, была строга.
Я увидал также и покупательницу, растерянную, неловкую.
Она не ожидала несчастья, вдруг состоявшегося рядом с ней, укладывала бутыль вина, другие покупки, в новый, вновь выкупленный в этом магазине пакет, услышала звон, увидела под ногами яркую лужу, стояла, не знала, что теперь сделать или сказать.
А директриса спросила строго, конкретно не обращаясь ни к кому:
- Что Вы думаете об этом? - Тянулась выжидательная пауза. Молчала растерянная покупательница.
Я думал честно, и понимал, что вновь я не понимаю ничего. Бескорыстный поступок магазина, возврат покупательнице стоимости бутылки за дорогой, разбитый и разлитый не по её вине алкоголь, был должен снять последовательную нереальность событий последнее время часто происходящих внутри "Универсама".
Но я еще был очень далек от окончательных выводов, сопоставлял, предчувствовал, проверял.
Напряжение разрядила уборщица. Она сунула грязную тряпку мне в ноги, ожесточенно заворчала:
- Вы что, не можете на другом месте стоять?
- Одну минуту, - ответил я и перешел на сухое место.
И сразу же почувствовал, что не случилось ничего. И не имело значения, что разрешит сейчас, как поступит, присутствующая рядом со мной Дама - директорша.
Два разнонаправленных поступка взаимно уничтожат друг друга с взаимным нулевым эффектом, даже если, затянув в меру паузу и всё сильнее проявляя собственную власть, заместительница директора разрешит восстановить, компенсировать или заменить для покупательницы испорченную покупку.
Так кто же кошмарит тех, кто третирует покупателей, поневоле участвующих в чужом малом и среднем бизнесе, покупая нужные для еды или для жизни вещи?...
Кто мучает простых людей, необходимо привлеченных в магазины для покупок, поскольку без покупательского участия никакой бизнес состояться не сможет?
И кто, и зачем, собирает внутри помещения "Универсама" бесплатными букетами для покупателей не цветы и, даже, не розы с шипами и колючками, а неприятности, промахи в работе магазина, ошибки и пересортицу товаров, так, что магазин становится опасным для покупателей и походов за покупками?...
И люди, постепенно, ходить в этот продуктовый магазин перестают!...
Во мне жужжал и пел чужой удачный слоган, словесный паразит, заслоняя и отодвигая внутрь моего же собственного сознания удачное решение проблемы, которое спасет от общей и черной дыры бездарного предпринимательства не только это, но и любое другое, работающее скверно, не обращающее никакого внимания на нужды обычных людей, рядовых покупателей.
Мой план пригодился бы для Бизнес - предприятия малого, среднего или совсем большого.
- Вот - вот, совсем немножечко осталось. Ещё чуть - чуть и я додумаюсь до верного решения! - Торопливо думал я и переводил возбужденный взгляд с уборщицы на кассиршу, потом на заместительницу директора и ее покупательницу, ошеломленную, обезображенную или ошарашенную, как неожиданными сменами декораций - возможностями применения неизвестных ей ранее магазинно - местных законов, так и соглашений, задействованных от связи с сиюминутными решениями работников руководящего административно - управляющего звена!...
Глава шестая. Путеводитель по рынкам города.
Часть шестая.
ПУТЕВОДИТЕЛЬ ПО РЫНКАМ ГОРОДА.
Часть первая. Продуктовые рынки города Овска.
Люблю повеселиться, особенно - пожрать!
Расхожая деревенская мудрость. Она же, иногда, бывает, произносится, как шутка...
Вместо эпиграфа...
Мини - рынки в городе образуются стихийно. Почти около каждого крупного здания магазина - «Универсама» стоят местные жители с небольшим ассортиментом своих товаров: Самостоятельно выращенных овощей, фруктов. Иногда, сюда же добавляются молочные продукты: Молоко, сметана, творог.
Среди крупных рынков бесспорным лидером по установлению низких цен и торговле дешевыми продуктами можно назвать оптово - ро́зничный рынок, расположенный на проспекте имени Гая. Жители со всего города приезжают «на Гая», чтобы отовариться колбаской, сыром, маслом и молочными продуктами. Товарами, которые на этом рынке бывают, в среднем на три - пять рублей дешевле, чем в обычных магазинах города и его пригородов.
Павильоны рынка расположены беспорядочно. А рядом с повседневными продуктами соседствуют товары редкие, поэтому дорогие.
И, для того, чтобы удачно на этом рынке, , что расположен на проспекте Гая, покупать, необходим определенный опыт, который приходит только со временем.
Продуктовых ларьков на рынке, что расположен за чертой города и носит гордое название Центрального Вещевого рынка немного. Покупатели приезжают на «Центральный Вещевой» к аэропорту за вещами. Поэтому продукты на рынке служат лишь «сопровождением».
Они, продукты, обычно, служат лишь сопровождением для тех покупателей, кто набегались по торговым рядам в поисках нужных им вещей, проголодались, хотят наскоро перекусить, поэтому сто́ят готовые к употреблению продукты дороже. Рынок сосредоточен на том, чтобы покупателей быстро покормить.
И, часто с ярким национальным колоритом здесь кормят уже готовой едой и горячими блюдами в кафе - забегаловках с названиями типа: "Ашхана", "Нэм".
Колбасы на этом рынке в продаже я не встретила, были только сосиски, в виде приготовленных, «быстрых» продуктов, в хот - догах или встречались в продаже сосиски, запеченные в тесте.
«Центральный рынок на Дамбе» предлагает большой ассортимент парного мяса. В основном, это свинина и говядина. Есть, так же, куриные окорочка или различным образом, от грудки и спинки до шеи, разделанные убитые и парные, не замороженные куры, сгруппированные потом на пластиковых поддонах по различным сортам охлаждённого или замороженного мяса.
На этом рынке продаётся большой большой ассортимент овощей, фруктов, молочных продуктов. Продукты сто́ят недорого, но цены на продуктах чуть выше, чем на рынке, расположенном «на Гая», то есть, на проспекте Гая.
Но если Вы собрались купить свежее мясо, то Вам на Центральный рынок у Дамбы.
Рынки, расположенные на улице Камышинской, и рынок, расположенный рядом с улицей Камышинской, по улице Промышленная, являются немного уменьшенными копиями Центрального Продуктового рынка на Дамбе. Необходимый ассортимент продуктов вы́держан.
Большой рынок на Камышинской по всем наборам продуктов стоит чуть - чуть дороже, чем те же продукты на рынке по улице Промышленной.
Рынки в районе За - яжья уступают Центральному Продуктовому рынку на Дамбе по объемам продаж и торговым оборотам, обслуживают собственных жителей, оттого и цены здесь тоже чуть - чуть дороже, рубля на полтора - два, чем цены на такой же товар с Центрального рынка у Дамбы.
Левобережье, район Нового Города. Здесь рынков несколько.
Самый большой и, может быть, самый дешевый рынок расположен около большого магазина, бывшего магазина продуктового, а нынче и сейчас «Универсама». Но люди к этому рынку привыкли и привычно называют место: Рядом с «двадцать седьмым магазином». Хоть продуктовый магазин с этим номером давненько уже исчез, но название для мини - рынка закрепилось и в памяти людей для этого небольшого рыночка осталось.
Цены здесь разные, бывает, что и сильно колеблются, но приличное парное мясо: Свинину или говядину, на рынке Центральном у Дамбы купить можно все - таки подешевле. А вот экзотический фрукт фейхоа я встретила в свободной продаже у частника - перекупщика с рук и около рынка и удивилась этой продаже, именно здесь.
В то время, как сезон продажи этого фрукта уже прошёл. И фейхоа уже отсутствовал в продаже в любых магазинах и на рынках Центра и города. Или еще не был для торговли этой экзотикой для покупателей завезен.
Продукт в Новом Городе на мини - рынке "около двадцать седьмого" продавался за́просто, развешивался на домашних настольных весах, которые стояли на полу, то есть, на тротуаре. И стоила вся «экзотика», недорого, рублей двести восемьдесят за килограмм. Но и при этих умеренных ценах и покупалась, и продавалась с большим трудом.
Остальные крупные рынки Нового города: два продуктовых и еще два рынка смешанных, на которых продукты дополняют вещи или, наоборот, вещи, в виде носков, колготов и трусов, стремятся дополнить продажу покупателям продуктов и возникают, как грибы после дождя в самых неожиданных местах...
Два этих мини - рынка остаются,сравнительно, более дорогими рынками.
Ассортимент товаров и цен на различных рынках бывает разным, колеблется, зависит от выбора дня или времени суток. Но общий разброс цен на всех рынках невелик и может быть представлен одной сводной таблицей.
Продукт, на который цена колеблется мало, почти всегда бывает стабильна - мёд. Его продажная цена составляет триста - четыреста рублей за килограмм. С рук, конечно, дешевле, но и гарантии, что Вы купите натуральный продукт, а не разведенную мёдом и чуть подкрашенную, сахарную воду или патоку, в этом случае Вам не даст никто.
А еще, в Заволжье есть крупный продуктовый рынок на Верхней Террасе. И три официально признанных мини - рынка на Нижней Террасе.
В последнее время благоустраивается, работает, набирает товарные обороты группа разных рынков, расположенных рядом с Моторным заводом. По результатам анализа розничных цен на продукты, он и является самым недорогим.
А расположенный недалеко рынок «Южный», напротив остается самым дорогим рынком в городе.
Последнее время «Супермаркеты», название магазинов переводится с английского языка на язык русский, как супер - рынки возникают и в изобилии, и быстро.
Супермаркеты стремятся соединить преимущества магазина и объёмы целого рынка в одном просторном помещении. Насколько это им удается, вопрос и сложный, и объемный, и непростой.
Но народ продолжает ходить или приезжать на рынок и покупать продукты. Трамваи субботнего утра, переполненные взволнованной толпой, являются прямым подтверждением.
Ну да! Всё правильно!
Где - нибудь в далёкой и экзотической Бразилии, на том конце света, в далёкой и Южной Америке фестивали отмечаются и проходят совсем по - другому.
На тех фестивалях, если судить по новостям, что приходят с телевизора или с новостей интернета, показывают богатство женских костюмов или их, костюмов и платьев этих, почти полное отсутствие!
И тогда видно сразу всё богатство полуобнажённого, полуприкрытого экзотическим костюмом женского тела!
Это у них, там далёко фестиваль самбы, капоэйры...
Всё верно! Это вам не здесь и не там, где расположена далёкая и солнечная, вся необычная и иностранная Бразилия!
А наши фестивали проходят так по - домашнему!
И хоть и называются они частенько так же интригующе и заманчиво: Осенняя ярмарка сельскохозяйственной и фермерской продукции на тему: Фестиваль овощей: Редиски, редьки и домашней свёклы. Весенняя ярмарка сельхозпродукции на тему: Фестиваль мёда. И даже сопровождаются дегустацией продуктов.
Но все равно выглядят наши местные продуктовые фестивали сплошными домашними заготовками: Прийти на Ярмарку, нажраться шашлыками и выпечкой пирогов, пирожных и блинов, что выпекались всей ночью, всеми поварами и им сочувствующими по всей области! Потом закупиться экзотическими продуктами из всех дальних уголков области впрок и получить от этого чисто русское изощрённое удовольствие!
Спасибо за чтение
Вернуться к книге