Планета Серебряных Змей

Глава 1

Окно четвёртого этажа геометрически строгой рамкой обводило небольшой кусочек неба и часть соседнего здания - довольно уродливого, но зато с роскошными окнами. Облака плыли по небу, а потом небо заканчивалось, и Эринити видела отражение других плывущих облаков в огромных зеркальных стёклах. Это зрелище её завораживало. Казалось, можно сидеть так вечно, глядя на облака, плывущие в разных мирах… и никогда не встречающиеся друг с другом.

Эринити тряхнула головой и вернулась к своему прерванному занятию. Тоненькая серебряная змейка выглядывала из своей прозрачной норки. Снять колпачок, протереть место будущего укола обеззараживающим раствором. Вскрыть ампулу, наполнить шприц вакциной.

Маленький мальчик лет пяти, сидящий в большом вертящемся кресле, казался ещё меньше, потому что весь сжался и опустил голову.

— Будешь плакать? - спросила Эринити.

Мальчик поднял на неё взгляд, которому позавидовал бы любой религиозный мученик. В этом взгляде сияли достоинство, глубокое осуждение и тихое прощение, предназначенное мучителям, которые явно не ведали, что творят.

— Смотри, - деловито сказала девушка, поднимая шприц. - Это серебряная змея. Она укусит тебя всего один раз и впрыснет яд. Но ты не умрёшь. Ты станешь сильнее. Это единственный способ стать сильнее в борьбе с этой болезнью, который мы знаем.

Она говорила так искренне, так спокойно и такие странные вещи, что мальчик невольно расправил плечи и с интересом посмотрел на шприц в руке Эринити.

— А с чем мы боремся? - вдруг спросил он.

— Сегодня мы боремся с корью. Корь - это очень страшная болезнь. Когда-то она уносила множество жизней, но потом люди придумали яд, который помогает. Так ты будешь плакать или нет? Что ты решил?

— Неа, - проговорил мальчик. - Как-то не хочется.

— Тогда змея сейчас укусит.

Мальчик покинул кабинет с высоко поднятой головой. В коридоре он немедленно попал в руки взволнованной матери, которая, вероятно, уже представляла себе своего сына в глубоком обмороке или ещё чего похуже. Иначе почему он не кричит?

Из соседней лаборатории раздался пронзительный, воистину нечеловеческий вопль. Там тоже делали прививки от кори. Эринити покачала головой. Она попала на Планету Серебряных Змей три года назад. Странники могут давать планетам любые имена, какие захотят. Она сама не знала, почему назвала планету именно так. Наверно, потому, что здесь ей повсюду мерещились эти самые серебряные змеи. Бесконечные ленты автострад, сияющие арки мостов, цепочки окон на небоскрёбах и даже иголка шприца. Она усмехнулась. Серебряные змеи. Что сказал бы по этому поводу почтенный доктор из ныне уже не существующего города на ныне уже не существующем континенте?

Эринити любила старые книги и отправилась исследовать Планету Серебряных Змей из чистого антропологического интереса, во время того, что на этой планете назвали бы sabbatical. Вскоре после прибытия она стала испытывать странное чувство: ей казалось, что окружающие её люди слепы и глухи, хотя те видели и слышали точно так же, как любые представители гуманоидной расы. Только через пару месяцев до неё дошло, в чём дело: у обитателей Планеты Серебряных Змей не было развито природное эмпатическое чутьё. Истинные эмпаты встречались здесь так же редко, как на родине Эринити - мутанты, способные обнаруживать в космосе радиоактивные металлы на расстоянии в пару-тройку сотен километров. Незаменимые люди, когда речь идёт о поиске новых ресурсов.

Новое открытие заинтересовало Эринити настолько, что она сообщила на родную планету, что задержится для проведения полномасштабного исследования. Действительно, ещё ни разу на протяжении столетий её сородичам не встречалась гуманоидная раса со столь низкой способностью к эмпатии. Они даже не могли успокоить маленького мальчика, испугавшегося пусть даже очень варварского, но вполне переносимого метода борьбы с вирусными заболеваниями. Они не могли ни успокоить его, ни научить его не бояться. Они даже не знали, что такое возможно.

Первые полгода Эринити потратила на попытки проведения просветительской работы, однако быстро поняла, что на всех континентах планеты проблемы с эмпатией носят схожий характер, а попытки внешнего обучения натыкаются на неосязаемое, но неприятное препятствие. После определённого периода, в течение которого испытуемые делали явные успехи, их эмпатическая подготовка резко затормаживалась. Они не могли сделать элементарных вещей: интуитивно почувствовать приближение близкого человека, распознать структуру и способ лечения простой болезни у собственных детей. Даже намеренное изменение настроения другого человека - в мире Эринити это была общеизвестная игра для малышей - давалось им с огромным трудом. Ни в одном из гуманоидных миров, тем более населённых теплокровными млекопитающими, никогда не возникало проблем с эмпатией. Это было как дышать. Пока одни люди испытывают эмоции, другие могут их считывать и влиять на них. Это даже не азбука. Можно не уметь читать буквы и слова, но быть неспособным к распознаванию и обработке эмоций?…

Помощь слаборазвитым мирам была обычным способом совместить исследования с благотворительностью, и Эринити решила, что сможет закрыть годовую квоту своего факультета, если раскроет загадку Планеты Серебряных Змей.

Однако прошло уже много месяцев с момента постановки проблемы, а её исследование не продвинулось ни на шаг. Все обитатели планеты, с которыми она имела дело, - вне зависимости от возраста, пола, расы, национальности, культурной принадлежности и социального статуса - сталкивались с загадочным препятствием при попытках развить элементарные эмпатические навыки. Более того, в последние пару-тройку месяцев Эринити с ужасом стала замечать, что её собственные эмпатические способности притупляются. Прежде она смогла бы успокоить мальчика одним прикосновением и, может быть, ещё взглядом. Трансляция эмоционального поля стремительно становилась для неё недоступной. Девушка оказалась в сложной ситуации: с одной стороны, было похоже на то, что с Планеты Серебряных Змей нужно было бежать, причём как можно скорее, но с другой стороны, она не привыкла пасовать перед трудностями и считала это недопустимым для исследователя иных миров. Послания из Университета с предложением вернуться на родную планету становились всё более настойчивыми, однако Эринити всё медлила и медлила. Её преследовало странное, едва уловимое предчувствие, что она вот-вот нащупает разгадку той тайны, которая волновала её вот уже без малого полтора года.

***

— Эри! Эри!!!

Пока Эринити занималась своими исследованиями, у неё появилось много новых друзей. Это неудивительно, ведь все жители гуманоидных планет чем-то похожи друг на друга. В том числе и своей уникальностью. Норма, несомненно, была уникальным человеком. Вопреки говорящему имени, статистически нормальными в ней были только количество конечностей и расположение органов чувств: две руки, две ноги, одна голова, нос, рот, глаза. Остальное абсолютно не соответствовало никаким мыслимым нормам, в особенности манера одеваться, причёсываться и общаться с людьми.

Норма с размаху налетела на подругу, как весёлый тайфун, разметав все её печальные мысли о будущем.

— Ты уже готова? Ты уже собралась? Где твой чемодан?

Они собирались в отпуск в Страну Горячих Песков. У этой страны было местное название, но оно всё время вылетало у Эринити из головы. Зато она хорошо запоминала существенные признаки объектов. В Стране Горячих Песков было много песка… и он был горячим.

Перелёт оказался неожиданно простым. Эринити почему-то ожидала, что придётся развлекать Норму, однако та прекрасно общалась за двоих: болтала о том, что возникало в иллюминаторе, строила планы и даже пыталась познакомить подругу с каким-то молодым человеком, сидевшим через два ряда от них. Так что Эринити оставалось только мило улыбаться, с чем она прекрасно справлялась целых четыре часа. Потом огромная серебристая птица из металла снова оказалась на земле, подруги спустились по трапу и отправились в гостиницу. Первая экскурсия была запланирована уже на следующий день.

Ночью Эринити приснился странный, удивительно яркий сон. Она шагала по горячему песку, а вокруг стояли огромные величественные пирамиды. На каждой из них сияли огни, которые складывались в непонятные надписи. Почему-то от вида этих надписей по спине девушки пробежал холодок. Она тревожно заворочалась во сне, пытаясь отвернуться от вездесущих огней, но они становились всё ближе, всё ярче, и, казалось, что-то шептали…

— Эри! Ну вставай же, Эри. Мы опоздаем!

Норма, как обычно, была уже на ногах и полностью готова к выходу. На ней было платье совершенно невообразимой попугайской расцветки, которое смотрелось бы кошмарно на ком угодно, кроме Нормы. Дополняли наряд такие же попугайские серьги и босоножки на платформе таких размеров, что у Эринити невольно возникли мысли о стриптиз-клубе.

— Пойдём же, Эри, пойдём!

Автобус быстро привёз их к месту экскурсии. Потянулись бесконечные древние здания, полузасыпанные песком, редкие пальмы, живописные аборигены с мешками сувениров.

— А это, - проникновенным голосом сообщил экскурсовод, - жемчужина нашей коллекции. Как вы можете видеть, на вершине пирамиды…

На вершине пирамиды пылали разноцветные огни.

Эринити зажмурилась. Потом снова открыла глаза. Ущипнула себя за руку. Огни были на месте. Они кружились около вершины, как стая гигантских разноцветных светлячков.

— Н-норма, - запинаясь, позвала Эринити. - Ты видишь что-нибудь необычное воооон там?

— Где?

— П-пирамида, - очень тихо сказала Эринити. - Ты… видишь что-нибудь наверху?

— Ничего особенного, - отозвалась Норма и озабоченно посмотрела на подругу. - Что с тобой, Эри? На тебе лица нет!

— Как ты думаешь, к ней можно подойти?

Экскурсовод был настроен очень дружелюбно, поэтому подруги смогли подойти к пирамиде совсем близко. «Только, пожалуйста, руками не трогать!» - предупредил экскурсовод.

Меньше всего Эринити сейчас хотелось что бы то ни было трогать руками. Она и к пирамиде бы не подошла, но разноцветные огни на вершине как будто манили её, влекли, что-то обещали.

Стоило девушкам приблизиться, как огни спустились вниз и стали кружиться совсем близко, а потом вдруг легли на песок. Эринити подошла и вдруг инстинктивно отшатнулась, схватив подругу за руку.

— Что там, Эри? - испуганно спросила Норма. - Что ты видишь?

На песке было отчётливо написано: «Альфа-мю-лямбда-каппа 739865. Барак номер тринадцать».

Эринити встала на колени и осторожно потрогала рукой песок. Огни были тёплыми. Она вспомнила, где уже видела такие - у себя на родной планете. Это был один из стандартных способов делать служебные надписи - они показывались только тем, кто имел к ним отношение. Видимо, аутентификация барака была настроена таким образом, что активировалась при приближении любого… человека.

Эринити виновато взглянула на Норму. Та старалась сохранять спокойствие, но было видно, что она чует неладное и переживает за подругу.

— Эри, - сказала Норма. - Ты можешь рассказать мне, что случилось?

Эринити чуть помедлила. В детстве её учили не лгать. Это была излишняя предосторожность, ведь развитая способность к эмпатии исключает возможность серьёзно обмануть собеседника. Мама рассказывала Эринити, что это старая традиция, которая пришла из тех времён, когда в мире ещё существовали люди… люди со слабой эмпатией.

Эринити продолжала сидеть на песке. Картина постепенно складывалась в её голове: спокойная, даже мирная, и вместе с тем настолько безжалостная, что у девушки перехватило дыхание. Эмпаты плохо переносят присутствие тех, кто в силу слабого влияния новой мутации не развил в себе способностей к эмпатии в достаточной мере. Собирается планетарный совет. Принимается решение о депортации. Миллионы людей покидают планету. Об их существовании скоро перестают вспоминать.

Но они всё ещё живы. Теперь они живут здесь.

Эринити поднялась с песка, отряхнула колени, посмотрела Норме в глаза.

— Прости, пожалуйста, - проговорила она. - Кажется, мне голову чуть-чуть напекло. Может, вернёмся в гостиницу? Мне нужно немножко отдохнуть.

Норма вздохнула. Ей явно было интересно, что ещё может рассказать экскурсовод, но она совсем не разозлилась. Взяв Эринити за руку, она улыбнулась и повела её к стоянке такси.

***

— Эри, ты совсем ничего не ешь. Эри! Да Эри же…

Эринити задумчиво ковыряла вилкой салат, глядя на солнце, которое медленно закатывалось в бескрайнюю водную даль.

— Ты сегодня сама не своя, - проговорила Норма. - Ты как вообще?

Эринити снова виновато посмотрела на подругу и вдруг поняла, что не знает, как ей ответить. Ей никогда в жизни не приходилось описывать, как она. Все вокруг и так это знали.

— Всё… в порядке, - медленно ответила она, тщательно подбирая слова. - Всё хорошо. Мне просто… нужно немножко подумать.

Норма сразу же успокоилась, повеселела и отправилась к стойке за новой порцией жареных куриных ножек.

За соседним столиком какой-то малыш уронил ложки, с которыми до этого играл, и теперь горько плакал. Сидевшая рядом с малышом бабушка пыталась его утешить, но у неё ничего не получалось. Заметив, что бабушка уже начинает сердиться, Эринити встала и осторожно приблизилась. Потом подняла с пола ложки и сложила их веером. Спрятала за ними своё лицо. Потом снова его показала.

Малыш засмеялся. Бабушка посмотрела на Эринити и вдруг широко улыбнулась.

— Спасибо, - сказала она.

Эринити улыбнулась в ответ.

Ночью она долго стояла на балконе, глядя в бархатно-синее небо, и рассматривала звёзды.

Через час Норма тоже вылезла на балкон, облачённая в ярко-синий халат с золотыми драконами, и тихонько встала рядом.

— Не спишь? - спросила она.

— Не сплю.

— О чём думаешь?

— Угадай, - вдруг сказала Эринити, улыбнувшись.

— Как же я угадаю? - насупилась Норма. - Я же не умею читать мысли.

— Все умеют, - сказала Эринити. - Ты попробуй. Представь, что ты умеешь.

— Нууууу, - задумалась Норма. - Если бы я сейчас читала твои мысли… я бы прочитала там, что тебе очень, очень грустно. Я правильно прочитала?

Эринити вдруг стало тепло, даже жарко. Она повернулась и порывисто обняла Норму. Они немножко постояли на балконе в обнимку, а потом вместе вернулись в номер. На следующий день была запланирована вторая экскурсия, которую совершенно не хотелось пропускать.

Под утро Эринити тихонько выскользнула из номера и вышла во дворик гостиницы. Там она достала из кармана халата портативный передатчик и отправила в Университет одно короткое сообщение. Потом растоптала передатчик каблуком и выбросила его в мусорное ведро.

***

Малкольм Трейси был человеком исключительно спокойным и сдержанным, но тут он был вынужден признаться себе, что его терпение на исходе. Его корабль облетел планету уже раза три или четыре. Он несколько раз высаживался в тех точках, откуда приходили сообщения. И всё зря. Ни малейших следов Э-излучения не зарегистрировано.

Хмурясь, Трейси открыл коммуникатор, и его пальцы забарабанили по клавишам.

«В результате проведения стандартной поисковой операции Эринити Карн, индивидуальный номер мю-пси-эпсилон 3459874, на поверхности планеты не обнаружена… С сожалением вынужден сообщить… признать без вести пропавшей… соболезнования родным и близким... куратор М. С. Трейси».

Он сделал ещё один глоток из смешного треугольного бокала. Здорово всё-таки здесь готовят напитки! Если бы не таинственное исчезновение практикантки, он, Малкольм, тоже устроил бы себе здесь маленький исследовательский отпуск.

За соседним столиком болтали две девушки. Он с удовольствием наблюдал за ними, продолжая потягивать дайкири, но не вслушивался в их разговор.

— Нет, ты не понимаешь, - горячилась Эринити. - Игры с полным погружением - это очень важно! Работает для детей всех возрастов. Даже взрослым помогает! Они слышат друг друга с полуслова, они взаимодействуют, они уже сейчас могут такие вещи, которые больше никакие команды не могут!

Норма смотрела на неё, широко улыбаясь.

— Очень важно, милая, да, - ласково повторила она, поглаживая подругу по руке. - Это очень важно. Так когда у вас первый запуск?