Первый Рыцарь Короля

Глава 1

Первый Рыцарь Короля

Длинный коридор, украшенный пыльными шпалерами, более старыми даже, чем этот замок, пах вязкой сыростью. Шеренга окон, словно сомкнувшая щиты фаланга, швыряла на образчики древнего искусства дротики лунного света, грязно-желтые, как и все, что проходило через мутные, оплывшие от времени стекла. На старых подоконниках, среди торосов облупившейся краски, блестела влага, ползущая с запотевших окон. Первый Рыцарь Вселенной шагал по неровному паркету коридора, стараясь не наступать на темнеющие прорехи отсутствующих досок. Сейчас, в ночном мраке, они казались дырами в мироздании. Из-за этих дыр паркетный пол напоминал старое, сильно изношенное кружево, коричневое от грязи и безумно ветхое. Представив на мгновение, как мелкие деревянные дощечки начинают рассыпаться под ногами, увлекая его вниз в неизвестную глубину, рыцарь прибавил шаг, стараясь поскорее очутиться на искривившихся под десятилетиями ног, ступенях.

– Сэр Юрин!

Он замер, так и не дойдя до спасительных ступеней.

– Ваше Величество?

Монарх шел к нему быстрой и одновременно небрежной походкой. Как еще мог идти человек, подчинивший себе Вселенную. Опасный, безжалостный, справедливый. Много раз Юрин видел, как Король обращается с мечом – это было восхитительно и страшно одновременно, но основная его сила была не в смертоносной стали, и не в бесчисленном количестве верных ему рыцарей. Могущество таилось в магии. Хотя, утаить такую силу было почти невозможно, она ощущалась физически, стоило прибыть на Первую – планету-дом Короля. Сейчас, когда правитель Вселенной оказался на расстоянии дюжины шагов, сила… Беспокоила. Словно ты дал ответ на загадку Древнего Карава и теперь ждешь, правильный он был или нет, рухнешь ли ты в бездну куда-то дальше смерти или уйдешь живым. И ты почти уверен, что ответил правильно, но это “почти”, граничащее со всем, рождает в душе именно такое чувство.

– Пойдем! – почти небрежно сказал Король, быстрым шагом проходя мимо.

Юрин пошел. После ступеней они сразу свернули налево, в недра дворца. Сомнений, куда они направлялись, быть не могло. Вся королевская резиденция служила всего лишь каменной оболочкой Зала Вселенной. Первый раз Юрин попал в Зал во время посвящения в рыцари. Как сейчас он помнил давящее чувство бескрайнего пространства, молочно-белый от бесчисленного количества вытканных звезд воздух, и свои ноги, ступающие в пустоту, в никуда, и находящие опору. Даже самому великому магу сделать такое в одиночку оказалось не под силу. Король создал пространство, создал зал, который должен был стать вместилищем всей Вселенной, и создал ткача, смыслом жизни которого стало нанесение холодного яркого узора на воздух.

– Мика! – Король рявкнул так, что задрожал сам воздух. Пожалуй, немного неподобающим для монарха тоном.

Ответ прозвучал еле слышно откуда-то снизу, из молочного месива заполняющего все пространство. Король быстрым шагом направился туда. Первые шаги дались Юрину как всегда тяжело. Ступать на “ничто” было безумно противоестественно, хотя воздух, в том месте куда опускался его тяжелый ботинок, мгновенно становился твердым, словно гранит. Несмотря на то, что с каждым шагом рыцарь ступал по воздуху увереннее, он все равно безнадежно отстал от идущего впереди Короля. Когда же тот через некоторое время стал спускаться, то и совсем потерял его из виду за густой звездной дымкой. Идти “вниз” по воздуху рыцарю еще не приходилось. Видно, монарх забыл, что все официальные приемы в Зале Вселенной ограничивались передвижениями по “плоскости”. Юрин на мгновение задержал дыхание, когда нога не обнаружила опору на том уровне, где еще недавно стояла, и ушла ниже, но лишь на короткий миг. Невидимая ступень нашлась быстро, и рыцарь пошел вслед за монархом.

Если сказать, что Зал Вселенной был огромен, это значит, не сказать ничего. Юрин спускался все ниже, стараясь узнать в плотных сгустках вотканных в воздух звёзд, знакомые галактики. Мерионовая галактика, галактика Сон, Сатиновая, галактика Вэн-Дор-и-Так – их рыцарь узнал совершенно точно. В их открытии и завоевании он принимал участие ещё в молодости. Совсем скоро, практически ему в лоб, проплыли Юра и Юри – галактики, которые для Короля завоевал он сам. Похоже, он приблизился к той части Вселенной, которую завоевал его Род. Значит, где-то рядом должна была быть…

– Я здесь!

Из раздумий его вырвал голос Короля. Обернувшись, рыцарь увидел силуэты Монарха и ткача за дымкой галактик.

– Что ты тут видишь?

Подойдя, Юрин осмотрел нетронутый ткачом участок воздуха.

– Ничего.

– Верно. А Мика говорит, что здесь есть галактика. – Король скрестил руки на груди. – Понимаешь, он уже так долго ткал Вселенную, что это дало некий побочный эффект. Все ваши завоевания, открытия, рыцарей я имею в виду, они лишь несколько упрощают ему процесс. И вот сейчас он мне говорит, что тут есть галактика, но увидеть ее он не может.

– Можно послать туда дракона.

– Ты думаешь, твой Король тупица?

Юрин испугался и открыл было рот, чтобы объяснить, что он не имел в виду ничего такого, но Монарх жестом остановил его.

– Я знаю, что не думаешь. Скорее, ты абсолютно уверен в моём всесилии, и не допускаешь вероятности, что мне что-то не под силу. Так вот, с этой галактикой есть затруднения. Она лишена магии. – Король на несколько секунд замолчал, словно подбирая слова. – Нет, она не лишена магии. Это не совсем так. Магические ветра, они повсюду. Вы – рыцари знаете это не хуже меня, облетев на них всю Вселенную. Но эта галактика, она чужая для нашей магии. Она ее отвергает, словно является чем-то ей противоположным. Либо наоборот, чем-то схожим, но настолько сильным, что обычная магия не может подступиться к ней.

– Вы хотите, чтобы я завоевал ее для Вас?

Король кивнул.

– Сэр Юрин, ты молод, силен и умен. К тому же, твой компаньон подходит для этого как нельзя лучше.

Рыцарь задумался. Такая похвала от Короля и такое доверие – большая честь. Но причем здесь компаньон? Он подумал о Кроне – своем Пегасе. Невероятно редком и сильном создании – отпрыском сильнейшей белой магии. Крылатый конь, который мог с легкостью переносить седока от одной галактики к другой. Конечно, этим мало кто пользовался, когда магические ветра делали это почти мгновенно, но для похода в ту часть Вселенной, которая интересовала Короля, скакун подходил идеально.

– Крон доставит меня в эту загадочную галактику, и я принесу ее вам, Ваше Величество.

***

Миры Облачного Могильника были бедными и пустынными. Цивилизаций местные разумные жители так и не построили; грызущимся за жалкие частицы скудных природных богатств племенам было не до политики. Правда, отец Юрина, лорд га’Рин был иного мнения, и даже пытался проводить реформы на какой-то похожей планетке. Не на этой. Хотя, появление закованного в блестящие от конденсата латы рыцаря, на огромном крылатом коне, не вызвало переполоха среди местных голозадых гуманоидов. Шкура Крона переливалась холодными серебряными всполохами. Сюда они добрались путями магических ветров, и пегасу не пришлось расправлять свои крылья, а вот от этой галактики, до цели его путешествия, можно было добраться только по открытому космосу. Проезжая через бедное поселение, Юрин специально направил коня через груду собранных стопками неказистых горшков, с хрустом превратив глиняные сосуды в серую крошку.

– Па й’эл хали… – тихо прошипело седое существо, стоявшее рядом.

Наверняка, это было какое-то ругательство на местном языке. Похоже, когда выживание становится неотъемлемой частью каждого твоего дня, бояться просто перестаешь.

Рыцарь пришпорил Крона и огромные крылья, вызвав настоящую пыльную бурю, легко подняли его в воздух. Азарт съедал молодого рыцаря Короля. Что ждет его там, в чуждом его магии мире? У него есть несокрушимые доспехи, смертоносный меч, верный конь и незыблемая вера в себя.

***

Копыта Крона мягко опустились на сочную зеленую траву. Финалом его путешествия оказалась крошечная голубая планета рядом с карликовой звездой. Больше ничего в этой галактике не было. Магии тоже не было. Сухой, безвкусный воздух скрежетал на зубах и сушил глаза. Невероятно мерзкое ощущение, которое он не испытывал нигде во Вселенной. Эта планета и окружающая ее галактика были чужды магии настолько, что та, словно вычеркнула их из маршрутов своих потоков. Шкура пегаса, насытившаяся солнечной радиации, так ярко переливалась багровым, что долгое время рыцарь не мог увидеть ничего ближе нескольких метров. Вокруг была ночь. По его расчетам рассвет должен был начаться часа через три. Он стоял на небольшом лугу. За спиной, мрачной махиной безмолвствовал лес. Впереди, подмигивая уродливыми прямоугольниками нагроможденных друг над другом окон, выпирали из земли безвкусные массивы построек. Пустив Крона спокойным шагом вдоль края леса, чтобы оставаться в тени деревьев, он решил немного осмотреться. Сейчас, когда свечение шкуры жеребца перестало спорить в яркости со светом местного ночного светила, пейзаж был виден лучше, правда, более разнообразным он от этого не стал. Когда уродливые “глазастые” коробки местных жилищ утомили рыцаря, а к сухому воздуху лишенному магии он привык, в нос ударил сонм ароматов выделяемых местными машинами. Он уже слышал подобное в мирах, где способность населения к управлению потоками была крайне мала, и им приходилось заменять магию хитрыми механизмами.

Неспешный ход мыслей завоевателя прервался, когда его пегас захрипел и споткнулся. Юрин едва успел спрыгнуть, как крылатый скакун припал к земле, тяжело дыша, фыркая и дергая ушами.

– Ну-ну, друг. Давай держись. Мне здесь тоже не нравится! – рыцарь погладил пегаса по гриве. – Отдохни немного. Потом, пара взмахов крыльев, и мы окажемся где-то, где воздух не будет драть глотку отсутствием магии. Держись…

***

Длинный коридор, украшенный безмолвно взирающими из-за пыльных стекол портретами тружеников космической отрасли тонул, в дрожащем сумраке наступающего вечера. Из приоткрытых окон тянуло прохладой, запахом весенней степи и сладковатым ароматом плова. Рыцарь уже потерял счет дням, проведенным в этой однообразной суетливой рутине, разбавленной только живым, сочным ароматом готовящейся где-то пищи. Он провел в этом мире очень много лет, но близкий финал его путешествия тревожил и мешал уснуть.

Шаги первого рыцаря уставшим эхом отражались от облицованных фотографиями стен и вязли в собранных пыльными колоннами шторах. Впереди, в некогда монолитной мозаике наборного паркета, он увидел прореху. Темный, словно свежий вечерний мрак прямоугольник, напомнивший рыцарю о чем-то из далекого прошлого.

– Юра, подожди.

Рыцарь обернулся. В дальнем конце коридора он увидел фигуру в длинном белом одеянии. На фоне приглушенного сумраком силуэта резко выделялись глаза; это лунный свет, проникший в коридор космодрома одному ему ведомым путем, смог коснуться линз очков.

– Доброй ночи, Ваше Величество.

Силуэт в белом быстро и немного суетливо направился в его сторону. Заношенный лабораторный халат был накинут на простую клетчатую рубаху, карманы топорщились, храня в своих недрах множество обыденных, но необходимых вещей.

– Пойдем, – небрежно бросил Королёв, проходя мимо и направляясь дальше по коридору.

Сколько лет прошло с тех пор, как его, рыцаря Юрина, сидящего над бездыханным телом пегаса нашел молодой советский парень, никто уже не помнил. Для человека это был слишком большой срок – длиной в целую жизнь, для его рода – слишком короткий, чтобы усердствовать в счете времени. Кто бы мог подумать, что для крылатого коня, существа из чистой магии, Земной воздух окажется смертоносным ядом. Пожалуй, в тот момент, первый раз в жизни Юрин почувствовал отчаяние. Тогда они подружились с Сергеем, а он сам, на десятилетия превратился в Юрия. Землянин кормил инопланетного знакомого блинами и домашним вареньем, а тот, в свою очередь, рассказывал о далеких, очень-очень далеких мирах, и оба мечтали о космосе, хотя для каждого из них это слово имело разные значения.

Очередной изгиб коридора закончился скрипучей дверью, и в лицо ударил свежий, немного сырой запах остывающей травы. Выйдя на улицу, Королев закурил. Курил он не очень часто, и многие даже не подозревали об этой его привычке.

– Что сделаешь по возвращению в первую очередь?

– Странный вопрос, – Юрин взглянул на изрезанное морщинами лицо своего единственного друга в этом мире, – я ожидал чего-то другого.

– Ну, мне уже не восемнадцать лет. Дело всей моей жизни подходит к концу. Все, что я хотел знать о Вселенной, и что ты смог мне рассказать, я уже знаю. – Королев улыбнулся собеседнику. – Просто, Человеческое любопытство.

Рыцарь взглянул на звездное небо. Становилось прохладно.

– Если честно, я уже лет десять об этом не думал. Наверное, первым делом, посещу тот мирок с дикарями, из которого я сюда отправился.

– Зачем?

– Интересно, закончилось ли чем-то их противостояние со своим миром. Человеческое любопытство, похоже.

Они посидели еще немного молча. Королев, который больше не курил, и пришелец из Вселенной, смотрящий на звезды, которые даже через столько лет, не стали для него столь же желанными, как для этого человека.

– Еще я подумал, что неплохо бы было перебить всех пегасов.

Королев удивленно приподнял бровь:

– Чтобы больше никто не смог к нам прилететь?

– Или, чтобы у меня не было соблазна вернуться. Вдруг, второй раз ты меня в космос не отправишь?

Королев улыбнулся.

Еще какое-то время они сидели молча, пока конструктор на раскашлялся. Воздух продолжал остывать и становилось холодно.

– Пойдемте, Ваше Величество.

***

– Ключ на зажигание!

Шипение в динамиках и прохладный весенний воздух, который в эти минуты казался обжигающим и напряженным, давили на уши.

– Зажигание!

Юрин, сидя в недрах Востока-1 видел хрупкие крыши далеких построек. Почему-то ему снова вспомнился тот дикий мирок, который он посетил последним перед Землей, и неровная пирамидка глиняных горшков. Интересно, тот злой старик все еще жив?

– Поехали! Пуск!

Первый рыцарь улыбнулся Вселенной:

– Па й’эл хали!