Пароль Единица

Глава 1

За большим длинным столом сидело более полусотни человек, шло заседание штаба Объединённого Космического Флота Социалистических Республик. Главной повесткой заседания была недавно добытая информация, касающяяся секретных военных проектов стран потенциальных противников, использующих новые физические принципы. С добытой информацией была заранее ознакомлена экспертная группа. Молодой инженер только-что закончил доклад о "Оценке Теоретической возможности перемещения в иные Локализованные пространства". Обсуждение шло ни шатко ни валко, большая часть присутствующих чинов имела консервативное мнение, и считало добытые разведданные незатейливой дезой, но, все присутствующие сходились во мнении, что в случае, если добытая информация ложна, то новое направление для развития оборонки всё-равно есть и они не могут позволить себе быть в этой сфере отстающими.

С момента вывода голландским физиком Х.Казимиром теоретической возможности сверхсветового перемещения, прошло уже более пятидесяти лет. В Советском Союзе в конце девяностых двадцатого века, впервые испытали сверхсветовой двигатель на виртуальном пространстве, спустя десятилетия похожие технологии появились и у остальных стран-победительниц Второй Мировой.

Через три месяца после заседания штаба Флота, в специально отделённом от ВКА Можайского НИИ после заседания было выработано ТЗ и запущен проект модернизации одного из самых массовых советских сверхсветовых двигателей. Готовое изделие позволило не только перемещать все военные воздушно-космические суда со сверхсветовой скоростью, но также перемещаться в иные вселенные, получать местные координаты в случае аварийного прыжка, и в теории - создавать новые вселенные и локализованные пространства. Локализованными пространствами назывались вселенные, которые по своим размерам не тянут на такое громкое название, но это уже другая история.

В странах «вероятного противника» то-же не дремали по этому поводу, судя по заявлениям в открытых источниках, немцы планировали в недалёком будущем запустить космический корабль оборудованный похожей технологией и осуществить первый переход в параллельную вселенную в космосе. Со стороны Японской Империи не поступало никаких новостей о подобных разработках, что вызывало беспокойство в Кремле. Что-бы сохранить трёхполярный мир Москве придётся пойти на новые, более рискованные чем ранее, ухищерения.

В попытке поддержать Японскую Империю, Советский союз предложил создать научную агломерацию в пограничной зоне на Сахалине. Через три года работы, это позволило развить японскую отрасль фундаментальной науки до такой степени, что-бы сделать Германии предложение, на которое он точно согласятся: собрать флот из трёх космических кораблей от трёх стран и отправиться в экспедицию в восемь недавно обнаруженных вселенных, по многим своим параметрам аномально похожими с нашей вселенной.

Третий Рейх в своей оголтелой пропаганде назвал предстоящую экспедицию «Operation yggdrasil», видимо связывая восемь аномальных вселенных и нашу родную, с скандинавской мифологией, в которой девять миров были расположены на ветвях дерева ясень. В противовес этому факту, с нескрываемой долей юмора, в официальных документах экспедиция значилась как «Орбитальные манёвры«Берёзка»».

Три космических корабля, подготовленные к экспедиции, представляли из себя совершенно разные летательные аппараты. Японский «Энарю», что в переводе означает «Небесный Дракон», хотя он был оборудован термоядерным реактором, использующимся как прямоточный РД, нёс в своём дизайне технологии того времени, когда вывод на орбиту осуществлялся на химических двигателях. Небесный дракон был модульным кораблём, набором из разных, больших и малых, бочкообразных отсеков, по своей сути, это была наспех собранная посудина из старых деталей для космических станций, и новыми движками. Входить в атмосферу и взлетать из неё Энарю не мог, он изначально был собран на орбите, только ради одной цели, экспедиции между мирами.

Советский Ла-470МВ не имел официального имени, но космопланы Ла-470, коих к моменту Берёзки было произведено с десяток, было принято называть «куча» за бесформенный пирамидообразный силуэт, выглядящий как рассыпаная на ровной поверхности куча песка. При ближайшем рассмотрении КА представлял из себя самолёт по схеме низкоплан-бесхвостка, увеличенный до гигантских размеров: длина от носа до хвоста без малого один километр, размах полностью разложенных крыльев пол километра. Что-бы всё это не развалилось ещё на земле, несущий корпус был создан из массивных толстых элементов, увеличение размеров на порядок относительно обычных транспортных самолётов повлекло увеличение силовых элементов на два порядка, а в некоторых случаях и на три. Гипертрофированные силовые элементы в сочетании с относительно короткими крыльями делало космоплан не похожим на атмосферный самолёт.

Для полётов куча имела четыре термоядерных движка на прямоточной схеме, в отличии от ядерных прямотоков, термоядерный прямоток безопасен для экологии, он практически не оставлял наведённой радиации в атмосфере и на месте взлёта, все изотопы кипящие в реакторе удерживались мощным электромагнитным полем, тягу создавали лишь молекулы воздуха, разогретые до плазмы, да бетта-гамма-нейтронно-ренгеновский поток.

Это считалось безопасно, да, конечно, если встать под реактивную струю от реактора, вы умрёте, но попробуйте проделать то-же с химическим РД, эффект будет тот-же.

Шасси у космоплана кстати не было, взлёт с твёрдых поверхностей осуществлялся с предварительным созданием воздушной подушки и последующим уходом от экрана. Для снятия инерциальных нагрузок, а проще говоря, что-бы не стать титаником в космосе, по всему кораблю были установлены малые маневровые движки, питавшиеся от основных четырёх реакторов. В качестве вооружения в носовой части был создан отсек четыреста метров длиной и триста шириной, в который напихано полторы тысячи МБР с различными БЧ: кинетической, термоядерной-фугасной, ядерной-кумулятивной. Целями для такой горы оружия могли стать как объекты на поверхности планет, так и космические корабли, вроде такого-же Ла-470.

И если Ла-470МВ был специально модернизирован из Ла-470 для перемещения между вселенными, а Энарю был собран нищей империей буквально на помойке, то Третий Рейх в своей тяге к гигантомании создал на базе проекта орбитальной верфи, космический линкор длиной пять километров, шириной в три километра и высотой в километр. Линкор-верфь «Рудель» названный так в честь немецкого героя Второй Мировой, кроме того, что был огромным кораблём, обладал автоматизированными системами производства и ремонта, которые были в состоянии воспроизвести корабли длиной до полукилометра, а так-же, в случае надобности отстроить до половины самого линкора в течении недели.

Во время постройки линкора немцы так-же выёбывались своей инженерией и нестандартным подходом, как и во время проектирования. Они собрали на орбите земли позвоночник линкора — каркас длиной пять километров, с навешенным на него производственным оборудованием и реакторами, и отправили эту конструкцию на низкую орбиту Венеры. Там линкор начал фильтровать атмосферу, вылавливая из неё нужные атомы и молекулы, синтезируя недостающие в реакторах, строя из них наномашины, которые перемещаясь на своё место, образовывали новые, уже установленные по месту детали: элементы корпуса, электропроводка, силовые конструкции, механика и системы управления, даже сопла маневровых движков, питавшихся от основных реакторов и те были созданы с помощью нанотехнологий. Когда наномашины устанавливались на своё место, и деталь считалась готовой, она спекалась микроволновыми излучателями, получала при этом большую прочность за счёт мощной закалки и очень медленного отпуска — остывания. Обычно после закалки метал повторно нагревают и дают медленно остыть до комнатной температуры, в обычных, земных условиях, это могло занять два-три часа, но в условиях космоса отпуск проходил гораздо медленнее, до трёх дней.

Как-бы тот ни было, немецкий бегемот жрал атмосферу Венеры два месяца, в Советские радиотелескопы было видно, как Рудель наращивал брюхо, рос в высоту и ширину, при всём при этом делал он это в автоматическом режиме, без экипажа. Не то, что-бы это было в новинку, но остальные страны предпочитали производить основные части кораблей на Земле. Немцы же показали всему миру, что их технологии готовы существовать вне населённых планет, коих было уже основано пять штук, все в ближайших к солнцу системах.

Все эти три космических корабля: дешёвый и простой в производстве Энарю, военная Куча, и тяжёлое наследие устаревших военных доктрин — линкор Рудель. В один день, 3-го сентября 2032 года, были переданы экипажам, получившим приказ немедленно двигаться к точке Л3 и осуществить переход во вселенную, имеющюю сокращённое наименование ВС-1Б.

Глава 2

Здание находилось на территории военной базы, затерянной в глуши южной части африки. База была гигантских резмеров, окружность диаметром тридцать километров, обнесённая бетонным забором. На территории базы находилось две очень широких ВПП, проходящие через всю базу с северо-востока на юго-запад и с северо-запада на юго-восток, пересекающиеся в центре. Большая часть инфраструктуры базы, жилые помещения, склады, стапеля, ремонтные мастерские, были полностью либо частично укрыты ниже уровня земли. Уверенно возвышались над землёй только административные постройки, радиовышки и радарные комплексы.

Два человека сидели в кабинете на третьем этаже, ожидая незваных гостей. Известия о назначении одного из них капитаном космического судна, и о прибытии гражданских лиц на военный объект, были очень неприятны, никому не хотелось менять привычный порядок вещей, вносить новые изменения в течение службы, в течение жизни. Два человека сидели в кабинете, пили из гранённых стаканов нечто, напоминающее чай, но не чай, думали что делать и как быть. В самый неподходящий момент в дверь постучали, а спустя мгновение открыли не дожидаясь ответа.

— Подполковник Зинченко? Добрый день, вам уже доложили, что на борту будут присутствовать гражданские специалисты?

— Да, представьтесь пожалуйста.

— Начальник отдела физических исследований НИИ КПК, Александр Ратов. Вам уже известна ваша миссия? Чем мы будем заниматься в этом походе, и кто полетит с нами?

— Понятно… Меня назначили на новый корабль, который собрали буквально неделю назад, не спрашивая меня загрузили корабль под завязку барахлом, вооружением, и какими-то вашими научными грузами, хорошо хоть дали взять с собой старый экипаж, плохо только что из сорока человек только десять. Мне вот интересно, остальные тридцать человек будут гражданскими? Чей это корабль? Мой или ваш? Если ваш, тогда зачем меня назначили его капитаном?

Физик Александр Ратов, вздыхая и не дожидаясь приглашения, отодвинул стул и сел за стол напротив подполковника. Вытащив из сумки электронный планшет и открыв на нём ГЧ Ла-470МВ, начал свой, заранее подготовленный, монолог, параллельно показывая на новые изменения в чертеже модернизированного космоплана.

-Андрей, Вы когда-нибудь задумывались о том, что бывает когда жизнь ставит вас перед выбором, как поступить? Создаётся новая вселенная, паралельная вашей, в одной вы поступили одним образом, а в другой иначе.

Скажу по простому, каждый раз, когда в мире происходит событие, имеющее возможность пойти так или ничае, даже мельчайшее событие, будь-то движение одной молекулы водорода в резервуаре, когда она сталкивается с другой, создаёт новую вселенную. Таких вселенных, за время, прошедшее с большого взрыва, бесконечность в степени бесконечности. Навигация между вселенными, Ээ…дайте я перестану говорить вселенная, а буду просто произносить мир, а вы будете иметь ввиду, что я не только о наше планете рассусоливаю. Так вот, навигация между мирами, очень трудная вещь, которая осуществляется лишь из-за того, при задействовании генератора сверхсветового хода, или как у вас называют, двигатель виртуального пространства, для перемещения в другой мир, каждый мир даёт на генератор свою уникальную отдачу.

Совершающий путишествие в другой мир разведывательный зонд, или в нашем случае флот из трёх кораблей, может прыгнуть куда-нибудь наобум, записать данные с генераторов и прыгнуть назад, но что-бы уйти в какой-то конкретный мир, для каждой области пространства, в которой совершается прыжок, нужно проводить тестовые запуски, с подбором параметров входа, до того момента, пока сигнатура отдачи на генераторе не совпадёт с нужной.

В кратце, для перехода куда-то конкретно, нужно знать не только адрес, но ещё и подобрать путь к адресу. Но в нашей миссии эта проблема будет сведена к минимуму, у нас есть узкие диапазоны, в которых нужно будет подбирать путь.

Те миры, куда мы летим, должны быть похожи на наши, в пуле предварительно исследованных миров они стоят очень близко к нам, но на каждом из них, была обнаружена, скажем так, аномалия. Где-то лабораторный зонд встретил необычайно сильное загрязнение воздуха, да так, что вернулся в лабораторию весь в саже. Где-то очень слабый электромагнитный фон, как буд-то цивилизация застряла в 19 веке. Где-то на видеокамерах запечатлена вообще какая-то чертовщина. Это всё надо изучить, и для начала с безопасной дистанции, по этому мы сначала летим за солнце, там прыгаем в первый мир, направляемся к земле, исследуем, двигаем за солнце, и повторяем до конца.

Ну, далее... конечно, вокруг этих миров есть ещё куча их вариаций, но они все аналогичны друг-другу, и при изучении каждой аномалии, нам достаточно нужно попасть только в один из миров относящихся к своей аномалии. Всего нам нужно будет сделать девять переходов между мирами, по одному из восьми найденных аномалий и один домой.

У вас может возникнуть возражение, по поводу привлечения военных кораблей, так нужных нашей стране в период мирового политического кризиса. Действительно, у нас сейчас наблюдаются проблемы, по этому вы летите на своём корабле флотом совместно с японским и немецким кораблём, целым табором. Японцы тащат с собой народу как будто запустили в космос целый НИИ, немцы создали WunderWaffe способное произвести за неделю армию и захватить целый материк. По этому вы нам и нужны, вы и военный корабль, ракетоносец, который будет мешать японцам хапать всё что не приколочено, а немцам не даст сильно бряцать оружием. Ваша задача сохранить status quo, а наша задача понять что вообще происходит в этих вселенных.

Вполне возможно, что мы не вернёмся оттуда, по этой причине экипаж снижен до десяти человек, включая нас с вами. Что-бы управлять кораблём без задержек нужно много народу, но что-бы просто лететь хватит и трёх человек. Для компенсации отсутствия трёх четвертей экипажа на этом корабле, на котором мы летим, установлена система искусственного интеллекта, настоящего ИИ, который работает на настоящей имитации человеческого мозга, а не на эмуляторе. Это новая технология в приборостроении, ещё не обнародованная, аналогов в мире нет, ИИ корабля при нужде сможет самостоятельно лететь в атмосфере, совершая только безопасные манёвры и не доводя до критичных перегрузок.

ЭВМ для ИИ будут размещаться на космоплане вместо кухни и части кают. Да, корабль огромный, но он военный, и места в нём не много. Ещё под обшивкой кучу объёма сожрали генераторы, нечто вроде давно привычного устройства сверхсветового двигателя, только вот, что-бы даже в теории не иметь возможности разлететься на куски по паралельным мирам, КБ Лавочкина пришлось облепить самолёту всё днище в этих генераторах, под обшивкой естественно. Так что мы всё-ещё можем садиться на землю, но лучше конечно в воду, мягче будет.

Я знаю вы летали на Ан-387 и Ла-29, на Ла-470 будет одновременно и сложнее и проще. Сложнее, потому-что вам нельзя будет допускать перегрузок в вертикальной оси, свыше 0.3g, а проще, потому-что вам не дадут их допустить. И хоть эта лавочка и выглядит как самолёт, ваша работа будет схожа с работой капитана морского корабля.

Завтра, вы, я, ещё восемь человек: из военных четверо: второй пилот, бортинженер, картограф, специалист связи — радист по простому, ещё четыре гражданских из научного персонала: антрополог, археолог, астроном, инженер-физик занимающийся навигацией в поле миров. Грузимся на борт и пробуем поднять эту хрень в воздух, но орбите нас уже будут ждать. Кажется всё рассказал, есть вопросы?

Закончив монолог и не получив вопросов от Подполковника Андрея Зинченко, Александр Ратов направился в актовый зал, расположенный в том-же здании, где провёл брифинг для остальных членов экипажа.

Среди множества вопросов, заданных экипажем, Ратов постарался ответить на наиболее важные:

— Старший инженер связи Лейтенант Совин Василий Евгеньевич, вопрос: как мы будем поддерживать связь с нашим миром в экспедиции?

— Товарищ Лейтенант, после того, как мы совершим прыжок в первый мир, связь будет возможно поддерживать только с кораблями, находящимися в первом мире.

— Какие отличия в части законов физики нас будут там ждать?

— Вполне возможно изменение некоторых коэффициентов в физических формулах, например другая гравитационная постоянная в какой-либо аномальной вселенной.

— Второй пилот Капитан Круус, задам такой вопрос: нужно ли будет совершать посадки на планеты?

— Непосредственно контакт с поверхностью не предполагается, но возможно нам придётся входить в атмосферу до высоты в пятнадцать-двадцать километров. Также у нас будет запас БПЛА в шахтах МБР и малый челнок МиГ-32 на химических двигателях, если он нам понадобится, именно для его поднятия на орбиту нам и придётся снижаться до пятнадцати километров.

— То-есть наша задача, как экспедиции, просто прилететь, посмотреть, взять образцы, и так восемь раз?

— Да, всё точно так, а вы случайно не из Эстонской ССР?

На следующий день всё было готово к старту, военная часть экипажа заняла свои посты согласно должностям, гражданские специалисты заняли свои каюты. Каюты напоминали купе-св пассажирского поезда, с той лишь разницей, что из-за размещения в центре космического корабля у них не было окон, а в дополнение к постельному белью шли удерживающие ремни, для сна в невесомости. Каждое купе было расположено внутри своего подвижного подвеса, который ориентировал купе во время ускорения корабля так, что-бы сила инерции всегда тянула объекты в купе к полу. Остальная часть корабля была лишена таких технических проявлений заботы о экипаже. Все лестницы, переходы, дорожки, двери и переборки были ориентированны на то, что-бы по ним перемещались только будучи приземлёнными на поверхность планеты, либо что-бы ими пользовались в условиях невесомости, не выполняя никаких манёвров.

Космоплан стоял на взлётно полосе на окраине базы, впереди простиралось тридцать километров ВПП, бетонный забор, а за ним, бесчисленные километры африканской саванны. Куча, как её ласково называли пилоты, открыла задвижки термоядерных реакторов. За этим последовало пробуждение маневровых движков, питаемых от реакторов. Крылья заняли положение минимальной стреловидности. На ВПП начали вырываться потоки раскалённого воздуха, огромное давление, генерируемое четырьмя термоядерными реакторами, создало воздушную подушку под планером Кучи. Оторвавшись от земли на пол метра, Куча начала двигаться вперёд, плавно набирая скорость. Разогнавшись за пару минут до трёхсот километров в час, Куча выключила вертикальную тягу, и оставив разгонять себя только один реактор - задний, имевший наиболее широкий диапазон отклонения тяги, ушла от воздушной подушки на экранный эффект. На скорости пятьсот километров в час, ей удалось уйти от экрана на три метра. Куча продолжала разгоняться, на семиста километрах получилось уйти от экрана на пять метров. В момент перелёта над границей базы Куча ушла на сверхзвук, достигну взлётной скорости. Оказавшись уже по настоящему, в воздухе, Зинченко перевёл крылья в положение максимальной стреловидности — 75 градусов.

Через час Куча ушла на гиперзвук и набрала тридцать километров высоты. Здесь она была уже не самолётом, а космическим кораблём. Сориентировавшись параллельно земле, Куча снова открыла задвижки сопел реакторов, и на полной тяге четырёх прямоточных термоядерных реактивных двигателей начала выход в космос.

Спустя пять часов, на высоте в пятсот километров, Куча встретилась с Энарю и Руделем. Точкой перехода была назначена L3 системы Солнце-Земля.

Выйдя на связь с остальными кораблями и проведя необходимые формальности, военная часть экипажа, не проявляла любопытства или излишней любознательности, всю дорогу до точки перехода. Гражданские специалисты, после того, как Земля скрылась за Солнцем, и стало можно было не беспокоиться о перехвате радиообмена Землёй, вышли на связь с обеими кораблями.

Инженер-физик Владимир Климов смог развязать язык немецкому коллеге и узнал о том, что на Руделе имеется всего три генератора нуль-транспортировки. Немцы не стали выстраивать сложную систему синхронизации десятков генераторов, а вместо этого создали три гигантских генератора, способных перемещать большие области пространства. В чрезвычайной ситуации Рудель мог совершать переход всего лишь на одном генераторе, но его целостность при этом не балы гарантирована.

Гораздо интереснее дела обстояли у связиста Совина. Не зная японского языка он умудрился выйти на связь с Энарю. Сперва он пытался наладить контакт используя русский язык, затем в ход пошёл уже почти не используемый, но благодаря костности человеческого мышления, всё ещё встречающийся английский язык. С помощью английского языка у связиста Совина тоже не получилось наладить связь с экипажем Энарю. Второй раз потерпев неудачу, в порыве азарта, Совин, в тайне от вышестоящего командования, без приказа произвёл запуск электровычислительной машины несущей в себе искусственный интеллект корабля.

Совин торопился, ему хотелось поскорее ИИ для работы с японским языком, по этой причине первичную настройку он провёл быстро и на отъебись: в качестве имени ИИ вместо предписанного инструкцией названия типа «ИИ Ла-470МВ», он записал неофициальное название название этого космоплана — Куча; руководствуясь своей собственной логикой он присвоил звание искуственному интелекту, хотя вопрос о военном завнии, или профессии для ИИ никем и никогда всерьёз не обговаривался, лейтенант Совин присвоил ИИ Куче звание рядовой.

Закончив с настройкой ИИ и запустив сервис синхронного перевода, Совин постарался в третий раз установить связь с японским судном.

- Привет японским коллегам-учёным; 日本の科学者の皆さん、こんにちは

- 彼が私たちの言語を学んだ、または翻訳者をコンピューターに置いたというクソガイジンにうんざりすることはありません。; Здравствуйте, судя по тому, что вы не второй пилот, вы говорите не от имени капитана, а от себя, зачем вы вызываете нас? - прорычал престарелый лысый японский офицер.

- Я хотел просто провести время в общении с интересными людьми, надеялся найти таких у вас; 面白い人とのコミュニケーションに時間をかけたかったのですが、そんな人を見つけたいと思いました

- めちゃくちゃ、私はあなたに掃除婦を連れてきます、あなたは彼女と話します、あなたの心の中であなたはちょうど彼女に近づきます; Если тебе так хочется поговорить, я приведу к терминалу младший персонал, что-бы ты не отвлекал меня от работы. - крикнул офицер и удалился, вместо него к экрану подошла девушка на вид лет пятнадцати-двадцати.

- Привет; おい

- Привет; おい

- Как ты попала в экспедицию?; どのようにして遠征に参加しましたか？-произнёс с вопросительной интонацией в голосе и улыбкой на лице Василий Совин.

- 私は何かの世話をするために上司から送られた; Меня отправил мой начальник, присмотреть за кое-чем - сказала девушка и мило заулыбалась, так, как это могут делать только азиатки с дальнего востока.

- И за чем-же?; そして何のために

- さて、私たちはあなたに話すことがありますが、後で、それはまだ秘密です。; Ну, у нас есть кое-что, о чём мы вам раскажем, но попозже, это пока секрет.

- Я вижу тебя распирает от гордости, за свою тайну, можешь хотя-бы намекнуть?; 私はあなたが誇りを持って爆発しているのを見ます、あなたの秘密のために、あなたは少なくともヒントを与えることができますか？

- これは新しいタイプの輸送手段です。私たちが地球に近づくと、別の地球に近づくと、すべてをあなたに示します;Это новый вид транспорта, когда мы подойдём поближе к планете земля, к другой, мы вам всё продемонстрируем.

- Понятно, посмотрим, мне пора идти, командир вызывает; ほら、見てみましょう、それは私が行く時間です、司令官が呼んでいます。 - Василий спешно попрощался, выключил микрофон и пересел в соседнее кресло оператора связи.

Спустя пять минут Зинченко и Ратов решали, что делать с полученной информацией и с невовремя и некорректно активированым ИИ:

- Да вообще похую как он будет называться, он нам зачем нужен? для замещения недостающего экипажа, что-б мы тут не обосрались в поте лица, но по факту, конечно, самоуправство свзяиста — это залёт. - Высказал свое мнение Зинченко.

- Я с вами согласен, на активацию ИИ мы закроем глаза, журналы никто по прилёту смотреть так особо чтательно не будет, всем насрать, на пять часов раньше или позже. Главное - это данные, которые мы соберём в ходе экспедиции. По этой причине, нам нужна вся информация со всех датчиков и сенсоров, с которых только можно будет хоть что-то снять. С радаров, с дальномеров, с антенн, с камер, со всего, вплоть до герконов створок ракетных шахт, нужно собрать инфу, когда японцы будут показывать нам и немцам ту херь, которую они решили нам показать.

- Хорошо, согласен... тогда поступим так: Дежурные по местам! остальные - свободное время... сколько лететь до точки перехода? пять сорок минус десять... - тут полковник взял тангету громкой связи: Остальные - свободное время пять часов двадцать пять минут.

Глава 3

Первым проснулся один из носовых генераторов. Выйдя на предполагаемую частоту, генератор инициировал переход. Не доводя до момента, когда кусок корабля отправится покорять иные миры в одиночестве, систаемя управления считала отдачу генератора, сверила с целевой и отменила его запуск. Затем начался запуск тридцати генераторов в носу и карме, каждый с разными частотами, так-же как и с первым, последующие были заглушенны после получения не совпадающей отдачи. Одному, на правом борту, в носу, повезло, он достучался, туда куда надо. Немедленно были запущенны все генераторы, подхватившие параметры запуска своего удачливого собрата. Спустя пару секунд космоплан "Куча" утянуло в другой мир.

- Отлично, мы совершили переход, теперь бегом с этой орбиты, не хватало что-бы в нас прыгнули немцы или японцы, подполковник, командуйте. - первое что услышал экипаж после оглушительной тряски разрываемого приливными силами фюзеляжа судна.

- Круус, выдайте ускорение в 2g в сторону земли и передайте управление ИИ, будем обучать нашего рядового.

- Есть!

На военном корабле не было систем создания направленного ускорения для поддержания исскуственной силы тяжести, да и не помогло бы это. Разве что если бы можно было выключить такой закон физики, как силу инерции, но до таких высот наука ещё не дошла. Из-за мощного ускорения, каждый килограмм на земле, в полёте становился двумя килограммами, каждого на борту вдавило по уши в кресла. Корабль мог-бы разгоняться со скоростью в 15g, если при этом он не совершал бы манёвры с включёнными маршевыми движками, но люди на борту не могут переносить больше 9g без последствий для здоровья, а нахождение на корабле гражданских неподготовленных лиц ограничивало максимальное ускорение в 3g.

- Лейтенант, запускай ИИ. - обратился Капитан Круус к Совину.

- Хо!

- По уставу отвечай! - крикнул в микрофон Капитан, затем тихо добавил: - ебучий анимешник.

- Есть!

Фактически, вся экосистема ИИ уже была активирована, ЭВМ, размещённая в столовой, весело гудела вентиляторами и жрала электричество из бортовой сети уже семь часов. Старт с уже загруженной операционки, называемый горячим стартом, занял десять минут. По окончанию загрузки, на рабочих местах первого и второго пилота, связиста и гражданского-физика активировались дополнительные экраны, уже успевшие, благодаря статическому электричеству, покрыться пылью. У прочих членов экипажа, на терминалах появились дополнительные диалоговые окна. По громкой связи прозвучал хорошо синтезированный голос, слабо отличающийся от живого человека, за исключением того, что нельзя было точно сказать, мужчине или женщине он мог-бы принадлежать.

- Здравия желаю, Рядовой Куча по вашему приказу активирован!

- Ты меня понимаешь, в полной мере, как человек? - Сказал Подполковник.

- Так точно!

- Тогда давай так, ты не человек, устав писан не для тебя. Не надо изображать из себя человека, тем более солдата, ты машина, ИИ, часть корабля, избавь нас от этого долбоебизма, который в тебя заложили профессора психологий.

- Хорошо, может вы будете называть меня по имени и званию?

- Нет.

- Можно я буду называть себя по имени и званию?

- Да называйся уже как хочешь, раз тебе так нравится. - с раздражением ответил Зинченко, затем добавил: - бери управление кораблём на себя, сохраняй курс и ускорение, ждём прибытия гостей.

Вторым переход совершил немецкий корабль "Рудель". Огромное тело длиной пять километров прыгнуло в этот мир на дистанции в триста километров от "Кучи". Немцы сразу-же установили связь с советским экипажем, их командир умел говорить по русски и после установки голосового канала тут-же воспользовался своим навыком.

- Добрый день! Подполковник Зинченко? -отчеканил с ярким акцентом капитан немецкого корабля.

- На связи Зинченко.

- Йоханес Вайс, капитан корабля "Рудель". Рад встрече.

- Капитан, перейдём к делу: нужно нарушить полётные предписания, ждём Энарю и совершаем прыжок к земле, это сэкономит время и не даст экипажу умереть со скуки.

- Подполковник, у нас у всех чёткие инструкции, нельзя совершать прыжков вблизи планеты Земля, и даже в другом мире, земля остаётся землёй.

- Ну так а я не предлагаю вам прыгать, я предлагаю вам подождать японцев и тремя кораблями оказаться у Земли.

- Я же говорю, нам нельзя прыгать вблизи Земли. - с ноткой досады и раздражения начал отвечать Капитан Вайс.

- Вам нельзя, вы и не прыгайте, мы сами вас прягнем, только будьте готовы.

- У нас ведётся вахтенный журнал, я не могу вам ни дать согласие ни доложить о готовности, это будет нарушением закона, а мы не бандиты, что-бы нарушать закон.

- Понятно, тогда если можете, просто оставайтесь на месте и лягте в дрейф, всё остальное мы сделаем сами. - с ехидной усмешкой полковник снял наушники и повесил тангету на держатель.

Когда Рудель, с выключенными движками, оказался в пятиста метрах под кормой Кучи, Энарю совершил переход и оказался в тридцати километрах от Кучи, Круус, уроженец одной из прибалтийских ССР? установил связь с японским кораблём и аргументируя общими знакомствами на Сахалине, уговорил его капитана присоединиться к формации.

Сдав смену, командир судна, подполковник Андрей Зинченко, висел в условиях невесомости, возле своей кровати. Андрей размышлял о языковых границах и разнице в восприятии мира, зависящей от этиъ самых языковых границ: "Вот, есть русский язык, он для меня родной, у него есть своя структура, у слов есть окончания, слова могут иметь мужские и женские окончания. Вот есть немецкий язык, такой-же язык как у нас, только слова другие и буквы латинские. Казалось бы, два разных языка, две разных культуры, но если владеешь одним, можещь овладеть и другим. Такой-же европейский, а значит родственный немецкому - английския язык, хоть и использует тот-же алфавит, хоть и похож по звучанию, но всё0же синтаксис совсем другой, логика построений другая. Сколько не пытался в детстве начать учить английский, никакого толка с этого не выходило, хорошо хоть теперь уже не нужно, немцы уже достигли успеха в онемечивании европейских территорий, не то что, мы. На наших территориях в Седней Азии, в Туркменистане, Иране, Пакистане, во всех этих странах современная цивилизация присутствует только в крупных городах, социализм не распространяется дальше городов и больших деревень, а русским языком там владело слишком мало людей, слишком мало людей знающих русский для нормальной жизни. Мы слишком мягко относимся к менее развитым культурам, поощряем невежество и пытаемся привести к социализму тех людей, которые не знают не то-что капитализма, даже просвещённая монархия для них слишком сложно. Взять к примеру Японцев, страна и люди с очень сложной культурой, как буд-то с другой планеты. Вот японцы взяли Индию, через десять лет треть индусов говорит на японском, и пусть у индусов своя тарабарщина, сложная для восприятия, то японцы вообще инопланетяне, и всё-же спустя сто лет, ни индусы, ни китайцы, ни вьетнамцы не говорят на своих языках, а используют общий для всех них - японский. Не важно какими способами они этого добились, всё пройдёт и забудется, а достижения останутся." - Всё забудется, а достижения останутся. - проговорил в слух подполковник и напрягся, стараясь заснуть в невесомости.

Когда три корабля уронили скорость относительно друг-друга до нуля, Куча запустила те-же генераторы, что привели её в этот мир. На этот раз режим работы был выбран специально для перемещений на расстояния в несколько а.е. Особый "тихий" режим, который использовали советские военные для быстрых перемещений внутри солнечных систем, имел на порядок больший удельный энергетический расход, но позволял перемещаться, не оставляя следов в пространстве космоса. Разница в энергопотреблении объяснялась тем, что генераторам нужно было не просто проделать дыру в пространстве, но и залатать её после использования.

Спустя пятнадцати минут зарядки конденсаторов, экипажи вместе с кораблями внезапно обнаружили себя над европой на высоте в пятьсот километров. Над европой и африкой господствовала глубокая ночь, но на планете небыло видно ни одной светящейся точки от какого-нибудь крупного города, казалось, что цивилизация спала крепким сном.

- Совин, проверь эфир, все частоты, Волховский, установи дату по звёздам, рядовой Куча - собирай инфу со всех сенсоров, ждём сюрпризов от япошек. - скомандовал Ратов.

После того как все доложили о начале исполнения приказов, связист начал отчитываться о прослушанных частотах:

- сантиметровый диапазон, только шумы, но на таких высотах это могло быть нормально, для двадцатого века, не для двадцать-первого

- дециметровый, аналогично, только шумы.

- метровый молчит, тут нет радиосигналов, никаких, всё мертво.

Дождавшись когда связист закончит монолог, слово взял астроном:

- Конфигурация объектов соответствует не нашему тридцать-второму году, а тридцатому, эффект такой, как будто мы попали в прошлое.

- Скорее всего тут никто не живёт. - проговорил Ратов, добавив: - я, как начальник экспедиции, приказываю подготовить тридцать-второй для разведки.

Третьим своё слово взял ИИ корабля:

- судя по собранной информации, планета сейчас мало или не населена, причиной вымирания возможно, там произошло заражение атмосферы неблагоприятными для человека факторами, такими как радиация или отравляющие вещества, предлагаю запустить челнок в беспилотном режие для проведения РХБР.

- я сам собирался это предложить, давай так и поступим, кстати, мониторинг японского корабля всё ещё ведётся?

Спустя пол дня, когда МИГ-32 успел пролететь всю европу, провести аэрофотосъёмку заброшенных сто лет назад городов и обнаружить следы мощного радиационного заражения, японцы дали о себе знать.

Куча засекла работу сверхсветовых генераторо Энарю, но дыра в пространстве была расположена не вокруг японского корабля, а у поверхности земли, над Токио. Заметив активность со стороны японцев, Капитан Круус вызвал Энарю и вежливо поинтересовался о том, что у них происходит.

- Куча, переводи. - скомандовал Ратов.

- В третьем лице?

- Давай в третьем, но с подробностями.

- Сейчас Круус и Дежурный Офицер Тоёхисо приветствуют друг друга, Круус интересуется замеченой нами аномалией.

- Тоёхисо хвастается тем, что их новое оружие может перемещать объекты на любые дистанци, с условием что нужно знать их координаты, говорит, может даже отправить космический корабль в другую систему, если у того не работает двигатель.

- Куча, подожди, ты лучше скажи,японский офицер, это мальчик похожий на девочку или девочка похожая на мальчика? - вставил пару слов астроном Сергей Волховский.

- Серёг, у япов, как и у всех азиатов, живущих до тибета, нет разделения на красоту мужскую и женскую, все стремятся к одному и тому-же. - ответил Ратов.

- Это я знаю, но так японский офицер, мальчик или девочка?

- Этого и я не знаю, ладно, Куча, что там дальше.

- Они договорились о том, что мы можем попросить у них помощь в транспортировке грузов и людей, если мы собираемся проводить научные изыскания, но мы не можем рассчитывать на из помощь в десантных операциях.

- Понятно, будем иметь ввиду, что они ещё обсуждают?

- Хотят что-бы мы поскорее спустились на землю и исследовали архивные военные и медицинские записи в сохранившейся на нашей территории инфраструктуре. - отрапортовал Куча

- Мы и сами должны будем высадится, провести разведку и отработать использование тридцать-второго. Судя по тому, что мы собрали с авиаразведки челнока в беспилотном режиме, тут была радиационная катастрофа, но теперь фон над большей части поверхности в пределах допустимого, можно сесть сразу в Москве, сядем в Тушино и пойдём до центра, до главного штаба пешком. - командирским тоном проговорил Ратов.

- Далековато идти пешком. - откликнулся Совин.

- Для начала, нам нужно будет спустится в атмосферу, вернуть челнок, заправить его, и только затем начнём нашу миссию. Вы, товарищ Совин, остаётесь на корабле, на землю будут спускаться археолог, антрополог и руководитель экспедиции, то-есть я. И ещё кое-что, Капитан Круус, как только Куча уйдёт за горизонт от других кораблей, выбросьте на орбиту десяток "Сахаровок" в режиме ожидания, так, на всякий случай.

Спустя два часа началась операция по возвращению челнока. МИГ-32 имел кабину на восемь мест, включая два места пилотов, сам челнок являлся атмосферным самолётом-низкопланом нормальной аэродинамической схемы с несущим корпусом, имел три маршевых двигателя: один ТРД в центре над фюзеляжем и два ГПВРД над крыльями. Динамический потолок тридцать-второго достигал мезосферы, но оптимальный режим для стыковки с Ла-470 была высота в пятнадцать тысяч километров и скорость в семь махов.

Для подбора челнока Куче пришлось войти в плотные слои атмосферы. Внизу, под челноком и кораблём расстилалась бескрайняя тайга. ЯРД Кучи расположенные в крыльях и носу жгли реактивной струёй вперёд и вниз, ЯРД хвоста работал в пол мощности в вертикальный векторе. По центру днища корпуса Кучи, покрытого керамическими плитками термоизоляции, открылся огромный бомболюк, точнее он мог бы быть бомболюком, но являся воротами в ангар. Сравняв горизонтальную скорость, челнок начал резко подниматься вверх, когда до входа в ангар оставалось семьсот метров, вертикальная скорость упала до пятидесяти метров в секунду. Не доходя до люка, челнок выключил двигатели и на инерции влетел в ангар, там его ловко поймали за крылья три специализированные мехруки: две за оконечности крыльев и одна зафиксировала хвост. В проёме закрывающегося люка промелькнуло озеро Байкал. Куча набирала скорость, уходила обратно, в космос.

Заправка и перепроверка челнока, подготовка команды и доработка мелких деталей плана спуска заняла много времени, Подполковник Зинченко уже успел отдохнуть и вновь заступить на вахту, а работу части экипажа, ушедшую на отдых возложили на корабельный ИИ. Ознакомившись с новостями и планами, Андрей внёс очень важное предложение:

- Пусть прыгают с парашютов на красную площадь, оттуда пешком идти гораздо меньше времени, а с земли их попросим подобрать японцев, я так понимаю, наши окажутся на их корабле, а нахождение наших людей на японском корабле это проверка япов на лояльность и благоразумность, одним выстрелом двух зайцев.

Получив согласие от учёных и проконтролировав договорёность с Энарю, Андрей дал отмашку на запуск миссии.

Челнок вновь падал к земле сквозь обжигающе плотную атмосферу, он был гораздо более прочной птичкой, чем огромный космоплан, в режиме беспилотника он мог оказаться у земли буквально за час, но с людьми на борту спуск занимал от трёх часов и до бесконечности, в зависимости от орбиты.

- Не понимаю, зачем вам вообще антрополог в этой экспедиции? - удивлялся во время спуска Кирилл Ермолаев

- Вдруг нам встретятся гуманоидные инопланетяне похожие на людей и произошедшие от древних обезьян, нам нужно будет знать, насколько они отличаются от нас. - сбитым от перегрузок голосом ответил Александр.

- А археолог зачем вам сдался? - влился в разговор Иван Казаков.

- Что-бы когда мы наткнёмся на древние гробницы, помогать нам их экспроприировать и избежать древних ловушек и проклятий.

- Давай без шуток, мы не в цирк летим, а в штаб. - раздражённо ответил Иван.

- А если серьёзно, то там внизу, произошла катастрофа, но теперь там безопасно, и нам нужен человек, который может, благодаря своему опыту, по наспех собранной информации составить более-менее цельную картину. Копать раскопы и описывать древности будем когда-нибудь в будущем.

- Хороошо, но зачем нам оружие?

- Дикие звери.

- А если их много?

- Челнок будет баражировать в районе нашего прибывания, нас прикроют от чего-угодно крупнее волка. Кстати, мы уже близко, скорость двести, высота тысяча. - спокойным голосом сказал Александр, затем громко добавил: - Приготовиться на выход! Перед прыжком челнок сделает медленную бочку для безопасности, мы просто упадём вниз.

Так и вышло, все трое стояли с парашютами у двери, когда челнок вытряхнул их над красной площадью. Приземление в густую траву прошло успешно, счётчик гейгера молчал, волноваться было не о чем. Парашюты были брошены на земле, а трое учёных направились к месту, что когда-то было набережной москвы реки. Подойдя к васильевскому спуску Иван заметил: - Весь булыжник мостовой покрыт слоем земли, но судя по тому, что иногда попадаются выступающие камни, этот слой земли прекратил расти уже давно, из чего можно сделать вывод, что скорее всего он появился здесь одномоментно, как-то вдруг.

Набережная была в лучшем состоянии, сквозь гранитные плиты трава не росла, но сами плиты частично были разломаны, а частично съехали в реку. Двигаться по набережной пришлось достаточно долго, не доходя пары кварталов до городского бассейна группа свернула на северо-запад. Везде их встречали дома без крыш и стёкол, заросшие мхом, разложившийся асфальт и высокая трава. Ратов достал из кармана гарнитуру рации и аргументируя плохим предчувствием, попросил ИИ проанализировать, что находится на следующем перекрёстке вне поля их зрения. Куча сообщила, что предположительно видит медведицу с медвежатами, доедающими несколько трупов волков.

- Ну тогда уничтожь её, на челноке есть пушка, пусть даст по ней очередь. - приказал Ратов.

Миг-32 отлетел от района баражирования, задействовал закрылки и предкрылки в посадочный режим и на скорости в триста километров в час и бреющей высоте начал приближаться к перекрёстку. Обнаружил медведицу с полутра километров, а с пятиста метров очередь из тридцати миллиметровой многостволки устремилась в тушу животного, осколочно-фугасные снаряды сдетонировали во всей туше медведицы: голова и шея просто перестали существовать, левая задняя лапа и правая передняя валялись друг от друга в пяти метрах, позвоночник покрытый горелой кожей и вскипевшими мышцами рассыпался на пять частей. Правая задняя лапа, левая передняя лапа, грудная клетка и желудок превратились в розовую кашицу которой забрызгало стены зданий вокруг. В подошедшей на перекрёсток группе наметился разлад, Кирилл был опустошён увиденным, Александр снял с плеча автомат, передёрнул затвор и перевёл предохранитель в положение авто.

Подойдя к одному из медвежат, пытавшихся спрятаться в траве за брошенными автомобилями, Ратов дал короткую очередь в голову животного, затем сразу-же долгую по второму поодаль стоящему. Первый медвежёнок с дыркой в голове, ухе и выбитым зубом начал удирать, второй же, на которого пришлось больше половины магазина остался лежать.

- На примере этих медвежат вы можете видеть живучесть этих зверей, а о агрессивности медведиц с выводком вы знаете, есть вопросы?

Группа молча последовала дальше, у здания штаба их ждали две запертые деревянные двери:

- За столько лет, они наверно прикипели к косяку, заходим через окно.

Окна первого этажа, расположенные высоко над цоколем здания, рамы были давно иссушены солнцем, а стёкла выбиты. В одно из таких окон влез Александр, а за ним и остальные.

- Исследуем здание, я беру первый этаж, Ваня, ты второй, Кирилл третий, встречаемся на четвёртом. Если закрытые двери не получается открыть, то пропускайте и идите дальше, не теряйте времени.

Учёные разошлись по своим заданиям, Ратов принялся осматривать кабинет, в который он влез через окно. Два письменных стола, стулья простецкого вида, шкаф, тумбочка, сейф в углу. Всё в толстом слое пыли, местами в паутине, местами в пыли возле окна начали расти одуванчики. В тумбочке он нашёл несколько папок, в которых лежали документы относящиеся к охраны периметра здания и пропускной системе: - "Что-ж, когда случился пиздец, сюда приехало много командировочного офицерья, логично."

В сейфе лежал проржавевший трофейный М1911 и треснувшая фляга. Ещё раз осмотревшись, Ратов прошёл в выломанную учёными дверь и начал осматривать коридор: - "Таак, кабинет охраны - тут нам делать нечего, кабинет начальника охраны - тут я уже был, кабинет бухгалтерии - не интересно, комната совещаний - стоит заглянуть." В комнате стоял длинный стол, на столе пустой плёночный проектор, возле стола стулья и экран проектора, в углу - стелаж с полками набитые папками. Многие из папок имели гриф "Секретно", видимо в момент пиздеца уже никто не думал о гос. тайне и складировал бумаги как попало. Одна папка привлекла особое внимание Ратова: на папке имелся гриф "Особой важности", а сама папка имела название: Доклад о работе разведки в Японской империи за 1948 год.

В докладе говорилось о том, что японцы разрабатывают свою ядерную бомбу, но в отличие от СССР и Германии, Японская бомба в качестве топлива использует не уран, которого в самой японии и японских территориях дефицит, а ураново-кобальтовое наполнение. Аналитики предупреждают о том, что японцы могут успешно завершить разработку бомбы. "Ну конечно, то у них артиллерийские снаряды с шимозой, а потом и ядерные бомбы с кобальтом, понятно теперь что за внезапное радиационное заражение подпортило мне жизнь" - Подумал мысль Ратов.

После быстрого прочтения доклада по диагонали, Александр нашёл на полке отчёт о применении японцами ядерных бомб для подавления восстания в Индии. Там говорилось о массированном применении по меньшей мере трёхста бомб мощностью от пяти до десяти килотонн, и образовании большой массы радиокатывной пыли. "Хорошо, что я тогда сразу на императора подумал, кто ещё кроме японцев может так яростно выполнять приказы и даже не полностью осознавать последствия, плохо, что я всё списал на аварию на обогатительной фабрике в китае." - Пришла в голову Ратову вторая мысль.

Сфотографировав постранично доклады и кинув папки в рюкзак, начальник экспедиции поднялся на четвёртый этаж, где его уже ждал антрополог Кирилл:

- Нашли что-нибудь? - спросил антрополог

- Да, есть кое-что интересное, потом изучим на корабле. У вас как дела и где Иван?

- Иван решил занятся пока вас нет, четвёртым этажем, а нашли мы вот что: немецкие планы захвата СССР, планы истребления мусульман, на этот раз японские, договора о разграничении, черновик тройственного договора о военном сотрудничестве, если мне не изменяет память, такой договор был подписан и в нашей вселенной, ещё по мелочи, но не так интересно. Я их всех не смотрел, слишком ветхие бумаженции, но из названий понятно, что они тогда, находились на гране войны, третьей мировой и похоже, её перешагнули, кто знает, может наш мир только чудом сохранил стабильность, тогда, в тот-же временной период.

- Я тут собрал много интересных вещей, но ситуацию они не проясняют. - произнёс появивщийся из неоткуда за спиной, археолог Казаков. - ещё, похоже они проводили эвакуацию, четвёртый этаж на половину пуст, на пятом даже мебели в кабинетах нет.

- Что-ж, тогда. - Ратов снова достал гарнитуру. - Куча, пусть челнок снимет наши точные координаты и передаст японцам, ждём эвакуации.

Глава 4

Здание штаба находилось на возвышенности, далеко от обмелевшей реки. Сняв челноком высотные координаты и привязку к местности, ИИ попросил группу учёных ожидать транспортировки на четвёртом этаже над главным входом.

В это-же самое время, Энарю с относительно небольшой скоростью пролетал над Китаем и собирался затормозить над Москвой. Японцы с трудом поверили своей удаче и с нетерпением ждали момента, когда советские учёные попадут к ним на борт. Они считали, что у советов есть ответы, на вопрос, куда внезапно исчез их император после катастрофы в Индии, и что возможно, они поделятся своими знаниями добровольно.

- Кто-нибудь из нас троих по японски говорит? - задал своим товарищам вопрос археолог Иван.

- Рации работают в автоматическом режиме, когда вы прибудете на Энарю я переключу в двуязычный режим и предаставлю вам синхронный перевод всего, что они говорят, а что-бы связь была хорошей, буду держать корабль близко к ним. - неожиданно ответил ему ИИ Кучи.

- Теперь понятно, зачем на на корабле серверная, сопоставимая с размерами серверной какого-нибудь НИИ? - усмехнулся Ратов, добавив: - Куча, мы вложили в научно-техническую отрасль японцев много ресурсов, что-бы поднять их до нашего уровня, а они не хотят делится с нами своей технологией дистанционного перемещения, постарайся суметь позаимствовать её как можно скорее, тем более мы как-раз идём к ним в гости.

Спустя час, когда Энарю проходил над районом поволжья, в рации, безимоциональным синтезированным русским языком заговорил японец:

- Приветствую, я ефрейтор-оператор Хироюки, я говорю с начальником Ратовым?

- Добрый вечер, да, это я, вы говорите по русски или это наш синхронный перевод?

- Я говорю по японски как и вы, вы в точке эвакуации?

- Да, забирайте нас отсюда.

Внезапно, мир за окном четвёртого этажа здания перестал существовать, вместо него была металическая стена внутреннего отсека Энарю. Пол, стены, окружение, воздух, люди - всё переместилось в транспортный отсек, в сферу радиусом пять метров. Именно шар радиусом пять метров был изъят с земли и перемещён в космос, на землю же переместился воздух транспортного отсека и немного пыли.

- Ну, вот и невесомость, мы в космосе, пора выбираться из этого куска здания. - сказал Ратов и оттолкнулся от потолка в сторону открывающейся гермодвери, остальные последовали за ним.

Два висящих в невесомости, по сторонам от прохода за дверью, солдата попытались поклониться вновь прибывшим, но осознав комичность поклона в космосе, отдали честь приложив руки к головам. Один из них начал говорить, тут-же в наушнике рации пошёл перевод:

- Все ли вышли из отсека? - спросил солдат

- Нас всего трое, все вышли. - начал говорить Казаков, а из динамика рации, висящей на поясе, начала вещать японская речь.

- Хорошо, тогда приготовьтесь к гравитации. - сказал солдат, снял телефонную трубку со стены и что-то сказал в неё.

Корабль начал выполнять что-то вроде разворота над землёй, используя маршевые двигатели на небольшой доле мощности и часть маневровых движков в постоянном режиме. Точнее было-бы сказать, корабль лёг в циркуляцию, это позволило подвергнуть всю его массу центробежной силе. Остатки здания генштаба, эвакуированные вместе с учёными, с грохотом сложились на полу транспортного отсека. Пятеро человек, два солдата и три гостя направились в лабораторию, где их встретили офицер Тоёхисо, одетый в полевую армейскую форму и два научных сотрудника в белых халатах. Выполнив все этапы приветствия и дождавшись того-же со стороны советского экипажа, японцы незамедлительно перешли к делу:

- Приветствую на борту "Небесного дракона", нашли что-нибудь интересное? - начал первым японский офицер.

- Много полезной инфы, у нас уже есть ответы на то, что здесь случилось, но давайте, вы первыми расскажете нам о том, что вам удалось узнать, ваша наземная группа ведь уже вернулась с результатами? - ответил Ратов.

- У нас их несколько, групп, но да, кое-что мы уже знаем. К примеру, мы знаем, что русские шпионы похитили нашего Императора сразу после того, как мы испытали ядерное оружие на своей территории.

- Значит в этом мире, по вашему мнению, наши похитили вашего главного? - вставил пять копеек Кирилл Ермолаев.

- Наслышан о вашем советском отсутствии субординации, как вы вообще может существовать в обществе, где большинство равны друг другу? Впрочем не важно, это мои имперские придирки.

- На чём основывается ваше мнение по поводу императора? - выступил третий учёный, Иван Казаков.

- Мы собрали множество артефактов: газеты, листовки, приказы в различных ведомствах, прочесав несколько кварталов, нашли записи в дневниках гражданских, мы знали что искать. И по совокупности фактов, мы знаем, что через день, после наших испытаний на нашей же территории, в Индии, несколько русскоговорящих людей похищают нашего Императора Сёва, а через три дня, острова накрывает тучами радиациоактивной пыли. И раз императоря похитили русские, то и радиоактивный апокалипсис устроили то-же вы.

- Может быть императора похитили русские, а может и немцы, вполне возможно, что он просто покончил жизнь самоубийством, узнав что натворили его подданые. У нас есть фотографии секретных документов советской разведки, прямо показывающих, что человечество погубили именно вы. Оригиналы бумаг мы вам предоставить не можем, мы их оставили для будущих археологических экспедицый, не подозревая о разрушительности вашего способа эвакуации. - достав планшет и открыв нужные фотографии, начал свой длинный монолог Александр. - Ладно, давайте я вам расскажу нашу картину мира, сложившуюся после посещения планеты. В первую очередь, очень похоже, что история этой планеты шла параллельно нашей, вплоть до переломного момента, когда, в тысяча девятьсот сорок восьмом, во время восстания в Индии, в нашем мире, на помощь вашей империи пришёл Советский Союз, и вам пришлось пустить их в свои владения. Бунты были подавленны, люди успокоены, но высокой ценой для Японии, вы потеряли колонию, а индусы получили своё социалистическое государство от Ирана до Сиама. В этом же мире, не успев создать ядерное оружие во время второй мировой, Японская Империя, из-за отсутствия разработанных источников урана, создала ядерную бомбу на основе кобальта, а это, если не знаете, мощное оружие радиологического дейсвтия. Затем, массированно применила кобальтовые бомбы для подавления индийского восстания, это и привело к уничтожению человеческой цивилизации. Быть может, где-то ещё сохраняются человеческие поселения, но поиск и спасение это не наша задача. Вопросы?

- В катастрофе этого миры вы обвиняете нас и нашего императора, это очень похоже на то, что вы специально пытаетесь нас оскорбить, но мне непонятно, зачем? - офицер Тоёхисо обратился к Ратову, затем посмотрев на девушку-научного сотрудника, жестом приказал ей проверить все факты из советских докментов, о которых говорил Ратов, затем добавил в его адрес: - И, вы очень храбры, раз, находясь в гостях, не боитесь посориться с хозяином.

- Позвольте! - вмешался археолог. - Для выявления научной истины нужно провести радиологические исследования, в местах предполагаемого применения ЯО и в других точках планеты, провести исследования, сравнить результаты и сделать выводы по вашему спору. Но прямо сейчас, я так понимаю, никто не будет этим заниматься, это работа для следующих экспедиций.

- Тоёхисо, вы ведь далеко не главный на этом корабле, отведите меня к Хидео Яно, а наши учёные, совместно с вашими, выработают дальнейший план действий. - предложил Ратов.

- Как, вы не Учёный? Как вас представить капитану?

- Представьте, как главу гражданской части советской экспедиции.

Тоёхисо и Ратов сначала шли пешком по длинному коридору. Из-за неидеальности манёвра орбитальной циркуляции, сила тяжести всё время немного менялась, создавалось ощущение, будто бы идёшь в большом и длинном движущемся лифте, который то вдруг становился скоростным, то начинал медленно тащится вверх, то падал вниз.

В конце длинного коридора был переход-лестница в другой модуль корабля, в самом переходе было сделано несколько иллюминаторов, Ратов впервые отчётливо увидел землю своими глазами и поспешил поскорее пройти переход, Тоёхисо поднажал за ним.

После перехода между модулями, компанию из русского и японца встретила открытая круглая гермодверь, японец прошёл её первым и повернул направо, русский отправился за ним. За углом притаилась ещё одна гермодверь, затем короткий горизонтальный переход с иллюминаторами, после ещё одна дверь, и наконец их встретил капитанский мостик. Помещение имело несколько прикрученных к полу металических столов, пяток кресел и десяток рабочих мест с терминалами корабля и отдельными компьютерами, всё пространство было битком заполненный офицерами и адьютантами. Пройдя тридцать метров от входа, до поста командира, японец вытянулся по стойке и поклонился капитану.

- Глава советской экспедиции Александр Ратов. - представил Тоёхисо Ратова, всем находящимся на мостике.

Ратов отключил рацию, оставшись без переводчика, приложил руку к пустой голове и начал говорить.

- Привет Хидео, давно не виделись, тут кто-нибудь ещё понимает по русски?

- Привет Александр, нет, кроме меня тут никто не проходил практику на Сахалине.

- Отлично, значит, у меня к тебе есть одна новость и одна просьба.

- Не торопись, ты у меня в гостях, присаживайся, сейчас принесут чай. - сказал капитан, указывая кивком на соседнее кресло и приказывая жестами Тоёхисо принести поднос с керамическими рюмками, кувшином и закуской.

- Я уже начал забывать ваш менталитет, похоже ваш "исследовательский отдел" обиделся на всех русских за то, что никто из нас не делал. - сказал Александр, затем усмехнувшись добавил. - в этом мире похитили вашего императора, а не любят теперь меня, это неприятно, не я же его похищал.

- Да, у нас развито чувство локтя, коллективная ответственность.

- Ещё, кроме этого, у нас есть документы, дающее возможность предполагать, что в экологической катастрофе на планете, виновна здешняя японская империя, нужно конечно проводить раскопки, организовать экспедиция, но сейчас нам всем глубоко похуй, нужно идти дальше, осталось ещё восемь миров, надеюсь, вы согласны?

- Давай по одной! - предложил капитан.

- Давай, за то, что-бы между нашими странами был мир и все были с этим согласны. - Ратов чокнулся с Яно. И немедленно выпил.

- Ну а о какой просьбе ты говорил?

- У вас есть телепорт, которым вы подобрали нас с планеты, мы знаем физический принцип его работы, и нам нужно знать, как вы это делаете. Мне ненужны никакие тайны или чертежи, мне нужна теория а не практика. У вас наверняка есть на борту люди, которые собирают статистику его работы, те люди, которых командировал сюда завод. Мне бы хотелось устроить встречу наших учёных и ваших.

- Я согласен выполнить твою просьбу, северный сосед сильно нам помог в своё время, настала наша очередь помогать соседям. Но, не прямо сейчас, возможно, в конце экспедиции или после неё.

- Хорошо, мне не к спеху, только вот, я наверно ещё много раз буду просить ваших услуг в транспорте.

- Пожалуйста, проси, наши системы наведения и целеуказания всё ещё совместимы с вашими протоколами связи.

- То есть, мы сами указываем вам цели, и вы их подбираете?

- Наш "телепорт", который ещё не получил названия на вашем языке, может подбирать и доставлять грузы к вам, или забирать от вас и доставлять на планеты. Пока мы рядом и остаёмся союзниками, мы можем обеспечивать вам транспорт, без посещений нашего корабля.

- Ну, давай по второй. - на этот раз, предложил Ратов, и после осушения рюмок, обратно не закусывая, продолжил. - хорошее предложение, я его принимаю. Теперь, в связи с сложной ситуацией у нас дома, может, политику обсудим?

- Давай поговорим, я, к примеру, не понимаю, вот ваши, нафига наших уговорили на эту экспедицию? Ослабить наше присутствие в ближнем космосе?

- Нет, посмотри шире, на нашей планете есть три государства: одно - воинственные сволочи, которые сожгли в печах пятьдесят миллионов человек, другое - неразумные идиоты, которым нужен внешний враг, им нужно продолжать борьбу за коммунизм, если внешних врагов не останется, они сначала превратятся в хиппи-анархистов, а затем, так или иначе они развалятся и деградируют и перегрызутся друг с другом, и третье государство - вообще инопланетяне со своим менталитетом, они могли-бы быть также опасны как воинствующие сволочи, они убили и зарезали немало людей в разных частях мира, но из-за своей ментальности они всегда чуть отстают от первых двух и кажутся не такими опасными. И в такой ситуации, вторым нужно быть самим страшными и опасными для первых, и ещё подтягивать по уровню третьих, что-бы, ни у кого из всех трёх не было соблазна залупиться на кого-нибудь одного, что-бы все понимали, что если кто-то один полезет на другого, то третий воткнёт нож в спину агрессора, а если вдвоём полезут на одного, то потом, после победы, один может оказаться слабее другого, и сильный уничтожит слабого, а слабым может оказаться любой. Взаимное уничтожение в ядерном огне уже никого не пугает, у людей есть множество бомбоубежищ, есть множество разведанных и пригодных для жизни планет, много гражданских кораблей на орбите, человечество выживет в любом случае, по этому теперь, всех главных в своих государствах, пугает перспектива остаться бомжами, или рабами, или умереть.

- Я тебя понял, давай ещё по одной. - сказал Хидео и налил в рюмки прозрачной жидкости, Ратову он налил почти полную рюмку, себе - немного меньше.

- А, восточные намёки, понимаю, но, в детстве, моя бабушка всегда наливала мне полную кружку компота и приговаривала: "чтоб жизнь у тебя была полная", так что, если тебе у нас нальют полную что-нибудь до краёв, ты не обижайся. Кстати - Ратов взглянул в сторону наблюдавшего за всем офицера. - Тоёхисо, запроси статус нашего челнока, кажется нам пора домой. - затем снова обратившись к капитану - а, ну да, я забыл, я же выключил рацию с переводчиком, надеюсь, ты не принял мой монолог на свой счёт, нас ещё ждёт холодная война с немцами.

МИГ-32 был не совместим с стыковочными устройствами японцев, строго говоря, он не был совместим ни с какими стыковочными устройствами, на Куче был ангар, но на Энарю в качестве ангары выступило нечто, именумое сухим доком для спасательных операций. Однако большой разницы не было, за исключением, что в японском корабле не было специальных систем фиксации челнока во время стыковки, его просто удерживали пять мехрук, которыми удалённо управляли операторы. Челнок находился в ангаре с воздухом, хорошо зафиксированный. Для посадки экипажа, Энарю пришлось остановить циркуляцию и подвергнуть всё внутри себя условиям микрогравитации. После установления невесомости на корабле, советсткий экипаж просто влетел в открытую дверь челнока.

Когда двери челнока закрылись и вход в доке не осталась персонала, ворота дока открылись без предварительной вакуумизации пространства, выпустив весь воздух в космос. Иван хотел было задать вопрос, где японцы достанут ещё воздуха, если будут часто открывать док, но сам нашёл ответ на свой вопрос. МИГ-32 вышел из Энарю, развернулся маневровыми в сторону Кучи и запустил прямоточный двигатель, переведённый в режим ЖРД перекрывающей заслонкой воздухозаборника и активированной форсункой окислителя.

- Тридцатьвторой! Это куча, видим вас на радаре! Ждём прибытия, приём. - вызвал челнок Совин

- Хорошо, канал шифрован? Если да, дай связь с Зинченко. - ответил на вызов Ратов.

- Подполковник Зинченко на связи, что у вас там?

- Первое, новость - о том, что нам нужно будет синхронизировать флотские системы с Энарю, на гражданском уровне. Второе, выработали теорию, о произошедшем на этой планете. Третье - нужно знать, что с немцами, возможно нам стоит сразу лететь к ним, не заходя к себе на борт.

- Первое и второе принял, по третьему - Рудель высадил десант в районе американского железного пояса.

- Запуск ракет был произведён?

- Запуск чего?

- Вы запустили ракеты Тингис?

- Мы с вами не договаривались ни о каких запусках

- Ладно, хорошо, значит я забыл вас попросить, но сейчас, как только вы уйдёте от Руделя и Энарю за горизонт, выбросьте на орбиту семьдесят Тингисов в режиме ожидания, десять из них в развед-варианте, остальные с термоядерными БЧ, поставьте активацию на признаки нуль-перехода, цели - любые движущиеся и все строения вблизи движущихся целей, а район поиска целей - северная америка.

- Зачем вам это?

- Выброс ракет за горизонтом от наших союзников?

- Да, зачем это нужно?

- Что-бы никто не подумал на нас?

- А нам зачем?

- Что-бы подорвать начало немецкой оккупации америки.

- Что будет если мы этого не сделаем?

- Немцы станут в три раза сильнее, а затем придут к вам домой.

- Согласен с вашей... просьбой, если японцы останутся там, где сейчас, мы уйдём за горизонт через пять минут.

- Тогда делайте свою работу, а я пока слетаю к немцам в гости, до звонка.

- Принято.

Посмотрев на удивлённых товарищей, Александр, вздохнув, начал объяснять ситуацию экипажу:

- Вы следили за новостями? Видели как строился Рудель на орбите Венеры? Представьте что может сделать немец с такой технологией на бесхозной и богатейшей земле?

- Представили, но почему они не начали эксплуатировать эту технологию в нашем мире? На нашей планете? - спросил Иван.

- Постройка Руделя - это демонстрация своих достижений, а наращивание промышленной мощи - это открытая заявка на смену баланса сил на планете. Она может закончится только двумя вещами - войной с Третьим Рейхом или нашим поражением без войны, но мы не из тех, кто сдаётся без боя. Значит - будет война, если они начнут широко применять эти технологии в нашем мире, по этому они хотят сначала сместить баланс сил так, что-бы этого не было видно, пока не станет только одного выхода - нашего поражения без войны.

- И зачем им это? Мы с ними сотрудничаем, у меня много знакомых в Берлине, совместные проекты с университетом в Карлсруэ, мне кажется это в вас говорит параноя, которая досталась вам либо от ваших родителей, либо от ОБЖ-шника - политрука в школе.

- Если я неправ, это даже хорошо, а что если я прав? Что будете делать, когда над твоим городом зависнет десяток линкоров Рудель? Уедешь писать книжки в Карлсруэ? В любом случае, сейчас мы летим в гости к немцам, старпом этого корабля - мой знакомый и хороший друг моего хорошего друга, зайдя на борт и проведя несколько минут официоза, вы с Кириллом будете вольны делать, что хотите.

- И вы не боитесь, что мы всё сдадим немцам? - вступил в разговор Кирилл.

- Ну расскажите, что это изменит? Выразит Рейхстаг ноту протеста, так мы ей подотрёмся, можем себе позволить.

- С такой политической позицией вы летите с одного вражеского корабля на другой, вы действительно очень самоуверенны, как говорил тот японец.

- Всё просто, я лечу не на корабль Третьего Рейха, а на корабль, где меня встретит знакомые, у которых есть приказы, которые они выполняют, но к счастью нет приказов относительно нас. Ладно?

- Вас не переспоришь. - сказал Кирилл.

- Три минуты до столкновения с Руделем, Александр, разворачивайтесь и тормозите. - встрял Иван.

- Нет, мы идём почти паралельным курсом, они знают о нас и наших намерениях, сидите и смотрите, что будет дальше.

Глава 5

После сброса с низкой орбиты добывающих платформ, Рудель начала медленно набирать высоту. За три часа, с высоты в сто пятьдесят километров он ушёл на орбиту в районе трёхсот и сместился на орбиту над экватором.

Капитан сидел на своём посту внутри мостика, расположенного на самом верху огромной центральной надстройки корабля, одет он был в парадную форму серого цвета, психолгический настрой у него было радостно-скучающий. На мониторе информационной системы, или как её называл экипаж - Hauptinformationssystem, Капитан с интересом рассматривал работу трёх автоматизированных добывающих платформ, при взгляде на них из космоса, напоминавших жирных серых гусениц пожирающих планету. Каждая из платформ представляла собой целый комлекс, состоящий из шагающего эсковатора с гигантским ротором диаметром в двадцать и шириной в двести метров, с боков и сзади от экскаватора находились прикреплённые к нему конвеерными сочленениями бункера для полезных ископаемых, за центральным бункером шёл производственный модуль - плавильни для сепарации ископаемых, термоядерный синтезатор высотой с девятиэтажный дом и площадью с два футбольных поля, ресурсный склад, сборочно - обрабатывающий цех и цех дополнительной доводки. Всё это добро перемещалось на шагающих лыжах, расположенных равномерно под всеми составляющими платформы, при надобности каждый модуль мог перемещаться самостоятельно, для чего была предусмотрена независимая система питания. Переместить на планету всё это добро составляло очень сложную задачу, десантирование платформы на планету осуществлялось раздельно - помодульно, торможение у земли - твёрдотопливными термоядерными двигателями одноразового действия, а о подъёме на орбиту даже речи не шло, когда разрабатывали техзадание на этих чудовищ.

Из сонного созерцания работы механических чудовищ Капитана выврал звонок Старпома:

- Herr kapitan, es läuft alles nach Plan. - С счастливой улыбкой на лице доложил о выполнении плана Старший Помошник.

- Sehr gut, Steuermann, Leistungsbeurteilung erfolgt? - Капитан поинтересовался возможностью производства в текущих условиях.

- Ja, die Produktion eines Schlachtschiffrahmen auf drei Plattformen wird zwei Wochen dauern.

- Хорошо, Я бы хотел ещё с Вами в Русском Языке попрактиковаться, говорят Вы его хорошо знаете, нужно быть наготове, Кто знает, что от Них можно ожидать.

- Командир, уже поздно Боржоми пить, только-что от Их Челнока Запрос на стыковку поступил.

- Тогда давайте Их встретим, Их в Главный Носовой Ангар направьте.

- Jawohl.

Закончив разговор, капитан встал с кресла, посмотрел сквозь переднюю панораму мостика на бегущие вверх звёзды, прошёл метров двадцать по коридору вдоль рабочих мест младших офицеров - специалистов, и дойдя до лифтов, вызвал кабинку в направлении носа линкора.

Советский челнок шёл догоняющим курсом за немецким линкором, дельта их скоростей была огромной и для торможения тридцатьвторой был развёрнут соплами маршевых двигателей в сторону Руделя. На расстоянии в двести километров, разница в скорости уменьшилась до семиста километров в час, а на подходе к линкору до трёхсот.

Рудель, проходя кормой под брюхом у Мига, активировал электромагнитные генераторы, использованные при строительстве линкора на орбите Венеры, и начал плавно тормозить советский челнок, летящий над крышей корабля. Начав тормозить у кормы, тридцатьвторой пролетел над всем линкором пять километров и остановился у самого края носа.

Через мгновение, скоординированная работа нескольких электромагнитных генераторов переместила челнок прямо напротив гигантских ворот носового ангара, занявшего треть ширины тупого носа линкора. Продолжая удерживать челнок в электромагнитных полях строго напротив себя, корабль начал вертикально открывать носовые ворота, откуда с громким шуршанием вырвался какой-то газ. Миг-32 принял на себя волну атмосферного воздуха, и если-бы он не был захвачен системами Руделемя, то сейчас кувыркался бы куда-то в сторону от линкора.

Тридцатьвторой вошёл в ангар, в центре которого из условного пола торчала группа стыковочных шлюзов, а в глубине ангара, место между потолком и полом, находилось несметное количество круглых люков ведущих в глубь корабля.

- Как улучу момент, обязательно расспрошу персонал об этой херне. - произнёс Ермолаев указывая пальцем на шлюзы в "горизонте" ангара.

- Это люки питания строительной системы, поздравляю товарищи, мы в пасти у чудовища. - ответил ему Казаков.

Ратов вёл челнок в ущелье между полом и потолком ангара, при подходе тридцатьвторого к месту стыковки, один из шлюзов начал движение и выдвинулся на достаточную высоту, что-бы Миг мог пристыковаться бортовой дверью к шлюзу, не опасаясь поцарапать палубу своими крыльями.

После стыковки, пролетев сквозь рукав шлюза и влетев на борт линкора, трое советских учёных обнаружили встречающиего их лично Старпома.

- Привет Шульц! - превым поприветствовал и протянул руку Старпому Александр.

- Здарово старина! - проигнорировав поданную руку, Старпом взмахнул руками словно крыльями и полетел к Ратову с целью обнять того.

- Хватит, ты ещё Хоннекера спародируй. - вырвался из дружеских объятий советский учёный.

- Что привело вас сюда?

- Официально, для обмена опытом, но после официальной части, мы просто обязаны отметить твоё чудесное возвращение в строй и то небывалое совпадение, по которому ты со мной оказался в одной экспедиции. - с улыбкой на лице произнёс главный учёный и стянул с плеч старый потрёпанный вещмешок, явно взятый с собой в статусе личных вещей.

- Тогда давайте в лифт. - сказал последнее слово Шульц, гладя на удивлённые, растерянные лица антрополога и археолога.

Кабина лифта представляла собой просторную коробку из оргстекла, и стального пола с креплениями для такелажа. Когда все четверо зашли внутрь, коробка лифта повернулась потолком в сторону кормы корабля и направилась к мостику, корабль тем временем немного отработал движками что-бы частично снять нагрузку от ускорения, действующего на гостей.

- Позвольте поинтересоваться, как вы познакомились с нашим ... Ратовым? - Иван обратился к Шульцу, силясь вспомнить какую вообще должность занимает их коллега.

- О, это славная история десятилетней давности, я тогда командовал звеном тридцатьпервых.

- Традцатьпервых? Мигов что-ли? - перебил его Кирилл.

- Давайте продолжим после, после работы. - вмешался Александр.

Лифт доставил гостей прямо на мостик, Шульц, влетя первым внутрь, сразу-же поблагодарил Капитана за то, что тот вызвал для него лифт, затем Шульц доложил по форме Капитану о целях визита Русской Делегации, за что после доклада получил замечание от Александра о том, что делегация всё-таки Советская.

- Kapitän zur See, Johannes Weiss – вытянулся в полный рост в невесомости, представился и поприветствовал гостей римским приветствием, капитан корабля.

- Руководитель экспедиции Александр Ратов. – выровнялся в горизонте относительно капитана и ответно поприветствовал советский учёный, поднеся руку к непокрытой голове, что для гражданского специалиста было простительно.

- Зачем вы к нам прилетели?

- Для обмена опытом, если вы разрешите, мы установим с вашего корабля гостевое соединение в нашу информационную систему, сгрузим вам сырую собранную информацию со всех наших датчиков с момента перехода и до времени нашего прибытия на корабль, взамен мы хотим получить от вас всю несекретную информацию, которой вы готовы поделится.

- Я согласен в вашей просьбе, пожалуйста, я разрешаю Старпому утверждать файлы с наших регистраторов для передачи на ваш корабль. Я присоединюсь к вам позже, когда вы закончите, сейчас у меня есть неотложные дела. - Прорычал с диким акцентом капитан корабля, после чего приложил руку к не покрытой голове и поплыл в направлении своего поста.

Через мгновение после того как капитан скрылся в кабине лифта, запустились маневровые движки корабля и Рудель начал выполнять бочку с осью вращения далеко за крышей линкора. Создавая этим манёвром силу, которая заменяла собой силу гравитации на планете.

- Шульц, яка зараз година? - спросил руководитель экспедиции

- Не понимаю, что ты спрашиваешь? Что это за диалект русского?

- Пробив годину розплати. -сказал Александр доставая из кармана брюк увесистое советское ПЗУ с универсальным последовательным разъёмом.

Согнав младшего офицера со своего поста в середине коридора мостика, старпом жестом предложил Ратову присесть в кресло оператора Hauptinformationssystem, а сам тем временем уселся рядом.

- Ну, давай логин и пароль. - сказал Александр присаживаясь в кресло.

- Тут уже осуществлён вход. - парировал Шульц.

- У вашего сотрудника недостаточно высокий доступ. - Александр продолжил открывать новые окна в информационной системе и пытаться устанавливать канал связи с Кучей.

- У него достаточно прав для создания моста, это место старшего оффицера по субсистемным средствам связи.

- Да, вижу, но, пожалуйста, для нормальной работы наших систем дай мне доступ уровня -f.

- А если что-то пропадёт, как тогда, в Анкаране?

- Тогда очень вовремя пропал итальянский разведбатальон, и, я думал... ты - же мне доверяешь? Доверяешь хотя-бы за то, что твоё звено До-тридцатьпервых ушло целыми домой.

- А ты снова пытаешься предотвратить третью мировую? Может уже бахнем? Я уже пожил на свете, мне уже всё равно, да и я устал от всего этого говна.

- Может и бахнем, но время для этого ещё не пришло, если помнишь историю, то ты знаешь, что итогом первой мировой стал ряд революций и переворотов, по старому монархическому миру был нанесён удар, стало лучше, но погибло много людей. Итогом второй мировой стал полный передел мира, уничтожение империй и стирание границ уцелевших государств. Был нанесён второй, добивающий удар по устоявшемуся миру - капитализму, монархизму и остаткам феодализма, стало лучше, но погибло очень, очень много народу. Теперь, хоть вы и японцы называетесь нацистами, внутри своих стран вы построили социализм, стыдитесь этого, но всё-же, у вас заработали соцлифты, у вас почти кончилась безработицы. Ещё немного, и мы все на полном ходу влетим в коммунизм, и вот когда, перед самым концом, и если нужно будет – бахнем, что-бы ускорить процесс.

- Постой, давай без этого, я понял, мы все умрём, держи. - Шульц передал Александру смятую бумажку, невесть откуда появившуюся у него в правой руке.

- Неправильно ты понял, третьей мировой не избежать, можно только свести её к чему-то наименее разрушительному. - Ратов начал перепечатывать символы с бумаги и продолжил вести диалог. - Цифры восемнадцать восемдесятдевять, ты что, нацист? Ладно, сейчас не об этом. Мы "бахнем, обязательно бахнем, весь мир в труху"... эх, классика, если мы с вами бахнем, то по человеческой цивилизации будет нанесён такой удар, который она переживёт, но очень сильно изменится. Люди адаптируются, приспособятся, пускай их умрёт миллиарды, но жизнь продолжится, а вот какой она будет - это уже серьёзный философский вопрос, ясно что это не будет откат к феодализму и варварству, как многие считают. Этот третий удар, нанесённый по нашей цивилизации, либо выпнет её целиком в коммунизм, возможно, в арахно - коммунизм, либо опустит её в первобытный коммунизм. В любом случае, император и фюрер должны понимать, что если начнут рыпаться - им пиздец.

- Прости, ты сказал, арахно - коммунизм? Я чего-то не знаю о русских? - С вопросительно-смеющейся манере произнёс старпом, параллельно заглядывая в монитор рабочего места, на котором вместо рабочего стола виднелись два десятка диалоговых окон и прогрессбаров, в заголовка которых стояли пути с символами со сбитой кодировкой.

- Да, так и сказал, люблю искривлять слова ради шутки, ты же понял где смеяться?

- А что за хрень сейчас творится на экране?

- ИИ моего корабля сейчас перемещает между кораблями огромные объёмы отобранной информации, на сортировку которой у нас с тобой ушло бы несколько дней, ты должен быть счастлив.

- Почему тогда все символы вот такие, какие есть?

- Из-за того, что используется наша кодировка для отображения ваших символов, это можно поправить, но так даже лучше, меньше случайных глаз будут задавать вопросы.

- Переданные вами файлы тоже будут так отображаться? - Шульц с вопросительно-недовольным выражением лица наклонился поближе к экрану монитора.

- Всё будет. - сказал Ратов, выключил экран и встал со стула. - а теперь пошли искать моих товарищей, интересно, куда они могли бы деться?

- Блядь.

Археолог Иван Казаков и Антрополог Кирилл Ермолаев стояли в окружении небольшой толпы посреди столовой на несколько сотен мест.

- Очень тупо получилось, здесь тебе не научное сообщество, а экипаж военного корабля. - стоя посреди озлобленной толпы и приняв боксёрскую стойку, неумело закрыв бровь и бороду, полушёпотом произнёс Кирилл.

- Откуда же я знал, что они воспримут мои теории как утверждения? И при этом будут считать свои теории леммами.

Толпа немцев уже потеряла человеческий облик, подбадривая друг - друга, матросы кричали какие-то свои ругательства, которые составители словарей постеснялись упомянуть. Один матрос снял ремень и начал хлестать им по столам и лавкам.

- Ну, бить они нас не будут, только пугать.

- А если будут бить, то не убьют.

- Ага, а если убьют, то не съедят ведь.

Откуда-то сбоку послышался громкий выкрик с чудовищным акцентом:

- Du libe untermenshen? Ich seen viel untemenshen voran! kann ich sie zerstört?

- Sie sind nur betrunkene Matrosen, aber sie können immer noch Befehle befolgen. - послышался ответ на нормальном немецком языке.

По одному толпа стала оборачиваться на голоса, одновременно успокаиваясь и прекращая балаган. Послышалась команда Stillgestanden!

- Ihr seid Idioten, zerstreuen! - скомандовал Шульц.

- Вы попытались навязать свою идеологию, глядите, что из этого вышло. - обратился к учёным Александр.

- Мы пытались вступить в диалог, но они не захотели нас слушать. - начал Иван.

- Высмеяли нашу позицию и требовали извинений, это антинаучный подход. - продолжил Кирилл.

- Что вы им такого сказали? - спросил Шульц.

- Я попытался объяснить им, что теория о зарождении цивилизации на севере, в так называемой Гиперборее, несостоятельна, она не имеет под собой оснований, а Иван поддержал меня, приведя как аргумент то, что именно в африке нашлись останки общего предка обезьяны и человека, и что только средиземноморском и африканском регионе можно найти кости древних людей и их примитивные орудия труда.

- Да, вся цивилизация возникла в Африке-Европе, но никак не на Шпицбергене. - продолжил Иван.

- Вы подумали, хотят ли вас вообще слышать? Увидели необразованных людей и как давай нести свет просвещения.

- Нас уже ждёт Капитан, пройдёмте. - закончил разговор Шульц, махнув рукой в сторону одной из дверей.

Офицерская комната отдыха больше походила на этаж какого-нибудь санатория: квадрат сто на сто метров, по одной стороне которого была смонтирована длинная барная стойка, рядом со стойкой, сразу около входа стоял пустующий бильярд с магнитными шарами, чуть дальше в комнате находилась зона кинотеатра - три немаленьких дивана, покрытые серой синтетической тканью, они были заняты лишь частично и стояли в образуя подобие амфитеатра вокруг экрана длиной десять метров. После зоны кинотеатра начиналось странное сооружение, стоящее по середине комнаты отдыха, стыкующееся с полом и потолком, перекрывающее собой вид на остальную часть зала и имеющее входную дверь, как раз недалеко от кинотеатра - это была сауна.

По пути в сауну Шульц несколько раз здоровался с находящимися в комнате людьми, небрежно помахивая правой рукой, выполняя пародию на римский салют. Делегация советских учёных шла следом за старпомом, и лишь Александр приветствовал встречающихся ему на пути немцев, прикладывая руку к пустой голове.

Пройдя толпой в предбанник и заметив, что внутри никого нет, археолог и антрополог начали всем своим видом, невербально, предъявлять претензии к черезмерной роскоши комнаты отдыха, на что старпом корабля постарался поскорее ответить на русском языке:

- Вы так раздражены, потому что у вас в стране нет таких прекрасных мест, или по тому, что считаете это всё излишеством и глупой растратой ресурсов?

- Да нет, но даже если всё это построили машины, как нам рассказывала ваша пропаганда, всё - равно на разработку этого места тратились трудодни. И в то время, пока кто-то занимается работой, проектирует ли, исследует ли, открывает что-то новое, на кого-то другого работают люди и делают этому кому-то бильярд и рюмочную в космосе. - ответил археолог.

- А ради чего вы так стремитесь работать, проектировать и исследовать? Ради чего, господин Иван? - после слов старпома возникло неловкое молчание, затем, подойдя к незанятому шкафчику и начав раздеваться, старпом продолжил. - Да всё просто, вы, молодёжь, боитесь потерять тот мир, в котором выросли, вот и хватаетесь за свои привычные занятия, возводя их главные цели своей жизни. Вы, в вашем возрасте, начинаете чувствовать, что когда-нибудь для вас всё закончится, но остатки юношеского максимализма гонят вас надышаться перед смертью, продолжать делать всё то, что вы считаете атрибутами нормальной жизни, ведь вы на самом деле боитесь её потерять, нормальную жизнь.

- А что, вы сами, что, не боитесь смерти? - с нотками лёгкого растройства в голосе произнёс Кирилл.

- Я? я уже ничего не боюсь, даже голодной смерти, я просто делаю то, что люблю делать, а ещё я делаю вещи, которые должен делать, что бы я мог продолжать делать то, что я люблю делать. - произнёс старпом накидывая полотенце на манер туники.

- Как я понимаю, капитан ждёт внутри? - спросил Александр, уже переодевшись и входя внутрь.

Сауна представляла из себя широкий коридор, по сторонам которого стояли двери ведущие в парилки, в конце коридора находился бассейн, отделённый стеклянной стеной с дверью, в центре коридора стоял длинный деревянный стол с двумя скамьями вдоль него, а над столом, на распорках, висело несколько люстр в каком-то вычурном стиле. На левой скамье, почти в центре стола, возле кружек с пивом и тарелок с всевозможной закусью, сидел капитан Вайс.

- Простите, вы и правда капитан этого корабля? - усаживаясь по диагонали от капитана практически вражеского судна, спросил антрополог.

- Да, именно так. Почему вы спрашиваете? - ответил капитан.

- Просто, мне кажется очень необычным, что капитан сам встречает гостей, тем более, учитывая размер вашего корабля и количество экипажа, вы практически мэр города.

- Когда Капитан судна хорошо знает свою работу, то у него остаётся много свободного времени.

- А как же дежурства, вдруг что-нибудь случится? Вы не несёте вахту, хотя бы периодически?

- Что-бы ничего не случилось, на Мостике всегда находится много Народу, а Я в любом случае никуда с Корабля не денусь, меня легко найти в случае какого-либо происшествия.

- Понятно, вообще мне кажется очень странным всё что здесь происходит с нами на этом корабле. – встрял археолог.

- А сейчас кстати отличный Момент для длинных историй рассказывания, не правда ли? – сказал Вайс и уставился на Шульца.

- Хорошо, уговорил, Александр, поправь меня если ошибусь, рассказ будет долгим. – согласился Шульц

- Давай, жги. – подбодрил его Ратов.

- Ну-с, начнём с тринадцатого года. Все помнят, как Комиссариат Югославия стал вдруг советской Республикой? Мутная история, с учётом того, что Итальянцы очень хотели получить себе эти территории. Эти Фашисты вторглись на соседний Берег Адриатического моря, сразу после того как основательно проспонсировали местных Бандитов – Революционеров, усмирять которых, судя по заявлениям ихнего Иль-Дуче у Нас не было сил. Я тогда командовал звеном устаревших транспортных самолётов с возможностью вертикального взлёта. Нам поручили миссию эвакуации каких-то то-ли чиновников, то-ли дипломатов, из прибрежного города Анкаран. Когда мы забрали груз, итальянский Флот уже стоял в гавани. В этот момент появились Русские и потребовали у нас доступ к грузу. Зачем, я так до сих пор и не понял.

- Затем, чтобы на референдуме, который кстати организовали макаронники, Югославия смогла самоопределится так, как она смогла самоопределится. Эти чинуши были лидерами нескольких сербских, боснийских и черногорских организаций, мы тогда, заручившись их согласием, начали свою миротворческую операцию и оттеснили итальянский флот, что позволило вам выполнить приказ. – пояснил Ратов.

- Оттеснить флот, ага, как же, а тот разведбат, что десантнулся в гавани, куда зашёл флот, они собрали манатки и сели на корабли?

- Да, так и было, они сели на корабли и уплыли.

- И как же вы их заставили?

- Дали денег и попросили уплыть.

- И куда-же они исчезли, целым батальоном? Они же уплыли, и потом никуда не приплыли.

- Этого я не знаю, проблема очевидно на итальянской стороне.

- И какая-же у них проблема? Взрывающиеся на мелкие куски корабли? – Продолжал наседать Шульц, по видимому стремясь отыграться за потерю своей страной куска средиземноморской территории.

- Бля, да ты заебал, допустим, я скажу, что мы наебали макаронников и до кучи затопили отступивший флот вторжения. – яростно думал мысль Александр. Ответом Шульцу стала наполненная водой фраза о том, что: «случай в Югославии – дела давно минувших дней».

- Позвольте, а что делал наш научный сотрудник у берегов италии в тринадцатом году? – спросил Александра Кирилл.

- В момент когда итальянцы высаживались на берегу, я наблюдал за их флотом с борта морского исследовательского судна, на котором, по стечению обстоятельств, находился военный контингент, вместе с которым, я, из чистого любопытства, и по счастливой случайности, оказался прям в центре событий, ну а дальше вы знаете. – медленно и печально пояснил Ратов, отпил немного пива и закусил сухариками.

- Александр, объясни, Кирилл и Иван действительно учёные? – спросил Вайс.

- Действительно, причём молодые, и пока ничего не понимающие в международных командировках.

- Зачем же вы их в разведывательную миссию взяли?

- Ну, это у вас миссия разведывательная, а у нас исследовательская.

- Антрополог и археолог зачем вам вообще понадобились?

- Вайс, давай я не буду разбазаривать государственные тайны, если я проебу те, которые у меня есть, новых мне не выдадут.

- Мы на самом деле всё понимаем, я понимаю, капитан понимает, а эти твои ребята – долбаёбы какие-то. – Вставил пять копеек Старпом.

- В том-то и проблема, мы всё понимаем, а Иван и Кирилл делят мир на хорошее и плохое, а сейчас они нервничают из-за того, что нахождение здесь, в бане на флагмане флота потенциального противника, это всё-равно как если бы я с ними поехал в Вену пить баварское с Гитлером. – Ратов начал обсуждать учёных, не заботясь о том, что они сидят с ним за одним столом.

- Гитлер был мудак. – резко ответил Вайс.

- Если бы не он, на земле бы осталась только одна страна – Третий Рейх. – поддержал капитана Шульц.

- Ну, он то-же всё понимал, да и историки наверняка опустили много важных фактов в своих учебниках. – небрежно произнёс Ратов, после этого взял с тарелки с закусью какую-то сушённую рыбу, откусил кусок, запил, и посмотрел на круглые глаза советских учёных.

- Какого хуя, Ратов? – спросил Шульц. – Мы же не на допросе в Гестапо?

- Да я от чистого сердца, кстати, что плохого он сделал, что вы его так не любите?

- Он убил двадцать миллионов граждан своей страны. – ответил Вайс.

- Но ведь это были евреи?

- Они ни в чём не были виноваты, евреи – это трудолюбивый народ, заработавший богатства своим честным трудом. – подхватил Шульц.

- Говорят, до второй мировой, им принадлежало множество ферм, мельниц и прочего производства, но Гитлер всё отобрал и всех убил. – продолжил Вайс.

- Вы так говорите, только из-за того, что Третий Рейх – сейчас слабое государство, и наша пропаганда доминирует по всей европе, видимо, вы всё-же не «всё понимаете». – Ратов жестом показал кавычки. – кстати, Шульц, может принесёшь водки?

- Хорошо. – ответил Шульц и направился к выходу из предбанника.

- Вот видите, капитан, на японском корабле нам предложили национальный японский напиток – сакэ, при Гитлере нам бы предложил шнапс, но сейчас – германия от россии отличается только государственным языком, бюрократическими бумажками и формальным правом иметь в собственности всякие артели, фирмы и совхозы, ну или как они по немецки называются? Кибуцы? – проявил иронию Ратов, затем продолжил монолог, поглядывая на охуевшие лица окружающих людей. – Наши страны очень похожи, за восемьдесят лет с второй мировой стёрлись культурные различия, все у всех переняли лучшее и закопали худшее, в СССР недавно отказались от денег, ну так и в Третьем Рейхе они уже не нужны, у нас воспитали всех не быть пидорасами, так и у вас то-же люди отличные, у нас в самом начале раскулачили самых охуевших, ну так и у вас то-же самое. В этом есть как положительная сторона, так и отрицательная. По хорошему, нам бы объединить свои страны в одно большое Союзное Государство, но никто не желает терять суверенитет, никто не желает отдаться соседу, при этом дальше усидеть на одной планете уже нельзя, но никто не даст соседу захватить себе какую-нибудь далёкую планету целиком, никто не хочет давать врагу преимущество. И вот у нас парадоксальная ситуация, две одинаковых страны уже не могут жить мирно, а всё из-за сущности этих стран, из-за национальной гордости этих стран, мы скоро пойдём бить морды друг другу.

- Ты не умничай, ты рукой махни! – процитировал анекдот Вайс. – это всё понятно, почему твои парни. – капитан кивнул в сторону учёных. – держатся обособленно, нам то-же на базе и дома доносят мысль, что русские – враги. Но мы всё понимаем, и вы всё понимаете, и я обещаю, что постараюсь по мере своих сил, не начинать новую войну.

- Я в свою очередь то-же постараюсь. – Ратов посмотрел на вошедшего Шульца с подносом рюмок и бутылкой прозрачной жидкости. – Наливай!

- Будьмо. – поднял рюмку Кирилл.

- Prost! – поднял Шульц.

- Лехаим! – поднял Вайс.

- На здоровье! – поддержал Иван.

Чокнулись, опрокинули, тут-же Расхохотался Ратов: - Ах, вот оно чё, комрад капитан, теперь понятно.

- Он француз? – спросил Кирилл.

- Та нее, он таки из ваших. – заикаясь от смеха ответил Александр, затем, продолжил после паузы – знаете что, есть один надёжный способ предотвратить войну о котором я говорил, нужно найти внешнего врага, мы его точно найдём, я как советский человек вам это обещаю, но мы с вами должны будем доложить своему начальству о угрозе высочайшего уровня, какой бы она не была на самом деле. – обратился он к немцам.

- Понятно, ладно, двинули. – махнул рукой в сторону деревянной двери с окном, Шульц.

Парилка представляла из себя небольшую комнату, обитую настоящим деревом, взятым с земли. Посреди комнаты находился деревянный стол, а вдоль стены, противоположной входу, стояла длинная и широкая лавка. Зайдя в полное пара помещение, немцы срезу-же схватили веники и начали ими охаживать друг-друга, сидя, стоя, затем лёжа. Двое русских посмотрели на немцев, проворчали что-то обидное про старушку европу и начали использовать веники самостоятельно.

Спустя пару часов посиделок и всего лишь нескольких заходов в парилку, громкий крик вытащил собравшихся из состояния пьяного угара

- Аъаъаъаъаъаъаъаъаъа!!! - рассмеялася в голос капитан. - Я очень хорошо посмеюсь, если эта фраза про то, что мы все умрём и попадём в рай, станет для нас пророческой.

- Как хорошо, что мы тут все собрались, что ж, давайте обсудим дальнейшую судьбу нашего мира. – заводя разговор в десятый раз об одном и том-же, заплетающимся языком, произнёс Ратов.

- А чего её обсуждать? Шумной компанией летим в оставшиеся семь миров, возвращаемся домой и живём дальше спокойно. - произнёс, и немедленно выпил, старпом.

- Шульц, обстановка сейчас сложная, могут и без нас начать, вот прилетим мы домой, а там все уже мёртвые, под слоем ядерной пыли, вот как здесь, что делать будем?

- Алекс, без нас не начнут. Что мы делаем, я не могу говорить, но могу похвастаться, что нечто важное. - присоединился к разговору капитан.

- А мы тут как-раз что бы узнать, что вы делаете, и если вы вернётесь без нас, то могут таки начать, причём возможно даже ваши. - после этих слов Ратов последовал примеру старпома, но пошёл дальше, закусив сушёной рыбой.

- А зачем нашим начинать?

- Потому что испугаются, что начнут наши.

- И что-же нам делать? - с нескрываемым интересом пьяного человека, вопрошал капитан.

- Нужно сделать так, что бы произошла какая-то хуйня, которая заставить всех работать вместе. Нужно найти внешнего врага, ну... если не найдём, то придумать, и если не врага, то просто какую-нибудь инопланетную, разумную форму жизни. У нас ещё будет на это время. - выложил все карты на стол Александр, наблюдая как Шульц и Вайс давятся пивом, пытаясь таким способом побыстрее съехать с замучавшей их темы.

- Да ты заебал, не обнаружив разумной инопланетной формы жизни, нельзя отчитаться о её обнаружении. - спокойно, отдышавшись, сказал Вайс.

- Можно, но только один раз, это приведёт к массовому замешательству в штабах, заставит всех сидеть смирно в ожидании разведданных, но только один раз. - дополнил Шульц.

- На самом деле мы в следующем мире встретим разумную жизнь, на земле, когда только шёл поиск возможности решения перемещения туда. – Ратов махнул рукой вверх, показывая на небо.

- Я давно это заметил, на нас, старых военных людей, эти способы не действуют, мы видели много жизни. Молодые люди в последнее время звереют прямо на глазах, многие из озверевших молодых - уже дослужились до хороших званий, они уже могут принимать серьёзные решения, но они всё ещё подвержены тому, о чём говорят в телевизоре. А раз они подвержены телевизору, то по нему и надо бить - грустным голосом пояснил в пустоту капитан.

- И ты хочешь привести в чувство всю планету, таким слабым потрясением, как новость об открытии внеземного разума? По твоей же концепции трёх ударов, потрясение должно быть сравнимо со второй мировой, и при этом, нужно быть уверенным, что мы не скатимся в средние века, ты уверен в своих словах? Может быть ты что-то скрываешь? - предъявил Ратову старпом и промочил глотку.

- Скрываю, Шульц. - Александр просмотрел в глаза старпому. - особенно скрываю то, что я нач. отдела физ. исследований, и я чётко уверен, что эти восемь вселенных, куда мы летим, они созданы искусственно, а значит, мы либо сразу найдём там тех, кто это сделал, либо нападём на их следы.

- Теорию мы и так все знаем, это аномальные вселенные, аномальны они тем, что в них должно либо быть меньше отличий, либо нам должно быть труднее в них попасть. - встрял в перебранку капитан.

- Да, именно, их кто-то оставил рядом с нашим миром, возможно, этот кто-то создал и наш мир. - сказал, а затем отпил из кружки нач. отдела физ. исследований.

- Александр, ты же коммунист! Ты прямо сейчас пытаешься нам доказать, что бог существует, причём, судя по тому, что миров восемь, плюс один наш, этот бог - Один. - сделал невероятное открытие уже давно нетрезвый Шульц.

- Если это бог, да ещё и Один, мы просто обязаны схватить его за жопу и чётко всё задокументировать, и если он действительно окажется богом из Старшей Эдды, то тогда я добьюсь для себя и пацанов медали, за высадку на Хельхейм. - заявил нач. отдела физ. исследований.

- Пора с этим кончать. – обратился Иван к Кириллу.

- Согласен, ты тащи ещё пива, я беру водку, закуску не трогай, чем быстрее они уйдут «спать», тем лучше.

- Хорошо, давай.

Спустя пару часов, Миг-32 догонял Кучу, летя по её же орбите. На борту, на местах пилотов сидели двое молодых гражданских учёных, не проронивших ни слова за весь полёт, а в носилках для раненых, лежал бухой в доску нач. отдела физ. исследований и бормотал про какой-то Карфаген, который почему-то должен быть разрушен.

После завершения всех процедур стыковки в ангаре Кучи, между Иваном и Кириллом состоялся вынужденный диалог:

- Что делать будем? Оставим его здесь?

- Да пусть здесь валяется, проспится – сам придёт.

- Ага, а потом придётся кому-то мыть внутренний объём челнока.

Внезапно в шлемофонах пилотов прозвучал голос пьяный голос Александра:

- Зинченко! Говорит Ратов, пора сьябывать в следующий мир, свяжитесь с Энарю и Руделем, добейтесь того, что-бы Рудель ушёл первый, затем по возможности, ушли японцы, мы после них. Казаков и Ермолаев сейчас поднимутся на мостик, я пока останусь тут.

- Принято!

- До связи.

Затем, уже не в шлемофонах, а за спиной, прозвучало:

- Вы двое, на выход, я пока останусь здесь. – Проорал нач. отдела и снова улёгся на своё место.