Миф о последнем Комениме

Глава 1

Сага о Последнем Комнине

В 1116 году от Рождества Христова Византийская империя ещё дышала, но уже хрипела.

Император Иоанн Комнин, которого солдаты просто звали Джон, был последним из старой закалки. Он не сидел на троне в Константинополе — он вёл армии. Вместе со своей тяжёлой гвардией он вернул всю Грецию, прошёл огнём по Анатолии и осадил Иконий. В той легендарной битве его армия в 459 человек сошлась с султаном и его войском. Штурм превратился в яростную кавалерийскую сечу. Лучники ромеев обстреливали охрану султана, а сам Джон врубился в гущу врагов. Султан пал. Иконий пал. Турки запросили мира.

Но едва закончилась одна война, началась другая.

Венеция ударила в спину. Пока основные силы были на востоке, венецианский флот появился у стен Константинополя. Началась долгая, жестокая война. Джон вернулся защищать столицу, но силы были уже на пределе. В одной из кровавых битв он погиб. Его тело с почестями привезли в Константинополь.

С ним пала почти вся старая гвардия.

Капитан Модест, верный ветеран, повёл остатки гвардии в отчаянный бой и погиб, унеся с собой сотни венецианцев. Василий Иерак из Дураццо пал в одной из самых тяжёлых сечи. Многие другие ушли следом.

Империя осталась без настоящего вождя. Новый император Феодосий был слаб и растерян.

И тогда с далёкого Кипра пришёл Константин.

Он не просил аудиенции у василевса. Не кланялся. Просто собрал тех, кто ещё хотел сражаться, и сказал всего три слова:

«Жребий брошен.»

К нему присоединился Димитрий Диоген из Смирны — опытный восточный ветеран. А потом произошло чудо: из самого Константинополя к нему начали уходить тяжёлые мечники. Они слышали, что кто-то поднял древнее римское знамя S.P.Q.R., и пошли за ним.

Они воевали как одержимые.

Диоген отбил Софию и удерживал южный фронт. Константин пошёл на север. Под Будапештом венгры попытались устроить ему засаду на мосту. Арбалетчики окружили его отряд. Константин оказался в смертельной ловушке. И тогда его мечники — те самые, что пришли из столицы — встали стеной. Они приняли на щиты град болтов, закрыли своего полководца телами и пошли вперёд. В тот день они стали его новой гвардией. Константин выжил. Венгры были разбиты.

В другой битве, уже вместе с Диогеном, они встретили крупную венецианскую армию. Диоген вёл основной удар, Константин со своими ветеранами ударил с фланга. Венецианцы были уничтожены. Но в той же битве Диоген получил смертельную рану. Когда Константину принесли его тело, завёрнутое в плащ, он ушёл на холм и впервые за все эти годы беззвучно заплакал.

А потом был финальный поход на Венецию.

Константин шёл один. Без Диогена. С остатками своей последней гвардии. Он взял город. Сжёг его. Сорвал крылатого льва с флагштока. И отправил императору разорванное знамя Венеции с короткой запиской:

«Император…

Венеция потеряла голову.»

Пока Константин мстил на западе, на востоке разгорался настоящий ад. Египет и турки объявили джихад на Константинополь. Город едва выстоял. Гарнизон и ополчение потеряли сотни людей, но удержали стены. Синдхом Гневный и Феотокий Честный дрались до последнего.

Тем временем в самой Империи начались восстания. Фессалоники подняли мятеж. Бухарест пал под ударом поляков.

Император в отчаянии писал Константину:

«Помоги, брат… Не за меня — так за Христа ради…»

Константин не ответил ни на одно письмо.

Последний раз его видели в одном из дворцов Константинополя.

Он стоял перед гробом императора Иоанна. Долго молчал. Потом низко поклонился. Ему принесли старый меч гвардии Джона — последний relic той эпохи.

На следующее утро Константин исчез.

Никто не видел, как он уходил. С ним исчезли только старый штандарт с двойным орлом и доспехи византийской тяжёлой пехоты.

Говорят, он ушёл на восток.

Говорят, он до сих пор где-то бродит — один, с мечом Иоанна и старым римским знаменем.

Говорят, когда Ромее снова станет совсем плохо… он вернётся.

Так закончилась история последних Комнинов.

Не с триумфом.

Не с падением.

А с тихим, гордым и невероятно упрямым исчезновением человека, который до самого конца отказался преклонить колено.

Roma Invicta.