Леденящая душу история

Глава 1

Стояло жаркое лето, и библиотека, обычно тихий и спокойный уголок, сегодня казалась особенно душной. Пейдж и Пайпер, две подруги-студентки, расположились за одним из длинных деревянных столов в читальном зале. Перед ними были разложены свежие глянцевые журналы мод, которые они с интересом листали, забыв обо всём на свете.

— Ой, смотри, какое платье, Пейдж! — восторженно шептала Пайпер, указывая на фотографию модели в роскошном вечернем наряде. Её глаза блестели от восхищения.

— А шляпка-то какая! — откликнулась Пейдж, перелистывая страницы журнала и находя очередное восхитительное изображение. — Представляю, как круто будет выглядеть в таком на выпускном!

Библиотека была наполнена мягким шелестом страниц и приглушёнными разговорами. За соседними столиками сидели пожилые люди, углубившиеся в чтение газет, и школьники, сосредоточенно решавшие домашние задания. Время от времени раздавалось недовольное покашливание или шёпот, но в целом царило спокойствие.

Вдруг Пейдж вспомнила о том, ради чего они здесь оказались.

— Эх, а ведь нам завтра семинар по механизации счёта сдавать... — задумчиво протянула она, глядя на часы, висящие на стене.

Пайпер тут же нахмурилась и фыркнула:

— Ты серьёзно? Когда мы с тобой хоть раз нормально готовились к этим занятиям?

Пейдж тяжело вздохнула, зная, что подруга права. Механизация счёта был далеко не самым любимым предметом обеих девушек, и они часто пропускали подготовку к семинарам, предпочитая тратить время на более приятные занятия.

— Знаешь, Пайп, — начала Пейдж снова, — если мы не подготовимся, Орангутанг нас точно съест...

Она сделала паузу, вспоминая прозвище, которое студенты дали своему преподавателю по механизации счета. Его длинные руки, доходящие почти до колен, действительно напоминали обезьяньи лапы, что и послужило причиной такого необычного сравнения.

Пайпер рассмеялась, представляя себе эту картину:

— Ну, тогда пусть подавится! — весело воскликнула она, поднимаясь со стула. — Давай лучше пойдём, скоро пара начнётся!

Они собрали свои вещи и направились к выходу. В этот момент взгляд Пейдж упал на библиотекаря, сидящую за стойкой регистрации. Женщина недовольно наблюдала за девушками через очки в толстой роговой оправе. Её строгое выражение лица говорило о том, что она явно не одобряет такое легкомысленное поведение в стенах священного храма знаний.

— Девочки, пожалуйста, ведите себя тише, — сухо сказала библиотекарь, когда они проходили мимо неё. — Здесь люди работают и учатся.

Пейдж и Пайпер переглянулись и поспешили выйти наружу, стараясь не привлекать больше внимания. Библиотекарь проводила их взглядом, качая головой, и вернулась к своим обязанностям.

Они вышли из библиотеки и направились на четвёртый этаж, где находился кабинет Орангутанга. По мере их подъёма постепенно подтягивались и другие их одногруппники. В воздухе витал лёгкий запах свежей краски и старых учебников, смешанный с ароматом дешёвого кофе, который кто-то принёс с собой.

— Эй, вы слышали новость? — обратился к ним парень по имени Мики, подмигнув Пейдж.

— Какую? — спросила Пейдж, слегка краснея. Мики всегда умел вызвать у неё такую реакцию, и она старалась скрыть своё смущение, делая вид, что ничуть не заинтересована.

— Говорят, скоро столовую закроют, и придётся ходить на обед в шестое училище, — сообщил Мики с озорной улыбкой, почёсывая спину. Эта привычка у него появилась давно, и многие шутили, что у него, наверное, там живёт маленький зверёк.

— Опять?! — возмущённо воскликнула Пайпер, закатывая глаза. — Почему наше ПТУ №14 всегда должно быть хуже всех?

Мики усмехнулся, наблюдая за реакцией Пайпер:

— Ну, кто же тебя просил идти на счетоводов учиться? Может, стоило выбрать что-то другое?

— Мать! — отрезала Пайпер с мрачным видом, бросив на Мики короткий взгляд. — Она настояла. Бабушка, мама — все были счетоводами, и теперь моя очередь продолжать семейную традицию. Хотя я терпеть не могу цифры!

Пейдж удивлённо посмотрела на подругу, будто впервые увидела её в новом свете:

— Я всегда думала, что ты сама любишь считать. Ведь ты такая умница в этом!

— Ненавижу, — тихо, но твёрдо проговорила Пайпер. — Цифры, таблицы, расчёты — всё это мне противно. Я пишу стихи, мечтаю поступить на поэтический факультет, но мать не позволила. Дура я, надо было уйти из дома, не слушать её, — добавила она, чувствуя, как комок подкатывает к горлу.

Пейдж мягко сжала её руку, пытаясь подбодрить:

— Зато ты встретила меня, а иначе мы бы никогда не стали такими близкими друзьями.

Пайпер тепло улыбнулась подруге, но в её глазах стояли слёзы. Она редко делилась своими истинными чувствами, скрывая их за маской беззаботности и юмора. Только Пейдж знала, насколько сильно Пайпер страдает от навязанной профессии.

— Пайп, ты что, уснула? — неожиданно дернула её за руку Пейдж, услышав звонок. — Пойдём скорее, Орангутанг уже идёт!

Они ускорили шаг, стараясь успеть занять место на задней парте. Мики присоединился к ним, заняв место впереди. Остальные студенты уже начали занимать свои места, болтая и перекидываясь шутками. В воздухе ощущалось напряжение перед предстоящим занятием.

Они уселись на заднюю парту, устроившись поудобнее. Мики занял место прямо перед ними, небрежно облокотившись на спинку стула. В классе стояла тишина, прерываемая лишь редкими шёпотами и шелестом бумаги. Вошёл Орангутанг, и все сразу замерли, ожидая начала урока.

— Итак, учащиеся, — начал он, медленно прохаживаясь вдоль рядов, — я вам дал задание подготовить рефераты по истории механизации счёта. Прошу положить ваши работы на край стола.

Студенты один за другим подходили к столу преподавателя и клали свои рефераты. Орангутанг внимательно осматривал каждую работу, отмечая что-то в своём блокноте. Наконец, его взгляд остановился на Пейдж и Пайпер, которые всё ещё сидели на своих местах, не двигаясь.

Он жёстко улыбнулся и подошёл к ним, остановившись рядом с их партой. Положив свои длинные руки в карманы пиджака, он холодно произнёс:

— Сударыни, ну, а вы что сделали?

Пейдж опустила голову, избегая взгляда учителя, и тихо промямлила:

— Мы... мы не успели...

Пайпер, напротив, спокойно взглянула на Орангутанга и с лёгкой улыбкой ответила:

— А мы не знали, сэр Оранг... учитель...

— Вон из класса! — ледяным тоном приказал Орангутанг. — Обе!

Пейдж быстро схватила свои вещи и пулей вылетела из аудитории, едва сдерживая слёзы. Пайпер же не спеша встала, аккуратно сложила книги и тетради в сумку, затем неторопливо вышла из класса. На пороге она обернулась и, тепло улыбнувшись учителю, сказала:

— До свидания!

Орангутанг не смог выдержать её наглого поведения и сорвался в визг:

— Воо-н!

Подруги, выйдя в коридор, не удержались и засмеялись, обсуждая произошедшее.

— Теперь точно съест! — вздохнула Пейдж, всё ещё немного дрожа от пережитого стресса.

— Как бы не подавился, — невозмутимо отозвалась Пайпер, поправляя волосы.

Они медленно шли по коридору, наслаждаясь моментом свободы.

— Скоро сессия, а у нас по механизации зачёт! — напомнила Пейдж.

— Не волнуйся, Пейдж, сдадим! — уверенно заявила Пайпер. — Главное — не паниковать и верить в себя.

Пейдж глубоко вдохнула, пытаясь успокоиться. Она знала, что Пайпер всегда поддержит её, даже в самых трудных ситуациях.

Они присели на скамейку у окна, наслаждаясь прохладой, проникающей сквозь открытое окно. Ветерок играл с волосами Пейдж, нежно касаясь её щеки.

— Говорят, скоро будет собрана экспедиция к развалинам древнего города, — начала Пейдж. — Туда и студентов берут, давай запишемся тоже на лето, а?

Пайпер удивленно приподняла бровь и усмехнулась:

— Ты что, сдурела? Зачем?

Пейдж слегка смутилась, отворачиваясь в сторону, и пробормотала:

— Ну, а что, интересно же…

Пайпер внимательно посмотрела на подругу, заметив лёгкую краску на её щеках. Она догадалась, в чём дело, и тепло улыбнулась:

— Мики, да? Он тебя зовёт в экспедицию?

Пейдж неуверенно кивнула, откинувшись к холодной стене:

— Угу.

Пайпер покачала головой, выражая сомнение:

— Дура, ты дура, Пейдж. Послушай меня. Мики нельзя доверять. — Она стиснула ладони друг с другом, подбирая слова. — Он использует тебя для осуществления своего… дьявольского замысла. Он пытается заставить тебя думать, что ты влюблена в него, но на самом деле это не так. Ты ведь не любишь его, Пейдж?

Пейдж тяжело вздохнула и непонимающе посмотрела на подругу:

— Не поняла, что за… дьявольский замысел?

Пайпер прикусила нижнюю губу, звонко хлопнула себя по лбу ладонью:

— Чёрт! Не хотела тебе это говорить… — Она сделала глубокий вдох, собираясь с духом. — Ты что-нибудь слышала о баптистах?

Пейдж пожала плечами:

— Секта, они вроде собирают разные артефакты прошлого и т.п. А какое отношение они имеют к этому?

— Вот именно! — воскликнула Пайпер. — Мики — баптист! И я думаю, что он хочет принести тебя в жертву в старом храме баптистов в древнем городе!

Пейдж была потрясена этими словами:

— Ты рехнулась? Какой из Мики фанатик-убийца? Да это полная чушь! Он ботаник каких поискать, мирный парень, да его самого сколько раз всякие подонки били! С синяками вечно ходит. Он не способен на убийство!

— Присмотрись к нему получше, подруга, — холодно отрезала Пайпер и, развернувшись, ушла, оставив Пейдж одну.

— Пайп, ты что, обиделась? — крикнула Пейдж ей вслед.

Пайпер оглянулась, тепло улыбнувшись:

— Сама дура!

Пейдж осталась одна, сидя на скамейке и размышляя о словах подруги. Ей было трудно поверить в то, что Мики мог оказаться таким опасным человеком. Но что, если Пайпер права?

Пейдж смотрела в окно, и на душе у неё становилось всё тяжелее. Она думала о Мики, и не могла понять, как относиться к словам своей подруги. «Надо проверить, проследить за ним!» — неожиданно решила она. У неё созрел план.

После окончания занятия по механизации счета все разошлись кто куда — кто-то пошёл в общежитие, кто-то решил прогуляться, а кто-то отправился в библиотеку. Мики предложил Пейдж пойти вместе в чепок, но она отказалась, сославшись на то, что ей нужно заняться своими делами. Мики вздохнул и пошёл один. Пробыв в чепке несколько минут, он вышел на улицу, почёсывая спину.

Пейдж осторожно последовала за ним, прячась среди прохожих. «У него что, чесотка что ли?» — недоумевала она, наблюдая за тем, как Мики постоянно чешется. Затем Мики свернул в сторону трущоб на окраине города. Он зашёл в какой-то дом, над дверями которого висела табличка с изображением звезды. Пейдж подкралась ближе и заглянула в узкую щель между тяжёлыми плотными шторами. Внутри оказалось просторное помещение, напоминающее церковь. В глубине висел большой крест с изображением Иисуса Христа.

Мики стоял на коленях и молился, перебирая чётки. «Точно, баптист!» — с отвращением подумала Пейдж, собираясь уйти, но вдруг произошло нечто, заставившее её остаться. Мики начал снимать одежду. Он снял свитер, и Пейдж тихо ахнула — вся спина Мики была покрыта глубокими рубцами и свежими ранами, словно его недавно избили. Мики продолжал раздеваться, пока не остался практически голым, в одной набедренной повязке. На его теле не осталось живого места — сплошные шрамы, ссадины и синяки.

Пейдж почувствовала жалость — как его жестоко избивали! Но вдруг она чуть не лишилась чувств. Мики взял свои чётки, растянул их, превращая в длинный хлыст с бусинами. Он истово перекрестился и начал хлестать себя, приговаривая: «Боль… от неё только польза…»

Пейдж с ужасом наблюдала за этой сценой, не в состоянии отвести взгляд. Спустя какое-то время Мики прекратил самобичевание, отложил хлыст и начал молиться, устремив взор на распятие. Затем он внезапно разразился слезами, что-то бормоча сквозь всхлипывания. Пейдж еле разобрала его слова, обращённые к Иисусу:

— Я не хочу твоей победы, я люблю лишь себя, но что же делать, если ты стал большей частью меня, как удар молнии пронзил мою жизнь… О боже, спаси и сохрани… Я только выполняю твою волю, Господь! — бормотал Мики, сотрясаясь в рыданиях. Кровь струйками стекала по его окровавленным рукам, а вокруг жужжали мухи.

— СЫН МОЙ! — прозвучал глубокий голос откуда-то из глубины помещения. Пейдж сначала подумала, что это говорит сам Христос, но вскоре поняла, что из-за распятия появился высокий мужчина в сутане с низко опущенным капюшоном.

— Учитель, — прошептал Мики. — Помоги развеять мои сомнения!

Мужчина приблизился к Мики и коснулся его ран.

— Боль, жуткая боль, — сказал Учитель. — От неё только польза!..

Пейдж в ужасе отпрянула назад и что есть силы побежала в сторону общежития. Ей показалось, что голос Учителя ей знаком.

«Что же это значит? — думала она, бежавшая сломя голову. — Какая связь между Мики, этим странным мужчиной и Пайпер?»

Когда она добралась до общежития, сердце её колотилось так, что казалось, оно готово выпрыгнуть из груди. Но ей необходимо было успокоиться и разобраться в происходящем. Она не могла допустить мысли, что её лучший друг оказался замешанным в чём-то столь тёмном и опасном.

***

— Пейдж никто не видел? — спросила Пайпер у одногруппников на следующее утро. Пейдж не приходила ночевать в общежитие. Такое иногда случалось, когда она оставалась у тетки.

— Вроде ее в туалете видели, — сообщили Пайпер.

Пайпер отправилась в женскую уборную. Там, на подоконнике, сидела Пейдж и плакала.

— Я все узнала, — сквозь слезы проговорила она. — Он и правда баптист!

— Крепись, — Пайпер тепло улыбнулась, крепко сжимая её за плечо.

— Что же теперь делать, Пайп?

— У тебя есть выбор, — пожала она плечами. — Пошли, скоро лекция у Орангутанга.

— Он опять нас выгонит, — вздохнула Пейдж, утирая лицо платком.

— Замучится выгонять, — усмехнулась Пайпер. — Пошли, подруга!

Они вошли в аудиторию. Мики уже сидел на своем месте. Он выглядел усталым и бледным, и, как обычно, почесывался.

— Как дела, девчонки? — спросил он, подмигивая Пейдж.

Пейдж покраснела и отвернулась, игнорируя его. Пайпер, стоящая рядом, гневно посмотрела на Мики и презрительно скривилась.

— Ты что, совсем мозги продуло? — сказала она, поворачиваясь к Пейдж. — Неужели ты еще не понимаешь, что он опасен?

Пейдж нервничала, не зная, что сказать. Она пыталась найти объяснения поведению Мики, но Пайпер была неумолима.

— Мики — часть секты, которая планирует что-то страшное, — продолжала Пайпер. — Тебе стоит держаться подальше от него.

Пейдж колебалась, чувствуя себя запутавшейся и потерянной. Она видела, как страдал Мики каждый день, но не могла представить его в роли жестокого фанатика.

— Дай ему шанс, — сказала Пейдж.

Но Пайпер не уступала.

— Шанс? — переспросила она. — Ты серьезно думаешь, что ему можно доверять? После всего, что я рассказала?

Пейдж молчала, борясь с противоречиями внутри себя. Она хотела верить в лучшее в людях, но интуиция подсказывала ей, что Пайпер права.

— Не будь дурой, — повторяла Пайпер. — Держись подальше от Мики. Он представляет угрозу.

В этот момент вошел Орангутанг, и аудитория погрузилась в тишину. Урок начался, но мысли Пейдж оставались заняты Мики.

Они зашли в аудиторию. Мики сидел на своем обычном месте. Он был бледен и то и дело почесывал спину. Пейдж постаралась не замечать его, хотя Мики усиленно подмигивал ей.

— Сегодня тема лекции счетная машинка «С75», — Орангутанг достал с полки небольшой механизм со множеством рычажков и циферблатов. — Как он работает — берем число 188, — он покрутил рычажки, — умножаем на 138 и получаем 25944. Из этого примера видно для умножения любого числа, например, 347, на такой машине нужно сделать, если она без задерживающего приспособления. 14 установок множимого и 14 поворотов рычага — сумма цифр множимого…

Студенты прилежно записывали лекцию. Пейдж с Пайпер слушали вполуха и шептались о своем.

— Вопросы есть? — спросил учитель в конце занятия.

— А может машина ошибаться? — спросил Мики

— Нет, это совершенная конструкция. Еще в прошлом веке именно на ней высчитали число РН1 — суперчисло Вселенной. Кто его назовет, кстати?

— 1,618, — подал голос отличник Чижов.

— Молодец. А что значит это число?

— Соотношение пропорций всего во Вселенной, — добавил Чижов.

— Абсолютно верно, юноша! Да, это число подходит ко всем элементам вселенной. Соотношение, например, длины руки от плеча до кончиков пальцев и от плеча до локтя у всех равно 1,618!

— В самом деле? — усомнился Мики.

— Хочешь проверить? — Орангутанг достал из кармана рулетку. Мики подошел к нему и вытянул руку.

— Помогите развеять мои сомнения, учитель, — произнес Мики.

— С удовольствием, сын мой, — усмехнулся Орангутанг, разворачивая рулетку.

А Пейдж в этот момент едва не потеряла сознание. Она уставилась на Орангутанга, не веря глазам.

— Это он!.. — прошептала она Пайпер на ухо.

После учёбы к ним подошёл Мики.

— Ну что, Пэй, пойдём в поход в экспедицию? — спросил он, слегка почёсывая спину.

— Я тебе не Пэй, а Пейдж, — холодно ответила Пейдж и отвернулась.

— Что с ней? — недоумённо спросил Мики у Пайпер.

Пайпер тепло улыбнулась ему, но затем её лицо изменилось, и она ядовито процедила:

— Свободен!

Мики приуныл и, ничего не понимая, пошёл прочь, бормоча себе под нос: «Я свободен, словно птица в небесах...»

— Молодец, подруга! — одобрительно сказала Пайпер, когда Мики скрылся за углом.

Пейдж молчала какое-то время, нервно кусая губу, прежде чем тихо произнести:

— Боюсь его и Орангутанга...

— А что мы можем сделать? — задумчиво спросила Пайпер. — Если расскажем кому-нибудь, нам всё равно никто не поверит.

Девушки медленно направились от училища к библиотеке. Вокруг них царило спокойствие послеобеденного времени, однако мысли обеих были заняты предстоящим походом. Они старались держаться вместе, чувствуя, что их тревога связана с чем-то большим, чем просто страх перед двумя неприятными людьми.

В библиотеке Пайпер привычно взяла несколько журналов о моде, а вот Пейдж выбрала совсем другие книги: толстую энциклопедию по истории и подробный атлас мира.

— Ты что, сдурела? — удивлённо спросила Пайпер. Она никогда раньше не видела свою подругу такой сосредоточенной и серьёзной.

— Древний город находится к югу, а наш — к северо-западу, — начала объяснять Пейдж. — Но маршрут экспедиции проходит через север и восток. Почему бы им не пойти прямо?

Она разложила карту на столе и принялась сравнивать её с маршрутом, который был указан в плане похода.

— Да, действительно, что-то тут не так, — согласилась Пайпер. Её взгляд остановился на одном из пунктов маршрута, и вдруг ей пришло в голову нечто важное. — Кстати, ты знаешь, кто будет руководителем этой экспедиции?

— Кто? — настороженно спросила Пейдж.

— Орангутанг!

— Всё становится ещё хуже, — прошептала Пейдж. Она снова взглянула на карту и неожиданно замерла. — Подожди-ка... Если сдвинуть сетку координат по Гринвичу, то получается, что конечная цель вовсе не древний город, а гора Отортен!

— Как гора Отортен? — Пайпер была поражена. — Это же одна из самых опасных гор в мире! Зачем им туда?

— Думаю, они замышляют что-то очень плохое, — мрачно произнесла Пейдж. Её глаза наполнились ужасом. — И я боюсь, что они могут даже убить кого-то ради своей цели...

— Но ведь никому нельзя об этом рассказывать, — повторила Пайпер. Ей было страшно представить, что может произойти, если их подозрения подтвердятся.

Пейдж лишь молча кивнула, глядя на карту. Обе девушки чувствовали, что впереди их ждёт что-то опасное и непредсказуемое.

***

Несколько дней прошли в тревожном ожидании. Подруги не знали, что делать, но вскоре произошло нечто ужасающее. Сначала исчез Мики. Три дня его не было на занятиях, и тогда подключилось следствие. Мики обнаружили в баптистском храме, лежащим в луже собственной крови, тело его было иссечено хлыстом. Полицейские решили, что его убили. Вскоре расследование привело к аресту Орангутанга. Однако до суда дело так и не дошло – Орангутанг покончил с собой, повесившись в тюремной камере.

Пайпер и Пейдж хранили молчание, зная больше, чем говорили вслух.

— Это останется нашей тайной, — мягко улыбаясь, сказала Пайпер.

— Я не понимаю только одного, — неуверенно проговорила Пейдж. — Как ты догадалась, что Мики — баптист?

В ответ Пайпер повернулась к ней спиной и приподняла край блузки. На её коже отчетливо выделялись белые шрамы, пересекавшие всю спину.

— О боже, Пайп, что это у тебя? — ахнула Пейдж, чувствуя, как сердце начинает бешено колотиться. — Неужели твоя мать так тебя избивала?

— Нет, это я сама себя… — едва слышно пробормотала Пайпер, избегая взгляда подруги.

— Врешь, ты выгораживаешь мать! — вскрикнула Пейдж. Её голос дрожал от страха и недоверия. — Ты же боишься боли!

Пайпер тепло улыбнулась ей, несмотря на мрачность момента, и сказала:

— Боль… от неё только польза…

Пейдж стояла, не в силах вымолвить ни слова. Внутри неё нарастало ощущение, что мир вокруг рушится, и всё, что казалось стабильным и понятным, оказывается ложью. Она знала, что сейчас должна сказать что-то важное, но слова застряли в горле. Вместо этого она просто смотрела на Пайпер со смесью ужаса и непонимания.

Пайпер продолжала стоять спиной к Пейдж. Свет падал на её волосы, создавая иллюзию мягкого сияния. Но в воздухе витал запах чего-то зловещего, почти осязаемого. Казалось, что между ними возник невидимый барьер, сквозь который невозможно проникнуть.

Пейдж почувствовала, как внутри неё поднимается волна панического страха. В голове мелькали вопросы, ответы на которые она боялась узнать. Кто такая эта девушка, которую она считала своей лучшей подругой? Какие тёмные тайны скрываются за её приветливой улыбкой?

И вдруг, будто ощутив напряжение, которое охватило Пейдж, Пайпер обернулась. Её глаза были холодны и безжизненны, как два осколка льда. Пейдж заметила, что в руках у Пайпер появился длинный кожаный ремень. Он блестел в свете лампы, отражая свет и тени.

— Ты понимаешь, что значит настоящая боль? — спросила Пайпер тихим голосом, который звучал угрожающе спокойно. — Настоящая боль очищает душу, освобождает от всего ненужного. Она учит нас быть сильными, готовыми ко всему.

Пейдж попыталась сделать шаг назад, но ноги отказывались слушаться. Она ощущала, как её тело покрывается липким холодным потом. Глаза Пайпер стали ещё холоднее, словно ледяные глыбы, готовые раздавить любого, кто посмеет приблизиться.

— Пойми, Пейдж… иногда нужно пройти через ад, чтобы обрести истинную силу. Иногда нужно причинить боль другим, чтобы спасти себя. Это закон жизни, — продолжила Пайпер.

Её рука медленно поднималась вверх, держа ремень. Пальцы крепко сжимали кожу, словно готовясь нанести удар. Пейдж хотела закричать, но горло сжалось, и звук застыл где-то глубоко внутри.

— Теперь ты тоже будешь частью этого, — прошептала Пайпер, делая шаг вперёд. — Вместе мы станем сильнее. Ты поймёшь, что такое настоящая сила, и ты научишься управлять болью.

Пейдж закрыла глаза, ожидая удара. Но вместо этого она услышала, как дверь комнаты открылась, и в помещение ворвался свежий воздух. Когда она открыла глаза, Пайпер уже исчезла, оставив только лёгкий след своего запаха и шёпотом эха её последних слов.

Но этот момент навсегда изменил Пейдж. Она больше никогда не сможет смотреть на мир прежними глазами. Тайна, которая связывала их, теперь стала чем-то гораздо более опасным и разрушительным.