Караван

Глава I.

Загруженная до отказа дрезина медленно, но верно, будто кровь по огромной каменной артерии метро, продвигалась вперед. Рельсы под ней ритмично скрипели. Вокруг нее в неком боевом построении шло восемь человек. Двое спереди, на расстоянии приблизительно десяти метров, с мощными фонарями освещали путь впереди. По два человека справа и слева внимательно осматривали каждое ответвление, каждое техническое помещение на предмет засады или гнездовья очередной твари. Двое шли сзади, они были замыкающими, их задача — внимательно прислушиваться к каждому шороху туннеля и прикрывать товарищей. На дрезине ехал девятый, тучный мужчина в весьма дорогом и на удивление чистом для метро костюме. Чтобы представить то, как он был одет, можно попытаться вспомнить тех самых зажиточных бандитов, отошедших от дел, из распавшейся некогда великой страны.

Караванщики, по моему скромному мнению, одни из самых желанных и одновременно ненавистных гостей на станции. Ждали их, чтобы купить книги, лекарства, вещи первой необходимости или безделушки. Ненавидели их за то, что цены они драли до небес. Хе, до небес. В нашем случае до потолка. Вы видели вообще потолки в метро? Я думаю, это почти то же самое, что до неба.

– Петь, просыпайся! – нежно гладя мальчишку по голове, говорила Катерина, мать мальчика. – Проспишь свой день рождения и останешься без подарков!

Петя, только заслышав про свой день рождения, тут же подскочил на ноги и начал прыгать в разные стороны, смеясь и крича разные слова, наполненные искренней детской радостью.

– Мам!? А что... А что ты мне подаришь? – заикаясь от нетерпения, верещал мальчишка.

– Секрет, Петя! Скоро увидишь, потерпи еще немного!

На станцию, ничем не отличавшуюся от большинства других, въехала дрезина. Вокруг нее сразу столпилась куча людей, минуту назад сонный "городок" оживился.

– Подходим! Товары на разный вкус и цвет! Книги, ковры, игрушки, лекарства! Теплая одежда и спальные мешки! – кричал во все горло мужчина-караванщик.

Катерина и Петя вышли из палатки и направились к правому краю платформы, где недавно остановился караван. С трудом протолкнувшись сквозь зевак, чтобы занять еще 2 места среди них и посмотреть, что привезли на этот раз.

Постояв немного в толпе и прикупив кое-какие вещи для их жилища, мать с сыном снова чуть ли не с боем пробирались через толпу, чтобы выйти из нее.

Отца у мальчика не было, мать рассказывала, что их папа теперь не сможет вернуться на станцию, потому что защищает всех жителей метро от страшных монстров. На самом же деле отца на одном из дальних переходов зарезал какой-то пьяный бродяга в попытке ограбить. С тех пор Катерина растила сына одна.

Вернувшись домой под вечер, мама сказала Пете сидеть в палатке и ждать ее, пока она не вернется. Станция потихоньку пустела, зеваки расходились по своим палаткам, оставляя приехавших с утра караванщиков с карманами, трещащими по швам от пуль. Катерина пошла за тортом, который она заблаговременно испекла из станционных грибов и дефицитного сахара, за который пришлось отдать почти все сбережения. Все, чтобы порадовать сына. Катя его очень любила, а после смерти мужа ребенок спас ее от депрессии и заполнил пустоту в сердце. Забрав торт у соседки и достав из сумки купленного тайком от сына у караванщика набор оловянных солдатиков, она с улыбкой до ушей пошла в сторону своего дома.

Открыв палатку, сына она не увидела, не было и его маленькой сумки, которая досталась ему от отца и которую он очень сильно любил и хранил. На постели Кати лежала записка, написанная детским почерком: «Мама, ты мне много раз говорила, что наш папа защищает всех людей, я очень хочу с ним повидаться, и поэтому я отправился на его поиски, скоро вернусь вместе с ним, и мы отметим мой день рождения». В конце письма было нарисовано сердечко, немного кривое, но видно было, что мальчик сильно старался.

С собой Петя взял основные, по его мнению, вещи: небольшое количество патронов из своей копилки, парочку любимых игрушек, которые были страше него самого раза в два, еды и воды. Выглянув из палатки, Петя заметил, что мама отошла достаточно далеко, чтобы не заметить его побег. Мальчуган с самого утра знал, что караван — это его шанс сбежать со станции, чтобы отыскать отца. Пока часть охранников отошла от каравана, чтобы запастись провизией для дальнейшего продвижения вглубь метро, Петя заполз под дрезину, приподнял тихонько одну из криво нарезанных досок и забрался в узкое пространство под основным полом дрезины. Долго ждать не пришлось. Дрезина начала свое движение спустя несколько минут. Выезжая со станции, мальчик слышал, как его мать кричала что-то одному из дозорных про исчезновение сына, но решительность ребенка уже было не сломить. Ему во что бы то ни было хотелось найти своего отца, хотя бы на день привести его назад, домой, на родную станцию, снова увидеть улыбку его мамы, которую Катерина утратила после того, как отец "ушел" со станции.

Глава II.

Путь до следующей станции выдался неблизким. Туннель был неестественно темным, фонари ведущих барахлили, и у караванщиков по-тихоньку начали сдавать нервы. К тому же сзади что-то подозрительно хлюпало, и звук этот медленно, но верно постепенно нагонял дрезину.

— Мужики, – выкрикнул бандюк, постоянно оглядываясь в сторону шума, – давайте ходу! Какая-то тварь там, волосы уже на жопе шевелятся!

— Слышали Начальника Каравана, шпана? – сказал самый коренастый охранник. – Шустрый, прыгай на дрезину, добавь оборотов на двигатель.

Ни капли не мешкая, но очень неуклюже, наверное, самый молодой из охранников каравана, запрыгнул на дрезину и начал ковыряться в двигателе. Колеса дрезины начали крутиться быстрее. Ускорились и караванщики.

— Готово, товарищ Нач.Кар! — выкрикнул очень уж официально Шустрый, пытаясь разрядить обстановку. Петя не понял, что Нач.Кар — это аббревиатура от «начальник каравана», и его чуть было не прорвало на смешок от того, какое же странное имя было у человека, возглавляющего дрезину.

Петя все также лежал под полом дрезины и внимательно выглядывал через щель. Он видел двух замыкающих, которые шептались и смотрели на противоположную движению часть туннеля, которая из-за плохой освещенности все больше погружалась во тьму.

В этой напряженности дрезина добралась до следующей станции. Петя дождался, пока люди, охранявшие эту «колесницу», разойдутся и он сможет тихонько прошмыгнуть на станция. Подобрав момент, он попытался вылезти, но совершенно забыл про то, что хоть охрана и немного разбрелась, на дрезине все еще сидел мужик со смешным именем. Петя тут же потерпел неудачу. Ни капли не мешкая Начкар схватил мальчишку за шиворот, подтянул к себе и с одновременно удивленным и злобным лицом смотрел тому в глаза.

– Какого черта, пацан? – засыпая Петю вопросами, начал ворчать Начкар. – С какой станции ты присосался? Вообще мозгов в голове нет? А если бы ты выпал под дрезину?

Петя молчал, он не ожидал того, что его поймают, и совершенно не думал о том, что же он будет делать в таком случае. Ясно было одно, нельзя говорить ни слова, иначе отправление на родную станцию произойдет немедленно. А там мама, которая очень расстроится из-за того, что Петя убежал. А еще больше расстроится, если Петя вернется без отца. В этом мальчуган был уверен на сто и один процент.

– Дяденька! А я это... С этой станции, п...просто дрезины нравятся, залез посмотреть, – врал Петя на ходу, очень сильно надеясь на то, что мужчина со странным именем ему поверит и отпустит его.

Начкар с недоверием глядел на Петю, старый бандюган разбирался в людях и не верил мальчишке. Он сразу понял, что пассажир этот точно как минимум три станции уже едет зайцем.

– Брехня это все, говори давай, откуда ты, пока я тебя тут не выпорол. Ты понимаешь, что ты мне план сбиваешь?

Петя стоял на своем. На их спор стянулась охрана каравана. Начкар вкратце описал случившееся своим бойцам., начался незапланированный совет по поводу безбилетного мальчишки.

Глава III.

— Ладно, пацан. Мы с мужиками посовещались и решили. Едешь с нами до конца маршрута, на обратном пути начиная с предыдущей станции мы будем объявлять о том, что ты с нами тайком увязался. Отдадим тебя лично в руки начальника станции или матери, — начал объяснять Начкар с недовольным лицом. — Если попробуешь сбежать, начнешь себя плохо вести или еще чего учудишь, лично привяжу тебя к носу нашей дрезины, чтобы точно никуда не делся! Усёк, пацан?

Петя лишь опустил голову и с виноватым видом кивнул. Мальчик понял, что план его, по всей видимости, провалился, и что когда его привезут домой, там его будет ждать наказание. Ничего не остается, кроме как смириться. Хотя, с другой стороны, есть и плюсы, не сразу же его домой повезут, сперва он проедется еще вперед, вдруг где-то там он встретит своего отца, сможет наябедничать на то, какой этот старикан Начкар вредный дядька, что обещал его привязать, и что мама сильно скучала. И Петя скучал.

— Шустрый! — выкрикнул коренастый мужик, которого слушали все охранники. Наверное, он тут был самым главным после Начкара. — Держи патронов, своди мальчишку накорми, черт его знает, с какой станции он увязался, может, давно уже едет так. Не дай бог от голода еще окочурится, как в глаза родне смотреть будем?

— Так точно, дядь Вов! — кинул молодой в сторону начальства и без слов поволок Петю в сторону прилавка с разной едой.

Подойдя ближе, можно было разглядеть весь ассортимент: жухлая на вид картошка, все еще дымящаяся, насаженная на обточенную щепку, немного мелко нарезанной и зажаренной свинины, шампура, или, скорее, проволока, на которой был крысиный шашлык, пара бутылок местного самогона и чистой, отдающей хлоркой воды.

– Дядя Шустрый, а можно мне, пожалуйста, картошки и свинины? – умоляюще промолвил Петя, устремив свои глаза в глаза мужчины.

– А чего ж нельзя? Можно, мне ж сказали тебя накормить, – ответил Шустрый и кивнул продавцу: – Заверните.

Вернувшись на дрезину вместе с едой, Пете выдали один из комплектов посуды, что был на продажу, но наказали, что на следующей станции он за собой всё помоет и вернет Начкару. На самом деле Петя был не особо голодным, он брал немного еды и воды с собой, согласился на еду он из вежливости и из соображений того, что в метро каждый день может стать последним, нужно не упускать шанс подкрепиться. Последнему его научил отец.

Примерно через час дрезина снова начала свое движение, сначала туго, словно не желая снова погружаться во тьму туннелей, но постепенно скорость ее нарастала. Петя сидел напротив Начкара, на этот раз он мог оглядеть все вокруг. Смотреть, конечно, было не на что, но Петя все равно крутил головой по сторонам с такой скоростью, что казалось, будто она сейчас слетит с резьбы и улетит далеко вперед.

– Дядя Начкар, а почему вы не посадите всех на дрезину? Они же так устанут идти, – сказал Петя, все еще крутя головой во все стороны и рассматривая туннель.

– Не положено. Кто же будет защищать товар и дрезину? Видишь, как они идут? – начал объяснять мужчина. – Спереди двое освещают нам путь, по бокам тоже по двое, с каждой стороны, высматривают чудищ и бандитов всяких, чтобы не выскочили из-за угла, а сзади спину прикрывают.

– А мне папа говорил, что тут безопасные туннели и много людей живет, откуда же тогда тут взяться чудищам?

Начкар взглянул в глаза парнишки и ответил: «Помнишь, как по пути до прошлой станции за нашей спиной что-то хлюпало?»

Петя кивнул.

– Так вот, что же это было, как не чудище какое-то? Вот для таких ситуаций мы и делаем такое построение. Оно самое удобное и безопасное.

Проехав еще немного, Петю начало клонить в сон, и он начал клевать носом.

Глава IV.

Пока Петя дремал, дрезина худо бедно продвигалась по туннелю. Начкар, подсвечивая налобным фонарем листал какие-то бумаги на выцветшем, облезшем планшете.

Впереди дрезины шли Владимир, тот самый мужик, который загнал Шустрого ускорить дрезину, и собственно, сам Шустрый.

— Ну че, Шустрый, как тебе твой первый поход? Рассказывай давай, тишина уже на голову давит, — сплюнув в сторону сказал Владимир.

— Да как, дядь Вов, не знаю пока. Двояко. С одной стороны здорово, я всегда мечтал побывать где-нибудь за пределами своей станции, а с другой... Страшно, очень страшно. Чего только стоила та дрянь, которая пыталась догнать нас. И булькала она так... Словами не описать. Думал, что уж не дойдем мы.

— Главное рассудительным всегда оставаться, пацан. Правильно, что страшно было, но нужно быть готовым ко всему. Иначе не проживешь тут. Не догнала она нас, это хорошо. А вот если бы догнала, ты бы точно замешкал с такими мыслями.

Шустрый просто кивнул. Он давно знал Владимира, в какой-то мере даже считал отцом. Их многое связывало, они были с одной станции, отец Шустрого дружил с Владимиром, а когда отец ушел из жизни, мужчина сильно помогал семье.

Тишину прервали выстрелы. Вспышки от взрыва пороха на доли секунд освещали одно из технических помещений. Петя подскочил, но Начкар с силой прижал его к полу дрезины, чтобы мальчишку не задела шальная.

Ответного огня от каравана ждать не пришлось. Боковые сразу начали поливать пулями дверной проем, в котором была засада. Начкар достал из-за пазухи самопальную гранату и кинул туда же. Петя лежал на полу с открытым ртом, этому его тоже научил отец. "Чтобы не оглохнуть" — говорил он Пете.

Раздался хлопок. Эхо разнеслось на сотни метров вперед. Все стихло. Дозорные тут же прочесали место, откуда началось нападение. Никого живого не осталось. Только ошметки людей, распластанные по стенам из-за мощного взрыва.

— Все живы!? — прокричал Начкар, — Никто не ранен? Пацан, ты в порядке?

Петя кивнул.

Спрыгнув с дрезины Начкар начал обходить ее вокруг. Владимир лежал на спине и держался за живот. Шальная пуля все-таки его зацепила. Над ним навис Шустрый. Он не мог поверить в то, что случилось. Парень был в ступоре. Такого просто не могло случиться. Не должно было.

— Эй, Володя! Володя! Ты меня слышишь? Ты еще тут? — кричал Начкар.

— Дядь Вов, только не это... Что же я матери скажу? Что делать? Почему? — полушепотом говорил Шустрый. Он впал в некий транс, все еще не осознавая того, что случилось.

Петя смотрел на это все с дрезины. Глаза его намокли. Было страшно. Он еще никогда не видел умирающего человека, не видел, чтобы у кого-то так хлестала кровь.

Глава V.

В туннеле, казалось, до сих пор слышалось эхо выстрелов. Петя стоял в ступоре, не понимая, что произошло и почему вся охрана и даже сам Начкар бегают туда-сюда. Каждый раз моргая, Петя видел перед собой новую картину: раз — два человека бегут с носилками, два — Владимира затаскивают на дрезину, три — дядя Шустрый сидит на рельсах, где мгновение назад лежало тело. Его кто-то треплет за плечи, но парень не реагирует.

— Шустрый, блять, приди в себя, щас вообще время терять нельзя! — оттаскивая его от окровавленной рельсы в сторону дрезины, срывая голос, орал кто-то из экипажа.

— Все по местам, — скомандовал Начкар, — выжмем из старушки максимум, авось спасем Володю! Пацан, живо на дрезину!

Петя хоть и среагировал быстро, забрался на дрезину крайне неуклюже. Пока грохот колес разрезал тишину туннелей, Петя сидел и смотрел в одну точку, для него время как будто остановилось. Было страшно и непонятно, почему и за что с ним случилось такое, почему отец не пришел и не спас дядю Вову, почему не спас.

На подъезде к станции расположились уже привычные всем караулы, обычно они останавливают дрезины и проверяют документы и товары. В этот раз пропустили быстро, к тому же вызвав медперсонал к перрону.

Хоть дрезина и ехала достаточно быстро, а медперсонал обучен, естественно, по меркам метро и без пресловутой клятвы Гиппократа, поделать уже было нечего. Володя был мертв еще до погружения на дрезину. Пули зацепили ему жизненно важные органы, из которых уже давно вытекла почти вся кровь.

— Мужики, ну тут короче уже ниче не поделать. Крови из него вытекло литра четыре, труп в общем, — начал говорить один из докторов, по всей видимости, главврач местного розлива, — У нас тут священник на станции живет, мож хоть отпоет мужика этого, ну ежели верующим он был. Вызвать?

— Вызывай, — кивнул Начкар.

Петя понемногу начинал приходить в себя, рядом с ним сидел еще более понурый Шустрый.

Петя долго не решался сказать что-либо, но в итоге смог перебороть себя и задать вопрос.

— Дядя Шустрый, дядя Вова умер, да?

Шустрый лишь вздохнул. Мальчик все понял и без слов. Дядя Вова был мертв.

Так они и сидели в тишине еще какое-то время, пока к ним не вернулся Начкар.

— Так! — в приказном тоне, но с ноткой вселенской скорби, начал раздавать указания начальник каравана, — Малой! Тебе задание мирового масштаба, возьми патронов и передай священнику. — За па-ни-хи-ду, — закончил Начкар.

Мальчик кивнул и пошел в сторону импровизированной церквушки на отшибе станции. Подойдя ближе, на стене можно было рассмотреть повидавшие жизнь иконы, некоторые из них уже было не различить, разве что попытаться догадаться по силуэту. За столом в окружении самодельных подсвечников, небольшой коробочки с патронами с надписью «пожертвования» и тройкой местных прихожан сидел на удивление молодой мужчина.

Глава VI.

Приблизившись к священнику, Петя, немного потоптавшись на месте, решился обратиться к молодому священнику. Мальчишка протянул мужчине пули, выданные Начкаром и опустил глаза. Священник уже был в курсе всего случившегося.

— Настрадался ты, мальчуган, да? Не волнуйся, мы этого дядю отправим прямо к Боженьке, ему там будет хорошо. — добродушно сказал священник, похлопав Петю по плечу. — Как тебя зовут, парень? Такой маленький, а уже ездишь вместе с караванами!

— Меня Петя зовут. Я сбежал со своей станции, чтобы папу найти, а дядя Начкар меня заметил и сказал, что на обратном пути отдаст меня маме. — ответил Петя.

Священник кивнул, почесал свою бороду и забрал у мальчика выданные ему патроны.

— Меня зовут Антоний. Я тут, как видишь, работаю священником. Работа очень сложная, но интересная. Да и нужная, особенно в наше время. — начал объяснять мужчина, по пути до перрона.

Придя вместе со священником к Начкару и остальным Петя залез на дрезину, чтобы лишний раз не видеть труп Дяди Вовы. Пете казалось, что труп сейчас встанет и утащит его вглубь тоннелей, где непременно разорвет мальчишку на части при помощи других монстров, что живут в непроглядной тьме.

Панихида шла не быстро, священник хоть и был добрым, что и должно было быть ему присущим, но опыта не хватало. Во время реквиема Петя провалился в глубокий сон. Немудрено, пережив такой стресс это меньшее, что могло произойти с маленьким ребенком.

Пете снилось, что его нашел его отец. Как они вместе возвращаются к матери. Как мама обнимает и целует их двоих, одновременно ругая. Как она готовит вкусное крысиное рагу с грибами. Как они всей семьей его едят, а затем ложатся спать, рассказывая перед сном разные истории и сказки друг другу.

Сны хоть и бывают прекрасными, к сожалению не бесконечны. Петя проснулся, когда дрезина уже долгое время ритмично стуча колесами по рельсам пробираясь сквозь очередную тьму тоннеля. Он очень сильно хотел пить.