Какими были бы самолёты, если бы война опоздала

Необязательное начало

Неизвестно, что, кто, кому и как пообещал тогда, в тот весенний день 1936 года. Наверное, не обошлось без Пьера Лаваля - все же это у него год назад был план антигерманского союза Англии, Франции и Италии, хоть и к Гитлеру он относился весьма с уважением. Не обошлось и без графа Чиано - именно он принес дуче предложение неизвестно от кого. Наверное, в курсе был и текущий французский премьер, эстет и ловелас, докатившийся до позорной паники при известии о том, что немцы ввели войска в Рейнскую ДМЗ.

Так или иначе, но на следующий день после того, как Германия разорвала Локарнские соглашения и ввела войска в Рейнскую ДМЗ, туда как горох из разорванного мешка посыпались берсальеры Муссолини. Крупнейшая в Европе группировка транспортной авиации позволила перебросить воздухом за один день бОльшие силы, чем ввел туда вермахт - и это несмотря на то, что в далекой восточной Африке сейчас еще гремели сражения второй итало-абиссинской кампании.

Силы Гитлера отступили без единого выстрела, в идеальном порядке - все девять батальонов с приданной артиллерией - оставляя германскую землю "героическим воинам Рима".

Муссолини же, образно выражаясь, выставил Франции счет. "Соглашайтесь, господа, мобилизация обошлась бы вам дороже".

А в Берлине тем временем появился чем-то озабоченный Энтони Иден, министр иностранных дел Великобритании...

К сожалению для Испании, точнее для испанских мятежников, Италия, будучи плотно занята во Франции и в Германии решением вопросов “кто кому сколько должен” и “кого куда когда вводить и выводить”, да ещё и заканчивая войну в Абиссинии, не уделила поначалу поддержке "марокканцев" должного внимания, да и потом уделяла не слишком много - никаких сотен тысяч бойцов, стволов или тонн боеприпасов. Впрочем, после гибели трех генералов, "родителей" мятежа - Хосе Санхурхо, Франсиско Франко и Эмилио Мола - говорить об одном мятеже в Испании было сложно. Разодранная противоречиями страна надолго превратилась в рыхлый, почти беззаконный конгломерат отдельных областей, в котором почти любая поддержка со стороны, будь то советская, германская, итальянская или какая-либо еще, означала лишь еще больший хаос.

А вот с другой стороны все было совсем по-другому. В орбиту Римского союза меньше чем через год после Франции попала Австрия - ещё в 1934 году на помощь законно избранному австрийскому канцлеру Дольфусу уже однажды шли итальянские полки. Его преемник, в отличие от самого Энгельберта Дольфуса, итальянской помощи дождался.

К моменту, когда наступило следующее обострение в Европе, связанное на этот раз с Чехословакией, о любых мирных контактах между Третьим Рейхом и Италией можно было не вспоминать: Муссолини, прозванный в англоязычных газетах Peacekeeper, "хранитель мира", получил не только немалую прибыль от союза с Францией и Австрией, но и вполне заслуженную гордость от того, что с ним, а не с Гитлером, ныне связывали слово "фашизм".

К тому же до сих пор сохраняющийся договор о защите между Чехословакией и Францией, второй и наиболее дорогой частью Римского Союза, вынуждал действовать.

Ситуация осложнялась тем, что к Чехословакии имели претензии не только немцы, а еще и Польша с Венгрией. Но кое-что ситуацию и упрощало - со странами Балканской Антанты, в которую, кроме Чехословакии, входили Югославия и Румыния, да и с Венгрией тоже, у Италии отношения были уже налажены. Не так, конечно, как с Албанией, где весь офицерский корпус состоял из итальянских офицеров, и все природные ресурсы были под итальянским контролем - но налажены вполне достаточно, чтобы территориальные претензии со стороны Венгрии были как минимум отложены.

Это могло привести к несколько более горячим столкновениям берсальеров и дойче зольдатен, чем за два года до того... Но не привело. Гитлер снова отступил. Чехословакия же тоже получила счет к оплате - часть, как водится, предлагалось внести путем входа в Римский пакт, или, как этот союз уже порой называли, Романскую лигу.

Итого в 1938 году силы Римского пакта окружали Германию почти полностью. По крайней мере, из разрешенных направлений экспансии оставался только единственный путь - на восток, в Польшу...

Нельзя сказать, что тот Третий Рейх был слаб - если сравнивать отдельные показатели, то ни одна страна Римского пакта не могла с ним сравниться. Но вот вся Романская лига безусловно была сильнее. Итальянские армия, авиация и флот, подпертые ресурсами и производствами других, это уже совсем другие армия, авиация и флот - слова главного морского штаба Италии, Супермарина, о том, что запасов флоту хватит на неделю активных действий, отныне правдой не являлись.

К тому же, несмотря на активность СССР и Германии в Испании, и там тоже имелись итальянские сторонники. В частности, Италии достались африканские владения Испании.

И вишенкой на торте, загнавшей ситуацию в геополитический цугцванг, стала просьба о присоединении к Римскому Союзу от Польши в начале 1939 года. "Католические державы всегда имеют много общего", как говорилось в письме польского президента Мосцицкого, как известно, весьма напуганного планами Гитлера в отношении Польши - не "выравнивание границы", как раньше, а полноценная оккупация. Как заметили очевидцы, положительным ответом дуче он был напуган не меньше.

Начиная с этого момента, единственным союзником Германии в Европе могла считаться только Англия Чемберлена. С оговорками, но безусловно - как крупнейший кредитор и лидер по внешнеторговому обороту.

Двумя крупнейшими и самыми горячими точками были Китай и Испания. И там, и там можно было выделить зоны влияния внешних сил: итальянскую, германскую, португальскую и советскую в Испании, советскую, японскую, и область влияния Гоминьдан, где так или иначе были представлены все остальные крупные мировые игроки.

Там непрерывно шли бои, пусть и не слишком интенсивные, и все ожидали, что большая война начнется тоже там.

Увы.

Маловероятная альтернатива

Среди авиационных дел Романской лиги, объединившей Францию, Италию, Чехословакию, Австрию, и плотно привязавшей к себе Малую Антанту, очень важные последствия имел парижский авиасалон 1938-го. Именно там был представлен польский бомбардировщик PZL-37. Примерно тогда была рождена мысль о том, что, возможно, в Реджиа Аэронаутика стоит быть не только лучшим итальянским самолетам, а лучшим самолетам Союза. И в Арме де л'Эйр тоже. И вообще промышленность Польши, а равно как и Франции, и Румынии, и Италии по отдельности, с запросами не справляется.

***

Война 1939 года была странной. Странно выглядела и странно началась.

Ну то есть Франция в Майн Кампф была обозначена целью первоочередной. В принципе, как и Польша, и возврат немецких земель от Австрии и Чехословакии. Но нападение на Францию все равно было неожиданным. Тем более неожиданным, что оно шло в обход, через Бельгию.

А еще более неожиданной была английская операция "Катапульта", одним махом выведшая из строя бОльшую часть французского флота. Без объявления войны, без каких-либо объяснений до и даже после. "Чтобы французские корабли не попали не в те руки" - и все.

Впрочем, реагировать еще и на действия британцев было некому. Польша изо всех сил сил пыталась соблюсти нейтралитет, другие "восточники" следовали тем же путем, а французская армия реагировала, скажем так, местами, как паралитик на красивую женщину. Основной силой Союза, как и за несколько лет до того, были итальянцы.

Но Советский Союз в Испании не так давно показал миру очень подходящую находку - интербригады. И формирование таких международных бригад Римской лигой было хорошим, годным ответом на первые бои вермахта с силами Лиги. Нет, не то чтобы первые бои были разгромными для Лиги - были, конечно, но не все. Например, там, где немцы применяли загодя составленные наработки еще по результатам первой мировой, результаты для Франции, Бельгии, Италии были печальными. А вот в других случаях...

Итальянцы, то есть силы Лиги, не уступали немцам в мобильности, снабжении, авиации и даже артиллерии. Танки... Танки это да, не лучшая сторона римлян. И пехота. Но что толку с тактических успехов отличной немецкой пехоты, если воздушные силы лиги вполне эффективно разносили в клочья тыл наступающих войск, лишая их снабжения и поддержки?

Германский фронт через некоторое время просто замер. И даже был в некоторых местах отодвинут обратно.

Вот только это был далеко не конец войны. Великобритания планировала вывести Италию из войны так же быстро и просто, как французский флот несколько раньше. Но операция "Угроза" оказалась несколько менее успешной. Налет на Таранто, где находилась крупнейшая группировка линейных кораблей итальянского флота, был совсем другим, нежели налеты на Брест, Тулон и Александрию - а итальянский ответ, во-первых, был, а во-вторых, сумел причинить англичанам весьма весомый ущерб. Были успешно атакованы Гибралтар и Порт-Саид, блокирована и подвергнута непрерывным атакам с воздуха Мальта, сам путь через Средиземноморье оказался практически заблокирован для англичан. По крайней мере, отдельные грузовые суда теперь с гарантией топились итальянскими торпедоносцами, да и с конвоями все было не так однозначно.

При всем при том говорить о безоговорочной победе или там перспективах развития успеха было нельзя. Даже осажденная Мальта, непрерывно подвергающаяся налетам "тысячи самолетов", выстояла - а уж на германском фронте было и от чего рвать на себе волосы.

Поэтому через некоторое время, в июне 1940 года, после очередных довольно бесплодных попыток улучшить положение на фронтах и позиции на переговорах, было заключено перемирие, позже ставшее полноценным миром.

Мир был разделен.

Англо-германский блок, хоть и отойдя почти на исходные позиции, включил в себя почти всю Скандинавию, кроме Финляндии, которая досталась Союзу.

Советский Союз к тому моменту успешно покорил Финляндию и выстраивал себе союзную силу на Востоке.

Япония выстраивала марионеточные государства на материке, воевала в Китае, пробовала на зуб Советский Союз и задумчиво смотрела на тихоокеанские колонии европейцев.

Еще более задумчивые Штаты смотрели на этот пасьянс и прикидывали шансы.

Мир обещал быть. Когда на каждом из фронтов по три противника, очень не хочется быть тем, кого разделят победители - те, кто не начинали первыми.

А из тех, кто мог бы начать первыми, Германии, Японии и Советского Союза, самым перспективным игроком был, как ни странно, последний.

Дело в том, что Англия не чувствовала себя побежденной в битвах с Римской лигой. Только отступившей. Из-за странной, совершенно необьяснимо возросшей активности одновременно Коминтерна и американских агентов в британских колониях - в Канаде, Африке, Юго-Восточной Азии. Примерно так же необъяснимой, как совместные действия Англии и Германии при нападении на Францию.

И для прикрытия восточного фланга Англия приложила усилия, чтобы включить в состав англо-германского блока, пусть де-юре и официально не существующего, Японскую империю. Легко торговаться, когда отдаёшь чужое. Французский Индокитай и колонии оккупированной Рейхом Голландии, например... Так что японцы буквально в последние дни перед подписанием перемирия между Германией и Францией как раз успели подобрать “никому не нужные” колонии.

***

Ну да речь не о них, а об авиации и других следствиях странной войны.

Авиация Римской лиги в странной войне себя, конечно, показала хорошо. А ещё показала, что доктрина Дуэ может быть реализована в принципе, но текущие инструменты типа Савойя-Маркетти С.79 и СМ.81 с этим не справятся. При этом и с задачами типа "разбомбить порт/склад/железнодорожный узел" они справляются только с хорошим прикрытием, подготовкой и удачей. И более новые машины итальянской разработки тоже не идеальны.

Бомбардировщик Savoia-Marchetti SM.81 в сопровождении истребителей Fiat Cr.32

Бомбардировщик Savoia-Marchetti S.79

Нужно было менять доктрины... И инструменты.

Поиск новых самолетов взамен потерянных, списанных и просто устаревших велся по всей Лиге.

Хорошо себя показавший на зимнем парижском авиасалоне еще два года назад ПЗЛ.37 Лось оказался как бы не лучшим средним бомбардировщиком объявленного в 1940 году конкурса. Быстрый, дальний, грузоподъемный. Не идеальный пока что - торпеды и крупнокалиберные бомбы даже к модели D было некуда подвесить. Не слишком дешевый - цельнометаллическая алюминиевая конструкция выглядела дороговато. Но именно он - а не творения Бреге, Фиата и Пьяджо - стал основным бомбардировщиком, пусть и были выставлены некоторые требования, по опыту Странной войны: увеличить калибр оборонительного вооружения, усилить защиту экипажа, обеспечить подвеску торпед и крупнокалиберных бомб.

Сэкономить удалось на истребителе. Фирма Амброзини успешно сплагиатила увиденный на том же авиасалоне Кодрон С.714. Настолько успешно “сплагиатила”, творчески переработав свой учебный SAI.7, что SAI.107 Delta - это при технологичной и дешевой деревянной конструкции и не самом мощном моторе - всего 650 л.с.! - оказался быстрее, легче и маневренней новых истребителей Фиата, Арсенала, Девуатина и Аэрмакки. Мало того, этот истребитель, как и Лось, были просты в пилотировании. Единственной его проблемой была одна из проблем Лося - производственных мощностей Амброзини хватало на десятки самолётов в год, а нужны были тысячи.

Caudron C.714

Эволюция машин Ambrosini

Но в рамках Римской лиги лицензионное производство выглядело... логичным. И богатые деревом Италия и Югославия развернули производство серийных вариантов Дельт SAI.207(с усиленным вооружением и мотором на 100 л.с. больше), а Чехословакия и Франция - Лосей.

Нельзя сказать, что другие заводы и фирмы не хотели делать своё, и не были созданы такие машины, как Авиа B-135 и Рогозарский IK-3.

Avia B-135

Rogozarski IK-3

Но во время битвы за Францию очень большое число типов самолётов приводило к практически регулярному огню по своим. И что было очень неприятно для командования - об этом было широко известно. Поэтому в обсуждении новых самолётов постоянно находились те, кто напоминал - конечно, стройте свои самолёты, только если их перепутают с противником, не обессудьте. И вообще, делать можете что хотите, но покупать у вас будем то, что выбрал дуче.

Из-за этого массового дружественного огня, к слову, не попал в серию отличный В-135 - он был слишком похож на машину вероятного противника, советский И-26. Да-да, советские машины тоже были представлены на том конкурсе. Истребители И-16, И-180 и И-26, в частности. Нет, заказов на них не было.

Яковлев И-26

Стоял вопрос с авианосной авиацией - итальянские авианосцы готовились ко входу в строй в 1942 году, французы планировали “Жоффр” на замену поврежденному “Катапультой” Беарну - но с ними все решилось довольно странно. Вполне новый истребитель Reggiano Re.2000, получив вместо старого мотора новый Гном-Рон 14R и индекс Re.2002, обрел такую мощь, что мог нести до 1000 кг на подвеске или наблюдателя во второй кабине(версия Re.2003). Наблюдатель весил меньше, чем 1000-кг бомба, даже вместе с кабиной, но его так просто было не сбросить, поэтому 2003 машина считалась чистым разведчиком.

Re-2002

Re-2003

Истребитель-пикировщик получился недешевым, но он всё же предназначался для палубного применения, а не сверхкрупных серий, так что теперь было чем заполнить палубы строящейся “Аквилы” и модернизируемого “Беарна”.

Из последних действительно важных вопросов, которые поставили ВВС Романской лиги, оставался вопрос с самолётом поля боя. Что-то, способное бороться с танками и пехотой напрямую, не перемешивая одновременно всех, своих и чужих. Безусловно, Хеншели Hs.123 и Ju-87 заставили себя запомнить. Но адекватного ответа не просматривалось. Предлагаемый французский Бреге Br.693 был, как казалось, слишком избыточен. И Савойя-Маркетти SM.89 тоже был слишком. Да слишком избыточно дорогим казался даже пикировщик Re.2002!

В принципе, хоть какой-то ответ предложил почти сразу Капрони - да, опять итальянец. Его машина Ca-335 смотрелась проще и дешевле, чем ближайший соперник - польский PZL P-46 “Сом”, а ещё он обещал быстро превратить его в пикировщик. Поляки тоже обещали, но - не только потому, что по первым прикидкам самолёт Капрони имел скорость как у истребителя, в отличие от Сома и даже его потомка Лосося - предварительно принят был итальянский аппарат, в варианте пикировщика получивший от создателя индекс Ca-355.

А ещё ведь были и по-настоящему тяжёлые бомбардировщики. Пьяджо P.108, например. Вот только он был не настолько хорош по сравнению с Лосем даже по проекту, как хотелось бы. Но были еще и французы. Бреге 482 и Блок МB.162 - и эти хотя бы были в металле. У всех расчетная дальность составляла около 2500 км, несли они по 2,5-3,5 тонны полезного груза... И было не очень понятно, для чего нужны такие машины. Ту же дальность в варианте разведчика давал Лось, на 1500 км он нёс те же 2,5 тонны, что и французы.

Piaggio P.108

Breguet 482

Bloch MB.162

Дошло до предложения купить тяжелый бомбардировщик у русских или американцев. И хотя американский Б-24 был лучше русских самолётов и дальностью, и грузоподъёмностью, но был довольно дорог.

Consolidated B-24A

А русские даже за поставки сотни машин и лицензию на ТБ-7 вместе взятые запросили не так уж много. И в результате выбрали их.

Петляков ТБ-7

Почему советский тяжелый бомбер был так легко продан? Потому что было провалено производство ТБ-7(раз) и уже был проверен в полете вполне уверенно превзошедший его на испытаниях бартиниевский ДБ-240.

Но это уже совсем другая история.

Советское продление

Советский Союз вообще не стеснялся покупать свою будущую промышленность и рабочие решения и у Германии, и у стран Римской лиги, и в Америке. Вдобавок к развитию своего, конечно же.

И своё на продажу порой неплохо заходило. Ну, правда, Германии нужны были только ресурсы, но вот Франция и Италия, купившие ТБ-7 в варианте с АЦН-2, уже намекали на то, что своё бывает очень ходовым товаром. А американцы, которым через несколько лет, в 1942-м, ну очень понадобился ТР-1 Люльки - и в самом деле неплохой турбореактивный двигатель - это подтвердили очень и очень весомой оплатой - за что-нибудь иное, наверное, и не получилось бы купить такое оборудование и такие станки.

Ну да не одним ТР-1 была жива советская авиация в мирные сороковые. Турбореактивный ТР-1, успешно заработавший и хорошо себя показавший в том же 1942-м, был безусловно самой передовой пташкой. Но и с остальными было неплохо.

И-26, получивший имя Як-1, не стал по-настоящему массовым, хотя и был всё-таки выпущен очень приличной серией в несколько сотен машин. Основной машиной советских истребительных авиачастей сороковых стал Як-3, в девичестве И-30 - цельнометаллический, трёхпушечный вариант первого Яка.

Впрочем, не Яками одними богаты были ВВС РККА. Ведь не было ничего, что бы требовало бросать всё и начинать делать то, что уже есть, огромными, многотысячными сериями. Не было же? Не начиналась большая война, а перепихушки в Испании и Китае... Пусть даже и с Монголией и Финляндией... Не стоят внимания.

Так что же было со всем остальным зоопарком?

ЛаГГ-3 не оказался успешным. Никак. Даже то, что именно ЛаГГ-3 был первой советской боевой реактивной машиной, поднявшейся в воздух на турбореактивном двигателе - за что конструктор Гудков получил сполна, будучи даже уволен и лишён звания авиаконструктора - не спасло машину. К тому моменту, когда Климов доделал свой М-107, то есть уже ВК-107, ЛаГГ-3 был уже просто не нужен. Тем более, что моторы сотой серии и без того было, кому потреблять - собственно Якам.

Переделки ЛаГГа под мотор М-82, первая под именем Гу-82 и вторая под именем Ла-5, не взлетели. Точнее, взлетели.

Гу-82

Ла-5

Но это не помогло. Гудковская версия была вовремя, ещё летом 1941, но ей не повезло с конструктором, а алексеевская(Ла-5 занимался конструктор Алексеев) опоздала, взлетев только весной 1942-го. К тому моменту уже было принято решение производить на заводе №301 машины Яковлева, и успех Ла-5 ситуацию не переломил.

Серия МиГов тоже не очень себя зарекомендовала. Очень специальный самолёт был МиГ-3, всё же. Но ж однако его строили, и даже улучшали понемногу - иметь хотя бы такой высотный перехватчик гораздо лучше, чем не иметь. Понемногу росли номера, превращая самолёты из одного в другой - МиГ-7, МиГ-9...

МиГ-3 1940 года (И-200)

МиГ-9 1943 года (И-220 по внутренней классификации)

Ну и серия двухмоторных МиГов, ДИС(дальних истребителей сопровождения), тоже вполне себе существовала, хоть и состояла только из МиГ-5.

Пикировщики? Они появились. После финской, когда даже 100 тонн бомб, выгруженных на квадратный километр с дотом, не делали доту ничего, кроме пустых воронок вокруг, пикировщик был очень нужен, и им стала переделанная из истребителя Пешка, Пе-2, бывший самолет 100. Но в 1942 году основным фронтовым бомбардировщиком ВВС РККА стал бывший 103, он же в серии Ту-2С, с моторами АШ-82 - которые в 1941 году, поначалу никому не нужные, внезапно очень понадобились бомбардировщикам - собственно Ту-2, Ер-2, Пе-8, не говоря уже о серийных штурмовиках Сухого. Пе-2, уступавшие новой машине Туполева во всём, были сняты с производства уже в 1942-м.

Пе-2

Ту-2

Со стратегами было интересно - среди серийных, хоть и производящихся сериями скромными, в десятки машин, Ер-2 и Пе-8, мелькали опытные интересные машины: мясищевский ДВБ-102, ильюшинский Ил-6.

Разные варианты ТБ-7

Ил-4

Ил-6

ДВБ-102

Они страдали - в основном, от моторов. Пусть новых, но сложных: Y-образный М-120, дизеля М-30 и М-40, М-71, не ставший сильно лучше даже после роста до АШ-72, АМ-39, изо всех сил пытающийся натянуть одеяло на себя, ВК-107, содранные немецкие и американские моторы. Годы отладки, приближающийся успех, а потом внезапно приходит реактивная эра, и упс.

Ил-2? А где вообще штурмовик Ил-2?

А не повезло ему. В 1941 году первые боевые одноместные Ил-2 отправились на войсковые испытания в Испанию и Китай. И...

Ильюшина прикрывал замнаркома Яковлев и сам нарком Шахурин благосклонно относился, но “первый бронированный штурмовик”, изрядно урезанный и облегченный, чтобы влезть в требования по характеристикам, войсковые испытания провалил с треском.

Тяжелый, неповоротливый, беззащитный, не способный попасть даже в цель размером со стадион... Эти и многие другие слова выдали испытатели и критики. И - что было особенно чувствительно - иностранные журналисты, которые тоже встречались в Испании. Не исключено, что из зависти - но фраза “в иностранных журналах пишут” имеет в некоторых кругах просто магическую силу.

Ситуация с его применением называлась - не повезло. Не повезло с тем, что по Р-5 и Р-Z стреляли из стрелковки и малых калибров, и для защиты от такого как раз и делали бронекорпус Ил-2. А вот по Ил-2 стреляли уже зенитные автопушки от 20-мм и выше - и истребители, которые в Испании тоже встречались. Пусть и в малых количествах - что такое несколько десятков машин на целую страну - но как назло, именно там и тогда, где летали Илы.

Что вбило последний гвоздь в крышку гроба Ила - скороспелый конкурент, почти что суррогат бронештурмовика, Су-4 Сухого (переделка просто легкого бомбера Су-2 в бронированную местами машину) показал себя там и тогда гораздо лучше. У него был хороший прицел для атак наземки, штурман-стрелок, отгоняющий хаябусы, мессеры и дельты, частичное, но очень удачное бронирование и мотор воздушного охлаждения. А ведь это был даже не Су-6, который и должен был стать бронештурмовиком. И в итоге стал.

Су-2/4

Су-6 с М-82 - основной вариант

Вариант Су-6 с мотором АМ-42

Ильюшин, у которого хватало проблем и с Ил-4, который мало что был слишком сложным во всех отношениях, так ещё и проигрывал конкуренту-”ермошке”, то есть Ер-2, оказался тогда в очень неудобном положении. Прямо-таки очень. Едва ли не в худшем для человека его времени и положения - у конструктора отобрали серийные заводы, оставив только с опытным производством.

Он всё же выкрутился, не кончил как Гудков или там Поликарпов, проигравшие в аппаратных играх и забытые, несмотря на созданные ими отличные самолёты. Но по-настоящему Ильюшин вошёл обратно в индустрию уже в реактивную эпоху. Последняя его винтовая “ласточка”, дальний бомбардировщик Ил-14 с оригинальной схемой, так и не взлетела ни в одном из смыслов.

Война догоняет

Дисклеймер - все изображения в тексте предоставляются как есть в целях сохранения исторической достоверности

Странный, противоестественный союз Англии, Германии и Японии, пусть не был оформлен явно и официально задекларирован тоже не был, но был. И там тоже была своя интересная авиаистория.

Японская авиация страдала из-за отсутствия мощных моторов и противоречий между армией и флотом. Германская - от отсутствия опыта и ресурсов при наличии сумрачного немецкого гения и мощнейшего производства. Английская - от действия пока не открытых, но вовсю работающих законов Паркинсона и хитроумности промышленников.

Неудивительно, что все они попытались решить проблемы за счёт друг друга!

Например, Германии были очень, ну очень нужны заказы. А англичанам и японцам было нужно что-то своё. Кому-то - с руками оторвать всё, что дают, как минимум поначалу, как японцам. Кому-то - конкуренция слишком уж сильно оборзевшим своим, как англичанам.

В результате японские армия и флот всего лишь получили вовремя достойную смену для неплохих на 40-41 года истребителей “Зеро” и “Хаябуса”, бомбардировщиков D3A и B7A и многих других машин. А в 43-м даже задумались о реактивных машинах - но пришлось ограничиться закупкой отличных немецких реактивных самолётов Ме-262 и Ме-163, а также британских “Метеоров”. Попытки повторить достижения европейских варваров продолжались с переменным успехом до самого 1947 года.

А ещё в 1942 году в итальянской Ливии французские нефтяники нашли нефть...

И в 1947 году грохнуло.

***

Все ВВС будущих воюющих держав имели на вооружении отличные машины с поршневыми моторами. Практически совершенные по меркам нашей реальности – доведенные и отлаженные в мирное время, а не доводимые в процессе большой войны.

И только-только появляющиеся на свет боевые и не только реактивные самолёты, едва выползшие из опытных пелёнок, но всё же выползшие – ставшие действительно пригодными к использованию, пусть и хромающими на оба крыла и с мизерным ресурсом – сломали эту мирную картину напрочь и собственно стали причиной начала Большой Войны. А опять не по-прежнему залитый кровью Китай или уже успокоившиеся испанские провинции.

ВВС Англии и Германии – а с некоторым опозданием и Японии – были к 1947 году вооружены отличными серийными реактивными машинами. Истребитель Глостер Метеор. Истребитель-бомбардировщик Ме-262 Швальбе. Бомбардировщик-разведчик Арадо Ар-234 Блиц. Легкий истребитель Хейнкель Хе-162 Пфатц.

Ме-262

Аr-234

He-162

Кстати, именно последний и стал той самой последней соломинкой – дешёвый в производстве, использующий достоинства реактивного двигателя при этом полной мерой самолёт буквально вынудил англо-германский блок к атаке под угрозой потери такого явного превосходства. Потому что поршневой двигатель BMW-801 стоил в 1944 году 80 000 rm, из них материалы стоили 40 000 rm, и на него уходило 1400 трудочасов. Турбореактивный двигатель BMW-003 обходился по ресурсам в 12 000 rm и требовал всего 375 трудочасов. При той же ставке получается примерно в четыре раза дешевле.

Их было несколько, ФольксЯгеров, народных реактивных истребителей. Хейнкель, Блом-и-Фосс, Мессершмитт, Арадо - все предлагали свои варианты на тот конкурс - но в серию пошёл аппарат от самых опытных строителей реактивных машин. Причем Хейнкель-162 испытал на себе знатную коллизию.

Не-162 шёл в серию в двух версиях: первая, He-162A, несла турбореактивный двигатель (BMW-003Е), а вторая - пульсирующий реактивный двигатель (первые Hе-162B несли по два ПуВРД Аргус Аs 014, активно используемые на беспилотных аппаратах Физелер, позже конфигурация изменялась - число двигателей составляло от 1 до 3, тяга одного выросла до 600 кг). Что же до его остальных деталей, то серийный Не-162 обоих вариантов имел стреловидное крыло с изгибом “прямая чайка”, V-образное хвостовое оперение и две 30-мм авиапушки.

Да, у ПуВРД несколько ниже удельный импульс (расход топлива примерно в два раза выше), заметно ниже ресурс (минимум в 2 раза, а то и вовсе в 10) и они неприятно вибрируют, но цена, цена... Цена позволяла менять на Hе-162B двигатели хоть каждый полёт и всё равно оставаться в плюсе относительно версии с ТРД.

Потому что цена ПуВРД As 014 составляла 350 рейхсмарок, а цена ТРД BMW 003E - 23 000 рейхсмарок. Это не было главным фактором цены - стоимость Хейнкеля с ТРД была около 74000 р.м. - но всё-таки. Последней же соломинкой на хребте мира стал тот факт, что как минимум в Германии поршневые двигатели стоили дороже турбинных, например, BMW 801 стоил 80 000, а довоенный FW-190, которых было построено довольно много, несколько сотен, с этим мотором обходился в 170000 марок.

Впрочем, версия Б всё же уступала истребительными качествами машинам типа А, так что выпущенная серия была превращена в скоростные пикировщики. Вариант B-2 уже были пикировщиками с ТРД.

Арадо Ar-234C, единственный бомбардировщик, производимый серийно в 1945 и 1946 годах в Германии, имел двухместную гермокабину, два ТРД BMW 003D и мог нести до 1500 кг боевой нагрузки - управляемые бомбы, подвесные баки, обычные бомбы, разнотипные неуправляемые ракеты калибра 40-80 мм - на расстояние до 700 км, что давало возможность с территории Германии накрывать почти всю Францию и даже доставать север Италии.

Мессершмитт Me-262 занимал роль тяжёлого истребителя и перехватчика. После долгой отработки в серии и испытаний, а также плавной, аккуратной модернизации по программе Высокая Скорость (сокращенно HG)он уже, по факту, стал реактивным самолётом второго поколения. А это значит трансзвук, огромная рабочая высота и другие детали. И таких машин, одно- и двухместных, причем двухместные в большинстве случаев комплектовались радаром и ракетами УР В-В для противодействия ночным бомберам французов, было около тысячи - правда, того самого трансзвукового поколения, из них было не более трети.

Ночная версия Ме-262B

Советские реактивные проекты

В СССР реактивную авиацию уважали и делали – причем не централизованно, что, как ни странно, пошло только на пользу. Как и внимание из США к этой теме, вынудившее уже в 1942 году правительство СССР задуматься о реактивных самолётах всерьез.Так появились турбореактивные двигатели Люльки, жидкостные реактивные Глушко, прямоточники Меркулова, мотокомпрессорные ВРДК Холщевникова - и они даже были успешно испытаны в разных условиях.

ТР-1

Ещё в 1941-м в совместном творчестве Меркулова(заочно), Глушко(двигатели) и Бартини(всё остальное) родился самолёт с ракетно-прямоточным двигателем и кратким именем “Р-114”, а студент Березняк и моторист Исаев сотворили ракетоплан БИ с ЖРД Душкина. Годом позже вместе с вышеупомянутыми взлетели очередной “забыток” Гудкова с турбореактивным двигателем на базе ЛаГГ-3, Як-3 с ПВРД ДМ-4 и ещё один Як с ЖРД РД-1 - последние проверяли ускорители(на американский манер - “бустеры”) в полёте, причем ПВРД как бустеры испытывались ещё на И-15.

Ракетопланы с ЖРД типа БИ в итоге сыграли свою, трагическую роль в изучении трансзвука и стреловидности крыльев, но не более того. Как и прочие носители ЖРД-бустера - Як-3Р, Ла-5Р(это который ЛаГГ-3 с ВК-107) и прочие. Опытные машины, не более того.

Ракетоплан БИ с жидкостным ракетным двигателем

Зато бустеры с прямоточными ВРД прижились, что неожиданно, на самолетах с турбореактивными и жидкотопливными двигателями. Ну, как прижились - прямоточник выполнял роль штатной форсажной камеры.

А что до ВРДК - так работы по нему шли. Предлагалось установить на Як, но отказались. ЦАГИ предлагало проекты опытных самолётов с мотокомпрессорными ВРД, где турбину крутил отдельный поршневой мотор, но они не были реализованы.

Единственным реально взлетевшим стал МиГ-13 (И-250) с комбинированной установкой, ПД+ВРДК от КБ Микояна в 44-м - но толку от него оказалось мало: чуть быстрее на форсаже МиГа-9 (последний поршневой перехватчик КБ, с четырехлопастным винтом), более маневренный, но опасный и ненадежный.

К моменту начала войны - и ситуации, когда пора всё бросать и строить то, что есть - у Советского союза уже был нужный опыт (например, что прямые крылья на трансзвуке - верный путь в землю) и даже проверенные машины, которые были б хотя бы теоретически пригодны к войне.

Первым однозначно шел ракетно-прямоточный истребитель-перехватчик Бартини 114Р. С кучей своих нюансов вроде баков с азотной кислотой на борту и довольно малым радиусом (перегоночная дальность около 500 км), а также обычными приключениями в производстве, но при первом полёте в 1942-м и серии в 1944-м к 1947 году именно у него конкурентов все еще не было ни по скорости, ни по тяговооруженности.

Вторым из серийных оказался РБ-17 Мясищева. Реактивный бомбардировщик, родившийся в 1943 году из провального ДВБ-102 и доведенный до серии к 1945. Два турбореактивных двигателя с форсажными камерами, реактивная скорость за шестьсот км в час, поршневая дальность и полезный груз, оборонительная турель в хвосте.

Рисунок по мотивам, не более.

Третьим стало целое семейство Яков. Як-13, Як-9 с ТРД. Як-15, у него появилось шасси с носовым колесом, потому что костыль в потоке выхлопных газов сгорал к концу взлёта. Як-17, учебно-тренировочный истребитель. Учебная парта советской турбореактивной авиации, несколько сотен одноместных и двухместных машин - в основном вторых. Никаких достоинств от ТРД самолёт не имел, и даже по скорости немного уступал поздним Як-3 с ВК-107.

Як-15

Як-17

Зато среди летчиков имел успех и в производство встал легко и непринужденно, в отличие от первых двух - трудный путь в серию РБ-17 достоин эпической производственной саги, машин же Бартини - и вовсе многотомника(для каждой) с элементами шпионского романа.

К примеру. Бартини о проекте реактивного истребителя весной 1941 года - вскоре после первого полета первого Ме-262 в Германии - попросил лично Берия. Представленный проект Роберта Людвиговича "Р" был слишком футуристичен - летающее крыло-"дельта" с ракетно-прямоточными двигателями и расчетной скоростью выше звуковой.

Его попросили что-нибудь более реальное - и результатом стал почти обычный моноплан со стреловидным крылом и с теми же РПД - 4 ЖРД РД-1 Глушко и прямоточные воздушные двигатели, являющиеся конструктивной частью крыла, форсажными камерами и заодно двигателями крейсерского режима. Да, тот самый 114Р. На старте тягу давали ЖРД, по мере роста скорости повышалась тяга ПВРД и на максимальных скоростях ЖРД можно было даже отключать. В 1942 году первый самолет поднялся в воздух сначала в виде планера на буксире, а через некоторое время - и на ракетной тяге, блистательно подтвердив все расчеты и на несколько дней опередив ЛаГГ-3 с ТР-1 (он же Гу-ТРД, последняя неудача Гудкова).

Запуск в серию новой, настолько новой машины несколько раз откладывался по техническим и политическим причинам, несколько раз переделывалась ракетная часть - 4 ЖРД превратились в два двухкамерных и потом опять в 4 - и в итоге первые серийные машины сошли с конвейера только в 1944 году, через два года после первого подлета. И серия та шла ни шатко ни валко, с проблемами, но всё же понемногу шла и в 1946 году самолётами Бартини вооружили целых три полка, и ещё три готовились.

А РБ-17 создавался изначально под ТРД и именно с ними и была проблема. Технологичная конструкция самолета и проблемы с двигателем роднили его с ДВБ-102 того же Мясищева - а первые серийные ТРД поступили только в 1944 году, и было их мало и тяга не дотягивала,и ресурс был мал... В общем, четырёхмоторный РБ-17 страдал от моторного дефицита, но ситуацию неожиданно выправили прямоточники - из ПВРД по образцу РПД Бартини была сделана прекрасная форсажная(дожигательная) камера для ТР-1. Теперь РБ-17 прекрасно взлетал с двумя ТР-1Ф(два, но с форсажной тягой по 1710 кгс, это лучше, чем 4 двигателя первых серий с тягой по 940), расход топлива легко регулировался, а ресурс... Ресурс турбин требовалось повышать, но это можно было делать уже в процессе серийного производства. К 1946 году на этот бомбардировщик успели перевооружить целых пять авиаполков.

Кстати, ТР-1Ф спас еще одну машину - точнее, она была создана под ТР-1Ф, а ТР-1Ф был создан под неё. Четвертый реактивный аппарат, успевший пойти в серию, тоже яковлевский истребитель Як-19. Самый легкий истребитель с ТРД, и всего с одним - а все двухмоторные реактивные истребители Лавочкина, Сухого и Микояна, похожие как две капли воды на Ме-262(или С-2ВРДК) были срезаны под корень распоряжением Сталина “беречь моторы для бомбардировщиков”. Очень удобное распоряжение для Яковлева - вообще всё становится так просто, когда ты замнаркома. Правда, и сам по себе Як-19 был очень неплох - удобный, маневренный и, насколько это было возможно, надёжный.

Як-19 появился очень быстро. В 1944 ещё только проводили испытания Яков-15 и начинали строить первые серийные самолёты, а Як-19, отставая всего на полгода от 15-го, уже взлетел. В 1945 году он пошёл в серию и стал основным реактивным фронтовым истребителем - как его винтовые предки.

Правда, кроме него был ещё один одномоторный свисток с ТРД... Алексеев из КБ Лавочкина, тот самый, что делал второй вариант ЛаГГ-3 с М-82, взяв планер от последнего проекта Гудкова Гу-1, создал проект Ла-ВРД. Увы, постановления о выпуске хотя бы опытного образца Ла-ВРД не последовало. Даже это не помешало его достроить, но отсутствие форсажной версии ТР-1 опустило характеристики первого лётного образца примерно к уровню уже запущенного в серию Як-15 - и обессмыслило все попытки продолжения работ.

Неслучившийся Ла-ВРД

Не так много, даже если собрать вместе весь зоопарк.

Но у итало-французов не было и такого.

Перспективная авиация Лиги

У Романской Лиги был француз Ледюк, занимавшейся самолётами с прямоточными воздушно-реактивными двигателями. Был итальянский инженер Кампини, создавший в КБ Капрони двигатель для первого в мире реактивного самолёта с мотокомпрессорным двигателем и сам этот самолёт, впрочем, признанный бесперспективным. Был один из основоположников жидкостных ракетных двигателей, Робер Эсно-Пельтри, который создал к 1937 году ЖРД тягой в 125 килограмм, а в 1939 году - и в 300 кг.

Caproni-Campini CC.2

И всё.

Но к 1943-му году, когда до всех хоть немного заинтересованных разведок уже дошло, что реактивной авиацией уже вовсю занимаются, и не кто-то, а не очень дружелюбные соседи, в странах Романской лиги начали лихорадочные работы - или финансирование медленно текущих инициатив. Надеяться на продажу лицензии советских, американских или тем более английских или немецких двигателей было бы излишне оптимистично.

Единственной страной лиги, в которой взялись за разработку турбореактивных движков, стала Франция. Итальянские же реактивные разработки направились, в частности, инженером Кампини, в уже опробованном направлении мотокомпрессорных - и даже имели некоторый успех. Целых два некоторых успеха - опытную переделку истребителя Реджиане Re.2005R под комбинированную установку ПД Испано-Сюиза+ВРДК:

И истребителем Капрони Ca.183bis с опять же комбинированной установкой:

И если первый оказался очень неудачной переделкой на скорую руку, которая была разбита в первых подлётах летом 1943-го, то второй вполне успешно взлетел весной 1944-го и летал. Не слишком далеко, не слишком надёжно, но всё же несколько быстрее поршневых Re.2002 и Re.2005. Впрочем, в серии он не производился, став испытательным стендом для изучения вариантов конструкции ВРДК.

В результате множества опытов в 1945 году после множества опытов у них родился проект истребителя Re.2007 только под реактивный двигатель:ВРДК оригинальной конструкции всё того же Кампини или турбореактивный французский. Через год работ версия с ВРДК была отброшена в пользу чистой газовой турбины французского производства, а выросший на единичку самолёт обрёл стреловидные крылья:

Эта машина уже могла стать звездой истребительной авиации Лиги, но - увы. Весной 1947 года первый лётный образец Re.2008 был готов только на 80%.

Робер Эсно-Пельтри, наконец-то получив финансирование, с которого можно было заниматься не комнатными опытами, а чем-то большим, сделал к 1945 году жидкостный ракетный двигатель на эфире и жидком кислороде тягой более 1 тонны, который можно было бы установить на самолёт или, скорее, небольшую ракету. Его новые ученики готовились замахнуться на что-то большее, например, на целых две тонны ракетной тяги на некриогенных компонентах.

Ещё на удивление, в Венгрии нашелся г-н Ендрашик, еще в 1940 сделавший турбовинтовой двигатель Jendrassik Cs-1 расчетной мощностью в целую тысячу л.с. и за несколько лет понемногу его доведший до расчетной мощности. Он с радостью взялся за заказ на более мощный ТВД, но быстрого результата не обещал...

Jendrassik Cs-1

Самолёт Varga RMI-1, для которого он делался, кстати, летал, правда, с другими, более доступными двигателями и был основным средним самолётом венгерских ВВС.

В общем, лучшим образцом и единственным, который успели принять на вооружение к 1947-му, были подвесные перехватчики Ледюка, “летающие трубы”, стартующие с подвески на тяжелом бомбардировщике или грузовом самолёте.

Машины с мотокомпрессорными двигателями страдали от малой тяги на малых скоростях и высокого расхода топлива, первые турбореактивные моторы были слишком неудачными, только с третьего раза получилось что-то приемлемое, но сделать к приемлемому мотору приемлемый самолёт за полтора года уже не получилось. Первый “Ураган”, первый предназначенный для практического, то есть хоть какого-то боевого применения французский турбореактивный самолёт, в первый раз взлетел только лишь за несколько месяцев до войны.

SNCAO Ouragan

Полумерой от безысходности (или ещё по каким причинам) была купленная французами у СССР в 1945 году документация на И-250 с комбинированным двигателем - но не как у итальянцев, когда компрессор реактивного двигателя работал от второго мотора, а с ВРД, отбирающим на привод компрессора часть мощности у основного двигателя. И-250 выгодно отличался от мотокомпрессорного Caproni 183bis характеристиками, поэтому он был запущен в серию.. Отладить машины и производство толком не успели, но к моменту, когда началось, несколько десятков машин, поставленных Советским Союзом, уже были освоены в полках.

Не сказать, что это сильно изменило историю.

Не только самолёты

Кроме реактивной авиации, за эти годы успели развиться другие технологии, которые обещали очень, очень полезные результаты от их применения на войне.

Ракетное оружие, управляемое оружие, вертолёты...

Вертолёты.

В СССР и США с вертолётами и винтокрылами было неплохо. В США просто хорошо - там был Сикорский и его отличные серийные машины R-4, R-5 и R-6. В Союзе - серийные автожиры Камова, например, А-7 и АК, опытные вертолёты Братухина серий Б и Г, Эрлиха, Камова и Миля. Мало того, первый штурмовой винтокрыл - автожир А-7-3а - был создан в Союзе и опробован в горячих точках.

Автожир-корректировщик АК

Сикорский R-4

Сикорский R-5

Но до немецких серийных вертолётов, тяжелого Fa-226 и легкого Fi-282, направленных в серию ещё в 1944-м, им было далеко.

Focke-Angelis Fa-226

Fizeler Fi-282

Мало того, фирма Хуана Сьервы, создателя автожира, продолжала работать в Англии и создавать серийные автожиры для армии и флота. И первый вертолёт W-9.

А вот итало-французы, ну, и японцы тоже - похвастаться ничем серийным не могли. Но японцам хотя бы было где купить недостающее.

Ракетным и управляемым оружием активно занимались: управляемыми бомбами, беспилотными самолётами и самолётами-снарядами(порой это значило одно и то же), баллистическими ракетами, просто ракетными снарядами (практически все так или иначе).

Американский беспилотник TDR-1

Итальянский беспилотник AR

Советский беспилотник ТМС ТБ-3

Немецкий беспилотник Argus As-292

Немецкий беспилотник Fieseler Fi-103

Крылатые ракеты и зенитные ракеты (и боевые баллистические) рассматривались в большинстве стран как фантастика. Максимум, опытные образцы, как 217/II Королёва.

А вот разнообразные радары стали почти нормой. Радары ПВО, корабельные, зенитной артиллерии, авиационные...

***

И с таким набором новых игрушек мировые игроки начали мировую войну в мае 1947 года.

Если, конечно, не считать очень, очень секретного атомного оружия, разработка которого подходила к практическим опытам у всех заинтересованных сторон.

Кстати, по этим "новым игрушкам" можно было сделать несколько далеко идущих выводов.

Первый. Реактивные самолёты могут обходиться дешевле поршневиков, если у вас отработана технология производства ТРД или хотя бы ПуВРД. Даже по ресурсам, не то,что по трудочасам.

Второй. При наличии управляемого (или ядерного) оружия цели могут быть поражены меньшим числом самолетовылетов - или с большим перекрытием. Но ценой большей стоимости боеприпасов.

Третий. Использование новых видов транспорта делает ещё один скачок мобильности войскам. Не пешие, не моторизованные, а аэромобильные.

Четвертый. Беспилотные аппараты - советские ТМС, немецкие FZG, итальянские AR, американские TDR - вполне могут занять свою нишу в ряду огневых средств. Очень разную, но могут.

Жаль, но эти выводы пришлось делать уже потом. И следствия обнаруживать из этих выводов тоже.

***

А ещё был флот. Авианосцы к тому моменты были у всех сторон конфликта.

Например, самой большой серией авианосцев США были средние “Индепенденсы”, перестроенные из отмененной серии крейсеров “Кливленд” - целых 9. А вот “Эссексов” - всего 3: CV-9 Эссекс, CV-10 Бон-Омм Ричард и CV-11 Интрепид. И целых три огромных бронированных “Франклина”, последний из которых вошёл в строй через месяц после начала войны: CVB-21 “Франклин Д. Рузвельт”, CVB-22 “Бенджамин Франклин”, CVB-23 “Принстон”. И конечно же старые (порой в кавычках) “Лексингтон”, “Йорктаун”, “Саратога”, “Уосп”, “Рейнджер”, “Хорнет” и “Энтерпрайз”. 22 корабля.

Это против такого же количества японских - только у Императорского Флота тяжелых из этого числа было не 13, а всего 8.

CVB-23

А на Средиземном море у итальянцев теперь было целых два своих тяжелых авианосца, “Аквила” и “Спарвьеро”.

У французов против Англии были нацелены не только старый “Беарн”, но и новый “Жоффр” с систершипом.

Германия же по факту крупных кораблей не строила - ни одного крупного корабля не было заложено в 1936-м и позже. Как не имела и подводного флота - несколько десятков малых прибрежных лодок и лодок прикрытия портов. Самыми крупными кораблями была троица “карманных линкоров” - тяжелых крейсеров типа Дойчланд.

А вот СССР сумел достроить свои линкоры типа “Советский Союз”, линейный крейсер “Кронштадт” и даже первый авианосец проекта 71 ”Лазо”(не без американской помощи), напрягавший соседей не столько качеством или силой авиагруппы, сколько наличием.

Первый фронт

Меньше чем за месяц 1947 года, с 10 мая по 4 июня, северная Франция была захвачена до широты Парижа и даже дальше, а прижатая к морю северная группировка в Дюнкерке капитулировала, когда со стороны моря ее заблокировал(пусть и без единого выстрела) английский флот.

Но Франция не сдалась, несмотря на то, что бои шли в пригороде Парижа. Эта была уже не совсем та Франция, что едва не сдалась в 1939, когда все шло гораздо лучше. Девять лет с итальянскими фашистами бок-о-бок против нацистов несколько изменили французов - ну и то, что в интербригадах Романской лиги французов было от силы 10 процентов.

А вот в нацистских отрядах, где считали, что Муссолини предал дело белой расы, французов было куда больше. И проблем от них было не меньше, чем от вермахта на фронте. И бились нацисты с фашистами. Но это была, опять же, не совсем та Франция, что десять лет назад - и гайки, закрученные как бы не по образцу первой Республики, ситуацию под контролем удержали. А может, помогли товарищи - в соседней Испании многие революционные силы проверили на практике свои убеждения и набрались очень ценного опыта, впрочем, и нелюбовью к нацистам.

Итальянцам было одновременно сложнее и проще.

Сложнее, что приходилось прикрывать еще и южный фронт. Проще, что палубные SeaFury, Firefly, Hornet и Firebrand TF вместе с тяжелыми бомбардировщиками не были такими недоступными противниками для Реджиа Аэронаутика, как реактивные "немцы".

Hawker SeaFury

Fairey Firefly

Blackburn Firebrand TF

De Havilland Hornet

А противостояли им вполне равные поздние “Дардо” от Амброзини.

Но, правда, и было англичан больше. Эта Германия при всех своих превосходствах не могла держать большую армию. Хорошую, мощно вооруженную, мобильную и даже аэромобильную местами, но не большую. Даже общих интернациональных вооруженных сил Лиги, добровольных и коммерческих (собственно ударных, национальные корпуса были оборонительными) было больше. Даже после разгрома под Дюнкерком.

Правда, тот факт, что Италия была доступна только бомбардировщикам и палубникам, не помешал англичанам ввести в действие свои сухопутные силы. Во-первых, африканские территории тех и других давали полноценный африканский сухопутный фронт, и даже не один, а во-вторых, демилитаризованная по мирному договору 1940 года Мальта была буквально одним рейсом соединения R милитаризована обратно, и оттуда уже могли летать базовые реактивные “Метеоры” и “Джет Москито” - и садиться на заправку тяжелые бомберы.

Второе давление на Мальту - когда итальянский штаб наконец обнаружил там вражескую активность - было гораздо лучше организовано и совершено, чем такая же операция восемь лет назад.

Правда, и защищали ее теперь не несколько бипланов.

Авиабазы были разрушены, самолёты разбиты и сожжены - несколько в воздухе, остальные на земле - но и потери R.A. превышали все разумные пределы.

Мальту надо было забирать. И отбивать напор у Парижа - только там в каком-то смысле оперативный простор для немцев сжался обратно в позиционный тупик. И не дать им уйти в сторону, снова на простор.

И именно в этот момент на связь вышли демократы - СССР и САСШ - и предложили римлянам и французам ленд-лиз и прочую помощь.

Да-да, именно потому, что помогать стоить слабому из двух относительно близких. Помогать слабейшему бесполезно. Помогать сильному из двух близких... Сильный ведь тогда станет ещё сильнее. А зачем?

Ну и вдобавок между СССР и Францией по-прежнему действовал договор 1935 года. Он, правда, требовал всего лишь консультаций в случае нападения... Они начались даже чуть раньше, чем поступили предложения о ленд-лизе.

Пока правительства Франции и Италии пытались прийти в себя, немецкие войска не стали дожидаться, пока те сообразят ответное контрнаступление или ещё чего и ударили в таком же стиле на восток - в Польшу. Второе слабое звено Лиги. Оказавшееся даже более слабым, чем Франция.

Оборона Польши практически рассыпалась, несмотря на интербригады Лиги, держащие оборону в ключевых точках. Если бы не советская помощь... Нельзя сказать, что Союз продешевил или что уж очень слабо помог. Помог, и сильно. Интервенцией, если уж правильно называть. И те силы, что вошли, поддержали фронт, не давая ему рухнуть. Польша устояла, хоть и такая помощь оборачивалась в недалёком будущем для поляков потерей ещё куска территории, только восточной, по самую линию Керзона. Но дуче завизировал решение, а фронт устоял.

Так или иначе, результат к 22 июля 1947 года всё одно был таким, что хоть плачь: кроме как бы не половины Франции, под немцами оказалась ещё и примерно половина Польши. Примерно - потому что чуть больше, и Варшава оказалась на оккупированной территории вместе с центральными заводами PZL. Остальные заводы на юго-востоке Польши и в других странах продолжали работу.

Плюс английские фронты в Африке. И мальтийский, где сейчас упорно держались англичане, несмотря на отсутствие поддержки с воздуха и уверенно наступающий десант.

Если бы не дуче и не его бригады, всякие Польши, Австрии и Чехословакии(последних не атаковали, но бомбили) уже сдавались бы. Но методы сохранения Лиги были проверены ещё на Албании, и сдаваться, чтобы тут же быть низложенными, почему-то никто не стал.

Из США потянулись караваны: гнали романцам военную технику, ресурсы, боеприпасы. Из Союза тоже, но там было проще - у русских была граница с Польшей и выход в Средиземное море не через Гибралтар или Суэц.

А вот у американцев проблемы были не только в том, что порты, где могли принять грузы, были все неудачные - средиземноморские за Гибралтаром, французские в пределах досягаемости британской авиации, африканские за виртуальным забором паршивой дорожной сети, русские делились на недоступные (Балтика) и слишком далёкие (Мурманск, Владивосток).

Проблема была ещё и в том, что океаны контролировались английским и японским флотами. И хоть англичане молча продолжали "не воевать", по крайней мере, не открывая огня по французам, но ожидать повторения истории с "Катапультой" стоило и даже было надо. А это означало, что сопровождать поставки на европейский ТВД надо авианосцами и линкорами.

Но еще до того, как в бой во Франции и Польше вступили Шутинг Стары и "Трубы" Яковлева, французы совершили переворот в войне.

Lockheed P.80A Shooting Star

Советские лицензии, как показала практика, были уже непригодны для настоящей работы. TB7 сбивались ночными перехватчиками не глядя на хорошие для 1941 года высотность и скорость - для 47-го, как оказалось, это было уже слишком мало. I250 могли прикрывать линию фронта, как минимум морально, и даже потягаться с ФольксЯгерами, но ударные машины прорывались всегда - или вообще гвоздили управляемыми бомбами издалека, не входя в контакт.

"Летающие трубы" Ледюка как перехватчики себя показали хуже советских "комби". Один радиус разворота в километры чего стоит, а если дёрнешь ручку сильнее, то - здравствуй, заглохший двигатель. И это не считая старта на старых “Фарманах”.

И тогда какая-то светлая голова предложила переделать их в пикировщики.

***

Как выяснили немцы, тот факт, что французское пво практически бессильно против джетов, это не признак плохого пво. Это признак того, что с джетами нужно бороться совсем по-другому.

Импровизированные пикировщики французов тоже прорывались всегда. Не всегда попадали, как и немцы, но и сбить их, как и немцев, можно было только при большом везении. Это вам не вертолеты, что немцы пытались использовать как штурмовики, а галлы в ответ сбивали их влёт, как уток.

"Ударники всегда прорвутся"... Это могло, нет, даже должно было изрядно перевернуть практику боевых действий. Разве что на флоте... Но нет, и для флота уже строились первые серийные реактивные машины. FD-1 в США, Си Вампир в Англии, Байка в Японии. Пока что, опять же, истребители, но уже ясно - это ненадолго.

Sea Vampire

FD-1 Phantom

И конечно же, такая возмутительная беззащитность - взаимная беззащитность - требовала срочной разработки контрмер.

Если мы не можем летать...

Зенитное оснащение французской армии и интербригад составляли крупнокалиберные зенитные пулемёты(13,2 и 12,7 мм), 20-мм автоматические пушки, 40-мм шведские автоматы “Бофорс” и 75-мм полуавтоматические зенитки.

Реактивные ударники входили в зону поражения очень быстро, очень ненадолго - по меркам тех целей, на которые рассчитывались орудия ближнего действия - и перемещались в этой области с высокой угловой скоростью.

Что это означает? Что аппарат без очень высокой скорости поворота по азимуту и высоте просто не успевает довернуть, а без очень высокой скорострельности - насытить воздух снарядами достаточно, чтобы джет просто не мог между ними проскочить. И вдобавок к этому - пулемёты и 20-мм пушки, которые успевают довернуть, просто не успевают нанести джетам достаточно повреждений, чтобы хотя б заставить промахнуться. Мало того, за счёт высокой скорости за время пролёта через зону поражения в цель надо успеть прицелиться - а чем меньше калибр, тем меньше дистанция поражения.

Конечно, теория вероятности может многое, и объяснить случаи, когда реактивные штурмовики были сбиты буквально одной малокалиберной пулей, тоже - но она же неумолимо доказывает, что отбить атаку без достаточной плотности огня невозможно.

И это при том, что до начала войны в 1947-м несколько 20-мм автопушек считались вполне приличным заслоном даже для важной цели - поскольку в том же Китае они могли успешно ссадить на землю налёт японских машин или, чуть менее успешно, машин советских.

В принципе ответ очевиден - нужно сделать нечто очень скорострельное, при этом заметно более мощное, чем 20-мм, очень желательно мобильное, и желательно с радаром.

И в принципе же ствол уже имелся. 40-мм орудия Бофорс были отличными пушками. Но скорострельность и скорость поворота немного уже устарели. Впрочем, если собрать новый станок, разместить там не один, а минимум два, а лучше четыре бофорса, и разместить установку на каком-нибудь самоходном шасси, то почему бы и нет? Тем более, что и радары наведения зениток у многих уже были минимум в проектах и опытных образцах.

Вот только время, время...

С крупнокалиберными зенитками ещё сложнее. Редкие выстрелы, но высота поражения в 10 км (правда, это прямо над головой), и осколочные снаряды, способные перекрыть осколками шар в несколько сотен метров... И - внезапно - почти стопроцентная ошибка по дальности, из-за того, что на них стояли взрыватели с таймером, через сколько секунд после выстрела взрываться. В Англии в принципе велись работы по снарядам с дистанционным радиолокационным взрывателем, ещё до Странной войны, в США тоже, но ни одни, ни другие не смогли реализовать это в железе, да и никто другой. Не то чтобы никто не пытался - делали. Магнитные там, акустические, например. Но - без особого успеха. Да и радиовзрыватели были не панацеей - требовалось непрерывное облучение целей радаром, например. Но всё же, если бы они были, это было бы гораздо лучше, чем то, что было. Но даже англичане, дальше прочих продвинувшиеся в этом деле, смогли создать радиовзрыватели только для ракетных снарядов.

Зато мысли по зенитным управляемым ракетам появлялись у многих, и пусть на это раньше не выделяли средства, но так это же раньше. А сейчас тема зенитных ракет - или их пилотируемых альтернатив, одноразовых истребителей - была резко продвинута всеми игроками.

Но - опять же, и в куда большей степени - время...

И последнее по счёту, но не по важности - организация перехвата. Перехват времён Странной войны уже требовал некоторого “заранее”, чтобы перехватчики успели подняться и прибыть. Перехват джетов - успешный перехват - требовал обнаружения их как бы не на взлете, а то и раньше - по крайней мере, “трубы” Ледюка требовали именно такого. И наличие радаров ситуацию облегчало только теоретически - нужно было заниматься организацией совершенно нового типа обороны и связи. Никто этим не занимался - ведь никого не бомбили достаточно плотно до этого. Испания? Отдельные самолёты, отдельные налёты. Китай? Японцы не очень любили делиться не очень удачным опытом. Финляндия? В западных газетах, конечно, писали о жестоких многодневных советских бомбежках, но военным было известно больше и оно вдохновляло посмеяться над русскими, а не модернизацию ПВО. Мальта? Исключение, что подтверждает правило - англичане вполне обоснованно считали тот остров всего лишь большим стационарным авианосцем и организовали там корабельную ПВО, а не сухопутную. В принципе, у англичан была в недоношенном состоянии интегрированная система ПВО страны - но не в приоритете у разведок и никому особенно не интересная.

Уж так получилось, что первыми с организацией достаточно современной службы ПВО справились англо-немцы - а вот сверхскорострельные зенитки первыми опробовали романцы.

Но даже вторые, пусть у них и получилось это раньше, начали пробы только лишь спустя несколько месяцев, уже в сентябре.

Нужно было пережить лето.

Неожиданная помощь Лиге нашлась среди не самых заметных её участниц. Венгрия, оказавшись в Римской Лиге вместе со своими соседями, которые не далее как двадцать лет назад откусили от неё изрядные куски, не пошла по пути милитаризации и возвращения своего силой, предпочитая вполне культурное общение в рамках Лиги - взамен она понемногу возвращала себе научные и технические позиции, которые, в общем-то, не так сильно уступали перворазрядным державам, из которых в Лиге была только Франция с Италией. Например, радиотехническая школа, позволяющая разрабатывать и строить радиолокаторы для всех стран Лиги и даже (первыми в мире!) провести в 1944 году радиозондирование Луны - или тот самый Дьердь Ендрашик с рабочим, хоть и не отлаженным, турбовинтовым двигателем в 1941 году. Проще говоря, было кому заменить французский хайтек.

А убывающую мощь французской промышленности вполне могла подпереть промышленность чехословацкая. Не заменить - но это всё-таки была мощная часть промышленности Лиги. Пусть даже и на неё уже падали немецкие бомбы.

Передний край авиации

Интересный вопрос - а почему невоюющие демократии, и в первую очередь Союз, гнали на продажу современнейшие средства войны? Те же Як-19, например.

А потому что уже не были они современнейшими. В США уже поднялся в воздух и очень радовал глаз P-86 "Сейбр", в Союзе вставали на крыло истребители со стреловидным крылом и новым, мощным ТРД Люльки ТР-2Ф(бесфорсажная тяга 2340 кгс, форсажная 3350 кгс) - похожие как родные братья МиГ-15, Ла-15, Як-25...

P-86A Sabre

МиГ-15

Ла-15

Як-25 - прототип с прямым крылом

Рядом с ними пытался взлетать двухмоторный перехватчик Су-15 очень странной компоновки, с двумя ТР-2, одним в редане под фюзеляжем и одним в хвосте - это позволяло хоть как-то дотянуться до тяговооруженности "зенитных" ракетолетов Бартини. Однако же, кроме необычных двух моторов, необычным было и штатное наличие РЛС.

Превращался с новым двигателем во все более мощную систему РБ-18, он же по-новому М-2, и по-прежнему имел успех у американцев (и это они еще не знали о планах Архипа Люльки на двухконтурный ТРД, который обещал одним рывком поднять дальность джетов в разы).

Фронтовой бомбардировщик М-2

Выкатывал на первые примерки Ильюшин свой реактивный бронированный штурмовик, надеясь хоть теперь обставить Сухого.

В США пробовали выходить на поле из цехов новые, реактивные палубники F2H и FJ-1.

F2H Banshee

FJ-1 Fury

Натуральное второе поколение джетов. И его разработчикам очень, очень были нужны данные, которые можно было получить только опытным путем. Как в Испании, да. Или в Китае. Но там джетов с другой стороны не было.

Первая авианосная

В июне 1947 года в море впервые схлестнулись флоты. Первая битва авианосцев случилась на Средиземном море - в первых числах июня, когда итальянская эскадра успешно перехватила соединение R, идущее на помощь Мальте, где десант интербригад успешно теснил обороняющихся.

Англичан на броске к Мальте от Гибралтара обнаружил отряд легких сил французского флота - крейсер и пара эсминцев. На конвой, прикрытый линкором и авианосцем, они лезть не рискнули, но упорно маячили вдали, наводя союзников. Им бы не жить, но палуба авианосца была забита сухопутными штурмовиками, а поднять их вне радиуса досягаемости Мальты означало потерять.

Итальянская эскадра находилась слишком далеко, на расстоянии больше сотни километров, и потому они совершили первый в своей истории удар авианосной авиации.

Re.2002 с 630-кг бомбами, все 42 готовые машин с “Аквилы”, были обнаружены радарами весьма заранее, но отбить атаку только зенитками англичане не смогли.

Итальянцы же утопить никого не утопили, но повредили многих, пару кораблей даже вывели из строя, а одной из ФАБ таки сумели попасть в палубу "Индомитейбла". Авианосец типа "Илластриес" с бронепалубой не особо пострадал от такого, но весь палубный груз и изрядная часть палубной команды с оборудованием были потеряны.

С другой стороны, когда потушили пожар и растащили обломки, авианосец получил возможность поднимать штатное авиакрыло. Но еще до этого момента на горизонте уже появились "Рома" с товарищами.

Перестрелка линкоров с охранением уже вовсю шла, когда на горизонте появились "Лоси" модификации F с торпедами. Несмотря на хорошо отличимые сверху корабли Супермарины и Ройял Нэви, да и прочие технические детали, торпедоносцы все равно сначала зашли на итальянцев и даже сбросили несколько торпед - но после этого их все-таки сумели натравить на противника. И они перетопили всех!...

Ну, не совсем. Пилоты торпедоносцев вполне рационально оценивали опасность для себя и заходили на те корабли, которые слабее всего отстреливались. То есть те, что были повреждены или выбиты из строя пикировщиками. Так на дно морское убыли два быстроходных транспорта, эскадренный танкер и поврежденный крейсер. Но это и были самые важные корабли для англичан - именно на них были самые важные грузы для Мальты.

В принципе ещё среди задач эскадры была артиллерийская поддержка обороняющихся, но итальянские линкоры втроём успешно отпинали британский - не до утопления, правда, но до неизбежного возвращения на базу. С поддержкой же силами лёгких кораблей можно было и не справиться, да ещё и потерять поврежденные тяжелые - французы до сих пор маячили на горизонте, наступала ночь, а ночью вражеские эсминцы и подводные лодки могли слишком осмелеть.

В результате после боя эскадры просто разошлись в стороны - но для итальянцев это была победа, ведь конвой к Мальте не прошел и подкрепления со снабжением доставлены не были. Причем британцы повернули так круто, что второй группе Лосей пришлось возвращаться ни с чем.

Последнюю точку в этой баталии поставила тройка палубных Файрбрэндов с английского авианосца, “атаковавших” на закате отходящую французскую эскадру - то есть попросту пролетевших рядом. Огня никто не открыл.

Палубная авиация Тихого океана

В американской палубной авиации в 1947 году наблюдался целый зоопарк машин разных эпох и назначений.

Среди истребителей числились: "летающий бочонок" Брюстер F2A из конца 30-х; основная машина начала сороковых F4F “Уайлдкэт” четырёх модификаций от F4F-3 до F4F-8; “Корсары” F4U - “палубный истребитель, непригодный для полётов с палубы”, как его называли в начале, и ставший пригодным только в 1945-м, когда F4U-1D стали наконец-то заменять “диких котов”; аппараты с комбинированным двигателем FR-1 “Файрбол”, несущие одновременно поршневой двигатель и турбореактивный, отличные, но по сути экспериментальные; детища новой авиаконцепции Грумман - пара из тяжелого F7F Тайгеркэт и лёгкого F8F Биркэт, начавшие активно выпускаться в 1945-м; и первый чисто реактивный FD-1 Фантом от МакДоннел, ещё ни разу с палубы не взлетавший.

На палубах соотношение было примерно таким: больше прочих было “Корсаров”, потом шли новые тяжелые Тайгеркэты - но только на тяжелых авианосцах, Биркэты - эти на всех, Уайлдкэты, и две учебных эскадрильи Файрболлов замыкали список.

С Корсарами дело было ещё и в том, что за время доработок "под палубу" F4U проверили еще в вариантах штурмовиков, пикировщиков, ночных перехватчиков и даже самолетов ПЛО и РЛО, и нашли, что получается хорошо, и хорошо весьма - поэтому с 1945 года SB-эскадрильи(скаут-бомберные) снаряжались вместо вконец устаревших SBD-6 Донтлесс Корсарами и Тайгеркэтами. Все одно приличной замены специальной постройки так и не было создано - ни BTD, ни SB2C на замену Донтлессу не тянули. Зато двухместный F7F-2 мог и должен был работать скаутом, а Корсар - пикировщиком.

Grumman F4F-3 Wildcat

Vought F4U-1D Corsair

Rayan FR-1 Fireball

Grumman F7F-1 Tigercat

Grumman F7F-2 Tigercat

Grumman F8F-1 Bearcat

А вот замена торпедоносцу TBF Эвенджер просматривалась - TB2D Скайпират. Но первый полёт эта смена совершила только в 1945 году, и пока что до серии этот не самый простой аппарат не добрался. Так что бомбардировочные и торпедоносные эскадрильи были по-прежнему вооружены самолётами TBF-3.

Grumman TBF-1 Avenger

Boeing TB2D Skypirate

***

В японской морской авиации же наблюдался строгий порядок. Там как раз успешно завершили оснащение всех построенных авианосцев самыми современными машинами, построенными с использованием вовсю поставляемых из других стран деталей и компонентов.

Истребитель A7M

Разведчик C6N6

Базовый пикировщик P1Y Ginga

Дальний бомбардировщик G8N

Да-да, вершина поршневых технологий. Реактивные технологии - впрочем, как и остальные “новые игрушки” - у них были, но импортные почти полностью. И на палубах они не встречались - за одним исключением.

Каваниши Байка, второй в мире истребитель с ПуВРД. Отдаленный родственник неудачного фольксягера Юнкерс EF126. Первый в мире реактивный катапультный гидроистребитель-"летающая лодка" с выдвижным реданом. Настолько дешевый, что Хе-162B на его фоне кажется премиум-классом. Проходящий на всех кораблях с без летных палуб, но с катапультами, как средство ПВО. Даже не совсем одноразовое - пилотов и самолёты как бы предполагалось спасать.

Junkers EF126, прототип Kawanishi Baika

А на суше летали другие. Реактивный истребитель Китсука - другое имя Ме-262 - и несколько более-менее удачных переделок: лёгкий бомбардировщик R2Y2; тяжелый пикировщик P1Y8 Тенга, перехватчик J7W2 Шинден. И они успешно дополняли весь огромный зоопарк базовой авиации флота. А кое-где ещё летали A5M из тридцатых...

Kitsuka

R2Y2

J7W2

P1Y Tenga

И вот эти две истории пересеклись в 1947 на просторах Тихого океана.

Советский Дальний Восток

Японцев очень, очень хотели втянуть в бойню англичане. И американцы - они очень хотели вернуть доходы, потерянные с переходом японской внешней торговли от товаров Америки к товарам Германии с Англией. Вот сами японцы, закрыв необходимые потребности европейским импортом, Вьетнамом, Явой и Борнео, не особо стремились куда-то лезть. Однако их не спрашивали.

А ещё было бы очень неплохо втянуть в войну СССР.

Советский Союз плавно и планово развивал страну. В 1941 году был принят план постройки каскада электростанций на Ангаре, удваивался автотрассой Транссиб и продолжались работы по постройке Байкало-Амурской магистрали. Именно информация о ней, очень аккуратно поданная, должна была натолкнуть японцев на мысль, что сейчас самое время напасть, пока единственная сухопутная магистраль, соединяющая европейскую часть СССР с Дальним Востоком, находится чуть ли в пределах видимости от границы - и потому что потом у Союза будет и сильная промышленность рядом, и вторая, куда более удалённая от границы, железная дорога... И когда это произойдёт, через несколько лет, Китай сам упадёт советам в руки!

Конечно, Номонганский инцидент, что в СССР был известен как бои на реке Халхин-гол, показал, что у императорской армии против советской кишка-то тонка... Но это если дать русским время. А здесь вполне можно было, как казалось японцам (ну, то есть, как должно было казаться по мнению тех, кто направлял японцев), обойтись короткой быстрой операцией. Как с захватом ничейных колоний в ЮВА. Войти, разорвать Транссиб, и аккуратно забрать себе оказавшийся в блокаде советский Дальний восток, например, от Комсомольска-на-Амуре до Владивостока, плюс пол-Сахалина, плюс Камчатка и все рыбные богатства, в идеале - вообще лишить русских выхода к Тихому океану, во вполне годном плане Б - просто разрушить и вывезти оттуда всё, примерно как в начале 20-х во время интервенции, только посерьёзней.

США же в любом случае должны были остаться в стороне и аккуратно поддерживать союзника, не воюя при этом сами, отвлекая и русских, и японцев на долгие годы - или, в удачный момент, вмешаться для более выгодной делёжки японского наследства.

План “Север” у японской армии был в принципе неплох - даже с учётом того, что у СССР там была миллионная группировка РККА, а всех сил Квантунской армии было чуть более 700 тысяч. Но против был японский флот - в этом случае все заслуги получала именно армия, а флоту оставалось работа “на подхвате”. Императорский Флот такого отношения к себе стерпеть не мог. И все пошло по-плохому. Особенно потому, что когда командование флота нашло подходящие слова, они звучали очень разумно. "Кто может оказать помощь русским на Тихом океане, когда армия разорвет Транссиб? Только США. Надо предупредить эту угрозу!"

Другое дело, что предупреждать возможного союзника вероятного противника превентивным ударом по передовой базе - слишком хентай и жесть даже по японским меркам. И потому план удара по Перл-Харбор отложили. А вот к перехвату - приготовились.

Самураи перешли границу у реки в конце июня, когда в Польше творилась самая жара Польского похода РККА. Июнь на Дальнем востоке выдался жарким, как и на западе, на польской границе, но по-другому, и сухая погода настроила японцев на оптимистичный расклад...

Но опять-таки главной силой здесь, на довольно бескрайних просторах, была авиация.

Вообще, в некоторых авиаполках ДальВаса до сих пор стояли на вооружении И-16. Мало того, два авиаполка(на Камчатке и в Приморье) получили эти И-16 аж в 1944, а до этого использовали И-15, уже десять лет как знакомый японцам. Но другие были оснащены Яками: Як-3 и Як-9, он же Як-3Д, дальняя версия (номер семь забрал учебно-тренировочный истребитель).

Реактивных машин, за исключением нескольких Як-15 в летном училище, не было. Бомбардировщики точно так же в основном относились к основной модели Ту-2С, если не считать один флотский полк с Ил-4, плюс в Иркутске базировался один полк ДБА на Ер-2, вполне себе присутствуя на ТВД. И в остальном все было стандартно - флотские Каталины, почтовые "шаврушки" и прочие гражданские гидро- и обычные самолеты.

С японской же стороны собирался практически цвет их современной армейской авиации. Скоростные разведчики Ки-74, которых легко догоняли только джеты(и то не все). Истребители Ки-84, превосходящие большинство других поршневых истребителей. Бомбардировщики Ки-67 и штурмовики Ки-48. Первые реактивные истребители Ки-201 Кайрю - ещё одно имя Ме-262. Машины старых типов оставались в основном в Китае.

Ki-84 Hayate

Ki-67

Кажется даже излишним говорить то, что численное превосходство в авиации над русскими так же присутствовало, как и у немцев во время наступления.

Транссиб, как и предполагалось, был разорван - несколько мостов и туннелей от Свободного на запад, для начала, были уничтожены авиаударами. Не помогло даже то, что Иосиф Апанасенко начал подозревать нехорошее и на дальнем востоке к этому моменту появился ещё и полк перехватчиков 114Р. Прикрыть ими весь Транссиб, ну, хотя б от Читы до Хабаровска, оказалось практически невозможно, а ударные группы выбирали цели подальше от прикрытия.

Русские оказались, правда, куда более неудобными мишенями, когда дивизии Квантунской армии двинулись в атаку. Свободный, Хабаровск, Приморье у Владивостока - три направления ударов, а в Приморье был ещё задействован и императорский флот. И ни на одном из них не получилось лёгкого похода. Везде, где находились солдаты РККА, японская армия была вынуждена тормозить, а где-то - и останавливаться. Ещё их очень удивили русские танки. Если бы не пикировщики и совершенно отвратительная подвижность этих “мобильных береговых батарей”, то вряд ли бы две японских дивизии смогли бы пройти участок по дороге от Благовещенска, где стояли два “кваса”, КВ-1С. И даже с этими факторами японские дивизии лишились практически всей бронетехники и половины артиллерии, и вообще транспорта.

Нет, танки у японцев были. И даже неплохие, особенно последние средние, тип 4. Но было их немного. А вот пушек у русских, способных их бить, было много. Даже второразрядные русские дивизии были лучше оснащены артиллерией - и ведь они при этом сидели в обороне, и мобильность русской артиллерии особой роли не играла. И это при том, что японцы подозревали нехорошее и изрядно подняли качество снаряжения своей армии с Номонгана.

А ведь у оторванных от материка русских ещё и тыл какой-никакой был. Авиазавод и верфь в Комсомольске, например, и нефть на Сахалине.

И на огонёк заглядывала серьёзная русская авиация - не та, которая примерно наравне билась с японцами за Хабаровск и Владивосток, а дальние бомберы из Иркутска с управляемыми бомбами СБ-1М, нацеленными на тепло.

Бомба СБ-1М со снятым обтекателем ГСН

Их, конечно, пытались ловить и порой перехватывали - но для гарантированного уничтожения, например, топливохранилища, теперь хватало прорвавшегося звена, а не целого полка. А на уровне фронтовой авиации за серьезных были, например, переброшенные под Читу в июле два полка с РБ-17 - и они точно так же прорывались в любом случае, через любых перехватчиков и ПВО.

А окончательно стало всё печально, когда в конце августа от Читы на Мукден ударил Жуков, да не один, а с целым Забайкальским фронтом. Мысль вообще была простая и понятная - не одним Транссибом ведь можно добраться до Владивостока, чем КВЖД хуже? Ее и чинить так не надо.

Вдобавок сентябрь оказался мокрый и дождливый, в десятых числах октября ударили заморозки... И все японское наступление застряло в неловком равновесии - как тот русский мужик, что медведя поймал. Вывести из соприкосновения силы и направить на отражение атаки с запада было практически невозможно и чревато атакой на Маньчжурию еще и с востока. Приходилось срочно тащить силы из Китая и метрополии.

А вот русская хинган-мукденская операция продолжалась - не то чтобы очень быстро и успешно, но русские с монголами, под аплодисменты очень обрадованных таким поворотом китайцев, давили чуть ли ни единым фронтом и за два месяца таки прогрызли укрепрайоны и даже взяли в осаду Мукден, готовясь начисто отрезать северо-восточную группировку Квантунской армии.

Вот только дальвас это спасти не могло, не успевало просто. Мирную его часть, то есть, куда более уязвимую в нынешние времена. Ни Хабаровск, ни Владивосток, ни Комсомольск - японцы вполне могли всё спалить просто конвенциональным оружием, и даже очень пытались, и в августе у них уже почти получилось. В конце концов, у них тоже были бомбы, наводящиеся на тепло, со смешным названием Ке-Го и несмешными боевыми свойствами.

Ke-Go

Но вот тот факт, что у русских оставался Севморпуть, они упустили. А американцев не упустили, но это им не помогло.

Ну, да. Сталину было как ножом по сердцу просить помощи, да и вообще просить помощи в таких делах равно сдаться. Он и не просил. Но морские поставки через Тихий никто не отменял, а торговля с Америкой продолжалась, И американцы, пользуясь нейтралитетом и тем фактом, что японцы не объявляли никакой там блокады, отправили в июле во Владик (позже все-таки перенаправив в Совгавань) очередные грузовозы с эскортом. Хорошим таким эскортом, до линкоров и авианосцев включительно. “Аризона”, “Южная Каролина” и два “Индепенденса” - не бог весть что, но всё ж в разы больше, чем было у Союза на ТОФе: авианосцев вдвое больше, а линкоров и вовсе на два больше. И при том, что Москаленко, командир авианосца "Лазо", искренне радовался, что в момент атаки был в Петропавловске-Камчатском, до которого у самураев руки пока не дошли.

Авиагруппа советского авианосца, к слову, состояла из 24 истребителей, Як-3К и Як-9К пополам, и 8 бомбардировщиков-торпедоносцев Че-4.

Не так много, но и не совсем ничего. Американцы свои CVL снаряжали примерно так же, только их истребители "Корсар" были и считались ещё и пикировщиками.

План американцев был прост - пользуясь тем, что войну и всякие блокады никто не объявлял, влезть нагло с помощью русским, благо, о бедственном положении дальваса было известно, и тем самым до глубины души оскорбить японцев - а потом, когда они сделают какую-нибудь глупость, радостно влезть в войну уже всеми лапами.

К американскому каравану присоединились очередные русские грузовые корабли, пришедшие по Севморпути, и даже два самых мощных боевых корабля, что оставались на ТОФе: авианосец "Лазо" и крейсер "Каганович". Второй тихоокеанский крейсер уже лежал на дне владивостокской гавани, а дальше оставались в лучшем случае эсминцы. Впрочем, их хватало, чтобы протаскивать одиночные корабли между Петропавловском и Совгаванью или другим каким мелким портом, чем они непрерывно и занимались.

Чего не ожидали американцы, так это полного успеха провокации. По тяжелым надводным кораблям прилетело полной мерой - и авиацией, и даже заглянувшими на огонек линкорами Одзавы.

Русская эскадра - крейсер, АВ, и тройка эсминцев-"семерок" - выложилась на полную, отбивая атаку авиации, а потом успела уйти от линкоров. Это не спасло караван, хоть и дало возможность успеть разгрузить хоть что-то. Это не спасло американцев - они, может, тоже хотели уйти, но "Гинги" и "Рюйсеи" - японские флотские торпедобомберы P1Y и B7A - били по самым опасным целям в первую очередь, и после авиаудара, растянутого на три волны, оба линкора и один CVL никуда уйти уже не могли. Второй - горел, но хотя бы не тонул: ему просто повезло, что в него не попали ни одной торпедой, потому как зенитная артиллерия себя показала не то что недостаточной, а почти незначимой в текущих количествах и калибрах (ну да, об этой недостаточности тоже как-то не задумывались). Уцелевшие "Корсары" ушли на береговые аэродромы, а через несколько часов американский посланник в Токио уже выкладывал заявление о препятствовании морской торговле и неспровоцированной агрессии. Оно было предъявлено 6 августа и произвело эффект разорвавшейся бомбы.

Авианосные неожиданности

Среди прочего еще и потому, что аналогичное обвинение было выдвинуто англичанам, которые не лезли так нагло, но обеспечивали потери первым атлантическим караванам не хуже: мины, подводные лодки, диверсанты и просто наемники - в испанских портах, куда шли американцы, можно было найти и не такое.

Американцы как бы сказали им всем - вы как хотите, а мы будем возить что угодно кому угодно, и больно бить всех, кого захотим.

Зря это они.

Вторая половина августа показала, что японская палубная авиация на порядок превосходит классом американскую, при близком оснащении(германские и английские контракты, да), да и в чисто морском бою сюрпризы у них есть.

Морская битва за Филиппины 17-19 августа оказалась неожиданно горячей, бурной и кровавой - там одних авианосцев было задействовано тринадцать, и из них уцелели один японский "Рюдзё" и два американских, "Рузвельт" и "Лексингтон". Вроде бы в числах больше, да, но прикрывать Филиппины с моря американцам было уже просто нечем, и морская пехота высаживалась без помех. Одно печалило Ямамото, ну кроме огромных потерь - задействовать армейские силы было невозможно, а морская пехота в сухопутных боях это ну вообще не то. Если бы не Макартур, бросивший армии на Филиппинах без командования, управления и цели, было бы вообще швах, хуже, чем с Хабаровском.

Американцы же с трудом приходили в себя после единомоментной потери более десятка крупных кораблей - и это ведь не считая Совгавани. "Рузвельт" и правда оказался самым живучим из всех американских АВ, на "Лексингтоне" оказался отлично справляющийся с повреждениями экипаж, но остальные ушли на дно с пугающей быстротой. А линкоры? Они проектировались для того, чтобы переносить огромный урон! И что? Несколько авиаторпед и бомб - и всё! И что с того, что торпеды самонаводящиеся и повышенного могущества?

Ну, в утешение можно сказать, что для японцев тоже было удивительно, что теперь, при наличии управляемых бомб, даже один бомбер может отправить на дно авианосец, как и случилось с "Тайхо", лейтенант-коммандером Маккласки на "Корсаре" и бомбой ASM-N-2 Bat.

Американская самонаводящаяся бомба ASM-N-2 Bat под крылом PB4Y Privateer

Вторым уже даже не звонком, а ревом тревоги, стала битва в Атлантике 24 августа. Большой конвой, сотни кораблей, и прикрытие вплоть до очень тяжелых кораблей - ну, почти как у Филиппин, только конвой был теперь американский. И английское соединение, в открытую встретившее небратьев.

Итог был хуже, чем у Филиппин. Англичане тоже обладали управляемым оружием, но они гораздо лучше организовали встречу: привлекли подводные лодки в большом количестве, например. Поэтому когда от обоих тяжелых соединений остались считанные единицы кораблей, оставшимся караваном было кому заняться.

А еще британские авианосцы были живучее даже "Франклинов". Меньше и слабее авиагруппой, но куда живучее. История с "Тайхо" не повторилась - от одного попадания ни один авианосец здесь не утонул. Но толку-то, если управляемых бомб было минимум по полной загрузке на каждую авиагруппу, из которых половину успешно применили? А управляемые торпеды?

Можно начать сравнивать BV.246 и ASM-N-2, кто более убедителен... А можно просто принять: достаточно эффективны были обе. Немецкая разработка чуть мощнее, американская чуть точнее. Результат немного предсказуем - пикировщики со свободнопадающими бомбами давали около 10 процентов попаданий в среднем на авиагруппу, отдельные элитные эскадрильи могли довести процент до 20, здесь же процент был около 50 даже для обычных пилотов при том, что теперь приближаться к цели даже на 10 км было необязательно.

Немецкая самонаводящаяся бомба BV.246 на штурмовике Fw-190

И если не успели сбить носитель до сброса - молитесь, чтоб попасть в 50 процентов отказов и промахов, или в число редких везунчиков, кто может бомбу сбить из зенитной скорострелки.

В общем, схема обоих баталий сводилась к тому, что первая ударная волна палубной авиации сносила УПАБами что-нибудь важное: ордер ПВО легких сил, уязвимые радары и зенитки тяжелых кораблей или палубы авианосцев - и что характерно, процесс был взаимным - а вторая подходила и ломала подранков торпедами, тяжелыми бомбами или еще чем. А потом начиналась гонка, кто быстрее соберет из того, что осталось, достаточно мощную силу, чтобы повторить или попробовать что-то другое, не менее смертоносное. Всё же даже неуправляемые бомбы попадают и убивают.

В принципе, даже похоже на то, что делали немцы в Европе, только вместо точных и дальнобойных УПАБ были скоростные “свистки”, а у противника не было ничего.

После битвы в Атлантике американский флот представлял собой грустное зрелище. Из 22 довоенных авианосцев в строю осталось 12: все три CVB, но один из них требовал капремонта, а еще один только входил в строй; два “Эссекса”, CV-10 и CV-11; один, последний, “Индепенденс”; “Лексингтон”, тоже требующий ремонта, “Саратога”, “Уосп”, “Рейнджер”, “Хорнет” и “Энтерпрайз”. На дно морское ушли “Эссекс”, “Йорктаун”, и восемь лёгких CVL. Огромные потери, просто чудовищные. И пусть осталось ещё 9 готовых к бою кораблей, из которых только один лёгкий, но в бой их экипажи уже особо не хотят.

Японцам было не менее грустно, они лишились второй дивизии авианосцев, самых больших и мощных АВ Императорского флота - Синано, Тайхо, Дзуйкаку и Сёкаку - и одного лёгкого, “Дзуйхо”. Оставшаяся четвёрка тяжелых АВ - Акаги, Кага, Сорю и Хирю - потерянным кораблям уступала во всём, а остальные АВ и вовсе были лёгкими.

Англичанам было просто печально, но виду они не подавали. В битве в Атлантике они лишились четырёх авианосцев, из которых два были новыми - “Имплакейбл” и “Индефатигейбл”, а два более старыми - “Илластриес” и “Индефатигейбл”. Ещё один АВ типа “Илластриес”, “Формидэйбл”, они, несмотря на повреждения, смогли дотащить до порта. Итого из всех “Илластриесов” в строю остались только уже отремонтированный “Индомитейбл” и нетронутый еще пока войной “Викториес”. Но именно для них это большой проблемой не было.

Европейский фронт

В Европе лето проходило сложно. Позиционный тупик во Франции и дружественная советская интервенция в Польше, поставки новейших джетов и других, очень, очень важных вещей позволили остановить первый напор немцев, но этого было мало. Механизированные и аэромобильные части вермахта оставались способными нанести удар, а менее мобильные войска пытались сломить вставшие фронта - и нельзя сказать, что у них не получалось, но пока что позиционный тупик оставался тупиком, подкрепления подходили не медленнее, чем уничтожались.

Германия в июле нанесла третий молниеносный удар блицкрига. Не такой сильный, как первый, и не такой неотразимый, как второй, но слабо уступающий. Под удар попала Чехословакия. И защитные укрепления на границе с Германией не помогли - удары сверху (десант и авиация) и сзади(диверсанты из местных немцев) сломали их как картон, поставив под удар значительную часть чешской промышленности. Но теперь у Лиги были современные “свистки”, которые, будучи применены массированно и в какой-то степени неожиданно, сумели не переломить ситуацию и не отразить удар, но хотя бы остановить наступление, разрушая немецкие тылы так же эффективно, как это делали немцы с чехословацким тылом. Истребители-бомбардировщики P-80A и Як-19, несущие бомбы и ракетные снаряды, вполне эффективно уничтожали склады, железнодорожные узлы, не упускали случая ударить по радарам и аэродромам - и если приходилось, уверенно сражались с Фольксягерами и Швальбами, а порой доставали почти неуловимых "Блицев".

Да, именно в это время в разных странах родились мысли о воздушных управляемых ракетах, которые "воздух-воздух". Слишком уж сложным и неудобным оказался маневренный бой джетов на высоких скоростях и очень разных высотах. Проще говоря, сбить друг друга они могли только при очень большом везении - или очень хорошо проработанной тактике, в которой увязывались средства обнаружения от наблюдателей до радаров, перехватчики с хорошей связью и конечно же разведка. Конечно же такое случалось редко - так что практически все сбитые в воздушных боях джеты были предварительно повреждены, например, зенитками, или просто оставались почти без топлива, что резко ограничивало маневры.

Следующей попавшей под удар частью Лиги должна была оказаться Австрия... Но, видимо, взаимная мясорубка на всех фронтах достаточно заняла немецкую армию, так что в августе никаких подвижек фронта не было. На Средиземном море итальянцы заняли Мальту, но уступили в Восточной Африке, где напор англичан понемногу усиливался, так что волей-неволей дуче был вынужден уделять внимание и тем фронтам - а не только Европе и Ливии.

Советская промышленность продолжала гнать план, несмотря на начало уже своей войны, и поставки в Европу шли по графику. Новейшее оружие, топливо, боеприпасы - в Европу. Станки, материалы, инструменты - шли в другую сторону, в Союз.

Это было огромным плюсом, потому что после августовского разгрома американские “купцы” массово отказывались идти в Европу, и поток грузов сократился в разы, даже на порядки.

Что уж там, даже советское наступление в Маньчжурии было плюсом, поскольку отвлекало внимание японцев от американских островов.

Даже для англичан оно было плюсом, потому как отвлекало японцев и от Китая, и от британских колоний в Азии. Или не отвлекало - в случае потери позиций на материке японцы были бы вынуждены пристально поглядеть на Австралию и прочие британские владения. Конечно, им и сейчас оттуда шел поток товаров - но за него приходилось платить, и получать столько, сколько давали, а не все и бесплатно. Это не могло не напрягать, так что занятость на материке была очень в тему - и лучше бы при всем этом русские не победили бы полностью и однозначно.

Так что в сентябре в Маньчжурии среди японской техники стала порой появляться британская: танки, пушки, машины... Это сыграло некоторую роль в замедлении советского наступления. Особенно такую роль сыграли мобильные зенитные установки на танковых шасси - один 40-мм Бофорс на шасси “Кромвеля” был всё так же неэффективен, как и тот же “Нимрод”, против джетов, но вот с советскими штурмовиками Су-6 был способен успешно бороться.

...никто не будет летать!

Да. Краткий вывод начала войны для сухопутчиков был прост: скорострельности, дальнобойности и калибра (да, и всё одновременно) у зениток мало и даже достаточно не бывает.

А для морячков и того хуже - зенитки вообще не спасают, надо выносить зону поражения за десятки км от кораблей. Или - если прошляпили вдали - как-то научиться отбиваться от каждой летающей мошки.

Да и лётчики задумались - пушек вообще не хватает, нужно мощней, дальнобойней, и ещё чтоб само попадало.

Первые взялись за зенитные многоствольные самоходки.

Вторые - за ракетные комплексы.

Третьи взялись тоже за ракеты.

Второе дыхание внезапно обрёл первый серийный ракетный комплекс Up(Unrotated projectile) - его создавали в 1930-х англичане, у которых гении бывали не менее сумрачные, чем за Ла-Маншем. Только “Ап” запускал неуправляемые ракеты, разбрасывающие заряды взрывчатки на парашютах - а теперь речь зашла о реально залповой стрельбе, и разбрасывании не парашютиков, а простой дроби. Да, да, ракетная шрапнель. Почему ракетная? А потому что стволы такого калибра на линкорах поштучно считают, а заряженный “Ап” весит как малокалиберная зенитка, а стоит в разы меньше.

Самоходная пусковая установка Up на автомобильном шасси

Пусковая установка Up на ЛК Кинг Джордж V

Первые ракетные установки такого типа появились на европейском ТВД в сентябре 1947-го.

В Советском Союзе установки для запуска РС тоже делали - и тоже в свое время отказались от их использования из-за низкой кучности.

Но сейчас их стали обдумывать и рассчитывать заново - с радарами наводки зенитной артиллерии, с радиовзрывателями, которые для реактивных снарядов получались... просто-напросто получались, не как для артиллерии.

Но первыми такую новую систему разработали чехи. Система “Тайфун”. 22 километра дальности по горизонту(но это уже на излёте и у земли), 18 по высоте (но это прямо над головой), 120 снарядов в залпе одной установки, 12 установок в батарее, венгерские радиовзрыватели и локатор - но это уже потом, сначала обходились дистанционными трубками. “Тайфуны” были впервые использованы в сентябре 1947-го, прямо с заводского двора, в количестве четырёх пусковых установок - и показали никакой эффект. То есть, ни одного сбитого самолёта. Но вот сорвать тот налёт и ещё несколько налётов они смогли - очень сложно заходить в атаку, когда перед тобой встаёт облако разрывов и шрапнели, да и повредить управляемую бомбу у такого оружия шанс был наивысший из всего, что имелось.

В сентябре с тех же заводов появились и первые счетверенные установки “Бофорс” - а казалось бы, чего стоит переделать старую зенитку “Нимрод” с одним Бофорсом на 4 ствола? Однако же потребовалось несколько месяцев работ и сосредоточенная привязка к современному радиооборудованию - радару наведения зениток.

Как выяснилось 27 сентября под Брно, в паре батареи “Тайфунов” и “Нимрод-4” всё-таки способны выполнять роль огневой силы тактической ПВО. Нет, если бы их применили одновременно и массированно, то в первый раз они бы нанесли очень некислый урон налётчикам - но заметив первые разрывы боеголовок “Тайфунов”, очень характерные, строй Блицев и Пфатцев рассыпался и под удар попали буквально единицы. Зато свою долю с лихвой отработали СуперНимроды, отстреливая подбирающиеся с разных сторон разрозненные группы джетов, которые шли не скрываясь - успели всё-таки заметить, что перезарядка ЗРК занимает долгое время, в которое они полностью беззащитны.

Впрочем, долго радоваться италофранцузы не смогли. В отличие от применения новых зенитных орудий, которое было внезапным, хотя бы относительно, прочность обороны немецких войск возрастала плавно и отмечалась только лишь всё большим возрастанием потерь джетов-штурмовиков и уменьшением немецких даже заявленных летунами потерь. В том же сентябре лигистам удовлетворительно удавался лишь каждый второй удар и только при хорошей подготовке, а уровень потерь не опускался ниже 10% за вылет. Готовить же ситуацию вида “группа разведки - группа расчистки - группа подавления ПВО - группа уничтожения ПВО - ударная группа - группа прикрытия - группа отсечения” получалось далеко не каждый раз. Немцы же, концентрируя и оптимально располагая всего лишь имеющиеся у них разнотипные ЗСУ-одностволки и буксируемые зенитки, да вовремя задействуя перехватчики, могли надёжно прикрыть все свои шверпункты.

Мало того, что-то такое понемногу просвечивалось и на африканских фронтах у англичан - не такое совершенное, но учитывая, что джетов там Италия с Францией практически не имели, не менее эффективное.

Что было особенно обидно для дуче и чехов, ответ на их комбинацию подобрали достаточно быстро.

Первый после почти месячного перерыва налёт на заводы Шкоды, уже в конце октября 1947 года, имел очень неожиданное начало. Такого количества самолётов немцы ещё не поднимали даже в начале войны на французов, тем более джетов - в сумме там шло около тысячи засветок. В один налёт.

А вторая неожиданность случилась, когда после пуска “Тайфунов” от основной группы отделились и ушли в сторону малые отряды. Основная масса же продолжила путь вперёд, входя в плавное пике.

ЗРК не смогли обеспечить достаточную плотность залпа на весь вытянутый и разрозненный строй. Перехватчиков оказалось слишком мало. А ЗСУ и прочие зенитки были атакованы группами джетов-ударников.

Финальной же неожиданностью стал тот факт, что основная масса почти полностью была беспилотными самолётами-снарядами! Каждый из которых нёс больше полутонны взрывчатки и многие вполне успешно её донесли. А с учётом того, что самолёты-снаряды тоже были джетами с ПуВРД - донесли весьма быстро.

Цель немецкого налёта была выполнена весьма удовлетворительно. Работа заводов была в ближайшее время невозможна.

Правда, и ожидать такого повторного налёта в ближайшие дни и даже месяц вряд ли стоило.

Опять Союз

В любом случае, потери промышленности Римской Лиги были буквально катастрофическими. Практически нетронутыми оставались лишь Венгрия и сама Италия. А во Франции тем временем происходил переворот - не в правительстве, а в сознании. На оккупированных французских и польских территориях творился чертов ужас, и сохранять его в полной тайне немцы даже не собирались, значительно повышая стимул французов бороться.

С учетом океанской блокады единственной надеждой Лиги оставался Союз. Советский Союз - у которого на другом конце материка была вообще-то своя не самая маленькая война. С другой стороны, именно в октябре китайские коммунисты нанесли свой успешный удар по японцам, а советские войска окружили Мукден - а советская промышленность успешно наращивала производство таких оказавшихся очень нужными всем вокруг вещей, как реактивные двигатели, артиллерийские пороха и - совершенно внезапно, никто и подумать не мог - радиоэлектронные компоненты.

Дальневосточная “дорога жизни” через Севморпуть и Охотское море вполне себе действовала, перегоняя тонны грузов - в исключительно недостаточных количествах, но тут был важен сам факт, который дополнительно облагораживался в десятки раз выросшим авиационным грузопотоком между Сибирью и отрезанным Востоком.

***

Японской армии ситуация с Советским Союзом очень не нравилась. В отличие от флота, который всё-таки взял Филиппины, здесь не очень выходило даже с планом Б - ну то есть сжечь всё на советской территории от Благовещенска на восток и уйти, сохранив лицо. Советские танки под Мукденом, монгольские конники юго-восточнее и китайцы в Китае как бы намекали, что северный медведь вполне может вернуть потери сторицей - а продолжающееся сопротивление в районе Хабаровска продолжалось. И забранные обратно Курилы, и вторая половина Сахалина, и разрушенный Петропавловск-Камчатский, хоть и были плюсами, но минусы перевешивали плохо. Тем более, что там опять всю славу забрал флот - пусть и совершив открытие, что советские управляемые противокорабельные бомбы, пусть и хуже американских, но тоже имеются и не так плохи. И речь не только и не столько о СБ-1М, сколько о специальных противокорабельных КАБ-436 и КАБ-5103.

Легкая КАБ-436

Тяжелая КАБ-5103

А так же их более новых версиях, допускавших самонаведение в обеих плоскостях. Правда, по-прежнему дистанция сброса составляла в лучше случае километры, а не десятки километров, как у амеров, так что потери советских торпедоносцев были огромными - из десятков атаковавших Ил-4 уцелели единицы.

Правда, таких потерь в корабельном составе, как на Филиппинах, не случилось, ну так и японская флотилия была на порядок меньше. И мало того, “хитрый лис” Москаленко сумел увести живым и целым(но уже без единого штатного самолета в авиагруппе) советский авианосец, последний крупный корабль советского ТОФ, каковой факт командир японского крейсерского отряда счел личным позором и совершил сеппуку.

Ну да потеря нескольких грузовых, лёгких и средних боевых кораблей, даже вместе с адмиралом, Императорскому Флоту была не страшна. Не радовало то, что это ни черта ни приближало ни победу над русскими, ни даже отход на исходные позиции с перемирием, как после Номонгана - русские дипломаты уже вежливо уведомили японских, что возьмут компенсацию в тех местах и объемах, в каких сочтут нужным. Например, всю Маньчжурию, для начала.

Отдельная история с отрядом специальных операций, то есть отрядами 100, 731 и иже с ними. Япония развернула бактериологическую войну против СССР ещё за три года до начала открытой войны, в 1944 году, но СССР этого не заметил. Наверное. Всё-таки несколько удивительно точных ударов покончили и с отрядом 731, и с отрядом 100.

Единственное, что, казалось, могло остановить русских - это действительно серьёзный разгром наподобие того, что устроили финны почти восемь лет назад. Но на просторах Маньчжурии постройка оборонительных рубежей не имела смысла... Точнее, новых рубежей - те, что были, русские смогли преодолеть. В маневренной войне русские не уступали, а первоначальное превосходство Императорской Армии в воздухе было преодолено уже в сентябре. На Забайкальском фронте сразу появились реактивные истребители Як-19, сдвинув все полки на поршневых Яках в сопровождение поршневых же бомбардировщиков Ту-2, догонять и перехватывать РБ-17 на прекрасных, но поршневых Ки-84 или слишком реактивных Ки-201 было так же проблематично, как в Европе. А ещё штурмовики Су-6, хоть и были поршневыми, но являлись отличными самолётами поля боя, смело смотрящими в лицо любой японской ПВО и любому японскому истребителю – у них-то в отличие от японцев броня была и очень хорошая, это не считая стволов и подвесок. А ведь и подвесок у штурмовиков хватало очень разных, от просто бомб и РС и вплоть до нескольких сотен кило неприятной “смеси” из ПТАБ-2.5 и ОА-8, после которых вся броня стояла прожженная, а всё небронированное было изрешечено осколками. А ещё винтокрылые крошки АК и ЭГ, работавшие с любых пятачков и превращающие не слишком мобильную и поворотливую советскую артиллерию в кошмар любого наземного противника...

Лёгкий вертолёт Эрлиха ЭГ

А ещё первый в мире широкофюзеляжный транспортник Т-117 всё того же уникума Бартини, бывший в Союзе чемоданом без ручки ровно до лета 1947-го – а после этого оказавшийся нужным как воздух, как хлеб, на транспортных линиях Дальнего Востока. А то, что его двигатели АШ-73ТК планировались для тяжелых бомбардировщиков Туполева – так и черт с ними с тяжелыми бомбардировщиками, как показала практика войны в Европе, а равно и на Востоке, шансы на выживание в современном небе у тяжелого бомбера с поршневыми двигателями стремятся к нулю: радары, реактивные перехватчики, вот уже и зенитные ракеты появились.

Лучше сделать хорошие самолёты-снаряды или додавить товарища Люльку на двухконтурный ТРД – а пока пусть справляются машины товарища Ермолаева, пережившие в серии уже две глубоких модернизации и после нескольких смен двигательных установок получившие совсем новые двигатели - авиадизели АЧ-30Б и по два дополнительных реактивных двигателя на каждый дизель с приводом турбин от выхлопных газов авиадизелей. Такие установки имели индекс Э-3130 и ставились на все производящиеся с 1947-го и капитально ремонтируемые Ер-2, позволив поднять максимальную скорость до 570 км/ч, даже выше, чем у варианта с АМ-37, а крейсерскую до 490 - и это при практическом сохранении дизельной дальности в 5000 км, правда, или-или. И пять тонн полезной нагрузки даже по сравнению с Б-29 смотрятся не так уж плохо - правда, опять в варианте или-или: на полную дальность Ер-2 несёт только тонну, а максимальные 5 тонн тащит совсем недалеко, ну да одна СБ-1М тоже неплохо.

А ещё всё тот же Р опять же Бартини, «ЦКБ НКВД». Секрет секретов, но ракетолёт и правда уже летал. И каждый, каждый следующий шаг к звуковому барьеру открывал сто-олько нового и необычного, что коллеги конструктора Бартини не забывали регулярно поминать его добрым словом, внося исправления в проекты и чертежи. В текущей конфигурации, с ТРД и действительно способный выйти на сверхзвук, он уже совсем не напоминал тот, первый набросок.

О чём ещё японцы не знали, будучи свято уверены в том, что за морем и выжженными землями русского Дальнего Востока им удастся отсидеться - о продолжающихся работах Архипа Люльки.

То есть, конечно, тихоокеанского флота у русских больше нет - но при наличии хороших бомбардировщиков и успехах ядерного проекта с Японией можно было легко сотворить то же самое. Даже в одиночку.

А Архип Люлька, между прочим, первоначально, еще в 30-х, предлагал не просто турбореактивный двигатель, а двухконтурный. И для ТР-2 второй контур отрабатывался параллельно отработке основного.

И вот парадокс - в 1947 году и ТР-2, и ТРД-1 были готовы одновременно. Парадокс двухконтурности - воздух во втором контуре не просто же так нагревается теплом первого контура, он ведь отбирает тепло у стенок первого контура, весьма эффективно их охлаждая, и тем заметно облегчая им работу. И тем выше можно разогреть пламя первого контура, и тем эффективнее будет второй... И форсажная камера, что характерно, по-прежнему может быть пристыкована.

Однако же, вернемся к самолёту. Мясищевский М-2, с ТРДДФ приобретая индекс М-3, легко и непринужденно увеличивал и дальность полета со среднебомбардировочных двух с половиной тысяч км до почти пяти тысяч, как у Ер-2 - и при том был вполне знаком пилотам, освоившим РБ-17. И еще вдобавок к этому обладал скоростью в девять с лишним сотен км в час против восьмисот с хвостом у турбовинтового еще не сделанного Туполевым конкурента! И грузоподъёмность не страдала совсем, ФАБ-5000 он теперь поднимал.

Впрочем, когда это отличные летные характеристики были важны в подковерных играх. Не помогли они ни И-180, ни И-185, ни многим другим машинам, которым не повезло с конструктором - хорошим конструктором, но плохим интриганом.

Но М-2 в серию готовился как модификация РБ-17, такое можно было протащить гораздо легче, так что и у него оказалось будущее, и у М-3 тоже - и оно несло японцам неприятные вести.

А, да, и ведь ещё был наконец готов нормальный турбовинтовой двигатель. Опытный-то, почти как у венгерского Ендрашика, только на пару лет позже, турбовинтовой двигатель разработки Уварова, Э-30-80, 650 л.с. на валу и 160 кгс тяги, с 1943 года испытывался и набирал статистику - а к осени 1947 года у ЦИАМ был уже практически готов нормальный двигатель Э-30-81А, на 3500 л.с. общей мощности (да, тут они немного схитрили, ведь реактивная часть тяги имеет прямую зависимость мощности от скорости, и нетрудно взять правильную, достаточно большую скорость).

И да, под этот мотор Туполев с 1943 года делал тяжелый бомбер. То есть как - Ту-10, самолет 64, делали под поршневые моторы - АМ-43, АШ-73 - но с ними он заказчику не нравился. Хотелки у военных всё росли, особенно после шапочного знакомства с "Терминаторами" и европейскими достижениями, и если по оборудованию и нагрузке более-менее всё выправлялось, то со скоростью был швах, даже до Б-29 не дотягивали. И тут на тебе, мотор в полтора раза мощнее и с реактивным выхлопом.

Ту-10 с АМ-42

И с этим мотором он заказчика внезапно и наконец-то удовлетворил. Шутка ли, максимальная скорость до 800 км/ч дотянулась на первом же опытном образце. Правда, ресурс у двигателей был мал, ну да на один короткий полет хватает уже сейчас, и потом обещают больше.

Кстати, у Мясищева тоже был проект тяжелого четырёхмоторного бомбера, но из-за плотной загруженности работами по РБ-17, М-2 и М-3 он отстал, да и не так уж хорошо выглядел ДВБ-202 против “Ту-шки” - и уж ему-то мысль про то, что “тяжелые бомбардировщики не нужны” сообщили.

А ещё Э-30-81А был неожиданно предложен Петлякову под штурмовик.

Вообще история Петлякова и КБ завода №39 довольно печальна. Примерно как ЦКБ Ильюшина, который лишился темы бронештурмовика и жил только доработками Ил-4, созданием нормального Ил-4 с рабочим индексом Ил-6 и серийным Ил-4М. А, ещё и разработкой нового БШ с реактивными двигателями. Но у Петлякова не было и того.

Самолётов Пе-2 было выпущено приличные несколько тысяч, но после появления превосходящего во всех отношениях Ту-2 производство Пе-2 на заводе в Филях было прекращено. Производство Пе-8 после выполнения французского контракта тоже прекратили. Петляков вернулся к исходному ВИ-100 и всё-таки сделал хороший двухмоторный ночной барражирующий перехватчик - с радаром серии “Гнейс” и другим сверхсовременным оборудованием. Пе-3 имел свою серию, как и радарная версия МиГ-5, но не слишком большую, несколько сотен машин с 1942 по 1945 годы, так что завод 39 с 1943-го выпускал ракетные перехватчики Бартини, а позже, вместе с заводом 125, и реактивные бомбардировщики Мясищева.

У Петлякова по сравнению с остальными конструкторами был доступ к новейшему оборудованию и новейшим подходом. Реактивные двигатели, авиационные радары, гермокабины, трансзвуковая скорость. И очень плохой опыт. У многих авиаконструкторов он тогда был, но Петлякову, как говорится, “отбили инициативу”. Без его работы не взлетел бы ни 114Р, ни Р во всех четырех вариантах, ни РБ-17, ни даже Ту-10, но своей машины, кроме Пе-3, у него не было.

Но в 1945 году к нему обратился Уваров, пристраивая свой турбовинтовой двигатель, и Петляков взялся за создание тяжелого штурмовика.

Мало какому классу самолётов меньше нужны гермокабины, высокая скорость и бортовые радары, чем штурмовикам.

Однако же Петляков взялся и за пару лет сделал.

Одномоторный самолёт с обьёмным фюзеляжем, двумя соосными винтами, реактивными соплами по бокам фюзеляжа, грузоподъёмностью в две с хвостом тонны и скоростью в 600 с небольшим км/ч взлетел летом 1947 года. Сразу как предоставили двигатель, способный проработать хотя бы полчаса.

Отдельной шуткой стал тот факт, что повторился финт с вердиктом испытателей - одни превратили истребитель ВИ-100 в бомбардировщик Пе-2, а здесь же вердикт был “штурмовик плохой, но вот бы ему ещё штурмана, палубный гак, гермокабину и радар...”

Да, на советские легкие авианосцы было не впихнуть реактивные машины, разве что гибриды, но универсальный лёгкий носитель всего подряд, от глубинных бомб до мощного радара и самолётов-снарядов, как показали бои на Тихом океане, был очень нужен. И помощнее, и побыстрее, чем Че-4.

На втором лётном образце пилот съехал вниз и вбок, оба члена экипажа разместились по сторонам от вала двигателя в широкой кабине, шасси получило носовую стойку...

Не только реактивные самолёты относились к новейшим технологиям 1947-го года. Ещё одним техническим прыжком было создание в СССР стержневых радиоламп Валентином Николаевичем Авдеевым.

Точнее, опыты этого инженера, ставшего начальником лаборатории на радиозаводе, начались ещё раньше. Но к 1945-му у него уже был отработан принцип, а в 1946-м в производство пошли первые стержневые лампы очень специально военного назначения - магнетроны для радиолокаторов. Другое дело, что и другие задания тоже надо было выполнять, так что за год номенклатура стержневых ламп выросла с пары наименований до полутора десятков - только такой подход позволял заводу хоть как-то почти-почти выполнять заведомо нереальный план по радиолампам. А уж после начала войны и заказов Лиги как бы не бОльшая часть советских радиоламп стала выполняться в стержневом виде. Потому что легче, проще, заметно менее трудоемкие, с куда более низким энергопотреблением и куда более высокой надёжностью. Короче, там, где американская и европейская промышленность справлялись обычными сетчатыми лампами, советская справилась только стержневыми. Зато такие лампы позволяли даже создать радиовзрыватели для снарядов крупнокалиберных зениток. Пока что - в теории и техническом задании, но это пока.

Штурм осажденного Мукдена, приуроченный к дате Великой Октябрьской Социалистической Революции, был, пожалуй, избыточно поспешным - к седьмому ноября не успели подойти ни новые части, чтобы сменить измотанные долгим наступлением полки и дивизии, ни подвезти достаточно боеприпасов и техники (впрочем, сколько бы этого добра не привезли, всегда мало) - но к вечеру 7 числа Жуков сообщил в Ставку Главнокомандующего, что Мукден взят. Северная группа японских армий, по его докладу, была теперь надёжно отрезана от линий снабжения. Не совсем так всё было - жд пути отрезаны были ещё до захвата Мукдена, в процессе блокирования, а вот с автодорогами всё было не так однозначно. Всё-таки восточная и приморская группы японских армий, пользующиеся захваченным Транссибом между всё ещё осаждаемым Хабаровском и полуразрушенным Владивостоком, захвата Мукдена практически не заметили, а в обход Хабаровска уже имелся какой-никакой путь. Но всё-таки и правда заметная победа. Дальше всё было более-менее понятно - на север, на Благовещенск, и потом вдоль Транссиба, восстанавливая его, к Хабаровску... Да, японцы это тоже понимали. Но с сухопутными войсками у них было грустно, равно как и с тем, что даже на уже захваченных русскими и монголами территориях находились очень важные для Японии ресурсы и промышленные мощности - что уж говорить про то, что теперь попадало в радиус действия советских джетов.

Европа. Третий удар

Ноябрь в Европе же ознаменовался ударом по Франции. Уже третьим ударом - если считать Странную Войну.

Всё же прекращение поставок тех же зениток с чешских заводов было очень болезненно. Французские с самого начала войны почти полностью прекратили поставки, и даже создание заводов с нуля в южной Франции помогало не особо. А после океанской блокады единственным поставщиком стал СССР – и в его текущих предложениях ничего сравнимого с СуперНимродом не было. Самоходные установки на шасси лёгких танков – да, но с одним стволом, 37-мм, советской разработкой на базе Бофорса. Спаренные 25-мм установки ещё встречались, только даже без бронешасси, так, на машинах. Вот пусковые для зенитных РС, пусть похуже, чем «Тайфуны», они были готовы гнать буквально пачками, как и сами ракетные снаряды. Правда, без радиовзрывателей – хотя и пытались купить такое у венгров, и даже смогли, но пока не предлагали.

В общем, несмотря на стабильное, относительно, взаимное перемалывание на французском фронте, немецкие нетоварищи сумели накопить ресурсов, натащить из Швеции руды, из Англии всякие редкие вещества, поставили под ружьё ещё пару сотен тысяч резервистов и врезали.

Фронт рухнул, как оборона линии Мажино некоторое время назад. Под контролем романской лиги и французского правительства – как шутили в немецких газетах, итальянского департамента южной франции – осталась лишь южная треть территории государства. Потери лигистов резко подскочили, в мясорубке над Парижем и далее были потеряны многие самолёты и окончательно погибла идея запустить в производство французскую новую технику. И даже боевое крещение первых итальянских турбоджетов Реджиане Re.2008, пусть и с советскими ТРД, не радовало. Слишком их было мало, и повлиять на ситуацию они практически не смогли. Несколько удачных перехватов, не более.

И когда в штабах Лиги паника не поднималась уже, а просто стояла, через неделю после начала наступления, примерно ко времени, когда самые здравомыслящие французские и итальянские генералы предполагали замедление немецкого наступления и его плавную остановку, французскому правительству было явлено предложение в лице английского посланника. «Несмотря на многие ранее произошедшие недоразумения» и так далее, французам предлагалось сдаться, получить обратно занятые немцами территории и вступить в войну на стороне противника. А, ну и ещё сущая пара мелочей вроде контрибуций и закрытия глаз на то, что творили немцы и англичане – например, на рекрутинг французских граждан в немецкие войска, порой добровольный, а порой не очень – и не в войска тоже.

Увы, но ответ англичанам от лица французского правительства давал генерал де Голль, и был он не слишком приятным. По форме правильным, этого не отнять, а по сути – издевательством. Чем-то вроде «идите к чёрту, нацисты», если переводить с дипломатического. Да, нельзя не отметить, что он тоже относился к здравомыслящим.

Правда, что делать с немцами, было по-прежнему непонятно. Фронт и так уже держали колониальные части – те, что можно было выдернуть из Африки, ведь и там приходилось воевать. Бросить флот на перерезание коммуникацией немцам с Англией и Скандинавией – все равно что выбросить. Дальней авиации, которую бы не сбили прямо сразу над линией фронта, у них тоже не было. Ладно TB7, но закончились даже новейшие итальянские Пьяджо Р.133 - неплохие машины, на уровне английских “Горцев” и даже выше, но против перехватчиков Me-262 с ракетами - почти беззащитные. Тем более, что в имеющихся количествах сбиться в защитную “коробку”, подражая Спарвьеро, отбивающимся от Гладиаторов над Мальтой в 1939-м, было нереально - слишком мало их было даже в самом начале.

И могучей промышленности, которая бы позволила стереть немцев просто артиллерией, как в первой мировой, уже тоже не было.

Из возможных вариантов длинных рук остались только диверсанты и... Да, какое-нибудь чудо-оружие. Благо все материалы и людей французской части ядерного проекта с оккупированной территории успели вывезти, да и самолёты-снаряды в истории были. Как итальянские опыты, например, с самолётом AR.

Но здесь точно нужен был джет. Как минимум.

А ещё лучше – что-нибудь неперехватываемое. Космическое. Баллистическая ракета.

Вот только тут было даже хуже, чем с зенитной ракетой. Нет, с управлением здесь даже проще – а вот с двигателями... Инженеры группы Эсно-Пельтри имели рабочий двигатель на жидком кислороде в 1,24 тонны и постоянно взрывающиеся образцы на тягу в два раза больше. А тонны с четвертью было бы мало даже для ракеты «Тайфуна», пороховой двигатель которой развивал тягу до двух с небольшим тонн. Хотя... Килограмм пятьдесят уже километров на триста можно было бы закинуть. Да и кто сказал, что можно поставить только один двигатель? Или только одну ступень? Эсно-Пельтри знал, о чем говорил – он ещё в 1928 году рассчитал параметры ракеты на дальность в 600 км. Только до этого момента его всерьез не принимали – а вот зато теперь...

Ну, его коллега с другой стороны фронта, Вернер фон Браун, мог бы сказать, что от этого «теперь» до его большой летающей А-4 нужно года три минимум, а лучше 5. И то, А-4 боевой не посчитали даже партайгеноссе Гитлера – так что последние годы, с 1944, они медленно и натужно пилили ракету А-5: попроще, подешевле, понадёжней, поточней, с отделяемой головной частью и несущими баками - правда, и погрузоподъёмней. Ожидать от Эсно-Пельтри большего и быстрее было бы странно.

А может, и не джет, и не баллистическая ракета. Двигатель Ендрашика Сs-3E оказался отличным двигателем - реактивная тяга около 1000 кгс, и ведь ещё и мощность на винтах почти 2000 л.с. И работал он на всём, что горело - бензин, керосин, солярка, мазут, светильный газ... В этом изрядно помогали созданные Эсно-Пельтри специальные форсунки - пусть и даже с ними требовалась каждый раз при смене топлива настройка двигателя, да и на топливе, отличном от качественного авиакеросина, мощность становилась меньше. С учётом дефицита топлива на европейском ТВД - как из-за активного потребления, так и из-за взаимного разрушения топливохранилищ - очень своевременно. Серийное производство началось ещё в конце августа, но только в октябре стали производить десятки двигателей в день, а ресурса стало хватать хотя бы на несколько полётов.

Его было не поставить на одномоторник, но двухмоторные машины, хотя бы и старые “Лоси”, становились заметно быстрее. Вот только оставалось их не так много - так что в переделку под ТВД вставали почти все двухмоторники, которые можно было ещё поднимать в воздух.

Хотя и на одномоторник, ту самую длинноносую-длиннокапотную “Дардо” от Амброзини, тоже смогли впихнуть, выведя сопла по бокам фюзеляжа. И пусть и SAI.407 тоже осталось не так много, как хотелось бы, но ведь можно было и заново запустить производство не таких и дорогих машин, не так ли?

Так что в ноябре на фронте немецкие Пфатцы и Швальбы встретились со старыми знакомыми, которые на этот раз были нехарактерно быстрыми. Впрочем, удивление закончилось уже через несколько недель, примерно к остановке немецкого наступления. И заметным потерям в воздушных боях - маневренность Дардо никуда не делась, а вот стабильная реактивная тяга в бою решала проблему недостатка скорости, так что теперь ловить не такие уж и маневренные Hе-162 было вполне возможно. Ну, если не считать, что Дардо всё-таки не был приспособлен к высоким скоростям и потому пилоты турбомодификации регулярно бились то из-за затягивания в пикирование, то от флаттера на высокой скорости отлетали крылья или другие важные части. А ещё выпрыгивать из Дардо при работающей турбине было смертельно опасно - выхлоп в тысячу с лишним градусов по бортам фюзеляжа испепелял всё.

В принципе, в немецкой тактике истребителей даже не изменилось ничего, бей-беги, просто теперь бежать приходилось быстрее и дольше.

А вот что изменилось, так это качество применения тактики. Пфатцы He-162, основные истребители и пикировщики Германии, требовали пилота квалификации средней и выше... И вот с ними в Германии к концу наступления, похоже, назрел кризис. Качество пилотов снизилось настолько, что это стало заметно в воздушных боях - пилоты куда хуже управлялись с довольно сложными машинами, хуже целились и хуже убегали.

Странно это было. Потери Люфтваффе конечно же несли... Но не такие. Даже после появления “Тайфунов” и “СуперНимродов”.

Куда же делись элитные пилоты, пилоты-асы?

Не на африканский фронт, это точно. Там продолжалась текучка - и пусть не в пользу Лиги, но не однозначный окончательный разгром и даже не особо подвижная.

На палубы британских авианосцев? Там потери были огромные, но в относительных величинах относительно состава авиагрупп, а если числом - то не более двух сотен. Пилотский резерв флота Её Величества позволял и не такие потери компенсировать, да и сидящих на берегу полков Royal Navy было в достатке.

Оставалась одна и скорее всего правильная мысль - немцы собирают очередной ударный кулак. Но куда? Снова на Францию? На Чехословакию? На Польшу? Ну последнее точно нет, там по-прежнему дружественные интервенты стоят, и атака на них - это атака на Советский Союз, а с ним даже границы у Германии толком нет, не считать же границей базы на Моонзунде и Балтийское море? И недружелюбных к Союзу скандинавов даже если считать, всё равно это не граница.

Так было

На море между англо-японцами и США тоже возникли непонятности.

Обе стороны, убедившись в том, что надводные корабли слишком уязвимы, двинули вперёд подводные лодки... И пусть английская морская торговля была куда более масштабной и уязвимой, но почему-то противолодочная оборона оказалась куда лучше у американцев. Английские - и японские - подводные лодки просто пропадали в какой-то момент.

А всё потому, что ещё по опыту первой мировой в США сориентировали цель разработки их самонаводящейся торпеды на возможную охоту за субмаринами. Mark 24 FIDO, небольшая торпеда в 300 с небольшим кг, могла маневрировать по глубине, уверенно поражать подводные лодки и даже небольшой вес БЧ не был проблемой при атаке субмарин.

Несли их патрульные “Каталины” PBY-5, разведчики PB4Y и PBB-1, а также противолодочные дирижабли тип К.

PBY-5 Catalina

Дирижабль тип К

Потеряв бесследно больше десятка субмарин, англичане были вынуждены отозвать свои субмарины. Им было бы проще, если бы хоть кто-то в том конвое, что погиб после битвы авианосцев, применил такую торпеду - но нет, к моменту атаки субмарин никого с такими торпедами не осталось.

Японцам было проще - их подводные лодки ещё не замахивались дальше Филиппинского барьера. Вот только американские лодки уже добрались до японских конвоев... А с ПЛО у японцев было по-прежнему плохо.

У Флота Её Величества противолодочная оборона была пусть и хорошей, но всё же хуже американской. Однако она справилась с несколькими обнаруженными атаками подозрительно легко и без потерь.

Проблема вылезла у неожиданной стороны - у американского флота оказались очень плохие торпеды. Настолько плохие, что не удалась ни одна торпедная атака.

***

Стороны сидели по разные стороны океанов и подозрительно смотрели в эти самые океаны.

Японцам было хуже всех - у них и на суше шло очень плохо, несмотря на сожжёный дотла Хабаровск(последние 114Р из 3 ИАП ПВО в очередной раз показали, что поршневые бомберы против реактивных, тем более - “зенитных” ракетных перехватчиков не тянут, но возвращаться им было уже некуда), разрушенные Комсомольск и Совгавань и в целом, и на море были проблемы и для надводных, и для подводных кораблей.

Британцам нехорошо - европейская мясорубка встряла в мёртвой точке, успех в колониях ещё нужно было использовать, а океан тоже стал недружелюбным местом.

Америке грустно - сотни субмарин в океане вполне могли бы наглухо изолировать японцев и сделать то же самое с англичанами, но отсутствие пригодных к использованию торпед превращали их в почти бесполезные коробки. А надводный флот выпускать опасно - чревато и потерями, и бунтом.

Польша?

Понемногу открылась тайна, куда и для чего собирали немцы свои элитные авиачасти.

На оккупированной территории Польши в конце ноября образовалось некое “Польское Национальное Хозяйство”, которое потребовало от Советского Союза передать ей незаконно оккупированные земли Кресов Всходних, а правительство Мосцицкого вообще объявило незаконным. Литвинов в ответ сообщил, что советские силы находятся там по приглашению легитимного правительства Польши и всей Римской Лиги исключительно с целью поддержания мира и порядка, так что, уважаемый посол, ПНХ.

Когда немецкие силы, “защищая союзников”, ударили по восточной Польше и расквартированным там советским интервенционным силам, то эффект слабо отличался от того, какой получался при атаке на французов или поляков. Конечно, шесть лет мира - это шесть лет мира, и компетентность низшего уровня выросла очень значительно - солдаты наконец-то изучили устав, а рабочие всё-таки научились работать, но...

Группа советских войск в Польше в первый же день понесла потери в более чем половину списочного состава. Конечно, изрядная часть этих потерь приходилась, например, на технику, которой по факту просто не было, вроде вконец изношенных старых танков, давно разобранных на запчасти - но и потери вполне качественного снаряжения и личного состава превышали все предположения.

Вместе с тем и немецкие войска не собирались давать возможностям советским войскам собраться с мыслями, не познакомив предварительно со всеми возможностями вермахта - Люфтваффе, весьма эффективно применяющие “свистки” и самолёты-снаряды, аэромобильные части с вертолётами, радиоразведка, набравшаяся опыта за полгода войны в Европе... И если в воздухе всё-таки было не слишком плохо, то на земле - просто швах. “Свистки прорвутся всегда”(с).

Восточная Польша была полностью занята за неделю. От исходного состава ГСВП до советских территорий дошло меньше 20%. Войска Лиги отступили на территорию Чехословакии в бОльшем порядке и сохранили больше половины сил и техники.

На советской границе немецкие войска остановились. В Москве посол Польского Национального Хозяйства лучился радостью, сообщая о том, что забытые Красной Армией ценности будут возвращены владельцам в скором времени и что к Советскому Союзу претензий нет никаких.

У Советского Союза претензии были, но озвучивать их было неуместно. “Успехи” в Польше и война на Востоке намекали, что сейчас не время.

Чудо-оружие и его носители

Ядерные программы США, СССР, Англии с Германией, и Римской Лиги к концу 1947 года находились на отметке "уже почти готово". Должно было быть просто готово, но не успели. Ни Ферми с Жолио-Кюри в Лиге, ни Флеров сотоварищи в СССР, ни Сцилард с Оппенгеймером в США, ни Фукс с Резерфордом в Англии (и Германии). Оно уже было почти готово, но итальянца, самого быстрого из них, притормозила начавшаяся война, сдвинув сроки на полгода минимум, а остальные и так опаздывали. Возможно, для того, чтобы притормозить Лигу, война и началась на самом деле...

Ещё атомный проект был у Японии, но они начали позже прочих, в 1944-м, не вошли в плотную кооперацию с англичанами, а самостоятельно у них сделать хотя бы урановую бомбу к началу войны всё ещё не получилось, а после советского наступления в Маньчжурии и вообще стало не до того.

Вопрос был в носителе. И на этот вопрос в каждой державе ответили по-своему.

То есть по умолчанию считалось, что нести атомную бомбу должен атомный бомбардировщик, да. Дальний и тяжелый.

Но вот с подходящими бомбардировщиками было интересно. В Союзе уже почти были М-3 Мясищева и Ту-10 Туполева, способные с Бомбой летать весьма быстро, пусть и всего на 5 тысяч км, в Англии всё было весьма хорошо, а в США были своя атмосфера.

Дальние бомбардировщики в США имели длинную историю. Но сейчас важна её последняя часть, от реликтов 30-х Б-17 и Б-24.

Дальний бомбардировщик B-17E, самая крупносерийная версия Flying fortress, целых сто пятьдесят машин.

Дальний разведчик B-24B/PB4Y Privateer

Эти самолёты взлетели ещё в тридцатых - "Летающая крепость" в 1937-м, "Приватир" в 1939-м. Скорости в 400 с небольшим километров в час, дальности в 7 с половиной тысяч км у творения Консолидейтед и 5 тысяч с третью у результата работы "Боинг", две тонны бомбогруза у обоих. Турбокомпрессоры. Более чем хорошие машины, если бы большая война началась в 1939-м. Что-то ограниченно пригодное на не очень боевые роли вроде океанских патрульных для войны, начавшейся в 1947-м.

Неудивительно, что первый развернутый серийный выпуск этих бомберов, начатый в 1939-м, в 1940-м был свернут обратно. Ограниченный выпуск продолжался до 1943 года.

Замена, кроющая их на голову, была предложена ещё в 1940-м, по заданию на Very Long Range бомбер, и даже с опережением задания. И не в единственном экземпляре. Боинг B-29 Superfortress и Консолидейтед B-32 Terminator совершили первые полеты в конце 1942 года.

B-29 "Суперкрепость"

B-32 "Терминатор"

Но в историю они в основном попали как целые скопления новейших технических решений и технических же проблем. Самолёты прямо с завода отправлялись на ремонт и доработки, а проблемы с моторами R-3350 в итоге вынудили перейти на спаренные Аллисоны V-1710 под новым именем V-3420.

B-39 - B-29 с моторами жидкостного охлаждения Allison V-3420-11

“Суперкрепость” под индексами B-39 и PBB-1 (для флота) и “Терминатор” под индексом B-32 и PB5Y выпускались с 1944-го, и до наступления эры джетов считались, да и были вполне достойными поршневыми бомбардировщиками со скоростью, как у истребителей начала сороковых, и мощным оборонительным вооружением(хоть и глючным). Мало того, американские генералы уверенно считали, что кроме как на поршневых двигателях нет вариантов создать дальний и тем более межконтинентальный бомбардировщик. Ну, это они про ТРДД не знали и о ТВД не догадывались.

Ну, даже уже при наступившей эре джетов-перехватчиков, широко распространенных радаров и управляемого оружия иных вариантов особо не просматривалось.

Это, правда, не помешало ВВС США заказать разработку джета-бомбардировщика B-47, но в 1947-му году, в декабре, он только начинал испытания.

Опытный XB-47 в полёте

Что характерно, изначально он не имел стреловидного крыла, как конкурент B-48, но в 1945 году один из инженеров привёз из Советского Союза данные по стреловидным крыльям, полученные буквально в разговоре на приёме в Кремле, и проект срочно переделали - да и на двигателях появились форсажные камеры. К слову, конкурент ещё и отставал не только по характеристикам, но и по срокам.

Но это было в любом случае на далёкий КТТС, как шутили в одних близких к авиации кругах. А ожидать в серии вот чтоб прямо через 2 недели что-то более серьёзное, чем Б-39 или Б-32, можно было только хотя бы одну из трёх очень разных машин, объединённых назначением “стратегический бомбардировщик” и главной характеристикой “дальность”

Летающее крыло Нортропа B-35, “десятитысячник” B-36 и усовершенствованный B-29 под именем B-50.

B-35

B-36

B-50 - он же B-29C

Последний отличался от конкурентов тем, что его крейсерская скорость превышала 500 км в час, а не болталась около 300 км в час, а ещё тем, что между всё-таки почти серийным бомбером и полуопытными образцами очень большой путь, который Б-50 уже прошёл под другими именем. Правда, и нёс он всего 10-12 тонн, а не 20 и не 40, как летающее крыло и как Б-36 соответственно.

И пусть летающее крыло Б-35 имело попросту множество поклонников, а Б-36 брал грузоподъёмностью, но скорость и отлаженность имели значение, а для Бомбы хватало и 10 тонн.

Правда, грузоподъёмные, но медленные и сложные машины нашли неплохую замену скорости - подвесной истребитель.

XP-85 Goblin - подвесной истребитель.

И за скоростную доводку идеи подвесного истребителя, в аккурат к концу 1947-го, американцы должны сказать спасибо советским консультантам, из тех, что ещё десять лет назад успешно строили “Звено Вахмистрова”.

Звено-5 - ТБ-3 и 5 истребителей

Благодаря им производители Б-36 и Б-35 могли пожимать плечами и говорить “Ну да, летим медленнее. Но долетаем вдвое дальше, несём втрое больше и можем прихватить с собой истребители для защиты”. Правда, подвесным истребителем стал не Гоблин, а более обычный эскортный джет P-84 “Тандерджет” - американский ребилд Яка-19, прошедший в 1945 году испытания и в конце того же года начавший поступать в боевые части. Да и не подвесным, а прицепным всё же.

P-84 Thunderjet

Впрочем, даже с таким оснащением B-35 и B-36 не могли занять основное место в ряду носителей Бомбы. Второе - вполне. Особенно с учетом, насколько недружелюбен нынче океан. Но первые ряды оставались за надёжным, отлаженным и серийным Б-50.

***

С бомбардировщиками было интересно и в Англии.

По результатам Странной войны был сделан отличный бомбардировщик, готовый уже в 1941 году, Авро “Ланкастер”.

Но это была машина родом из тридцатых и с американскими машинами, например, могла сравниться только с Б-17 или Б-24, тот же Б-29 был уже заметно лучше. Все остальные заготовки вроде “Веллингтонов” были ещё хуже.

Конечно же, прогресс не останавливался.

Например, был создан улучшенный “Ланкастер” - “Линкольн”, с более мощными двигателями и большей дальности.

Авро Линкольн

Или вариант с вдобавок полностью переделанным фюзеляжем и хвостовым оперением Avro Shackleton:

Но даже самый совершенный из потомков “Ланкастера” имел скорость ниже 500 км/ч с грузом и дальность ниже 5000 км. Не то, что требуется, чтобы начать и выиграть европейскую войну в двадцатом веке. Своя ниша у них, конечно же, была и кроме бомбардировщиков - авиатранспорты, морские патрульные...

У “Ланкастера” был конкурент от “Виккерса” - “Виндзор”. Он был лишь чуть хуже, но... То же самое “но”, что и в случае с даже “Шеклтоном”. На вершине развития они оба еле-еле дотягивали до американских бомберов Б-32 и Б-39 - и несли те же самые уязвимости.

Для тех, кто так или иначе начал Большую Войну, этого было бы недостаточно.

Было бы недостаточно даже варианта тяжелого бомбера из списка выше с высотной кабиной и агрегатом центрального наддува, то ли упёртого с ТБ-7 у русских или итальянского Пьяджо P.130, то ли придуманного независимо. Несмотря на характеристики.

Avro Highlander с гермокабиной и агрегатом центрального наддува

С другой стороны, эти ребята уже вполне могли решать проблему накрытия всех стран Лиги прямо из Англии и для этого были и предназначены. Вполне - “Хайлендеры” могли доставить почти пяти тонн груза на высоте 12 тысяч метров и со скоростью 500 км в час с боевым радиусом в 2 тысячи километров - или почти 4 тысячи, если не возвращаться в Англию, а приземлиться например, в Египте.

Учитывая результаты работы над джетами в Лиге, о которых в Лондоне вполне достоверно знали и вполне обоснованно не боялись, это была бы вполне неплохая помощь.

Однако почивать британцам на вот этом достигнутом уровне не давали немцы. Например, предложив в 1943-м проект тяжелого бомбардировщика Та-400.

9000 км дальности, 500 км/ч крейсерской скорости, 10 тонн полезной нагрузки. 6 поршневых BMW-801 и два реактивных двигателя Jumo-004.

Или вот стотонный монстр, разработанный в “Бристоль”

Или другой стотонник из “Виккерс”.

С другой стороны, на настоящий носитель чисто бумажный проект Танка тянул с трудом. Да и остальные монстры тоже.

Для Англии настоящей палочкой-выручалочкой стала “Канберра”. Реактивный бомбардировщик.

Джет, способный нести одну Бомбу или две УПАБ на 800 км/ч крейсерской скорости и с дальностью в 5000 км. Идеологический потомок “Москито”, даже после начала реактивной эры остающегося в строю как "Джет Москито". То, до чего Мясищеву пришлось РБ-17 доводить буквально годами, англичане сделали практически со второго раза и с 1945 запустили в серию. Всё-таки отсутствие оборонительного вооружения очень сильно облегчает создание самолёта.

К весне 1947 года “Канберрами” были оснащены все ключевые авиачасти RAF. Далеко не все, но для быстрого подавления сопротивления Лиги по расчётам должно было хватить.

***

Но нельзя не отметить, что вопрос “А долетит ли?” нынче волновал всех.

Так что альтернативные способы доставки как минимум обдумывались.

И речь о импровизированном самолёте-снаряде, например, том же бомбардировщике на радиоуправлении - вроде американского проекта BQ-7 “Афродита” или советских ТМС - заходила разве что только в США. Но имелись альтернативы.

В Германии, например, уже имелась баллистическая ракета на тысячу кг полезного груза и до трёхсот километров дальности - и много лет делалась ракета на пять тонн хотя бы на ту же дальность, та самая А-5 - отделяемая головная часть, кислородные баки с теплоизоляцией, сбрасываемой на старте, и сразу 4 двигателя.

Но это был уникальный случай. В основном нацеливались на крылатые ракеты.

В США была крылатка JB-1 c ТРД. Скорость около 700 км/ч, дальность около 1000 км, полезный груз... Вот тут была проблема, JB-1 несла полторы тонны. Впрочем, Нортроп обещал масштабировать ракету в три раза к лету 1948 года. А плохая точность при наличии ядерного боезаряда критической уже не являлась.

JB-1 Bat

В Советском Союзе были ракетолёты Бартини, и переживший много переделок потомок Р под индексом БС-4 (Бартини сверхзвуковой 4 образец) действительно мог выходить на сверхзвук. Ненадолго. Неудивительно, что очень хотелось сделать из него носитель для Бомбы - неуязвимый, сверхзвуковой, высотный.

А ещё свою баллистическую ракету на первом сверхзвуковом прямоточном двигателе - ракета “025” - делал собственно создатель ПВРД Бондарюк. Но у него пока получилась только очень дальнобойная “Катюша”, на 70 км. Тоже очень неплохо, но от 50 кг полезного груза до 5000 кг - очень длинный путь.

У ракетолётов Бартини до носителя Бомбы путь был короче.

Это не помешало Бартини, после возвращения от темы транспортников к сверхзвуковым машинам в 1945-м, уже примерно нарисовать Носитель - сверхзвуковую крылатую ракету - и его лётный прототип, названный БС-5.

Проблема утыкалась в стартовый разгон - этот 30-тонный летательный аппарат нужно было сначала разогнать каким-то другим способом до сверхзвука. Классический способ для этой серии - на ЖРД - утыкался в проблему отсутствия настолько мощных ЖРД, а совмещать ракетный двигатель и сверхзвуковой прямоточный на дозвуке не получалось. Твердотопливные разгонники? Таких больших тоже нет...

Как ни странно, самым мощным доступным двигателем был турбореактивный ТР-2. Один такой двигатель - в самой простой, бесфорсажной и одноконтурной модели - создавал тягу в 2340 кг. Применение второго контура и форсажной камеры разработки Люльки легко могло поднять тягу в два раза - но Роберт Людвигович выдал идею универсального воздушного контура, способного работать максимально эффективно от взлёта до максимальной скорости. От воздухозаборника и до сопла это была “всего лишь” труба вокруг ТРД(если одного, для двух или четырех труба делилась на отдельные воздуховоды), работающая вторым контуром и форсажной камерой одновременно, сопло уже было сложнее, а вот воздухозаборник был как раз тем, что и давало многорежимность и крейсерский сверхзвук - а ведь всего лишь подвижное центральное тело.

Конус почти задвинут - дозвуковой режим

Конус выдвинут на максимум - для дальнего сверхзвукового режима

И, конечно же, это было посчитано многими критиками очередной фантастикой. Как и практически все остальные творения Бартини. Однако же... Сталь-6, Ер-2, 114Р, и Т-117 говорили, что не всё так просто, и порой нужно воплощать фантастику в жизнь.

Вон тот же Яковлев чуть не проиграл под конец 47-го года с надёжным и отработанным Як-25, однако привычно прямокрылым и оттого слишком медленным на фоне более новаторских, стрелокрылых МиГа-15 и Ла, тоже пятнадцатого - если бы срочно не переделал второй прототип на тонкое крыло с высокой стреловидностью передней кромки, и вот теперь уже смог, при прочих равных, придраться к “валёжке” МиГа и “дубовости” управления Ла-15 и всё-таки пропихнуть в серию Як-25. Точнее, уже Як-27. Правда, МиГ-15, Ла-15 и Су-15 в серию тоже были запущены - некогда выбирать, война идёт! - а производство ТР-2Ф разворачивалось ещё на трёх заводах дополнительно.

В общем, БС-5 уже пристально смотрел в будущее из цехов опытного производства ЦКБ НКВД - а совсем другие люди из всё того же НКВД, которые делали Бомбу, задумчиво чесали затылки над требованиями к форме корпуса заряда - вместо характерных, увесистых, знакомых цилиндрических чушек требовалось что-то похожее на толстую, немного овальную стрелу. Конечно же, аэродинамика нескольких предложенных бомб была просчитана всё тем же Бартини.

Японский проект стратегических носителей тоже существовал - беспилотных аэростатов с часовыми механизмами. Но Бомб Япония не имела, предполагая разве что скорее зажигательные и бактериологические удары.

Первый боеспособный ядерный заряд США, “Fat Man”, был готов за 4 дня до католического рождества 1947 года. Советский РДС-1 отставал не более чем на дни. Английский “Blue Danube” шел с ним нос к носу. Лигистский “Canopus”, несмотря на проблемы - когда на химзавод падают бомбы, это всегда проблемы - должен был быть готов примерно к февралю.

Ракеты воздух-воздух

К встрече дорогих гостей с ядерными подарками лучше прочих были готовы именно англичане. У королевских ВВС, как у всех, не было управляемых зенитных ракет, но, в отличие от всех остальных, имелось целых два типа управляемых ракет “Воздух-воздух”, не говоря уже об опыте войны в Европе и организации там ПВО.

Ракета Artemis была самонаводящейся и очень лёгкой, так что её мог нести любой истребитель и бомбардировщик, на которым были подвески для трёхдюймовых ракетных снарядов RP-3 60lb - собственно, “Артемида” всего лишь добавляла к ним головку самонаведения и орган управления.

А ракета X-4, созданная немцами, требовала оператора для управления и сложного оборудования, но была значительно более мощной(в два раза) и дальнобойной(в два раза), так что тоже имела своё место в планах. Примерно как Сайдвиндер и Спэрроу в другой стране и другой эпохе.

Собственно, эти ракеты себя уже показали, уверенно поражая тяжелые бомбардировщики ВВС Лиги(Х-4) и с некоторой долей успеха другие цели(Artemis). Правда, почти до конца 1947 года противники, встретившиеся в воздухе с “Артемидами”, пребывали в уверенности, что их сбивают обычными РС с дистанционными трубками-замедлителями. Просто англичанам чаще везёт угадать с дистанцией запуска - или даже не угадать, а применить радиодальномер или радиовзрыватель, но в любом случае вопросы к разведке шли не про управляемые ракеты.

У остальных стран с УР В-В было плохо. С любыми управляемыми ракетами “воздух-воздух”. Вся надежда была на обычные РС, к которым у всех стран-участников были разработаны дистанционные радиовзрыватели. В разных количествах и качествах, но были.

Фронт и фронтовая авиация

Рождество 1947 года в Европе ознаменовалось резким и неожиданным, но очень удачным ударом сил Лиги во Франции.

Удары по засиженным немцами аэродромам невиданной и непонятно откуда взявшейся массой авиации, неожиданно мощные артиллерийские группировки именно там, где вермахту их видеть бы не хотелось. Было бы ещё лучше, если бы удар был нанесён ровно в то время, когда элита Люфтваффе была занята на Востоке - но не успели, слишком там быстро всё кончилось. Однако же резервов у немцев было маловато, а первоначальный успех был весьма крупным...

Конечно же, лигисты остановились. Польские танкисты на советских танках, французские артиллеристы с советскими пушками, итальянские лётчики на итальянских самолётах с советскими двигателями, или опять же на советских машинах - и что удивительно и необъяснимо, американские “Шерманы” и "Шутинг Стары" тоже присутствовали в заметных количествах. Но по крайней мере они опять увидели Париж. Новая линия взаимного перемалывания вновь прошла через его пригороды, правда, он всё ещё оставался с немецкой стороны фронта.

А ещё одной неприятной новинкой стало резко усилившееся ПВО Италии и южной Франции, а также Венгрии - тыла Лиги. Наконец-то радарные поля сомкнулись и образовали достаточно надёжную сеть, чтобы в неё не могли проскальзывать британские “Хайлендеры”, а пока ещё все же не столь многочисленные джеты эскадрилий ПВО стали успешно сбивать тех, кого засекли радарами.

Причем джеты ПВО Италии успешно использовали идею Бартини - мощный ракетный двигатель Эсно-Пельтри, эжектирующий поток воздуха в трубу ВРД, позволил относительно быстро создать на базе проекта Re.2008 зенитно-ракетный перехватчик Re-2008Z. На самом деле этот проект был ответом на просьбу-приказ “поставить хоть какой-то двигатель!” при отсутствии ТРД и даже мотокомпрессорных эрзацев - а ЖРД Эсно-Пельтри последней модели, как ни удивительно, имелись в некотором количестве, чисто технически были проще, были заметно дешевле и технологичнее ТРД и просто поршневых моторов... Только запас азотной кислоты на борту напрягал пилотов и техников, как и их коллег в Советском Союзе - и точно так же они были вынуждены с этим работать.

***

И - опять непонятно откуда взявшимися силами - ещё один удар произошёл в то время на Дальнем Востоке. Внезапно и неожиданно русские задышали в затылок японской армии, отходившей через уничтоженный Хабаровск. Даже хуже - в затылок они дышали той группировке, что осаждала Хабаровск ранее, а теперь отходила к югу, а вот та, что была севернее, оказалась прижата к морю перед лицом очень злого Второго Дальневосточного фронта. Не то чтобы это для японских генералов было чревато чем-то сильнее насмешек японских же адмиралов, но - азиаты-с. Потеря лица и всё такое... Поэтому отсеченные по суше сидели в осаде, но эвакуироваться из заснеженной Сибири морем отказывались.

А ещё, как будто было мало, какие-то танки и конники обнаружились на границе с Кореей. А в самой Корее нашлись какие-то самоубийцы, поднявшие восстание.

Проще говоря, Япония уже практически лишилась всей Манчжурии, а это половина ресурсов и треть промышленности. И, кстати, единственный химический завод, на котором японцы могли разделять изотопы урана, тоже ведь был на материке, в Корее...

Это всё ещё было не так плохо, как французам или тем более полякам - но всё-таки очень, очень нехорошо.

Настолько нехорошо, что в Японии стали часты разборки на тему “кто же виноват” и ответ был очень прост - это всё армия. В конкретных лицах. “Решили отгрызть лапу злющему русскому медведю, пока тот отвлёкся, и не заметили, что медведь уже развернулся и замахивается”... Да, как-то так.

А ещё среди хорошо знакомых советских самолётов, штурмующих японские войска, встречались другие, тоже знакомые самолёты, на которых красные звёзды нарисовали прямо поверх белых. То были уже знакомые по Филиппинам “Шутинг Стары” и американская ну-уже-почти-совсем-не-копия РБ-17 по имени B-45B Tornado.

К слову, про эти "Торнадо" русские лётчики могли изрядно рассказать. Что аппарат проблемный, сырой, с некоторыми идиотскими решениями и очень родной ими и тем, что требовал "доработки напильником", однако похож не на РБ-17, а на его более новую версию, М-2, и тягой двигателей, и грузоподъёмностью, и приборным оснащением(ну, по слухам, самих М-2 на фронте никто ещё не видел), только новых мощных двигателей там аж 4, как на первом варианте РБ-17, а это даёт очень много - не пять, а десять тонн полной нагрузки. И их американцы передали безвозмездно, то есть даром, целую эскадрилью.

Собственно, США передали установочную серию "Торнадо" второй модификации, B-45B, по сути, предсерийные машины, все 17 штук. 13 машин преодолели маршрут от США через Аляску и прибыли в Союз, четыре сломались по дороге. Из этих 13 одна машина была признана небоеспособной уже в СССР, а остальные 12 более-менее успешно применялись. А ещё применялась, например, эскадрилья “Шутинг Старов” под командованием аса Фрэнка Глазго Тинкера, хорошо известного русским ещё по Испании - асом он стал, летая на советских истребителях И-15 и И-16. Сейчас уже он обучал русских пилотов тонкостям пилотирования американских машин.

Одной из причин появления этих машин с лётчиками на советско-японском фронте было то, что с тактической авиацией у США тоже было все особенно.

В конце концов, именно и только США на протяжении многих лет имели специальные самолёты-штурмовики.

И основной машиной этого класса к началу Странной Войны, да и к её концу, американцы имели Douglas А-20, он же “Хэвок”.

A-20C - основная модификация

В 1942 году взлетела замена для него от всё тех же людей, A-26 “Инвейдер”, к 1944-му дошедшая до серии.

A-26B - основная модификация

Так вот Торнадо - уже именно американская машина, а не копия удачной советской машины - мог, в зависимости от того, что показали бы испытания, заменить Инвейдер или не заменить, а быть списанным в историю ради чего-то более совершенного. По всем раскладам - должен был заменить, но Дуглас очень не хотел терять армейские контракты, так что ещё одной альтернативой был новый вариант Инвейдера - многоцелевой, всепогодный, ночной, легко переделываемый в разные разведывательные и ударные варианты, с защитным вооружением и без него - A-26K.

Конечно, он нёс в два раза меньше груза, чем B-45B и летал в два раза медленнее... Но и стоил в пять раз меньше. С полным комплектом сменного оборудования - в 4 раза меньше, чем один B-45B.

В преддверии большой сухопутной войны, но не во время её - очень сложный выбор, 250 тысяч долларов или миллион отдавать за тактический бомбардировщик.

Потому как на северной границе США, той, что с Канадой, творилось что-то непонятное. И поэтому первые оригинальные “Торнадо” были загнаны на ближайший горячий фронт, для проверки - а “Инвейдеры”, как ни странно, успели засветиться в Китае и, собственно, прямо сейчас там проверялись в составе много лет действующей группы AVG.

Канада

Непонятное в Канаде действительно происходило - всё-таки конфликт с Англией никуда не делся, и там к войне вроде бы готовились. Вот только на суше противостояние американской и канадской армий при всей их особенности всё одно могло закончиться только поражением канадцев - и несмотря на это, объем и количество активности за канадской границей, хоть и выглядело усилением армии, но при текущих объёмах и темпах ничего изменить не могло. Увеличение мощности единственного авиазавода в целых два раза, разработка и производство собственной модели среднего танка - в количестве аж пары десятков штук, и так далее - звучит грозно, но составляет едва ли проценты от мощностей американских заводов. И даже разработка - самостоятельная разработка - реактивного истребителя ничего изменить не могла.

Avro Canada CF-100 “Канюк”

Необычная машина, прямо сказать, довольно странная - многоцелевой двухместный барражирующий перехватчик. Для чего она вообще канадцам?

Если бы можно было раскрыть секреты - да, британцы и не рассчитывали на успех в противостоянии в ТЕКУЩИХ условиях. Но вот если успех ядерного проекта принесет Бомбу, способную сносить города, то иметь такой плацдарм полезно и для нанесения удара бомберами, у которых в таком случае будет площадка для подскока и силы для поддержки под боком у противника, и наступление на выжженные американские города будет откуда начинать.

И “Канюку” в таком плане нашлось место - прикрывать своих и отлавливать чужих бомберов.

Но первыми Бомбу сделали американцы.

Вот только планы американцев опять пошли прахом.

Ведь стратегические бомбардировщики, направленные для разведки ПВО к Британии, получили очень, очень неприятный приём. Попросту - были сбиты к чертям. И если англичанам следует хвалить ракеты “воздух-воздух”, то американцы ругались на беззащитность B-50 и тормознутость B-36.

Американцы обнаружили, что, как ни странно, но B-36 с парой буксируемых “Тандерджетов” оказались несколько более живучими, нежели Б-50 без оных, пусть и не настолько, чтобы быть успешными в прорыве ПВО: скорость и высотность бомбардировщика по заданию пятилетней давности были слишком, недопустимо малы - зато буксируемые истребители оказались более чем уместны, к тому же один из советских советников рассказывал о варианте “Звено-СПБ”, и реализовать его можно было буквально сразу: сделать B-36 не носителем Бомбы, а всего лишь летающим топливным баком и точкой подвески для “Тандерджета”, как раз и несущего Бомбу. Вот только такой срочности не просматривалось, конструкция Р-84 не рассчитывалась на подвеску пяти тонн, а опыт разработки беспилотников говорил, что и пилотом рисковать не стоит - пусть даже облегчившийся P-84 был бы способен вернуться и прицепиться к шлангу B-36, в отличие от И-16 оригинального Звена-СПБ.

Как жаль, что B-45B даже в варианте дальнего разведчика способен еле-еле в один конец дотянуться до Англии, но не дальше.

Как жаль, что B-47 ещё только начинает испытываться с кучей проблем.

Британским стратегическим бомбардировщикам было легче, учитывая качество американской ПВО - не то чтобы плохое, просто не пережившее эти полгода современной войны на своей шкуре. Ну и задачи “проверить качество ПВО” разведчикам не ставилось - так, пройти по границе, оценить будущие налёты. “Канберрам” вообще ничего не угрожало, кроме относительно малой дальности, им приходилось взлетать с канадских авиабаз, на самый крайний случай - с Исландии, и с посадкой всё равно в Канаде. Пока что летали безоружные разведчики, и очень редко, чтобы сильно не пугать янки. В том числе и потому, что пока что Канада не была готова к наступлению. Вообще сложно быть готовыми к такой атаке на крупнейшее, сильнейшее и богатейшее государство мира...

Но те тоже оказались не готовы.

Применение Бомбы

Начало 1948 года ознаменовалось уничтожением замороженной в уссурийской тайге 2-й японской армии, которая так и не отступила морем. С другой стороны, РККА ещё не освободила всю занятую японцами территорию, и не полностью ещё зачистила Маньчжурию и Корею - потому что побережье контролировал японский флот. С большой оглядкой, но контролировал.

Кстати, советский подводный флот - крупнейший подводный флот мира на 1941 год - оказался примерно так же бесполезным, как третий в мире американский. И не только потому, что бОльшую его часть составляли прибрежно-оборонительные лодки типа М. Проблема как всегда была в людях и организации. Советский подводный флот был к началу войны организован довольно плохо, если можно так сказать.

В результате этого - а также оснащения японского флота британским и немецким оборудованием ПЛО - почти все субмарины ТОФ, что не были уничтожены в базах, были уничтожены вскоре после этого практически безответно. Так что единственное, чего опасались японские флотоводцы, была русская авиация с минами, управляемыми бомбами и торпедами - и она периодически давала жару, но отогнать от берега каждый задрипанный тральщик не могла. А японская авиация не особо хорошо себя чувствовала уже в десятке километров от побережья - и установился неровный пат. Правда, в направлении на Китай никаким патом не пахло, но и продвигаться туда русские особо не спешили, ограничиваясь активной поддержкой китайских коммунистов.

А ещё - активной поддержкой Лиги. Рождественское наступление во Франции завершилось очередной заморозкой позиций, но это совсем не мешало и даже помогало всё новым и новым поставкам.

И последнее - у ядерщиков, которые успели сделать первые А-бомбы, теперь стояла новая задача. Облегчить их. Хоть как-то. Если возможно. Превратить чемодан без ручки, предназначенный для сноса целых городов, но который, как выяснилось, невозможно доставить к цели - во что-то пригодное к применению рядом с линией фронта. Пока не будут готовы специальные носители или придуманы способы использования существующих.

А пока что единственными, у кого уже была Бомба, была линия фронта и острая необходимость применения Бомбы, оказались лигисты.

В феврале 1948 года произошёл первый в мире ядерный взрыв, имевший целью не опыты или испытания, а просто-напросто уничтожение цели. Французский небольшой город, узел путей снабжения, забитый военными грузами для нового наступления и частями вермахта, был уничтожен после подрыва бомбы “Канопус-Уно” на высоте около километра - причём последовавшие пожары и взрывы складированных боеприпасов и топлива нанесли ущерб сопоставимый и даже превосходящий.

Генерал де Голль, санкционировавший применение спецбоеприпаса, был приятно удивлён эффективностью “фантастики” - что, среди прочего, намертво внесло в историю немецкий код применения атомного оружия “Das ist Fantastisch!!!”. А потери - да они в любом случае серьёзной атаки были бы, и были бы скорее всего больше, чем сейчас. Примерно два авиаполка (в русских военных терминах), потраченные на обеспечение удара бомбардировщиков, плюс ещё один, разбитый в процессе нанесения удара, без ядерного оружия были бы точно так же потеряны, вот только нанесенный противнику урон был бы во много раз меньше. А теперь вермахту о наступлении можно было забыть минимум на месяц.

Конечно, можно вспомнить про мирное население и частную собственность - но её и так не жалели. Не как в китайской непрерывной войне - миллион туда, миллион сюда, и не впервой, и ничего страшного - но тоже ничего страшного в этом уже не виделось. Не после почти года тотальной войны, айнзацкоманд и действий Резистанс.

А вот про что нужно вспомнить, так это про интерес, проявленный к результатам взрыва агентами буквально всех воюющих стран. Там даже были замечены англичане, до этого строго отсутствующие на французском фронте - Англия продолжала воевать только и строго с Италией, не со всей Лигой.

Ответное применение не заставило себя ждать.

Впрочем, немцы сумели удивить.

Лигисты создали вполне обычную авиабомбу весом примерно в пять тонн - плутониевую, на имплозии - и уронили её при помощи вполне обычного бомбардировщика Piaggio, разве только с многотопливными турбодвигателями Ендрашика.

Немецкий же боеприпас (а по месту производства английский, урановый) был доставлен к цели при помощи системы Mistel. На превращенном в самолёт-снаряд опытном Ju-287 - собранном буквально из подручных запчастей реактивном бомбардировщике - который до цели вёл установленный сверху реактивный истребитель Ме-262. Истребитель после перелёта и грубого наведения “матки” на цель отделялся и возвращался домой.

При наличии ядерного боеприпаса точность “Мистеля” в плюс-минус километр роли не играла. Даже при девяти тоннах взрывчатки точность нужна была выше - а при 19 килотоннах уже нет.

Впрочем, англонемцы боеприпас кидали с несколько другой целью.

Австрия, очень осторожно и нервно сидящая между фронтами и до сих пор не атакованная никем, кроме предателей внутри (чего хватало более чем с избытком), 13 февраля, через пять дней после взрыва во Франции, с удивлением обнаружила видимый из Вены многокилометровый гриб от атомного взрыва - причем носитель Бомбы смогли только засечь, но не перехватить или догнать: “Мистель” двигался на скорости в 800 километров в час. Для не такой уж большой Австрии, даже вдоль вытянутого полумесяца территории - двадцать минут от пересечения границы до взрыва.

К слову - об этом факте знало не так много людей, но название первой английской Бомбы очень сильно намекало на её цель. Шутка для избранных.

И если сам взрыв вреда не причинил - ну, почти, несколько десятков километров вываленного леса и лесных пожаров с последствиями - то вот в доставленном в тот же день ультиматуме как минимум угрожали повторить такой же взрыв над Веной, если в течении суток немецкие войска не смогут пройти парадным маршем от границы через Линц к Вене.

Результат был предсказуем. Австрия пала к ногам немногих аэромобильных пехотинцев вермахта, занявших ключевые точки страны уже утром дня святого Валентина. Всё, что австрияки смогли и успели сделать для Лиги - отправить бригадам Лиги сообщение “спасайся кто может”. Лигистские интербригады смогли многое - примерно половина частей успела уйти, часть, застряв в Альпах, устроила догонялки с германскими егерям, были частично разрушены склады топлива и снаряжения. Полностью штатно и без проблем перебазировались авиачасти, прихватив с собой практически всю австрийскую авиацию - часть отправилась на север, в Чехословакию, часть на юг, в Италию и Венгрию.

Нельзя сказать, что дуче это понравилось. Совсем нет. Даже несмотря на то, что Австрия была относительно слабым игроком Лиги, такая потеря очень сильно мешала дальнейшим планам.

***

Советские и американские нюки пока что взрывались только на испытаниях. Американские планы страдали от отсутствия носителя, советским не было целей - японский фронт такого не требовал, начинать же войну с англо-германцами было вовсе не с руки, потому как имелась ровно одна Бомба, а получить с одной такой штукой стратегическое преимущество очень сложно, для реализации же тактического преимущества начинать войну мысль плохая.

Зато у советских товарищей совершенно неожиданно кое-что получилось.

Получив информацию о B-45B Торнадо, Мясищев приступил к созданию М-4 - выросшего в размахе крыльев до 28 метров М-3, который получил четыре ТРДДФ ТРД-1Ф, в два раза большую взлётную массу и дальность не в ограниченно стратегические 5000 км, а больше чем в 8000 км с одной Бомбой, а на пять тысяч теперь спокойно несущего две.

Это, между прочим, было угрозой даже Туполеву с его Ту-10Т, хорошо, что Туполев пока что об этом не знал.

А вот в США в это время учился летать первый B-47, обещавший примерно те же характеристики без всяких ТРДД.

Обновление парка

В принципе, немного переведя дух после первых сражений на море, корабельщики уже примерно понимали, чем нужно защищаться от самонаводящихся бомб. Нет, не только повышением скорострельности и уменьшением калибра зениток. От радиолокатора ASM-N-2 можно было защититься радиопомехами, пассивными или активными, от тепловых ГСН BV.246 можно попробовать защититься тепловыми ловушками, от пассивной радиолокационной ГСН той же немецкой бомбы можно было бы попробовать защититься созданием ложных антенных комплексов. Советские бомбы, наводящиеся по оптическому каналу, равно как американские бомбы-киборги проекта Pigeon с голубями в роли сенсорной части, могли быть обмануты просто вовремя поставленной дымовой завесой.

Вот только рисковать тяжелыми кораблями ради проверки этих идей стоило только разве что очень ценных целей. С ними пока что был вопрос.

А с производством новых вопросов не было. Совсем. Новых кораблей, уже вступающих в строй, хватало и в американском флоте, и в японском, и даже в английском. Отличался подход. Японцы достраивали и вводили в строй линкоры типа “Ямато” и авианосцы типа “Хакурю”, самые крупные свои корабли. Американские же верфи выпускали в моря лёгкую продукцию - лёгкие авианосцы типа “Лонг Айленд”, и первые корабли этих типов уже входили в строй. Да, маленькие, да, тихоходные и слабозащищенные - но УПАБ и самонаводящиеся торпеды топят тяжёлые корабли с лёгкостью, а стоимость серийного “Лонг Айленда” оценивалась примерно в десять раз ниже, чем у “Эссекса”, не говоря уже о “Рузвельте” - 7 миллионов против семидесяти или целых девяноста.

Сверху вниз - Лонг Айленд, Индепенденс, Эссекс, Рузвельт.

А ещё одним фактором, кроме цены, было то, что для замены авиагруппы одного “Эссекса” хватало вместимости трёх, а “Рузвельта” - четырёх лёгких авианосцев.

У британцев расклад был примерно посредине - они планово достраивали и вводили в строй три новых тяжёлых авианосца типа “Одэсити”, но верфи уже были заняты постройкой лёгких авианосцев типа “Колоссус”. Эффект был немного менее выгоден, но был - “Колоссус” стоил 600 тысяч фунтов против четырёх миллионов за “Имплакейбл” или шести за “Одэсити”.

Естественно, не всё так просто, и лёгкие авианосцы требовали особого подхода. У американцев ни TB2D Skypirate, ни F7F обоих модификаций на оснащённых лётными палубами и катапультами грузовых “Либерти” не помещались - а из реактивных машин пока что единственным подходящим вариантом был, внезапно, FR-1 Fireball, до сентября 1947 года рассматривавшийся как опытный и учебный, не более. Радовало, что ставшие стандартом для “Индепенденсов” “Корсары” F4U и “Эвенджеры” TBF и для “Лонг-Айлендов” подходили без проблем.

В Великобритании же проблем не было как с ударниками, так и с истребителями - ни со старыми поршневиками, ни с новыми. В “Одэсити” британцы использользовали ноу-хау под названием “диагональная лётная палуба”, и даже “Си Вампир” был способен к штатной посадке и взлёту, а ударно-универсальный Fairey Gannet, готовящаяся замена не очень хорошему, но приемлемому Firebrand, имел спаренный турбовинтовой двигатель и был весьма неприхотлив к посадочным условиям. Не как “авоська” Swordfish десятилетней давности, но всё же.

***

В феврале 1948 года, вскоре после первых атомных взрывов, Бартини, занятому работой над БС-5 и поддержкой производства Т-117, было сделано от лица шефа НКВД очередное предложение: урезать осетра. То есть, сделать вместо весьма дальнобойного будущего носителя А-бомбы его небольшую, упрощённую версию, которую можно было поднять одним из бомбардировщиков и отправить на сверхзвуке на пару сотен километров. Сделать крылышки для атомной бомбы.

Ответ Бартини был немного парадоксален. Схема “летающее крыло”, которая исходно предлагалась для ракетолета Р и которая была испытана в полетах - и турбодвигатель в специальном воздушном канале, “реакторе”, как назывался в документах ракетно-прямоточный двигатель поначалу. Два турбодвигателя, по одному на канал.

Первая опция дала возможность впихнуть громоздкий и тяжёлый атомный заряд, а также нести его при высоком проценте полезной нагрузки. Вторая дала одновременно тягу и экономичность. Причем у них был и планер этого типа последней версии, оставшийся от испытаний, и двигатель. И пусть по планеру у Бартини было меньше опыта, чем у Нортропа в США и Хортенов в Германии... Но это же был Бартини. Расчёт увеличенной модели занял несколько дней.

В итоге бартиниевский аппарат был выведен на испытания в том же феврале - и обогнал даже яковлевский аналогичный по задаче аппарат, быструю переделку Як-27. Дело в том, что предложение сделать такой специальный самолёт-снаряд поступили всем остальным авиационным ОКБ, только все были заняты налаживанием производства своих свистков, и реально за это дело взялся только Яковлев со своим самым большим КБ.

Бартини, как и в прошлые разы, это бы не помогло, не помогло бы и то, что совершенно внезапно его обновленный самолетик оказался лучше других современных истребителей(если не ставить пятитонный балласт), всё-таки Яковлев по-прежнему был наркомом, но Бартини всё ещё проходил по другому наркомату - ЦКБ НКВД - и потому КС-1 встал в производство. В обеих версиях - беспилотного носителя Бомбы и пилотируемого перехватчика Р-115.

Для беспилотного нужно было бы ещё решить проблему управления - но даже с этим уже были подвижки: были люди для радиоэлектронных КБ, были люди для промышленности и даже с элементной базой налаживалось. То есть, появились не только новые стержневые лампы, но и полупроводниковые приборы начинали появляться - пока что как страшный дефицит, существующий только где-то далеко, “в принципе”, но Лосев продолжал работу. Ведь с Ленинградом ничего страшного не происходило, и даже границы были довольно далеко.

===

Ещё одним летающим крылом, отметившимся в истории, стала реактивная версия B-35, которую Нортроп запустил в небо летом 1947-го. Она получила индекс B-49 и имя Jet Wing.

Теперь, спустя более чем полгода доводки, “летающее крыло” имело максимум скорости из летающих стратегических бомбардировщиков США - почти 800 км/ч. Но возник нюанс... Турбореактивные “Аллисоны” J35 с форсажными камерами имели бОльший расход топлива, чем поршневые R-4360 - в три раза больший, если быть точным. Соответственно, дальность в один конец с могучих 12 тысяч километров упала - даже с учетом топливных баков, которыми забили всё свободное пространство - всего лишь до приличных 5.

Эту проблему нужно было как-то решать.

И неудивительно, что ход мысли у них был близок к предложению главного советского нквдшника. Причем сильно заранее.

JB-1 Bat Bomb вот уже больше года готовился вырасти и стать стартующим не с поверхности, а с похожего на JB-1 B-49. Эта модель получила имя JB-10 NukeBat.

Получающаяся уже даже на практике JB-10 уже вполне могла пролететь оставшиеся тысячи километров и поразить цель ядерным ударом.

А если и этой дистанции мало - то испытанная на буксируемых истребителях дозаправка в воздухе поможет.

***

Не только конструкторам самолётов достались задания на работу по сведениям с чужих(слава труду!) фронтов. Аэромобильная подвижность вермахта резала глаз всем, хоть немного имеющим реальный доступ к информации с европейской войны.

Внешне похожий на немецкий грузовой винтокрыл аппарат Братухина “Омега” успешно летал с 1942 года.

Но в серию этот результат эволюции вертолетов ЦАГИ не попал, вместо него в серии по заданию на вертолёт-корректировщик оказался в принципе первый, экспериментальный, а то и “шуточный”, вертолет ОКБ Яковлева по имени ЭГ или изделие Ш. Удивительно. Впрочем, “шутка” была не так уж и плоха. Вылизанный мотор М-11, отточенная в ОКБ готовность к серии. В результате во время войсковых испытаний на Манчжурском фронте к этим вертолетам отнеслись вполне благосклонно.

Но и Братухин был неплох. Осенью 1947 года он всё-таки смог хотя бы показать высоким чинам венец своих вертолетных трудов Б-5.

Вот это уже было очень похоже на “Дракона” Фокке пятилетней давности - и по характеристикам, и внешне. А с планом воткнуть турбовинтовые двигатели от родного ЦАГИ должен был и заметно превзойти. Но - несколько позже.

Правда, сами немцы уже производили более мощные модификации геликоптера, и уже успешно делали другие машины - тяжёлый грузовик Fa-284, который уже совсем сложно было назвать модификацией Fa-223:

штурмовой конвертоплан Fa-269 на замену лёгкому “Колибри”:

И заметно более скоростной винтокрыл Fa-283 с маршевым ТРД по прозвищу “Turbokopter”, которые уже отметились забросом передовых отрядов во время захвата Австрии:

Яковлев за счёт контактов с американцами заимел несколько экземпляров R-5 Сикорского и решил их скопировать под маркой Як-100 вместо развития схемы ЭГ.

Имел все шансы на успех, что характерно. Однако в дело вмешались скромные автожирные трудяги, Камов и Миль. Они на первом в Союзе Ухтомском вертолетном заводе делали машину нового поколения. Они знали о немецких машинах, и о яковлевском ЭГ, и о братухинской “Омеге”, и об американских винтокрылах. Да, их опыт заключался в автожирах - но это был наиболее полный, обобщенный опыт построения и, что главное, практического применения А-7 и АК. Всё-таки, автожиры разных модификаций они понемногу делали и делали, и А-7 по грузоподъёмности по-прежнему крыл все имеющиеся вертолеты(400+ кг), кроме, разве что, братухинской машины Б-5 (целых 600 кг!).

Вот только Камов мечтал о по-настоящему больших вертолётах и сейчас был готов взяться за такое. А у Братухина был готовый Б-5 и очень интересный проект Б-7...

Два мощных двигателя АШ-82. 2000 кг груза. И десант мог входить и заходить по двое, как мечтал Камов.

В общем, старое знакомство и посильное взаимодействие становилось чем-то большим.

И даже двигатели АШ-82, понемногу становящиеся не то чтобы ненужными, но недефицитными, они смогли без проблем добыть.

В общем, в начале весны 1948 года Б-7 впервые поднялся в воздух. Практически идеально получившийся с первого раза. Проблем с винтомоторными группами, которые делал Миль и с которыми на предыдущих моделях мучился Братухин, у Б-7 почему-то не оказалось.

“Дядя Вася” “аэровагон” оценил. Машина была вполне на мировом уровне, то есть, уровне немецкого Fa-284.

+++

В США вертолётами занималось несколько сотен компаний. Однако самым большим их пока что замахом был вариант с одним мотором класса АШ-82. Конечно же Сикорского. Машина собиралась получить индекс H-19 и уже запускалась в серию как спасательная, в том числе для флота.

Размен

Это была война, уже очень непохожая на ту, прошлую войну. Реактивные самолёты. Управляемые снаряды. Самонаводящиеся ракеты всех типов. Сверхмощное ядерное оружие, которое на практике оказалось и правда всего лишь очень мощной взрывчаткой... Всё это оказалось слишком мощным оружием по меркам эпохи “до войны”.

Корабли и города гибли за минуты. Потери войск измерялись миллионами в месяц и буквально мегатоннами ресурсов и материальной части.

Конечно же, это никого не остановило - да и остановить не могло. Когда это хоть кого-то останавливало?

К обмену ядерными ударами - неожиданному и неожиданно взаимному - Англия и США перешли летом 1948-го. 24 июня в небе Атлантики разминулись американские “летающие крылья” и британские - англо-немецкие, если быть точным - “Мистели” с одноразовыми “Канберрами”.

Британцы не ограничивались атакой с Острова - в дело вступили и канадские “Канберры”, прикрытые “Канюками” - американцам же нужно было поразить относительно компактную цель, так что силы, пролетевшие в тот день над Атлантикой, были очень близки. И технически - носители крылатых ракет с ядерными боевыми частями - и количественно.

По меркам фронтовой авиации - ни о чем, по звену бомбардировщиков с той и с другой стороны. Плюс разведчики, самолёты обеспечения, истребители сопровождения, заправщики, носители ложных целей.

По результату - успех стратегического уровня. Три ядерных гриба поднялись в Англии. Пять(считая Бомбы канадской группировки) - в США. Всё ещё недостаточно, чтобы полностью уничтожить противника. Вполне достаточно, чтобы очень удивиться.

Английские перехватчики, работая в единой системе ПВО и используя самонаводящиеся ракеты, очень удивились, когда UFO всё-таки прошли к целям. Но не все - один NukeBat из четырёх они сумели сбить (один сломался по дороге, ещё до сброса). Этому удивились уже американцы.

Там было ещё много чему удивляться. Например, эффективности бомб, вроде бы промахнувшихся и упавших в залив - и смывших волнами Нью-Йорк и Норфолк. Или эффективности канадской группировки английских ВВС.

На фоне этих событий совершенно не смотрелись ни успешно идущее наступление китайских коммунистов на японские войска (с небольшой советской авиаподдержкой), ни наступление японского флота в Тихом океане, ни “гуманитарная катастрофа” в Европе - во Франции натурально был Великий Голод, да и в соседних воюющих странах тоже, и единственно Германия, наладив производства пищевых эрзацев, смотрела в будущее с оптимизмом, приговаривая “а в 1917 было хуже”.

И ведь голод был объясним - если за зиму все запасы противники старались друг другу уничтожить, а до следующего урожая ещё месяцы, а транспортные пути разрушены и под постоянной угрозой, да и с производством сложнее жернова, и с техникой сложнее тяпки, и с топливом все очень плохо, и даже из моря толком ничего не добудешь... Однако же если кто и понимал, сделать ничего не получилось. Единственная страна, в которой всё было не настолько плохо - пока что - Италия что-то ещё могла делать, например, импортировать еду откуда получится, но снабдить так всех лигистов не удавалось.

Это могло бы стать концом Лиги - но, удивительным образом, не стало.

И концом войны - тоже.

***

Однако просто по факту в Европе оставалось слишком мало кого угодно для войны. От всей Лиги на данный момент остались Италия, разрушенная, голодающая и обезлюдевшая Франция, окруженная со всех сторон Чехословакия, пострадавшая тоже очень серьёзно, и две других державы малой Антанты - Венгрия и Югославия. Нет, были ещё Албания, например, и другие, но роль их мала.

Германия же пострадала заметно меньше. к тому же две почти не пострадавшие страны Лиги присоединились к Рейху - Австрия и Польша, напоминаю их имена.

Ещё хуже было Лиге с другой стороны. Медленное и печальное отбирание африканских колоний к лету 1948 года дошло до закономерного итога - была практически потеряна Ливия. Ещё не захваченная целиком, но пользоваться её нефтью Лиге уже воспретили - как захватом нефтяных полей, так и блокировкой перевозок.

Собственно, переговоры в Швейцарии уже велись...

Но после того, как Англия единомоментно потеряла миллионы людей и , дуче взбодрился и поднял ставки на переговорах. Не то чтобы ему это помогло...

Впрочем, и последовавшие действия англичан можно было бы объяснить только некоторым избытком паники в Англии.

Ещё один “Мистель” - в этот раз никаких “Канберр” и “Темпестов” с кокардами, только “Юнкерс” и Ме-262 с крестами - стёр с лица земли Ватикан и большую часть Рима.

Обзор

Как-то в одном диалоге в 1950-х годах другого мира прозвучало число - сколько ядерных зарядов нужно, что вывести из войны Британию. Там и тогда хватило бы пяти заряд. Это совсем другая история, эпоха, война и Англия, чем здесь - здесь шла другая война, заряды были слабее, не в мегатонны, а в десяток килотонн, и было их даже меньше пяти, однако же те, кто наводил летающие крылья, имели в виду примерно то же самое.

Исходной целью США была и оставалась мировая колониальная система, а из колониальных империй оставались лишь Великобритания с Японией. Одна эта атака должна была быстро и надежно закончить дело минимум наполовину... И в чем-то они преуспели, даже такого ограниченного удара уже хватило, чтобы парализовать Британию.

Проблема в том, что смытые Уолл-стрит и главная военно-морская база на Атлантическом побережье делали очень сложным достижение исходной цели. Не невозможным - чтобы добиться капитуляции США, нужно не пять, а минимум пятьдесят Бомб - но ведь биржа! И избиратели! И сменивший погибшего Уилки Трумэн, если честно, даже до предшественника не дотягивал, а нужен был как минимум ещё один ФДР.

И это - не считая главного ужаса простого американца: ядерная и неплохо вооруженная держава прямо за неохраняемой границей. Речь о Канаде - и пусть сразу после первого удара Бомбами оттуда больше не швырялись, но это совершенно не помешало наносить удары по арсеналам, заводам и городам просто бомбами и прочими, менее заметными видами ОМП - химическими и бактериологическими. Вот сухопутного наступления из-за канадской границы всё не было.

Не менее философскими вопросами задавались и в Италии. Немцы как могли донесли до противников, кто был истинным заказчиком удара, однако это не сильно улучшило ситуацию, скорее, всё осложнило. Воевать по-прежнему было уже практически невозможно, однако Рейх, кроме сообщения о заказчике, вдобавок демонстративно предложил перемирие независимо от Англии. Это... Наводило на мысли. Например, на мысль, что два вождя могут договориться. Точнее, даже три - Иосиф Сталин, весь год войны активно следивший за ситуацией, тоже желал участвовать в переговорах.

Ну да, в Союзе тоже задавались вопросами - вроде “Что это происходит такое?” - и тихо благодарили высшие силы за то, что англичанам с немцами не хватило Бомб, чтоб врезать и по Союзу. Однако ведь в будущем могут и врезать. А за военные поставки Лиге и вовсе было уже не расплатиться, и стоило бы найти способ получить достойную плату...

В Японии же, вознеся хвалу Аматерасу и другим богам, начали готовиться к тому, чтобы забрать британские колонии - без боя, конечно же. Всего лишь прикрыть союзников от ярости США - за отдельную плату, само собой.

С материка же японцев вытесняли и очень быстро. Мао и Чан Кайши друг друга переносили плохо, однако же силы коммунистов, к лету 1948 уже полностью освободившие оккупированные территории, Корею, Манчжурию и движущиеся далее на юг, были объективно самой эффективной силой в регионе. Впрочем, власть коммунистов заканчивалась над морем - только порой происходили воздушные бои за прибрежные воды. Примерно как это происходило в Китае десять лет назад.

Несмотря на шоковый паралич после ядерной атаки, Англия Его Величества короля Эдуарда Восьмого не сдалась - а наоборот, изо всех сил восстанавливала разрушенное. Вот только это было очень сложно. Не то чтобы она совсем исчезла со связи - хотя был и такой период блэкаута - но просто чтобы вернуться к исходному состоянию, нужно было хотя бы полгода покоя. А этого никто не обещал.