
Город будет жить
Сырой мартовский ветер с Финского залива гулял по проспектам и набережным Ленинграда, вымещая свою досаду на немногочисленных прохожих. Его порывы свистели в воронках от снарядов, завывали в переулках, гуляли в опустевших домах с выбитыми стеклами окон.
Где-то в глубине улиц слышался скрежет ломов – горожане кололи слежавшийся лед во дворах, грузили его на грузовики, чтобы вывезти в каналы.
Читать фрагмент
Читать ещёГлава 1Сырой мартовский ветер с Финского залива гулял по проспектам и набережным Ленинграда, вымещая свою досаду на немногочисленных прохожих. Его порывы свистели в воронках от снарядов, завывали в переулках, гуляли в опустевших домах с выбитыми стеклами окон. Но для старшины Степана Нефедова этот пронизывающий ветер был почти что музыкой. Которую он, вопреки всему, все-таки услышал, добравшись сюда.После тесноты фронтовых блиндажей, после оглушительного грохота канонады и кромешного ада Волоколамска – звенящая тишина, нарушаемая лишь завываниями ветра и отдаленным, приглушенным гулом артиллерии на Колпинском направлении, казалась ему почти неестественной, невозможной.Машина по «Дороге жизни» шла ночью, и старшина почти ничего не видел, кроме темной, зловещей воды по краям хлипкого ледового полотна и смутных силуэтов впереди идущего грузовика. Лед уже был ненадежен, потрескавшийся, с пр…
Иногда самые важные истории начинаются с первой страницы.






Комментарии 0