Глава 5. Черный флаг над бездной

Глава 1

Карибское море встретило «Наутилус» не привычной лазурью, а тяжелыми, маслянистыми волнами цвета запекшейся крови. Когда стальной крейсер Капитана Немо со скрежетом пробил штормовую поверхность и замер на плаву, герои поняли: магия вуду уже полностью подчинила себе этот регион. Небо заволокло угольно-черными тучами, посреди которых лениво пульсировала противоестественная, багровая Кровавая Луна, окрашивая редкие скалистые острова в зловещие тона.

Филеас Фогг хладнокровно поднялся на верхнюю палубу, безупречным жестом стряхивая океанскую соль с обшлага своего сюртука. Он извлек из кармана золотые карманные часы. Их стрелки, едва начавшие нормальный ход после победы над Посейдоном, снова бешено задрожали.

— Мы прибыли в заданные координаты с погрешностью всего в четырнадцать секунд, — ровным, сухим тоном произнес Фогг, глядя на темнеющий впереди силуэт необитаемого острова. — Но, боюсь, пространственные метрики этого сектора скомканы. Мы здесь не одни.

— Намного хуже, мистер Фогг, — прошелестел из пустоты Джон Гриффин, чьи бинты на лице мгновенно промокли от карибской сырости. — Он не просто здесь. Он ждал нас.

Прямо из густого, пахнущего гнилью и жженой костью тумана, без единого звука выплыл исполинский трехпалубный фрегат. «Месть Королевы Анны» выглядела как восставший из ада кошмар. Его борта были покрыты обугленной человеческой кожей, вместо пушечных портов скалились черепа, а на реях вместо сорванных парусов висели извивающиеся призрачные тени.

На капитанском мостике фрегата, окутанный едким фиолетовым дымом, высился Эдвард Тич — Чёрная Борода. Его исполинский силуэт дышал первобытной яростью вуду. В его бороду были вплетены тлеющие фитили, испускавшие искры, а глаза горели голодным, адским багровым пламенем.

— Ха-ха-ха! Добро пожаловать на мои Карибы, лондонские крысы! — громовой хохот Тича разорвал штормовой воздух. — Джонс забрал свои игрушки и спрятался на дне, но на воде теперь правлю я! Ваши железные поделки станут отличным подношением для Лоа!

Чёрная Борода резко взмахнул рукой, в которой сжимал тяжелый абордажный палаш, покрытый светящимися фиолетовыми рунами.

— Пли!

«Месть Королевы Анны» дала сокрушительный залп. Но это были не обычные чугунные ядра. Из пушек фрегата вырвались сгустки концентрированного некротического огня вуду. Три тяжелых снаряда одновременно врезались в левый борт «Наутилуса».

Сила взрыва была такой колоссальной, что легендарный стальной крейсер, выдержавший натиск Посейдона, буквально разорвало надвое. Гальванические батареи реактора, соединенные с Монстром Франкенштейна, мгновенно сдетонировали, выбросив в небо исполинский столб искр и пара.

Мир вокруг героев раскололся на тысячи огненных осколков.

Филеас Фогг пришел в себя на деревянной палубе «Мести Королевы Анны». Его идеальный сюртук был окончательно разорван, на запястье сияли тяжелые, заколдованные кандалы вуду, лишавшие его возможности дотянуться до карманных часов. Рядом, привязанные к грот-мачте прочными, светящимися фиолетовыми веревками, тяжело дышали Капитан Немо, Дороти и Паспарту. Их оружие было отобрано, а «Наутилус» грудой искореженного, дымящегося металла медленно уходил под воду у берега острова.

Черная Борода медленно подошел к Фоггу, тяжело ступая коваными сапогами, и хищно оскалился сквозь дымящуюся бороду: — Ну что, джентльмен? Каково твое расписание теперь? Вы — мои пленники. И ваши души станут отличным топливом для моих пушек.

В то же самое время на противоположной стороне острова, в самой глубине непроходимых тропических джунглей, земля содрогнулась от падения тяжелого тела.

Профессор Ван Хельсинг со стоном вывалился из густых зарослей папоротника. Ударная волна от взрыва «Наутилуса» отбросила его, Гриффина и Франкенштейна на добрую милю вглубь суши. Охотник на нечисть тяжело поднялся, зажимая раненый бок, и огляделся.

Рядом из глубокой воронки медленно, со скрежетом металлических суставов поднимался Монстр Франкенштейна. Его водолазный скафандр был покрыт копотью, электроды на шее тускло мигали, но мертвые мышцы постепенно возвращали подвижность. Из пустоты воздуха послышался сухой, яростный кашель — Джон Гриффин сорвал остатки обгоревших бинтов, полностью растворяясь в зелени джунглей.

— Мы живы, Профессор, — хрипло раздался голос Невидимки из-за ближайшего дерева. — Но подлодка уничтожена. Фогг, Немо и девочка в плену у этой твари на корабле.

Ван Хельсинг подобрал с земли уцелевшую рукоять своего стимпанк-арбалета и жестко посмотрел в сторону побережья, откуда все еще доносился торжествующий хохот Черной Бороды.

— Значит, мы изменим правила этой охоты, — процедил сквозь зубы старый охотник. — Тич думает, что победил, потому что взял в плен наш разум и наши машины. Но он забыл, что в этих джунглях остались те, кто уже принадлежал смерти. Гриффин, Франкенштейн — приготовиться к партизанской войне. Мы вытащим наших друзей, даже если нам придется сжечь весь этот проклятый архипелаг.

Палуба «Мести Королевы Анны» скрипела, как старый гроб, покачиваясь на кровавых карибских волнах. Филеас Фогг висел в кандалах вуду, привязанный спиной к грот-мачте, но его холодный, математический ум продолжал работать с точностью безупречного хронометра. Глаза джентльмена, скрытые тенью разорванного цилиндра, методично сканировали каждый метр пиратского фрегата.

Время неумолимо близилось к полуночи. Багровая Кровавая Луна достигла зенита, окрасив палубу в зловещий рубиновый цвет. Эдвард Тич медленно расхаживал перед строем своих матросов. В его иссиня-чёрную бороду были вплетены тлеющие фитили, а вокруг массивной фигуры клубился едкий фиолетовый дым.

— Слушайте меня, верные псы! — пророкотал Черная Борода, и его голос, подкрепленный темной магией вуду, неестественной вибрацией прошел по кораблю. — Лоа требуют плоти! Завтра мы сожжем прибрежные города, и их золото станет нашим! Вы — мое оружие! Вы — моя воля!

Фогг внимательно наблюдал за реакцией команды. Десятки пиратов, застывшие на баке, стояли неподвижно, словно каменные изваяния. Их глаза были подернуты мутной, белесой пеленой. При каждом слове Тича матросы синхронно, марионеточными движениями кивали, а фиолетовые искры с его бороды тонкими нитями тянулись к их вискам.

«Абсолютный вербальный гипноз, соединенный с некротической привязкой ауры, — мгновенно разложил увиденное на ментальные формулы Фогг. — Он управляет ими не силой страха, а частотой своего голоса, подавляя волю и подчиняя разум. Любой живой человек, поддавшийся внушению или ментальному давлению, здесь бесполезен. Немо, Паспарту, Дороти — все они уязвимы для этого заклятия».

Фогг перевел взгляд на темный силуэт острова на горизонте. Чистый логический расчет привел его к единственному математически верному выводу. На этом архипелаге существовали лишь три величины, способные сломать систему Черной Бороды.

Профессор Ван Хельсинг — его разум веками закалялся в ментальных битвах с высшей нечистью и защищен древними алхимическими ментальными блоками. Джон Гриффин — сыворотка Джекилла стерла его пигментацию и изменила структуру живой ткани, сделав его оптическим сдвигом в пространстве, на который магия привязки вуду просто не могла навести фокус. Монстр Франкенштейна — существо, собранное из кусков мертвой плоти, лишенное человеческого мозга и нервных окончаний. У него не было разума, который можно было бы загипноптизировать словами.

Троица, отброшенная вглубь острова взрывом, была идеальным баллистическим оружием против Эдварда Тича. Их особенности делали их абсолютно слепыми и глухими к магии пиратского капитана.

«Они способны уничтожить его, — подумал Фогг, чувствуя, как кандалы вуду жгут кожу при попытке шевельнуться. — Но они в джунглях, на расстоянии одной мили. Они не знают структуры его силы. Если они пойдут в лобовую атаку, используя старые методы — они погибнут. Мне необходимо передать им данные. Но как сообщить, если я закован, лишен приборов, а каждый матрос на этом судне — живая антенна Черной Бороды?»

Фогг скосил глаза на соседа. Рядом у мачты, тяжело дыша, висел Капитан Немо. Чуть дальше Дороти тщетно пыталась перетереть путы о железный болт, а Паспарту тихо молился. До полуночи оставалось ровно три минуты.

В это же время в глубине острова, сквозь густые заросли папоротника и переплетённые корни столетних деревьев, молча продвигалась спасшаяся троица. Профессор Ван Хельсинг уверенно шёл впереди, на ходу перезаряжая уцелевшие детали своего стимпанк-арбалета. За ним, круша мощными плечами тропическую чащу, тяжело ступал Монстр Франкенштейна. Его электроды тускло пульсировали в такт шагам, заменяя в ночных джунглях фонарь. Замыкал строй Джон Гриффин — его присутствие выдавало лишь едва слышное шуршание травы и парящий в воздухе тяжёлый флотский топор.

Внезапно джунгли расступились, и герои вышли к скрытой в скалах ритуальной поляне. Вокруг ярко горящих костров, под аккомпанемент глухих ударов ритуальных барабанов, двигались люди в костяных масках и одеждах из перьев. Это были местные жрецы вуду, выжившие после океанского цунами.

Заметив пришельцев, жрецы резко замерли. Из круга вышел старый, покрытый шрамами верховный шаман. Он направил свой резной посох на Монстра Франкенштейна, но вместо страха в его глазах вспыхнуло благоговение и понимание.

— Вы пришли из вспышки стального грома, — глухо произнёс шаман, и его голос перекрыл стук барабанов. — Лоа говорили нам о вас. Вы ищете Эдварда Тича.

— Этот пиратский ублюдок разорвал наш корабль и захватил наших друзей, — хрипло раздался голос Гриффина прямо из пустоты воздуха, отчего молодые жрецы испуганно отшатнулись. — Нам нужно знать его уязвимые места.

Шаман печально опустил голову и указал посохом в сторону побережья, где над водой зловеще пульсировала багровая Кровавая Луна: — Чёрная Борода заключил сделку с тёмными духами изнанки. Его фитили и его слова несут абсолютное проклятие. Своими речами он способен мгновенно подчинить разум любого живого человека. Его команда — это безвольные марионетки под полным гипнозом. Стоит живому подойти к фрегату — и его воля умрёт. Но вы…

Старик внимательно оглядел профессора, а затем прикоснулся к мёртвой, сшитой хирургическими стежками коже Исполина Франкенштейна: — Ваш разум, старый охотник, защищён железными блоками от чужой воли. Твой невидимый друг — лишь оптический сдвиг, тень, которую магия вуду не способна поймать в фокус. А этот исполин… у него нет человеческого мозга. В его жилах течёт первобытная молния, он уже принадлежал смерти. Вы трое — слепая зона для заклятий Тича. Его магия гипноза на вас просто не подействует.

Ван Хельсинг жёстко усмехнулся и переглянулся со светящимися зелёными глазами Монстра и парящим топором Гриффина.

— Математический расчёт Фогга снова оказался безупречен, — процедил сквозь зубы Профессор, вскидывая арбалет на плечо. — Нам даже не нужно было подавать ему сигнал. Мы сами — идеальный баллистический ответ этому пирату.

Троица, получив благословение жрецов, не теряя ни секунды, стремительным маршем направилась сквозь джунгли обратно к побережью. Надвигалась полночь, и они шли штурмовать «Месть Королевы Анны», готовые доказать Чёрной Бороде, что у новой эпохи науки и смерти есть свои законы.

Ровно в полночь, когда Кровавая Луна окрасила Карибское море в багровые тона, на «Месть Королевы Анны» обрушился яростный удар.

Из черной воды, беззвучно вцепившись в обгоревшие борта пиратского фрегата, на палубу взлетели трое. Штурм начался без предупреждения.

Эдвард Тич резко обернулся, его дымящаяся фиолетовым огнем борода яростно затряслась. — Вуду-крысы из джунглей! — взревел Черная Борода, вскидывая свой рунный палаш. Он глубоко вдохнул едкий дым и закричал, посылая мощную волну вербального гипноза прямо в нападавших: — Преклоните колени передо мной! Ваша воля — моя воля! Лоа, заберите их разум!

Мощный импульс темной магии вуду, способный подчинить целые города, ударил по троице. Но Атлантика и безумная наука играли по другим законам.

Магическая волна бессильно обтекала Монстра Франкенштейна, у которого просто не было живого мозга для гипноза. Она прошла сквозь Джона Гриффина, не сумев сфокусироваться на оптическом сдвиге его невидимого тела. Она наткнулась на ментальные блоки Профессора Ван Хельсинга. Защитные чары Тича оказались абсолютно бесполезны.

— Что за чертовщина?! — в ужасе выдохнул Черная Борода, впервые осознав, что его магия вуду дала сбой.

— Прогресс не остановить, пират, — хладнокровно донесся голос Филеаса Фогга, который висел в кандалах у мачты, внимательно фиксируя время по ударам своего сердца. — Твоя система выдала критическую ошибку.

В ту же секунду Джон Гриффин полностью растворился в тени капитанского мостика. Невидимый вор бросился в трюм, где находились пороховые погреба и рулевой механизм, готовый полностью вывести «Месть Королевы Анны» из строя. По воздуху пролетали лишь тяжелые топоры, перерубая якорные канаты и кабели вуду-пушек.

На палубе начался настоящий ад. Монстр Франкенштейна издал механический рев, от которого задрожали мачты. Его исполинские мертвые кулаки, подпитанные остатками гальванического тока, превратились в сокрушительные молоты. Исполин шел напролом сквозь строй зомби-матросов, снося одним ударом одного за другим. Пираты Тича отлетали от его ударов, как соломенные куклы, ломая ребра о пушечные порты и вылетая за борт в кровавые волны Карибского моря.

Но самый страшный сюрприз для Черной Бороды приготовил старый охотник.

Профессор Ван Хельсинг веками изучал нечисть, и в его жилах давно текла не совсем человеческая кровь. Изменив тактику, он стремительно ворвался в гущу загипнотизированной команды Тича. Двигаясь со сверхчеловеческой скоростью, Ван Хельсинг начал кусать пиратов одного за другим.

Древний вирус проклятого графа Дракулы, который охотник перенял во время прошлых битв, мгновенно вступал в реакцию с некротической плотью матросов вуду. Белесый гипнотический туман в их глазах сменялся яростным, багровым вампирским огнем. Проклятие крови Дракулы оказалось сильнее приказов Тича. Подчиненные матросы мгновенно выходили из-под ментального контроля Черной Бороды. Потеряв связь со своим создателем, новоиспеченные вампиры с диким рыком обернулись против своего же капитана.

— Предатели! Стоять! — в панике кричал Черная Борода, тщетно пытаясь вернуть контроль, но фиолетовый дым в его бороде стремительно угасал.

Сотни его собственных матросов, ставших кровожадными порождениями ночи, лавиной обрушились на Эдварда Тича. Они вцепились в его массивные плечи, разрывая обугленные кафтаны и ломая рунный палаш. Через мгновение обезумевшая толпа вампиров полностью погребла под собой своего капитана, жестоко и окончательно убивая его прямо на глазах у пленной команды Немо.

В ту же секунду, когда Черная Борода испустил последний вздох, фиолетовые веревки и кандалы вуду на руках Филеаса Фогга, Немо, Дороти и Паспарту с шипением растворились, превратившись в серый пепел.

Фогг спокойно опустил затекшие руки, безупречным жестом поправил разорванный манжет и поднял с палубы свои треснувшие золотые карманные часы, которые снова пошли секунда в секунду.

— Пять минут первого ночи. Расписание восстановлено, господа, — невозмутимо произнес Фогг. — Из джунглей доносится запах победы, а Черный флаг над Карибами официально опущен. Паспарту, соберите то, что осталось от наших вещей. Нам предстоит построить новый плот до Англии.

Когда новоиспечённые вампиры, растерзавшие своего капитана, бесшумно растворились в карибской ночи, над «Местью Королевы Анны» воцарилась зловещая тишина. Фиолетовый дым вуду окончательно рассеялся, а багровая Кровавая Луна на небе начала бледнеть, уступая место холодному предрассветному туману.

Филеас Фогг хладнокровно защёлкнул крышку своих золотых часов.

— Двадцать четыре минуты первого ночи. Угроза ликвидирована с минимальной математической погрешностью.

Вдруг прямо на деревянной палубе, среди пепла разорванных кандалов вуду, воздух заколыхался. Из плотного морского тумана соткалась полупрозрачная, призрачная фигура. Это была древняя египетская мумия из Вашингтонского музея — та самая, что когда-то предупредила команду о пришествии Крампуса. Её пожелтевшие льняные бинты шевелились от ментального ветра, а из тёмного провала рта вырвался замогильный, панический шёпот:

— Слушайте… и трепещите, смертные! Ра расколол оковы вечности… Бог Солнца ожил в Египте! Небо превратится в карающий огонь, и пески поглотят весь ваш мир пара и угля, если вы не остановите Его…

Проекция вспыхнула золотистым светом и с шипением растаяла, оставив после себя лишь горстку горячей пустынной пыли на карибских досках.

— Великий Ра… — Профессор Ван Хельсинг тяжело опёрся на обломки арбалета. — Смертоносный солярный титан древности. Если его огненное ядро выйдет на пик мощности, планета просто сгорит.

— Значит, мы отправляемся в Каир, — ровно произнёс Фогг, безупречным жестом поправляя разорванный рукав сюртука. — Наш график снова скомкан, господа.

— Но как, мистер Фогг?! — Паспарту в ужасе указал за борт, где у скалистого берега из воды сиротливо торчала лишь изуродованная взрывом рубка их подводного крейсера. — «Наутилус» разорван надвое! Гальванические батареи уничтожены! Мы заперты на этом проклятом острове!

Капитан Немо сделал шаг вперёд, его тёмные глаза фанатично блеснули. Он подошёл к капитанской рубке «Мести Королевы Анны», где всё ещё пульсировал брошенный алтарь Чёрной Бороды. На нём лежал уцелевший некротический артефакт вуду, наполненный первобытной энергией изнанки.

— Обычная инженерия здесь бессильна, Паспарту, — прогрохотал Немо, поднимая светящийся фиолетовым огнём артефакт. — Но Чёрная Борода поднял свой фрегат со дна силами чистой магии. Мои знания гальваники и квантовой структуры металлов позволят нам использовать эту некро-энергию как идеальный катализатор! Мы скрестим безумную науку девятнадцатого века и колдовство Карибов!

Работа закипела секунда в секунду. Используя титаническую силу Монстра Франкенштейна, который вручную вытаскивал со дна искореженные стальные листы «Наутилуса», и невидимую помощь Джона Гриффина, команда начала невероятный ремонт.

Немо перенаправил потоки фиолетовой магии Тича через уцелевшие медные шины подлодки. Заклятия некромантии вуду сработали как живой стальной клей. Прямо на глазах изумлённой Дороти разорванный надвое корпус «Наутилуса» начал стягиваться, а повреждённые швы намертво затягивались мистической лавой, превращая подлодку в прочнейший био-механический гибрид. Гальванический реактор, подпитанный энергией Лоа, загудел с утроенной мощью, окрасив панорамные окна в грозный фиолетово-зелёный цвет.

Через двенадцать часов, точно по расчётам Филеаса Фогга, обновлённый, покрытый рунами вуду «Наутилус» с грохотом захлопнул свои гидравлические шлюзы.

— Давление в норме. Мы готовы к самому быстрому трансатлантическому переходу, — Капитан Немо до упора выжал рычаг турбин.

Стальной крейсер, взревев винтами, резко ушёл на глубину, держа курс через Атлантику прямо к берегам Египта. Новая война технологии и древнейших богов человечества выходила на планетарный уровень.