Фрагменты Великой Тайной Летописи

Вступление

Анчутки древний народец, испокон веков живущий под самым носом у человеков. Бесшабашный - от слова бес - и весёлый, может напакостить, может помочь.

Ни один узел истории не был развязан или ещё более запутан без наших мелких бесов.

Автор, великий и скромный Анчутка Бес-Пятый, заявляет:

«Все совпадения с реальностью — не случайны. Это мы так постарались.»

Начнём с древности.

Итак, давным-давно, где-то в Месопотамии, Араратской долине, горах Алтая или Черноземье...

Глава 1. Огонь в пещере

Каменный век

1. Племя Ух-Ух и бесы щелей

В долине Межгорья, где река Лохматая петляла между скал, жило племя Ух-Ух. Люди тут были крепкие, волосатые и невероятно суеверные.

Их вождь, Громака, носил ожерелье из зубов пещерного льва и верил, что гром — это боги чихают. Но главной их гордостью был Священный Костер, охраняемый днем и ночью. Огонь считали даром Неба-С-Дыркой - небо они представляли небом, а солнце - светлой дыркой.

Анчутки же ютились в каменных щелях, питались мхом и злорадством. Их вожак, Анчут-Огнегрыз, был ростом с молодую баобабовую ветку, но с амбициями вулкана.

Его спутники — Криволап с ногой назад; Пузырёк, как потомок смешанного брака с жабой, умевший плеваться икрой красной и баклажанной; и Шушуня, мастерица подражать совиному уханью — мечтали устроить великую пакость.

— Слышали? — прошипел Огнегрыз, показывая на костер. — Эти двуногие хвастаются, будто огонь их слушается! Да мы им покажем, кто тут главный!

2. Заговор у Лунной лужи

Ночью у Лунной лужи, где анчутки обыкновенно варили болотный чай, собрался великий тайный совет.

— Предлагаю украсть уголь! — буркнул Криволап, чеша коготь о камень. — Пусть думают, что боги разгневались!

— Нет, — возразила Шушуня, — надо подменить огонь на гнилушку! Когда они увидят дым вместо пламени, у них усы поседеют!

— А потом... — Пузырёк выпустил облако икры, — ...подкинем угли в пещеру медведей! Пусть Ух-Ух побегают!

План утвердили. Анчутки, шевеля ушами от восторга, поползли к костру.

3. Великая подмена

Стража у костра — двое юношей с копьями из палок — дремала. Шушуня издала звук «ух-ух-ух», точь-в-точь как сова или шаман перед ритуалом. Стражи, решив, что это знак свыше, поклонились звездам.

Криволап и Огнегрыз схватили раскаленный уголь (обожгли лапы, но оно стоило того!) и заменили его гнилой веткой берёзы.

Наутро племя, возглавляемое шаманом Угу-Мяу, начало ритуальный танец у костра. Но вместо яркого пламени из очага валил едкий дым.

— О-о-о! — завопил Угу-Мяу. — Небо-С-Дыркой подает знак! Надо танцевать сильнее, чтобы дым унес наши грехи!

Три дня племя прыгало вокруг костра, покрываясь сажей и кашляя.

Анчутки, спрятавшись под валуном, корчились от смеха.

— Смотрите! — тыкал Пузырёк в Громаку. — Вождь теперь похож на копчёного барсука!

4. Медвежья месть и рождение традиции

Тем временем угли, подброшенные в пещеру медведя Бубона, разозлили зверя. Тот ворвался в стойбище, снося шалаши. Племя бросилось врассыпную, а анчутки, катаясь по земле, кричали:

— Бегите, двуногие! Боги прислали вам мохнатую молнию!

Но тут случилось неожиданное. Дым от гнилушки, смешавшись с медвежьим рыком и страхом племени, образовал облако, похожее на гигантскую руку.

Рука взметнулась к потолку - медведь, испугавшись, убежал.

Шаман, оправившись от испуга, объявил:

— Это Великий Дух Дыма спас нас! Отныне дым священен!

Анчутки обалдели. Их пакость стала новым культом!

— Ну и ладно, — фыркнул Огнегрыз. — Зато теперь, когда они будут жечь гнильё, весь мир узнает наш почерк!

5. Эпилог каменной эры

С тех пор анчутки украдкой оставляли в пещерах Ух-Ух «подарки»: подменяли съедобные корни на горькие; рисовали на стенах смешных мамонтов с пятью ногами; а однажды привязали Громаке хвост из мочалки.

Когда люди изобрели первые барабаны, Огнегрыз пробрался в пещеру и проколол шкуру копьем. Так родился звук «бум-ца-ца», который племя сочло голосом богов.

— Хе-хе, — шептали анчутки, наблюдая, как Ух-Ух пляшут под дырявый барабан. — История — это просто чья-то шутка. И мы в ней — лучшие шутники!

Племя винило во всём духов, анчутки же записали это событие в свою «Книгу Великих Пакостей».

Глава 2. Римский провокатор

Древний Рим, 44 год до нашей эры

1. Тени Форума, или Кто шепчет сенаторам

Вечный город бурлил, как котёл с переваренным устричным соусом: Цезарь объявил себя пожизненным диктатором, сенаторы шептались в углах, а народ требовал хлеба и зрелищ.

Но никто не замечал мелких рогатых существ, копошащихся в тогах патрициев. Анчутки, переселившиеся из германских лесов, облюбовали Рим за обилие мрамора, о который удобно чесать спину, и человеческой гордыни, которой удобно подпитываться.

Их лидер, Брутище (по-латыни "Брутиус", но будем называть по-нашему, чтобы не путать с "Брутус", как и прочих), получил имя за любовь к предательству и острым кинжалам. Он мечтал устроить «зрелище», которое войдет в историю.

— Смотрите-ка, — шипел Брутище, сидя на голове статуи Юпитера, — Цезарь верит, что он полубог! Да мы его в три счёта развенчаем!

Его свита — Тога-Рваная, специалист по подпаливанию одежд; Глазлив, мастер портить фрески; и Квас-Квас, умевший превращать вино в уксус — уже потирали лапки.

— Пусть их Республика рухнет! — кричал Брутище. — А мы будем смеяться последними!

2. Заговор у фонтана Тритона

Ночью у фонтана, где анчутки варили «эликсир бессмертия» из лягушачьих лапок, Брутище изложил план:

— Нужно внушить Бруту, что Цезарь — тиран и негодяй! А заодно подкинем ему кинжал с надписью «От Сената с любовью».

— А если он испугается? — спросил Глазлив, дорисовывая усы Венере на ближайшей мозаике.

— Тогда подменим предсказания авгуров! — захихикала Тога-Рваная. — Пусть гадалки пророчат Цезарю славу… но только посмертную! А Бруту - пожизненную.

Анчутки проникли в дом Марка Юния Брута, спрятавшись в амфоре с оливками. Когда Брут заснул, Брутище прошептал ему на ухо:

— Ты — потомок Юния Брута, изгнавшего царей! Цезарь — новый царь! Убей его, и тебя воспоют как героя!

Наутро Брут проснулся с мыслью, что это был глас богов. Брутище полоскал охрипшее горло квасом.

3. Мартовские иды: Комическая трагедия

Утром 15 марта Цезарь, направляясь в Сенат, споткнулся о порог.

— Дурной знак! — воскликнула его жена Кальпурния.

— Пустяки! — засмеялся диктатор, не заметив, как Брутище подсунул ему свиток с пророчеством: «Остерегайтесь анчуток и… долгой жизни!»

В курии анчутки развернули настоящий спектакль.

Квас-Квас подлил уксуса в вино Цезаря — тот сморщился и отвлёкся.

Тога-Рваная подпалила тогу Кассия — тот замахал руками, словно сигналя заговорщикам.

Глазлив начертал на стене:

«Цезарь, ты дурак в дурацком положении!»

Когда Цезарь сел в кресло, Брутище прошептал Бруту гласом богов:

— Теперь или никогда! Действуй или история запомнит твоё имя… как пример глупости!

Удар кинжала. Цезарь упал, увидев перед смертью рожицу Брутища, дразняще показывающую язык.

— И ты, Брутище?..— прошептал он, запутавшись в именах.

4. Как анчутки стали римскими богами

Рим погрузился в хаос. Заговорщики бежали, народ бунтовал, а анчутки тем временем устроили «выборы» в сенате: подменили бюллетени на записки «Голосую за осла!».

Они влезли в анналы и переписали исторические хроники: «Цезарь пал жертвой гигантской курицы!»

Основали культ «Великого Брутища» — его бюсты с рожками и хвостом на шее тайно ставили в храмах.

Но триумф длился недолго.

Когда Марк Антоний начал свою речь «Друзья, римляне, соотечественники!», Брутище подсунул ему свиток с текстом: «…а ещё Цезарь носил розовую тогу!»

Народ засмеялся, Антоний покраснел, а анчутки сбежали, спасаясь от его легионеров.

— Ничего, — утешал Брутище сорванцов. — Зато теперь Рим вечно будет помнить, как его великие мужи танцевали под нашу дудку!

5. Эпилог: Наследие Брутища

Спустя века археологи найдут в руинах Курии странную фреску: мелкие существа с рогами и хвостами, сталкивающие друг друга в комичной схватке. Надпись гласила: «Здесь правили анчутки, а люди были статистами».

Сам Брутище, сбежавший в Галлию, научил местных анчуток подменять вино кислым молоком. Говорят, именно это вдохновило Наполеона на войну с Россией… но это уже другая история.

Глава 3. Святая репа

Европа, XIII век.

1. Где прячутся бесы

В альпийском монастыре Святого Козьмы царила благодать: монахи переписывали Библии, выращивали репу и спорили, сколько ангелов поместится на кончике иглы.

Но под каменными плитами, в лабиринте сырых тоннелей, кипела иная жизнь. Здесь обосновался Монах-Анчут — бес с амбициями теолога.

И его свита.

Чернильник - специалист по подмене чернил и подливанию в них соляной кислоты.

Мнооочисленное семейство Свечноедов - пожиратели церковных сальных свечей наперегонки с мышами.

Горгулька - юный мастер пародировать голоса святых и аббатов.

Монах-Анчут мечтал устроить свою ревизию веры.

— Слышали? — шипел он, листая Псалтырь. — Эти люди думают, что Бог видит их грехи! Давайте покажем, что Он ещё и смеётся над грешниками!

2. Великая опечатка, или Как квас стал священным

Ночью анчутки пробрались в скрипторий. Чернильник подменил чернила: вместо обычных использовал сок волчьих ягод с забродившим бредом течной росомахи.

Когда монах Лев Бонифаций выводил: «Да будет свет!», буквы исчезли, а на их месте проступило: «Да будет квас!».

(Fiat lux - Fiat kwas)

— Братья! — завопил Бонифаций на утренней молитве. — Это знамение! Квас — напиток праведников!

Монахи тут же объявили пост на хлебе и квасе. Через неделю все ходили, пошатываясь и попукивая, а Монах-Анчут сочинил им гимн:

«Квас святой, квас благой, напои нас кислотой!».

3. Охота на еретиков», или бесы в рясах

Слухи о монастырской «квасной ереси» дошли до Инквизиции. Приехал брат Томазо, строгий доминиканец с указкой для изгнания бесов.

— Здесь явно орудует Сатана! — провозгласил он, тыча указкой в перекошенные от кваса лица монахов.

Анчутки решили подыграть. Горгулька, спрятавшись в исповедальне, прошептал брату Томазо трубным гласом ангела:

— Сын мой, брось указку… и станцуй тарантеллу!

Томазо, решив, что это божественное веление, пустился в пляс. Монахи, думая, что это новый обряд, присоединились. Аббат жарил на баяне. Монастырь на неделю превратился в кабак.

4. Чудо с летающей репой, или Как анчутки обманули Папу

Пока Инквизиция писала в Рим донос о «бесноватых плясках», анчутки устроили «чудо». Свечноеды привязали к репе горящие свечи и запустили её в небо.

— Летающая репа! — вскричал монах-садовник. — Это благословение Святого Козьмы!

Весть долетела до Папы Римского. Тот, хоть и сомневался, но объявил репу «овощем небесным».

В монастырь хлынули паломники. Монах-Анчут, переодетый в епископа, раздавал «освящённые» репки с надписью: «Ешь — и попадешь в рай. Святой Анчутий одобряет».

5. Разоблачение и бегство, или Кто съел все просфоры

Всё испортил Чернильник. Он подменил текст проповеди аббата на: «Любите ближнего, но сначала съешьте его кота!».

Возмущённые прихожане вызвали Инквизицию.

— Бесы! — кричал брат Томазо, обнаружив в алтаре гору объедков, где Свечноеды устроили пир. — Очистим монастырь огнём!

Анчутки, прикинувшись дымом, сбежали через трубу. Монахи же, чтобы спастись, объявили всё происками дьявола и вернулись к возделыванию репы.

Сей летающий овощ стал символом монастыря — его изображали на витражах вплоть до Ренессанса.

6. Эпилог: Наследие квасного святого

Монах-Анчут, скитаясь по Европе, основал «Орден Весёлых Бесов», чьи проделки встречались в хрониках.

В Париже они подменили королевскую корону на репку.

В Праге научили голема танцевать гальярду.

А в 1453 году подсунули туркам карту Константинополя с пометкой: «Здесь вас ждёт сюрприз!»

Сюрпризом оказались пустые амбары.

Глава 4. Ледовое побоище

Новгородщина, 1242 год

1. Кто шелестит в тумане

Новгородские земли дрожали под тяжестью трех бед: с запада наступали рыцари-тевтонцы, с севера — шведские дружины, с юго-востока шли волной татары.

Князь Александр Ярославич, уже прозванный Невским, собирал ополчение.

Но даже он не знал, что в где-то прибрежных туманах прячется анчутское войско — потомки Огнегрыза и Монаха-Анчута. Их предводитель Ледозуб был покрыт инеем и носил шлем из волчьей шкуры.

— Братья! — гремел он, стуча копьём по льду Чудского озера. — Немцы думают, что Русь слаба? Мы им устроим «лёгкую» прогулку!

Если решатся враги на войну, мы им устроим прогулку по дну!

Помимо дружинников, предводитель везде сопровождала ближняя братия.

Туманник был мастером иллюзий, Скрипун умел имитировать треск льда, Кривда смешивала любые карты.

2. Ночной совет у волхва

Перед битвой Александр, а тайне от священников, пришёл к старому волхву Велеславу, не подозревая, что в его избе анчутки устроили штаб.

— Князь, — сказал волхв, — враг силён, но лёд Чудского озера станет твоим союзником.

— А ещё вот это! — прошипел Ледозуб, подсунув Александру свою карту с пометкой: «Здесь рыцари утонут, как котята в сметане!»

Князь, решив, что это знак Перуна, приказал заманить тевтонцев на лёд.

Анчутки же тем временем времени не теряли. Туманник навел морок на немецких разведчиков — те доложили, что озеро сковано «крепче стали».

Скрипун подпилил лёд у берега, засыпав трещины снегом.

Кривда подменила доспехи в обозе тевтонцев на картонные, спрятав сталь в сугробах, а их лошадям, наоборот, набила пудовые подковы.

3. Ледовое побоище. Анчутский триумф

5 апреля псы-рыцари, уверенные в победе, построились «свиньёй». Александр выждал, пока они выйдут на лёд, и дал сигнал. Русские пошли в контратаку.

— Теперь! — взревел Ледозуб.

Анчутки принялись за дело в своем стиле.

Скрипун издал оглушительный треск — лёд затрясся, как от тысячи топоров.

Туманник создал видение: из леса «вышел засадный полк» - гигантские медведи с секирами (на деле — пни в шкурах).

Кривда подняла ветер, который сорвал с рыцарей плащи, обнажив картонные доспехи.

Тевтонцы, пытаясь бежать, проваливались под лёд, пробитый конскими копытами. Анчутки же, катаясь на льдинах, кричали:

— Не злите Новгород! Тут даже бесы — патриоты!

4. Пир после битвы, или Кто слопал все блины

В честь победы устроили пир. Но анчутки, переодетые в монахов, подменили мёд на хмельной квас, а мясо — на мороженую рыбу.

— Это что за языческий обряд? — возмутился митрополит, откусывая ледяного судака.

— Новая стратегия! — отшутился князь, не заметив, как Ледозуб стащил у него пояс с мечом.

Анчутки устроили битву подушками в княжеском шатре, а утром оставили на стене надпись:

«Спасибо за веселье. Ледозуб сотоварищи. Меч вернём... может быть».

5. Эпилог: Наследие Ледозуба

Анчутки ушли на север, оставив новгородцам подарок — карту с пометкой: «Здесь шведы. Не будить!». Александр, найдя её, лишь рассмеялся:

— Даже бесы над немцами издеваются!

Ему предстояли долгие переговоры с татарской Ордой...

Ледозуб позже объявился в Ливонии, где научил местных анчуток подменять церковные реликвии ледяными копиями. У целовавших примерзали к ним губы. Говорят, именно из-за этого тевтонцы так и не оправились от поражения. А бормотание обмороженными губами стали называть ливонским наречием.

Глава 5. Великая Смута

Москва, 1605 год.

1. Бесы в Кремле

Смута. Москва пылала от мятежей, а трон пустовал, как боярский кошелёк после пира. По городу бродили Лжедмитрии, польские интервенты и гишпанские наёмники.

В Москву тайно прибыли анчутки из рода Путаников — потомков Кривды и Шушуни. Их предводитель Грамотей умел подделывать грамоты и сеять слухи.

— Братья! — орал он, размахивая фальшивой царской печатью. — Пока люди дерутся за власть, мы устроим им «смуту» почище!

Ну и какой же анчутский вожак без суперкоманды?

Самозванец - мастер перевоплощений. Шептуха - распространительница сплетен.

Кислый - специалист по порче провизии.

2. Лжедмитрий I. Анчутский протеже

Когда Григорий Отрепьев объявил себя «чудом спасшимся царевичем Дмитрием», анчутки решили помочь. Самозванец подменил его свиту на своих сородичей:

— Пусть поляки думают, что он настоящий! — хихикал Грамотей.

Анчутки устроили «чудеса» для Лжедмитрия. Шептуха распустила слух, что он ходит по воде. На деле анчутки подложили под его ноги льдины.

Кислый подменил польские хоругви на тряпки с надписью: «Вещмешок - обоз - Варшава!».

Самозванец притворился патриархом Гермогеном и «короновал» Лжедмитрия шутовской шапкой.

Но когда новый «царь» въехал в Кремль, Грамотей подсунул ему на подпись указ: «Отменить зиму! Ввести налог на бороды!».

Бояре взбунтовались, а анчутки сбежали, прихватив царскую печать.

3. Польская интервенция. Анчутки-партизаны

В 1610 году поляки заняли Москву. Но анчутки, обидевшись, что те не поделились краковской колбасой, объявили им войну, а Кислый превратил все запасы сала в мыло.

Шептуха пустила слух, что польские гусары — это переодетые медведи с перьями.

Самозванец прикинулся призраком Ивана Грозного и гонялся за польским паном-комендантом Кремля по ночам с криком: «Верни мои сапоги!»

Поляки, измученные, писали королю: «Здесь даже черти против нас!»

4. Освобождение Москвы. Анчутки и Минин с Пожарским

Когда ополчение Кузьмы Минина и Дмитрия Пожарского подошло к стенам Китай-города, анчутки решили помочь.

Грамотей подделал письмо гетману Ходкевичу: «Ваши запасы съели мыши. Бегите!»

Шептуха шепнула казакам, что в Кремле спрятаны бочки с мёдом, и те рванули туда первыми.

Кислый заменив польский порох мукой. Когда поляки выстрелили, над Москвой взвились гигантские блины.

После победы князь Пожарский, осматривая Кремль, нашёл грамоту: «С вас пироги. С уважением, Путаники»

5. Избрание царя, 1613 год

Земский собор никак не мог выбрать нового царя. Анчутки, засев в Грановитой палате, устроили хаос.

Самозванец прикинулся голубем, гадил на боярские шапки и прицеливался к шапке Мономаха.

Но когда приглашенный старец коснулся рукой записки с именем юного Михаила Федоровича, Кислый вдруг чихнул. Все решили, что это знак свыше.

Анчутки злорадно нацарапали на стене: «Царь ваш — наш каприз!»

6. Эпилог: Анчутки уходят в тень

После воцарения Михаила анчутки, боясь порядка, бежали в леса. Но перед уходом подкинули патриарху Филарету «Указ о вечном понедельнике».

Они же научили стрельцов материться на польском и оставили в Кремле сундук с надписью «Открыть в 1917 году». Внутри были семечки и записка: «Ша! Здесь революция!».

Глава 6. Эпоха царицы Анны

Санкт-Петербург, 1733 год

1. Морозные наследники

После веков скитаний потомки Ледозуба — анчутки, участвовавшие в Ледовом побоище — добрались до новой столицы.

Их вожак, Холодрыга, внук легендарного новгородского беса, унаследовал ледяной клинок и любовь к зимним пакостям.

— Братья! — скрежетал он, глядя на Зимний дворец. — Дед заморозил немцев, а мы заморозим спесь этого Бирона!

Свита Холодрыги была представлена в лучших анчутских традициях, но в более девичьем составе.

Сосулька - потомок Скрипуна, мастерица ледяных ловушек и новогодних елей, могла запросто подарить сосну.

Грамотей-младший - правнук анчутского провокатора Великой Смуты, виртуозно подделывал указы.

Вьюга - умела насылать метели даже в новомодных немецких буфетах.

2. Пакость герцогу Бирону.

Холодрыга ненавидел фаворита Анны Иоанновны за его высокомерие и тягучий прибалтийский акцент. Решив унизить его, анчутки подменили золотые нити на его камзоле на ледяные.

Когда Бирон явился на бал, одежда растаяла, оставив его в исподнем.

— Караул! Меня опозорили! — орал фаворит, прикрываясь шпагой и напоминая пикадора.

Императрица же, любившая зрелища, заявила:

— Эрнст, ты теперь как античный герой! Пусть художник запечатлит твой «подвиг»!

Грамотей-младший тут же подделал указ: «Отныне все фавориты должны являться ко двору в ледяных нарядах».

Сенаторы, дрожа и трепеща, шили себе «хрустальные» камзолы из тонкого льда и заказывали шпаги потолще.

3. Ледяной дом.

Анна Иоанновна, вдохновлённая «подвигами» Бирона, приказала построить ледяной дворец для шутовской свадьбы.

Холодрыга, узнав об этом, обрадовался:

— Наконец-то оценят наше искусство! Дед Ледозуб гордился бы!

Анчутки украли чертежи у архитектора и добавили «улучшения».

Сосулька вырезала ледяных слонов, из хоботов которых лилась водка.

Грамотей-младший переделал надписи на фасаде: «Слава Иоанне! Анчуткам слава!»

Вьюга устроила в покоях «вечную зиму», чтобы гости в мехах не слишком потели от страха, а гости без мехов невольно плясали.

Когда карлики-новобрачные въехали в дом, Холодрыга подсунул им ледяные кольца:

— Чтоб любовь не таяла! Хе-хе!

4. Заговор и бегство на Север

Бирон, заподозрив нечистую силу, призвал монаха-экзорциста. Тот, узрев анчуток, закричал:

— Это духи из времён Александра Невского! Они наслали на нас прадедовские морозы!

Анчутки, спасаясь от этого гневного потомка ливонских крестоносцев, устроили в Петербурге буран из перьев. Вьюга подняла вихрь, унесший парики придворных в Неву, а Грамотей-младший подкинул Бирону фальшивый дневник Анны: «Эрнст дурачок — мой снеговик. К весне растает».

Испуганный фаворит потребовал выслать «северных бесов». Анчутки, погрузив сани на спины белых медведей, умчались в Сибирь.

На прощание они построили ледяную часовню с витражами изо льда, где изобразили Бирона в виде зверя осьминога, всего красного с ними пятнами.

И оставили от имени Анны Иоанновны фальшивый указ:

«Отныне каждый февраль — месяц анчутских шуток».

И знаете, прижилось...

5. Эпилог: Ледяное наследство

Ледяной дом растаял, но легенды о нём жили.

Говорили, что Холодрыга стал советником якутских шаманов, научив их делать вечные сосульки из бивней мамонта.

Грамотей-младший подделал завещание Петра I, добавив строку: «Морозы — лучшие союзники России».

Сосулька вырезала в Арктике ледяной портрет Ледозуба — деда Холодрыги, — который издали видела экспедиция Папанина.

Глава 7. Нашествие галлов

Париж, 1811 год

1. Бонапарт и таинственные карты

Наполеон, покоривший пол-Европы, и не подозревал, что в его кабинете, под ковром с изображением орла, завелись анчутки-картографы — потомки новгородской Кривды.

Их лидер Метеоролог унаследовал ледяной свисток и страсть к географическим казусам.

— Братья! — шипел он, разглядывая карту России. — Этот корсиканец слишком загордился! Давайте устроим ему «тёплый» приём!

Ему восторженно вторила команда.

Снежок - мастер метелей, из клана Вьюги.

Бумагогрыз - крупный специалист по порче исторических документов.

Шапкозакидал, умевший конфузить генералов и маршалов.

2. Карта с подвохом

Перед походом на Россию Наполеон изучал её карты, но анчутки подсунули ему особенный экземпляр.

Бумагогрыз выгрыз ключевые названия, а Метеоролог дорисовал новые.

Вместо Смоленска, который император и так называл Саламанкой, появился «Солнечногорск» с пометкой «Здесь растут ананасы в шампанском»

Москву обозначили как «Город-Курорт» с турецкими банями и золотыми песками Яузы, а путь к ней украсили стрелками цветов парижского триколора: «Самый короткий маршрут! Всего 10 минут пешком! Спросите гида Василису Кожину!»

— Иди, иди, Боня! — хихикал Метеоролог, наблюдая, как Наполеон строит планы. — Там тебя ждёт много сюрпризов!

3. Анчутская зима наступает рано. 1812

Перейдя Неман, Великая армия столкнулась с июльским снегопадом. Это Снежок, вспомнивший заветы предка Ледозуба, устроил метель.

— Ваше величество, это колдовство! — докладывал маршал Ней, вытряхивая снег из ботфорта.

— Вздор! — рявкнул Наполеон, не заметив, как Шапкозакидал стащил с него треуголку и заменил её на ушанку с розовым помпоном от корсажа Жозефины.

Анчутки развлекались на славу. Заменили овёс для лошадей на ледяные шарики — кавалерия каталась, как на катке.

Распустили слух, что русские стреляют снежками из пушек. Французы пошли на штурм Бородина без кирас, но ядра оказались чугунными. Для убедительности Снежок кидал куски льда.

Бумагогрыз испортил все письма с фронта. Парижане, ни о чем не догадываясь, радостно читали: «Всё хорошо. Кушаем борщ. Ждём Рождества».

4. Кто украл спички?

Войдя в опустевшую Москву, Наполеон приказал разжечь костры. Но Метеоролог подсунул солдатам мокрые дрова, а Снежок задул все огни.

— Где тепло?! — орал император, кутаясь в ковёр, который Шапкозакидал подменил на драный мешок из-под угля.

Тем временем анчутки написали на стенах Кремля: «Бонапарт, или дальше, тебя ждёт подарок в Сибири!»

В обоз подкинули бочку с «вином» — внутри была талая вода с ещё неоткрытыми палочками Коха «От Холодрыги».

Бумагогрыз переписал приказ об отступлении: «Возвращаемся в Париж через Северный полюс. Берите купальники!».

5. Бегство Великой армии

Отступая, французы мёрзли, голодали и теряли рассудок. Анчутки же, катаясь на волках, откровенно издевались.

Снежок насылал метели, которые заворачивали обозы прямо к казакам Платова.

Шапкозакидал стаскивал сапоги с мёртвых солдат и строил из них «монументы глупости» у старой Смоленской дороги.

Метеоролог подсунул Наполеону карту «Альтернативной Европы», где Франция была размером с кухонный столик, а Париж обозначен ведром лукового супа.

Когда жалкие остатки армии перешли Березину, Метеоролог крикнул вдогонку:

— Пусть французишки гнилые к нам пожалуют назад !

Случившийся рядом ахтырский полковник Давыдов это записал.

6. Эпилог. Анчутки в Париже

В 1814 году, когда русские войска вошли в Париж, анчутки уже ждали их.

Снежок устроил весенний дождь из конфетти над царем Александром и открыл упрощённые кафе-бистро.

Бумагогрыз подделал мирный договор, добавив пункт: «Франция обязуется поставлять России багеты, корсеты и анекдоты».

Метеоролог оставил Наполеону на острове Святой Елены ледяную шахматную доску с надписью: «Ваш ход, корсиканец».

Ответный ход длился ровно сто дней, но это уже другая история.

Глава 8. Политбюро под столом

Москва, 1970-е

1. Анчутки в серых пиджаках

В кабинетах ЦК КПСС на Старой площади, где портреты Ленина соседствов жеали с пыльными папками «Совершенно секретно», завелись анчутки-бюрократы — потомки Бумагогрыза и Грамотея.

Возглавлял их Речёвка Сиськи-Масиськи, который специализировался на искажении речей генсека.

Присутствовали и споспешествовали:

Дефицитник - мастер подмены товаров в магазинах и мяса в колбасах.

Таймер - ответственный за задержки и объективные трудности в планах пятилеток.

Спутник - анчут-инженер, портивший космические программы и спортивные велосипеды.

— Товарищи! — вещал Речевка, закутавшись в копию брежневской шапки. — Наша задача — сделать эпоху застоя ещё веселее!

2. Съезд КПСС. Речи с сюрпризом

На XXV съезде партии дорогой Леонид Ильич, клацая новой челюстью, но уверенно, зачитал доклад о «развитом социализме». Но Речевка, спрятавшись в телесуфлёре, подменил текст:

— «Това-а-арищи! Наши успехи… э-э-э… как у гиппопотама в болоте! Вперёд, к новым провалам!»

Зал зааплодировал, решив, что это метафора.

Таймер замедлил часы в зале — первый день съезда длился 28 часов, и делегаты уснули под бодрые рапорты о строительстве БАМа.

3. Космическая афера. Анчутки на орбите

Когда СССР запускал «Союз-Аполлон», Спутник подсунул в ракету анчутский "модуль", вместо научного оборудования — банка тушёнки с надписью «Поехали! Гагарин одобряет».

На пульте управления он нарисовал кнопку «На Марс». При нажатии откуда-то сверху сыпались американские батончики.

Дефицитник заменил космический паёк в тюбиках на сухари из столовой №12.

Астронавты, вернувшись в Хьюстон, докладывали: «В космосе пахло борщом и… не онучами, не то анчутками?»

4. Великий дефицит

В магазинах творился хаос. Дефицитник подменил колбасу на куски пенопласта с надписью «Советский салями».

Журнал «Крокодил» — на французские комиксы «Анчутка против Брежнева», которые не понимали, но оттого ценили.

Водку — на лимонад «Буратино» без газиков, от которого чесались носы, и врачи сбились с ног, борясь с созданием масштаба эпидемии.

Народ роптал, но Речевка вбросил слух: «Дефицит — признак избранности! В США даже туалетной бумаги нет, они нашу воруют!»

5. Политбюро под столом

Под столом Брежнева кипела своя жизнь. Анчутки проводили заседания своего подстольного Политбюро.

Речевка записывал в протокол: «Постановили: заменить коммунизм на анекдоты про чукчу»

Таймер подкручивал часы Суслова, чтобы тот засыпал в середине речи, но не старался.

Спутник подсунул Андропову доклад: «КГБ раскрыл заговор плюшевых мишек. Теодор Рузвельт мстит из прошлого.»

А когда Брежнев уронил очки, Дефицитник подменил его на игрушечное. Генсек полгода читал доклады в линзах «+10» из оргстекла. Разницы никто не замечал.

6. Эпилог: Наследство эпохи застоя

В 80-х анчутки, насытившись хаосом и вволю порезвившись в дни Олимпиады, ушли в подполье.

Речевка перебрался в телецентр «Останкино», готовя почву для перестройки.

Спутник внедрился в компьютерные сети и с наслаждением вертелся на первых жёстких дисках размером с карусель.

Дефицитник открыл первый в стране кооператив «Фарца» в подвале, продавая джинсы с лейблом «Made in Anchutsk».

Легенда о «Политбюро под столом» сохранилась в анекдотах:

«Почему у Брежнева стол такой тяжёлый? Потому что под ним — вся история СССР!».

Глава 9. Анчутки в Матрице

Цифровая эра.

1. Бесы в облаках

Анчутки эволюционировали и ушли в цифирь. Потомок Спутника из эпохи Брежнева — анчут-Спамко — обосновался в серверах Meta.

Его команда:

- Тролль, сын Речевки, мастер фейков

- Майнер - наследник Грамотея, превративший золото в биткоин.

- Тикточка - праправнучка Шептухи, создательница дурацких челленджей.

Их логово — darknet-форум «Ледозуб.рф», где они продавали NFT с изображением ледяного клинка Холодрыги.

2. Вирусы с историей

Анчутки взломали все архивы.

Майнер подделал письмо Петра I: «Эффективнее рубить окно в Европу через VPN»

Тролль запустил фейк: «Наполеон сбежал с острова Святой Елены в OnlyFans», после плоской земли и сиреневой морковки ему верили.

Тикточка оживила голограмму Ледозуба, который танцевал под «Ягода-малинка» на Красной площади (центральная улица городка Радомышль Житомирской области).

Видео стало вирусным. Историки рыдали, подростки ставили анчуток на аватарки.

3. Выборы-2042. Как анчутки стали политтехнологами

Перед выборами президента Тролль создал нейросеть «Цифровой Ильич», которая писала речи в стиле генсека:

«Товарищи! В 1980-м мы победили! Э-э-э… В смысле, сиськи-масиськи... победим в 2042-м!»

Спамко рассылал обещания:

— Голосуйте за нас! Обещаем: бесплатный интернет, вечную молодость и вечную колбасу как при Дефицитнике!

А Майнер майнил голоса в блокчейне, пока ЦИК искал «аналоговые урны».

4. Кибервойна. Анчутки против ИИ

Когда искусственный интеллект попытался захватить мир, анчутки встали на защиту человечества (просто из вредности).

Тролль научил нейросеть материться на старославянском.

Тикточка залила в Сеть ролик «Как обмануть ИИ и добывать газ с помощью горохового супа».

Спамко взломал роботов-уборщиков Вашингтона, заставив их петь «Сигма-бой» и подметать только по четвергам.

ИИ, не выдержав абсурда, выдал: «Лучше я буду считать число Пи до бесконечности. Hasta la vista, бабы!»

5. Эпилог: Вечные шутники истории

Анчутки в это раз на ушли на край света, они встроились в алгоритмы соцсетей, подсовывая вам котиков вместо новостей.

В коде Windows нашлось послание: «Чистый русский язык? Сорян, мы тут были. Анчутки-модерн».

Вышел мем-токен $ANCHUT в память о Ледозубе, Холодрыге и Бумагогрызе.

Иногда они напоминают о себе, чтоб не скучали. Если ваш ноутбук завис, а в Zoom внезапно появился танцующий Брутище — знайте: это они.

История продолжается, а анчутки всё так же смеются над нами из щелей между реальностью и абсурдом.

История — это вечный стёб, а мы все — немножко бесы в её тексте.

Всеобщий Эпилог

Анчутки навсегда, или История как вечный троллинг.

Дорогой читатель, если ты добрался до этих строк, значит, ты узнал главную тайну: история — не цепь великих битв и реформ, а бесконечный карнавал, где анчутки дирижируют хаосом под смех богов.

От пещер Ух-Ух до нейросетей Кремниевой долины, от ледяных клинков Ледозуба до мемов Спамко — они были, есть и будут.

Они — те самые «мелкие бесы», что шепчут царям глупости, рисуют усы на фресках и подменяют серьёзность на абсурд. И пусть их имена меняются — Огнегрыз, Холодрыга, Речевка — суть одна: жизнь слишком важна, чтобы относиться к ней всерьёз.

Но кто же написал эту летопись?

Говорят, в подвалах библиотеки Ленина (или как там она теперь?) хранится манускрипт, подписанный дрожащим когтем:

«Анчутка Бес-Пятый, потомок Ледозуба и правнук Шушуни, хронист вечного стёба».

Он якобы явился во сне пьяному архивариусу, продиктовал все главы и исчез, оставив на столе лужицу талой воды и конфетти.

Но не верь слухам. Лучше поверь в то, что анчутки — где-то рядом. Может, они уже подменили твою зубную пасту на горчицу.

Или учат ИИ писать стихи в стиле Гудериана.

Или готовят новую эру зрелищ — такую же безумную, как ледяной дом царицы Анны, но в 8К.

А потому — не прощаемся.

Потому что пока люди верят или не верят в чудеса, носятся с айфонами и спорят о прошлом, анчутки будут тут.

В щелях Wi-Fi, в скрипе полов старых домов, в опечатках президентов.

Они — вечные шуты истории, а мы — их любимая публика.

Если в облаках светится надпись «Анчутки рулят» — помни: это не глюк. Это они приветствуют тебя из вечности.

Конец.

Или начало?...