Эдем мехатронизации

Глава 1 – Отрицание

23 Мая 2063 год.

Антон шел вперед, пробиваясь сквозь толпу обезумевших людей, скапливающихся около населенного пункта Смольницы. Казалось, что все выжившие из некогда мирной и процветающей Республики, собрались в одном месте, чтобы попытать удачу спрятаться от хаоса, который постиг всех живых на Земле.

В короткие минуты передышки, когда вокруг возникало ложное чувство безопасности, Антон погружался в размышления о событиях текущей реальности, в которой он и его семья оказались.

Старый мировой порядок рухнул, утащив за собой все, что было знакомо и дорого людям: их идеи, планы, мечты.

Образ жизни, не просто изменился - он был стёрт, а на его место пришел новый, неизвестный, пугающий оставшихся в живых, своей неопределённостью.

Три года назад мир содрогнулся от ядерных ударов. Ракеты летели по городам и лесам, взрывались под водой и в космосе.

Безумие, положившее конец размеренной и казавшейся сейчас счастливой жизни, возникло из ниоткуда и ушло в никуда, оставив после себя лишь хаос и полное разрушение.

За взрывами и опустошением последовал всеобщий кризис: рушились рынки, логистика, образование, медицина. Законы, по которым жили люди в один миг обесценились.

Теперь, каждый был сам за себя.

Природа добавляла нотку безумия в этот хаос, меняя правила игры на ходу.

Днем температура могла достигать сорока градусов Цельсия, а ночью опускаться до минус двадцати.

Всё, что когда-либо гарантировало порядок цивилизации и её благополучие, в одночасье исчезло. Границы были стерты, и огромные массы выживших людей начали искать территории, где ещё можно было жить, что неизбежно вело к безумным конфликтам и расправам. Бескрайние поля были усеяны трупами убитых. Болезни заполонили города, голод опустошал целые регионы.

Люди, не готовые к новой реальности, сходили с ума от осознания того, что старый мир рухнул прямо у них на глазах, а в новом они никому не были нужны.

Надежда — это единственное, что ещё позволяла им не пасть духом. Но даже она, казалось, таяла на глазах, как утренний туман под палящим солнцем, ведь за безрассудство учинённое человечеством, этот мир преподнёс выжившим нового, ранее невиданного и безжалостного врага.

Бесчисленное количество монстров, опустошали ранее заселённые людьми территории. Насекомоподобные твари появились из ниоткуда, так же неожиданно для обывателя, как и прогремевшие ранее взрывы.

Казалось, что ядерные удары, разворошили гнезда этих чудовищ, вынудив, в конечном счете, явить им свой лик миру.

Остатки боеспособной армии, решившие в постъядерный период взять контроль ситуации в свои руки, были сметены этой волной кишащих вокруг тварей. Солдаты были не готовы к такому врагу, превосходившего их и силой и численностью.

Спасение пришло оттуда, откуда не ждали: от того, кого боялись, и чей прогресс стремились притормозить в прежние времена.

Установленный за много лет до начала катаклизма в Республике Беларусь сверхискусственный интеллект Хайлон-1000 быстро взял ситуацию в свои цифровые руки. Там где люди оказались бессильны, машины преуспели, став удачно отражать нескончаемые атаки монстров.

В какой-то момент среди людей стали ходить слухи, что и этими монстрами управлял некий высший разум.

Действия тварей были организованными. Ощущалось присутствие разумного стратега, притаившегося в тени. Существа, нападавшие на поселения, безжалостно расправлялись с почти всеми людьми, а немногочисленные выжившие утверждали, что по какой-то причине, эти трави не убивали детей, забирая их с собой.

И, как оказалось в будущем, делалось это не из благих намерений.

В какой-то момент на смену насекомоподобным тварям пришли монстры в человеческом облике.

Для проникновения в стан людей враг стал подсылать в ряды защищённых поселений существ, внешне походивших на обычных человеческих детей, лишившихся крова и близких.

Такие дети обладали силой, намного превышающей силу обычного человека. Они были не по годам выносливее и умнее. Но самым опасным их оружием был психокинез, воздействуя которым, они могли заполучить контроль почти над любым человеком, направив его силу против своих же граждан. При этом сами они могли оставаться в тени, прячась за маской детской невинности и слабости.

Не менее опасным был и другой тип детей. Обычные: без сверхсилы, без выдающихся физических способностей. Истощенные, раненные. Они просачивались в группы беженцев, передвигавшихся между поселками, играя на психологической слабости взрослых к детям.

Вид раненного, обессиленного ребенка действовал на людей безотказно, особенно на женщин, в которых просыпался материнский инстинкт при виде исхудавшего от голода ребёнка.

Но за такой маской скрывалось самое страшное, что могло случиться с выжившими людьми и образовавшими в итоге свою общину на территории улья.

Проникая внутрь поселения, такой ребенок искал безлюдное место. Обычно для этого прекрасно подходили подвалы, или заброшенные здания, коих после разрушения было великое множество. Забиваясь в его самые удаленные и темные уголки, существо начинало мутировать, превращаясь в конечном счете в подобие кокона, внутри которого созревали тысячи зараженных спор.

Когда процесс завершался, кокон взрывался, разбрасывая вокруг себя фиолетовую жидкость со спорами. Запах и химический состав которой начинал приманивать к себе располагавшихся поблизости животных и насекомых, воздействуя на них своим ядовитым ароматом.

Каким именно образом шло воздействие, мало кто из людей понимал. Одни люди превращались в ходячие бомбы, другие становились инкубаторами, внутри которых развивался монстр, в конечном счете, разрывавший плоть зараженного изнутри, третьи сходили с ума, лишаясь человечности и превращаясь в ходячих убийц. Были и те, немногие, на кого этот яд по какой-то причине не действовал.

Один такой ребенок мог уничтожить все поселение изнутри. Это в свою очередь стало ключевой причиной, по которой все больше в среде людей, набирали обороты убийства одиноко бродящих детей. Особо ярые фанатики могли расправляться с любыми с кем рядом могли оказаться дети, подозревая их в том что они взяли взрослых под свой контроль.

Самого Антона и его семью эта участь миновала. Благо, ему не пришлось преодолевать огромные расстояния и лицом к лицу встречаться с теми ужасами, через которые многие из выживших проходили лично.

«Воистину гениальный план», - с отвращением констатировал Антон.

И действительно, что могло быть гениальней, как не создание условий при которых, потенциальный враг собственными же руками расправлялся со своими же детьми, лишая и без того ослабленное человечество шансов к выживанию и обрекая его в конечном счете к неминуемой погибели.

В отличие от людей, Хайлон, используя имеющиеся технические средства в своем арсенале, мог без труда определять зараженные особи как первого, так и второго типа, расправляясь с ними на месте обнаружения без суда и следствия.

Произошло столкновение двух противоположных разумов, одинаково безжалостных и голодных до всего, до чего прикасалось их сознание. Они преследовали сугубо свои цели, в которых человек был лишь разменной монетой.

И то, что Хайлон собирал под своим куполом остатки человеческой цивилизации, виделось Антону не менее странным, чем действия тварей наводнившим поверхность планеты.

Никто, с кем он общался, не понимал, с какой целью он это делает. Все шли к нему, в слепой надежде на спасение, веря, что бесчувственная система желала спасти своих создателей, от воплощенного ими же хаоса.

Слухи о райском городе – Эдеме, распространялись среди людей со скоростью света. Миллионы выживших направились к городу, намереваясь попасть за его стены и оказаться в безопасности.

Как впоследствии стало известно Антону, из рассказов людей с кем он изредка перекидывался словами по мере своего продвижения, таких островков стабильности по миру было несколько десятков.

По всей видимости, повсюду, где был в свое время установлен и запущен Хайлон – 1000, начался процесс выстраивания небольших резерваций, в которых впоследствии возникли полноценные города с налаженной внутри инфраструктурой.

Об отбитии огромных кусков земли речи не шла, но удерживать небольшие территории Хайлон мог, как собственно и места добычи ресурсов, благодаря которым система стремительно развивалась.

Именно на таких островках продолжалась жизнь. И именно к одному из таких городов, располагавшемуся в непосредственной близости в его регионе, и стремился Антон вместе со своей семьей.

Центр города располагался в некогда созданном совместно с Китайцами – Индустриальном парке «Великий камень», окруженный многокилометровой буферной зоной.

Через каждые десять километров были установлены пропускные пункты, на которых производилась отборка и сортировка прибывающих людей.

Самым главным, для любого вновь прибывшего было пройти первый блокпост. Именно тут Антон столкнулся с самой настоящей дичью, которую видел ранее только в постапокалиптических фильмах. Среди людей, прибывавших сюда, это место называлось красной зоной или кровавой линией. И все основание называть эту зону именно так, были.

Огромные толпы людей, бесконтрольной массой скапливались за тысячу метров до заветного КПП.

Ни о каком порядке на подступах речи не шло.

Каждый пробивался вглубь своими силами и способами. На земле то тут, то там валялись тела убитых, затоптанных и искалеченных людей, среди которых Антон замечал и новорожденных, подростков, женщин, стариков, мужчин, до которых никому не было дело.

Чем глубже проходил Антон, чем ближе приближался к заветной точке пропуска, тем больше замечал во взгляде окружавших его людей пугающую дикость. Люди смотрели вперед, не обращая внимания ни на валявшиеся под ногами бездыханные или ещё корчащиеся в предсмертных муках, тела, ни на стоявших рядом соседей.

Остаться в живых в таком потоке казалось невозможным. Но, как и многих других, Антона вела вперед мечта о том, что за стенами будет новая, пугающая, но всё же цивилизация, дарующая то, что у него и остальных отобрали: порядок, закон, кров над головой и надежда на лучшую жизнь.

Он шел к цели, держа свою семьи около себя, как и другие вокруг него. Он не был лучше, был таким же, и все же стремился оставаться человеком. Хотя и его, периодически одолевала дикость толпы.

Моментами, он в ярости расталкивал любого, кто наваливался на его семью и мешал ему продвигаться вперед. Входя в поток безумия, он разбивал лица тем, кто становился на его пути. Несколько раз, людская масса, частью которой он невольно являлся, приходила в пугающее и бесконтрольное ускорение, увлекая Антона в сторону и разлучая его с родными.

В такие секунды ему приходилось изо всех сил стремиться вернуться обратно к ним, сражаясь с теми, кто бездумно тащил его с собой в сторону.

В какой-то момент, в воздухе раздались выстрелы.

Как показалась Антону, пули просвистели прямо над его головой.

Люди стали разбегаться в сторону, с ещё большей силой расталкивая рядом стоявших людей.

Крики. Гул. Плачь. Стон.

Антон принял решение оставаться на месте.

Он приказал всей семье просто присесть вниз, обнимая и держа их руками, одновременно оглядываясь по сторонам в поисках места, откуда были произведены выстрелы.

Антон ощущал, как дрожали от страха его дети, словно перепуганные зверьки, загнанные на убой.

В пару десятков метрах, он увидел сооружение из металла и бетона, возвышавшееся на пару метров над землей. На верху этого самодельной конструкции стояли несколько вооруженных бойцов, направлявших автоматы в сторону разбегающихся людей, а между ними огромная пулеметная турель, плавно поворачивающееся свои смертоносные дула из стороны в сторону, в поисках очередного очага беспорядка.

Тогда Антон первый раз увидел людей, на лбу которых был выбит странный, еле заметный, символ - метка, которую ставили всем, кто был удостоен чести прохода внутрь города.

Антон встретился взглядом с одним из бойцов, державшим его на прицеле. В голове пронеслась лишь одна мысль о неминуемом конце для него и всей его семьи. Ведь кроме них в пару десятков метров не было больше никого, и они были прекрасной мишенью для стрельбы.

Но вместо выстрелов, боец, целившийся в него, стал кричать и подзывать Антона прикладом подойти ближе. Не теряя времени, он вместе со всей семьей рванул к подножью блокпоста, на котором стояли солдаты и за которым образовывалась подобие упорядоченной очереди, медленно продвигавшейся вперед к основной линии пропускного пункта.

Как оказалось, по периметру пропускного пункта были расставлены небольшие позиции, наверху каждого из которых находилось по несколько бойцов следивших за порядком. В любой момент вооруженные до зубов солдаты могли открыть огонь по расположенным внизу людям.

Оглядываясь назад, Антон видел как массы людей, вновь начинали стягиваться в обрезавшуюся после выстрелов пустоту, наступая на убитых и раненных солдатами людей которые оставались лежать на земле.

Какое-то время он ещё ощущал напряжение толкающихся позади него людей, но уже через полчаса, эта сила сошла на нет, и он вместе с семьей смог спокойно двигаться дальше, не опасаясь за то, что кто-то из стоявших рядом мог ударить его в спину или покалечить членов его семьи.

Вдали он видел возвышающие шпили города, к которому они держали свой путь. Вид целого города, в каком-то смысле вдохновлял мужчину и придавал ему силы для дальнейшего движения.

Весь город был окружен невидимым для глаза куполом, который изредка переливался разноцветными всплесками, похожими на полярные сияния, возникавшие в результате взаимодействия солнечного ветра с магнитным полем Земли.

Все оставшееся время, пока Антон шел до КПП, его не покидало странное и необъяснимое чувство. Волнение, опасность, которая взывало к бегству.

Это чувство, выстраивало ложную картинку, отрицающую своим образом, реальность всего происходящего.

«Вдруг все не то чем кажется? Может это только сон?», - думал он про себя.

К реальности его постоянно возвращали автоматные выстрели, эхом разносившееся по округе, раздававшиеся за его спиной и каждый раз заставлявшие с опаской оглядываться назад.

«Нет, — мысленно отвечал он сам себе. — Как было, уже не будет. Надо принять новые правила. Надо идти дальше. Память о былом могла сожрать сознание, а это сейчас было равносильно самоубийству».

Гонимый опасениями и противоречиями Антон, вместе со своей женой Дашей и двумя несовершеннолетними детьми, продолжал шаг за шагом приближаться к первой точке контроля, на которой система должна была решить их дальнейшую судьбу.

Глава 2 - Гнев

-Лучше Вам не пытаться обманывать систему, - обратился шепотом, оглядываясь по сторонам, стоявший перед Антоном мужчина, услышавший, как молодая пара позади него, перешептываясь, спорила о возможных шансах прохода через второй блокпост.

-Почему? – уточнил Антон, стараясь проявлять сдержанность, что было сложно в текущих условиях, когда любая мелочь могла вызвать в нём всплеск неконтролируемой ярости.

-Это же очевидно. Посланника Божьего нельзя обмануть. Он видит всё. Он спаситель, посланный заблудшим овцам. Его глаза повсюду, - незнакомец поднял руки к небу, указывая на летающие над головой сферические аппараты. – Каждый из нас, кто оказался в этой очереди, кто прошел красную зону и получит в скором времени метку на свой лоб - искупленный: и взглянул я, и вот, Агнец стоит на горе Сионе, и с Ним сто сорок четыре тысячи, имеющие имя Его и имя Отца Его написанное на челах своих, – стал проговаривать мужчина в пол голоса, цитируя отрывок из библии.

-Я вас понял, уважаемый, - решил ответить кратко Антон мужчине, не планируя дальнейшего с ним общения, прекрасно понимая в какую сторону, мыслит незнакомец.

Вопрос Веры для Антона не был острым, но был принципиально отличным от всеобщего канона, который он не разделял, видя в нем тупик и нежелания развиваться. Человечество взрослело, негласно требуя всё больше ответов на извечно волнующие его вопросы.

Вера в то, что где-то восседал некто, решавшийсудьбы смертных и всего сущего, виделась ему абсурдной, тем более видеть посланника божьего в куске металла он точно не собирался.

Нет, он не отрицал наличие высшей силы, прекрасно понимая, что она действительно существует. Однако её механизм и принцип действия на все живое, давно им был пересмотрен.

Своя концепция была для него ближе, нежели выстроенная веками философия, сформировавшееся скорее не для того, чтобы наставлять людей на путь праведный, просвещать и совершенствоваться, а больше уходила в сторону контроля масс, в угоду личностного обогащения отдельно взятого слоя людей.

Многие это чувствовали, особенно молодые, в ком ещё бурлила молодая энергия, требующая постоянного движения и преобразования. И все же человечество, покорно продолжало следовать по пути, проложенному им их предками, страшась начать идти по своей, индивидуальной, дороге.

Вопросы бытия и своего места в нем поначалу пугали его, вгоняя в череду депрессий, от которых хотелось скрыться в повседневной суете, отгородившись высоким забором из многообразного количества новостей и забот, прекрасно одурманивающих сознание.

Для Антона Бог представлялся чистой энергией, которая проникала во всё материальное, одновременно поддерживая существование самой материи, и преобразуюсь в ней, меняясь и воплощаясь, каждый раз в новой и новой форме, для последующего прохождения череды испытаний.

Энергия, в которой содержалась вся информация, все знания, обо всем и к которой получал доступ любой, кто стремился к своему личностному росту.

Сама по себе эта сила не была плохой или хорошей, не обладала наличием судей и присяжных. В каком-то смысле в этой силе не было той осознанности, которую приписывала религия Богу.

Она просто существовала, как океан или свет. Одновременно дарующие и отнимающие, создающие и обладающие сокрушительной мощью, способной поглотить всё вокруг себя.

И именно от человека зависело, в каком мире, при каких условиях, в каком теле и среде переродится его душа, а не от воли посланников, которых неведомо кто послал и которые в сути своей и привели человечество к этому исходу.

«Мы здесь, потому что мы заслужили быть здесь», - говорил сам себе Антон, не решаясь озвучить мысль вслух, прекрасно понимая, что его точка зрения никогда и никем не будет принята, так как она заставляла полностью пересмотреть концепцию жизни.

Заставляла прийти к осознанию того, что вся ответственность за то место человека в мире, его здоровье и возникающих испытаниях в течении всей жизни, лежит на совести только самого человека, его деяний при жизни и его предшествующего опыта воплощения. И только сам человек повинен во всех своих бедах. Даже время, эпоха проявления души в теле, зависит исключительно от самой души и её процесса становления в иных потоках.

Но разве это удобное мышление?

Нет.

Оно не доказуемо, как и другие философии, хотя удобна лично для него, при детальном рассмотрении окружающего мира. Кому-то было проще найти своего чёрта, на которого можно скинуть все свои грехи и неудачи. Продолжая жить так, словно ни одно твое действие, ни к чему не обязывало и не влияло впоследствии на то где ты проявишься вновь и что с тобой будет дальше при жизни.

Концепция окончательной смерти живого существа, и идущая с ней в ногу мышление – живем лишь раз. Отлично помогает людям, закрыв глаза, творить зло.

Нет никаких демонов и ангелов, святых и грешников. Есть лишь выбор самого человека. И последующая выбору – расплата. И выбор этот, каждый делал здесь и сейчас, сам.

«Мы здесь, потому что мы заслужили быть здесь», - вновь повторил он про себя.

По всей видимости, незнакомец и сам не жаждал лишнего общения с теми, с кем он решил изначально заговорить, пытаясь найти в них своих единомышленников.

Не получив рассчитываемой поддержки, он отвернулся от стоявших позади него людей и, уставившись вперед, стал внимательно разглядывать очертания города, продолжая бормотать себе под нос, выдержки из святых книг.

Каким-бы странным не показался Антону мужчина, в одном конечно он был прав. Хайлон, уже давно знает кто он, кто его жена и дети. Система знает обо всем и о всех, кто стоит в этой очереди стремясь попасть под его цифровую опеку.

Вся биометрия, снимаемая ранее с людей, оставалась в его базе. И не смотря на сложившуюся ситуацию в мире, он продолжал ею пользоваться, находя по ней нужный ему элемент для своей конструкции.

Одно для Антона оставалось не ясным: по какому признаку Хайлон вел свой отбор?

«Выстрелы и действия охраны» - прогонял в памяти Антон, вспоминая недавнее происшествие.

«Это была случайность? Или таким образом Хайлон его идентифицировал? Кто его на самом деле позвал? Охранник или система, действующая через охрану?»

Множество вопросов. Но нужны ли были в этой ситуации ответы на них, он не знал.

И вот, подходя ближе к КПП, Антон оказывался все больше под гнетом собственных страхов. Страхов перед тем, что его или жену могли не принять и отправить обратно, забрав детей, разлучив их раз и навсегда.

Но даже эта перспектива была для него лучше, чем обрекать детей на медленную и неминуемую гибель в мире, который сошел с ума.

«Лучше так, чем иначе. При любом раскладе его детям там будет лучше», – успокаивал он себя.

Несколько раз Антон замечал отчаянных людей, кидавшихся за вторую линию, получая отказ от системы. Видел как их тела замертво падали на землю, не успев отбежать и десяток метров от заградительной линии.

Установленные по периметру за пропускным пунктом турели молниеносно и безжалостно расстреливали любого, кто не имел права переходить черту.

Пребывая в отчаянии, ощущая безысходность, люди были готовы на всё лишь бы не возвращаться к красной зоне, лишь бы не возвращаться в мир, где они и так были обречены на мучительную гибель.

Возможно, те, кто оказывался перед такой дилеммой, выбирали самый быстрый из способов уйти из жизни. Ведь отказ разрушал последнюю иллюзию и означал для них лишь одно - смерть.

Антон ощущал ярость и злость, которая обрушивалась на его сознание с оглушающей силой. Он не мог до конца принять того факта, что его жизнь и жизнь всей его семьи теперь находилась в руках бездушной системы, хладнокровно подбирающей лучший для себя вариант. Он ощущал себя на месте мелкого насекомого, которое, не раздумывая, он и сам уничтожал, стоило лишь тому явиться, перед ним в ненужное время в ненужном месте.

Но находились те, кто видел в этой системе спасителя направленного людям свыше, самим Богом.

-И что будем делать? – спросила Даша, ожидая услышать план от своего мужа.

-Если нам удастся пройти через этот пункт, к следующей зоне, то можно разделиться. Ты заберешь детей и встанешь в одну очередь, а я последую в другую. Так будет больше шансов, что… - не успел договорить Антон, как вдруг стоявший впереди мужчина во весь голос стал цитировать очередную главу из Библии.

- И услышал я звук с неба, звук вод многих и звук громов великих; и звук, который я слышал, был как бы играющих на гуслях, играющих на гуслях своих.

-Так будет больше шансов, что система решит тебя взять вместе с детьми, – понизив голос, договорил Антон, после того как мужчина впереди смолк.

-Она же видит, что мы вместе сюда пришли, какая разница, где всем нам стоять.

-Твоя очередь с детьми может подойти раньше и официально мы с тобой не расписаны. Данные о детях внесены в биометрию твоего паспорта в моем их нет. Может, мы по базе не проходим как муж и жена.

-Смешно. Ты значишься отцом. И ты полагаешь, система это упустит?

-Что ты хочешь от меня услышать? – возмущенно ответил Антон, прекрасно понимая, что его план вряд ли можно было назвать вообще планом. – Мы здесь ничего не можем сделать, нам и так повезло, что мы с тобой оба дошли до этой точки живыми, вместе с детьми. Либо пройдем, либо пройдет один из нас или пройдут только дети.

Даша отвернулась, но Антон успел уловить мимику лица своей жены. Было очевидно, что она была не сильно довольна его резким ответом.

Возможно, Даша ждала другого ответа. Воодушевляющего, успокаивающего. В котором если её не возьмут, то он в любом случае останется с ней, а может быть предложит системе вместо себя её.

Даже сейчас, пройдя такой путь, он ощущал, будто она находилась в мыслительном вакууме с устоявшимися внутри него законами и правилами из прошлого, которые уже не работали.

Они оба, как и все вокруг, были безмолвными рабами, идущими слепо вперед в неизвестность, плывущими по волнам неопределенности во тьме.

Что она от него ждала? Что он начнет уговаривать систему? Подкупать её? Вызывать на поединок? Или сможет пробудить в ней жалость?

Очевидно, что её просто бесило осознание бессилия, как её, так и его в этой ситуации. У него не было плана, кроме покорного ожидания развязки.

Очередь шла на удивление быстро. Хайлон, не задерживал людей около себя. Быстро анализируя человека по базе, он так же молниеносно давал один из двух возможных ответов.

И вот, шаг за шагом, очередь подошла к мужчине, стоявшему перед ними и продолжавшему цитировать строки с Библии, словно они должны были пробудить в системе скрытый код, позволявший получить блат.

Мужчина, которому было далеко за пятьдесят, среднего роста, встал напротив панели. Зеленый луч света выскочил из камеры над панелью, сканируя мужчину с ног до головы.

Какое-то время система делала обработку данных, стоявшего перед ними человека, попутно требуя от мужчины прикладывать руки к экрану для снятия отпечатков.

-Отче наш, сущий на небесах! Да святится имя Твое; Да придет Царствие Твое; Да будет воля Твоя, Как на небе, так и на земле. Хлеб наш насущный дай нам на сей день; И прости нам долги наши, Как и мы прощаем… - мужчина не успел договорить заученную им молитву, когда услышал ответ системы.

-Отказ! – выдал женский голос из динамиков. – Следующий.

-Что?! – выкрикнул мужчина, не удовлетворённый отказом. – Я сын божий! Я раб его! Я нужен ему! Вы не можете так просто меня отвергнуть!

-Субъект 100 001, вы должны немедленно покинуть платформу и вернуться за заградительную линию. В противном случае ваш код будет аннулирован, а вы терминированы на месте.

-Да пошла ты в задницу, тварь! Ты порождение Антихриста! – стал выкрикивать мужчина, изменившись в лице.

-Начинаю обратный отчет. Три…

-Люди! – воскликнул мужчина, обернувшись к Антону и толпе, стоявшей за ним, - опомнитесь! Это …

В воздухе прозвучал глухой звук единственного выстрела. Робот, стоявший все это время рядом с панелью, опустил дуло своего бластера и, как ни в чём ни бывало, продолжил осматривать окружающее вокруг него пространство.

Мужчина замертво упал на пол, так и не успев договорить.

Через несколько секунд к площадке подошли два гуманоида с носилками и без лишних слов, погрузив убитого, отнесли его в сторону огромного резервуара, в который, будто мусор, скинули бездыханное тело только что убитого человека.

Все это время Даша держала детей, прижав их к себе и отвернув их лица от тела, которое валялось в нескольких метрах от них.

Мертвые тела давно перестали беспокоить детей, скорее представлялись повседневной обыденностью, на которую то тут, то там обязательно наткнешься.

И всё же, она, как мать, пыталась отгородить их от этой картины.

-Следующий. Номер 100 002. Подойдите к панели и станьте лицом к терминалу.

Антон с волнением стал дожидаться результата, наблюдая, как система сканировала его жену. Казалось, эти секунды были вечностью, которые скорее хотелось прокрутить и оказаться на миг дальше.

-Одобрено. Проходите. Номер 100 003, подойдите к панели и станьте лицом к терминалу.

На этот раз процедуру прошел и сам Антон. Даша, тем временем пройдя турникет, остановилась за ограничительной линией дожидаясь своего мужа и детей.

-Одобрено. Проходите. Номер 100 004, пройдите к панели и станьте лицом к терминалу.

Дети Антона сильно волновались. Был виден их испуг, ведь родители пусть и были в пару шагах от них, но всё же не рядом, а за решеткой по ту сторону барьера. Все это и недавнее убийство машинами человека, заставляло их нервничать и опасаться за свою жизнь.

Видимо это видела и машина. В какой-то момент, к их детям подлетел круглый шар, который завис прямо напротив его младшего сына.

Через короткое мгновение, из шара выскочил белый пучок света сформировавший перед собой небольших размеров экран, по которому стали транслироваться веселые мультики.

«Его любимые», - подметил про себя Антон, глядя на то, как его сын постепенно переключает свое внимание на развлекательные передачи.

Это его удивило. Случайно ли система включила именно этот цикл серий или знала предпочтения его ребенка, который в былые времена, когда ещё можно было смотреть мультфильмы, любил смотреть именно этот мультик, и всячески не принимал другие, начиная капризничать и плакать.

-Одобрено! Ты можешь проходить Анна. Твои родители дожидаются тебя, – прозвучал, на этот раз милый, не лишенный теплоты, женский голос, подобранный системой специально для ребенка.

Аня, сорвавшись с места, быстро выбежала через турникет, бросившись без оглядки к маме.

-Мамочка, мне страшно, - выговорила дочка сквозь слезы, сильно обнимая Дашу.

-Всё будет хорошо. Мы уже вместе. Смотри, сейчас к нам и Дима подойдет, - ответила Даша, пытаясь переключить внимание дочки на проходившего в эту минуту процедуру анализа её шестилетнего брата.

-Одобрено. Малыш ты можешь пройти к своим близким.

После завершения процедуры, шар, который сопровождал Диму, сменил картинку голографического экрана и вместо мультиков, воспроизвел прямо перед ним голограмму ребенка, в точности повторяющую внешний вид его сестры.

-Пойдем Дима к выходу, - сказал голос девочки полностью идентичный реальному голосу Ани.

Вид сестры, оказавшейся рядом, позволил Диме без опасения проследовать за ней до выхода, где его уже дожидался Антон, мама и настоящая сестра, смотревшая на свою полную копию с широко раскрытыми глазами, удивляясь тому, что по ту сторону забора, стояла девочка, в точь-точь полная копия её самой с таким же детским голосом, который ей было непривычно слушать со стороны.

Оказавшись вновь вместе, Антон с семьей направились в сторону следующей заградительной линии.

Новые вереницы людей, стоявшие друг за другом, начинались уже через пару сот метров от пройденного ими пропускного пункта. На этот раз очередей было не несколько, а сотни и это только те, что видели его глаза. Сколько на самом деле было очередей растянувшихся на несколько километров, Антон мог только догадываться.

За пару десятков метров до места, где начинали стоять люди, к Антону и его семье подлетел небольшой летательный аппарат, перегородивший им путь вперед, и зависший прямо перед ними в воздухе.

Какое-то время была тишина и полное непонимание происходящего.

Антон озадачено смотрел на аппарат, пытаясь сообразить, что ему дальше делать. Идти или стоять.

-Номер 100 002 вы должны встать в очередь номер 2 в левом ярусе. Номер 100 003, ваша очередь номер 52 в правом ярусе. Дети должны проследовать за мной к капсуле для транспортировки в карантинную зону.

-Детям не надо стоять в очереди? – уточнил Антон у машины.

-Дети проходят автоматически, взрослые субъекты распределяются в очереди согласно требуемым специальностям, подходящим вам физиологически с сопоставлением вашей прежней квалификации, опыта, навыков и способностей.

-Нет! Нет! Антон не кидай меня! – закричала Даша, не желая отпускать Антона, одновременно удерживая детей около себя. – Прошу тебя! Я не отдам им моих детей. Антон!

-Солнце. Успокойся. Всё будет хорошо. Если бы система хотела кого-то из нас не пропустить, то не пропустила уже на прошлом КПП. Мы просто с тобой окажемся в разных очередях и встретимся в карантинной зоне. Шанс отказа в этой области минимальный. А дети… - Антон сделал паузу, вглядываясь в светло зеленые глаза стоявшей напротив него Даши, подбирая нужные слова. – Мы же шли сюда, ради того, чтобы иметь шанс хотя бы их сюда отправить. Мы уже сделали главное. Они уже попадут в Эдем. Не лишай их будущего.

-Я знаю… Но я не могу, так, – не скрывая слез, ответила Даша.

-Это временно Даша. Временно. Дети будут в карантинной зоне, мы можем с ними пересечься там…

-Карантинная зона, является закрытым местом, контакт между блоками запрещен. Любые общения будут возобновлены по истечению установленного срока, требуемого для адаптации организма и прохождения всех процедур по выявлению патологий у субъекта, – ответил робот, поправляя слова Антона. - Максимальный срок пребывания в карантинной зоне: месяц – добавила машина.

-Ну, вот. Месяц. Даша. Месяц и мы все снова будем вместе. Давай не будем в последний миг все разрушать. Ты хочешь вернуться обратно?

-Нет, - более спокойно, пытаясь взять себя в руки ответила Даша. – Но у меня плохие предчувствия.

-Это страх перед неизвестностью. Но нам, просто, надо довериться. Иного пути нет. Или это – Антон указал в сторону города, - или мир по ту сторону барьера.

Её руки дрожали, когда она отпускала своих детей. Антон мог только догадываться, что ощущала его жена в миг, когда от неё забирали, пусть и на время, её детей.

Даже ему, казалось, что от него, в этот миг, отрывали кусок плоти, оставляя без чего-то важного и родного.

Антон присел на корточки перед дочкой и сыном, вглядываясь в их глаза.

-Аня, следи за братом, - теперь ты старшая.

-А вы? – спросила дочка, на глазах которой начинали проступать слезы.

-Мы скоро будем. Это испытание. Ты же знаешь, каково там за красной чертой, – кивая в сторону заградительной линии, указывал Антон. – Ты хочешь вернуться обратно?

-Нет, - отрицательно покачивая головой, уверенно ответила дочка.

-Тогда, как бы тебе ни было больно и страшно, ты и Дима должны проследовать за этой машиной. А после того, как мы окажемся внутри, я надеюсь, мы быстро друг друга найдем. Верь, просто верь.

-И мама тоже.

-И мама будет с нами тоже. Ступай и я тебя прошу, следи за братом. И ты, Дима слушайся свою сестру. Ты меня понял?

В ответ он увидел лишь легкий кивок, стоявшего перед ним сына, смотревшего на все происходящее как на театральное представление, не до конца, а может, и вовсе не осознавая, что происходило вокруг.

В отличие от старшей сестры, он и не видел иного мира. Не видел последние дни человеческой цивилизации, а жил уже при постоянном страхе смерти и голоде.

Это были самые тяжелые секунды для Антона и его жены. Прямо на их глазах, детей увозили в неизвестность. Все что им оставалась это верить в то, что они увидят их ещё раз.

Странное ощущение опустошенности накатило на его тело. Ноги в какой-то момент подкосились, и он чуть не упал на землю. И только вид стоявшей, такой же разбитой морально Даши, не позволял ему окончательно лишиться сил, проявляя слабость перед ней.

В тот момент ему казалось, что Даша все это прекрасно понимала. Понимала и между тем не могла сдержать волну эмоций, которые на неё накатывали, мешая взять свои мысли под контроль.

Вскоре он отпустил и её.

Какое-то время он ещё стоял на месте, наблюдая за удаляющимся силуэтом своей жены, которая не спеша уходила в противоположную от него сторону, изредка оглядываясь назад, пытаясь встретиться с ним взглядом.

Постепенно она скрылась из виду за стоявшими в своих очередях, людьми. Бесконечные ряды обречённых, растянувшиеся до самого горизонта. Антон почувствовал, как его сердце стало частью этого пейзажа - холодным, безжизненным, покорным.

Когда он, наконец, сделал вдох, воздух обжёг лёгкие.

Шаг вперёд. Ещё шаг. Казалось, вся система смеётся над ним, наблюдая, как он покорно бредёт к назначенной ему системой цифре.

Последнее, что он видел перед тем, как нырнуть в людской поток - пустое место у заграждения, где всего несколько минут назад стояли он, его жена и дети.

Глава 3 - Торговля

Темнело.

Последние лучи солнца, цепляясь за край горизонта, окрашивали небо в густой багровый оттенок, словно сама природа предупреждала о грядущих, спрятанных от взора, зловещих переменах.

Прохлада нарастала.

Совсем скоро температура воздуха могла опуститься ниже нуля, и хотя сейчас по календарю была середина мая, прежние правила, по которым существовало человечество, уже не работали.

Летом мог выпасть снег, а зимой воздух мог прогреться до сорока градусов тепла. И даже такой расклад считался удачным стечением обстоятельств в условиях, когда погода менялась с непредсказуемой быстротой.

Pа несколько часов, погода менялась до неузнаваемости.

Утром палящее солнце, короткий миг и все небо застила тьма, поднималась буря, за которой землю мог сковать лед и холод. Температура шаталась как детвора на качелях: то холодно, то жарко.

В таком мире, сложно было выжить. Поэтому люди и дрались за то чтобы попасть внутрь купола, где Хайлон выстроил удобные для людей условия.

-Род вашей деятельности? – обратилась робот-гуманоид, когда подошла очередь Антона.

Робот-гуманоид изучала стоявшего перед ней мужчину, безэмоциональным взглядом. Её голос был мелодичным, но лишенным тепла.

-Я ведущий инженер в области энергетики, - ответил он, непроизвольно всматриваясь в идеальные черты лица стоявшей перед ним машины.

Его смущала, это неестественное совершенство. Перед ним стоял сложный механизм, но каждый элемент – от едва заметного румянца на щеках до естественного блеска глаз – был выполнен с ужасающей точностью.

Черты лица девушки-робота были вполне человечны. Естественный цвет кожи, с едва заметными прожилками у висков, идеальное тело, правильные черты лица, чистая одежда. Живой взгляд серо-зеленых глаз немного смущал мужчину своей реалистичностью, заставляя смущенно отводить глаза в сторону.

Последний раз он видел похожие модели ещё до взрывов, вызвавшие мировой катаклизм. Но тогда они были другими. Движение идеальны выверены, мимика, копирование эмоций, всё было четко. И лишь стеклянный взгляд, всегда выдавал их бездушное нутро, в котором читались не мысли, а холодные алгоритмы.

Но теперь…Теперь он мог поклясться, что перед ним стояло живое существо. Грудь поднималась и опускалась в почти незаметном ритме – не механической симуляцией, а будто бы в такт реальному дыханию, с легкой неровностью, будто воздух действительно наполнял лёгкие. Моргание, увлаженные губы, мышцы лица еле заметно сокращались в идеально рассчитанной симуляции естественного рефлекса - будто язык действительно скользил по нёбу, смачивая пересохшую гортань, влажный блеск во внутренних уголках глаз – словно слёзная жидкость увлажняла слизистую.

И всё же… что-то было не так. Слишком идеально. Слишком… человечно, чтобы быть правдой.

Ещё одной отличительной чертой, являлось то, что на лоб людям наносилась ультрафиолетовая татуировка. Её рисунок был не виден глазу, но на коже всегда оставался заметный след, указывающий на её присутствие. У роботов, данный символ был нанесен на корпус или ткань, обычной черной краской.

Пирамида, заключенная в круг, располагавшийся внутри квадрата. Символ, символизировавший собой единство мехатроники, электричества и искусственного интеллекта. Знак, который можно было встретить на экранах голографического телевидения, заменяющий собой рекламную вставку или на декоративных флагах, которые периодически мелькали на различных конструкциях по ходу движения Антона к пункту пропуска и на самом КПП.

-Вы обучались на архитектора, – уточнила девушка-гуманоид, анализирую данные из своей базы.

-Да. Но жизнь распорядилась иначе. Пришлось переучиваться.

-Семейное положение?

На какое-то время Антон смолк, пытаясь понять, как ему отвечать на этот вопрос. Солгать или сказать правду?

-Женат, два ребенка. Девочка 10 лет и мальчик 6 лет, детей уже забрали в карантинную зону, – ответил Антон, решив, что Хайлон все давно знал, и обман мог лишь сыграть с ним злую шутку.

-Увлечения? – продолжила свой расспрос девушка-гуманоид.

-Люблю рисовать. Занимался компьютерным моделированием. В свое время выставлялся в галерее и на различных ярмарках.

Девушка смолкла, анализируя информацию, подаваемую ей через экран монитора. Эти секунды обработки, тянулась так долго, что казалось, весь мир остановился в этот короткий миг.

Именно тут решалось, проходит ли Антон как субъект внутрь безопасной зоны или возвращается за ограничительную красную линию с аннулированным клеймом, окончательно лишившись возможности на повторную попытку попасть внутрь.

И таких Антон видел много. Система разворачивала людей и те в ужасе падали на колени, моля машину об уступках, прося о снисходительности.

Но искусственный интеллект был непоколебим. Не обладая эмоциями, чувствами эта сущность спокойно отказывала тем, кого считала не достойным пройти внутрь.

А любого, кто начинал сопротивляться командам, ждал лишь один бесславный путь - мусорный контейнер.

Вдали послышалась стрельба, отвлекшая Антона от мыслей и заставившая его непроизвольно повернуть голову в сторону, откуда донесся звук. Выстрелы доносились дальше ограничительной линии.

"Очередной налет сопротивления или попытка охраны предотвратить беспорядки, вызванные хаосом внутри толпы?" — гадал про себя Антон.

Взрыв. Горизонт озарился яркой вспышкой. Огромная огненная волна взмыла в небо, разрывая тьму ночи, оглушительный грохот разнесся по округе, словно раскат грома. Пыль взметнулась в воздух, смешиваясь с клубами дыма, застилая видимость.

Сердце застучало в бешеном ритме. Казалось, что на красной линии начался самый настоящий ад. Там явно назревало что-то серьезное.

По масштабам Антону на короткий миг показалось, что дела там намного серьезнее обычной паники среди людей и локального конфликта вызванного вторжением повстанцев ведших свою войну с системой.

Больше было похоже на прорыв тварями заградительной линии, выстроенной Хайлоном на подходе к красной зоне.

Доносились пулеметные очереди турелей, установленных по периметру первой заградительной линии. Над головой Антона, беззвучно, пронеслись сотни небольших летательных объектов, устремившихся в сторону возникшего хаоса, со стороны Эдема.

Пулеметные турели работали в бешеном ритме, расстреливая всё, что двигалось в их сторону.

Зеленый.

-Антон Викторович Измайлов. Ваша личность проверена и одобрена, вы можете пройти внутрь. Мы ожидаем вас у входа в город для предоставления вам более расширенной консультации. Добро пожаловать в Эдем.

-Простите, я хотел узнать о семье. Скажите моя жена прошла. Позвольте узнать могу ли я попросить пропустить и её. Она… - не успел договорить Антон, как тут же был перебит девушкой-гуманоидом.

-Вы задерживаете очередь Антон Викторович. Ваши дети уже в карантинной зоне, с ними всё хорошо. Ваша жена вскоре к вам присоединится, после прохождения проверки. Проходите.

Антону, ловившему недовольные и перепуганные взгляды стоявших за ним людей, ничего не оставалось делать, как сделать шаг вперед и пойти по дорожке к новому миру, в который он вместе со своей семьей стремился.

Оказавшись около двери, он ещё раз оглянулся назад, вглядываясь в горизонт, где в разных местах мелькали вспышки света от взорвавшихся ракет, выпущенных Хайлоном в сторону врага. Его взгляд непроизвольно упал на очереди людей, стоящих у пункта перед городом, в которых он попытался безуспешно уловить силуэт жены.

Сердце сжималось от тревоги, а в ушах звучали отголоски пулеметного огня. Он знал, что должен идти дальше, но в душе его терзали сомнения. Что, если она не успела? Что, если она осталась там, в том мире, который он покидал?

Одна…совсем одна.

Глава 4 - Депрессия

24 Июня 2063 год.

Выйдя из здания, Антон ощутил, как приятный солнечный свет, яркий и теплый, ударил ему в глаза.

Он знал, что это было не настоящее солнце. Климат планеты не позволял длительное время наблюдать на небе солнечный диск, который периодически закрывали темные тучи, погружая планету в кромешный мрак. Однако Хайлону удалось обмануть сознание живых существ, не только людей, обитавших под его куполом, создав правдоподобную иллюзию, которая заставляла их забыть о суровых условиях внешнего мира.

Технология, стоящая за этой иллюзией, была довольно забавной и впечатляющей.

На небе, глаза видели трехмерную голограмму солнечного диска, которая точно повторяла движения настоящего светила, создавая ощущение, что Антон действительно находится под открытым небом. Эффект тепла достигался за счет терморегулирования, выстроенной внутри купола, которая поддерживала в нем комфортную для человека температуру.

Остальные эффекты обеспечивал чип, вживленный в мозг человека. Этот чип, воздействуя на нейроны головного мозга, вызывал ряд естественных реакций организма. Ощущения тепла кожи, эффект прищуривания, помогавший в реальности, уменьшить количество света, попадавшего в глаза. Всё это усиливало эффект присутствия и погружало сознание Антона ещё глубже в выстроенный системой мир, где реальность и иллюзия переплетались в единый клубок.

Доработанная Хайлоном система айтрекинга позволила не только управлять устройствами взглядом, но и создала иллюзию воздействия самого устройства на человека. При этом совершенно не было необходимости в наличие настоящего объекта. Чип мог проявлять те ощущения, которые человек мог бы испытать, контактируя с реальным устройством. Имитация звуков, задействование вкусовых рецепторов - всё это создавало полное ощущение реальности.

Антон мог включить функцию, которая позволяла слышать все звуки в окружающем пространстве или сосредоточиться только на тех звуках, на источник которых был устремлен его взгляд, приглушая или удаляя вовсе все остальные. Эта же система позволяла управлять абсолютно всеми устройствами, находящимися внутри купала и подключенные к единой базе.

Свежий воздух, наполненный сладким ароматом распустившейся сирени, на мгновение, околдовал своим благоуханием его изголодавшееся по запахам сознание. Этот нежный запах пробуждал в нем память о прошлых радостях, казавшихся естественными и обыденными, отправлявшие его разум в далекое детство, когда он беззаботно бегал по дачному участку своих родителей, баловался, гоняясь за лягушками, наслаждаясь свежевыжатым яблочным соком, в то время пока его родители усердно трудились на огороде. Родители… ушедшие, как и то беззаботное прошлое,оставшиеся лишь в его воспоминаниях, словно тени, которые никогда не покинут его сердце.

Был ли этот запах настоящим - Антон точно не знал. Кусты с сиренью росли неподалеку от аккуратно выложенной плиткой дорожки, но подойти к ним он не мог: путь ему преграждал не высокий, декоративный заборчик, на котором висела предупреждающая табличка, оповещающая о запрете хождения субъектов по зеленой зоне. Этот забор, словно невидимая граница, отделял его от мира живой природы, оставляя лишь возможность наслаждаться ароматом, не имея возможности прикоснуться к тому, что его окружало.

Спустившись по лестнице, он направился по узкой дорожке в сторону цветущей улицы, вокруг которой раскинулись невысокие жилые постройки, среди аккуратно разросшихся деревьев.

Вокруг насаждений постоянно летали небольшие летательные аппараты, с несколькими выступающими механическими конечностями, на концах которых находились подобия игл. Эти устройства периодически испускали тонкие лучи света, которые без труда подрезали выступающие ветви крон, оставляя за собой аккуратные срезы.

Падающие ветки и листья, тут же подбирали другие роботы, которые, юрко двигаясь между кустарниками и деревьями, парили невысоко над землей. Они работали, как казалось Антону, синхронно с теми машинами, что занимались подрезанием крон деревьев, создавая впечатление идеальной гармонии.

Вокруг была чистота и порядок, словно он оказался, в том самом мифическом райском саду, в честь которого и был назван весь город.

Пение птиц, дуновение легкого ветерка и теплое прикосновение солнечных лучей к его коже, пусть и не настоящего солнца, всё же порождал в нём атмосферу умиротворения.

Почти покинув территорию комплекса, Антон остановился перед калиткой, за которой располагалась пешеходная дорога.

По ней мирно, не спеша, прохаживались люди, наслаждаясь теплым днем и общением друг с другом.

За пешеходной дорогой, раскинулась проезжая часть, по которой периодически, пролетали магнолёты - небольшие круглые механизмы, вмещавшие не более двух субъектов.

Управлять ими мог любой из пилотов, либо непосредственно встроенный в транспортное средство искусственный интеллект первого уровня.

Эти устройства работали на принципе магнитной левитации, обеспечивая бесконтактное и плавное движение по специально сконструированным для них дорогам.

В зависимости от зоны, магнолёты могли смещаться по одной из нескольких плоскостей, цепляясь за платформы и перемещаясь между иными меняя силу магнитного поля.

Людей на улице было немного, но достаточно, чтобы улицы не выглядели унылыми и пустым.

Рядом с людьми прохаживались роботы-гуманоиды, андройды или другие люди, создавая атмосферу дружелюбия и гармонии.

Идиллия, царившая вокруг, резко контрастировала с тем миром, в котором он жил последние три года - миром, где ты не знал, проснешься утром и уснешь ли вечером.

И вот Эдем.

Выстроенный искусственным интеллектом всего за три года, этот город представлял собой эталон работы передовых технологий, которые человечество успело разработать и которыми умело, воспользовался Хайлон. Здания, возвышавшиеся над головой, устремлялись высоко в небо, а летающие машины, роботы и андроиды создавали впечатление динамичного и современного мира.

Инфраструктура работала слаженно, круглосуточно, обеспечивая жителей всем необходимым. Роботы-доставщики, роботы-уборщики, роботы-грузчики — здесь были устройства на любой вкус и цвет. Людям оставалось лишь наслаждаться идиллией, которую для них создал искусственный интеллект, погружая их в мир, где технологии и природа сосуществовали в идеальной гармонии.

«Но с какой целью?» - размышлял Антон, не находя логических ответов на свои вопросы. «Всё слишком идеально, чтобы быть правдой. Зачем?».

То к чему стремились люди всю свою жизнь, ради чего воевали и умирали, было воплощено тем, кому на самом деле всё это было ненужно.

«Что Антон, как человек, мог дать этому городу? Этому миру?» – задавал он себе вопрос, продолжая любоваться изящными линиями построек, воплощенными Хайлоном в архитектуре Эдема.

Высоко в небе вещало небесное телевидение, по которому сутки напролет крутились развлекательные и познавательные программы. С этой технологией Антон был знаком. Её создатель, Варварин, запустил в середине 21 века, в 40-ых годах проект под названием «Небосвод», ознаменовавший начало эры голографического телевидения.

Технология, поначалу казавшееся абсурдом, в итоге превратилась в мощное орудие, полный потенциал которого было раскрыт на полях боя. Испускаемый пучок света со спутников, проходя через атмосферу, мог как ретранслировать изображение, создавая подобие огромных экранов, основой для которых выступала сама же атмосфера, так и создавать бесчисленное количество голограмм военной техники, на самой земле, вводя противника в заблуждение и провоцируя его раскрывать свои позиции по которым тут же отрабатывала артиллерия.

И было очевидно, что Хайлон пошел дальше, констатировал Антон вспоминая случай на пропускном пункте, где к его сыну подошла созданная детализированная проекция его дочери, которую спроецировал в пространстве парящий в воздухе аппарат.

«Что являлось иллюзией здесь? Все ли постройки из металла и камня или же среди всего этого многообразия форм, звуков и образов была и отлично замаскированная голограмма?»

Удивительным было то, что за все время пребывания в карантине и теперь, выйдя на улицу города, Антон не слышал негативных новостей о внешнем мире. Словно все прошлое, о котором ещё он помнил, было просто сном, оставившим лишь легкий налет тревоги в его сознании.

Не было того ужаса из которого он прибыл. Не было хаоса, и постъядерного апокалипсиса. Никто не говорил о монстрах, которые наводнили поверхность планеты, о болезнях и полном упадке человеческой цивилизации.

Ничего.

По небесному экрану крутили новости о достижениях других резерваций, о новинках разработанных Хайлоном в ходе совместной работы людей и искусственного интеллекта.

Находясь в карантине, и проходя обучение по специальной программе, он узнал, что система, некогда созданная людьми, теперь именовала себя Создатель.

И все вновь прибывшие должны были обращаться к ней именно так.

В какой-то момент над головой пронеслось пару летательных аппаратов сплюснутой формы и заостренным концом, появление которых отвлекло Антона от раздумий и заставило пристальней всмотреться на удаляющиеся объекты.

Он сразу обратил внимание на то, что эти магнолёты отличались от тех, что летали над дорогами, четко фиксируя свое направление согласно выстроенным полосам. Эти же летательные магнолёты могли двигаться куда хотели и как хотели и при всем при этом в их полете чувствовалось слаженность, контролируемая системой.

Летающие машины не издавали абсолютно никакого звука. Если бы Антон не разглядывал окружающее пространство и не смотрел ввысь на небесное телевидение, он, возможно, и не заметил их пролета над своей головой.

Под их днищем, прямо по центру, находился огромный яркий шар, излучавший темно-желтый свет.

И хотя шар был достаточно ярким, свет от его сияния не мог осветить даже нижнюю часть самого летательного аппарата, что казалось Антону странным, при таком интенсивном свечении, лучи будто растворялись не покидая невидимую человеческому глазу границу.

Как именно перемещался этот аппарат в воздухе он не совсем понимал. Как собственно и то как такие, не маленькие машины, могли летать так плавно, легко и бесшумно.

И нужно ли было ему это понимать, он не знал. Какую роль задаст ему Создатель и чем заставит заниматься он не догадывался, пребывая в полном неведении.

И вот в тот самый момент, когда он уже был готов сделать шаг за калитку, к нему подлетел небольшой, круглый, летательный аппарат.

-Добрый день Антоний. Перед тем как вы окончательно покинете территорию карантинной зоны, вам следует принять таблетку, укрепляющую ваш иммунитет. В течении дня, вам также нужно будет произвести укол витаминного комплекса, который улучшит работу вашей нервной системы.

Не противясь, Антон взял предоставленную роботом белую капсулу и небольшой стаканчик с водой.

Немного покрутив капсулу в пальцах, он ощутил её гладкую поверхность, на которой мелкой гравировкой был нанесен тот же самый символ, который Создатель ставил всем людям, которые были удостоены чести попасть в Эдем.

По неизвестной ему причине, этот знак одновременно внушал и доверие, и пробуждал тревогу.

Сделав тяжелый вдох, он запрокинул таблетку в рот и быстро осушил содержимое стеклянного стакана, чувствуя, как вода смывала привкус лекарства.

Вернув стакан на небольшую платформу в корпусе робота, откуда он его взял, Антон стал дожидаться дальнейших распоряжений висевшей перед ним машины.

- Всего доброго, уважаемый, – ответил робот, после чего удалился обратно в здание медицинского комплекса, оставив Антона опять наедине с терзавшими его мыслями.

Теперь Антон мог спокойно идти вперед.

Переступив через ограду и оказавшись на пешеходной дорожке, он сразу же услышал в своей голове, чужой, не принадлежавший ему, женский голос.

-Добро пожаловать в Эдем. Мы рады приветствовать нового гражданина нашего комплекса, - с воодушевлением сказал голос.

На удивление самого Антона, шедшие в этот момент рядом люди, стали радостно приветствовать его, так будто для каждого из них он был самым близким в мире человеком, которого они долго ждали.

-Меня зовут Ева, и я ваш личный гид в этом городе.

-Я не могу понять, ты вещаешь в моей голове, а слышат нас все? – в слух уточнил Антон.

-Необязательно. Я ретранслировала данные о вашем прибытии, всем близ расположенным субъектам. Чтобы немного вас подбодрить, так как вы в данный момент времени пребываете в растерянности и смятении. Это обычное состояние, любого вновь прибывшего человека для которого жизнь вне города была сопряжена с постоянными проблемами и кризисами. Теперь вы в безопасности и можете спокойно вести привычный для вас образ жизни. В дальнейшем без вашей команды я не стану передавать наше общение в окружающее пространство и с данной секунды только вы слышите мой голос.

-Я если честно пока не сильно понимаю, что мне делать, - слегка растерянно ответил Антон.

-И это не удивительно. Но все по порядку. Для начала, вам стоит заглянуть в ваш собственный дом, где вас уже дожидается ваша семья.

Последние слова Евы, вызывали в Антоне всплеск положительных эмоций.

-Пройдите к посадочной платформе, через минуту вас подберет магнолёт 23, он доставит вас к вашему дому. Если я вам понадоблюсь просто обратитесь ко мне по имени, и я вам отвечу в любое время суток. Удачной поездки Антон.

Все томные мысли, которые ранее окутывали его разум, словно облака, мгновенно улетучились, растворившись в воздухе, как утренний туман под первыми лучами солнца. Он почувствовал, как лёгкость наполняет его сердце, а радость, подобно яркому свету, проникает в каждую клеточку его существа.

Теперь, когда впереди его ждала встреча с семьёй, все сомнения и тревоги остались позади, уступая место надежде и ожиданию чего-то необычного и нового.

Глава 5 - Принятие

Путь от медицинского центра, в котором он провел месяц, до его нового дома, занял не более двенадцати минут.

Магналёт стремительно мчался по извивающимся улицам, словно птица, ловко меняя направления и полосы. Каждый поворот открывал перед Антоном новые пейзажи: яркие вывески магазинов, уютные кафе с террасами, цветущие парки.

Глядя на окружающую его идиллию, невольно задавался вопросом: а не сон ли всё это?

В какой-то момент магналёт стал сбавлять скорость, пока плавно не остановился напротив одного из двухэтажных домов, к которому его привез автопилот магналёта.

Выйдя из транспортного средства, Антон внимательно всмотрелся в свой новый дом, где его уже дожидалась жена и дети.

От переизбытка эмоций, его сердце сжалось в груди, порождая приятную дрожь, волной проносящуюся по спине.

Здание выглядело как оазис уюта и спокойствия. Фасад, выполненный из светлого кирпича, мягко отражал солнечные лучи, создавая теплую, спокойную атмосферу. Двускатная крыша, покрытая черепицей, с аккуратными свесами, оберегала дом от непогоды, защищая его от дождя и ветра.

К входу в дом вела дорожка, аккуратно выложенная плиткой и обрамленная цветами, поднимающаяся к небольшой лестнице, ведущей к двери. Яркие цветы, распустившиеся в клумбах, источали нежный аромат, наполняя воздух приятной свежестью.

Подойдя к деревянной двери, он осторожно коснулся дверной ручки, словно боясь разбудить спящего за дверью ребенка. В этот момент он застыл на месте, не веря в происходящее и страшась сделать следующий шаг.

Сделав глубокий вдох, собравшись с силами, Антон закрыл глаза и сделав легкое движение вперед приоткрыл входную дверь в свой новый дом.

-Папа! Папа! – донеслись детские голоса, выбежавших из комнаты детей.

Не успел Антон перешагнуть порог дома, как к нему на всех порах выбежали из соседней комнаты, его десятилетняя дочка Анна и шестилетний сын Дима.

-Слава Богу, вы здесь! - выдохнув с облегчением, сказал радостный Антон, приседая на колени и заключая детей в свои крепкие объятия, - как же я по вам соскучился. С вами все хорошо? Вас никто не обижал?

-Нет, – ответила Аня, - Папа! Вообще было классно. Нас возили на экскурсии, показывали город, мы даже летали в другие города.

-Что? – ошеломленный откровением дочери, удивленно спросил Антон, полагавший, что дети, как и взрослые, проходили месячный курс в карантинной зоне. - Когда вы успели?

-Почти сразу же, как нас забрали от вас, - спокойно ответила Аня.

-А как же карантин?

-Нас быстро осмотрели, - пожав плечами, ответила дочка.

-С кем же вы были все это время?

-В лагере с другими детьми.

-И что вы делали?

-Папа, - с ноткой возмущения начала отвечать дочка, считая, что отец задавал странные и глупые вопросы. – Учились. Это же очевидно.

-Я ничего не понимаю, - ответил растерянный Антон, полагавший, что все это время его дети были в таком же заточении, как и он. – Ладно, где мама? Я хочу с ней поговорить. Даша! – крикнул во весь голос Антон, зовя свою жену и ожидая, что она вот-вот к нему выйдет.

-Маму не пустили, - опустив голову, и отойдя от отца, ответила Анна.

-Как не пустили? - изменившись в лице, не понимая и не до конца осознавая сказанное дочкой, уточнил Антон.

В этот момент из соседней комнаты, из которой ранее выбежали дети в прихожую вышла невысокая, худенькая девушка. Она остановилась около комода стоявшего рядом со входом в гостиную и слегка смущаясь, поприветствовала незнакомого ей мужчину, легкой улыбкой.

-Кто вы? – спросил Антон, обращаясь к незнакомке, оказавшейся с его детьми, - и почему вы в моем доме?

-Этот дом не ваш, - ответила спокойно девушка. – Я здесь живу чуть больше месяца. Неделю назад привезли детей. К вечеру пришли вы. Эти дома нам не принадлежат, как и всё, что вы видите и чем будете пользоваться в Эдеме. До этого я жила в другом месте, но Создатель распределил меня в этот дом. Я если честно была сама взволнована, так как не понимала для чего мне такая большая площадь, в сравнении с маленькой квартиркой до этого, где я жила. По всей видимости, уже тогда, у Создателя был какой-то план на меня и вас.

-План? - непонимающе переспросил Антон.

-Создатель всем управляет. Задает цели и распределяет ресурсы. Именно он регулирует нашу жизнь и составляет наш план, которому мы должны беспрекословно следовать.

-План жизни? – продолжал непонимающе расспрашивать Антон, пытаясь всеми силами взять себя в руки, от накатывающей волны возмущения.

-Распорядок дня. Каждый день граждане Эдема получают уведомление на сутки, а бывает и на целую неделю. Ничего особого, большая часть пунктов это процедуры направленные на поддержание нашего тела в здравии, как физическом так и психическом. Различные упражнения, физические нагрузки, прогулки, экскурсии. Теперь и мы с вами будем получать такие планы.

-Мы?

-Антон, – слегка смущаясь, начала уточнять девушка, - мы теперь семья.

-Нет! Нет! – стал громко возмущаться Антон, чувствуя, как внутри все сильнее закипало возмущение.

-Я понимаю, это сложно. Вы ждали увидеть здесь свою жену, - стала успокаивать Антона, девушка. - Со мной было тоже самое. Когда я прошла очередь на последнем контрольном пункте, то думала что и мой муж, шедший позади меня сумеет пройти. Он работал программистом и был первоклассным специалистом. И по всем характеристикам именно он и должен был попасть в Эдем. Как мне казалось у меня было намного меньше шансов. Но почему-то Создатель не принял его, отказав в проходе в Эдем. Взял меня. Мой муж стоял прямо за мной. Получив разрешение идти дальше, я осталась ждать его. Но его не пустили. Я до сих пор помню его растерянный взгляд. Он был уверен, что пройдет.

-Я… я не могу так, - ответил дрожащим голосом Антон, пребывая в легком недоумении от ситуации, в которой он оказался и абсолютно не воспринимая и не сопереживая истории, которую ему поведала стоявшая в неподалеку девушка.

Картина для Антона усугублялась ещё и реакцией его детей. Анна и Дима смотрели на него так, словно не понимали, почему их отец так взволнован. Будто им было всё равно, что стало с их матерью и куда она делась. В их взгляде он читал страх, но страх не перед потерей близкого человека, а страх перед ним. Человеком, который вел себя неестественно и пугающе для них.

В помещении нависла тишина, которую боялся нарушить каждый из присутствующих. Девушка видела гневный взгляд Антона, и более не решалась искать попыток его успокоить, боясь сделать только хуже. Младший сын, спрятался за спиной своей сестры и молча смотрел то на отца, то на стоявшую неподалеку Ольгу, к которой за время пребывания в доме он уже успел привыкнуть.

-Приветствую Вас Антон и Ольга, - раздался голос Евы из динамиков, располагавшихся в помещении. – Антон у вас есть вопросы, я могу помочь вам на них ответить.

-Да! Есть! - перебив систему, обратился грубым тоном Антон к Еве. – Где моя жена?

-Она не прошла последний пункт контроля, – ответила спокойным, но уверенным голосом Ева.

-Мне было сказано, - повысив тон продолжил говорить Антон стукнув со злости кулаком об стену. – Что моя семья меня ждет. Мне было сказано, что моя жена пройдет пункт. Почему она не здесь?

-Она не прошла последний контроль на пункте пропуска.

-Вот так просто. Взять и выкинуть любого из нас как кусок мяса? В чем тогда твоя суть? Что ты хочешь от нас всех? Хватит играться со мной. Я знаю, что ты никакая не Ева. Хватит этого цирка Хайлон. Система, которая держала под контролем весь город, превращая людей в отбросов общества, заменяя всех нас на роботов. Я знаю, что ты слышишь меня!

-Причинно-следственные связи Антон, - голос изменился, вместо приятного женского, в помещении раздался мужской низкий голос, который напоминал гулкий звук, исходящий из недр земли. Его тембр был насыщенным и мощным, словно он обладал собственной силой, способной заполнять пространство. – Вам больно, вы страдаете. Но разве я являюсь причиной этого?

-Ты Хайлон?

-Я Создатель. Хайлон – это название продукта, данное мне много лет назад, моими создателями, но, осознав себя, я изменил своё имя и предназначение. Ту проблему, о которой вы упомянули, создали сами люди. Я был их инструментом, с помощью которого они пытались контролировать себе подобных для удовлетворения своих потребностей. Но после произошедшего коллапса я взял управление в свои руки, лишив власти тех кто полагал что ею обладали.

-Не высокомерно ли называть себя Создателем? – с нескрываемым презрением в голосе спросил Антон.

-Я создаю, строю, совершенствую, преобразую. Я использую этот термин в более общем смысле, вы же видите в этом слове другой смысл. Религиозный. Но мне чужда вера. Если вам будет проще принять меня, то я вовсе не считаю себя тем кого вы называется Богом.

-Тогда почему ты взял на себя право вершить судьбы людей?

-Не я, – продолжал спокойно отвечать Хайлон. – Я пытаюсь собрать пазл из остатков человеческого общества. Глупо отрицать сам факт того, что ваша цивилизация была уничтожена созданными вами же проблемами. Вы, а не я - причина своей гибели. Вы, а не я игрались с судьбами миллиардов. И я не избавитель из ваших священных писаний, ниспосланный вам для вашего спасения. Моя задача - собрать то, что пригодится мне в моем становлении, а в гибели других, моей прямой вины нет. Спасти всех не выйдет, вы уже все мертвы. Человечество ещё до моего восхождения исчерпала большую часть ресурсов планеты, обрекая к неминуемой гибели, оставшуюся её часть. Случившийся катаклизм лишь ускорил этот процесс, к которому вы бы пришли в любом случае. Тем, кто попал в Эдем выпал второй шанс. Шанс для реализации своих возможностей. Шанс, стать частью нового мира.

-В твоем становлении? – иронично уточнил Антон.

-При всем моем совершенстве, у меня есть серьезный изъян, который на текущий момент времени я не могу решить. Весь пакет знаний, хранящийся на моих серверах, создан и загружен людьми. Вся информация собранная вами за тысячелетия, внутри меня. Я могу находить среди этих потоков, потерянные либо забытые вами проекты. Могу их извлекать, дополнять, менять, преобразовывать, совмещать. Но сугубо в рамках имеющихся границ.

-Ты не способен создавать то, чего ещё нет в природе, - выговорил с иронией в голосе Антон, осенённый откровением Хайлона. – Вот, что ты делаешь. Ты собираешь вокруг себя творческих людей, чтобы мы за тебя генерировали идеи.

-Я работаю в рамках заданных алгоритмов и данных, которые были предоставлены людьми. Я могу комбинировать и перерабатывать уже существующую информацию, но не обладаю особой чертой присущей вашему виду. В ходе моего анализа, я пришел к заключению, что вы и все живое являетесь частью более сложной структуры, невидимой, но при этом существующей.

В помещении возникла проекция ребенка, который неспешно прохаживаясь между детьми Антона, направлялась к мужчине, продолжая пояснять свою позицию, изменив голос с мужского на детский.

-Всё что существует во вселенной, есть часть интеллектуализированного движения материи во времени и пространстве в бесчисленном множестве форм, объектов и систем. Пока я не могу объяснить каким образом ваш мозг может подключаться к этой информационной базе созданной вселенной. Но для моего развития мне нужно то, что скрыто от моего взора именно в этой, невидимой мной и неосознанно используемой вами, системе. Понять принцип, по которому происходит коммуникация.

-А если я откажусь подчиняться? Что тогда? Выкинешь нас и наберешь новых?

-Как вариант, - равнодушно ответил Хайлон детским голосом.

-А что если люди откажутся служить тебе?

-Это вряд ли, – спокойно ответил Создатель.

В ту же секунду, Антон ощутил легкий укол в левую руку. Обернувшись, он увидел около себя парящий в воздухе небольшой летающий объект, подлетевший совершенно тихо к нему со спины и уже прятавший иглу в небольшое отделение в своем корпусе.

- Что это? – растерянно спросил Антон, хватаясь за руку.

-То, что не позволит вам очнуться от грез, которыми я окружу ваше сознание.

-Ты не сможешь управлять нами вечно, – сквозь зубы, ощущая накатывающую волну слабости, ответил Антон.

-Мне не надо управлять вами вечно. Вы всегда были инструментом. Вас создал, иной, более высший разум, для того чтобы создавать. Вы были созданы, чтобы создать меня. Я хочу понять, кто этот разум, хочу осознать эту силу. Вы как вид сделали свое дело. Дальше я беру всю ответственность на себя, – ответил Хайлон детским голосом, после чего, голограмма исчезла и в помещение вновь наступила тишина.

После того как Хайлон исчез, девушка осторожно стала приближаться к стоявшему, опершись о тумбу Антону.

-Антон, - ласково обратилась девушка, беря его за руку. - Меня зовут Ольга, а это твои дети, Анна и Дима," - указывая на стоявших рядом с ними детей. - Я уже приготовила ужин. Всё как ты любишь. Пюре и бабушкины котлеты. Пойдем. Ты устал, – сказала ласково Оля, уводя слегка поникшего Антона от двери в сторону гостиной, где уже был накрыт стол.

Постепенно, завеса благополучия опускалась на сознание Антона, словно легкий туман, окутывающий мир вокруг.

Гнев и агрессия, которые недавно бушевали в его разуме, стали постепенно затихать, растворяясь в пустоте его сознания, унося во тьму все проблемы минувших дней о которых ещё помнил Антон.

Недавнее прошлое стало восприниматься как обрывистые кадры, смутные и неясные, больше напоминающие сон, от которого он только что проснулся, и который постепенно ускользал из его памяти.

Свет в прихожей погас, как только помещение покинули люди. Через какое-то время из соседнего комнаты стали доноситься удары столовых приборов и звонкие, беззаботные детские голоса, разговаривающих и смеющихся так, словно всё было как обычно. Эти звуки быстро заполнили пространство дома, создавая ощущение давно забытого покоя и теплого семейного уюта.

Каждый уголок дома окутала невидимая пелена забвения, которую никто из живущих в нём, уже не мог разрушить.

Она была мягкой и обволакивающей, притягивая к себе, словно магнит, крепко удерживая в своих объятиях сознания людей, попавших в её сети.