До конца

До конца

Натужно проскрежетал стартер. Раструбы выхлопных труб плюнули клубами едкого дыма. Однако двигатель не завёлся.

София выругалась и пнула панель зажигания. Она все-таки пилот, а не механик, и недостаточно знает об устройстве двигателя. А найти толкового техника для «меха», оказалось невозможно. Баязет - еще та глушь в это время года.

Штатные технари Эреванского отряда понадобятся в бою. Все, без исключения. Если просеки успели вырастить в озере поля кардиганов, то каждая пара толковых рук окажется на счету. Ради одного забарахлившего «меха» никто разбрасываться техническим персоналом не стал. Ее попросту оставили дожидаться возвращения отряда. Благо, хоть ящик с инструментами не пожалели. Мол, копайся, дорогая, сколько душе угодно. Так она вроде не бездействует и делает все, что возможно, чтобы скорее закончить ремонт и догнать подразделение. Только вот, все это бесполезно и чувство вины нарастает.

Эреванский отряд ушёл дальше по хребту. Его императорское величество пожелал остановить неприятеля на подходах к любимому горнолыжному курорту, поблизости от озера Ван. А воля императора, как известно, закон для его подданных. И каждый боец отряда готов отдать свою жизнь не задумываясь….

- Черт, черт, черт!

Она колотила по приборной панели кулаком, пока не сбила костяшки пальцев в кровь. Потому что лучше бы ей погибнуть там, в схватке с кардиганами, вместе со всеми, чем умирать здесь в одиночестве.

Три недели назад связь с отрядом прервалась. Они вышли к горе Арарат — это все, что ей известно. До озера оставались считанные километры. Но отсутствие связи не позволяло надеяться на успех. Каждые три дня она запускала на запад дронов и часами слушала шум в эфире. «Русалка вызывает брата, прием», — без устали повторяла она позывные, пока показатели дрона не исчезали с монитора.

Поначалу София надеялась, что прозевала «точку невозврата». И дрон, опустошив топливные баки, упал. Но спустя несколько попыток, поняла, что дело не в этом. Каждый раз связь с модулем прерывалась все раньше. А вчера просеки сбили дрон прямо над цитаделью. Она слишком поздно поняла, что поиски потерянного «брата» привели противника прямо к ней.

София поторопилась объявить тревогу. И начала готовить «мех» к бою. Но местное начальство ее старания не оценило.

- Мы должны сдаться! Не в наших силах противостоять противнику, который оказался не по зубам механизированной когорте.

Процкевич, похоже, не торопился бороться до последней капли крови и активировать систему защиты.

Она с недоумением разглядывала его опухшее от беспробудного пьянства лицо и планку ордена «За храбрость» на груди. Как же ты до этого докатился?

София взяла отставного полковника за плечи и заглянула в глаза.

- Мы не можем сдать цитадель!

- Да что Вы говорите?

Он вывернулся из ее рук и потянулся за стаканом.

- Насколько я знаю, Вы не подданная Турции?

- Нет.

- А вот я, да! И Баязет, между прочим, турецкая территория! Так что решения здесь могу принимать только я!

Она какое-то время молчала. Разглядывала этого потерявшего зубы хищника, а затем схватила его за шиворот и потащила к стене.

- Что Вы себе позволяете?

- Хочу, чтобы ты увидел тех, кому собираешься сдаваться!

Пространство за стеной цитадели превратилось в бурое нечто. Снег растаял. Трава, скрывавшаяся под ним, пожухла. Древесные стволы сморщились, словно кто-то высосал из них все соки. Мир за стеной погиб и превратился в пепелище. Лишь орды луговых псов сновали вокруг, словно голодные призраки конца света.

Она встряхнула начальника гарнизона.

- Ты видишь это? Они питаются энергией, высасывают жизненную силу даже из земляных червей! Это им ты желаешь сдаться?

Процкевич проворчал, что-то невразумительное и попытался ее укусить. София брезгливо сморщилась и разжала пальцы. Серое море голодных тварей захлестнуло место его падения.

- У кого-нибудь ещё, есть доступ к оборонительным системам цитадели?

Бойцы охраны понуро отводили глаза от ее пристального взгляда.

Что ж об этом стоило подумать раньше. До того как она скормила начальника гарнизона луговым псам просеков. Впрочем, у Процкевича определенно «поехала крыша». А система контроля ни за что не допустит к управлению оборонительной цепью человека с расстройством психики.

- Переключите стационарные рельсотроны на резервное питание. Это позволит, обойти систему и на какое-то время удержать стены. Надолго нам генераторов не хватит, но все же.

Бойцы разбежались к оборонительным башням оснащенным магнитными пушками. К сожалению, для лучевого оружия мощности запасных генераторов не хватало. Иначе просекам пришлось бы несладко.

Впрочем, защитный комплекс для курорта — это скорее дань традиции освоения космоса на заре человеческой экспансии, чем нечто способное остановить нашествие просеков сейчас. Система слишком устарела для этого.

Другое дело ее «мех». Он в одиночку способен противостоять более серьезному противнику, чем лавина луговых псов. Но для этого необходимо его завести.

Бронеколпак кабины вошел в пазы с едва различимым шелестом пневматики. София секунду рассматривала аварийную панель, а затем разбила стекло и рванула рычаг. В небо ушёл аварийный дрон связи и унёс с собой остатки надежды на спасение. В эфир понеслась запись: «Русалочка вызывает брата, прием!» А рука пилота легла на панель зажигания. Сейчас или никогда!

- Не подведи!

Прыжок веры

- Ну, что ты там, скоро?

Она устала наблюдать из кабины, как технарь, колотит кувалдой по траку.

Ей было скучно, ведь общую связь пришлось отключить. Поскольку только ленивый не высказал свое мнение о том, что в истории использования «мехов» еще никто и никогда не «подворачивал» шасси на марше. А в первой когорте, как оказалось, ленивых нет. Канал гудел восторженными комментариями. А она боялась сорваться и наговорить глупостей.

Техник недовольно вскинул голову.

- Сейчас передохну и продолжу.

Она зашипела разъярённой коброй:

- Какого дьявола? От чего ты там устал?

София рванула ремни безопасности, щелкнула карабином, пристегиваясь к десантному тросу и выпрыгнула из кабины.

- Дай сюда!

Он нехотя протянул ей кувалду. Она вцепилась в рукоять, посмотрела на техника и, скрипнув зубами, выдавила:

- Ткни пальцем, придурок, куда бить!

Прежде, чем плюнув в пыль, хлопнуть люком вездехода, он все-таки указал на стержень, который торчал из ведущего колеса.

- Забить и заварить.

Добавить что-нибудь крепкое не рискнул. Все-таки кувалда была у нее.

Когда вездеход уходил за поворот, догоняя когорту, она уверенно молотила по стержню и ругалась.

Да пусть бы ей «луговые псы» шасси обглодали до сервомоторов в суставах, а она все проспала. И то бы позора было меньше. Этот же распрекрасный момент сослуживцы не забудут никогда.

Когда взвыла сирена оповещения, до окончания ремонтных работ было еще слишком далеко. София запрыгнула на ближайший валун и осмотрелась. Однако не увидела никаких свидетельств приближения просеков. Но обзор у «меха» все-таки получше, а потому, подхватив кувалду, она шагнула на подъемник. И сделала это не зря.

Лавина «луговых псов» надвигалась с запада, сметая все на своем пути. София запустила полное сканирование, в поисках более серьезного противника и дважды щелкнула тумблером залпового огня. Лавина превратилась в несколько тоненьких ручейков. Она хмыкнула и позволила турелям лучевого оружия самостоятельно добить противника в автоматическом режиме, но тут же отменила команду. Сканеры дальнего обнаружения засекли «раптора», а эту зверюгу так просто не остановить.

«Раптор» шел на таран. Скорость сближения нарастала. Броня удар выдержит, сомнений не было. Но вот сохранит ли «мех» вертикальное положение после столкновения, она бы утверждать не взялась. К тому же, «рапторы» охотятся группами. И, если десяток взрослых особей промчится на полном скаку по рухнувшему «меху», то «луговые псы» уже не дадут ей подняться. После атаки «рапторов» повреждений будет вполне достаточно, чтобы серые твари смогли проникнуть под обшивку.

Система наведения сообщила о готовности, и София активировала установку залпового огня. Судя по показателям на радаре, «раптору» совершенно наплевать, кто попадется на его пути. Он топтал ряды «луговых псов» не менее азартно, чем делала бы это она, управляя «мехом». Но инстинкт самосохранения у твари присутствовал. В последний момент «раптор» ушел в сторону. Реактивные снаряды, прочертив дугу над полем битвы, вонзились в землю. Огонь поглотил окружающее пространство. Но проклятый «раптор» изменил траекторию сближения в несколько прыжков. София схватилась за джойстики рельсотронов и залила периметр металлическими болванками из магнитных пушек. Но «раптор» оказался слишком проворен и вновь избежал попадания. Тогда она дала разрешение автоматике самостоятельно отслеживать зверюгу, а сама продолжила ловить его с помощью рельсотронов.

«Мех» трясло и шатало, как от шквального ветра. Автоматика не экономила боезапас, поливая противника из всех систем вооружения. Однако София слишком поздно поняла, что для системы наведения, «луговые псы», тоже цель. «Раптор» лавировал среди них, словно ледокол среди ошметков тонкого весеннего льда. А система вооружения радостно лупила из всех стволов.

Хитрая бестия, оказалось настолько изобретательной, что практически добралась до своей цели и наверняка уронила бы «мех», если бы не энергетический щит. Секундная задержка. Ошарашенный «раптор» мотает головой, а оба плазмотрона наконец-то рвут его в клочья.

Она стерла со лба пот и потянулась за флягой. Эту схватку стоило обмыть.

Проклятый «кардиган» вынырнул из ниоткуда. Щит просел после атаки «раптора» и ей просто не хватило времени на заградительный залп.

Тварь обвилась вокруг корпуса, выше «пояса верности» и шандарахнула разрядом в несколько тысяч вольт. Весь «обвес» моментально вспыхнул новогодней гирляндой. Обзорные мониторы погасли. Судя по неподвижности левого орудия, перегорело реле наведения. Автоматика безуспешно пыталась изменить угол обстрела.

Она видела, что «луговые псы» моментально почувствовали изменения в плотности огня и хлынули слева. Последствия грозили приобрести катастрофический оборот.

После удара «кардигана» рассчитывать на эффективность энергетического щита столь же самоубийственно, как выпрыгнуть из кабины «меха» на ходу и надеяться на мягкое приземление. Тридцать пять метров до земли станут последним весьма кратким путешествием сумасшедшего пилота.

Она щелкнула тумблером и в небо вонзился множественный реактивный след. По хлынувшим слева дворнягам просеков ударил шквал огня и металла. На мгновение показалось, что волна «луговых псов» захлебнулась. Но прошла секунда другая и серое море хлынуло вновь.

Система вооружения проверила боезапас и на панели вспыхнул ещё один красный ярлык — установки залпового огня пусты.

Но сейчас не самое подходящее время для экономии. Нельзя позволить «луговым псам» хозяйничать у неё под «брюхом». Несущая конструкция не столь безупречна, как заявляет проектировщик. Твари обязательно отыщут слабые места в сочленениях и, утратив подвижность, «мех» превратится в отличную мишень для «рапторов».

«Интересно, кто даёт им названия?» - Подумала София. - «Почему именно «рапторы»?»

Существа похожи скорее на земных носорогов или трицератопсов, но никак не на динозавров из семейства дромеозаврид. Впрочем, это не помешает им разделать ее под орех. Ещё один импульс от «кардигана» не переживут даже дублирующие системы вооружения. Чем прикажите обороняться?

Тонкие девичьи пальцы зависли над панелью управления огнём. Рано… «Мех» качнулся — серая волна ударила в брюхо. Сейчас!

София вдавила кнопку. Детонация «пояса верности» выжгла бушующую вокруг шасси кровожадную стихию в радиусе сотни метров. И сорвала с корпуса «кардиган».

- Не ожидала тварь? То-то же.

Сухие губы пилота разошлись в довольной улыбке. На щеках проступил румянец. Маленькая, но всё-таки победа придала сил.

Как правило, осколочно-фугасная струя направлена вниз. И детонация «пояса верности» уничтожает все, что находится под брюхом «меха». Будь то «луговые псы» или лишающие машину подвижности «кардиганы». Но проклятые «свитера» быстро усвоили урок. И перестали пеленать несущую конструкцию. Да, теперь для второго залпа им приходится потратить больше времени на накопление заряда. Поскольку они расходуют его на энергетическую подушку для прыжка. Но, обвившись вокруг корпуса, «кардиганы» становились недосягаемы для всего вооружения «меха» и могли накапливать эти заряды бесконечно. Пока машина не превращалась в чадящий огарок свечи.

Однако нашлись горячие головы, которые решили, что бронеколпак способен выдержать удар осколочно-фугасной струи. Среди них была и она, центурион третьей центурии первой когорты София Максимус. На этот раз ей повезло, и броня действительно выдержала. «Кардиган» разнесло в клочья, «луговые псы» понесли ощутимые потери и на какое-то время оставили ее в покое. Шасси свободно, турели лучевых установок продолжают косить противника и не прекратят вести огонь, пока не заглохнет ядерный реактор. Но, то ли «кардиган» энергетическим импульсом все-таки нарушил что-то в системе вооружения, то ли это последствия детонации «пояса верности», но плазмотроны молчали. Она не чувствовала характерной вибрации в корпусе. А это означало, что жить ей осталось ровно столько, сколько потребуется «рапторам» для нового удара.

Автоматическая система обнаружения, похоже, сдохла. Но оставалось ещё ручное управление. Только вот ошмётки уничтоженного «кардигана» и копоть от взрыва лишили колпак прозрачности, а пилота обзора. К тому же, отказала система очистки.

София выругалась.

Детонация пояса наглухо запаяла кабину. Она перестала реагировать даже на аварийное открытие с помощью ручного привода.

София осмотрелась в поисках того, что могло бы помочь и наткнулась взглядом на кувалду. Похоже ей все-таки придется поставить выпивку технику.

Она ударила изо всех сил. Кувалда чуть не вывалилась из ее уставших рук, а броня отозвалась противным гулом, но колпак не сдвинулся даже на миллиметр. Надежен, как и все имперское оружие. Чтоб его! Но другого пути все равно не осталось.

Покинуть кабину можно и взорвав колпак с помощью пиропатрона, но кто сказал, что она готова бросить машину? Продолжать же бой без брони — это самоубийство.

А потому еще удар и еще… и так до полного изнеможения. Пока силы не оставили ее окончательно. Что ж, теперь можно попробовать вновь.

Она схватилась за вентиль ручного привода. Руки слушались плохо, то и дело соскальзывали и сбивались с ритма. Но крутили! Черт возьми, крутили! Бронеколпак миллиметр за миллиметром отступал вперед и вверх.

Недовольно заворчала система циркуляции воздуха, сообщила о нарушении герметизации и отключилась.

У нее получилось! А ведь казалось, что все, спеклась русалочка.

А теперь танцуй, красотка! Топчи эту серую дрянь.

София вновь вцепилась в джойстики рельсотронов и случайно задела тумблер активации радиосвязи. Кабину заполнил разъяренный голос легата:

- Какого дьявола ты вытворяешь, центурион?!

No pasaran

Ухнуло совсем рядом. Земля качнулась. Взвыли стабилизаторы, компенсируя воздействие взрывной волны и удерживая машину в вертикальном положении. Броню обдало россыпью осколков. Автоматика зафиксировала повышение температуры и включила кондиционеры.

Мехиник-водитель отследил показания приборов и улыбнулся. Машина в порядке, чего нельзя было сказать об экипаже. Бледные лица и обескровленные вытянутые струной губы. Сосредоточенные взгляды в никуда.

Ребята вслушивались в переговоры по радиосвязи и мрачнели прямо на глазах.

- Так бойцы, а ну-ка отставить панику! Слушай мою команду: прекратить внешнюю связь! Проверить орудия на предмет готовности к бою.

- Товарищ командир…

- Отставить я сказал!

- Есть проверить орудия.

Проверять-то особо нечего. Все давно проверено и перепроверено. Не первый час сидят. Но парней необходимо чем-то занять. Командир из собственного опыта знал, что самое тяжелое начнется спустя несколько минут, когда прекратится артиллерийский обстрел и вражеские бомбардировщики перестанут утюжить цепь оборонительных сооружений вокруг города. Именно тогда вместе с тишиной в машину проникнут неизвестность и ужас.

Спустя несколько минут прозвучал сдвоенный доклад.

- Орудие к бою готово!

Бойцы доложили одновременно и в этом не было ничего удивительного. Система тестирования одна, как для правого, так и для левого орудий. А близнецы упорно стремились перещеголять друг друга с первого дня обучения. И сейчас запустили проверку практически одновременно.

- Молодцы!

«Как же так вышло?» - размышлял механик — водитель, а по совместительству командир экипажа. Почему регулярные войска не остановили мятежников на подступах к столице? Почему позволили взять город в осаду? И теперь ему с этими недоучившимися мальчишками придется оборонять его до последнего выстрела. Или до подхода имперского десанта. Второй вариант, конечно, приемлемей, но его вероятность ничтожно мала.

Если имперская служба безопасности проморгала мятеж, то ближайший крейсер сможет добраться сюда не ранее, чем через три дня. И то, всего один. Потому что у империи нет баз в этом секторе галактики. Здесь нет проклятых просеков и нескем бодаться за каждый вращающийся вокруг солнца булыжник. Но зато есть, пояс Эндорских астероидов, у которого, как правило, базируется один крейсер охранения. Для того чтобы пираты знали свое место и не смели наглеть вполне достаточно. Однако комплектация судна не приспособлена к ведению боев на поверхности планеты. Чем он им сможет помочь? Приказ об орбитальной бомбардировке никто не отдаст. Это же не просеки с их необратимыми изменениями климатических условий планеты под собственные потребности, перед которыми бессильно терраформирование. Это всего лишь люди. Которым жить осталось не больше недели.

Империя заблокирует сектор и наводнит планету войсками под завязку. Подымет каждый камень, залезет в каждую щель и заставит каждого посмевшего пойти против нее, жестоко заплатить. Но для инструкторов и курсантов Шестого Императорского Механизированного Училища это не будет иметь совершенно никакого значения. Им столько не продержаться.

Приказ об эвакуации поступил вчера. Но, во-первых, транспорта для всех не хватило, а во-вторых, с каких пор подразделения награжденные императорским вымпелом за храбрость бегут с поля боя? В их положении гораздо проще покончить с собой, чем покинуть место несения службы без высочайшего дозволения. И все это прекрасно понимали.

Хватит раскисать. Командир щелкнул тумблером. Кабина наполнилась скороговоркой комментатора:

- Я не понимаю, как она это делает? Дамы и господа! Это же уму непостижимо. Каждое судно, которое участвует в гран-при Каспий — Земля проходит тщательную проверку на предмет технического соответствия. Грубо говоря, они идентичны, словно единоутробные близнецы! Но вы посмотрите на этот очередной прекрасный манёвр! Ооо…

Комментатор несколько секунд пребывал в экстазе, а затем продолжил. Но уже без спешки и тщательно расставляя акценты:

- Это просто потрясающе, дамы и господа! Все-таки близнец близнецу — рознь.

Командир обратил внимание, как при этих словах его стрелки навострили уши и усмехнулся.

- Это финиш господа! Прошу прощения, и дамы. Впереди еще многие километры гонки, но София Максимус центурион третьей центурии первой когорты непобедимого императорского механизированного полка имени Юлия Цезаря, не оставила своим соперникам и соперницам ни единого шанса…

- Вот бы у имперских транспортников была такая же скорость, как у гоночных болидов, — выдохнул один из близнецов. - Тогда бы они успели за нами вернуться.

«Или забросить к нам центурию этой самой Софии Максимус, вот уж задали бы жару мятежникам их новенькие суперсовременные «мехи». Это вам не устаревшую «бестию» с экипажем из курсантов на запчасти разбирать… - поддержал его мысленно командир. Но в слух хотел сказать нечто совсем иное: дерзкое и бодрое, чтобы поддержать боевой дух экипажа. Однако его опередило табло приказов — экран демонстрировал три красных семерки, а это означало, что время шуток и мечтаний закончилось.

- Отставить балаган! - Скомандовал он, отключая неугомонного диктора от внутренней связи. - Приготовиться к бою!

- Есть, приготовиться к бою!

Не можешь бежать - лети (No pasaran 2)

- Правый — беглый, левый — работай по технике.

- Есть беглый!

- Есть работать по технике!

А цыплята-то оперились. Командир не сдержал улыбки.

Да, все чертовски паршиво. Машина получила несколько попаданий. Поврежден радар, правая ступица несущей конструкции заставляет старушку прихрамывать. Барахлит один из опреснителей. Но есть и позитивные моменты. Братья перестали соревноваться и начали работать в паре, поддерживая друг друга. А количество уничтоженной бронетехники противника превысило двадцать единиц. Но первоначальный успех прошёл, теперь приходилось бодаться по-взрослому.

Мятежники оказались не столь уж беспомощны против устаревших «мехов». Стоило им сосредоточить огонь на шасси, «мех» терял подвижность. А дальше — вопрос времени. Боеприпасы рано или поздно заканчивались. После чего бери курсантов голыми руками. Однако голыми руками не всегда получалось.

По крайней мере, они дважды стали свидетелями, как сработали механизмы самоуничтожения в машинах, на кабинах которых гроздьями висели и фотографировались победители.

Командир скрипнул зубами. Они не встречали других «мехов» больше десяти часов. Совершенно неясно, остался ли кто-нибудь в строю. Связи нет, электронного обнаружения тоже. Даже боезапас опять на исходе.

Подвоз боеприпасов прекратился еще утром. То ли склад опустел, то ли парни в мундирах закончились. А у гражданских не хватало смелости. Поди узнай, когда радар приказал долго жить и приходится вертеться как белка в колесе, чтоб не подкрались и не поджарили. А мятежники прут и прут. И где их столько наплодили?

Он схитрил и спустил машину в траншеи, компенсируя таким образом уязвимость шасси. И вот уже больше десяти часов маневрировал по этим рукотворным каналам. Но рано или поздно придётся выбираться. Боезапас на исходе. А противник скоро опомнится и начнёт минировать траншеи по периметру.

Карта резервного боезапаса пестрела отметками. Но некоторые из блиндажей они уже обчистили, а к другим проход закрыт. Мятежники сообразили засыпать проходы, а машина с повреждённым шасси отказывалась взбираться вверх по насыпи. Оставались ещё реактивные двигатели, но командир берег этот козырь на крайний случай.

«Бестии» стоявшие в свое время на вооружении подобным оборудованием не обладали. Это уже в училище их модифицировали для тренировок курсантов. Потому оставалась вероятность, что мятежники не в курсе последних нововведений. Однако если противник сейчас довольствуется банальной блокировкой траншей, то что ему помешает изъять из схронов боезапас и топливо, когда он поймёт, что именно эту «бестию», таким образом не обездвижить.

- Справа две тяжелых «коробки»!

- Принял, работай! Левый — беглый.

- Живая сила отсутствует, командир.

- Принял, левый — вспомогательный огонь.

- Есть вспомогательный.

Машина сделала шаг вперёд и присела. Попадание снаряда в кабину прошло по касательной. Броня отозвалась протестующим гулом. Опаздывают парни, устали. Противник посвежее будет.

- Потерпи родная, — одними губами прошептал командир.

А теперь разворот. Командир налёг на рычаги управления.

- Залп по левой цели и тишина.

- Есть залп по левой и тишина, — хором отозвались стрелки.

Орудия отработали с трехсекундной задержкой. Левое впечатало фугасным снарядом в передний каток. Вражеский механик-водитель не успел отреагировать. Танк на полном ходу ушел в сторону, теряя поврежденный трак. И застыл. Башня начала разворот, но бронебойно-зажигательный снаряд вошёл под нее раньше, чем она нащупала орудием противника. Взрывом сорвало башню и отшвырнуло ее во второй танк.

- Еее, боеукладочка, — пропел кто-то из стрелков.

Командир улыбнулся. А ведь это все меняет.

- Отставить тишину, работаем самостоятельно по второй «коробке».

- Есть отставить тишину!

Он вдавил педаль в пол и «мех» ушёл в сторону. Броню обдало россыпью осколков и грунта. Вражеский снаряд вонзился в землю рядом. Машину опять качнуло. Шасси весьма беспокоило командира. Прыжок старушка осилит, в этом случае сомнений не было. А вот насчет приземления, не было уверенности. Все-таки пять тонн, которые реактивные двигатели разгонят до десяти, будут приземляться на половину несущей конструкции. Шасси не выдержит и к гадалке не ходи. Пока есть возможность, надо обходиться короткими перебежками и надеяться на чудо.

Он рванул рычаг, уворачиваясь от реактивного снаряда. Пехота подоспела, будь она неладна. От второго выстрела увернуться не удалось. Снаряд ударил в спину. «Мех» качнулся, автоматика тут же отработала шасси, предотвращая падение. Но шасси свое отслужило, правая ступица уступила весу машины. «Мех» натужно взвыл и рухнул, зарываясь орудиями в грунт. Ещё одно попадание пришлось по тыльной стороне кабины, машина вздрогнула и включила аварийные маячки. Внутри кабины запахло паленым пластиком.

Командир смахнул предохранительный колпачок с тумблера реактивных двигателей.

- Ничего не обещаю братцы. Орудийные каналы к продувке готовь!

- Есть готовить к продувке.

Командир пробежался по клавишам смены управления. Откорректировал направление реактивных струй, и щелкнул тумблером. Машина взревела двигателями и рывком пошла вверх.

- Ну давай родная, не подведи!

Сошла с дистанции (No pasaran 3)

- Центурион, мать твою, какого черта ты вытворяешь? - взорвался голосом легата динамик. - Ты представляешь последствия своих поступков?

Она нажала на клавишу и поправила выбившийся локон за ухо:

- Так точно! Все понимаю и осознаю, и готова нести ответственность по всей строгости военного времени!

- Ты похитила имущество империи, ты завладела боевой техникой империи, ты самовольно покинула расположение, ты осознаешь какой будет приговор?

София проигнорировала этот вопрос.

- Я была у Эндорского пояса астероидов. Крейсер «Атлас» по-прежнему там! Прошло больше суток с момента нападения, а они не сдвинулись с места. Это по-Вашему адекватная реакция на мятеж? Это помощь курсантам?

- Училище эвакуировано…- попытался перебить ее голос из динамика.

- Да хватит врать-то!

- Центурион! - Голос из динамика поперхнулся, - дочь, что ты творишь? Ты не понимаешь ситуацию, не понимаешь обстановку и не знаешь всей диспозиции операции…

- А, значит, все-таки операция есть, - хмыкнула София. - Так я и думала отец. Вам нужна эта жертва. Империи нужна. Только вот мне - нет! Но Вы не волнуйтесь, вся ответственность целиком и полностью ляжет на плечи Вашей свихнувшейся дочери.

Она щелкнула тумблером, отключая внешнюю связь, и откинулась в кресле. До точки назначения оставались считанные минуты.

София посмотрела в зеркало. Взгляд скользнул по скулам, волевому подбородку, всмотрелся в стальной блеск покрасневших глаз. Она сама не знала, что искала в этом совершенно чужом лице. Но, ощущала что этого в нем уже нет.

- Пять минут до выхода из сверхскоростного режима, - доложил бортовой компьютер.

Пилот не обратила на информацию никакого внимания. Ее внутренние часы и без того четко ориентировались во времени. А само пилотирование не требовало никакого вмешательства.

Сектор космоса, по которому скользил ее гоночный болид практически необитаем. Здесь нет перегруженных движением транспортных путей, нет бесконечных грузовых очередей. Здесь вообще ничего нет кроме пояса Эндорских астероидов и крохотной планеты на самой окраине сектора. Именно к ней лежал ее путь.

Прошли сутки с того момента, как для неё закончилась гонка. София не имела ни малейшего понятия, кто из соперников выбился сейчас в лидеры. И ни капли не жалела о принятом решении. Разве могла она поступить иначе?

Спустя несколько минут корабль вышел на геостационарную орбиту Княгини. Отработал маневровыми двигателями и затих.

- Доступ к спутникам?

- Коды доступа изменены. Доступ запрещён.

София стиснула зубы. Мятежники вошли в город. Все коммуникации под их контролем.

- Карту местности вокруг столицы на экран.

Монитор сменил изображение и выдал картинку местности. София всмотрелась. В самом городе разрушения незначительные. Он нужен любой из сторон и бои там практически не велись. Зато местность вокруг перепахана снарядами и техникой вдоль и поперёк. Но по-видимому осада уже завершилась. Ряды защитников пали.

Она всматривалась в экран до рези в глазах.

- Приблизь картинку!

- Достигнуто максимальное разрешение.

Черт побери! Она наклонилась над экраном и различила две точки, вокруг которых сверкали вспышки. Две «бестии» маневрировали на противоположных сторонах города и вели огонь по противнику, уворачиваясь от шквального ответного огня.

Идут траншеями, догадалась она. Сама бы так сделала. Значит не салаги у рычагов управления. В одной из машин просто обязан быть он! Но в какой?

- Перенести изображение на экран десантной капсулы.

Девушка вскочила из кресла и бросилась в грузовой трюм. Ее спортивный болид по прежнему оставался кораблем десанта. Да многочисленные переделки лишили его брони, вооружения и всего прочего, что так сейчас необходимо и что мешало бы вовремя гонки. Но створки грузового трюма по-прежнему способны выбросить десантную капсулу в космос, а дальше все зависит от неё.

Она загнала в компьютер «меха» программу, на случай если не справится с перегрузками и не сможет в процессе десантирования, добраться до кабины. И запрыгнула в кресло управления капсулой.

Противоперегрузочный скафандр гонщика не был приспособлен ни для управления «мехом», ни для управления десантной капсулой но у неё не было ни времени, ни доступа к собственному кубрику. Ее сборы проходили так быстро, как только возможно.

Она приземлилась на взлетной площадке технического центра, послала к черту бойцов охраны, приказала обслуживающему персоналу приготовить десантную капсулу к приему «меха» и рванула за «русалкой».

«Мех» проходил техническое обслуживание, пока она участвовала в гонке и на момент ее приземления был окружён лесами. София выдернула из лифта какого-то парня в комбинезоне технической службы, поднялась к кабине и активировала аварийную систему. Автоматика запросила доступ, считала отпечаток ладони, отсканировала сетчатку глаза и открыла аварийный люк. Искусственный интеллект меха начал пробуждение. Но время поджимало. Пилот включила громкоговоритель и объявила о минутной готовности, после которой начнёт движение. Предложила техническому персоналу убраться самим и убрать леса. К счастью ей поверили, леса разошлись под вопли аварийной системы и «мех» отправился в угол, куда сложили неизрасходованный во время последнего боя боезопас. К сожалению, того, что осталось, не хватит на длительное противостояние. Но она и не собиралась спасать планету. София хотела спасти всего одного человека. И сейчас ей осталось решить, какую из «бестий», он пилотирует.

Она защелкнула ремни и вновь взглянула на экран. Одна «бестия» упала, вторая все ещё вела бой. Что ж на этот раз выбор сделали за нее. Но по-другому она перестала бы быть собой.

Она ввела координаты и вцепилась в рычаги. Впереди всего несколько минут, пока капсулу не захватит гравитационное поле планеты. Маневрировать потом будет поздно.

Мы делили апельсин (No pasaran 4)

В кабине воняло гарью и потом.

- Давай! - Скомандовал командир.

Он пытался скорректировать направление движения и неистово щелкал тумблерами. Но мощности двигателей не хватало. «Мех» тащило вдоль траншеи царапая брюхом о твердую почву.

Реактивный ранец для «бестии» был спроектирован как некий вспомогательный модуль для вмонтированных в шасси мощных амортизаторов. Никто не предполагал, что «меху» потребуется покидать поверхность из положения лежа, да еще и с такими повреждениями. Отсюда дорога у «бестии» по определению только одна и совсем не в небо. Но машина и ее экипаж продолжали удивлять.

Амортизаторы должны были вытолкнуть машину вверх и задать ей начальную скорость, а реактивные двигатели подхватить и развить прыжок. Не зря эти двигатели назывались прыжковыми. Но потеряв правую ногу и вонзив оба орудия в грунт, машина потеряла малейшие шансы на прыжок. Однако даже это не остановило «бестию» и ее экипаж.

По команде командира правое орудие вновь вонзилось в землю. После такого использовать его по назначению решится разве что самоубийца. Тут уже ни какая продувка не спасет. Удар без сомнений деформировал ствол.

- Левый продувай и огонь по готовности!

- Есть огонь по готовности.

Левое орудие «мех» бережно прижимал к груди.

К счастью, удар, который лишил «бестию» одного орудия, позволил машине перевернуться и использовать второе.

Противник оставил не такой уж широкий выбор. Рано или поздно траншея уйдет в сторону, а вот «мех» - нет. Что толку от двух орудий, если стрелки не видят врага? Радар мертв, а поворот близок.

Какой бы сумасбродной не казалась идея, ее приняли единогласно. Экипаж сейчас боролся вовсе не за собственные жизни. Исход у этой схватки предопределен. И это понимал каждый. Они боролись за возможность погибнуть в бою и забрать с собой как можно больше вражеской техники. Ведь, как бы ни был глуп противник, он вряд ли полезет к машине сходу. На самоубийство шанс оставит, но не более того. А кому нужен этот шанс?

Командир сбросил скорость. Теперь им больше некуда спешить. Дальше ближайшего поворота все равно не уйдут.

- Командуй левый.

- Готов.

Командир тут же щелкнул тумблером, сбрасывая обороты двигателей, и надавил на педаль. Левая, пока еще целая, нога машины ударила о землю. Одновременно с ней в землю вновь вонзилось правое орудие. Машина получила фиксацию. По корпусу пробежала знакомая дрожь. Еще раз и еще… Снаряды понеслись к выбранным наводчиком целям.

- Левый, ты хоть комментируй. А то я сейчас сдохну от скуки.

- Простите, — совсем не по уставу смутился наводчик.

Справа хихикнул его брат-близнец. Конечно, у него то обзор остался. Командир вздохнул.

- Стреляй брат, не отвлекайся, я прокомментирую. Не против, командир?

- Валяй. Эх, попкорна бы.

По корпусу вновь побежала вибрация.

- «Коробка» наивная, назад катилась вдоль траншеи задним ходом. Наверняка наклона орудия не хватало. Первым снарядом разул, второй вогнал в нижний бронелист. Судя по всему, бронебойно-зажигательный. Полыхает знатно. Затем фугас по пехоте. Опять из гранатомета хотели накрыть. Затем…

- Попрятались, гады!

В голосе левого стрелка-наводчика читалось искреннее негодование. Командир усмехнулся.

- Ничего, еще покажутся. Белой портянкой размахивать бу…

Он не договорил. Вдруг активировалось радио. Аккорд еще один и командир вздрогнул. Он узнал мелодию. Черт возьми! Звучала старая детская песенка, он не помнил названия, но одна строка засела в его памяти на вечно: мы делили апельсин, много нас, а он один…

- Дымовую завесу!

Конкретизировать не было смысла. У машины осталось лишь одно орудие.

По корпусу вновь пробежала вибрация.

- Дым пошел.

- Принял. Правый, толчок по команде. Идем до упора…

Противник, по-видимому, устал играть с «бестией» в догонялки. Траншею накрыло минометным огнем. Вой снарядов и визг осколков вернул экипажу утраченную было бодрость духа. Когда враг горячится, всегда найдется повод для радости.

Командир вдавил педаль.

- Толкай!

И сам рванул рычаги. Остатки правого орудия и все еще функционирующая часть шасси подбросили «мех» в воздух. Командир тут же выкрутил двигателям обороты на максимум и налег на рычаги управления.

- Правый металлоломом своим спину прикрой, а то еще развалимся.

- Есть.

Командир рванул лямки ремней безопасности, фиксируя их до упора. Опустил забрало шлема. И плевать, что это все сковывает и не позволяет управлять «бестией» в привычной для него манере. Сейчас не до маневров. Ему фигуры высшего пилотажа ни к чему. И в точку «Б» из точки «А» желательно прибыть так, чтоб ни одна собака после их окончательного приземления «бестию» не отрыла. Чем больше грунта их завалит, тем лучше.

- Приготовиться к удару.

- Есть приготовиться.

А все-таки молодцы ребятки. Обкатались, закалились. Если кто посмеет их еще на зачеты отправить, то лично он и каждый преподаватель, с которым он успеет перед этим хорошенько выпить, обязательно поставит «зачет». А выпить он успеет с каждым. Осталось только хорошенько спрятаться. Потому что, когда с небес спускаются «ангелы», то лучше не путаться у них под ногами.

Вслепую (No pasaran 5)

К некоторым событиям просто невозможно подготовиться. Каким бы ни было тренированным тело бойца, основным показателем всегда остаётся способность его сознания решать нестандартные и совершенно непредсказуемые задачи.

- Командир?

- Жив… кажется…

Сухие губы плохо повиновались. Он потянулся к фляге и вздрогнул.

По ощущениям пальцы уже сжимались вокруг узкого горлышка. Но глаза бессовестно лгали, демонстрируя пустоту.

- Что за черт?

Взгляд уперся в плечо и командир вновь потерял сознание.

На месте, где ещё несколько минут назад находилась его правая рука, висел окровавленный обрывок рукава.

- Сейчас командир, жгут наложим. - Хлопотал рядом с ним один из братьев. - Рука — это ерунда! Было бы, о чем беспокоиться. Новую нарастят или биохимическую за счёт империи установят. С примочками там всякими…

- Что там? Насколько все плохо? - Поинтересовался второй стрелок.

- Ты противником занимайся, здесь мы сами разберёмся!

- Было бы кем заниматься… Ни черта же из-за дыма не видно.

Боец сцепил зубы. Сейчас не до истерик.

- Делай, что можешь брат. Машине хана. Встретили нас основательно.

Он хотел добавить, что и командиру тоже, скорее всего, хана. Да и сами они уже не жильцы. Но усилием воли заставил себя стиснуть зубы и промолчал.

Противник, как известно не дремлет. А мятежники безуспешно преследовавшие озверевшую «бестию» вторые сутки, не спали по определению. Неизвестно зачем им нужна частично функционирующая машина, но, по-видимому, очень нужна.

«Мех» на полной скорости мчался к укрепленному повороту траншеи, когда навстречу ему вырулил саперный робот.

Малые габариты робота позволяли без труда маневрировать по узким проходам. С помощью этих многофункциональных машин разбирали завалы, уничтожали неразорвавшиеся снаряды и, как показала практика, встречали неуловимых «бестий».

Мятежники не стали особо мудрить. Они воткнули в манипуляторы робота узкую стальную трубу, на основание которой наварили щит из арматуры. Для упора старались. «Бестия» все-таки не картоном обшита. Заточили наконечник и, по-видимому, затолкали в трубу электромагнитный заряд. Примитивно, но сработало же!

«Мех» на полном ходу налетел спиной на препятствие. Труба пробила корпус, а электромагнитная вспышка прикончила остатки электрических цепей машины. Внутри кабины защиты от электромагнитных импульсов никто не предусмотрел.

Нет, конечно, машина обладала достаточным запасом резервных цепей, которые пережили столкновение. Но, что толку от автоматики, когда радар слеп? А дымовая завеса, которая обеспечивала скрытное перемещение «бестии» вдруг обернулась непреодолимым препятствием для стрелка. Бесполезно крутить вентили ручной наводки, когда твои глаза застилает туман.

Впрочем, для вражеских радаров дым тоже подарком не был. Насыщенный наноботами он забивал сигналами обзор любой технике обнаружения, кроме союзной. Которая, благодаря тем же наноботам лишь повышала чувствительность.

Бей врага, пока он растерянно щупает радарами пространство и наслаждайся. Для чего, надо было только отремонтировать и вернуть в строй собственный локатор.

- Может я того, локатор посмотрю?

- Ага, посмотришь, но не долго, — отозвался старший буквально на две минуты брат. - Там осколков летает, как грязи, нафарширует под крышечку, пикнуть не успеешь. Лупят же на ощупь без остановки. Командир как?

- Грязь не летает, — проворчал младший. - Перевязал, промедол вколол. Антибактериальное тоже. Крови он много потерял. Если в себя придёт, шансы есть.

- Значит, придёт! - Упрямо тряхнул головой старший.

Младший щелкнул тумблером резервной системы обнаружения.

- Ага, пощелкай там, вдруг оживет. У меня снарядов ещё на час активного боя, а палить некуда. Разве что, как они, наугад. - Проворчал старший.

Голос выдавал иронию. Не очень-то верил стрелок в такую удачу. Но младший его скептицизм не разделял.

- Питание есть. На экране три цели. Может глюк?

- Может… а перейду ка и я на резерв. Чем черт не шутит.

Пальцы старшего застучали по клавишам.

- Так. И у меня питание есть, радар обнаруживается, что за чудеса?

- Попробуешь?

- Да, ещё как! Может это наноботы?

- А принимающую антенну тоже они нам накинули?

- Может и накинули, связь-то есть?

- Не проверял.

- Так проверь! И я проверю. Оп-па!

Стрелок дождался, пока автоматические доводчики зафиксируют цель и нажал на пуск. По корпусу пробежала знакомая дрожь.

- Вот черт! - Выругался старший брат.

- Глюки?

- Ну если глюки, то весьма достоверные. Хватит играть в игры.

Он щелкнул переключателем, позволяя орудию автоматическую стрельбу, и вновь нажал на пуск. Рой восьмидесяти миллиметровых снарядов устремился к цели.

Младший активировал радиостанцию. И в кабину ворвался рассерженный женский голос:

- «Бестия», бортовой номер один два ноль, как слышишь меня? Приём!

Армагеддон (No pasaran 6)

- Мать моя… - протянул младший из братьев.

Старший на секунду отвлекся от орудийного комплекса, хмыкнул и не упустил возможности поддеть братишку:

- Очень сомневаюсь в этом малыш.

- У нас «ангел» на радаре!

- Вижу.

- Вы закончили? Кто старший? - требовательно ворвался в диалог все еще рассерженный женский голос.

- Я, на две минуты…

- А, как она нас слышит…

- Чего? Отставить балаган! Говорит центурион София Максимус! Кто командир экипажа?

- Без сознания командир, — процедил старший брат. - А так-то старший инструктор Валеев. А ну-ка!

По корпусу вновь прошла дрожь от выстрела.

- Орудийные компенсаторы отказывают, скоро трясти начнет, как использованный презерватив на ветру…

- Слушай мою команду! Полная герметизация машины! Включить звуковую изоляцию! Вести вспомогательный огонь! Почему молчит второе орудие?

- Докладывает курсант Кривко, — осклабился старший из братьев. - Второе орудие молчит, потому что нет больше никакого орудия. Есть, как выразился старший инструктор Валеев, кусок бесполезного металлолома. Бесполезного, это уже от меня, ибо корму этот кусок нам так и не прикрыл. Корпус пробит, полная герметизация и звуковая изоляция невозможны. Да и жить нам осталось от силы пара минут, наноботы почти сдохли. Ща нащупают и капут. Исчерпывающе?

- Курсант Кривко по шапке получишь! Даю отсчет до столкновения с землей: десять, девять…

Небо раскололось на тысячу частей от яростного воя. Армагеддон во всей красе и не иначе. Не зря ведь «ангелы» спускаются с небес.

Курсанты включили герметизацию шлемов и отключили внешние микрофоны.

- По шапке это хорошо. Значит будет на чем эту шапку носить… - проворчал старший. - Ты как там братишка?

- Я не пойму, как она…

- Командирский режим малыш. У ее «ангела» есть доступ к нашей программной оболочке.

А затем раздался взрыв.

Землю качнуло и опрокинуло на потрепанную «бестию».

- Мама моя…

- А вот теперь согласен.

Какое-то время вокруг звенела лишь тишина. Казалось, можно услышать комариное жужжание за сотню шагов. Если бы комары смогли пережить воздействие взрывной волны.

- Борт один два ноль, как слышно? Борт…

- Слышим тебя. Отвечать тяжело.

- Пройдет парни. Рада, что живы. Работаем!

«Ангел» покинул скорлупу в полутора километрах от поверхности планеты. Маневровые двигатели замедлили его приземление, и машина центуриона коснулась поверхности спустя две секунды после взрыва десантной капсулы.

София использовала старый проверенный способ десантирования у противника на виду. Разогнала капсулу до максимальной скорости и позволила ей расчистить площадку. Взрывная волна смела пехоту противника и ощутимо повредила технику. Но волна была только цветочками, ягодки хлестнули по технике врага вслед за ней.

«Бестия» шевельнула орудием. Цель двигалась зигзагом, то и дело, ускользая из прицела. Она меняла скорость и траекторию движения. И весьма грамотно заходила к «ангелу» со стороны кормы.

Если бы орудием по-прежнему управляли руки старшего брата, то Софие пришлось бы изрядно постараться, чтобы избежать попаданий. Последствия контузии давали о себе знать. И стрелок вряд ли успел бы за юрким бронетранспортером. Но автоматика исправно отслеживала цель и анализировала ее движение.

Курсант не сомневался, что при желании «бестия» могла не только наводиться самостоятельно, но и поражать цели. Пожелай того София Максимус. Однако центурион не стала отнимать у экипажа последнюю возможность на участие в этой схватке. И на пуск по-прежнему нажимал человек.

Программа наведения «ангела» задала орудию необходимое упреждение. Бронетранспортёр в очередной раз ушёл в сторону, сбросил скорость и вдруг рванулся вперёд, открывая огонь из всех орудий. Подсвеченная трассирующими снарядами очередь поползла к «ангелу». Но в этот момент противник вошёл в зону поражения, и «бестия» накрыла его огнём из единственного орудия. Машина противника споткнулась, зарылась носом в насыпь и вспыхнула.

- Минус один, — прокомментировал стрелок, вытирая пот с лица.

Но на самом деле противник нёс серьезные потери. «Ангел» вертелся юлой, словно исполнял какой-то причудливый танец. По-видимому, центурион доверила машине вести огонь самостоятельно. А сама занималась лишь управлением. И делала это столь виртуозно, что братья искренне жалели, что могут наблюдать за танцем лишь через радар и телеметрию.

Уклон, разворот, мимо проносятся вражеские снаряды. Барабанят по броне пулеметные очереди. Но это ерунда, таким калибром повредить «ангел» невозможно. Машина падает, покидая траекторию вражеского огня и огрызается короткими очередями в ответ. Вспыхивает бронетранспортёр, танк, затем зенитная установка в кузове грузовика. Но вражеский огонь по-прежнему плотный. И на сколько хватит «ангела» пока совершенно не ясно.

Орудие «бестии» больше не стреляет очередями. Боезапас на исходе. К тому же орудийные компенсаторы приказали долго жить. Впрочем, программа наведения «ангела» учитывает и это. Огонь по-прежнему остается прицельным.

- Почему она одна? Где центурия?

- А я знаю? - Огрызнулся в ответ старший.

Но тут же почувствовал вину. У него хоть орудие ещё участвует в бою. Он занят. А брат с ума сходит от безделья.

- Как там командир?

- Дышит.

- Парни, как слышно? - Вклинился в диалог голос Софии.

- Слышим тебя.

- Приготовьтесь, будет страшно и очень громко. Но нам повезло…

Она пыталась сказать что-то ещё, но небо вновь пронзил яростный вой, затем ещё и ещё…, сливаясь в единую невыносимую мелодию смерти.

- А вот похоже и центурия. - Прошептал сквозь боль младший.

Старший хотел что-то ответить, но небесный вой взвился с новой силой. Братья закричали и спустя мгновение потеряли сознание. Может оно и к лучшему, ведь вокруг полыхал ад.

А на войне, как на войне (No pasaran 7)

- А если катапультироваться?

- Совсем рехнулся. Нас размажет по броне вместе с креслами. Накрыло основательно, машина просто не сможет отстрелить бронеколпак сквозь завал.

- Значит, будем ждать! - резюмировал старший из братьев.

- Значит будем, согласился младший.

Он смочил бинт водой и выдавил немного влаги на губы командира.

- Как он?

- Держится.

- Это хорошо, что держится. Уже десять минут тишь да гладь. Скоро откопают.

Старший вновь пошевелил джойстиком управления орудием. Безрезультатно. Сервоприводы натужно гудели, но орудие по-прежнему оставалось неподвижно.

- Надо бы посоветовать разработчикам какой-нибудь привод для «бестии» придумать, чтобы она могла сама выкапываться из завалов.

Младший рассмеялся.

- Уже без тебя все придумали. «Ангел» называется. Уж этот из-под любого завала способен выбраться. А «бестии» свое отжили. Как думаешь выжил еще кто-нибудь из наших.

- Конечно, выжили. Мы с тобой далеко не самые толковые курсанты этого курса, потому нам целого старшего инструктора в нагрузку дали. Чтоб мы на первых минутах боя, коньки не отбросили. Я думаю, парни там задали жару! Весь огонь противника на себя отжали. Потому мы так долго и пробегали, пока они мятежников мочили.

- Ну да, — ответил младший.

Но оба подумали, что слишком давно не видели ни одного «меха». Все-таки сложно не заметить почти десяток ведущих бой «бестий». Но ни один из братьев не спешил хоронить товарищей. А потому промолчали по этому поводу тоже оба, оставляя сокурсникам шанс на выживание хотя бы в собственных мыслях.

- Как у нас дела бойцы?

- Командир! - встрепенулись братья в один голос.

- Ну ясное дело, не дед мороз. Воды, пожалуйста, и доклад по существу.

- Докладывает…

- По существу, балбес.

Младший поднес к губам командира флягу.

- Есть по существу. Вели бой до последнего. Во время десантирования центурии «ангелов» нас завалило окончательно. Бой продолжился без нашего участия. Уже двенадцать минут тишина.

- Значит пришли все-таки. На связь выходили?

- Разрешите я? - вклинился в диалог младший.

- Давай, жги, чего уж там.

- Сама София Максимус прилетела, — он старательно округлил глаза демонстрируя восторг от пережитого знакомства со знаменитостью. - Использовала командирский режим, для наведения нашего орудия и связи.

- Как же, Максимус. Овечкина она, в девичестве, — проворчал старший инструктор Валеев. - Соня Овечкина. Имперские легаты не могут носить прежние имена и фамилии. Император удостаивает их высокой чести и переименовывает. Собственноручно.

- Она дочь…

- Да малыши — кибальчиши, она — дочь самого Аврелия Максимуса.

- Вот это да! - выдохнули братья.

Валеев усмехнулся.

- Так братцы кролики, а как же вы помогали, если нас вовремя десантирования центурии накрыло?

- Так госпожа центурион первая с небес рухнула и как давай направо и налево мочить…

- Вот засранка!

Курсант поперхнулся от такого неуважения к предмету своего обожания, но справился с эмоциями и продолжил:

- …танк бабах — пылает, бронетранспортер мы… брат накрыл из орудия, ее «ангел» очередь из пулемета по грузовику с зениткой. Все в щепки. Проклятые мятежники!

- Отставить! Напомните ка мне откуда вы?

- Палтос, система…

- Знаю какая система. А родители?

- Со Славии.

- То-то же, — командир поймал взгляд курсанта. - Княгиню между прочим тоже со Славии заселяли. Да и мою родную Аврору. И возможно сегодня мы с вами собственных родственников на винегрет крошили. Война не должна приносить радость и точка! Что бы там не твердили вам дикторы с голографических экранов. Запомните, война — это зло! А зло не должно вызывать ни радости, ни удовольствия.

- Вас случаем не за подобные рассуждения на край вселенной сослали?

Старший инструктор Валеев внимательно посмотрел в глаза старшему брату, задавшему вопрос и вдруг улыбнулся.

- И за них тоже, курсант Кривко. И за них тоже.

Земля дрогнула. Экипаж ощутил вибрацию. Курсанты притихли. Кабину «бестии» наполнило тревожное ожидание.

- Спокойно братцы — кролики, «ангел» рядом. Техника мятежников так не прыгает.

Курсанты дружно выдохнули.

- А вам приходилось видеть «ангел» в бою?

Старший инструктор Валеев улыбнулся.

- Приходилось. В качестве пилота — испытателя вместе с твоей ненаглядной Максимус их пилотировал. А затем во время высадки на Пастыре с просеками схлестнулись.

- Ничего себе!

- Так курсанты, слушай мою команду: прекратить совместные ответы. А то мне кажется, что я контуженый и эхо в голове гуляет, — усмехнулся командир.

- Есть прекратить совместные ответы!

- Ой…

- Простите…

Кабину «бестии» впервые за долгое время наполнил искренний смех.

- А расскажите про высадку на Пастырь, — попросил младший из братьев, — говорят там жарко было.

- Паршиво там было, но обязательно расскажу. Только потом, устал я. Вздремну. Растолкайте, когда на выход попросят, — прошептал командир.

Лицо старшего инструктора Валеева выражало безмятежность. Младший из братьев Кривко приложил ухо к его груди, сердце еще билось. Но смерть уже явилась за своей добычей. Ей не надо было долго добираться. Потому что на войне все рядом. И смех, и грех, и любовь, и боль…

Пока звучат взрывы, тебя окружает хаос, но пока ты их слышишь — ты все еще жив. А командир уже не слышал ничего.

Под небом голубым (No pasaran 8)

- Всё, по броне царапает. Запускай!!

Младший Кривко поднял колпачок безопасности и ударил по грибку. Система активировала пиропатроны и отстрелила бронеколпак.

- Давай! - скомандовал старший спустя секунду.

Братья одновременно рванули рычаги катапультирования и оба кресла стрелков ушли вверх. Но засыпавший броню грунт не позволил колпаку раскрыться окончательно. И разогнанные по аварийным направляющим кресла впечатались в бронестекло.

- Как пить дать размазало бы! - выдохнул старший.

Младший сосредоточенно следил за движением бронестекла.

- Энергии толкачей не хватит! Говорил три надо запускать.

Бронеколпак действительно после удара кресел сдвинулся всего на несколько сантиметров и застыл. В кабину посыпалась земля.

Старший брат выругался.

- Да и трёх бы не хватило, братишка. Поторопились мы.

- Промедление его убьёт! Надо что-то делать, пока еще можно спасти.

Раздался металлический скрежет, что-то вновь царапало по броне. Братья насторожились и замолчали. В щель между бронестеклом и корпусом протиснулся ствол зенитной установки.

- Что за черт? - выдохнул старший.

Младший оторопело уставился на неожиданное явление. Допрыгались.

Орудие качнулось вниз, словно пыталось нащупать замерших братьев и резко пошло вверх отбрасывая бронеколпак в сторону. Солнечный свет ударил по глазам. В проеме показался огрызок голубого неба.

- Запускай!

Младший активировал кресло механика-водителя и ткнул в аварийный маячок. Пусть у всех союзных радаров будет на виду. Кресло с командиром ушло в небо. Спустя несколько секунд над ним раскинулся белоснежный купол.

Теперь действительно всё. Они сделали для старшего инструктора Валеева максимум из того, что могли. Дело за медиками.

- Вы чего творите? - прогремел над головой усиленный динамиками голос.

- Командир совсем плох, торопились доставить его наверх, — прокричал в ответ старший брат.

После высадки центурии их основательно накрыло. По-видимому, одна из капсул сдетонировал совсем рядом. Взрывом повредило остатки электронной начинки «бестии». Пропала связь с «ангелом» Софии, потухли радар и экран телеметрии. Машина превратилась в консервную банку.

Но воздуха и воды хватало. Они могли бы ждать спасения ещё сутки. Если бы не командир.

Старший инструктор Валеев в сознание больше не приходил. Пульс не прощупывался, на вид он даже не дышал. Но младший Кривко выудил из сумки с мыльно-рыльными принадлежностями зеркальце и поднес его ко рту командира. Поверхность запотела. Однако сомнений не было, время старшего инструктора Валеева стремительно истекало.

Тогда братья разработали план для скорейшей доставки командира на поверхность. Кресла стрелков должны были добавить бронестеклу необходимое ускорение и открыть пространство для катапультирования механика-водителя. Но ситуация вышла из-под контроля. И если бы не «ангел» с зенитным орудием наперевес… Впрочем, думать о плохом после удачного стечения обстоятельств — только фарт пугать. Чего ни один боевой пилот делать не станет. А курсанты Кривко ещё двое суток назад заслужили свои первые боевые знаки отличия.

Братья выбрались из полузасыпанной кабины самостоятельно. Уж слишком напоминала раскуроченная «бестия» гроб. А запах сырой земли навевал впечатления о свежевырытой могиле. Оставаться в кабине в ожидании спасения не было никакого желания.

- И куда это мы так торопимся?

Старший Кривко помог брату выбраться и повернулся.

Перед ним стояло нечто в скафандре гонщика. Забрало поднято. Окружённая уплотнителем и размазанной по лицу копотью сверкала белыми зубами улыбка. А в глазах светились искорки озорства. Открытое лицо требовало ответных улыбок. Но, за фигурой возвышался «ангел», что слегка меняло обстоятельства встречи. Братья вытянулись по стойке смирно.

- Ой, ну бросьте, -- София обиженно скривила губы.

- Докладывает курсант Кривко…

- Старший? - сощурилась София.

- Так точно!

Она размахнулась, но вдруг рассмеялась и повисла у курсанта на шее. Свободная рука девушки обвила шею второго брата. Лицо младшего пошло пунцовыми пятнами.

- За брата спасибо ребят, — прошептала София и поцеловала курсантов в щеки.

Старший улыбнулся.

- Так инструктор Валеев Ваш брат?

- Да какой он Валеев, Овечкин, как и я, усмехнулась София в ответ.

- А…

- Разжалован, лишён всех привилегий и отправлен в ссылку после битвы на Пастыре. Я тогда много глупостей натворила. Брат взял вину на себя. Ну, а отец у нас суров. - развела девушка руками.

- Как он? - Вклинился в диалог младший Кривко.

- Он в порядке. Я потому-то и не помогла вам выбраться, следила за диагностикой. С ним теперь все будет хорошо.

- А с Вами?

София рассмеялась.

- Порой мне кажется, что даже моя спонтанность и непредсказуемость заранее просчитаны нашим отцом. Потому я вряд ли нарушила планы империи.

На крючке

Я, наверное, мог бы сыграть в «несознанку», но взгляд следователя не сулил ничего хорошего.

- Имя?

Я с трудом уловил в её речи вопрос.

- Без адвоката говорить не стану.

Да, помню, я уже заметил, что ничего хорошего не светит. Но, что теперь сдаваться без боя? А нет уж, выкусите!

- Вам будет предоставлен адвокат, он уже в пути. Сейчас меня не интересуют обстоятельства Вашего задержания. Анкетные данные и только…

- Без адвоката не скажу ничего.

Она обиделась. Да, кто бы мне ни сказал, что в следствии на Луне 4 работают такие актрисы, я бы не поверил.

Но дамочка действительно поджала губки. Глаза наполнились влагой. Я прям прочувствовал момент…

- Я хочу Вам помочь!

Ну, все-таки актриса. Держите меня семеро.

Люди платят бешеные деньги, чтобы попасть на спектакль кого-нибудь из Добронравовых, где почти не на кого кроме них смотреть. А тут такое дарование за всего-то пару ударов по почкам.

Я бы мог продавать билеты и основательно наполнить свои пустые карманы. Или все-таки нет?

Черт, вот только мнительной мне не хватало. Очень надеюсь, что она действительно актриса. И включит характер, как только потребуется.

- Только не плачьте, терпеть не могу женские слезы.

- Простите, я только закончила практику…

Тётка — ты себя видела? Какая практика? Тебя на курсах престарелых что ли набрали?

- … мне сложно дается моя работа, я думала, что буду помогать людям…

И как прикажете это понимать? Она определенно знает, что я чужой, не местный, турист, чтоб его. На этом богом забытом руднике. Кого она играет? И главное — зачем?

- … я безумно хочу Вам помочь…

Придется хамить. Тут без вариантов. Либо она реально носится с этой неподъёмной ношей — спасти всех, либо заигралась. Но у меня нет времени ни на то, ни на другое..

Открылась дверь. Заглянул какой-то дяденька в штатском.

- Как у тебя?

- До-о-опрашиваю, — разрыдалась следователь.

Я прям почувствовал желание оправдаться, за то, что так хреново допрашиваюсь. Еле сдержал порыв, честное слово.

- Ребят?

- Нет, мы же уже нашли общий язык. Правда?

Чтоб тебя. Ну откуда у нас что-нибудь общее? Ты — следователь. Я - задержанный. Имейте совесть дамочка.

Ее красивые глаза смотрели мне прямо в душу. Я кивнул. Старался сделать это достаточно суетливо. Ведь должен я бояться этих неизвестных ребят. Или все-таки не должен? Чертов спектакль затягивался. Но на сцене по-прежнему не было главного действующего лица. И я вынужден был играть отведенную мне режиссером роль. Ай да Панкратов, вот ответишь ты мне, когда я отсюда выберусь. За все ответишь. И за непродуманную режиссуру. И за отбитые почки. И за женские слезы, которые пришлось терпеть.

- Может Вы все-таки скажите мне свои данные?

Она кокетливо поправила выбившийся локон за ухо и сверкнула глазами. Соблазняет? Ну а почему бы и нет? Бить — били, говорить — говорили, осталось дело за малым — взять естественным путем. Сейчас подмигну и все выложу.

- Без адвоката…

- Да что Вы заладили: адвоката и адвоката? Будет! Скоро! Чем это Вам поможет? Вас застали на месте преступления и точка.

Права ты, тетка, застали. Я как раз из трейлера в туалет вышел. Хотя мог бы и там нормально нужду справить. Только если бы меня в трейлере брали, еще бы пулю всадили. Ребята-то у вас горячие, деньги свои законодательством непредусмотренные отрабатывают рьяно.

Дверь вновь открылась.

- Марина Ивановна, Вам помощь нужна?

Дамочка встрепенулась. И чего спрашивается? Не тот человечек пришел. Совсем не тот.

- Андрей Васильевич, вот не желает анкетные данные говорить!

И чего она перед ним тянется? Молодой пацан. И по званию младше. Старший группы что ли? Тогда погодите, значит, они не взяли с собой ни одного следователя. Хотят операм раскрытие подарить? То есть сейчас в отделе только следаки и дежурная часть. Ночь как-никак. Не до жиру. Все хотят спать рядом с теплыми супружескими телами, а не возиться с кем-то вроде меня. Интересно, а участкового с «тумбочки» забрали? Как-никак его земля.

Внутри шевельнулся герой. Вот сейчас этому мальчишке в погонах в челюсть. Сорвать с пояса баллончик. Прыснуть в эти и без того слезливые глаза недавней практикантки и бежать. Красиво? А то! Только главного действующего лица все нет. А значит, бежать рано.

Старлей сделал несколько шагов. Окинул меня презрительным взглядом и вдруг двинул носком ботинка по голени. Вот засранец.

Я зашипел и решил, что этому недоноску шею точно сверну. Но из образа все-таки не вышел.

- Командир, мне бы покурить и все скажу!

Мальчишка явно чувствовал сомнения по поводу своего удара. По глазам стыд видно. Значит, осталось немного расшатать. Клюй, давай и оправдаю! Курить жуть как охота. Дурацкая привычка, будь она неладна.

- Если покурить выведу, анкетные данные дашь?

- Дам. Хочешь, вообще тебе весь расклад нарисую без протокола.

- Хочу. Пошли.

Он жестом успокоил майора и приоткрыл для меня дверь.

- Прошу.

Я подмигнул дамочке и шагнул в коридор. За эту выходку мне, конечно, влетит. Но это будет потом. А сейчас меня ждут звезды, табачный дым и нетерпеливый юноша. Ну чем не идиллия? Тьфу! Что за чушь в голову лезет!

На крючке 2

Наручники все-таки остались на запястьях. Признаться, я надеялся на браваду старшего лейтенанта, когда демонстративно протянул ему обе руки. И на какое-то мгновение даже показалось, что старлей рискнет снять браслеты. Но нет. Осторожность все-таки восторжествовала. Что ж, на нет, как говорится, и суда нет.

Первую сигарету я получил без каких либо условий. Но за следующую обязательно начнутся торги. И, чем сильнее мне удастся впечатлить юношу, тем дольше мы пробудем на улице. А пускать в звездное небо клубы ароматного дыма по определению лучше, чем отвечать на вопросы страдающей от недопонимания престарелой практикантки. Потому я решил не врать. В разумных, конечно же, пределах.

- Они пришли ко мне неделю назад…

И это было чистейшей правдой.

Автомобиль заглох в двух кварталах от скромной квартиры, которую я снял месяцем ранее для Марины. Для совместного гнездышка как-то еще не созрел. А отпускать в свободное плавание поостерегся. К тому же, траты не большие. А взамен, я периодически навещал Марину в любое удобное для меня время.

Немного помолчав, я сделал вид, что слегка сомневаюсь насколько откровенным надо быть. А потом всеми силами изобразил готовность и продолжил рассказ.

Как дождался разрешающего сигнала светофора и свернул к одинокому цветочному ларьку. Ходить к девушке без букета, как-то не красиво. Но операционная система авто пискнула, что-то невразумительное о невозможности выполнения полученного задания и вырубилась. Причем вся, вплоть до аварийной сигнализации, которая должна работать даже в условиях ядерного апокалипсиса.

Дверь я распахнул переполненный негодования. Выбрался, покряхтел, хорошенько так выругался. Пнул по колесу и забрался в кабину обратно, что бы открыть капот.

В общем отыграл все, как положено. Срисовал мимоходом троих топтунов и два подозрительных автомобиля. Еще раз прикинул палец к носу и решил все-таки открыть капот, а не огонь из полуавтоматического оружия. Очень уж рекламировал мне продавец систему защиты автомобиля. Такую с помощью молотка и такой-то матери не вскрыть. Нужны серьезные взрослые игрушки. Которыми если и торгуют из-под полы, то мне столь отчаянные предприниматели неизвестны. От инцидента за версту несло спец службами. А потому я ткнул в кнопку и продолжил играть роль разочарованного покупкой автовладельца.

Правда, для старшего лейтенанта я своей проницательностью сверкать не стал. И обрисовал ситуацию ровно так, как она должна была выглядеть со стороны. Заглох, вышел, обругал и полез под капот разбираться.

- Значит, подошли двое. Ни “ксив”, ни оружия. Вежливые. Поздоровались. Поинтересовались, как Маринка поживает…

Я конечно “быканул”. Потому что и должен был проявить себя как здоровый уравновешенный самец. Махнул кулачищем вправо, махнул влево. Ни в кого не попал и через мгновение уже кряхтел в асфальт.

Старлей сочувственно кивнул, когда я выдал ему слегка урезанную версию событий. Ага, значит цепляет история и хорошо. Заодно и успокоился слегка. Раз я в громил кулаками не попал, то и в него, значит, не попаду. Интересно, чем ты у нас юноша увлекаешься. Рукопашный бой? Дзю-до? Впрочем, неважно. Опыт все равно возьмет свое, если потребуется. Ибо попадать или нет, в моем случае, решаю только я.

- В общем-то, предложили работу по профилю. Я-то от дел давно отошел, еще как последний раз откинулся.

- Давно? - уточнил старший лейтенант, сверкая глазами.

Ну мальчишка в погонах. Наверняка бы и более упрощенную версию событий скушал, да не подавился. Но поздно уже менять приоритеты.

- Шесть лет, как завязал.

Врать смысла не имело. По плану я скоро так и так разговориться должен, почему бы и не обойтись без увечий? Бить все равно будут, по другому просто не умеют. Но это уже потом, когда главное действующее лицо появится. Он-то меня, уши развесив, слушать не станет. Уточняющие вопросы станут чередоваться с ударами по почкам и прочим болезненным местам. И рано или поздно выведут меня на чистую воду. Или хотя бы на допустимое мелководье.

- Мы с Маринкой как раз обсуждали, куда поехать на отдых. Аппетиты у нее внушительные и работа меня здорово бы выручила.

Я выплюнул окурок.

Старлей ткнул мне в зубы очередную сигарету, поднес зажигалку и кивнул, мол, продолжай. А мы и рады.

- Где и что вскрывать буду не сообщили. Перевозили в полной изоляции, а потому, где я оказался, мне сообщили уже доблестные сотрудники вашей службы…

Я не экономил на деталях. Рассказал, что ключ от трейлера предоставил заказчик. Так что на входной замок время тратить не пришлось. С сейфом, конечно, вынужден был повозиться. Но в конце концов сдался и железный дровосек.

- А в сейфе что?

- Без малейшего понятия.

Старший лейтенант недоверчиво прищурился.

- То есть не смотрел?

- То есть нет. Моя задача простая — вскрыть и уйти, — попытался я развести руками в стороны, но браслеты звякнули, напоминая о моем статусе.

Старлей кивнул и задумчиво уставился на звезды.

- А задержал тебя кто?

- Да эти ваши, которые на прииске в охране подрабатывают. Я по нашей древней традиции собирался успех обмочить. Но постеснялся в трейлере, на улицу вышел. Тут-то они меня и взяли…

- И?

- А что и? Упаковали и к вам повезли.

- А сейф? Двери?

- Двери заперли, ну а сейф так и оставили.

- То есть, говоришь, ты должен был только вскрыть, а заказчик сам уже забрать то, ради чего все это затеял. То есть он там что ли?

- Ага, на пригорке. Ждал, наблюдал.

- Черт!

Старлей метнулся ко входу в участок. Не самый тупой юноша попался. Быстро сообразил что к чему. Сейчас вот еще догадается, что задержанного во внутреннем дворе участка одного бросил и вообще ему цены не будет. Ну а я пока присяду, покурю. В ногах правды нет. В общем-то ее вообще нигде нет. Но это уже совсем другая история.

На крючке 3

Что ж, первый акт отыграли.

Кто-то выполнял поставленные перед ним задачи, не жалея собственных сил. Как, например, я. Кто-то же наоборот избегал участия в процессе до последнего.

Ну и где этого начальника уголовного розыска носит? Неужели «по горячим следам» до сих пор преследуют?

Наверняка они сильно удивились, когда прибыв на место, обнаружили полное отсутствие каких-либо следов. Ни инструмента, ни генетического материала для соответствующих экспертиз. Ни, что самое важное, содержимого распахнутого настежь сейфа.

Сами виноваты. Нечего подыгрывать Панкратову в его бестолковом планировании. Ну в самом деле, не пенсионеры-охранники. Застали на месте преступления подозрительное лицо. Задержали и потащили зачем-то в отдел. Оставив то самое место преступления совершенно без надзора. И ладно бы хоть сейф закрыт. Так нет же, нараспашку. Дверь трейлера закрыли, а толку? Если у заказчика нашёлся для исполнителя один биометрический ключ, то почему бы и не отыскаться его дубликату.

Трогать ничего не стали, инструмент бросили. Сейчас там наверняка ни инструмента, который, кстати, тоже предоставил заказчик, ни следов.

Сколько ему времени понадобилось на быструю уборку с использованием старой доброй химии? Десять минут? Пятнадцать?

Мы только в отдел полчаса добирались. Затем оперативные сотрудники очень быстро минут за двадцать вникали в суть происходящего и паковались в служебный внедорожник. Ещё полчаса обратного пути и абра-кадабра: от кролика в шляпе остались лишь его длинные уши.

Теперь время шло на секунды. Не долго осталось ждать прозрения. Очень скоро доблестные правоохранители сообразят, что последняя зацепка все еще ждет их в отделе. И начнут беспокоиться о моей сохранности. Интересно, у них здесь побеги были? Если были, то это добавит штрихов к картине выдраенного до блеска трейлера. И, если уж не напугает, то разозлит главное действующее лицо наверняка.

Мне стоило бы задуматься и побеспокоиться о собственном здоровье ещё неделю назад. Во время последней планёрки. Но, когда Панкратов излагал свой чересчур продуманный план, я смеялся. Ну как так, все бросят и повезут? Как не обеспечат сохранность места преступления и, что самое важное, содержимого сейфа? Почему оставят инструмент?

И утверждения великого планировщика о том, что в отделе преобладает деспотический режим одной личности, меня совершенно не убедили. Ну не верил я в полное отсутствие инициативы у рядовых сотрудников, которые в месяц получают зарплату размером с годовое жалование полковника. Да они же землю зубами грызть должны! Да они…

А в итоге они сделали все именно так, как предполагал Панкратов. Схватили меня и потащили в отдел, бросив всю доказательную базу на произвол судьбы. Даже фотографировать ничего не стали. Болваны.

Откатали пальчики. Посадили в кабинет к уставшей от собственной жизни тетке и умчались в ночь. Ловить злодеев. А я сиди тут, страдай и мучайся.

В кабинет вломились двое. Бритые головы. Отсутствие следов интеллекта на лице. И совершенно равнодушные блеклые взгляды. Таким что рыбу от чешуи избавить, что меня выпотрошить, все едино.

Майор растерянно подняла глаза от протокола допроса.

- А…

- Приказ Задорожного: обеспечить Вашу безопасность.

Один из бритоголовых протопал к окну, второй застыл у двери.

Я мысленно потёр руки. По-видимому началось. Следователь затравленно озиралась, ее и без того расшатанная психика пыталась сформулировать текущую задачу и пасовала перед объемом навалившихся фактов. Зависла бедолага. Теперь мы не то, что анкетные данные в соответствующие окошки бланка не внесём, нам бы с собственным местоположением в пищевой цепи определиться. Страшно ведь. Улыбчивый мужик в спецовке оказался не просто грабителем сейфов, а носителем совершенно реальной угрозы для ее бесценной жизни.

Страдальческий взгляд женщины скользил по моему лицу, фигуре, пытаясь отыскать во мне признаки той самой угрозы. И, конечно же ничего не находил. Но не зря же Задорожный прислал своих мордоворотов?

Прости подруга, но всё-таки не зря. Однако ты сколько ни всматривайся, ничего все равно не обнаружишь. Не тот уровень. Это тебе не сборщиков металлолома на нары отправлять, тут нужен совершенно другой подход. Цепкий, конкретный и, что немаловажно, профессиональный. Волчица нужна, чтобы столь крепкий орешек раскусить, а не тюлень в погонах.

Я улыбался. В крови блуждал адреналин. Пальцы слегка подрагивали, словно я первый, кому из медвежатников удалось отыскать мифический Молот Одина - сейф, чьё нутро никем и никогда ещё не вскрывалось.

Атмосфера в кабинете угрожающе искрила напряжением. Мордовороты насупились. Руки со сбитыми костяшками легли на рукояти станеров. Даже эти лобастые агрегаты для пыток чувствовали нарастающее напряжение. Но приказано по-видимому не усердствовать. Пресекать любые телодвижения максимально категорично, но аккуратно.

Я с трудом подавил смех. Нервы все-таки давно уже не канаты. Возраст не щадит никого.

Нет, я мог бы конечно, швырнуть стулом в того, что у двери. Прыгнуть головой вперёд прямо в промежность второго. Затем не церемонятся ввинтиться между прутьями ржавой решетки сквозь распахнутую створку. И даже скорее всего удачно сгруппироваться приземляясь на клумбу под окном. Но главное действующее лицо, по-прежнему, гоняет мое прикрытие по давно остывшим следам. А значит, придётся унять порыв и готовую тряхнуть стариной натуру. Ждать и не рыпаться.

К счастью, ждать оставалось не долго.

Дверь чуть не слетела с петель. Отскочила от спины громилы и жалобно скрипнула. Мородоворот яростно сверкнул глазами. Но тут же отступил в сторону и потупил взгляд. В кабинет ворвалось взвинченное до предела начальство.

- Значит, слушай сюда…

Ну наконец-то.

На крючке 4

- Значит, слушай сюда…

На стол перед моим лицом плюхнулась затертая до дыр черная сумка.

Я расплылся в улыбке. А глубоко внутри взвыла сирена чрезвычайного оповещения.

Пятна крови впитались в материал. И никто не позаботился о том, чтобы от них избавиться. Стерли на скорую руку какой-то тряпчонкой и предъявили владельцу. Который должен осознать, что поздно играть в Незнайку.

Моя это сумка — отпираться бесполезно. В ней генетического материала на десяток экспертиз хватит. Потому что, хоть инструмент и предоставил заказчик, к месту событий принес его именно я. В собственной счастливой сумке. А забрать должен был человек, отвечающий за мое прикрытие. И судя по пятнам крови, он это сделал. Но счастья она ему не принесла.

Я поднял глаза.

Требовательный взгляд начальника уголовного розыска буравил мое лицо.

- Чего молчишь?

- Слушаю.

Задорожный хмыкнул.

- Твой подельник уже дает показания. Если нет желания тащить эту лямку в одиночку, то самое время сделать свой ход.

Каждый раз поражает несовершенство нашей уголовно-процессуальной системы. Кто же станет по доброй воле приписывать себе сообщников? Когда группа лиц — это всегда отягчающее обстоятельство и дополнительный срок в соответствующем пункте статьи. Кому это надо? Разве что тому, кто пойдет на сделку. Но в моем случае сделки со следствием категорически исключены.

- Впервые вижу эту сумку.

Выкуси легавый. Я в эти игры играл, когда ты еще пешком под стол ходил.

Современные технологии, конечно, не позволят держать выбранную ноту достаточно долго. Уже завтра на руках у следствия будет целый ворох необходимых бумаг с разноцветными печатями, в которых черным по белому минимум на 93% подтвердится принадлежность обнаруженного розыском имущества. Но до завтра еще надо дожить.

Задорожный сверкнул глазами. Я прищурился. Нет, на этот раз показалось. А значит ждем и не рыпаемся.

Хорошо хоть рот привык держать закрытым. Кулак вполне предсказуемо врезался в подбородок и, продолжай я скалиться и трепаться, мог бы отключиться и заработать сотрясение мозга. А так просто слегка пошатнулся. Тяжелая у местного начальства рука.

Впрочем, это было заметно по тому, как он предъявил сумку. В ней килограмм тридцать, а он швырнул ее, словно пустую.

В голове вертелось назойливое: а не староват ли я для подобных подвигов? Но, во-первых, что-либо менять уже слишком поздно. А, во-вторых, мне не так уж и долго осталось. Потому-то меня и выбрали.

В разговоре со старшим лейтенантом я тщательно дозировал информацию. Панкратов настаивал, что цель — это начальник уголовного розыска. Но чем черт не шутит? Вдруг старый волчара все-таки промахнулся.

В тот вечер, когда заглох автомобиль, мне сделали очень выгодное предложение. Отказаться от которого я не смог по многим причинам и щедрое денежное вознаграждение было лишь одной из них.

Накануне я прошел тщательное медицинское обследование, вызванное участившимися головными болями. И узнал, что согласно предварительному диагнозу, дела мои плохи.

Врачам еще предстояло провести целый ряд исследований, чтобы дать ответ на вопрос: убьёт мое тело эта опухоль или нет. Но для меня это уже не имело никакого значения. Потому что моя личность согласно прогнозу погибнет гораздо раньше. Практически полная потеря долгосрочной памяти и в перспективе вероятная утрата краткосрочной. Овощ, а не человек.

Для мужчины, пережившего высадку на Пастыре, и потом еще не раз схлестнувшегося с просеками, утрата памяти — это приговор. Моя память — это я.

Я не желал забывать события минувших дней. Наверное, только воспоминания и не давали мне одряхлеть окончательно. Пилоты «мехов» всегда остаются в тонусе и точка.

Может быть, именно потому, покинув флот, я продолжал будоражить кровь взломами сейфов. А мой напарник занял высокий пост в контрразведке. Мы продолжали играть в полюбившиеся игрушки. С одной лишь разницей. Панкратов приносил пользу человечеству. А я себе.

- Даю последний шанс! Скажи, где содержимое сейфа и мы договоримся!

А вот это уже отличная новость! Значит, содержимое не нашли. Может все-таки успел передать? Но, тогда бы инструмент ушел тоже. Так, так, так… А с чего я вообще взял, что на сумке кровь человека отвечавшего за мое прикрытие? Что если он должен был торопиться, а тащить на себе лишние тридцать килограмм в таком случае, то еще удовольствие. И он попросту оставил сумку на месте.

Я Панкратову за такие дела последний мозг выклюю. Сколько раз предупреждал, что сумка счастливая и нужна мне позарез. А его человек ее бросил. Впрочем, вряд ли у него была с собой запасная. А разбросанный по трейлеру инструмент вызвал бы подозрение. Не в карманах же я его принес в самом деле.

Я осмотрелся.

Странное дело, но я не заметил, как из кабинета исчезла следователь. Просочилась, словно сгусток тумана. Наверное, ей просто неприятно наблюдать, как свежевыкрашенные стены заляпают неблагородной преступной кровью. Тогда она сделала верный выбор. Потому что пришло время заканчивать этот цирк. А значит, пора злить папу-медведя.

На крючке 5

Из доступных предметов у меня оставались лишь стул под задницей и сумка. К сожалению, никто из присутствующих так и не потрудился положить пистолет на стол с многозначительным намеком на гнетущие обстоятельства. А было бы очень чудесно.

Но, все-таки мы с ними играли в совершенно разные игры. Они - в мифическую законность, а я - в кто сильнее, тот и прав. И правила этих игр весьма отличались.

На фронте «язык» должен обладать единственной способностью — говорить. Все остальное не имеет совершенно никакого значения.

Здесь им необходимо представить мою приемлемо целую мордаху для фото и судебного процесса. А еще я должен суметь собственноручно все подписать. Значит рука. Но раз я ничего не трогал и не делал, значит две. Потому что они до сих пор не знают правша я или левша. Хотя старлей мог зафиксировать, какой из рук я хватался за сигарету. Тогда…

Тьфу. Отставить! Этак меня скоро собственные рассуждения в гроб загонят.

- Извините, а который час?

С таким же успехом я мог поинтересоваться, куда полетела стая розовых слонов.

На секунду мне показалось, что даже на лицах мордоворотов проявилась некая работа мысли. Но секунда прошла и я понял, что действительно показалось.

Однако начальник розыска мой интерес ко времени поддержал. Оттянул рукав, взглянул на циферблат раритетных и весьма дорогих часов и буркнул:

- Может быть, время развязать тебе язык?

О, у нас тут ценитель старых фильмов.

- А все-таки?

- Почти одиннадцать, — нехотя произнес он.

- Спасибо.

Я действительно был благодарен. Когда знаешь, что ждать осталось недолго, как-то концентрируешься.

К сожалению, служба Панкратова зажала мне боевой препарат. Мол, это меня убьет. Я бы с удовольствием притащил сюда всю коллегию в белых халатах и поинтересовался: а эти вот трое со мной в шашки играть станут?

Странно, но я не допускал в собственных рассуждениях поворота событий, при котором меня прикопают где-нибудь в карьере и никто никогда не найдет концов. Интересно, это бравада? Или я действительно не верил, что так все может закончиться?

Впрочем, вшитый в бедро чип невозможно даже сжечь в жерле вулкана. С моими останками слишком много мороки. Их обязательно найдут. Но эти трое хищников об этом не знают. Могут и банально зарыть на заднем дворе.

Я улыбнулся. Но мозг продолжал мусолить тему.

Если, все-таки, не верю, то очень зря. Панкратов редко ошибается. А раз он прав, то этому Задорожному избавиться от тела, особого труда не составит. А два болвана из его группы поддержки об этом завтра и не вспомнят. У них на рожах написано, что функционируют только естественные потребности. Память о зарытом трупе вряд ли входит в этот перечень.

А еще меня чертовски смущали физические возможности начальника розыска. Если он воткнул себе сервоприводы и проложил наноткань, то моя песенка спета. Потому что пилотов никто и никогда не модифицирует. Чревато сбоями. Один запоздавший синопсис и твой “мех” пылает, а противник получает преимущество.

К сожалению, все эти новейшие технологии слишком непредсказуемы.

Но вот так, лицом к лицу. У нанотехнологий явное преимущество. Сомнет как использованный пакет из-под молока и выбросит. Мне впервые жутко захотелось в пехоту. Уж царице полей сам бог и командование велят пичкать себя разной экспериментальной дрянью.

По телу прошла едва заметная дрожь. Судя по всему, время пришло и кислотность моего организма расщепила вшитую в него капсулу. По венам побежала уже не только кровь. Это, конечно, не боевой стимулятор, но на какое-то время чувство собственной безопасности, а вместе с ним и болевые ощущения померкнут. Главное, чтобы было желание действовать. А организм продолжал вырабатывать адреналин.

Что ж ребятки, вам чертовски не повезло. У меня в избытке и того и другого. Застоялся старый конь в стойле.

- Иго-го б…я!

Черт, ну в слух-то зачем?

- Чего? - повернулся ко мне начальник розыска.

- Сумка говорю счастливая, — поведал я радостно скалясь.

И вмазал этой сумкой ему по роже.

А, брат, так дело не в сервоприводах. Вы просто выбросили из нее часть содержимого. Ну, сам виноват. Я уже очень на тебе сосредоточился. Да и Панкратов щепетилен насчет казенного имущества.

Я вскочил и двинул Задорожному промеж ног. Не знаю, как там обстоят дела с анатомией у просеков. Но обязан же зараженный их спорами обладать необходимой чувствительностью, чтобы не походить на зомби?

Так и вышло. Начальник розыска наконец-то изобразил приветственный поклон. Вот сразу бы так. Глядишь и бубенцы бы не пострадали.

Я размахнулся стулом. Впечатал им по лысине ближайшего мордоворота и прыгнул ко второму. А тут почему-то все пошло не так.

Колено громилы встретило меня сбоку. Четкий удар по ребрам сбил дыхание. Я отлетел к стене. И тут же получил кулаком в переносицу. Упал, ощутил пинок по затылку, затем, наверное, последовал еще один.

Я приготовился изучить протектор подошвы тщательней. Но сознание сжалилось и потухло.

- Ну же, старик, приходи в себя!

Тебе надо, ты и приходи. Щека горела огнем. Он меня по ней лупит что ли? Голос я узнал. Не первый раз прихожу в себя под его вопли.

- Панкратов пришли мне медсестру и исчезни.

- Я-то исчезну. А вот ты какого черта тут устроил?

- Ловил на живца. Как и договаривались.

Я представил, как Панкратов хватается за голову и улыбнулся. Картинка получилась весьма занимательная. Даже захотелось на это посмотреть. Но, открыв глаза, я обнаружил бывшего напарника на табурете с сигаретой в руке и задумчивым взглядом в потолок. За его плечом возвышалась фигура бойца в силовом скафандре.

Вот дали бы мне такой, я бы и сам тут все разрулил.

- Между прочим, нельзя рядом с больным курить.

- То, что ты больной, — это без вариантов. Ты зачем с ними сцепился?

- Как это зачем? Ты сам сказал, что этот Задорожный скорее всего заражен. Я и…

- И что? - Панкратов вздохнул и выдохнул в потолок клубы табачного дыма. - Миронова, сама ему расскажи. Боюсь, у меня терпения не хватит.

Обладатель силового скафандра поднял забрало. На меня смотрели глаза престарелой практикантки. Только вот вся эта тоска, которая заставляла меня скрипеть зубами во время допроса, из взгляда куда-то исчезла. Превосходство, мощь, уверенность…- вот далеко не полный список того, что на данный момент читалось в них.

Ну, актриса.

- Старлей заражен. Эти просто оказались под влиянием. Я же битый час знаки подавала.

Так, погодите ка. Какие еще знаки? Я прокрутил в памяти события минувшей ночи. А ведь и вправду подавала. Четырехлистник рисовала на каждом подходящем листке, даже на протоколе допроса. А я почему-то сосредоточился на ее театральном нытье. Как можно было не обратить внимания на эмблему собственного взвода, ума не приложу. Я развел руками и старательно улыбнулся.

- Извините.

Панкратов как-то быстро отошел и улыбнулся в ответ. А вот Миронова просто опустила забрало.

Хамка.

- Да без проблем, старик. Тут такое дело, и ты нас извини.

Я насторожился.

- За что?

- Медицинское обследование, оно…

- Убью!

Пастырь

- Круговая защита! - ожил командирский динамик.

София рванула рычаг аварийной остановки, заставляя машину застыть на месте. Короткий взгляд на обзорные экраны. Отлично! Похоже, остальные бойцы отделения уже выбрали свои направления.

Взгляд девушки мазнул по компасу. Значит, ей достался запад. Ну еще бы. Кому захочется страдать от бликов уходящего за горизонт солнца. Впрочем, сама виновата. Нечего клювом щелкать.

Автоматическая доводка «Бестии» отработала в штатном режиме, машина замерла, абсолютно готовая к бою.

- Отделению приготовиться к отражению атаки. Выставить щиты! - Отдала команду София.

Щелкнул тумблер, обесточивая рыле фиксаторов. Рано? Нет, похоже, что в самый раз!

Цепкие пальцы манипулятора подхватили углеродную плиту, до того, как та, сорвавшись со спины «меха», достигла земли.

Переброс, вонзить в землю прямо перед собой. Зафиксировать распорки. Теперь хоть лавина «луговых псов», хоть стадо «рапторов» - этот волнорез им не по зубам.

- Второй и третий, подготовить турели противовоздушной обороны. Четвёртый, дублируй круговое сканирование и готовь тяжелый калибр.

Она оценила расстояние между «мехами» и добавила:

- Огнеметы на дистанцию минус, автоматический режим.

Когда «луговые псы» попытаются смять периметр их обороны, напалм окажется весьма кстати.

- Пульсатор слишком низко для кругового сканирования, — проворчал четвертый.

- Разговорчики!

- Есть, дублировать круговое сканирование.

Она дождалась пока машина «четвёртого» соберется в комок, обнажит дуло 152-миллиметрового орудия, и удовлетворительно кивнула. Похоже, Борис на этот раз решил в прямую конфронтацию не вступать.

Пальцы девушки пробежались по клавишам.

- Давай-ка, милая, присядем.

Кабина поползла вниз.

- Ну же, моя хорошая, еще немного…

- Отставить! Закончить выполнение задания. - Вновь ожил командирский динамик.

Губы Софии вытянулись в трубочку. Опять двадцать пять. И когда же им позволят опробовать весь набор игрушек на реальном пусть и виртуальном противнике? Этак вся «учебка» пройдёт в стрельбе по мишеням.

- Тоже мне подготовка в реальных условиях, — пробормотала девушка.

И тут же прикусила губу.

Черт! Похоже она забыла отключить телеметрию. И последняя фраза определенно попала на запись.

- Курсантам покинуть кабины!

Колпаки виртуальных капсул дружно взлетели вверх. Полсотни девушек и парней покидали ложемёты противоперегрузочных кресел и строились в две шеренги. Застегивали воротники, поправляли форму, смеялись и улыбались.

Полсотни будущих легионеров, которым предстоит драться на новеньких «Бестиях» за десять миллиардов, стремительно расползающихся по галактике людей, радовались окончанию тренировочных боев. Но, похоже, довольны тренировкой остались далеко не все.

София окинула скептическим взглядом троицу парней, не спешивших занять место в строю. Видимо, снова это ничтожество воду мутит.

- Какого черта, ты опять мудришь? - Не стал затягивать момент один из парней.

Девушка вскинула голову.

- Не твоего ума дело, Бориска.

Юноша сжал кулаки.

- Не моего? Ты нас всех подводишь! Отделение плетется в хвосте по всем показателям.

- Что ж ты вчера не исправил ситуацию? Мы все готовы были выполнить твой приказ!

Еще один из парней закашлялся, стараясь скрыть непрошенный смех. А Борис зашипел разъяренной гадюкой:

- У меня заклинил сброс щита…

- Заклинил, как же, — не унималась девушка. - Твои личные трудности не отменяли твоих же обязанностей. Если бы лавина пошла, от наших шасси остались бы одни воспоминания.

Борис покраснел и открыл рот для ответа. Однако вместо колкостей с его губ сорвался рев сирены оповещения:

- Боевая тревога! Первой центурии проследовать к западному шлюзу, второй…

Дальше София слушать не стала. Ей, как ни крути, на запад. А чем займутся остальные, не её забота.

Девушка зажмурилась сильнее, а затем открыла глаза. По стенам и потолку гуляли блики аварийной лампы. Вот тебе и выспалась, называется.

Взгляд нащупал шлем на прикроватной тумбочке. Аксессуар номер раз из ее личного списка.

- Иди-ка барахло казенное сюда.

Шлем её порядком бесил. Из-за него девушке пришлось пережить грандиозное личное сражение за каждый сантиметр растительности на голове. И пусть, рыжий ежик сдался еще месяц назад, и гладко выбритая голова перестала конфликтовать с уплотнителем внутри шлема, она не собиралась бросать ситуацию на самотек. Надо продержаться еще два месяца до ближайшей ротации. А потом она завалит конструкторское бюро жалобами и предложениями. Женщина даже на войне обязана иметь возможность оставаться женщиной!

- Голосовое управление. Первой центурии: жду данные о готовности.

Огоньки на проекционном забрале вспыхивали один за другим. Когда загорелся тридцать второй по счету, София вошла в ангар.

- Здравия желаю. Первая центурия в полном составе готова к выполнению боевого задания. Дежурный по…

- Отставить! Стать в строй!

- Есть!

Четкий разворот на месте. Три шага, еще разворот и плечи первой шеренги сомкнулись, скрывая легионера.

Это в пехоте дежурный после доклада занимает место во главе строя. У пилотов все не так. По крайней мере у пилотов, которыми командовала она. Её легионеры должны привыкнуть к плечу соседа раз и навсегда. А потому даже в строю, она закрепила за каждым пилотом строго определенное место.

- Стандартный разбив на двойки. Первая контуберия занимает рубежи, вторая - в ближнем резерве, третья - в дальнем. Четвёртая - в полной боевой у первого шлюза.

София обвела знакомые лица суровым взглядом.

- Отставить! Первая и вторая — на рубежи, третья - в дальнем резерве. Четвертая — со мной в ближний резерв. По машинам!

По-хорошему стоило сказать ребятам что-нибудь ободряющее. Но слова, как назло, застряли в горле. Неужели она тоже волнуется?

Ну хотя бы слава императору рявкнули б в тридцать три луженые глотки. Но София, как всегда, проигнорировала все, что не касалось боевого задания. Если б не отец давно бы разжаловали за такие выходки.

- Вареник, ты куда поперся?

Покинувшая бокс «Бестия» с бортовым номером «13-14» замерла у выхода из ангара.

- Тороплюсь занять боевую позицию, мой центурион, — ответил легионер с позывным «Вареник».

София закатила глаза и щелкнула тумблером активации двигателя. «Мех» заворчал разбуженным зверем.

- Отставить спешку, покидаем ангар согласно списку заявленных позиций: первая контуберия, вторая, четвертая. Третья замыкает строй. Напомни-ка номер своей?

- Номер моей контуберии — четыре, мой центурион.

- Вот и займи свое место, боец!

- Есть занять, свое место.

«Бестия» с бортовым номером «13-14» нелепо дернулась, словно хотела выпрыгнуть из ангара, несмотря на приказ. Но, похоже, «Вареник» все-таки справился с управлением. Машина в итоге выровнялась и проковыляла к своему боксу.

- Вот же балбес, — пробормотала София.

И запустила тестирование всех систем.

Впрочем, в четвёртой кроме декана одни сопляки. Чего еще от них ожидать?

- Первая контуберия к бою готова!

- Вторая контуберия к бою готова!

Декан третьей слегка замешкался, но тоже вложился в установленные нормативы. Декан четвертой контуберии продолжал молчать.

- Первая контуберия на выход! Командиру четвертой доложить о готовности!

Похоже сон оказался вещим. И позиция у западного шлюза, и «четверка» словно тот же Борис из «учебки» норовит выйти из-под контроля.

София вздохнула и защелкнула крепление ремней безопасности.

Пол дрогнул. Первая восьмерка машин дружно покидала боксы. Эта контуберия в её центурии самая боеспособная. Потому что до высадки на Пастыре уже встречалась с «просеками». Ветераны, хоть и совсем еще мальчишки. Во второй — четыре машины под управлением ребят из свежего пополнения. Именно потому она лично разбивала на пары вторую контуберию. Каждому свежеиспеченному легионеру достался в напарники уже побывавший в схватках с «просеками» боец.

Из боксов, расположенных с противоположной стороны, вынырнул «мех». Похоже, четвертая контуберия. Этого-то куда понесло?

Машина в несколько шагов приблизилась к боксу её «русалки». Бронеколпак ушел вверх. Декан четвертой контуберии поднес руки к ушам и рту. Не слышит ее что ли?

София щелкнула тумблером, позволяя внешним микрофоном принимать звук за бортом. И приветственно махнула левой турелью. Давай, мол, излагай.

- Мой центурион, связь, похоже, работает только на прием.

Сатиры тебя забодай.

- Осваивали еще какие-то машины?

- Никак нет, мой центурион, я и с этой-то еще не совсем на ты…

София чуть не выругалась. Но вовремя прикусила язык. Растерянный командир — это командир ведущий своих бойцов на убой.

- Вернись в строй, временно поступаешь в распоряжение своего ведомого. Кто там у тебя?

- Вареник, мой центурион.

О Боги! София практически схватилась за голову, но пальцы вовремя вцепились в панель управления. Ни шанса для паники.

- Он толковый боец, мой центурион, — решился вдруг добавить декан четвертой контуберии. - Если уж кому и доверять эту ношу, то только ему.

- Значит, передавай управление ему. Но сам понимаешь, за адекватное неповиновение глупому приказу тебя не расстреляют. А контуберию беру на себя, как и планировала. Справишься?

- Так точно, мой центурион.

- Тогда выполняй, а я присмотрю за вами.

Она щелкнула переключателем каналов связи.

- Вторая - на выход!

Земля задрожала вновь, под размеренную поступь тяжелых машин.

София отключила внешние микрофоны. И еще раз проверила каждую систему. Центурион заметно нервничала. И все ее мысли то и дело возвращались к одному и тому же вопросу: что за мойра сплела в единую нить события давно минувших дней и сегодня? Как расценивать этот проклятый сон? Как своего рода предупреждение? Или все-таки намек? И как же ей поступить? Ведь, если события повторяются вновь, то носить знаки отличия центуриона ей осталось недолго. В прошлый раз она уступила Борису в борьбе за командование отделением учебного взвода. Но, как понять, кто ее соперник сегодня?

- Четвертая контуберия на выход!

Центурион уверенно потянула рычаги управления на себя. Впереди бой и все эти сопливые рассуждения и надуманные страхи придется отложить на потом. Она — дочь своего отца! А Максимусы не отступают!

К сожалению, София все еще не рассмотрела своего главного врага. Как и прочие смертные, она не смогла разглядеть его в столь знакомых с детства чертах собственного лица.

Пастырь 2

- Вторым номерам подготовить модули противовоздушной обороны!

София с трудом удержалась, чтобы не выругаться.

Складывалось впечатление, что конструкторские бюро совершенно не получают информации с фронта. И берут идеи с потолка, вместо того, чтобы удовлетворять потребности бойцов.

Щелчок системы заряжания известил о полной перезарядке левой турели. Она может и пропустила бы этот звук. Если бы ни раздражающий вой, который терзал ей уши… Впрочем, вой затих, как только система убедилась, что боеприпасы уже на месте. Но вот иконка декана первой контуберии продолжала по-прежнему настойчиво мигать. Черт бы его побрал!

- Слушаю.

- Мой центурион, ни одного нападения с воздуха за пять лет.

Ну само собой, боевой опыт, куда ей — сцикухе тягаться. Но сон! И последовавшие за ним события, просто не оставляют ни шанса сомнениям.

- Выполнять! Все приказы сможете опротестовать после боя.

- Есть, выполнять! Но…

- С нетерпением жду Вашего рапорта. А сейчас, если у Вас нет ничего более существенного, прошу не занимать частоту. Приказ ясен?

- Так точно!

С этим все понятно. Если «воздух» не подтвердится, то её инициатива вызвавшая уменьшение артиллерийской нагрузки на квадрат обязательно дойдет до начальства. Да и черт бы с ним! Но, к сожалению, если она промахнулась, то сдирать центурионские нашивки будут с её кителя посмертно. «Луговые псы» всегда чувствуют когда противник сбавляет темп. А эти твари, без сомнений, способны координировать собственные действия, что неоднократно демонстрировали в предыдущих боях. К сожалению, того количества «рапторов», которое фиксирует система наблюдения, хватит проломить и что-нибудь по серьезней, чем стена внешнего периметра. Сметут проклятый шлюз, как не бывало.

Да и черт бы с ним! Куда только командование смотрит, с такой-то организацией. Ребят лишь жалко. Потому что, если она все-таки промахнулась, дай боги, чтоб третья контуберия справилась и смогла остановить противника у внутреннего шлюза.

- Четвертая — залп и покидаем рубеж. Первая — приготовиться вернуться на позиции!

София утопила гашетки обоих орудий до отказа. Машина слегка завибрировала вгрызаясь разрывными снарядами в стадо «рапторов». Автоматика тут же компенсировала отдачу, зафиксировала корпус в оптимальном с её точки зрения положении. Теперь по горизонтали «мех» способен был отследить и поразить любую, даже самую шуструю цель. Другое дело, что зенитные установки в таком состоянии не способны противодействовать воздушным объектам. Да, и сам комплекс разработчики зачем-то выполнили в качестве съемного отдельного модуля. Который, так просто на раз два три не нацепишь. Видимо, разработчики тоже поверили в это пятилетнее затишье в небе. Но, черт возьми, это не им сейчас приходится ломать голову, как выкрутиться из сложившейся ситуации.

Система управления огнём одна. Она не способна работать в обоих направлениях. Над универсальностью машин еще предстояло основательно потрудиться.

Сместив вверх предохранительный колпачок, София щелкнула переключателем запуска. Залп ракет «земля-земля» отозвался яростной вибрацией по корпусу. Противоперегрузочное кресло погасило воздействие на пилота, но шарниры шасси ощутили полноту отдачи. Минус как минимум год гарантийной эксплуатации. По-хорошему, необходимо опускать дополнительный упор, предусмотренный конструкцией именно для этого. Но потеря маневренности «меха» минимум на десять минут вследствие подобной перестраховки смущала. Это сейчас «рапторы» ошалело тыкаются между противотанковых «ежей». И представляют собой малоподвижные цели. Но, когда «волна» рванет в атаку, счет пойдет буквально на секунды. Так почему не спешат? Чего, спрашивается, ждут?

Стационарные орудия равномерно плевались сгустками плазмы в радиусе сотни метров. Залп — десять секунд на аккумуляцию энергии конденсаторами, новый залп. Пространство перед шлюзом устилали обугленные туши «рапторов», скукожившиеся огарки «луговых псов».

София ощутила смутное беспокойство. А «ежей» то все меньше. Какие-то смели «рапторы», но большую часть накрыли огнём её же бойцы.

- Центурион Варенику: покинуть позицию, в нижней точке готовность пульсатора, вспышка по моей команде.

София отметила, что машина по левому борту её «меха» ответила на команду залпом ракет, запустила перезарядку основных орудий и попятилась.

Еще один ракетный залп — справа. Декан четвертой контуберии избавился от ракет и запустил перезарядку обеих турелей. Опять-таки, почему нельзя было наделить бортовой компьютер возможностью осуществлять обе задачи одновременно? Наведение ракет, залп и последующая перезарядка основных орудий отнимает больше пяти минут. Одновременный запуск обеих систем позволил бы сократить это время как минимум до трех.

София выругалась и тут же улыбнулась. Система включила предупреждение и захлебнулась на первом же слоге. Две очереди мелкокалиберных снарядов смели угрозу из поля обозрения. Вареник и декан четвертой контуберии взяли на себя роль её личных телохранителей. Плотность огня и слаженность действий этих двоих позволили ей без особого усердия концентрироваться на малейших изменениях в пределах доверенного центурии сектора и не беспокоиться, что ее позиция окажется под ударом.

Пальцы пробежались по приборной панели, снимая блокировку бортового компьютера. Теперь автоматика перестанет сопротивляться необдуманным приказам пилота.

- Давай-ка, милая, присядем…

Кабина послушно поползла вниз.

- Еще немного, — прошептала девушка.

Система отозвалась предупреждающим гулом. Сканеры фиксировали расстояние до поверхности. Три метра — не шутка! А пилот требует запустить машину еще выше. Если «мех» вдруг промахнется и рухнет с крохотного пятачка, на котором расположена позиция, то повреждения шасси покажутся ей детской шалостью. Капсула безопасности сохранит жизнь пилота вне всяких сомнений, но продолжать бой «мех» уже не сможет.

- Прекрати, мы не собираемся падать.

Предохранительный колпачок с едва уловимым щелчком освободил активатор запуска. Еще щелчок - активация ракетных двигателей. Но пилот не торопилась освобождать объятые пламенем сигары из пусковых шахт ракетного комплекса. Педаль ушла до упора вниз. Сброс стояночного тормоза. Машина взмыла вверх словно гигантский кузнечик. Секунда, еще одна…

- Сейчас!

Палец утопил активатор пульсатора до отказа. Приборы зафиксировали дублирование радиолокационного импульса от «Бестии» с бортовым номером «13-14». И София освободила ракеты от фиксаторов, на всякий случай активируя страховочные парашюты. Машина буквально на доли секунды зависла в невесомости и устремилась обратно. С силой притяжения особо не поспоришь. Автоматика зафиксировала раскрытие обоих куполов буквально за секунду до контакта с поверхностью. Рывок вверх и удар шасси о стену практически совпали. Но этого хватило, чтобы машина не повредила ходовую часть окончательно.

Пальцы машинально подтвердили сброс парашютов. А глаза напряженно вглядывались в показатели радара. Секунда, еще одна…

- Проклятье!

Кулак девушки врезался в приборную панель. Подобного результата не ожидала даже она.

Пастырь 3

Экран радара пестрел россыпью разнообразных отметок. Крупных и мелких, быстрых и медленных… разных, но, к сожалению, в таком количестве размеры и скорость не имели совершенно никакого значения.

- Центурион системе управления: командирский приоритет, блокировка связи для борта номер «13-14».

София выдохнула. Потерла щеки ладонями и нажала на кнопку вызова:

- Центурион Варенику: сейчас на экране радара ты видишь нечто весьма сильно смахивающее на смерть. Но, ты не можешь поделиться этой информацией с товарищами по оружию. Паника недопустима.

На секунду в эфире повисла гнетущая тишина.

- Ты должен мне довериться, я знаю, что делаю, — продолжила София.

Автоматика отследила ближайшее скопление «рапторов» и центурион активировала систему наведения. Похоже, твари покончили с бессмысленным брожением на грани видимости. Они определенно сбивались в группы и готовились к активным действиям.

Броня отозвалась знакомым гулом — что ж этой группе инопланетных носорогов не повезло. Три последних ракеты поставили точку в их кровожадных планах.

- Центурион Варенику: как понял меня?

- Понял, мой центурион. Не подведу.

София кивнула, словно другого ответа не могло и быть. Но, на всякий случай, «забыла» отключить блокировку связи для машины с бортовым номером «13-14».

- Четвертая, уходим!

Командование уже наверняка получило новые вводные, но София, все же, продублировала отправку информации. Автоматика, автоматикой, но ситуация сильно смахивала на пушного зверя. Похоже, что пятилетнему затишью в воздушном пространстве Пастыря все-таки пришел конец.

- Легат центуриону первой центурии: насколько достоверна информация? - Прохрипел динамик.

София чуть не зарычала. Они там совсем что ли связь с реальностью потеряли?

- Абсолютно! Двойная вспышка пульсаторов по вертикали согласно теории академика Бардина игнорирует помехи противника.

София выпалила заготовленную фразу и прикусила губу. Это она в курсе теорий и предположений Бардина. А вот легат и его советники не обязаны читать статьи и монографии какого-то там ученого. И не важно, что ученый в итоге оказался прав.

Просеки каким-то образом перехватывают или блокируют электромагнитное излучение сверхвысокой частоты. Электромагнитные волны исчезают, словно проваливаются в черную дыру, совершенно безвозвратно. Радары остаются слепы, как новорожденные котята. Разработанные конструкторскими бюро пульсаторы, на какое-то время позволили уравнять шансы, но противник, похоже, не дремал. И вскоре, более жесткое излучение по отношению к тому, что свойственно радарам, тоже оказалось бессильно.

- Запрашиваю орбитальную бомбардировку по периметру!

По подбородку потекла кровь из прокушенной губы.

Поторопилась. Как пить дать, поторопилась. И сделала это, скорее всего, зря. Никто не любит выскочек. Но теперь то что? Слово — не воробей и даже не ворона. У них там, наверху, целый аппарат стратегов и тактиков, и неважно какое решение после этого примут все эти достойные мужи. Информацию об инициаторе запроса скрыть не получится. И кто-нибудь, кому по чину положено задавать въедливые вопросы, эти вопросы обязательно задаст. И поинтересуется: не напрасно ли все эти стратеги свой хлеб жуют и сливочное масло с осетровой икрой по нему толстым слоем размазывают.

- Центурион Варенику: твоя позиция центральная. Цепляй модуль ПВО. Я и декан — фланги.

Она тут же ввела новые данные в бортовой компьютер. Дальше автоматика сама передаст схему расположения каждой единице техники в её группе.

- Вареник центуриону: Вас понял, работаю воздух.

Похоже, действительно толковый. Торопится только сильно. Неопытный. Ну да ничего, рассудительность еще наживет, наработает, если они все сегодня к Плутону на поселение не отправятся.

- Центурия слушай мою команду… - София секунду помолчала и всё-таки изменила тон. - Парни, сейчас плотность огня упадет и твари попрут. Но, вторые номера продолжают работать воздух, даже если работать нечего! Третья контуберия полным составом грузим на «мехи» модули ПВО.

- Мой центурион…

София даже не обратила внимания на то, кто именно попытался вставить свои пять сестерциев в её монолог.

- Отставить! Телеметрия все ваши попытки вразумить неразумного центуриона пишет и по полочкам раскладывает. Потому заткнулись и выполняем приказы!

Отпустив тангенту, она все-таки закончила реплику, и пробормотала уже только для себя:

- Если потребуется, без вас на место поставят.

И ведь умом София понимала, что даже в случае успеха, по головке за проявленную инициативу никто не погладит. Но ничего не могла с собой поделать. Не готова она своих бойцов под бюрократическую дудку на погребальные костры укладывать. Кстати, а почему только своих?

София тут же нажала несколько клавиш на приборной панели и выругалась. Связь с остальными центуриями заблокирована. Значит все, отпрыгалась.

До конца боя, видимо, не тронут. Иначе, связь уже и по вверенному подразделению уронили бы. Но как-только стихнет канонада, так сразу и пожалуют. И нашивки сорвут, и в наручники закуют, да и чего греха таить, под конвоем через весь строй потащат. Наверняка потащат. Если останется, кому в том строю стоять. У них там, наверху, свои игры. Похоже, что боком вся эта инициатива не только ей, но и отцу, и брату выйдет. Только поздно уже разглядывать прикуп ошалевшими глазами. Карты на руках. И теперь она просто обязана выиграть! Впрочем, эта братия ей данную историю даже в случае победы не простит и все равно ударит бюрократической кувалдой, но ударит уже только по ней. Осталось дело за малым — начать и кончить. И, без всяких сомнений, победить. Потому что семья прежде всего!

- Центурион декану два: не жалеем боеприпасы, залей по полной и отходи. Четвёртая — полный фарш по максимуму, три минуты и заходим на позиции двоечки.

Пальцы пробежались по панели управления, машина послушно избавилась от пустых кассет из-под снарядов. И почему эти раздолбаи не догадались грузоподъемность «мехов» сделать универсальной? А то ведь ракеты вместо кассет со снарядами, как и наоборот, не загрузишь. Три ракетных залпа, шесть кассет на каждую из турелей и никак иначе.

София дождалась сигнала системы заряжания. Удовлетворенно хмыкнула и потянула рычаги управления на себя.

- Танцуй, девочка, танцуй.

Что ж обстоятельства, похоже, не в её власти. Но то, с каким настроением она их встретит, уж точно зависит только от нее.

София улыбнулась и вдавила педаль в пол.

- Четвертая — возвращаемся на позиции!

Пастырь 4

Если уж танцу быть, то пусть он будет горяч, словно аргентинское танго.

- Первые номера работаем по готовности.«Рапторы» ударили клином. Впереди мчался матёрый вожак. Огромный гребень вокруг шеи сложился лепестками засохшего бутона, прикрывая массивную голову. В тусклом свете уходящего солнца сверкали полутораметровые бивни. А рог акульим плавником бороздил наполненный дымом воздух.

Противотанковые ежи разлетались по сторонам, словно бильярдные шары в поисках ближайшей лузы. Похоже, придется хорошенько постараться, чтобы отбить эту атаку.

Бойцы церемониться не стали, и позиции первой центурии озарило пламя запуска десятков ракет. Однако ракетный залп лишь лизнул огнём толстую шкуру.

- Что-то сбивает настройки системы наведения!Ожидаемо. Раз уж просеки успешно блокируют излучение радаров, то почему бы им не провернуть тот же фокус и с системой наведения?

- Отставить автоматическую наводку. Работаем вручную.София потянула ползунок вниз, увеличивая прозрачность бронеколпака машины. И вцепилась в джойстики управления орудиями.

Обзорные экраны, судя по всему, искажают картинку. При полном сведении, система фиксирует отклонение попаданий минимум на полметра. Противник, похоже, настаивает на схватке по старинке, когда лишь собственные глазомер и реакция позволяют получить преимущество.

Девушка тряхнула головой.

Понять бы, как они это делают. Подобную информацию в сложившейся обстановке трудно переоценить.

София решила стрелять наверняка. Орудийные стволы увеличили скорость вращения, но, повинуясь воле стрелка, продолжали вертеться вокруг собственной оси в холостую.

Зуммер входящего уведомления на секунду отвлек девушку. Короткий взгляд на экран. Система наведения утверждала, что цель вошла в зону поражения.

София усмехнулась. Врешь, но зря стараешься, нас не проведешь.

На глаз осталось метров пять. Еще как минимум секунда…

Слева ударил залп, еще один и еще. Похоже, соседи не жалеют огня.

- Торопишься - «первая»!София стиснула гашетки обоих орудий и плавно повела навстречу противнику. Контакт!

- Проклятье!

Земля вздыбилась в метре от морды ведущей особи. Впрочем, как и задумывалось. Так называемая «стрельба струйкой», о которой до сих пор спорят всевозможные эксперты, похоже, сейчас единственная реальная возможность нащупать противника. Но, один из ведомых «рапторов» сделал молниеносный бросок вперед и перекрыл основную цель в тот самый момент, когда цепочка попаданий доползла до морды вожака. Очередь вгрызлась в толстую шкуру, брызнули фонтаны крови и мяса. Только не того мяса, которое требовалось. Еще секунда и желаемая цель оказалась уже вне перекрестия прицела. Черт!

София рванула джойстики влево. Фонтанчики взметнувшейся земли поползли следом за пригнувшимся к земле вожаком. Но поздно. В прицеле маячили все новые и новые «рапторы», которые самоотверженно прикрывали ведущую особь. Благодаря их стараниям, вожак оказался попросту неуязвим!

Система заряжания отчиталась о подаче второй пары кассет в орудийные комплексы. София мысленно поставила галочку — осталось еще четыре.

Орудийная башня справа плюнула в клин сгустком плазмы. София выругалась. Мало того, что поздно, так еще и мимо. Впрочем, ничего удивительного. Стационарные орудия подчиняются искусственному интеллекту. Наверняка в его кибернетическом мозгу сейчас во всю бушует цифровой ад. Просеки определенно учли предыдущие ошибки и подготовили несколько «домашних» заготовок.

Запищал зуммер уведомлений. Девушка бросила короткий взгляд на экран. Система сообщила о массированном пуске ракет. На какую-то долю секунды София просто застыла с открытым ртом — откуда у «рапторов» ракеты? А затем в сознание все-таки пробился цвет сообщения. Зеленый. Значит, свои.

- Отставить ракеты!О боги, кому пришла в голову эта гениальная идея?

За несколько метров до шлюза, вожак, совершенно не сбавляя скорости ушел вправо. Почему вправо?

София взглянула на монитор с тактической картой. Черт, черт, черт!

Первая контуберия уступала позиции второй. Похоже, закончились боеприпасы. Некому сейчас слева от ворот встречать уходящий клин. «Первые» уже не могут, а «вторые» еще не вышли на позиции.

Спустя мгновение земля качнулась. Упреждающий ракетный залп должен был ударить в десятке метров от ворот. Ну не идиот же декан «единички». Но, система наведения сошла с ума и направила почти три десятка боеголовок в бронеплиту, которая запирала шлюз с внешней стороны.

Море огня перехлестнуло стену. Благо сенсоры скафандра отреагировали молниеносно и затемнили забрало, что не позволило вспышке ослепить девушку. Пламя лизнуло шасси и беспомощно отхлынуло прочь. Однако от бронеплиты у шлюза остались лишь совершенно бесполезные обломки.

Но, «рапторы» по-прежнему уносились прочь. Почему? Самое время ударить и снести остатки ворот. А затем промчаться несокрушимой лавиной по закованным в броню человеческим телам.

На самом деле, конечно же, не все так просто. Контуберия боевых машин способна оказать достойный отпор «рапторам» даже на открытой местности. А тут все-таки центурия и укрепления. Но чего же они тогда хотели добиться этим своим демаршем?

Очередная яркая вспышка вызвала в груди центуриона яростный вопль. Побелевшие пальцы вжали кнопку вызова.

- Отставить! Какого…Но закончить фразу София не успела. Моргнула иконка декана второй контуберии.

- Воздух, мой центурион.София потянула рычаги управления, разворачивая «мех». Короткий взгляд на циферблат часов. До заката еще полчаса как минимум. Почему же тогда…

Мысль оборвалась, как только корпус «меха» повернулся правее, подставляя под обзор хмурое небо. Система фиксировала россыпь неопознанных объектов в воздухе.

София усмехнулась. Похоже, кое-кому придется просить прощения. Если, конечно, останется кому и перед кем извиняться. Оценив количество воздушных целей, как россыпь, девушка определенно погорячилась. Не зря же так и хотелось кричать в эфир слова старой песни: здесь даже солнца не видно…

Но на бесполезные крики не осталось времени.

- Центурион тройке: первые номера слева, вторые справа. Выходим на рубеж, работаем воздух по готовности!София хотела уточнить задачи для остальных легионеров, но небо полыхнуло сотней грозовых молний. Приборная панель мигнула десятками красных огней и погасла.

Девушка почувствовала, как обесточенная бестия налилась мертвой тяжестью. Похоже, все, отплясалась. Ведь мертвые, как известно, не танцуют.

Пастырь 5

Пальцы пробежались по кнопкам на приборной панели. А если так?

София щелкнула переключателем и выругалась.

Теоретически она знала, что делает, но вот на практике менять систему питания на резервную еще не приходилось.

Реактор жив — это не вызывало сомнений. Ядерную реакцию электромагнитным импульсом не остановить. В противном случае далекая третья мировая не нанесла бы столь ощутимый урон прародине человечества. А раз сердце машины еще бьется, то остается лишь обеспечить подачу питания. Однако приборная панель продолжала безжизненно игнорировать все усилия пилота.

- Ну же, милая, ты не представляешь, как ты сейчас нужна.

По факту перенапряжение, вызванное электромагнитным импульсом, уничтожает только задействованные в эксплуатации машины электрические цепи, но почему тогда…

София чуть не шлёпнула себя ладонью по лбу. Предохранители, они определенно сгорели вместе с основной системой питания! Рука девушки нырнула под сиденье. Где-то здесь у нее была косметичка с разными полезными мелочами.

Пальцы нащупали карандаш для бровей, пинцет, гигиеническая помада… всё не то. А вот похоже и оно. Крохотный пакетик из воздушно-пузырьковой плёнки — это наверняка именно то, что требуется.

София разорвала пакет и высыпала на ладонь несколько стеклянных цилиндров. Губы девушки растянулись в улыбке. Она нашла, что искала.

Фиксатор ушел в сторону, пальцы подцепили герметичную крышку. Небольшое усилие - и слот обнажился. София выковыряла десять потемневших от перенапряжения предохранителей и вставила на их место новые.

Захлопнула крышку. Прикрыла на секунду глаза, улыбнулась и вдавила кнопку активации еще раз.

- Давай, родная, не подведи.

Панель мигнула оранжевым светодиодом. Это уже хорошо и даже чуточку замечательно. София облегченно выдохнула. Она так и не решила кому молиться, а потому просто мысленно повторяла как заведенная: не подведи, не подведи, не…

Цепочка огоньков пробежалась в одну сторону, затем в другую. Показатель питания сменил цвет на желтый, налился яркостью и наконец-то окрасился в зеленый.

- Уф. Спасибо, родная. После боя логотип на борт получишь. Будет тебе позывной во всей красе.

София почувствовала как по броне прошла едва заметная дрожь. Сервоприводы автоматической доводки не зависят от основного двигателя. Получив питание, автоматика тут же отрегулировала положение корпуса. Теперь «мех» стабилен и почти готов к бою.

Палец утопил кнопку «запуск», вибрация усилилась. София затаила дыхание. Сейчас все решится.

Двигатель натужно завыл на одной ноте. Ну! Вибрация выровнялась, панель моргнула цепочкой зеленых огоньков и в кабине включился свет.

София тут же переключила микрофон на внешние динамики.

- Центурион центурие: переходим на резервную систему! Без паники!

Справа бортовая система зафиксировала заградительный залп модуля ПВО.

София оценила показатели и улыбнулась. Молодец Вареник, уже во всю утюжит воздух. Еще правее ракетный залп. Прекрасно, декан четвертой контуберии тоже активен.

Девушка вновь переключила связь и продублировала приказ. Она в порядке, боеспособна и знает, что делает. По крайней мере центурия должна думать именно так.

Выждала минуту, вцепившись в джойстики управления орудиями и поливая огнём ближайшие цели. После чего активировала перекличку. На проекционном экране забрала вспыхнула россыпь зеленых иконок. Проклятье! Мало! Хорошо, если треть личного состава ответила на запрос.

А может?

- Центурион центурие: резервное питание скафов требует подключения к бортовой системе! Даю две минуты и повтор переклички.

Автоматика зафиксировала угрозу. «Мех» тут же ощетинился стволами.

София отреагировала на проявленную инициативу машины кивком. Отдала команду опустить упор и, не дожидаясь завершения манипуляции, вновь сжала ладонями джойстики управления орудиями. Теперь, главное в ближайшие пару минут не увлечься, да не задрать стволы слишком высоко. Без упора машина наверняка потеряет устойчивость и способна опрокинуться. Этого нельзя допустить ни в коем случае!

Две длинных очереди располовинили крылатую цель. Неужели птеродактили?

Пальцы пробежались по приборной панели, и центурион выругалась. Похоже, система обнулилась вместе с прежними командами. «Мех» вновь отрабатывает заложенные в операционку сценарии. Отсюда и реакция на угрозу. Черт! Он же сбросит опорную стопу до конца, как и положено, зафиксировав машину в абсолютно вертикальном положении. Для ракетного залпа — идеально, а вот для работы орудиями по воздушным целям — не особо. Угол подъема фиксированный, в конструкцию заложен все тот же баланс устойчивости. Стоит противнику выйти на дистанцию двадцати метров и не допустить снижения более чем на десять метров от макушки машины и все, он вне зоны поражения. Проклятье!

София сжала тангенту:

- Центурион центурие: кто способен сбросить заводские настройки, приказываю сбросить. Остальные работаем по максимуму допустимых возможностей. «Тройка» бери «неуязвимый» сектор на себя. Напоминаю, двадцать по горизонтали, десять по вертикали.

Вроде бы все. Машина готова, пилот тоже. София изменила программу, заложенную в снаряды, приказав осуществлять подрыв боеприпаса спустя полторы и две секунды. И дала пробную очередь.

Небо над головой расцвело россыпью черно-красных бутонов. Отлично! Похоже, осколки повредили крыло одной из тварей, попавшей в зону поражения.

София отследила траекторию движения раненой особи и сжала гашетки орудий. Оба набора стволов выплюнули в небо россыпь раскаленного металла. Вспыхнувшие на фоне серых облаков красно-черные бутоны покончили с попытавшейся изменить траекторию движения тварью. Ситуация, похоже, вновь под контролем. Но надолго ли?

София повторила запрос о перекличке. И тут же рванула рычаги управления. Система оповещения пронзительно верещала. Похоже, кто-то нацелился конкретно на её «мех». Нога утопила педаль в пол кабины. И машина, повинуясь воле пилота, ушла в сторону. Брошенная позиция утонула в пламени.

Неужели напалм? Просеки не переставали её удивлять. А ведь совсем недавно её терзали смутные сомнения и жалость к зверушкам изрядно портила настроение. Но, похоже, без технологий и здесь не обошлось. Возможно, биороботы?

Проекционный экран на забрале шлема загорелся россыпью зеленых огоньков. Уже лучше!

Шесть черных иконок. Шесть машин не передавших данные в ходе повторной переклички. Шесть пилотов. Дьявол побери этих просеков! Она почти контуберию потеряла, а битва только началась.

- Центурион Варенику: есть оценка по воздуху?

«Мех» справа выдал залп, сместился назад, вновь перечеркнул клубы черного клубящегося дыма четырьмя векторами разрывных снарядов и резко ушел в сторону. Огненный шар вонзился в покинутую позицию спустя секунду.

- Вареник центуриону: стационарные системы обороны не работают. Похоже, плазмометы накрылись. А систему ПВО вообще никто не устанавливал. Мелкие твари плюются напалмом. Прямое попадание — труба. Сам видел такой факел. Чья работа электромагнитный импульс, пока установить не удалось.

Плохо. Они по-прежнему ничего не знают и несут потери. А что творится на остальных шлюзах, трудно представить. Если никто не потрудился проявить инициативу, то сейчас там счет идет уже на контуберии. Воздух-то после импульса встречать оказалось некому. Проклятье!

- Центурион тройке: отходи, полная перезарядка, будешь держать рубеж.

А есть ли у нее право на подобные приказы? Те, кто остался на орбите ответили бы совершенно недвусмысленно — нет! Но от них сейчас уже мало что зависит. Да и когда её останавливало чье-то постороннее мнение?

- Центурион центурие: есть данные по импульсу? Может, кто-то что-то заметил? Какие-то предпосылки, намеки на эту дрянь… Хоть что-нибудь!

Проклятье! Еще одного импульса её центурие не пережить. Еще одной резервной системы никто в «мехи» не воткнул. А без нее машины превратятся в консервные банки, которые будут гореть погребальными кострами по периметру десантного модуля.

Но другого выхода она не видела. Её сектор продержался. Атака захлебнулась. Однако если они не давят здесь, значит, давят там! И её центурия сейчас — последняя надежда на адекватную ответную реакцию!

Пастырь 6

Ворота шлюза проигнорировали команду. Красный индикатор электронного замка безразлично пялился в темноту одиноким глазом циклопа.

Чтоб тебя! София стиснула зубы.

Время уходило столь стремительно. Центурия готова, но еще минута, другая и её попытка исправить ситуацию окажется столь же бесполезной, как и бездумное выполнение приказов оставшегося на орбите легата.

Она заблокировала входящие вызовы от командования с каким-то обреченным упоением. Дороги назад нет и точка. Дальше только вперед и только хардкор. Но, как теперь выяснить, почему не открывается шлюз? Последствия того самого неосторожного ракетного удара или всё-таки блокировка сверху? Впрочем, какая ей разница? Для выполнения боевой задачи подразделению необходимо покинуть территорию десантного модуля. Иначе планетарный контингент, который в теории должен был стереть просеков с поверхности планеты за считанные дни, превратится в ничто. И тут, признаться, если бы не отсутствие какого либо контакта с противной стороной, София заподозрила бы предательство. Однако пришельцы игнорировали любые попытки выхода на связь. То ли им незачем было общаться с противником, то ли люди так и не смогли нащупать надлежащий вариант коммуникаций.

София активировала пусковую установку. По идее одного залпа должно хватить, но что если нет?

- Центурион декану «четверки»: ракетный залп по шлюзу.

Дождалась пока над машиной справа вспыхнут огни ракетных двигателей и добавила к ним еще один от себя. Взрывная волна вышвырнула осколки ворот за пределы модуля.

София оценила пылающий огнём проем. Можно бы конечно и расширить. Но время поджимает.

- Выходим парами, экономим боезапас. Здесь работает «троечка» и «четверка», внешняя группа тащит подарки к соседнему шлюзу.

Нога плавно надавила на педаль и «мех» шагнул в пламя.

Система управления огнём отреагировала на объятый пламенем проход, доложила о помехах и предложила отключить наведение по тепловому признаку. София согласилась и вырубила автоматику вообще. Ручное управление все-таки надежней.

Останавливаться и ждать ведущий «мех» не собирался. Как, впрочем, и его пилот. София не сомневалась, что обе машины, которые уже вся центурия записала в её личные телохранители, шагают рядом. Для этого не требовалось даже смотреть на показания радара. Она их чувствовала, словно собственных сиамских близнецов. Следом двигаются две пары «мехов» с модулями ПВО, затем основная ударная сила в составе бойцов «единички» и «двоечки».

Еще четыре машины из четвертой контуберии пришлось выделить для охраны «троечки» и чересчур гостеприимного без уничтоженных ворот шлюза. София планировала оставить с ними и Вареника с деканом, но те уперлись и наотрез отказались бросать охраняемое тело на произвол судьбы. Она уже собиралась надавить на парней центурионскими нашивками, чтобы добиться соответствующего выполнения приказа. Однако в дело вмешался декан «единички» и предложил оставить одного из своих опытных бойцов, чей ведомый погиб во время электромагнитного импульса. Этот вариант, к счастью, устроил всех.

К сожалению, электромагнитный импульс оставил центурию без прикрытия. И просеки сумели воспользоваться моментом. Каждая из контуберий, кроме третьей, понесла потери. Минус две единицы в «четверке», минус одна в первой контуберии и три потерянных машины у «двоечки».

София вздохнула. Парней жалко. И, к сожалению, это далеко не заключительная цифра потерь на сегодня. Её авантюра способна увеличить этот показатель в разы. Но другого выхода попросту нет! Потому что без вмешательства её парней остальные направления падут. Ведь их потери наверняка гораздо ощутимее. Непохоже, что командование прониклась её просьбой об орбитальной бомбардировке. А приказа об отражении воздушной атаки так и не поступило. Смирились с потерями и планируют списать все на паршивое выполнение приказов? Тогда им только на руку полный и окончательный разгром планетарного контингента. Запас рекрутов империи еще не исчерпан. Да и не будет исчерпан никогда. Ведь женщины продолжают рожать, несмотря ни на что.

Система наведения фиксировала воздушные цели на грани зоны поражения. Пальцы так и тянулись отстучать приказ для системы управления огнём. Сюда ракетный залп. Кстати, София тут же приказала машине дозарядить израсходованную ракету в пусковые установки. Пусть уж неполноценный залп останется напоследок. А вот этих крылатых красавцев они в три пары стволов срезали бы из пушек…

- Центурион декану первой: выдели две пары на основной калибр.

Она ткнула в электронную карту, отправляя декану «единички» место, которое присмотрела для размещения прикрытия.

Небольшая возвышенность в пределах дальности работы ПВО третьей контуберии. С воздуха, значит прикрыты, но что с землей? После первого же залпа, просеки отследят, откуда работает основной калибр и лавина луговых псов или стадо рапторов растопчут позицию в пыль.

София сжала тангенту.

- Центурион группе «крепость»: что с плазмометами? Оклемались?

- Фиксирую движение стационарных орудий. Определить готовность к ведению огня не представляется возможным в связи с отсутствием целей, — отозвался незнакомый голос.

Похоже тот самый «толковый боец» из «единички», принявший командование над легионерами оставшимися охранять шлюз. Значит, не представляется возможным. Что ж, будем считать — оклемались. Выделить бойцов для охраны главного калибра из состава её группы тоже не представляется возможным. Иначе группа спасения превратится в горстку самоубийц.

- Центурион принял. Группе крепость: выдели двоих шустрых со щитами в точку, — палец вновь вонзился в электронную карту, — обеспечить прикрытие основного калибра.

- Крепость центуриону: принял, координаты получил, прикрытие обеспечу.

София отследила, как расползаются по электронной карте маркеры машин и удовлетворенно кивнула. Подразделение работает как единый организм.

- Центурион «бродягам»: Построение «веер». Воздух второй и третьей линии работает только в качестве прикрытия. Земля — по готовности. Первая линия «воздух» интенсивный обстрел. Сброс модулей ПВО, смещение за вторую линию, трансформация и работа по готовности.

Прямой наводкой да фугасными снарядами. Ох, не позавидуешь сейчас просекам. Лишь бы не сообразили, да не пошли напролом. Сомнут.

- Вареник центуриону: система фиксирует изменения в атмосфере. Вспышек пока не наблюдаю, но график практически вровень.

Проклятье! София в сердцах двинула кулаком по приборной панели.

- Центурион всем группам: готовность номер один. По команде гасим машины наглухо. Группе «бродяги»: ускорить развертывание боевых порядков.

Один короткий взгляд на показатели радара. Бесполезно! Где помехи, а где цели не разобрать.

- Группа «основной калибр» центуриону: завершили трансформацию, к залпу готовы.

- Центурион «основному калибру»: ваше прикрытие?

- На подходе, командир, мы готовы.

София сжала зубы. Просеки отследят, наверняка отследят. Если прикрытие не успеет…

- Огонь!

- Вареник центуриону: наблюдаю вспышки!

София тут же стиснула тангенту побелевшими пальцами.

- Всем группам — режим тишины!

Удар кулака по грибку дезактивации прозвучал хлопком стартового пистолета. Гонка началась! Теперь о последствиях принятых ею решений, узнают лишь те, кто выжил.

Пастырь 7

Оставалось только ждать.

София откинулась в кресле и разглядывала сверкающее вспышками молний небо. Она вдруг вспомнила, как радовался отец, когда на одной из многочисленных планет империи учёные наконец-то нашли то, что так долго искали.

Некий таинственный минерал, который по свойствам оказался аналогичен графиту, но после использования не превращался в нечто подлежащее полной замене. Поскольку стержни из этого материала не теряли под воздействием нейтронного облучения своих теплофизических свойств.

Минерал так и не получил официального названия и по-прежнему проходил под совершенно секретным цифровым обозначением. Будто бы просекам не всё едино: арабские цифры или буквенный ряд какого-либо из человеческих языков попадёт им в лапы.

Но всё это сейчас не имело никакого значения. А вот высокая замедляющая способность минерала многократно превосходящая показатели воды и к тому же, компактные размеры пришлись очень кстати.

Водо-водяные энергетические реакторы оставались по-прежнему слишком громоздкими, ограничивая и без того не самую высокую грузоподъёмность «мехов». Графит в качестве замедлителя слишком ненадёжен, а по размерам графитовые ядерные установки превышали даже водяные.

София вздохнула. И с трудом удержала руку, готовую вернуть реактор в строй. Ещё не время.

Небо над головой по-прежнему полыхало множеством разноцветных молний. Красиво. И столь же опасно. Похоже, кто не успел, тот опоздал и опоздал на этот раз окончательно. Резервных цепей питания у машин больше нет. Если кто-нибудь из пилотов замешкался и вовремя не обесточил «мех», то вернуть его к жизни уже не получится. Однако центурион верила в своих бойцов. Легионеры всё-таки выбирали путь воина не для того, чтобы игнорировать приказы.

Девушка усмехнулась. Все кроме неё.

Небесное сияние потускнело, но всё ещё оставалось достаточно интенсивным. Похоже, что просеки поверили в собственные силы. Прошлая вспышка электромагнитного импульса практически оставила планетарный контингент без защиты. Видимо, враг не сомневался, что повторная вспышка справится не хуже.

Батарея прикрытия успела произвести несколько залпов. А затем мир погрузился в вязкую неопределённую тишину.

Враг не ответил. По крайней мере, её группа, под кодовым названием «бродяги» по-прежнему не атакована. Значит ли это, что просеки проигнорировали их выход за пределы десантного модуля? И продолжают наступление по другим направлениям. Или же отреагировали на удар тяжёлого калибра и бросили силы на подавление батареи прикрытия. Как там парни?

София вздохнула и повертела головой, разминая шею. Ожидание — хуже всего.

Небо над головой мигнуло ещё раз и погасло, наливаясь свинцовой тяжестью. Пора.

Удар кулака по грибку дезактиватора вернул электрическим цепям способность проводить ток. Сейчас всё решится. Палец утопил кнопку активации вспомогательных систем. Приборная панель мигнула красным индикатором. Но спустя секунду цвет сменился на жёлтый. Приборная панель вспыхнула цепочкой разноцветных огней, а по броне пробежала едва различимая волна. Сервоприводы отработали в автоматическом режиме, проверяя положение каждого из агрегатов «меха». Машина заворчала и спустя секунду затихла. Потому что на этот раз она была готова к вспышке. Машина жива!

Девушка улыбнулась.

А теперь запуск основного двигателя. Палец вдавил клавишу до отказа и на секунду дрогнул. Что если… Но где-то под ногами родился едва различимый гул холостого хода. Полный порядок!

- Центурион центурие: доклад о готовности в течение трёх минут. Группе «бродяги» продолжать движение до контакта с противником. Остальным группам работать в оговорённом ранее ключе.

София разжала пальцы, отпуская тангенту. Секунду подумала и тряхнула головой.

- Голосовое управление: дублировать последний приказ каждые пятнадцать секунд в течение минуты.

- Команда принята, — отозвался бортовой компьютер голосом брата.

Улыбка девушки стала шире.

Всё-таки все эти мелочи, которые доступны ей по праву рождения в семье высокопоставленного чиновника, весьма приятны.

На проекционном забрале шлема вспыхнули первые несколько зелёных огней. Пальцы центуриона пробежались по кнопкам управления электронной карты. Ей очень нужны маркеры активности.

Экран радара мигнул красными показателями. Но тут же сменил индикаторы на зелёный. София бросила на него короткий взгляд, и её глаза хищно блеснули. Система наведения зафиксировала залп батареи прикрытия.

Рука потянулась, чтобы убрать задний фиксатор, который она сбросила перед самой дезактивацией реактора для устойчивости «меха». И замерла.

Судя по показаниям радара, враг за этой сопкой. Большое скопление отметок у северных ворот. Показания радара…

Девушка вновь сжала тангенту переговорного устройства.

- Центурион группе «бродяги»: ракетный залп в режиме самонаведения сейчас!

Похоже, что её догадка о не совсем животном происхождении противника подтвердилась. Радар не фиксировал активности — это, во-первых. И работал — это, во-вторых. Видимо, просеки по-своему готовились пережить электромагнитный импульс. Снижали активность до минимума и, что важно в сложившейся ситуации, прекращали трансляцию помех.

Вместо того чтобы убрать задний фиксатор, который она перед дезактивацией оставила частично сброшенным, позволяя машине задрать бронестекло кабины к небу. Девушка тут же отдала команду о полном сбросе фиксатора. Дождалась отчёта о стабилизации положения «меха» и активировала запуск ракет. Залп, поворот корпуса. Самонаведение — это, конечно, хорошо. Но пусть теперь самонаводятся немного правее. Ещё один залп. Палец завис над тумблером… А последние две прибережём. Мало ли чем обернётся эта её женская спонтанность.

Педаль ушла в пол.

- Центурион группе «бродяги»: выдвигаемся на позиции согласно утверждённому расписанию.

Лёгкое касание экрана тактической карты и пунктирные очертания будущих позиций вспыхнули на всех экранах группы. Так-то лучше. Пусть потом не жалуются.

София рассмеялась.

Бортовые компьютеры не оставят в покое каждого нерадивого. Будут зудеть словно стая изголодавшихся комаров, если пилот допустит разрыв с заданной позицией хотя бы на полтора метра. Дрянь редкостная этот командирский режим.

- Цетурион группе «бродяги»: зафиксировать расписание позиций, снимаю командирский режим.

Не на учениях всё-таки, пусть парни ощутят свободу. Ни к чему им лишние, отвлекающие от боя нюансы. Все эти построения хороши, на плацу или на тактическом полигоне. А сейчас будут только мешать. Сковывать свободу движения.

Спустя минуту София вновь коснулась экрана тактической карты, снимая контроль за позициями. Бросила взгляд на экран радара. Похоже, всё. Праздник кончился.

Количество отметок после ракетного залпа только увеличилось. Маркеры «свой» и «чужой» перемешались, словно кто-то тщательно покромсал сцепившиеся у северных ворот силы на винегрет.

- Центурион всем группам: отключаем автоматическую наводку. Противник оклемался. Группе прикрытия отработать по дальнему склону высоты 516. Группе «бродяги» занять высоту.

А затем, её «мех» всё-таки вырвался вперёд.

София улыбнулась.

Ничего не попишешь, её машина собиралась по спецзаказу в отдельном цехе. И пусть, по заявленным характеристикам она соответствует конвейерной сборке. Однако…

Огненный шар вонзился в коленный шарнир «меха».

София отследила вектор атаки и сжала гашетки обоих орудий. Огненные смерчи разрывных снарядов вонзились в водоворот крылатых тварей.

Шарниры её «меха» подобный контакт переживут. А вот для остальных машин группы возможна потеря мобильности. Этого ни в коем случае нельзя допустить.

Спустя секунду к залпу её орудий присоединились ещё две пары стволов.

Девушка кивнула собственным мыслям. Телохранители вышли на рубеж в полном соответствии с ТТХ эксплуатируемых машин. Красавцы!

Она сжала тангенту.

- Центурион «Варенику» и декану «четвёрки»: ставим щиты. Задача удержать рубеж до выхода группы на огневые позиции.

И тут же запустила перезарядку основных орудий. Активировала сброс бронеплиты с кормы. Хитро прищурилась. Однако манипулятор привычно подхватил щит у поверхности и вонзил в землю перед собой. Похоже, навыки не растеряла.

Девушка нахмурилась и окинула взглядом плато у северного шлюза.

Видимо, вот она — её заветная черта с которой ни шагу назад.

Пастырь 8

Показатели температуры за бортом зашкаливали. Собственные огнемёты на дистанции «минус» и редкие, но, признаться, весьма меткие плевки от крылатых тварей противника, оставили передовую практически без кислорода. Вокруг клубился буквально огненный ад.

Сирену предупреждения пришлось отключить. Зря только надрывалась. Всё равно покинуть позиции первая линия сейчас не могла.

София бросила взгляд на показатели боезапаса и улыбнулась. Пока что её задумка себя оправдывала.

Вторая шеренга работала в качестве «мулов», обеспечивая первую линию всем необходимым. Непрерывная поставка кассет со снарядами, баков с напалмом и ракет предоставила группе возможность закрепиться на высоте №516.

Десяток машин утюжил противоположный склон из всех орудий, прикрываясь щитами. Волны огня клокотали вокруг шасси, превращая луговых псов в огарки задолго до того, как челюсти тварей вопьются в покрытые бронёй суставы.

Батарея прикрытия работала по координатам скопления «рапторов».

Инопланетные носороги трижды пытались переломить ситуацию в свою пользу и выбить противника с высоты. Но залпы 152-мм орудий вовремя нащупывали в рядах инопланетных тварей особо ретивых, а с остатками атакующих порядков «мехи» первой линии расправлялись сами. Именно благодаря им, эта самая линия всё ещё сдерживала натиск противника, не жалея ни сил, ни боезапаса. Но когда-нибудь это просто обязано было закончиться.

София бросила короткий взгляд на доклад группы «мулы». Ещё два захода. А затем придётся покинуть позиции. «Мулы» сменят их у щитов, позволят перезарядиться и перевести дух. Но на этом всё. Именно в этот момент вся её затея осыплется пеплом несбывшейся надежды.

Группа «бродяги» должна активизироваться раньше, чем план по сдерживанию противника останется окончательным решением. А значит, время пришло. Дальше тянуть нельзя. Иначе, просто некому будет ставить в этой операции заключительную точку.

- Центурион группе прикрытия: обеспечить тишину.София отследила показатели маркеров. И поджала губы. Там, внизу за стеной, ещё оставались машины, продолжающие оказывать сопротивление. И главное, там ещё оставались люди. Чью волю так и не удалось сломить.

Губы девушки вытянулись в тонкую линию. Горло сдавили невидимые пальцы безысходности. Казалось…

София с усилием стиснула зубы. Сейчас слишком многое поставлено на карту. Торопиться нельзя. Да и не нужно. Судя по интенсивности огня, её план и без лишней спешки обречён на успех. Но, похоже, что и время рассуждений уже ушло. Пора бы показать тварям, как умеют действовать истинные легионеры.

Приборная панель мигнула красным. София бросила взгляд на показатели технического экрана. Проклятье! Кондиционер в кабине всё-таки сдох.

Кривая улыбка исказила женское лицо.

Девушка вытерла рукавом вспотевший лоб и тряхнула копной влажных волос. А ведь парни наверняка уже давно варятся в этом аду. К сожалению, не всем дано управлять «мехом» индивидуальной сборки.

София вновь оценила показатели экрана тактической карты. Пока что всё идёт по плану.

«Воздух» противника усиленно давит шлюз. Там, внизу, практически нечем отвечать. И просеки пытаются продавить оборону во что бы то ни стало. «Псы» и «рапторы» наводнили подножие высоты у самого шлюза. Но кто-то, кому дано право решать, куда рванёт всё это скопище, не торопился принимать то самое решение. Этот кто-то всё ещё сомневался и очень надеялся смять последние рубежи обороны раньше, чем придётся ставить на кон последнее.

Какое-то смутное подозрение буквально царапало подкорку головного мозга. Они отвечают слишком…

- Вареник центуриону: модель подтверждает восьмидесяти двухпроцентную вероятность.- Центурион принял.Ну да. Информацию она получила. Но насколько это близко? Чёрт побери! Как принимать решение?

Показатели ДНК вроде бы имеют значение при цифрах свыше девяноста пяти процентов. А в этом случае?

Отец часто говорил: управляй подразделением, словно тем же «мехом». Используй необходимые экраны для получения требующейся информации.

София улыбнулась. Именно — как же она не сообразила сразу. Ей просто нужен соответствующий монитор.

- Центурион Варенику: доложить выводы о совпадении!Других экранов по возникшему вопросу в её распоряжении попросту не было.

- Вареник центуриону: вероятность совпадения очень высокая, но пока что это может быть и просто гроза. Скажу больше, даже при совпадении на девяносто девять процентов погрешность остаётся слишком велика.Губы девушки вытянулись трубочкой.

Кажется, на этот раз она взвалила на себя слишком неподъёмную ношу. Но, на переправе, как известно, живых лошадок менять не принято. А потому, иго-го, мать твою, и только вперёд!

София щёлкнула переключателем. Теперь верхняя обзорная камера, подчиняясь ручному управлению, поползла вверх.

Центральный обзорный экран сменил картинку. Тяжёлые, словно свинцом налитые тучи, давили своей тяжестью даже сквозь жидкокристаллическую плоскость прямоугольника отражающего, нависшую над группой реальность.

Похоже, действительно гроза. Самая обычная, по крайней мере, для здешних широт. И что теперь?

Так, стоп, отставить!

Будь она способна использовать подобную технологию, воспользовалась бы моментом? Верно! Не будь обычной грозы, её определённо стоило бы придумать. А значит…

- Центурион «Варенику»: есть данные подвижности противника перед вспышкой?Чем чёрт не шутит? Вдруг зафиксировал.

- «Вареник» центуриону: никак нет, мой центурион, камеры пялились в небо.Ну да, тут она, конечно, даже не надеялась. Вопрос на инстинкте. И только. Но…

София вернула автоматике управление верхней камерой. Изучила все четыре экрана и удовлетворённо кивнула. Время определённо есть.

- Центурион группе «мулы»: отставить предыдущую задачу. Парни, возьмите сколько сможете, уходим в отрыв. Третья линия, подберите, что останется.Повторять приказ для всей группы прорыва уже не имело смысла. Теперь они на какое-то время сами за себя. Главное, чтобы не переборщили.

«Мех» позволяет дополнительный обвес, но перебор скажется на манёвренности, системах наведения и комфорте пилота. Вряд ли на курсах подготовки парней гоняли по полосе препятствий с предельным обвесом. На какое-то время все новички слегка осядут в осадок. И это в лучшем случае. В худшем — всё может выйти из-под контроля основательно.

Но, к сожалению, время раздумий ушло. Сейчас либо пан, либо пропал.

- Центурион группе прикрытия: плотный залп по подножию высоты вплоть до входа. Лупите от души парни! «Воздух» заставьте противника прочувствовать ваше присутствие! Остальным — работаем по коду «А». Сейчас или никогда парни!Ситуация изменилась быстрее, чем хотелось. Но выбирать не приходилось.

София вывернула рули и утопила педаль в пол. Щиты останутся для ребят из группы «воздух». Всё-таки какое-никакое, а прикрытие. А у неё впереди полный контакт!

Девушка улыбнулась. Наконец-то всё как она любит!

А у подножия высоты уже рвались снаряды очередного залпа батареи прикрытия.

Пастырь 9

Рычаг на себя и мимолётное касание приборной панели. Первый и третий переключатели вверх.

- Ну же, милая, покажи какая ты умница!Обескровленные губы пилота вытянулись в тонкую линию.

«Бестия» послушно сместилась правее, слегка отвернула корпус и словно балерина вдруг оторвала левую ступицу от поверхности склона. Взмахнула обоими орудиями и на секунду грациозно застыла в позиции арабеск.

Рог «раптора» с противным скрежетом скользнул по броне. Тварь даже не попыталась притормозить. Что, в принципе, вопросов не вызывало. Хищный костяной нарост на её морде обязательно найдёт себе новую жертву взамен этой слишком прыткой, которая в последнюю секунду ушла с траектории движения.

София злобно прищурилась.

Наверняка на месте контакта с противником осталась ужасная борозда. А ведь она две недели выбивала очередь на вчерашнюю полировку обшивки.

- Сука!Тонкие пальцы обхватили джойстик управления орудием.

А теперь пируэт, или как это движение в балете называется?

Рычаг вперёд. Лёгкое давление на педаль. Левая ступица шасси вновь коснулась поверхности. Машина довернула корпус и вонзила вращающиеся стволы правого орудия в ухо следующего инопланетного носорога. Удар пошатнул разъярённого гиганта, но не остановил.

Указательный палец слегка утопил гашетку, и голова чудовища взорвалась сотней фрагментов скелета и плоти. Однако обезглавленное тело рухнуло на колени и застыло окончательно лишь спустя несколько метров, столь велика была сила инерции.

Но София уже не обращала внимания на поверженного врага. Вверх по склону навстречу её «бестии» неслись все новые и новые твари, которых она не хотела и не должна была пропустить мимо себя.

Щелчок и хищные лучи прожекторов выхватили из сгущающихся над окружающим миром сумерек оскаленные пасти противника. Ладонь стиснула джойстик управления вторым орудием. Нога утопила педаль тормоза в пол. А затем указательные пальцы вдавили гашетки обоих орудий до отказа. По корпусу машины пробежала знакомая дрожь. Спустя минуту София улыбнулась и погладила приборную панель. Танцуй, девочка, танцуй! Центурион слегка расслабилась. Впереди череда вполне понятных и привычных действий. А какой боец не любит, когда бой сводится к знакомой до мелочей рутине?

Сброс опустошённых кассет. Ровный гул системы заряжания. Сигнал о готовности и вновь утопленные до отказа гашетки обоих орудий отзываются характе́рной вибрацией корпуса.

- Время! - прохрипел динамик голосом Вареника.И София тут же шандарахнула кулаком по «грибку», обесточивая все системы.

«Бестия» дёрнулась и безжизненно застыла. Теперь, если она ошиблась в своих предположениях, остаётся только одно — бесполезно отстреливаться из табельного.

Девушка зажмурилась и постаралась унять расшалившееся сердце.

К сожалению, из ручного оружия даже «лугового пса» не всякий раз получается уложить. А «раптор» попадание пули калибра 7,62 вряд ли почувствует. Разве что прицельно попасть ему в глаз или ухо…

София тряхнула головой. Отставить панику! Думать, дышать и ждать.

Чёрт возьми! А отец, похоже, был прав. Ведь чистой воды случайность, что она сейчас оказалась на Пастыре. Краем уха подслушанный разговор адмирала с кем-то по коммуникатору правительственной связи и вот она уже сорвалась с папиного крючка. И вместо трёх дней увольнительной во время которой она по просьбе отца собиралась посетить родные края по случаю семейного торжества, София проводит внеплановый техосмотр центурии.

Да, признаться, тогда она радовалась как ребёнок, что раскусила его замысел и не покинула расположение легиона. А сейчас вдруг засомневалась. Действительно ли она сорвалась с того крючка, с которого требовалось?

Игра отца — это одно, но что если разглядев семейные интриги, она увязла в других гораздо более коварных сетях, например, политических?

С дня на день император должен объявить о назначении военного консула, в чьих руках окажется вся мощь человеческой армии. Ходили слухи, что правитель предпочитает постельные утехи и пьяные дебоши полям брани, а значит, кому-то придётся целиком и полностью взвалить эту ношу на собственные плечи. Груз ответственности безмерно тяжёл, но и награда несравнима ни с какими другими. К тому же армия — весьма мощный козырь в любой игре. Даже в той, в которой сам император способен оказаться жертвой.

Девушка стиснула зубы.

Отец Софии был одним из тех немногочисленных счастливчиков, которые попали в ряды кандидатов на этот пост. А гибель любимой дочери вполне способна выбить его из колеи и обеспечить кому-то из соперников незаслуженную победу. Что если…

- Центурион, отставить, черти тебя раздери!Девушка закрыла на секунду глаза и помассировала большими пальцами виски.

Нет смысла сейчас закапываться в ворох догадок и предположений. Она никогда не обладала необходимым для этого объёмом информации. К тому же в данный момент у неё только одна задача — выжить! И спасти как можно больше людей.

Когда в небе сверкнула первая яркая вспышка, девушка облегчённо вздохнула. Она всё-таки не ошиблась. Враг попытался вновь применить уже проверенный ранее метод и тем самым нанести противнику сокрушительный удар.

Но, по крайней мере, одна центурия оказалась к этому готова и не позволит врагу надеяться на лёгкую победу.

Кулак девушки врезался в безжизненную приборную панель. Она прекрасно понимала, что ещё одной попытки не будет. Ни у тех ни у других. Как только электромагнитное излучение иссякнет, каждая из сторон получит свой последний шанс на жирную точку в схватке за господство на Пастыре.

А потому, когда сирена оповещения вырвала окружающий мир из оцепенения, пальцы Софии уже во всю порхали по оживающей приборной панели.

Девушка улыбалась. «Вареник» справился с поставленной перед ним задачей и вовремя подал сигнал. Просеки еще не очухались. И теперь всё зависит от скорости реакции противоборствующих сторон. Кто же очнётся первым? Инопланетные твари или всё-таки люди?

София окинула взглядом тушу «раптора» застывшего по соседству. Похоже, носорог тоже спешил вернуться к жизни. По телу гигантской твари гуляли волны пока ещё непроизвольного сокращения мышц. Видимо, ей следует поторопиться.

Пальцы центуриона вцепились в вентиль аварийного люка. Короткое усилие, ещё одно… Затем два десятка оборотов, убрать запасной фиксатор.

София достала из кобуры пистолет и дослала патрон в патронник. Сейчас что глаз, что ухо инопланетного носорога казались ей вполне приемлемыми целями.

Лишённая последнего сдерживающего механизма крышка массивного люка под воздействием силы притяжения устремился к поверхности и повисла на петлях.

София защёлкнула карабин безопасности на поясе скафандра и нырнула в открывшийся проход.

Большой палец опустил флажок предохранителя ещё до того, как тело пилота застыло в подвешенном вверх ногами состоянии. Девушка совсем не хотела терять время понапрасну. Цепочка огней на приборной панели уже налилась жёлтым цветом. И, к тому моменту, когда реактор вернёт все системы «бестии» к жизни, она обязана оказаться в пилотском кресле.

Глубокий вдох и восемь плавных нажатий спускового крючка на выдохе лишили «раптора» возможности продолжать схватку.

Пастырь 10

- Центурион группе прикрытия…

София решительно выплюнула фразу в микрофон. Но в ответ эфир по-прежнему наполняла лишь зловещая тишина.

Короткий взгляд на приборную панель только подтвердил её опасения.

Таймер проскочил отметку в пять минут. И это она, как минимум на сотню секунд опоздала с активацией. Но причина была столь уважительной, что корить себя за невнимательность девушка не собиралась.

Парочка «рапторов» сосредоточилась на её «бестии» у самого подножия холма. И пилоту пришлось изрядно повозиться, уворачиваясь от разъярённых носорогов инопланетного происхождения, пока система перезарядки возвращала орудиям способность крошить недружественные цели на винегрет. Именно потому она не сразу обратила внимание на снижение интенсивности огня со стороны группы прикрытия.

Но вот, противник наконец-то повержен, и подсознание тут же зацепилось за отсутствие визуального подтверждения работы крупного калибра.

Три залпа. Ровно столько зафиксировала память центуриона с момента возвращения боеспособности её «бестии». Три залпа и вот уже пять минут тишины.

София закрыла на секунду глаза и стиснула пальцами переносицу.

Вызов машин, оставшихся у западного шлюза, к сожалению, тоже не возымел успеха. И это наводило на очень нехорошие мысли.

На какое-то мгновение девушка застыла в нерешительности. Что, чёрт возьми, теперь делать? А затем упрямо тряхнула головой, размахнулась и вновь вонзила кулак в приборную панель.

Боль на какую-то секунду вырвала её сознание из замкнутого круговорота мыслей о поражении и смерти, позволила взглянуть на ситуацию под другим углом.

Да, проклятые твари всё-таки перехитрили её. Но София не собиралась останавливаться и покорно ждать, когда её безвольную тушку наконец-то выковыряют из-под брони словно кусок тушёнки из покорёженной консервной банки.

Девушка резко выдохнула и открыла глаза.

- Подавитесь!Взгляд Софии сверкнул упрямством.

- Центурион группе «бродяги»: отставить штурм, уходим в горы!Она отпустила тангенту и выждала несколько секунд.

София готовилась к бунту и водопаду возражений. Однако эфир на удивление проигнорировал её приказ.

Тишина чугунной плитой легла на усталые плечи девушки. Как знать, возможно, увязни они в битве за шлюз и раскатай их твари под ноль, на душе было бы гораздо легче. Но, к сожалению, недолго. Ведь жизни этих парней — её ответственность. И Софие очень не хотелось, чтоб они повторили судьбу легионеров, защищавших ворота у подножия высоты «516».

Она видела, как «луговые псы» просочились на территорию базы тоненькими ручейками, вслед за прорвавшимися сквозь ряды последних защитников «рапторами». А затем растеклись живым кровожадным морем по всем закоулкам.

София зафиксировала в памяти каждый эпизод разыгравшейся на её глазах драмы. Крылатые твари сократили дистанцию, вошли в зону поражения, закрутили несколько огненных смерчей и рухнули изувеченные очередями разрывных снарядов. Её парни сработали чётко и слаженно.

На какое-то время небо над шлюзом очистилось от роя перепончатых крыльев. Только вот радоваться этой победе оказалось некому. «Рапторы» смели несколько ещё боеспособных «бестий», защищавших шлюз, словно метко брошенный шар для боулинга. Сломанные кегли, исковерканные напором тварей, не подавали больше признаков жизни. Ни одного откинутого люка, ни единого выстрела личного оружия, ни малейшего движения среди разноцветных языков пламени. Лишь вечно голодный огонь и ни менее ненасытное море «луговых псов».

Она не знала ребят, защищавших этот шлюз. Не успела познакомиться ни во время переброски, ни после десантирования на Пастырь. Но, скорее всего, бойцов её подразделения, оставленных для защиты западного шлюза, постигла та же участь. Как и группу прикрытия, как и всех остальных, кто не успел покинуть расположение базы. А потому внутри, где-то у самого сердца, грудь девушки драли в клочья разъярённые кошки.

Чёрт возьми! София занесла кулак над приборной панелью… Но спустя секунду выдохнула сквозь зубы наполненный яростью воздух и разжала побелевшие пальцы. У неё ещё будет время для самоистязания. Сейчас стоило подумать о другом.

- Вареник центуриону: мы с тобой Максимус. До самого конца. Пусть даже ты проведёшь нас в чертоги самого Плутона! - Прохрипел динамик.София улыбнулась. Если они выберутся из этой передряги, она обязательно поставит выпивку этому дерзкому мальчишке за его слова. Да пафосно. Да нелепо. Но, чёрт возьми, очень вовремя!

Девушка ещё раз обвела взглядом обзорные экраны и сместила рычаг переключения направления движения на задний ход.

«Бестия» попятилась, разочарованно поводя стволами из стороны в сторону. Рассерженно ворчал под ногами мощный двигатель. На секунду, девушке показалось, что она чувствует недовольство бортового ИСКИНа. Еще бы! Ведь, его создавали, чтобы крушить врага, а не сбегать от него! Наверняка сейчас голос брата, которым она наделила бортовой компьютер, звучал бы укоризненно.

Пальцы девушки подрагивали на гашетках орудий, готовые утопить их в любую секунду до упора. Однако противник, похоже, отказался от преследования. Что весьма настораживало.

Её группа не смогла бы долго сдерживать натиск инопланетных тварей, пожелай те попробовать на зуб броню их «мехов». Так что, сейчас сложилось самое подходящее время для того, чтобы покончить с людьми на Пастыре. Зачем ждать, пока они забьются в какую-нибудь горную расщелину и, чтобы выковырять их оттуда, придётся положить немало своих сородичей? Если уж ей показалось, что твари действуют слишком по-человечески, то они, просто обязаны задавить остатки имперской армии здесь и сейчас. Разве что только…

И тут София наконец-то сообразила, как именно назвал её «Вареник». А значит, шанс выбраться отсюда всё-таки есть!

Отец получил долгожданное назначение. Сомнений не осталось. Ведь Максимусами не рождаются. Их всегда создает собственной волей император. А значит, кто-то из её бойцов умудрился не потерять связь с метрополией и распространил новость среди оставшихся в живых. Но подобное возможно только в одном случае! Если где-то там, у неё над головой, на геостационарной орбите на борту судна с легатом, бросившим свой легион на Пастыре, есть некто, сочувствующий им…

- Центурион Варенику: откуда у тебя эти новости?На секунду ей показалось, что рация сдохла. София прищурилась, нажала несколько раз на тангенту и даже взглянула на то место на приборной панели, в которое обычно колотила кулаком.

Однако динамик вдруг зашипел разъярённой гадюкой.

София выругалась. Но решила повременить с ударной терапией. И, похоже, сделала это не зря. Переговорное устройство захрипело и, в конце концов, выдало давно знакомым голосом:

- Отставить центурион! Информация прошла по официальному каналу сегодня утром.София слегка растерялась, она, признаться, отвыкла от столь властных ноток в голосе собственного брата. Ведь бортовой компьютер её «меха» обычно исполнял команды, а не отдавал приказы своему пилоту. Похоже, этот мир уверенно катился в тартарары и всё вокруг перевернулось с ног на голову.